Туманное призвание

Глава первая

Придя как-то с работы я, одним осенним вечером, засел в интернете. То ли от скуки, то ли от тоски – впрочем, не сильно эти две вещи и отличаются. В любом случае, в тот день в середине сентября я набрёл на сайт с весьма странным названием.

«Призвания.нет» – вот как он наименовался.

Откинувшись на спинке кресла, я поглядел в окно – деревья ещё не пожелтели до конца, но явно были больны. Пожалуй, как и я. Небо являлось чистым, но голубовато-холодным.

Работа.

Нет, я не устал от неё. Просто хотелось чего-то нового. Может, стоит наконец найти себе призвание?

«Наша компания сделает всё возможное, чтобы вы нашли своё призвание. Приходите к нам в офис на проспект Кирова, 58. Уверен, вы не пожалеете. Лучшие специалисты обеспечат вас всем необходимым».

Ну-ну – размышлял я, – хотя, завтра суббота. Почему бы и нет?

Уже на следующее утро я стоял перед трёхэтажным зданием старого типа постройки. Перейдя дорогу и миновав трамвай, который чуть меня не задавил, я вошёл внутрь.

Свернул по коридору налево и очутился в просторном вестибюле. На меня с улыбкой посмотрела молодая девушка:

– Вы по записи?

– Нет. – Отринул я: – А она нужна?

– Вовсе нет. Подождите пару минут.

– Угу. – Я уселся на небольшое чёрное кресло, и, смотря по сторонам, чуть не заснул.

Сотрудница вернулась только через четверть часа:

– Извините, сегодня не…

Внезапно из-за застеклённой двери вылетел бородатый мужчина, а следом за ним показался человек в чёрных брюках и тёмно-синей рубашке.

Сверкнув карими глазами, брюнет крикнул вслед бородатому мужику:

– Ну и проваливай! Я, между прочим, не виноват, что у тебя жена – стерва! Пошёл ты к чёрту вообще!

– Вот такое у вас отношение к клиентам, да? – Бородатый резко остановился на месте и развернулся: – Шарашкина конторка! Да я вам отдал сто тысяч!

– Ну, я ж старался! – Брюнет поправил волосы: – Псих!

– Да подумаешь! Да, странные у меня увлечения, но…

– Уходи отсюда! Быстро! Не хватало мне тут всяких!

– Сами же предложили мне разнообразить жизнь…

– Но не планировать же ограбление банка, чёрт побери! Вы совсем рехнулись? – Человек в костюме обернулся ко мне с лёгкой усмешкой: – Добро пожаловать!

Бородатый мужик тем временем ушёл, бурча под нос что-то о системе сигнализации.

Я же приподнялся с кресла:

– А вы кто?

Тут уже вмешалась в разговор девушка:

– Директор нашей кампании. Ладно, не буду вам мешать. – Сотрудница кивнула брюнету и уселась на своё рабочее место.

Глава конторы же протянул мне руку:

– Вадим Золотарёв.

– Станислав Бальсков. – Отозвался я.

– Ну-с, извините за эту сцену. – Брюнет повёл рукой: – Пройдёмте за мной.

Встав, я отправился следом за Вадимом. Он провёл меня через несколько офисов на второй этаж. Вскоре мы оказались в просторном кабинете. Золотарёв учтиво пригласил меня усесться напротив белого минималистичного стола.

Теперь я смог разглядеть его повнимательнее – лет 30, худой, с бегающими глазами и выразительным лицом. Рубашка сидела на нём чуть неровно, рукава были закатаны до локтей.

– Как вы нас нашли?

– Через интернет. – Объяснил я.

– Ну и отлично. Хотите найти своё призвание?

– Не знаю.

– Каждый хочет, Станислав.

– А у вас есть программа?

– Я и есть программа. Основал я контору свою лет пять назад. До этого бегал от армии.

– И как? Сбежали?

– Чёрт там. – Разумеется, меня забрали. Отсидел год в штабе. Вот тогда мне и пришлось раздумать о том, что по жизни делать. И я нашёл своё призвание.

– Это какое же? – Я огляделся по сторонам – у стен стояли белые шкафы, полные, между прочим, разноцветных книг.

– Искать призвание другим. – Вадим усмехнулся. – И я помогу вам. За небольшую плату.

– Угу. – Я задумался: – А тот клиент…

– Да, он правда хотел ограбить банк. – Прочитал мои мысли брюнет: – И нет, я ему в этом не намеревался помочь.

Медленно я поднялся с места, гонимый каким-то смутным предположением. Обогнул стол и встал позади Золотарёва, посмотрев в окно.

Бородатый мужик курил у входа в здание. Вдруг подъехала тёмная машина, откуда выскочило несколько спецназовцев. За несколько мгновений бывший клиент Вадима был повязан и упакован в автомобиль.

Нерасторопно я обернулся к брюнету:

– А…

– Конечно же я вызвал полицию. – А вы что думали?

– Понятно…

Пройдя обратно к своему креслу, я взглянул на Золотарёва:

– Так вы мне поможете?

– Да. И не просто помогу – для новых клиентов скидка – первое приключение – бесплатно.

– Понятно… А у вас всегда так?

– Нет. Не все хотят кого-то ограбить. Ну как… Один после моего курса стал политиком. Вон, теперь он мэр этого треклятого Томска…

– Не назвал бы наш любимый город таким.

– Ну, это с какой стороны посмотреть. Знаете, Томск ведь город непостоянный. – Вадим вынул из ящика стола сигарету: – Не против?

В ответ я промолчал. Золотарёв закурил:

– Так вот, город наш, на самом деле, необычный. Ну, проспект Ленина красивый, да. Университетов полно. Но всё-таки он скучный, понимаете? Депрессивный, что ли…

– Не сказал бы. – Возразил я.

– Согласен, много интересных мест есть. Но Томск… У меня слов нет, чтобы его описать, знаете. – С одной стороны и трамваи грохочут, и люди живут, и студенты после сессии напиваются до беспамятства. Он такой уютный, и казалось бы, небольшой – с одной стороны. А с иной…

Такой город подойдёт разве что для русских писателей – а они страдать любят. Есть в нём изюминка… Но её мало, вот я к чему.

– Возможно.

– Ну и дороги, конечно.

– Они, по-моему, везде плохие.

– Нет, здесь они относительно сносные по сравнению с какой-нибудь Пермью. Это-то и настораживает.

Я глубоко задумался. Затем произнёс:

– Вы мне призвание искать будете или в ещё большую рефлексию вгонять?

– Стас… – Можно вас так называть?

– Да.

– В общем, Стас. По глазам вашим вижу, что вы устали. От работы?

– От чего же ещё? Десять лет в одном офисе сижу.

– Курите?

– Нет.

– Пьёте?

– Очень редко.

– Это как?

– Раза три-четыре в год.

– Вот как… Одиноки?

– А как же?

– Может, вам семью создать?

Я откинулся на спинку кресла:

– Вы издеваетесь?

– Да, конечно. Вы непробиваем. – Золотарёв сверкнул глазами: – Мне такие нравятся.

– И что делать будем?

– Отправимся в приключение! Любите книги читать?

– Нет.

– А я крайне рекомендую. Вы как юнга на корабле… А я… Старый морской волк.

Невольно я улыбнулся, глядя на него:

– Вам сколько лет то?

– Двадцать девять.

– Мне тридцать семь.

– Физический возраст – ерунда. Поверьте, моя работа дала мне много опыта.

