Я умру в 23:59

Оглавление

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава 1. «Завтра» ......................................................................................................................... 3

Глава 2. «23:59» ........................................................................................................................... 5

Глава 3. «Внутри» ....................................................................................................................... 8

Глава 4. «Школа №34» .............................................................................................................. 10

Глава 5. «Друг» ..................................................................................................................…….14

Глава 6. «Квартира» ................................................................................................................... 17

Глава 7. «Алиса» ........................................................................................................................ 20

Глава 8. «Парк» .......................................................................................................................... 23

Глава 9. «Сегодня» ..................................................................................................................... 26

Глава 1

ГЛАВА 1. ЗАВТРА

Алексей стоял за кассой уже пятый час. За окном — пустая улица, фонари, мокрый асфальт. Ни одного покупателя. Только гул холодильников и тишина. Он смотрел на экран телефона — но новых сообщений не было.

Он ждал. Хотя уже перестал ждать.

Звонок раздался в 3:17 ночи. Он знал, кто это. Только один человек звонил в такое время.

— Алло, мам, — сказал он, принимая вызов.

— Лёша, ты опять на работе? Ты же только что работал! Ты вообще спишь или нет? Ты на себя посмотри, бледный, худой, как тень. Я знаю, ты там сигареты куришь, хотя я тебя просила бросить.

— Я не курю, мам, — соврал он.

— Ага, конечно. Ты такой хорошенький у меня, а всё гробишь себя. Ты бы себе уже кого-нибудь нашёл, а то сидишь один, как сыч. Я тебе говорила, та девушка из аптеки — она на тебя смотрела. Мама сына не обманет.

— Мам, у меня дочь.

— Ну и что? Клара тебя бросила, а ты всё о ней думаешь. Ты так и будешь один до старости сидеть? Вон соседский Коля, в твоём возрасте уже второй дом купил, машину, у него жена и красивые дети.

— Мам, я на работе.

— Знаю я твою работу, круглосуточный магазин. Ты там всю жизнь просидишь. Вот я тебя сейчас отругаю, а ты потом обидишься, как всегда. А я же тебе добра желаю, ты же мой хорошенький. Ладно, работай. Только не забудь позвонить мне завтра, а то ты вечно забываешь.

— Хорошо, мам, завтра позвоню.

Он положил трубку. Вздохнул. Посмотрел на пустую улицу. «Завтра», — подумал он. «Завтра всё изменится. Завтра позвоню дочери. Завтра начну всё сначала».

Он убрал телефон и опёрся на прилавок.

За час до конца смены зашёл парень, купил сигареты и ушёл. Алексей пробил чек, не глядя на него. Потом снова уставился в одну точку.

Когда стрелки показали 6:00, он закрыл кассу, снял форму и вышел на улицу. Город просыпался. Серое небо, редкие машины, холодный ветер. Он шёл пешком, не спеша. Вспоминал звонок матери, её слова про аптеку, про Колю, про то, что он хорошенький. И почему-то от этих слов ему становилось ещё тоскливее.

Дома он заварил чай, сел на диван и включил телевизор. На кухне стояла грязная посуда. На столе — недопитая кружка, оставшаяся с утра. Он посмотрел на посуду, потом на телефон, потом на выключенный экран.

«Завтра помою. Завтра позвоню Алисе. Завтра позвоню маме. Завтра всё изменится».

Он уснул на диване. Телевизор работал до утра.

Глава 2

ГЛАВА 2. 23:59

Он проснулся от того, что за окном уже было светло. Телевизор всё ещё работал. На экране показывали утренние новости. Алексей сел на диване, потёр лицо и посмотрел на стол. Кружка с недопитым чаем стояла там же, где вчера. Грязная посуда — тоже.

«Потом, может завтра», — сказал он про себя. И засмеялся.

Он не знал, почему рассмеялся. Наверное, потому что это уже не смешно.

День прошёл как всегда. Он поел, посмотрел в телефон. Нашёл фотографию дочери. Алиса улыбалась с экрана, держа в руках плюшевого мишку. Ей было шесть на том фото. Сейчас ей уже восемь. Он не видел её два года.

Он открыл чат с Кларой. Последнее сообщение: «Не звони ей. Она не хочет с тобой общаться. Ты ей только мешаешь».

