Стесняшка

Глава 1

Густая обволакивающая тьма окутала город. Яркие фонари в парке противостояли этой тьме, выстроившись рядами у тропинок, а гладкая вода в озере отражала их свет и окружающую тьму. Аня шла домой с весёлого вечера и проходила через этот самый парк, однако решила немного задержаться — было красиво.

Она начала прогуливаться по дорожке вокруг озера, вдыхать прохладный влажный воздух и рассматривать окрестность. Прошла увесистый каменный мост, перекинутый через небольшую речку, что впадает в парковое озеро. Взойдя на мост, она окинула взглядом водную гладь и увидела два берега, разделённые неглубокой водой. На покатом краю берегов стояли, склонивши ветви, словно убитые горем вдовы, два дерева. Казалось, они плакали из-за разлучившей их навсегда воды, искусственного водоёма и берегов, закованных в каменные плиты, как и всё вокруг водоёма. Нагулявшись и сделав круг по парку, девушка решила идти домой. Людей к концу прогулки осталось совсем мало, уже не слышно было музыкальных колонок подростков, криков и беготни детей.

Чтобы срезать путь, Аня выбрала тропинку, проходящую по окраине — она могла быстро вывести её из парка до дома. Вокруг тропинки было темно, ведь она проходила между деревьев. Девушка шла по ней, и по мере того как она шла, становилось всё тише, фонари попадались всё реже, а темные извилистые кроны деревьев навевали детский страх. Каблучки застучали по неровной каменной тропинке. В коротком белом вечернем платье девушке уже становилось холодновато. Аня решила ускорить шаг, но её остановил какой-то шорох со стороны деревьев. Не придав ему значения, девушка ускорилась, а шорох стал громче. Казалось, кто-то следовал за ней. Девушка настороженно достала из сумочки телефон и засветила фонариком темноту зарослей — увиденное её напугало.

Перед ней, закрываясь от света какой-то картонкой стоял человек в маске лисы. Человек был небольшого роста, в рыжей кофте с опущенным на лоб капюшоном и спортивных штанах, слегка обтягивающих его тонкие ноги. Как только зажегся свет, человек зарычал словно зверь, странно засутулился и буквально впился ногтями в картонку, что сжимали его руки. Аня хотела было пуститься бежать, но человек, жалобно, как ей показалось, заскулил, ещё более сгорбился, плавным движением протянул вперел картонку. На этой самой картонке была надпись фломастером: «Можно мы будем друзьями?» и ниже «я немой».

— Что за полоумный?! — вертелись в голове у девушки мысли.

Человек, опустил картонку, открыв тем самым весь свой облик. Его маска казалась реальной лисьей головой, на ней был очень мягкий на вид мех, черный носик и даже усы, не было разве что глаз, лишь тёмные провалы, из которых время от времени появлялся проблеск человеческих глаз. Он начал активно и примирительно жестикулировать, совершать движения руками, словно пытаясь околдовать. Он вытягивал их вперед, растопыривал пальцы и волнообразными движениями, словно из мультиков двадцатых годов, показывал что не стоит бояться: он не причинит вреда.

Не успев ничего сообразить, девушка обнаружила, что этот человек вышел из лесопосадок на тропинку. Шатаясь, словно вот-вот упалёт на четвереньки, человек приблизился и… принюхался.

Действительно, принюхался!

Девушка сделала осторожный шаг назад и от глупости всего происходящего слегка улыбнулась. Человек этот делал быстрые вдохи, словно осторожный пёс, даже вытянул свою искусственную лисью морду вперед, натурально приподнимая носик. Принюхавшись, он резко выпрямился и потянул руки в карман, откуда достал телефон и принялся что-то печатать на белом экране. Теперь он казался совсем человеком.

— Ты что типа фурри или квадробер? — поинтересовалась девушка, но в ответ ни одного звука человеческой речи. Человек, а может и зверь, протянул ей экран телефона, где большими буквами, жирным шрифтом напечатано:

Погуляем вместе?

Сделав аккуратный шажок вперед и рассмотрев надпись, девушка воскликнула в голос:

— Ну и странный же ты!