Пожав плечами, я тщательно оглядел Вадима Золотарёва – вероятно, он был прав. Десять лет работы в офисе приносят примерно ноль какого-либо опыта. А вот если каждый день работать с разными людьми…

– Кстати, а почему сайт так называется? – Ну, «Призвания.нет». – Уточнил я.

– «Призвания.ру», к сожалению, сделать не смог. Или «Призвание.ком». А так вышло немного иронично.

– Вы же так потенциальных клиентов отпугиваете.

– Не думаю. – Докурив сигарету, Вадим поднялся с места: – Ну что, вперёд?

– Куда?

– Это секрет. Первое приключение для разрядки. Большинству помогает.

В ответ я кивнул. Мы вышли из офиса. Потом и из здания. Уселись в заказанное Золотарёвым такси и помчались через проспект Кирова. А оттуда выехали на Ленина. И дальше, за город…

***

Не сказал бы, что я был уставшим. Но по дороге я благополучно задремал. Очнулся от того, что меня тряс за плечи Вадим:

– Вставайте. Приехали.

– Это куда же? – Я нерасторопно потёр глаза.

– Сами увидите.

Мы вышли из автомобиля. И белая тойота сразу же угнала. Я огляделся вокруг. И не мог не заметить нескольких гигантов.

Огромные воздушные шары – видел я их впервые в жизни. И невольно выдохнул.

Золотарёв закурил:

– Как вам, а?

– Не особо… – Протянул я.

– Боитесь летать?

– Вовсе нет.

– А к чему же вы тогда?

– Как призвание может быть связано с воздушными шарами?

– Расскажу по дороге. Пойдёмте.

Пристально я посмотрел на брюнета. Бегающие карие глаза его загорелись странным блеском. Небо было чистым. И Вадим взирал прямо наверх. То на меня, то на синеву и облака.

Дым от сигареты развеивался на ветру. Табак врезался в ноздри. Про себя я подумал, что всё походит на начало какого-нибудь приключенческого романа.

Вскоре Золотарёв расплатился за нас обоих. Мы уселись на воздушный шар. И стали медленно подниматься вверх. Страховочная верёвка плелась следом за нами.

Когда мы были метрах в ста от поверхности, Вадим подметил:

– Как вам? Это такое чувство… Когда ноги отрываются от земли… Мы, сухопутные существа, чудится, можем летать, как птицы.

– О чём вы хотели мне сказать? – Я вспомнил о заверении брюнета.

– Точно. – Вадим взглянул в сторону Томи, на мост: – Приходил ко мне путешественник один. Точнее, ушёл от меня этот человек как путешественник.

– И что же?

– Я ему помог. Он до этого был обычным студентом. В итоге отчислился, стал бегать от военкомата, а теперь уже лет пять как скитается по нашей необъятной.

– А армия?

– Ну… – Золотарёв ухмыльнулся, вынимая сигарету: – На него завели уголовное дело об уклонении. Он ещё и от полиции прячется. Может, он уже за границей.

– Лучше бы отслужил. – Буркнул я.

– Пожалуй. Хотя у каждого свой путь. – Вадим закурил.

– А здесь можно? – Я указал то на сигарету, то на горелку, что питала воздушный шар.

– Наверное.

Томск растелился под нами огромным полотном. Это принесло какие-то эмоции, безусловно. Но тоска никуда не делась, а наоборот, усилилась при мысли о том, что нужно будет возвращаться обратно на землю.

– Это всё не то.

– Некоторым хватает и первого путешествия. – Золотарёв откинул сигарету за пределы гондолы.

– Мне – нет.

– Ладно. – Знаете. – Глаза Вадима заискрились непонятным и пугающим блеском: – На каждого у меня свой метод. Вы будете первым моим клиентом, с которым я это проверну.

– Провернёте что? – От его слов я невольно насторожился.

– Одну секунду. – Золотарёв резко наклонился над бортом гондолы, сверкнуло в лучах солнца лезвие ножа.

Через миг и вправду всё было готово.

– Вы зачем перерезали страховочный трос?!

– Ну… Думаю, приключений же вы хотели. Так получайте!

– Чёрт! – Я посмотрел вперёд: – И куда мы?

– Туда. – Вадим многозначительно указал пальцем вверх.

– Только попробуйте!

– Поздно. – Брюнет уже выкручивал горелку на полную. Воздушный шар мерно поднялся на несколько десятков метров.

Ошеломлённо я спустился внутрь гондолы. Поджал колени под себя. Вадим же не планировал останавливаться:

– К чёрту балласт!

– Мы и вправду отправимся на небо… – Пробормотал я.

– Да, мы уже в небе! – Воскликнул Золотарёв.

– Я не о том небе…

– А… – Вы про то небо?

– Да.

– Ну, посмотрим. Не бойтесь, не помрём.

Как вообще можно было в это встрять…

Глава вторая

Скоро должен был наступить день. Ну, вернее обед. Прошло полчаса с того момента, как Вадим перерезал трос. Мы улетели куда-то в сторону, Томск вырисовывался неотчётливым силуэтом вдали.

Под нами раскинулась тайга, какие-то деревеньки. Мы летели на Запад.

– Ну, до Москвы добраться не обещаю. Зато до Оби вполне вероятно.

– Мне это не нравится… Да, я работал десять лет. Устал. Но до такого…

– Хватит сидеть! Встаньте! Взгляните.

Поскрежетав зубами, я поднялся. Посмотрел вниз.

– Видите два посёлка? Мы примерно в 10 километрах от Томска. Слева от нас Поросино, справа, чуть поменьше – Борики. О, а вот между ними кладбище!

– Как бы нам туда не отправиться…

– Не волнуйтесь, такого исхода не будет. – Вадим Золотарёв тщательно меня оглядел: – И вам даже не интересно?

Я и сам не знал. Конечно, всё это было любопытно. Но… Зачем он это сделал?

– Вы неуравновешенный.

– Отнюдь. – Брюнет усмехнулся. Волосы его развевались на ветру: – Я стараюсь вам помочь.

– Это каким же способом?

– А вот таким! – Вадим обвёл рукой кругом: – Вы жили в системе дом-работа изо дня в день. Чем вы обычно занимаетесь в выходные, раз пьёте очень редко?

– Разным. Постоянного хобби нет. Телевизор смотрю. Ещё что-то.

Золотарёв кивнул, облокотился на борт гондолы:

– А кем вы хотели стать? По жизни.

– Много кем. Космонавтом в детстве.

– Знаете, почему я такой? – Вадим обернулся ко мне.

– Законченный авантюрист, чья мания приключений граничит с сумасшествием?

– Да нет! Я же не о том говорю! Почему я такой… Ну, странный, как вам, пожалуй, могло показаться.

– Неужели вы задали единственный нормальный вопрос…

– Всегда я был тем ещё чудаком. Что в школе, что в университете. Постоянно что-то вытворял. Это и помогло мне избежать скуки. А вот идея с поиском призвания пришла мне, когда служил я на юге, под Ростовом.

Помню, чистил с сослуживцем картошку. Ну как наказание. Уже не припомню, что я там вытворил, но три огромных мешка на всю роту нам выдали.

– Неудивительно.

– Так вот. – Мы говорили тогда о том, кто чем хочет заняться по жизни. И я впервые подумал, что у меня такого нет. Я до этого жил и просто плыл по течению… А теперь. – Глаза Золотарёва сверкнули: – Я тот, кто обуздал течение своей собственной жизни.

