Совет "Пятёрки"

Глава 1

На днях Гилберту пришлось уехать из города вместе с остальными членами его отряда. В академии их окрестили ёмким названием "Пятёрка", и это имя звучало неплохо, поэтому не было нужды устанавливать лишние запреты и что-то менять. Тем более сам Гилберт, хоть и являлся главой, но численно не входил в состав группы, взяв на себя руководство над всеми её участниками.

И только стоило отлучиться, как какой-то наглец тут же решил прибрать власть в свои руки и творить, что вздумается, прикрываясь его именем. Гилберт терпеть не мог, когда его планы рушились. Он не выносил чьё-либо вмешательство в ход событий без его ведома. Это раздражало. Надо было намного раньше присмотреться к мерзавцу, ещё когда он внезапно предложил свою помощь в делах академии. Конечно же речь шла о Джейсоне, наследнике рода Патронов, одного из самых влиятельных в совете, обладающего богатствами алмазных рудников, ведущего крепкие торговые отношения с соседними государствами. Гилберт сначала обрадовался, узнав, что будет иметь на своей стороне такого сильного союзника. Тем более Джейсон оказался столь же успешен в делах, как и его отец. Он уже провернул несколько удачных сделок, чем сильно порадовал императора и совет. А так как император, как стало известно Гилберту после бесед с отцом, являлся не более чем его послушной марионеткой, то наследник Патронов скорее произвёл положительное впечатление на самого отца, что более весомо, чем похвала этой жалкой куклы, занимающей трон. Так вот поэтому Гилберт без тени сомнения принял Джейсона под своё крыло, хотя стоило поостеречься и прощупать того более тщательно. Стоило предположить, что Джейсон будет действовать лишь в интересах своего рода, что он не станет прислуживать из верности или подхалимства и, скорее всего, в дальнейшем попытается обыграть Гилберта и забрать контроль над академией в свои руки. Хотя дело не в академии, Гилберт понимал, что Джейсон лишь прощупывает почву. Скорее всего он постарается уничтожить его до выпуска или подчинить себе. У набирающего силу молодого наследника наверняка есть амбиции не только в торговле. Пройдёт ещё пара лет, и его пригласят присоединиться к совету, в то время как Гил будет лишь юным выпускником.

"Наверняка этот мерзавец думает, что если между нами семь лет разницы, то я стану играть с ним в любые игры, как малое дитя. Что ж, давай сыграем, Джейсон, но только по моим правилам. Я докажу, что ты жестоко ошибаешься. Никто не смеет вставать у меня на пути, и выскочка сломается также, как и все остальные кандидаты. Он ещё поплатится за свою дерзость!"

Таким образом, Гилберт после выяснения обстоятельств незамедлительно созвал совет Пятёрки, главным гостем которого стал Джейсон. Зал для аудиенций был подобран специально под стать тронному залу Большого совета. Центральное кресло, отороченное алым бархатом, стояло в самом конце длинного помещения на возвышении, а вокруг него по правую и левую сторону находились деревянные сиденья для членов совета. К подиуму вела узкая ковровая дорожка, на стенах висели гобелены, отображающие боевые действия столетней давности. Свет проникал сверху из узких окон над потолком, но его всегда было недостаточно, поэтому через каждые два шага располагались высокие канделябры со свечами, зажженными в любое время суток при проведении мероприятий.

Узкий коридор создавал гнетущее впечатление, а отсутствие сидячих мест для гостей только усиливало психологическое давление на вошедших. Гилберт назначил встречу ближе к полуночи, в полдвенадцатого вечера. Таким образом он хотел проверить реакцию соперника, помучить его долгим ожиданием, сократить время его сна. Джейсон принял приглашение, а значит, всё шло по плану. Перед советом он обсудил сложившуюся ситуацию с Пятёркой, но окончательное решение осталось за лидером. В данной обстановке его люди должны были создавать эффект антуража, не вмешиваясь в их с Джейсоном разговор.

Когда всё было сделано, совет Пятёрки во главе с Гилбертом начал свою тайную аудиенцию. Гость зашёл в зал ровно в назначенное время, ни секундой позже, как будто бы специально ждал за дверью своего приглашения. На самом деле Гилберт был даже удивлён такой расторопностью. Он рассчитывал на опоздание, зная характер своего оппонента. Но Джейсон решил иначе. Размеренным, но уверенным шагом он быстро прошёлся до места сбора, припав на одно колено перед самодельным троном, устремил взгляд в его подножие и произнёс:

- Джейсон Патрон к вашим услугам, Господин. Что пожелаете?

Гилберт скривился в отвращении, увидев настолько показное раболепие. Он перешёл сразу к делу.

- Заканчивайте этот фарс. Мы оба, как и все присутствующие здесь, знаем, для чего я позвал вас на совет. Не нужно лишних церемоний, - резко произнёс юноша, жестом руки приказывая встать.

Гость тут же повиновался и, ещё раз слегка поклонившись, выпрямился.

- Я посчитал нужным, что такое приветствие как нельзя лучше подходит окружающей обстановке, - бесстрастно проговорил он, но в уголках губ таилась лёгкая полуулыбка.

" Этот гад уже начал испытывать моё терпение. Ну что ж, посмотрим, кто кого переиграет. "

- То есть, вы посмели утверждать, что и ваша служба мне и совету является не более чем данью традициям? - спросил глава, чуть наклонившись вперёд к собеседнику.