На что зверолюд опустил телефон и склонил мордочку набок (как делают девушки, когда строят глазки), и было в этом движении нечто кошачье. Так глядят кошки, когда выпрашивают вкусности. Словом, очаровал её этот лис. С легкой улыбкой она ответила ему:

— Ну ладно, почему нет? Скажи ж хоть слово, как звать-то тебя?

Лис вновь поднял картонку и постучал ногтем по надписи, гласившей, что он немой. После чего он уверенно пошел вперед, прихватив девушку за талию и потянув за собой.

— Эй, куда руки!

Вдруг Аня услышала от своего спутника утробное рычание и почувствовала его взгляд и физическую силу, он показался ей злым, и она резко замолчала. В голове у девушки вертелись вопросы, в стиле:

— Кто же это, кто он за маской, он шизик или просто дурачок?

В это время лис слегка вышел вперед, уже не вел её за талию, напротив, она сама шла за ним. Спутники свернули с выхода из парка на тропинку слева, таким образом постепенно возвращаясь в парк, причём по тёмной, неосвящённой стороне. Лис шел и по-звериному осматривался, вертя своей мордочкой в разные стороны это было и странно, и смешно одновременно, вызывало интерес. Аня вышла вперед к своему спутнику, поравнялась с ним и взглянула на его маску. Лис заметил это и настороженно повернул мордочку к её лицу.

— Остановись немного, — сказала девушка.

Они остановились и Аня аккуратно потянула свою нежную руку к его мордочке, он на это не отреагировал. Её рука коснулась меха, потом начала аккуратно гладить мягкий, шероховатый мех, он был приятен на ощуп.

— Как настоящая, где ты взял такую?

Лис же издал необычный звук, что-то среднее между человеческим «ммм» и кошачьим мурлыканьем.

— Может снимешь маску, интересно как ты выглядишь?

На это лис резко отдернулся и зарычал, девушка больше не предпринимала попыток.

Они шли дальше по тропинке, становилось светлее, встречались редкие прохожие. Девушка задавала вопросы своему спутнику, лис же печатал в телефоне свой ответ и показывал ей — так они и общались. Аня узнала что этот человек за маской лисы художник, что он довольно одинок и творчески одарен. На вопросы о возрасте, учёбе, родителях, немоте он не реагировал, упорно не отвечал на вопросы и переодически порыкивал.

Так они дошли до освящённой стороны парка и недалеко оставалось до центра парка, как вдруг свет выхватил компанию из троих человек, двигавшуюся им навстречу. Компания, завидя их, начала смеяться и перешёптываться, лис убрал телефон и настороженно глянул в их сторону.

— Эу! Ты чё фурри, вырядился то как! — крикнули подростки.

Девушка, завидя их немного отошла за спину лису, она знала их — хулиганы из соседнего класса, они просто так не отстанут. Один из этих хулиганов, Тоха, ранее упорно добивался расположения Ани. Ситуация выдавалась напряженная.

Эти трое преградили спутникам путь и один из них, прыщавый, широченный, напоминающий скинхеда школьник (как оказалось позже это был Тоха) резко потянулся к маске, чтобы поддеть её снизу и стянуть. Но тут, человек в маске лисы с громким рыком схватил приблизившуюся было руку наглеца и крепко сжал её. С секунду школьник стоял в ступоре, перед ним в угрожающей позе стоял зверолюд и с невероятной силой, до боли сжимал его запястье. С едва заметным страхом и гневом, нападающий выдал ответ:

— Ты чё дурень?! — после чего с размаху ударил по маске левой рукой.

У маски лопнули петли и она словно бесполезная тряпка полетела в сторону, а за ней круглый очки …

Ещё секунд пять стоял Тоха с победным видом и рассматривал произошедшее: человек, но уже без маски лисы стоял и держался обеими руками за лицо.

И думал он:

— Что же это, ударили! Шишка на правой скуле, будет нелегко скрыть. Очки, мои очки!!!

Вскоре человек открыл лицо, опустился на пол, начав ощупывать место вокруг. Трое школьников заулыбались, помимо это вперед вышла Аня и заглянула в его лицо.

— Сашка?!! Это был ты!

Сашка же нашел очки, они каким-то чудом уцелели и не разбились, ни одной царапины. Взрыв хохота прозвучал над ним:

— Поверить не могу, Сашка?! Тот самый сыч оказался фуррём?! Ха ха ха!