– Метафора конечно классная. Но как мы вниз-то спустимся?

– Чёрт его знает. Это неважно.

– Как – неважно?

– Ну, не в этом же суть.

– Я смотрю вам главное… Вы витаете где-то в облаках.

– А мы и парим в облаках! – Возразил Вадим.

Закатив глаза, я уселся обратно.

– Обычно в такие моменты люди склонны на откровения. – Золотарёв вновь вынул сигарету.

– Но точно не с вами.

– Почему бы вам не попробовать кое-что… – Протянул таинственно Вадим.

Как только приземлимся, я пошлю его к чёрту. – Заключил я.

– Тест на доверие.

Медленно я вышел из своих мыслей:

– Что?

– Вот что! – Он резко перекинулся за борт гондолы, сигарета выпала из его рук.

Ещё мгновение, и этот чудак бы провалился, упал с высоты двухсот-трёхсот метров, разбился бы насмерть! Ко мне нахлынула какая-то сила. Рывком я бросился к Золотарёву, потянул того за воротник.

Прошло меньше мига, прежде чем я, тяжело дыша, произнёс:

– Вы ненормальный.

– Вот видите! Вам не на всё безразлично в жизни! Вы не позволите просто так умереть человеку!

– Прямо-таки вы меня хорошо знаете.

– Разумеется, нет. Это же базовая общественная установка.

Я хотел сорваться – послать его куда подальше… А потом. Что было бы потом? Снова ходить на работу, убеждая себя, что это нормальная жизнь? Вечно составлять отчёты и успевать по срокам?

Нет, он хоть и странный, но… Я ощутил прилив адреналина. Но это же стресс! Как это вообще связано с моим призванием?

– Гляжу, вы немного взволнованны.

– Ещё бы не был… Вы же могли погибнуть, понимаете?

– И что с того? Моя работа – искать призвание другим. И нет такой цены, которою бы я не был готов заплатить за то, чтобы клиент остался доволен.

– Но я совсем недоволен!

– Хм… Любопытно.

Мы замолчали.

Однако, к сожалению, совсем ненадолго.

– Смотрите! По правую сторону от вас, через речушку, что впадает в Томь, Арса!

– И что же это? – Горько ухмыляясь, уточнил я.

– Чаща. – А что же ещё! – А вон там – Губино. Видите, маленький деревянный домик?

– Да… Храм?

– Ну, вроде как. Сыграем в игру?

– Какую же?

– Попробуем угадать его название. Ставлю на то, что это храм мученика или чудотворца.

– Петра, Иоанна или Николая.

– Итак, есть шесть вариантов. – Вадим постучал пальцами по гондоле: – Угадайте верный.

– Можно шутить? – Внезапно я почувствовал прилив какой-то странной радости с примесью озорства. Не играл в подобное не знаю сколько.

– Пожалуйста!

– Губино. – От слова губить. А если губитель, то Николай. Ну, император Николай 2. Следовательно, он не может быть мучеником. А только…

– Чудотворцем! – Кстати, вы угадали.

– Серьёзно? – От удивления я перегнулся за борт, тщетно стараясь более подробно разглядеть храм вдалеке.

– Я, конечно, к этим местам до этого момента на шаре не летал. – Золотарёв наконец закурил: – Но ездил как-то. Меня в том храме военкомат и забрал.

– То есть как?

– Ну, решил я уехать из Томска. Скрыться от армии. А меня нашли. И больше месяца после отчисления не прошло. Но Губино меня не сгубило. Если бы не служба, моя идея…

– Знаю, вы повторяетесь.

– И схватили-то меня в храме Чудотворца Николая, когда я впервые в жизни решил сходить на служение. Атмосфера там… Ну, необычайная, понимаете.

Хмыкнув, я уселся. Опять поджал под себя колени. И принялся ждать, когда уже закончится это путешествие.

– Воздушный шар идёт под ветром. Восточным ветром… Или около того. Ну, как говорил великий и непобедимый Холмс – грядёт восточный ветер. Но мы выдержим его удар.

И почему он решился на эту тираду? В любом случае я не придал его словам практического значения. Задумался над тем, куда нас приведёт эта авантюра.

– Мы движемся со скоростью около 20 километров в час.

– С чего вы решили?

– Посмотрите сами. – Вон там, вдали, ещё виден Томск. Ну почти что. Прошёл примерно час. Мы оставили позади Губино. Впереди тайга. Вон там, правее – Моряковский Затон.

– Ну и название. – Я поднялся, поглядел в том направлении.

И вправду, впереди находился лес. А правее – очередной посёлок. Или поселение. Но вряд ли это можно было назвать деревней.

– А как мы приземлимся?

– Узнаете позже.

– Надеюсь, вы в порядке. – Мы ведь приземлимся, верно?

– Обязательно. – Как – неважно.

– В каком это смысле?

– Ну. – Глаза Золотарёва забегали и заискрились.

Прямо как тогда, когда он перерезал трос. Мне это совсем не понравилось. Нет, он не поможет мне найти призвание. Только ненадолго отвлечёт от скуки, не более.

***

– Сразу предупреждаю – очень мягкой посадки не гарантирую.

Мы добрались до Оби. Не шире Томи, такого же цвета, река уводила вдаль по левую и правую стороны. Облокотившись на борт, я смотрел по сторонам.

– Но как нам спуститься? – Пребывая в лёгком шоке, я то и дело хрустел пальцами.

– Вопрос в большей степени риторический, нежели практический.

– А горелка… На что она рассчитана?

– На то, чтобы летать.

– Да на какое время!

– Чёрт побери, Стас! – Вадим закатил глаза: – Я-то откуда знаю? Я впервые так далеко на воздушном шаре улетел!

– Вы…

Нет, моё решение окончательное. Надо от него сбегать.

– Но знаю я один радикальный способ. – Ринувшись к горелке, Золотарёв полностью выкрутил её на минимум, так что та перестала работать.

Через четверть часа мы начали спускаться.

А потом что-то случилось.

– Точно надо было так резко отключать горелку?

– Не знаю!

– Мы падаем! – Встрепенулся я.

Воздушный шар поддался порыву ветра. Какая-то птица стукнулась в оболочку и так там и застряла.

– Он порван?!

– Откуда мне об этом знать? – Парировал Вадим.

Нас увело вдоль Оби. Воздушный шар теперь уже точно стал стремительно падать.

– Ничего страшного! Опуститесь внутрь гондолы!

Я так и сделал. И брюнет следом за мной.

Сердце застучало. Мурашки пробежались по телу. Я вдруг почувствовал близость смерти, перекрестился.

– Дух захватывает, правда?

– И душу. – Пробормотал я, еле дыша.

Через несколько мгновений раздался всплеск.

Ещё через полминуты я вышел из онемения. На дрожащих ногах поднялся и увидел кое-что.

Шар, почти полностью спущенный, волочился за нами по реке, как полотно. А гондола плыла вперёд, на север, по течению. Ширина Оби… Сверху она казалась немного уже. А мы оказались прямо в её центре!

– Метров 500-600. А мы примерно посередине. – Нерасторопно поднялся следом за мной Золотарёв: – То есть, до берега 250-300 метров.

Справа виднелась какая-то деревенька.

– Помогите! Эй! Люди! – Я запрыгал, отчего гондола затряслась. В неё стала просачиваться вода.