Алексей знал, что Клара врёт. Знал, что она говорит дочери, что он бедный, что он неудачник, что с ним нельзя встречаться. Но он ничего не мог сделать. У него не было денег на адвоката. Не было сил бороться.

Закрыв чат и убрав телефон, позвонить дочери он не решился.

К вечеру он снова надел форму и вышел на улицу. Город встретил его фонарями, ветром и тишиной. Он шёл на работу, как делал это сотни раз. Сейчас было 23:40. Времени достаточно, чтобы дойти за десять минут.

Он шёл по пустому проспекту. Слева — спальный район, тёмные окна, редкие огни. Справа — парк, за которым виднелись крыши домов. Деревья стояли голые, без листьев. Только ветер шумел в ветках и гнал по асфальту сухие листья, которые превращались в пыль.

Дочь. Как она там? Скучает ли? Помнит ли, как он щекотал её, как она смеялась? Теперь она, наверное, зовёт «папой» кого-то другого. Клара сделает всё, чтобы так и было.

Бывшая жена. Её слова всё ещё звучали в голове: «Ты никчёмный», «Ты нам не нужен», «Забудь о нас». Она забрала всё: и дочь, и деньги, и веру в себя.

Мать. Её звонки в три ночи. Её голос: «Ты хорошенький у меня, но почему ты такой непутевый?». От этих слов хотелось закрыться и не выходить из дома.

«Завтра, — подумалось вдруг. — Завтра всё изменится. Завтра я позвоню дочери. Завтра найду другую работу. Завтра начну новую жизнь».

Эти мысли успокаивали. Привычные, как этот путь.

Переход дороги — последнее, что он делал осознанно.

Вокруг было тихо. Только ветер шелестел в голых ветках и гнал по асфальту сухие листья, которые рассыпались под ногами. Город спал. Фонари горели ровным жёлтым светом, и его тень двигалась следом — длинная, одинокая, как всегда.

Почему-то на мгновение он остановился.

Посмотрел на пустую улицу. На свет, разлитый по мокрому асфальту. На небо — чёрное, беззвёздное, безлунное. Он слышал собственное дыхание. Или тишину, которая была до него.

Он перевёл взгляд на руку. На часы.

23:59.

Он успеет. Ещё целая минута до полуночи. Успеет перейти дорогу, зайти в магазин, начать смену. Успеет подумать: «Завтра я всё изменю».

Он сделал шаг вперёд.

И тогда увидел свет.

Яркий, жёлто-белый, он вырвался из ниоткуда и ударил в глаза, заставив мир сжаться до одной точки. Свет рос, заполнял собой всё пространство, заливал дорогу, деревья, небо.

Он хотел шагнуть вперёд. Или назад. Но ноги не слушались.

И тогда он услышал звук.

Тяжёлый, металлический. Гул, который рвал воздух. Он шёл из самого сердца этого света, приближался с каждой долей секунды, становился громче, глубже, невыносимее.

Удар. Негромкий, но плотный. Что-то тяжёлое ударило в грудь, и мир перевернулся. Он почувствовал, как тело отрывается от земли, летит, падает. Боль пришла не сразу — только после, когда он ударился головой об асфальт. Острая, колючая, она пронзила затылок и разлилась по всему телу.

Он слышал звук. Гул, который уже не был громким — он удалялся, затихал, исчезал. Свет уходил вместе с ним.

Он лежал на спине. Смотрел в небо — чёрное, без звёзд. Слышал тишину.

Где-то далеко, словно сквозь воду, донеслась мысль: «Завтра я…»

Но завтра не наступило.

Время остановилось в 23:59.

Когда он открыл глаза, он не лежал на дороге.

Он стоял. Там, где ничего не было.

Глава 3

ГЛАВА 3. ВНУТРИ

Там не было ни света, ни тьмы. Не было пола, стен, потолка. Ни звуков, ни запахов. Просто пространство. И он в нём.

Он стоял. Или парил. Или просто был.

Тишина давила на уши, хотя ушей он уже не чувствовал. Он попытался сделать шаг — и понял, что двигаться некуда. Вокруг ничего не было. Глаза открывались, но не видели. Воздух не касался кожи. Даже собственное дыхание куда-то пропало.

Он хотел крикнуть. Не смог. Хотел вспомнить, как оказался здесь, — но в голове была только белая пустота.

— Где я? — спросил он. Голос прозвучал глухо, как из-под воды.