— Чё рил, этот сыч?!

Сашка ощущал себя словно затравленная гончими лиса, беспомощно он озирался вокруг не зная куда себя деть. Долго бы он не выдержал этого положения — встал и пустился на утёк, бросив и не став искать потерянную маску. Он бежал быстро, так что сердце его бешенно колотилось, всё тело пылало жаром, а во рту пересохло, и вслед ему продолжал раздаваться громкий гиенский смех.

Очередное утро, которое с первых секунд обещало быть непростым — на правой щеке разросся выразительный синяк.

— Блииин, что же делать, его заметят, будут расспросы, меня могут узнать! Ой беда!

Мысль о том, чтобы пропустить занятия не была ему близка. Он всегда поддерживал хорошую успеваемость и практически никогда не пропускал занятия. Да и родители вместе с учителями заволновались бы — что происходит? Предстать пред кем-то виновным было бы для него хуже пытки… ловить эти осуждающие взгляды, отвечать на вопросы.

— Если бы только можно было это как-нибудь закрасить… лишь бы только ничего не было, ничего не заметили.

Сашка надел свою привычную, ничем не примечательную одежду, накинул рюкзак на оба плеча и пошел в школу словно на расстрел.

Он поставил себе такое правило на день: никак себя не выдать, всегда смотреть в пол и не поднимать голову высокого, делать ничем не примечательные дела.

— Чёрт, могут заметить, я двигаюсь так неловко, запинаюсь, бегаю глазами …

Зашел в класс, не поднимая головы сел за привычную предпоследнюю парту, открыл тетрадь и книгу — дескать усердно учится.

Постепенно класс наполнялся людьми и последней пришла она — Аня. Та самая главная красавица школы с вечно короткой юбкой и растегнутой на две последние пуговици рубашкой, что будоражила умы многих одноклассников, в том числе и его. Первым делом она направилась в сторону предпоследней парты, подошла и встала прямо рядом с Сашкой.

— Доброе утро Саш, не сильно тебя ушибли а?

Он промолчал, ещё более наклонившись над книгами.

— Если игнорировать их — они отстанут, — думал он.

— Не знаешь чьё это? — девушка потрясла неким предметом, Сашка невольно взглянул — это была измятая ударом маска лисы.

— Ой девочки, знаете что вчера учудил наш Сашка… .

Девушка начала рассказывать как якобы Сашка (он сам этому не верил) бегал за ней в маске этой самой лисы, рычал, лапал её за талию и даже подрался с Тохой из параллели. Сашка, слыша это, начал краснеть и ещё больше горбиться, над учебником, зарываясь в нору для спасения от хищников. Однако вскоре его страдания прервались: вошел учитель, что знаменовало начало урока. Единственное, что напрягало, так это Анечка, что уселась против обыкновения прямо перед ним. Во время урока она часто оглядываясь на него, хихикая и перешептываясь с подругой. Урок дал Сашке передышку от одноклассников, он попытался, начать решать примеры, но быстро уходил в себя, в свои расстревоженные ситуацией мысли:

— Если бы я только мог быть другим, иным, сильным, волевым и красивым! Мне бы не пришлось играть эту отвратную мне роль омежки, главного отщепенца класса. Может тогда бы я стал действительно кем хочу, а не подстраивался под эти роли, перекочевавшие из биологической иерархии!

Его мысли улетали всё дальше, он уже не решал математические задачи, но открыл свой скетчбук, где среди свободного он волков, лис и их клыков места начал рисовать. Это было похоже на медитацию, помогало ему успокоиться, отвлечься от социального мира, где царят хищники вроде львов, волков и шакалов, а он лишь ничем не примечательная мышь. Штрих за штиром и на изрисованом тетрадном листе начала проявляться оскаленная лисья морда с черными глазами, словно провалы маски, и острыми когтями. Он и не заметил как прошел урок и учитель ушел, оставив того в беззащитном положении.

Анечка првернулась к нему, придерживая маску на лице обеими руками:

— Что, лисёнок, загрустил а?

Он сперва даже не заметил её, был так сильнл поглощён процессом.

— Что рисуешь? — полюбопытствовала подруга Анечки, что сидела рядом с ней.