– Деревня Половинка. – Вадим что-то высматривал в телефоне: – Население примерно 150 человек: – Не волнуйтесь…

Это был перебор. Я посмотрел на этого, даже слов не подобрать, кого:

– Послушайте! Вы тут устроили чёрт знает, что! Я не намерен с вами работать! Просто… Убирайтесь из моей жизни! Идите, куда шли, со своим призванием!

– Послушайте, Стас…

– Нет, вы меня послушайте! Я устал от вас! В жизни не встречал более наглого, сумасбродного, сумасшедшего, ненормального…

– Сумасшедший и ненормальный – синонимы. Вы повторяетесь.

– Неважно… В общем…

– Можно и я кое-что скажу?

Я только и смог, что махнуть рукой.

– Мы тонем, и если бы вы не сорвались на свою речь… Ну, может быть, всё было бы лучше. Зря вы всё-таки запрыгали.

Взглянув вниз, я замер. Вода была уже по щиколотку.

– Вот так и закончится моя жизнь. Захотел найти призвание. Лучше бы дальше сидел в офисе и…

– И что, Стас? – Поймите, я хочу вам помочь. Да, мои методы…

– Как у маньяка.

– Допустим. Но я правда готов найти вам призвание.

– Не думаю, что у кого-то было призвание утонуть в реке!

– Но вы взгляните на себя!

Выдохнув, я поглядел на Вадима. Что он имеет в виду?

И я, кажется, осознал.

Глава третья

Последние полчаса я только и делал, что полностью сосредоточился на воздушном шаре, на его скорости. Смотрел на лес, потом разглядывал реку. Да даже наше падение. Я не размышлял о том, что всё это мимолётно.

Не думал, что это всё на несколько часов. Я ощутил, будто всю жизнь занимался этим делом – летал. Но всё равно. Не принесло мне это радости. Полёт на шаре явно не моё призвание.

Однако то, что он смог…

– Да. – Я почувствовал себя живым. Настоящим. Будто всё происходит здесь и сейчас. И я сам управляю своей судьбой, а не она мной… Знаете, как будто я всю жизнь существовал. А сейчас стал… жить.

– Вот именно! Такие моменты того и стоят, Стас! И дело даже не в шаре и том, что мы скоро помрём…

– Как помрём? – Вышел из раздумий я.

– Неважно. – В общем, дело не в том, как именно вы живёте, а в том, как вы воспринимаете жизнь вокруг себя.

– Мы тонем. – Промямлил я: – Почему это неважно?

– Да услышьте же! – Вадим замахнулся, дал мне пощёчину. – Вы меня понимаете?

Голова охладилась. Да, я действительно что-то, да и уяснил.

– Ты…

– Будем всё же на «вы».

Сдержавшись от того, чтобы ударить Золотарёва, я всё же немного, но его понял.

– То есть надо воспринимать жизнь и ситуации с более позитивной точки зрения?

– Ну, почти. Ладно, вам всё-таки придётся платить.

– За что?

– Хотите продолжить дальше искать призвание?

Честно, я не знал. И неожиданно опустил взор вниз. Воды было по колено.

– Если мы не утонем… Я… Мне нужно время, чтобы всё обдумать.

– Говорите прямо. – Да или нет. – Настаивал Вадим.

Какая разница? Наверное, стоило бы… Да, пожалуй, это того стоило. Это просто необходимо. Как я буду воспринимать себя и мир, если откажусь от такого предложения?

– Хорошо…

– Уверенней!

– Да, я согласен!

Золотарёв протянул мне руку. Я её пожал.

– Теперь к делам насущным. – Как-то медленно и осторожно посмотрел по сторонам Золотарёв: – Мы тонем.

Точно, мы тонем! Какое-то умиротворение спало, и я исступленно огляделся.

– Люди! – Закричал Вадим: – Помогите!

Деревенька, совсем небольшая, проносилась мимо. Мы одновременно шли и ко дну, и по течению реки.

– Расстояние огромное! Двести-триста метров! Не услышат!

– А что тогда делать?

– Не знаю…

– Так… – Брюнет достал пачку сигарет. Стал перебирать: – Намокли…

Наконец он, отшвырнув в сторону несколько штук, вынул сухую сигарету и закурил.

Дым ушёл куда-то в сторону.

– Что вы делаете?

– Курю. А что?

– А… как мы спасёмся?

– Стас, боюсь, уже никак. Против течения или поперёк него и пятьдесят метров проплыть будет трудно. Готов вынести один вердикт – это, скорее всего, конец.

Всё внутри похолодело:

– Как – конец?

– Ну, вот так. Не думал, что до такого дойдёт. Мы конечно могли бы пристать к берегу. Но гондола утонет. Глубина Оби в некоторых местах до десяти метров. Средняя глубина 4-8 – достаточно, чтобы утонуть. Течение… Можно, конечно, попытаться.

– Нет… Быть не может. Почему…

– Потому что, видно, таково ваше призвание. – Утонуть и потянуть за собой того, кто ищет призвание другим.

– Это всё из-за вас!

– Если бы вы сегодня не наведались ко мне в контору, я бы спокойно занимался чем-нибудь менее опасным.

Вода дошла до груди. Вадим Золотарёв докурил, вышвырнул сигарету в реку.

В последний раз я взглянул на тот берег, где располагалась Половинка. Мы уже почти миновали её. И внезапно я увидел, как вдалеке забурлила вода. До нас донёсся рёв лодочного мотора.

Вадим улыбнулся:

– Забудьте всё, о чём я вам рассказывал! Мы будем жить! Да, чёрт подери!

– Я буду жить…

Золотарёв кинулся мне в объятья. И я тоже обнял его.

– Мы будем жить! – Прокричали мы во весь голос.

Вода дошла до шеи… Ещё немного.

Катер приблизился к нам. Гондола ушла у нас из-под ног. Мы очутились в реке. Нас сразу же подхватило течение. Мужчина средних лет, управлявший лодкой, успел подхватить меня.

Тяжело дыша, я поднялся на борт. Огляделся кругом. Вадима нигде не было. Чуть вдалеке, метрах в пяти, я увидел только правую руку.

– Скорее! – Приказал я мужику.

Через мгновение я схватил за руку Золотарёва. Мужчина отошёл от руля, помог мне вытащить Вадима из воды.

Брюнет вдруг выхаркнул воду.

– Я живой…

– Да, живой! Вы что, не умеете плавать?

– Ну, как-то не особо учился.

– Вы как здесь оказались, мужики? – С ухмылкой подал голос мужчина, выруливая катер к берегу.

Мы уселись. По дороге в двух словах Вадим всё поведал. И про шар, и про свою фирму.

– А, значит, призвание ищете. – Ну, я как увидел дым, подумал – горит что-то. А у меня дом у берега. Выскочил, смотрю, а там вы. Я сразу катер схватил и давай за вами.

– Спасибо. Большое. Вы нам жизнь спасли. – Высказался я.

– Да что благодарить то! И кстати, насчёт всех этих ваших призваний. Моё дело это лодки, катера. Люблю в лес ходить да рыбачить.

– А вы как? – Один живёте? – Мы уже причалили к берегу, когда Золотарёв задал этот вопрос.

По маленькому трапу ступили на поверхность. Впервые за столько часов!

– Да, один… Жена была. Жаль, случай такой. Умерла она.

– Извините. – Вадим опустил голову: – Вам чем-то помочь?

– Да нет, спасибо! И так выручили! У нас столько слухов сейчас по деревне пойдёт! На месяц вперёд! Заглядывайте, если хотите… Кстати, насчёт этого. Как вы смотрите на чай?

