Страхи

Глава 1

До посадки оставалось меньше часа, когда несколько птиц из шальной стаи попало в турбину движка. Как Ричард совладал с машиной, одному Богу известно. Лихорадочно рыскавший из стороны в сторону планетарный челнок чудом разминулся со стволами деревьев и грохнулся на брюхо. Пропахав в земле длинную борозду, он замер на самом краю поляны.

Призрачная область – темное пятно на навигационных картах. Электронные сигналы тонули здесь, как в вязкой трясине, а пролетавшие спутники становились «слепыми». Это царство липких туманов и сумрачных болот. Двум людям, потерпевшим аварию в столь гиблом месте, действительно не повезло.

– Знаешь, что странно, Эльза? Эта жуткая пакость со щупальцами так похожа на одно из существ, которых ты часто рисовала в альбоме. Зря я над тобой смеялся. Кто бы мог подумать, что такое действительно встречается? – сказал мужчина, осторожно щупая почву самодельным посохом.

Брюки и ботинки облепила маслянистая грязь, вокруг тел тучей вились комары.

–А я сразу вспомнила о нём, когда увидела это место. «Здесь точно живет Спрутозуб!» – так я подумала, – ответила девочка лет восьми, держась в двух шагах от отца и старясь ступать точно по его следу.

– Спрутозуб? Ты что же, даешь им имена?

– Ну, конечно! Должны же они как-то называться.

***

Влажное и жаркое дыхание сельвы неотвратимо вытягивало из людей силы. Уже несколько часов, шаг за шагом, путники отвоевывали свое право на спасение. Крайне важно успеть попасть на базу до ночи. С самого начала колонизации планеты царило жесткое правило: «После заката живых людей в джунглях не бывает».

– Будь я проклят, это еще что?! – воскликнул мужчина, увидев как, вдруг, зашевелились кроны деревьев.

– Это Душееды!

– Кто?

– Пауки! Большие пауки с ядовитыми жалами!

«Та-да-да-дах!» – очередь автоматического карабина разнесла на ошметки одно из гигантских насекомых.

Существа издавали странное пощелкивание и скользили вниз по паутине одно за другим. Пули врезались в отвратительные мохнатые тела, и те взрывались фонтанами зеленоватой жидкости. Вот одному пауку оторвало лапу, и он закрутился на нити безумным волчком. Другому снесло голову; его труп, дернув конечностями, беспомощно обвис, не достигнув земли.

Самый ловкий из противников проворно спустился и присел, агрессивно тряся лапами. Ричард почуял опасность и рефлекторно бросился в сторону. В воздухе свистнуло, и в дерево позади человека ударилась густая клейкая сеть.

«Та-да-да-дах!» – оружие выплюнуло новую порцию пуль.

Паук, словно воздухоплавательный шар, пробитый картечью, медленно растекся по земле, теряя четкость очертаний.

Схватка завершилась. В воздухе омерзительно пахло раздавленными клопами. В одном из тел еще что-то булькало и шипело, в стороне дергалась отстреленная конечность.

***

– Дочь, нам надо поговорить. Откуда ты знала?

– Папа, как только я увидела эти деревья, то сразу подумала, что в них наверняка водятся Душееды!

– Где ты этого нахваталась? Я имею в виду всех этих монстров и эти странные имена, которыми ты их называешь? Неужели из голокомикосов? Ну конечно, где же еще!

– Не ругайся, пожалуйста! Обещаю смотреть только добрые истории, например, про Тумала и Зозо.

– Надеюсь эти двое, как их – Тумал и Зозо? – не выглядят огромными обезьянами с пастью, полной клыков? Ох, прости, пожалуйста, не надо их себе представлять! Лучше подумай о ласковых пони и птичках.

– Да-да, я поняла!

«Почему именно фантазии его дочери? В чём смысл?» – думал мужчина.

Загляни создатель монстров в его, Ричарда, душу, там было бы где разгуляться. После возвращения с войны редкая ночь не приносила страшных воспоминаний…

Вот прущая на окопы их десантного батальона стальная лавина чужих бронеходов. За нею темные силуэты вражеской пехоты, которые Ричард пытается отсечь из ручного пулемета, жадно глотающего третью ленту подряд. Жар огнеметов, льющих пламя на головы, стоящей насмерть десантуры. И крики. Сгорающих заживо людей.

Каждый раз, когда полированные гусеницы бронированного монстра наползали на его окоп, а громыхающая железом тьма закрывала багровое небо, он просыпался. Со стоном, со скрипом на зубах.