Никто не ответил.

Он стоял и ждал. Минуту. Или час. Или вечность.

А потом появился свет. Неяркий, ровный. Он разлился ровно настолько, чтобы Алексей увидел пол под ногами — серый, гладкий, без единой трещины. И тень, что росла прямо перед ним.

Он поднял голову.

Перед ним стоял человек.

Он был похож на Алексея. Та же одежда, то же лицо, те же глаза. Но что-то в нём было другим. Взгляд — спокойный, уверенный. Плечи — расправлены. Губы — сложены в лёгкую, чуть заметную улыбку.

— Я ждал тебя, — сказал он. Голос был его собственным. Но ровнее, глубже, без привычной хрипотцы.

— Кто ты? — спросил Алексей.

— Ты, — ответил тот. — Тот, кем ты мог бы стать.

Алексей хотел засмеяться. Или ударить. Или развернуться и уйти. Но он не сделал ничего.

— Я умер? — спросил он вместо этого.

— Да, — сказала копия. — В 23:59. За минуту до полуночи. За минуту до того, как ты собирался начать.

Алексей не удивился. Почему-то он знал это. Знал с того момента, как открыл глаза.

— Где я? — спросил он.

— Внутри себя, — ответила копия. — Там, где ты всегда прятался.

Она сделала шаг вперёд. Пространство за ней начало меняться — там, где была пустота, появились очертания.

— Я покажу тебе твою жизнь, — сказала копия. — Не ту, которую ты прожил. А ту, которую ты мог бы прожить.

Она протянула руку.

Алексей посмотрел на неё. На свою руку. На своё лицо, которое смотрело на него с улыбкой. На спокойные глаза, которые никогда не принадлежали ему.

— Зачем? — спросил он.

— Чтобы ты понял, — ответила копия. — Что завтра никогда не наступает.

Она сделала шаг в пустоту. И пространство вокруг них стало обретать форму.

Глава 4

ГЛАВА 4. ШКОЛА №34

Пространство вокруг них начало меняться. Серый пол под ногами стал тёплым, пористая поверхность исчезла, и Алексей понял, что стоит на деревянном полу школьного коридора. Запах — старые книги, мел, истоптанный линолеум. Гул голосов где-то далеко. Свет — жёлтый, ламповый, падал из окон на стены, обклеенные плакатами.

Он узнал это место. Свою старую школу. Коридор на втором этаже, у кабинета биологии.

— Зачем мы здесь? — спросил он.

Копия стояла рядом, засунув руки в карманы, и смотрела вперёд с лёгкой улыбкой на лице. Взгляд её был внимательным, спокойным.

— Смотри, — сказала она.

В конце коридора появились двое. Мальчик и девочка. Мальчик — лет шестнадцати, худой, с рюкзаком на одном плече, нервно теребит лямку. Алексей узнал себя. Стриженный коротко, длинные руки, красное лицо, наушники, из которых доносится тихая музыка.

Девочка стояла напротив него. Светлые волосы, улыбка, глаза, которые смотрели на него с надеждой.

— Это ты, — сказала копия. — Шестнадцать лет. Ты хочешь сказать ей что-то важное, но боишься.

Алексей смотрел на себя. На своё лицо, которое горело от смущения, на руки, которые не находили себе места.

— Я помню, — тихо сказал он. — Я хотел сказать ей, что она мне нравится.

— И что ты сказал?

— Ничего.

Они смотрели, как юный Алексей открывает рот, произносит какие-то неловкие слова о домашнем задании, об учительнице, о погоде. Девочка улыбалась, ждала, но он так и не сказал главного. Потом он ушёл, опустив голову. А она ещё долго стояла, глядя ему вслед.

— Ты ждал, — сказала копия. — Всегда ждал. Ждал подходящего момента, ждал, что она сама догадается, ждал, что всё сложится само собой.

Алексей смотрел на своё уходящее прошлое.

— Я не знал, что сказать.

— Ты знал, — ответила копия. — Ты просто боялся.

Школьный коридор начал таять. Краски бледнели, свет тускнел, и через мгновение они снова стояли в пустоте. Только теперь рядом с ними был ещё один человек — та самая девочка. Взрослая, с тёплой улыбкой. Она смотрела на Алексея не с надеждой, а с лёгкой грустью.