– С удовольствием. – Золотарёв многозначительно кивнул мне.

И я ухмыльнулся. Весь продрогший – вода в сентябре была всё-таки прохладной – я пошёл следом за нашим спасителем к одноэтажному деревянному домику с небольшим участком.

***

Чайник вскипел. Руслан Яковлевич – именно так звали нашего спасителя – разлил нам по кружкам кипяток.

За окном трезвонил ветер.

– Ну, надолго вы к нам? – Руслан посмотрел на меня, затем на Вадима, да так и задержал на нём свой взгляд.

– Нет. – Золотарёв, как всегда, улыбнулся.

И снова глаза его забегали.

– Как знаете. Места у нас здесь хорошие, понимаете. Всё есть. Подвезти не обещаю, да и из соседей сейчас заняты все. Картошку-то выкопали почти, уже середина сентября.

– Да не надо. – Махнул рукой Вадим: – Автобусы у вас ходят?

– Ну, как посмотреть. – Яковлевич почесал свою залысину: – Вроде, нет. По улице Береговой до села Поздняково километров шесть. За час-полтора дойдёте.

– Угу. – Вадим Золотарёв постучал пальцами по столу. Неторопливо. Затем, выдохнув, взглянул на меня: – Отправляемся?

– Да. – Согласился я.

– Тогда… – Брюнет приподнялся с места, протягивая Руслану Яковлевичу руку: – Спасибо за спасение. И гостеприимство.

– Не за что! Обращайтесь!

Мы покинули уютный небольшой дом и выдвинулись вперёд. И я всё думал о том, куда может завести нас это приключение.

– Может, закажем такси?

– С чего бы это?

– Быстрее будет…

– Раз уж мы добрались аж до Оби, почему бы и немного не прогуляться? – Парировал Вадим.

– Не могу понять, как всё это связано с моим призванием…

– Тут дело не только в этом… Может, вы путешественник? Или, когда мы будем идти по дороге, выйдем за пределы деревни, вам внезапно придёт идея стать… Ну, кем-то.

– И как дорога и моё призвание связаны?

– Ну, жизнь это же по сути своей дорога. Длинная, сложная. Иногда мы поднимаемся в гору, иногда катимся с вершины комом, получая переломы, но выживая. А в иные моменты мы спускаемся в расщелины…

– Да понял я! – Резко я остановился: – Хватит нести… Непонятно что.

– Мы пожали друг другу руки. Все приключения, начиная с того момента, как мы покинем Половинку, и расходы за них – чисто на вас.

– Специально решили денег побольше собрать?

– Ну почему же! – Просто говорю, как есть. – Золотарёв тщетно просмотрел свою отсыревшую пачку сигарет: – Чёрт…

– А есть менее экстремальные способы найти мне призвание?

– Боюсь, что нет. Вы, кстати, толком-то и не рассказывали о себе.

– А зачем? – Ничего интересного.

– Вы ошибаетесь. Все мечты, как и проблемы, идут из детства. Вот, посмотрите по сторонам, на лес.

Да, кругом была тайга. К чему он вёл, я совсем не понимал. Да, я хотел отыскать дело своей жизни. Но меня мучило то, какая здесь вообще взаимосвязь.

– Одежда наша подсохла.

– К чему констатация фактов? – Я всё больше недоумевал.

– Ощущение. Немного мокрые брюки… Лес кругом. Атмосфера. Никого нет.

Да, мы покинули Половинку.

– В этом есть определённый шарм. Не в том, чтобы чувствовать что-то, а в том, чтобы это что-то ощущать. Этот запах… Это чистое, но холодное небо. Это жизнь, понимаете?

– Возможно… – Протянул я.

– Мы совсем одни. Первозданная природа. Как она велика. Вам разве не нравится?

– Не особо.

– Ладно, сдаюсь. – Золотарёв усмехнулся: – Думал, может, вам будет по вкусу подобная природная философия. А вы точно не её приверженец. Так что вам нужно по жизни, чего вам не хватает?

– Ну, устал я от рутины.

– Но экстремальный полёт на воздушном шаре вам не особо зашёл.

– Это слишком радикальный способ!

– Для вас – вероятно, да. – Вадим поправил рубашку, но та села на его худом теле ещё более неровно. – Хорошо, будем искать варианты.

Впереди показались жигули. Старая потрёпанная серая развалина. Рёв двигателя заставил меня содрогнуться от неожиданности. И в этот момент Вадим Золотарёв резко потянул меня за руку.

Мы выскочили на середину дороги. И я замер. Жигули были совсем близко. Неслись прямо на нас.

– Что вы делаете?! – Вскричал я.

– Проверяю вашу жажду к жизни!

– Отпустите!

– Ещё бы! Стоим до конца!

Золотарёв сжал моё запястье стальной хваткой. И откуда в нём столько силы? А я застыл. Всегда, ещё в городе, была у меня такая привычка, или страх, не знаю.

Каждый раз, когда я переходил улицу и замечал мчавшийся ко мне автомобиль, то просто останавливался в ступоре. И сейчас произошло то же самое.

– Вы даже не сопротивляетесь! Ваше тело сковал страх! – Верно подметил этот искатель авантюр.

Машина стала нам сигналить, сбавляя ход. И вот жигули остановилось метрах в пяти от нас. Из машины выбрался мужик:

– Эй, дурни! С дороги уйдите!

– Видите – в этом нет ничего страшного! – Вадим отпустил мою руку: – Пошли.

И мы, кивнув, отошли к обочине и зашагали дальше. А я только вздрогнул, когда жигули вновь заревело и уехало в противоположном от нас направлении.

– Вы – психопат.

Золотарёв никак не отреагировал на мои слова. Только ухмыльнулся.

Глава четвёртая

Впереди показались очертания домов. Сколько было времени? Наверное, ранний вечер. А я не мог не размышлять о происшествии на дороге. Сердце тогда будто перестало биться.

Но жигули остановились так далёко от нас.

Не знаю, отчего, но я ощутил тогда какую-то уверенность в себе и своих силах. Страх показался… Надуманным? Скорее всего.

Однако, как этот чудак всё так распознаёт? Он психолог или всё-таки обычный сумасшедший? Некоторые его методы всё же работали, признаюсь.

– Большинство страхов… – Вадим остановился перед въездом в село. – Это отражение чего-то глубинного. Мы не хотим, чтобы что-то сбывалось не потому, что мы не можем это пережить. А потому что мы боимся это пережить. Но именно сам процесс преодоления даёт нам… Свободу, пожалуй.

– Это конечно хорошо. – Но как мы до Томска доберёмся? И что с воздушным шаром? Вы же его, можно сказать, украли. Даже не так. Угнали.

– Придётся заплатить. Мне. На вас все остальные расходы. Вы же всё-таки клиент.

– И сколько стоит воздушный шар? Вы не обанкротитесь?

– Миллиона 4, может, больше. – Как-то равнодушно Золотарёв пожал плечами.

От удивления у меня округлились глаза:

– Сколько?

– Не волнуйтесь – говорю же, я за него заплачу. Правда, придётся отдать весомую часть из всего капитала нашей фирмы.

– Вы перерезали трос, даже не подумав о последствиях.

– В этом весь вы! Вы боитесь сделать что-то, что выходит за рамки вашей жизни. От того и страдаете.

– Нет, я просто знаю границу между безумием и…

– Хватит. – Пошли. – Вадим махнул рукой на потрёпанное временем село.