Сашка вышел из оцепенения и резко захлопнул скечбук, прикрыв его рукой. Было как раз во время, ведь над ним стоял одноклассник и хотел было выкрасть блокнот, но не успел и лишь выпалил:

— Э, ты чё там, на фуррей стоит а?

Одноклассник попытался отобрать блокнот, но Сашка крепко вцепился и прижал его к груди, от усилий по сдерживаню он даже заскулил, чем вызвал смех у всех присутствующих.

— Ладно, тогда я возьму твою сумку, не против? Честный обмен! — сказал надменных голосом высокий Васька и вытянул его портфель со стула, потрясая им в воздухе словно трофеем.

Сашка сидел в оцепенение от этого и не знал что делать: броситься отбирать свой портфель или продолжать держать скетчбук. В этот момент его хватка слегка ослабла, что позволило Анечке выхватить скетчбук. Сашка пытался было вернуть этот кусочек себя, блокнот в который он изливал свою душу в виде рисунков, но одноклассник сзади схватил его за руки:

— Эу, на девочек не кидайся!

— Не бойся, — победоносно начала Аня, — мы только посмотрим, должно быть ты талантливый художник!

Одноклассник, державший его рассплылся в улыбке, а Сашка, осознавая поражение, обмяк телом и совсем поник.

Анечка перелистывала страницы и еле слышно ахала — его рисунки были прекрасны. Косые отрывистые линии, плавные изгибы и частые штрихи изображали гипперреалистичную шерсть на различных животных. Сами животные, часто хищники, были в эффектных позах: в прыжке, с разинутой пастью, в борьбе друг с другом.

Что изначально задумывалось как разоблачение шизика, рисующего фурри, превратилось в любование рисунками. Аня подняла глаза на Сашку, тот стоял с поникшей головой, словно ожидающий лезвия топора, занесённого над ним, или отворённой пасти, стремящийся его поглотить. Девушке стало жаль его, она вышла вперед и примеряюще шепнула:

— Ты хорошо рисуешь, возьми… А ты верни ему рюкзак, не издевайся над ним!

Сашка ватными руками принял свой блокнот, сел за парту и убрал его в недавно возвращённый рюкзак, затолкав его в глубокую безду школьного портфеля.

Оставшиеся уроки он просидел словно в абстракции, на переменах не выходил в корридор, даже не вставал из-за парты. Анечка кокетничала, Васька отпускал дурацкие шутки, но всё это, казалось, не могло вывести Сашку из этого состояния.

Прозвенел звонок последнего урока. Накинув портфель Саша направился к выходу, смотря лишь себе под ноги он столкнулся с девушкой. Это была Аня, она стояла в дверях, преграждала путь и не пропускала одноклассника домой.

— Ты что, в отключке? — насмешливо спрочила она.

Сашка поднял безучастный взгляд, тяжело вздохнул и снова опусти свой взгляд под ноги.

— Ну прости меня Сашенька, я не хотела тебя обидеть! — продолжила Аня изменившимся голосом, — давай прогуляемся с тобой, о себе расскажешь, ты оказывается такой талантливый и интересный… !

— Нет, — резко отрезал подросток.

— Почему! Клянусь, я не буду больше брать твои вещи… и ты не встретишь этого Тоху, он и сам мне не нравится… я скажу им и они от тебя отстанут, пожалуйста, можно хотя бы немного проводить тебя?

Проводить? Как кот мышá до дома?! — подумал он.

— Нет, — вновь и вновь безучастно отвечал подросток, а после вошел в освободившейся проем и торопливо спустился по лестнице. Аня ещё некоторое время стояла неподвижно, поражённая своей неудачей.

Сашка буквально вбежал в свою комнату и навалился спиной на дверь, словно за ним гнались волки.

— Наконец-то, что ж за день сегодня!

Когда сердце успокилось и выравнило ритм, Сашка направился к кровати. Словно внезапно парализованный упал он на кровать не находя в себе силы даже переодеться. Только многочисленные мысли по-прежднему тиранили его разум и вселяли тревогу в сердце.