— Она могла бы стать твоей женой, — сказала копия. — Вместо Клары. Но ты так и не сказал ей ничего. Ты ждал. И она ушла к другому. К тому, кто не боялся.

Алексей отвернулся.

— Я знаю, — сказал он. — Я всегда ждал. Всегда.

— И что из этого вышло?

Алексей молчал.

Вокруг снова появились очертания. Коридор исчез, уступая место чему-то новому.

— Пойдём, — сказала копия. — Здесь тебя ждёт ещё кое-что.

Она шагнула вперёд, и пространство снова начало обретать форму. На этот раз — комната. Знакомая комната. Дом, в котором он вырос. Кухня. Жёлтый свет, запах еды, голос матери за спиной. Алексей узнал этот вечер.

— Нет, — сказал он. — Не сюда.

— Это тоже ты, — ответила копия. — Это твой выбор.

Она не обернулась. Просто ждала, пока Алексей сам сделает шаг вперёд.

Он шагнул. И почувствовал, как внутри что-то сжалось.

— Мама, — позвал он.

Голос матери раздался из кухни.

— Сынок, ты пришёл? Заходи, я тут суп сварила.

Он помнил этот голос. Помнил этот вечер, эту кухню, этот запах. Помнил, как мать сказала ему: «Почему ты не хочешь устроиться на нормальную работу? Ты же у меня хорошенький, мог бы найти кого-то получше этой Клары. Или ты и правда думаешь, что с твоим образованием у тебя что-то получится? Сынок, я тебя родила, я тебя знаю. Ты не создан для великих дел. Просто живи, как живётся».

Алексей помнил, как кивнул тогда. Как улыбнулся и сказал: «Ты права, мам». Как поверил ей. Навсегда.

— Ты её слушал, — сказала копия. — Всегда слушал. Слушал мать, слушал Клару, слушал всех, кроме себя.

Алексей закрыл глаза. Когда он открыл их, кухня исчезла.

Они снова стояли в пустоте.

— Что дальше? — спросил он.

Копия посмотрела на него с лёгкой улыбкой.

— Дальше ты увидишь, как твоя жизнь могла бы сложиться. Если бы ты перестал ждать.

Она протянула руку.

— Пойдём. Мы ещё не всё показали.

Алексей взял её руку. Пространство вокруг них снова начало меняться, обретая новые формы, краски, запахи.

Он был готов. Или нет. Но времени больше не было. Только 23:59 — и вечность, которая началась за ней.

Глава 5

ГЛАВА 5. ДРУГ

Пространство снова начало обретать форму. На этот раз — не школа и не кухня. Свет стал другим — холодным, белым, с оттенком синего. Запах кофе, кожи, дорогого парфюма. Алексей стоял в просторном кабинете с высокими потолками и панорамными окнами. За ними — ночной город. Огни, движение, жизнь.

Он узнал это место. Офис. Друг.

У стола сидел человек. Его ровесник, но выглядел на десять лет моложе. Дорогой костюм, дорогие часы, уверенная поза. Он говорил по телефону, жестикулировал, улыбался. Рядом с ним стоял Алексей — потёртая куртка, усталые глаза, руки, которые не знали, куда деться.

— Ты видел его недавно, — сказала копия. — Он предлагал тебе работу.

— Я знаю, — ответил Алексей.

— И что ты сказал?

— Что я подумаю. Что сейчас не лучшее время. Что я должен разобраться с делами. Что завтра…

— Что завтра ты ему ответишь.

Алексей не ответил.

Они смотрели, как друг подходит к нему, хлопает по плечу, улыбается.

— Лёх, ты только подумай. Работа хорошая. Стабильная. Зарплата нормальная. Я тебя не подведу.

— Я понимаю, — отвечает тот Алексей, с потёртой курткой. — Я просто… мне нужно время. Завтра я тебе скажу.

— Завтра? — друг смеётся. — Ты всегда говоришь «завтра». Помнишь, в школе ты всё откладывал? «Завтра выучу», «завтра начну», «завтра всё изменится». Ты так и не изменился.

Алексей стоял в углу и смотрел на себя. На своё лицо, которое горело от стыда. На руки, которые дрожали. На глаза, в которых была только пустота.

— Он был прав, — сказал он.

— Он был прав, — подтвердила копия. — Ты всегда говорил «завтра». И сейчас говоришь.