По площади, да и по количеству домов, Поздняково было куда меньше деревни. Золотарёв порылся в телефоне:

– Угадайте, сколько здесь живёт людей.

– Не знаю… Тридцать, сорок?

– Пятнадцать. Странно, что это село, а Половинка с населением в 150 человек – деревня. И, что самое главное, здесь даже есть кладбище.

– Бред…

– Вовсе нет. Вот такие места точно следует иногда посещать.

Прошлись вдоль домов. Постучавшись в несколько и не дождавшись никакого ответа, хотели уже сворачивать на основную дорогу, как вдруг Вадим проговорил:

– Нам этого не нужно.

– Вы о чём?

– Чего вы боитесь, Стас? – Золотарёв повернулся ко мне, посмотрел на меня странным бегающим взглядом.

– К чему вы?

Кажется, я стал понимать его характер – подумал я. Точнее не так. Я будто знал этого сумасшедшего с первых дней своего появления на свет. Таким он мне почему-то чудился привычным… Словно многие годы мы общались.

– Ну… – Вадим встряхнул телефон: – Да, зря я его намочил… Всё из-за этих ваших прыжков по гондоле. – Работать перестал.

– Я?!

– Ну а кто? Не я же прыгал, крича о спасении.

Сдержавшись от того, чтобы не ударить его, я поглядел по сторонам. И резко рука чудака оказалась перед моим носом. Пальцем он указывал на какой-то заброшенный дом:

– Смотрите – вот вы хоть раз в жизни ночевали в подобных местах?

– Я не бомж. Да и жутковато как-то.

– В этом вся суть! Вот представьте вашу жизнь как фильм. Какого он будет жанра? – Весьма странный вопрос задал Золотарёв.

– Не знаю… Реализм?

– А вот и нет – если постараться, в жизни можно смешать и фантастику, и ужасы, и даже приключения!

– То есть вы…

– Ну а почему бы и нет? – Не так уж и страшно. Тем более монстров не существует.

– Да, но… – Я замялся. Руки мы друг другу пожали… Договорились. Делать уже было нечего – заключил, поскрежетав зубами, я.

– Ну? – Поторопил он.

– Хорошо.

Мы отправились к неброскому деревянному дому. Двухэтажному. Старому, покосившемуся… Калитка его скрипела, забор местами был повален. А окна, на изумление, оказались целыми.

Медленно прошли к двери, с трудом отворили её и оказались в подобии прихожей.

– Немного необычно, правда? – Вадим ухмыльнулся, миновал помещение и двинулся в проём слева, к гостиной.

– Как тут сыро! – Воскликнул я.

– А вы чего ожидали? – Заметил Золотарёв, когда я прошёл следом за ним и очутился в покошенной… Можно сказать, библиотеке.

Старые книги. Запах плесени. Может, это было для кого-то и романтично, но точно не для меня.

– А здесь-то, похоже, никого и не было! – Вадим Золотарёв опустился в древнее кресло.

Я только поёжился:

– Мы серьёзно собрались здесь ночевать?

– Ну а что в этом такого?

Чёрт… Ладно. Потерплю. Всё равно до города далеко. Не знаю, что со мной стало. Я метался с одной мысли на другую. Внутри шла борьба. С одной стороны, я вроде бы и заключил негласный договор с этим чудаком.

А с обратной… Сдалось мне это?

Пусть этот проклятый дом решает, как всё будет – подытожил для себя я, усаживаясь на ветхий кособокий диван.

– Надо бы порыться тут… – Вадим открыл нижние застеклённые полки огромного шкафа, и с удивлением на лице достал оттуда древнюю пачку сигарет: – Вот повезло-то! Вы не против?

– Нет.

– Хорошо. – Золотарёв закурил. С помощью спичек.

– А…

– Взял у Руслана Яковлевича – думаю, не обеднеет.

– Могли бы попросить – он бы всё равно дал.

– Не люблю много говорить.

Ухмыляясь, я постучал пальцами по подлокотнику – и это он назвал себя немногословным!

– Мы тут переночуем. Но времени ещё полно. – Что делать будем?

– Знаете, что я понял, Стас, когда служил в армии?

– Что же?

– Чтение – лучше времяпрепровождение из возможных. Читать я люблю. – Золотарёв бегло окинул гостиную, затем встал, подошёл к иному книжному шкафу – их здесь было три – и вынул какой-то том с полки.

Вернувшись на место, он раскрыл потрёпанную книгу и, зажав в одной руке сигарету, принялся читать.

– Я думал, вы мне помогать будете.

– А? – Вадим отвлёкся от книги, посмотрел на меня как-то полубезразлично, потом улыбнулся: – Да, простите. Точно.

Он резко замахнулся и кинул в мою сторону том. Благо, я успел схватить книгу.

– Ты с ума сошёл?!

– Проверял реакцию. – Золотарёв глубоко затянулся, выпустил целое облако дыма, отчего я чуть не задохнулся: – Точно, проветрить надо.

Приоткрыв окно, Вадим вновь опустился в кресло. Я же продолжал сидеть с книгой в руках и исступлённо глядел на последнего.

– Говорю же – проверка реакции. И да, извините. Я немного отвлёкся. Проверял, насколько вы себя уважаете.

– Что? – Я ошеломлённо разжал пальцы и выронил том.

– Ну, каковой будет ваша реакция, если собеседник перестанет с вами разговаривать. Ещё раз простите. И да, может, что-нибудь расскажете?

– О чём?

– О своей жизни. Я вон и то больше о себе говорю, чем вы. Хотя клиент тут вы.

– Хорошо. – Я стиснул до скрипа зубы: – Работаю уже лет как десять. В компании одной. Ну…

– Нет. Лучше о страхах. Чего вы боитесь? – Вадим наклонился ко мне, сигарета выпала из его рук.

– Ну… Может показаться странным … Не понимаю – чего вы от меня хотите?

– Правды.

– Резко. – Да, я боюсь… Да чего я боюсь-то? Наверное, раз…

– А я знаю. – Перебил меня Золотарёв: – Вы боитесь пожить. И даже не потому что вас кто-то осудит – вероятно, подобного страха у вас нет. Вы до ужаса боитесь начать жить. Ведь, отринув вашу работу, вы посмотрите назад, на то, что делали всю свою жизнь, и поймёте, что были заложником рутины. И потеряли себя в вихре учёбы, работы и успеха.

Я замялся. Сглотнул, пристально оглядел Вадима. Голова закипела. На миг даже показалось, что пахнет горелым. Фантомные ощущения.

– Наверное, вы правы. Потому я к вам и пришёл…

– Вы пришли, потому что в глубине души надеялись, что поиск призвания станет такой же рутиной. Однако вам, на счастье или на горе, повстречался я. Мои методы – быть может, не такие уж и мягкие. Зато пинок под зад дают, понимаете?

– Да. – Я вдруг принюхался – нет, то было не ощущение. Словно реально пахло чем-то горелым: – Вы не чуете?

– Чую. – Кивнул с осознанием Золотарёв: – Даже не так, ощущаю, что смог расшевелить вас, почувствовать запах чего-то отдалённого и хорошего. Вы боитесь, Стас. Боитесь самого себя.

– Возможно. Но я…

– Не нужно оправданий. Вы довольны моей терапией?

– Не совсем.

– Это хороший знак – были бы довольны, значит, вы либо псих, либо зря я с вами заключил договор. В общем… Правда, пахнет чем-то горелым. Вы чувствуете?

– Да! Уже с минуту!

