Жил-был Художник один

Мяу и точка---Он стоял перед огромным холстом, залитым тенями. Из этих теней проступало лицо — не лицо, а лик, искаженный духовной мукой или демоническим наваждением. То был Черный монах, призрак, рожденный бессонными ночами, кофе и неуемной жаждой величия. Каждая трещинка на грунте, каждый мазок угрюмой охры и сажи был криком в пустоту. «Вот он, ужас бытия», — думал художник, отступая на шаг и задевая мольберт с банками из-под краски. Звон жести прокатился по мастерской, словно погребальный колокол.В этом мрачном царстве, на краю подоконника, залитом скупым осенним солнцем, существовала другая реальность. Рыжий Котя, пушистый шар безмятежности, увлеченно умывал лапу. Его мир был прост и ясен: солнце греет, пылинки танцуют в его луче, а на кухне на тарелке лежит кусочек сыра. Того самого, с тмином, ароматного и невероятно желанного.Художник вздохнул, провел рукой по лицу, оставляя на лб…