— Я боялся. Что не справлюсь. Что стану ещё большим неудачником. Что все увидят, что я на самом деле не способен ни на что.

— Ты слышал это от матери. Ты слышал это от Клары. Ты слышал это от себя.

Алексей молчал.

— И что ты скажешь ему сейчас? — спросила копия.

Она посмотрела на него. Он ответил ей взглядом.

— Я скажу ему, что он был прав. Я боялся. Но теперь я вижу.

— И что ты видишь?

— Что я всегда выбирал страх вместо жизни.

Офис начал таять. Стеклянные стены, дорогой костюм, огни города — всё это исчезало, уступая место пустоте. Друг стоял в последнем луче света, глядя на Алексея.

— Если бы ты согласился, — сказала копия. — Ты мог бы быть на его месте.

— Теперь я это вижу.

Копия кивнула.

— Пойдём, — сказала она. — Дальше будет тяжелее.

Алексей посмотрел на неё.

— Что дальше?

— Клара, — ответила она. — Та, кто сказала тебе, что ты никчёмный. Та, кто забрала у тебя дочь.

Алексей закрыл глаза на мгновение. Когда он открыл их, пустота начала обретать новые очертания.

— Я готов, — сказал он.

Глава 6

ГЛАВА 6. КВАРТИРА

Пространство снова обрело форму. На этот раз — не офис, не кухня, не школа. Квартира. Его старая квартира, которую он снимал до развода. Диван с продавленным сиденьем, дешёвые шторы, которые не закрывали окно полностью. И она. Клара.

Она стояла у окна, сложив руки на груди, и смотрела на него. На того Алексея, который сидел на диване и не знал, что сказать. Он был моложе, но уже сломлен. Уже сдался.

— Зачем мы здесь? — спросил Алексей.

Копия стояла рядом, глядя на сцену.

— Ты знаешь зачем. Это момент, когда всё рухнуло.

Они смотрели, как Клара подходит ближе. Её голос был резким, колючим, как битое стекло.

— Ты слышишь меня? — сказала она. — Ты вообще меня слышишь? Ты целый день сидишь на этом диване, смотришь в телефон, говоришь «завтра» и ничего не делаешь. У тебя нет денег. У тебя нет работы. У тебя нет даже желания что-то изменить.

— Я ищу работу, — ответил тот Алексей.

— Ты ищешь? — она рассмеялась. — Ты сидишь и ждёшь, что кто-то придёт и даст тебе работу. Ты никуда не звонишь, никуда не ходишь. Ты просто ждёшь. Всегда ждёшь.

Алексей стоял в углу и смотрел на неё. На её лицо, которое было красивым, когда она не злилась. На её руки, которые дрожали.

— Она была права, — сказал он.

— В чём? — спросила копия.

— В том, что я ничего не делал. Я только говорил «завтра». И когда она ушла, я сказал себе: «Завтра я позвоню ей. Завтра всё исправлю». Но я не позвонил. Ни разу.

— Ты боялся, что будет хуже?

— Я боялся, что она скажет правду. Что я никчёмный. Что я ничего не стою.

Они смотрели, как Клара берёт сумку, как она подходит к двери. Как она поворачивается и говорит:

— Ты меня не любишь. Ты не умеешь любить. Ты просто боишься быть один. Но я не хочу быть с тем, кто не пробует.

— Клара, подожди, — говорит тот Алексей.

— Зачем? — она смотрит на него. — Ты скажешь «завтра»? Ты всегда говоришь «завтра». Но завтра не наступает, Лёша. Его нет. Есть только сегодня. А сегодня ты ничего не делаешь.

Она закрыла дверь.

Алексей стоял в пустой квартире. Его прошлое сидело на диване, уставившись в одну точку.

— Я должен был пойти за ней, — сказал он тихо.

— Ты должен был, — подтвердила копия.

— Я должен был сказать ей, что люблю её. Что я всё изменю. Что я не хочу её терять.

— Но ты не сказал.

— Я сказал «завтра».

Квартира начала таять. Диван, шторы, стены — всё исчезало, пока не осталась только пустота. Клара стояла перед ним, последняя, уже не злая, просто грустная. Она смотрела на него без осуждения.

— Ты мог бы вернуть меня, — сказала она. — Если бы позвонил. Если бы пришёл. Если бы перестал ждать.

— Я знаю.