Вдвоём мы испуганно переглянулись, опустили взор вниз. Сигарета, не потушенная, укатившись в сторону, дымила. А вместе с ней – книги и ещё что-то.

В одно мгновение вспыхнуло пламя.

– Тушить надо! – Вскричал я, вскакивая с дивана.

– Лучше – убегать! – Вадим так молниеносно поднялся с кресла, что оно упало.

Ринувшись к шкафу, он вынул оттуда какое-то громоздкое издание. Я увидел надпись, как-то связанную с Марксизмом-Ленинизмом.

Огонь уже подступал. Я замер на месте, боясь что-либо предпринимать. Замахнувшись, Золотарёв швырнул книгу в окно. Точнее, в стекло, отчего то разлетелось на осколки.

– Пошли! – Указал он, выпрыгивая в окно.

И я кинулся следом за ним.

Прокашлявшись, мы выбежали на улицу – даже не через калитку, а перепрыгнув забор. И рухнули в жёлто-зелёную траву у обочины.

– С вами что ни час – а угроза жизни.

– Сам за собой такое впервые замечаю. Я каким-то растерянным стал. Вы какой-то проблемный клиент, честное слово.

Вечерело. Не стемнело. Солнце ещё было на небосводе. Чистое небо было теперь облачным и серым.

– А что вы хотели сказать?

– Про что?

– Ну вы про свою терапию говорили.

– Точно. В общем… – Вадим завёл руки за голову, поудобнее устраиваясь на траве: – Нам ещё много работы предстоит. Но я ведь был недалёк от правды?

– Пожалуй. – Прям точно заметили… Ну то, что я боюсь самого себя. Это ведь правда. Мой порыв прийти к вам в контору… Был чисто приливом решительности… Я бежал. Не столько от скуки, сколько от самого себя.

Я ведь думал – приду к вам, и вы, быть может, всё решите… А вы перерезали трос!

Мы рассмеялись.

– Да, Стас… А теперь. Боитесь ли вы себя?

– Не знаю. Просто вы открыли мне глаза… – Я посмотрел вперёд – пламя уже полностью охватило заброшенный домишко. Он затрещал, рухнули с грохотом балки. – Я теперь… Боюсь меньше, что ли.

– Отлично. – Поверьте – я сделаю так, чтобы вы раскрыли самого себя. У каждого человека есть… Стремление к чему-то. Кем вы вообще хотели стать?

– Говорил же – в детстве космонавтом.

– А потом?

– Не помню…

– Чёрт! – Золотарёв выдохнул и пробормотал: – Да, с вами будет тяжело…

А дальше мы лежали на траве, пока догорал дом. Прошло не меньше получаса, прежде чем я поинтересовался:

– И где мы будем ночевать?

Глаза Вадима недобро забегали.

Глава пятая

– Ну? – Я приподнялся с травы, взглянул вверх.

Неожиданно на мрачном небе вспыхнула молния. Через несколько секунд раздался гром.

– Чёрт возьми… – Золотарёв вскочил с обочины, кивнул мне: – Пошли! Дождь начинается…

И не просто дождь. Ливень обрушился на нас, как с ведра. Не сговариваясь, мы ринулись вперёд.

Значительно потемнело, хоть было и не так поздно. Вдалеке справа я заметил одинокий домик, в котором горел свет.

– Вот и потух пожар. – Проговорил Вадим.

– Зачем нам вообще здесь оставаться?

– Мы всё равно отсюда никуда не выберемся. Смысла нет. И телефонов тоже.

Одно приключение шло за другим. С одной стороны, меня это всё порядком измотало – хотелось просто лечь и заснуть. Но… Методы ведь работали, так?

Однако я всё равно был раздражён:

– Приплелись непонятно куда!

– Подумаешь – дождь!

– И всё из-за ваших треклятых… Даже не знаю, чего. Методов, авантюр? Поступков?

– Это называется терапия.

– Да, может она и действует, но…

– Знаете, что мне говорил мой дед?

– Удивите.

– Всё до слова «но» – просто полное…

Вновь появилась на небе молния, и гром разнёсся по улице.

– В общем, вы поняли.

– Но что нам делать?

– Дом – совсем близко! – Надеюсь, нас впустят. Иначе придётся искать другую развалюху. Как ту, что я случайно сжёг.

Мы снова намокли, и даже больше, чем тогда, когда чуть не утонули в Оби. Одноэтажный деревянный дом воплощал собой какой-то аналог тёмной крепости на фоне ливня.

Пройдя вперёд, Золотарёв приоткрыл калитку, прошёл к домику, поднялся по скрипящему крыльцу и постучал в дверь. А я дрожал от холода. Поскорее бы оказаться внутри…

Нам открыла старушка в очках:

– Здравствуйте.

– Добрый вечер. – Вадим стряхнул, как смог, капли с одежды: – Тут такая история…

– Мы чуть не утонули, а теперь можем получить воспаление лёгких. – Вставил я.

Пожилая женщина приподняла бровь, и Золотарёв в двух словах обо всём ей рассказал.

– Ладно, что ж вы… Проходите. Деревня у нас маленькая совсем…

– А по картам – село. – Вадим усмехнулся, переступая порог.

Войдя следом за ним, я очутился в небольшой прихожей, переходящей в коридор. Мы прошли за хозяйкой в аналог гостиной.

Разлив чаю, старушка уселась в старенькое кресло, оглядела нас так внимательно, что я невольно отвёл взор.

– Как, говорите… Чуть не затонули?

– Ага. – И Золотарёв рассказал о себе и о том, что вообще произошло.

После того, как он закончил, хозяйка кинула взгляд к портрету молодой девушки в рамке, стоящему на комоде в углу комнаты.

– Внучка моя. – Старушка перекрестилась: – Царствие ей небесное. Ходила купаться… Да утонула. Пьяная была. Сдуру бросилась в реку. А я говорила ей… Ох… – Она схватилась за сердце.

– Вам плохо? – Вадим вскочил с кресла, протянул ей руку.

– Нет… Почти… Лекарства там… Слева по коридору. На кухне. «Тихохордин».

Золотарёв вырвался из гостиной и через пару минут уже подавал хозяйке дома стакан воды и какую-то таблетку.

– Спасибо, внучок… Эх… Горько-то как…

– Вы не зацикливайтесь. – Вадим сочувственно улыбнулся.

Тут уже старушка, придя в себя, удивилась:

– Что?

– Не нужно зацикливаться на прошлом. Понимаю, это тяжело, но надо её отпустить…

– Как? Нет, не смогу… Как это можно-то? Что ты городишь?

– Я просто хочу помочь вам… Смотрите – Золотарёв указал на окно, за которым шёл дождь: – Видите?

– Да – ливень.

– Вы должны отпустить её… Мы – ангелы Божьи.

– Чего? За дуру меня держишь?

– Правда… – Вадим замялся. – Она к вам стучится. В дождь. Просит отпустить. С ней всё хорошо.

Старушка изумлённо посмотрела на Золотарёва.

Я же подумал – он точно психопат, причём неуравновешенный! Какие к чёрту ангелы? Как он хотел ей помочь?

– Вы правда поверили в нашу историю с поиском призвания? – Вадим наклонился к пожилой женщине: – Как вас зовут?

– Лидия Кратова…

– Послушайте, Лида… Вам 78 лет, вы живёте одна… Горюете… – Золотарёв прикусил губы. – Он смотрит на вас. И попросил, чтобы мы вам помогли… Пойдёмте.