— Что ж за звери такие! Жизнь это лес, арена где сильный съедает слабого! А этот слабый должен смириться и продолжать играть свою роль, продолжать играть смиренного кролика. Эх, вот был бы я другим, был бы я лисой, хитрым рыжим лисом. Я бы свободно бегал по лесу, кушал зайчиков и защищал овечек от клыков кровожадных волчар! И так легко дышится, дикий воздух щекочет мою шерстку, мать-природа гладит меня по голове, придавая сил и без того могучему телу. Как же жаль, что такого не может быть, ведь они теперь знают!

Мама Саши заволновалась, но Сашка сочинил правлоподобную историю: на физкультуре играли в футбол, мячом в глаз попали, случайно. Приложили компрес, и буквально на следующий день синяк почти исчез.

Продолжались школьные дни, он ходил на них словно овца на забой. Сидел за партой, не видел и не ощущал ничего вокруг. Ему казалось что все люди звери, они хищно выглядывают из-за деревьев и ждут, пока он потеряет бдительность. Он настолько ощетинился и погрузился во внутреннюю нору, что совершенно не заметил перемены в классе — Анечка начала сидеть с ним за одной партой.

Вела она себя тихо и прилично, что странно. Во время уроков не хихикала, не перешептывалась с подругой и не оборачивалась (ибо уже не куда). На переменах же, пристально, томно смотрела на него и задавала вопросы. Сашка же отвечал на них, не глядя на неё, направляя свой голос куда-то вперед, во враждебную неизвестность:

— Уже нет

— Нет

— Пятнадцать

— Не знаю

Анечку раздосадовали эти ответы, но в ней появилось терпение. Она думала:

— Он хоть и странный, может и клоун, но зато какой хороший! А этот Тоха …

Она вспомнила свой недавний разговор с Антоном, как он, с еле скрываемой обидой в голосе спрашивал: что это тогда было, кто этот парень?! Тот самый Мафиозник, как его прозвали в классе, умел лишь пускать пыль в глаза. Он все выставлял на показ свое бестрашие и свою удаль тем, что задирал и не давал прохода тихоням и ботаникам.

— Как хорошо его Сашка уделал! Как этот Тоха испугался, когда он его схватил. Наверное ещё чуть-чуть и он бы завизжал! Сашка постоял за меня, а Тоша же ни разу подобного не сделал!

Она даже начала ходить везде за Сашкой, ища его внимания, вызывая тем смешки и перешёптывания уже в свою сторону. Но Сашка был непоколебим в своей берлоге. Он не показывал свой скетчбук, даже не приносил его в школу, на все вопросы отвечал что больше не рисует и вообще это были не его рисунки.

На следующий день, классный руководитель, совместно с историком устроила классу патриотическую беседу. Класс пошел в местный парк, к памятнику героя Великой Отечественной войны. Аню интересующий одноклассник ничем не выделялся из толпы, хоть и стоял слегка поодаль. Девушка решила действовать, сжав в руках маску лисы, она начала приближаться к нему, охваченная тревогой, словно бы приближалась к голодному дикому волку.

— Саш, это я! Всё же прости меня, вот твоя маска, я на ней петельку поменяла, она теперь как новая! Ты очень хороший парень …

Сашка с легким удивлением посмотрел на неё, потом на маску.

— Возьми …

Он протянул руку и взял её, выставил перед собой маску, словно убеждаясь в достоверности, и приложил её к лицу.

Он снова почувствовал тот прохладный ночной воздух, то приятное ощущение внутри, биение звериного сердца.

— Но ведь она знает, они все узнают!

Свободы он больше не чувствовал, наоборот, эта маска показалась ему наручниками, кандалами. Он отнял маску от лица и протянул обратно Анечке, у которой заблестели глаза:

— Себе оставь — тихо сказал он, после чего пошёл со всем классом рассходиться по домам.

У Ани брызнули слёзы, она надорванным от обиды голосом крикнула ему в спину:

— Ты слепой крот! Впервые вылез из своей норы и ни черта не видишь вокруг!

Сашку передёрнуло от её слов, в голове у него ясно и четко прозвучали слова: удар, атака! Он ускорил шаг и прижал руки к груди, то ли от неловкости, то ли от того, что стремился защитить что-то внутри себя.

Анечка плакала, ей казалось что целый мир несправедливо лишил её человека, которого она была достойна, который был достои её, только что-то неприятно испортило его. Что-то лишило его внутренней силы, волчьей храбрости, лисьей хитрости и природной красоты.