— Ты не верил в себя. Ты не верил, что можешь быть тем, кто нужен мне и Алисе.

— Я боялся, что ошибся.

— Ты ошибся, когда ничего не сделал.

Она исчезла, оставляя после себя только тишину. Алексей стоял, глядя в пустоту.

— Кто ещё? — спросил он тихо.

— Дочь, — сказала копия. — Самая тяжёлая часть.

Алексей почувствовал, как внутри всё сжалось.

— Я не готов.

— Ты никогда не был готов, — ответила копия. — Но завтра не наступает.

Она шагнула вперёд, и пространство снова начало обретать форму.

Глава 7

ГЛАВА 7. АЛИСА

Пространство обрело форму медленно. Сначала — свет. Тёплый, жёлтый, как осеннее солнце. Потом — деревья. Парк. Те самые деревья, которые он видел в финале. Которые он никогда не замечал. А потом — она.

Алиса.

Ей было шесть на той фотографии, которую он хранил в телефоне. Но здесь она была старше. Восемь. Девять. Она сидела на скамейке, смотрела в одну точку и ждала.

Алексей не мог шевелиться.

— Я не хочу, — сказал он.

— Ты должен, — ответила копия.

Он стоял и смотрел. На неё. На свой телефон, который лежал у него в кармане. На кнопку вызова, которую он так и не нажал.

— Я хотел позвонить ей, — сказал он. — Тысячу раз я хотел.

— Но ты не позвонил.

— Я боялся.

— Чего?

— Что она скажет, что не хочет меня слышать. Что Клара была права. Что я ей не нужен.

Они стояли в парке. Алиса сидела на скамейке и ждала. Минуты. Часы. Дни. Она не уходила. Она ждала звонка, который никогда не раздавался.

— Она ждала тебя, — сказала копия. — Все эти годы.

— Я знаю.

Алексей подошёл ближе. Он сел рядом с ней на скамейку. Она не видела его — он был только зрителем. Но он всё равно сел рядом. Он посмотрел на неё. На её лицо. На руки, которые сжимали край куртки.

— Она похожа на меня, — сказал он.

— Да, — ответила копия.

— У неё мои глаза.

— Да.

Алексей опустил голову.

— Я даже не знаю, что ей сказать.

— Скажи ей правду, — ответила копия. — Скажи ей, что ты боялся. Что ты не умел быть отцом. Что ты хотел, но не знал как. И что ты любишь её. Что ты всегда любил её. Даже когда не звонил.

Алексей смотрел на дочь.

— Она будет жить без меня, — сказал он. — У неё будет другая жизнь.

— Да, — ответила копия. — У неё будет та жизнь, которую ты ей не дал.

— Я хочу изменить это.

— Сейчас? Или завтра?

Алексей поднял глаза.

— ….

Она улыбнулась. Маленькая, едва заметная улыбка.

— Поздно, — сказала она. — Завтра никогда не наступает.

Он почувствовал, как внутри всё сжалось.

— Что я могу сделать сейчас? — спросил он.

Копия подошла ближе. Она посмотрела на Алису, потом на Алексея.

— Скажи ей, — ответила она. — Внутри себя. Там, где ты всегда прятался. Скажи ей всё, что не успел.

Алексей смотрел на дочь.

— Алиса, — прошептал он. — Ты слышишь меня?

Она не обернулась. Она не видела его.

Но он знал, что где-то там, внутри её памяти, есть он. Его голос. Его лицо.

— Я люблю тебя, — сказал он. — Я всегда любил тебя. Я боялся, я был слабым, я откладывал всё на завтра. Но я хочу, чтобы ты знала: ты не виновата. Это всё я.

Она не ответила. Она просто сидела на скамейке и ждала.

Алексей закрыл глаза. Когда он открыл их, парк начал таять. Деревья, свет, скамейка — всё исчезало, оставляя только пустоту. И она. Она стояла перед ним, уже взрослая, и улыбалась.

— Ты будешь скучать по мне? — спросила она.

— Я скучаю уже два года, — ответил он.

Она исчезла. Оставила только свет.

Алексей стоял в тишине. Плечи его дрожали.

— Кто ещё? — спросил он.

Копия подошла к нему и положила руку на плечо.

— Ты, — сказала она. — Ты должен увидеть себя. Того, кто откладывал жизнь.