– Как ты мой возраст… – Старушка ошеломлённо приоткрыла рот, затем, взявшись за руку Золотарёва, поднялась с кресла.

Я же всё время сидел, пребывая в не меньшем удивлении, чем Кратова. Что он затеял? У меня даже не хватало сил вымолвить хоть слова… И откуда он её возраст узнал?

Может, я уже умер на том воздушном шаре? Да какие ангелы?!

Замешательство – слишком лёгкое слово для того, чтобы описать моё… Состояние.

Медленно, как под действием гипноза, я встал с ещё советского дивана, прошёл за Вадимом и старушкой.

Втроём мы вышли на крыльцо.

– Посмотрите. – Золотарёв раскинул руки, выходя из-под навеса над крыльцом: – Какой запах! Какая погода! Ну же!

Лидия нерасторопно, переваливаясь с ноги на ногу, прошла вперёд.

– Сашенька… – Всхлипнув, произнесла она. – Неужели это ты?

Молния, затем раскат грома.

Вадим сжал в крепких объятиях старушку:

– Да, это она. Ей хорошо. Она говорит, чтобы вы перестали думать о ней. Она ждёт вас… Но не смейте уходить раньше времени. Вот что вы любите?

– А что я могу любить… – Чтобы расслышать её слова, мне пришлось спуститься с крыльца.

Моментально намокнув, я услышал:

– Ну, вяжу… Огородом занимаюсь… Петрович вон, сосед через две улицы, помогает если что. Лекарства покупает… Сам тоже одинок…

– Вы должны объединиться.

– Чего? Я и старик Петрович…

– Да – приказ свыше – Вадим усмехнулся.

– Но… Дед мой умер лет десять назад…

– Он не против.

– Постой, внучок… А как же…

– Что?

– Ну, так ведь нельзя…

– Можно – вы можете пожить для себя, оставив заботы. Мёртвые вас не забыли. И вы их не забудете. Но душа их вечна. Так поступите же благоразумно – попробуйте не отпустить горе, но научиться с ним жить. Не потому что это надо кому-то, а потому что это необходимо вам.

– Да, наверное, ты прав…

– Простите, что задержали вас… Нам пора идти…

– Впервые таких молодых гостей повстречала. К нам сюда никто не приезжает. Подумала – удивительно. История с воздушным шаром, как в сказке… А вы вон что… Ангелы.

– Да. Извините. Мой помощник…

– Простите… А как вас звать-то?

– Вадим…

– Святой Вадим Персидский… Мученик… Вот почему вы худой-то такой… Как я не признала-то…

– Мой друг – Станислав…

– Не знаю такого…

– Он новый ангел. Недавно к нам попал. Ладно, извините, Лидия Васильевна Кратова… Нам правда пора… И с днём рождения вас.

– Как вы… Точно. – Вы же ангел. Простите, да… Спасибо…

– Вот вам… Потратьте как заблагорассудится… – Золотарёв вынул из кармана брюк две купюры номиналом в пять тысяч, отдал старушке и кивнул мне.

– А Петрович…

– Я дал вам совет – поступайте как знаете. – Никогда не поздно.

– Конечно… Прощайте…

– До свидания… Всего доброго.

Вадим выпустил Кратову из объятий, и та, ещё раз всхлипнув, прошла мимо меня и, остановившись на крыльце, развернулась:

– До скорой встречи, вернее…

– Рано об этом думаете! Всех благ!

Лидия перекрестилась:

– Свят.

И захлопнула дверь.

Я подскочил к меланхоличному Вадиму:

– Ты совсем больной?

– Может, на вы?

– Да с тобой нельзя нормально общаться! Купидон чёртов… Что вы… Да, что вы устроили вообще?

– Вошёл в роль. Зато моя терапия…

– Альтруист… Где мы ночевать теперь будем, ангел?

– Ну надо же было…

– Помолчите… Вы просто идиот… Я… – Я замер на месте.

Нас ослепил свет фар.

– Вот и пришёл свет с небес… Вы сами-то в Бога верите?

– Нет, но религию я уважаю. Знаете, что? – Пока я шёл за лекарствами, продумал немного план своей помощи Лидии… Вот паспорт её и нашёл случайно.

– А я на секунду правда в реальности происходящего усомнился… Вы безумец и сумасшедший.

– Да, словарный запас у вас большой, синонимов много знаете… – Золотарёв повернулся к автомобилю, что к нам подъехал.

Свет фар сменили с дальнего на ближний. И из машины вышел Руслан Яковлевич:

– Я вас по всему селу ищу! Пойдёмте!

Неожиданное спасение… Кинув взор к Вадиму, я прошёл к жигулям.

Усевшись в машину, Яковлевич проговорил:

– Я смотрю – ливень. Потом думаю – надо же! Вспоминаю, что в Поздняково нет никого сейчас… На какую-то экскурсию половина жителей умчала. И сразу давай к вам. Ну почти сразу… Помялся немного. Вы это, извините, что ли…

– Да ничего страшного. Спасибо. Вы как раз вовремя. – Отреагировал я.

– Недавно тут бывал… А гляжу по дороге – дом один заброшенный весь в обломках, будто сгорел.

– Угу. – Золотарёв причесался: – Разваливается село.

– Проблема русской глубинки… Я вас до Томска подкинуть не смогу – часа 2 езды, а я уж устал… Но могу до посёлка Победа на берегу Оби… Там рядом озеро Лебяжье есть – место туристическое. Думаю, вам как любителям приключений зайдёт…

– Благодарю. – Давайте.

– Ага. – Жигули захрипело и взревело.

Мы устремились вперёд.

Не особо разговаривали – все были уставшими…

Через полчаса езды Яковлевич повернулся к Вадиму:

– Там один мой знакомый живёт. Приютит вас… Но, конечно…

– Деньги мы заплатим.

– Нет, не в этом дело… Точнее, не только в этом. Он на рыбалку давно собирался – дед Владислав Маркович. Да не с кем – все его друзья уже померли… Может, уважите старика?

– Конечно. Без вопросов.

– Отлично. – Руслан хлопнул по плечу Золотарёва: – Молодцы, мужики. А то я сам занят… Немного. Не смогу в этот раз выбраться.

Прикрыв веки всего на мгновение, я и не заметил, как заснул.

Очнулся от того, что меня тряс Вадим:

– На выход, соня.

Выкарабкавшись из жигулей, я махнул вслед Яковлевичу, и тот, развернувшись, уехал.

– Просто дурной сон… – Бормотал я, когда мы подходили к двухэтажному ухоженному домику.

Дождь прекратился – ненадолго – чтобы вновь застучать по крышам с удвоенной силой.

Миновав калитку, мы подбежали к крыльцу. Пожилой мужчина с фонарём в руках улыбнулся нам:

– Добрый вечер, гости дорогие… Руслан Яковлевич мне о вас сообщил.

– Да. – Золотарёв тяжело вздохнул: – Мы просто смертельно устали.

– Конечно, ребят… Вы только это – смотрите мне. Завтра на рыбалку!

– Без вопросов.

Всё помню, как в пелене – мы проходим в дом, затем пьём очередной чай. Владислав Маркович проводит нас в комнату – две кровати и тумба между ними.

Вадим что-то с ухмылкой говорит, а затем я ложусь в постель и проваливаюсь.

Такие сны мне снились разве что в детстве.

Насыщенные, яркие и с бешеным количеством событий.

И даже в грёзах я был каким-то уставшим.