А еще в тех снах были рукопашные схватки, вой бомб заходящего на их колонну штурмовика, и госпиталь. Пожалуй, именно госпиталь с искалеченными людскими обрубками, переполненным моргом и ночными стонами соседей по палате были страшнее всего. Пропахший лекарствами и кровью воздух пугал безумием и неотвратимостью смерти. Только мысли о дочери, о том, что он, Ричард, не должен сойти с ума в этом кромешном аду, и удержали его в сознании. И он вернулся с той проклятой войны.

В прихваченном из челнока карабине осталось слишком мало зарядов. Ричард решил приладить свое мачете к длинной палке, служившей посохом.

По сравнению с Земной, местная фауна обладала какими-то невероятными размерами. И разум подсказывал, что от этих существ надо держаться на расстоянии.

***

– Тут странным образом воплощаются твои эмоции. А самая сильная из них – страх. Перестань бояться, я же с тобой!

– Я не за себя боюсь. За тебя, папочка!

– Подумай о чём-нибудь хорошем! Вспомни наш отпуск, как всё было хорошо! Если бы не авария…

«Зачем я напомнил об аварии? Нет, надо перевести ее мысли на что-то позитивное. То, что дорого нам обоим. Как назло, ничего на ум не приходит», – спохватился Ричард.

– О Боги! Эльза, куда ты так испуганно смотришь? Нет, только не говори, что…

Из гигантской норы раздался утробный рык. На свет появились перепончатые лапы размером с минометную плиту каждая. Лежащий ствол полусгнившего дерева не выдержал веса выползавшей твари, мягко хрустнул под ее длинным, похожим на угря, телом.

– Мрачноглот, – тихонько простонала дочь.

– Не думай о нём! Это просто морок, ночной фантом. Представь мыльный пузырь, который лопается под порывом ветра!

Тварь, скаля огромный рот, уже наполовину показалась из укрытия. Ее выпуклые круглые глаза горели злобой и голодом. А капавшая на траву слюна была более чем материальна.

– Ну же! Давай, дочка, развоплоти ее мыслью!

– Я стараюсь, папа, стараюсь!

– Эльза, прячься! – наконец сдался Ричард, опираясь на древко самодельного копья, и прикинул: «Похоже, оставшихся в карабине зарядов может и не хватить».

***

– Я не виновата, папа! Просто мне всё время так страшно! Каждый раз, когда ты уходишь на работу, я жду не дождусь твоего возвращения. И больше всего на свете боюсь, что однажды ты можешь не вернуться! Чтобы разогнать темноту комнаты, я смотрела всё подряд: передачу за передачей, лишь бы экран шумел и светился. Я думала, что это поможет отпугнуть тех тварей, что наверняка прячутся в пустых отсеках. Ты должен меня понять! Неужели тебе самому никогда не было по-настоящему страшно?

– По-настоящему страшно? Было, милая. Самым большим ужасом оказалась потеря твоей мамы. А после этого я стал бояться за тебя. Вот это и есть мой самый большой страх.

Ричард еще раз осторожно ощупал жуткую рану и прикусил губу, чтобы не застонать от боли.

– Знаешь, кажется та, последняя дрянь, с которой мы столкнулись, оказалась опаснее, чем мне виделось. Что-то стало трудно дышать, и бок занемел. Не надо! Не трогай, пожалуйста, иначе кровь пойдет, и я не успею сказать главное. Пожалуйста, запомни! Шагай на две ладони левее от двойной звезды. Видишь ее на небе? Если поспешишь, то управишься до темноты. Надо во что бы то ни стало успеть до ночи. Ты должна, ты сможешь!

– Папа… нет! Нет! Не закрывай глаза, пожалуйста! Мы вернемся вместе, верь мне, папочка! Пожалуйста, верь мне!

***

– Ты видел это? Только не говори, что мне показалось!

– Я видел. И нет, ты не сошел с ума, потому что одинаковых галлюцинаций не бывает.

– Розовый мохнатый слон! И радужная собака с ушами размером с локатор – каждое! Если бы не они, Ричарду бы никогда не выбраться из сельвы. Мужика ведь еле откачали. Бедная его дочь ни на шаг не отходила от отца. Господи, да где они нашли таких зверей? Я никогда не встречал тут ничего подобного! Жаль, что эти существа смылись обратно в лес. Интересно, как бы их назвали ученые?

– Не поверишь, но я знаю как. Тумал и Зозо.

– Что?

– Будешь смеяться, но мой сынишка смотрит о них уже пятый сезон. Это герои детского телешоу.

– Ты меня разыгрываешь? Нет? И что же они… такое?

– Кажется, в интерпретации детей это… надежда и любовь.