Алексей поднял глаза.

— Я готов.

Пространство снова начало обретать форму.

Глава 8

ГЛАВА 8. ПАРК

Пространство обрело форму медленно, как будто само не хотело показывать то, что должно было случиться. Сначала — свет. Не тот, который бил в глаза на дороге. Другой. Тёплый, золотистый, как предзакатное солнце. Потом — деревья. Те самые. Скамейка. Парк.

Тот же парк, где он видел дочь. Но теперь здесь было тихо. Спокойно. Никто не ждал его. Только он и его копия.

— Мы пришли, — сказала копия.

Алексей огляделся. Деревья стояли по обе стороны аллеи, их кроны смыкались над головой, создавая зелёный тоннель. Листья падали медленно, кружась в воздухе, как будто время здесь текло иначе.

— Я был здесь, — сказал он. — Я видел этот парк. С дочерью.

— Да, — ответила копия. — Но тогда ты не заметил его. Ты был слишком занят своими мыслями. Своими «завтра».

Алексей подошёл к скамейке. Та же самая. Старая, деревянная, с облупившейся краской. Он сел на неё и почувствовал, как внутри что-то отпускает. Не боль. Не страх. Просто — тишина.

Копия села рядом с ним.

— Красиво, — сказал Алексей. — Я никогда не замечал, какие здесь красивые деревья.

— Ты никогда не замечал многое, — сказала копия. — Ты проходил мимо. Всегда мимо.

Он смотрел на листья, которые падали на землю, на ветер, который шевелил ветки, на свет, который пробивался сквозь кроны. Всё это было здесь всегда. Он просто не видел.

— Я жалею, — сказал он тихо. — О том, как жил. О том, что не ценил. О том, что всё откладывал.

— Ты жалеешь, — повторила копия. — Это важно. Но сожаление не меняет прошлого.

— Я знаю.

Они сидели в тишине. Ветер шевелил листву, и листья падали на землю, кружась в медленном танце. Алексей смотрел на них и чувствовал, как внутри него поднимается что-то тёплое. Не надежда. Не радость. Что-то другое. Покой.

Копия повернулась к нему.

— Если бы была возможность завтра всё изменить, ты бы воспользовался ею?

Алексей задумался. Над ними пролетела птица. Лист упал ему на колено. Он посмотрел на него, потом на деревья, потом на свои руки. Руки, которые ничего не делали. Руки, которые ждали.

Он поднял глаза.

— Нет, — сказал он. — Я бы изменил всё сегодня.

Копия посмотрела на него. В её глазах не было удивления — только тихая, тёплая гордость. Она улыбнулась.

— Не упусти эту возможность, — сказала она.

Она щёлкнула пальцами. Звук был лёгким, как ветка, сломавшаяся под ногой. И мир вокруг него начал таять. Деревья, свет, скамейка — всё исчезало, уступая место чему-то новому. Сначала белизна. Потом — звуки. Гул машин, голоса, шаги. Потом — запахи. Больница.

Алексей не понял, что произошло. Он просто почувствовал, как его тело наполняется тяжестью. Как возвращается дыхание. Как открываются глаза.

Он лежал на больничной койке. За окном — утро. Солнце светило в окно, и в его свете он увидел свои руки. Целые. Живые.

— Он очнулся, — сказал кто-то рядом.

Алексей повернул голову. Медсестра. Она улыбнулась и подошла ближе.

— Вы попали в аварию, — сказала она. — Два дня назад. Но теперь всё будет хорошо.

Алексей не знал, что сказать. Он просто смотрел в окно. На деревья, которые стояли там, за стеклом. На ветер, который шевелил их ветки. На свет, который проникал в палату.

Он был жив.

Глава 9

ГЛАВА 9. СЕГОДНЯ

Дни в больнице тянулись медленно. Алексей смотрел в потолок, слушал шаги медсестёр, считал удары своего сердца. Живого. Настоящего. Он сжимал пальцы в кулак и разжимал — проверял, что тело слушается. Смотрел на свет за окном, на деревья, которые качал ветер. Чувствовал, как внутри него зреет что-то. Не страх. Не сомнение.

Решимость.

На третий день он попросил телефон. Медсестра принесла его, улыбнулась и вышла.

Он долго держал его в руках. Смотрел на экран, на список контактов, на фотографию дочери. Потом набрал номер.

— Алло? — голос Клары был холодным.

— Это я, — сказал он. — Клара, не клади трубку. Я просто хочу поговорить с Алисой.

Тишина. Потом — шум, шаги, голос.

— Папа? — тихо спросила она.

Алексей закрыл глаза. Он слышал её голос. Настоящий. Живой.

— Алиса, — сказал он. — Я люблю тебя. Я всегда любил тебя. Я знаю, что меня долго не было, и это моя вина. Но я хочу всё исправить. Я хочу, чтобы мы увиделись. Я хочу покататься с тобой на велосипеде. Если ты хочешь.

Тишина. Потом она прошептала:

— Ты правда хочешь?

— Я хочу, — ответил он. — Я очень хочу.

Она заплакала. Слёзы были тихими, но он их услышал.

— Сегодня? — спросила она.

— Сегодня, — сказал он. — Я приеду сегодня.

Он положил трубку. Сделал вдох. Потом набрал другой номер.

— Мам.

— Лёша? Ты где пропадал? Я тебе звонила, ты не отвечал. Я волновалась! Ты такой безответственный, я же тебе говорила —

— Мам, — перебил он. — Я попал в аварию. Я был в больнице.

— В больнице?! Боже мой, Лёша, я же говорила, что ты себя не бережёшь, ты же у меня хорошенький, а всё гробишь себя, почему ты мне сразу не позвонил? Ты меня не слушаешь, я же твоя мать, я знаю лучше, что тебе надо, ты такой —

— Мам, — сказал он твёрдо. — Я позвоню тебе завтра. Или сегодня вечером. Но сейчас я хочу сказать тебе одну вещь. Я знаю, что ты хотела как лучше. Но я больше не хочу жить так, как ты мне говорила. Я сам решаю, что мне делать. И я сделаю это. Хорошо?

— Лёша, ты что, с ума сошёл? Ты не понимаешь, я же тебе желаю добра, ты у меня один, ты должен быть реалистом, ты не создан для великих дел —

— Мам, — перебил он снова, тихо, но твёрдо. — Я уже решил. Спасибо за всё. Я люблю тебя. Но я сам выбираю свою жизнь. Я перезвоню.

И он нажал «отбой».

В трубке было тихо. Он ещё никогда не разговаривал с матерью так. Сердце колотилось. Но в груди было спокойно. Чисто.

Он нашёл номер друга.

— Алло?

— Привет, Вить, — сказал Алексей. — Это Лёша, я насчёт твоего предложения. Я согласен. Спасибо. Я готов начать.

— Серьёзно? — в голосе друга звучало удивление.

— Серьёзно. Завтра уже поздно.

Он положил трубку.

Через час он стоял у входа в парк. Держал в руках велосипед. Смотрел на дорожку, которая вела вглубь аллеи. На деревья, которые шелестели листвой. На свет, который пробивался сквозь кроны. Солнце уже клонилось к закату, но он успел. Он был здесь. Сегодня.

Из машины вышла Клара. Рядом с ней — Алиса. Она была в шлеме. Она улыбалась.

— Папа! — крикнула она и побежала к нему.

Он обнял её. Крепко, как будто боялся отпустить.

— Ты приехал, — сказала она.

— Я приехал, — ответил он.

Клара подошла ближе. На её лице была усталость и настороженность.

— Лёша, — начала она.

— Я знаю, — сказал он. — Я был не тем, кем должен был быть. Но я хочу измениться. Я хочу быть рядом с ней. Спасибо, что привезла её.

Клара посмотрела на него. Он сказал это ровно и без претензий.

— Ты не такой, каким я тебя считала, — сказала она.

— Я стараюсь, — ответил он.

Алиса взяла его за руку.

— Поехали, папа! — крикнула она.

Она вскочила на велосипед и поехала вперёд. Ветер развевал её волосы. Она смеялась.

Алексей шёл за ней. Спокойно, не спеша. Деревья стояли вдоль аллеи. Свет падал на листву. Листья кружились в воздухе и падали на землю. Он чувствовал ветер на лице. Дышал. Жил.

Алиса обернулась.

— Папа! Папа! Иди сюда быстрее!

Он улыбнулся. Посмотрел на неё, на деревья, на небо.

— Спасибо, — прошептал он тихо. — За всё.

И пошёл вперёд. Туда, где смеялась его дочь.