- Вовсе нет, здесь вы можете пологаться на мою искренность, - в третий раз поклонившись ответил Джейсон.

"Если он поклонится ещё раз, я тут же перережу ему глотку", - мелькнула мысль в голове Гилберта. И слегка задержав её, он решил, что это будет неплохим решением, но слишком элементарным.

- Вот как, тогда оставим формальности и перейдём сразу к делу. Поговорим о недавнем инциденте. Джейсон Патрон, совет обвиняет вас в отступничестве и самовольничестве, что привело к полной потере контроля над одной из зон. Причём вы действовали от нашего имени, а это равносильно предательству, и по закону империи такая выходка карается...смертной казнью. Но прежде чем вынести приговор, хотелось бы внести ясность в ситуацию и узнать причину отступничества лично от вас, Господин Патрон, - Гилберт произнёс имя соперника с издёвкой, выказывая своё явное неуважение. В то же время он понимал, что и его роль судьи, и высказанное обвинение лишь часть задуманной игры. Но нельзя было позволить никому усомниться, что он имеет право судить, - а теперь дадим слово обвиняемому.

Джейсон кивнул.

- Да, мне пришлось действовать от имени Пятёрки, но вы сами пригласили меня в её состав, хотя и не официально. Моё основное преступление состоит в том, что мои действия не были заранее согласованы с вами по причине вашего временного отсутствия. Что же касаемо наших потерь, то я могу заверить, что мне удастся возместить их в полном объёме. Заброшенная зона будет возвращена прежнему владельцу, а наша связь с ней налажена незамедлительно. Причина по которой я действовал по собственному усмотрению, кроется в приказе, отданном моим отцом. Признаюсь, это были семейные обстоятельства, и мне пришлось пойти на крайние меры, чтобы соблюсти интересы обеих сторон. И теперь, когда всё улажено, я могу вас заверить, что лично разберусь с проблемами, которые возникли вследствие произошедших событий. Вам не нужно будет ни о чём беспокоиться.

Закончив говорить, Джейсон отступил на шаг и выжидательно окинул взглядом присутствующих.

" Интересно, - подумал Гилберт. - Легко ли ему отчитываться перед группой юнцов, или он мысленно смеётся над нами?"

Высокая, стройная фигура Джейсона, казалось, смотрелась подавляюще на фоне собравшегося совета, старшему члену которого было не больше семнадцати. Тем не менее каждый из них, несмотря на свой юный возраст, являлся весьма одарённым учеником в той или иной области.. Гилберт собрал вокруг себя лучших юниоров академии. Первым человеком, вошедшим в этот круг, стал Громила Мортимер. За счёт крупного телосложения в свои пятнадцать он выглядел на двадцать пять. Постоянные силовые тренировки сделали из него непобедимого бойца, в рукопашной схватке ему не было равных. Но, к сожалению, умом он не блистал и в сражении холодным оружием проигрывал в ловкости и хитрости другим кандидатам. Гилберт давно думал списать Громилу со счетов, но он пока что был полезен в запугивании новичков, и былая слава грозы академии за два года ещё теплилась среди старших учеников.

Мортимер развалился на самом крайнем сиденье по правую сторону от главы. Он раздражённо ковырял большими пальцами края подлокотников и со скучающим видом наблюдал за разворачивающимся представлением. Из сказанного Джейсоном он не понимал ни слова, и поэтому ждал, когда же наконец всё закончится, и можно будет отправиться вздремнуть к себе в покои. Мортимера злила вся эта ситуация, он считал, что не нужно было устраивать показной суд ради какого-то чужака, тем более выслушивать его оправдания. Легче просто отмутузить его как следует и больше не иметь с ублюдком никаких дел. Также Мортимеру понравилось предложение крысёныша отрубить Джейсону пару пальцев. Гилберт считал иначе. Он хотел поиграть с этим опасным типом и унизить его своими методами, которые Морти считал ненужной суетой. Но против главы не выступил. Он знал, что его положение в группе и так пошатнулось, особенно когда в неё вошёл Цисси, последний и самый опасный боец в команде. Между ними постоянно случались словесные перепалки, и Громила всегда оказывался в дураках. Свет от ближайшего подсвечника падал на лицо Мортимера, создавая глубокие темные тени, и со стороны казалось, будто ещё немного, и он набросится на обвиняемого.

На соседнем сидении, закинув ногу за ногу и сцепив ладони в замок, расположился Крысолов. Худощавое длинное тело чуть сгорблено, острый взгляд бледных сероголубых глаз вцепился в вошедшего словно крючок в лакомую добычу. Большой нос, похожий на птичий клюв, придавал лицу хищное выражение, и к тому же усиливали впечатление узкий подбородок и маленький, скривившийся в вечной полуулыбке рот. Белёсые жидкие волосы небрежно связаны в короткий хвост на затылке. Да, это он предложил отрезать пальцы обвиняемому. Если охарактеризовать Крысолова одним словом, то можно назвать его психопатом. Невозможно было понять, о чём он думал. В целом ведущий себя тихо, он мог посреди разговора сказать нечто такое, что собеседник сочтёт за жестокую шутку, не зная личности говорившего. А у Крысолова слова никогда не расходились с делом. Он любил чёрный юмор, самое безобидное из его изощрённых увлечений. Благодаря Крысолову Гилберт вышел на связь с бандитами из трущоб, требуя выполнить ту или иную работёнку, и тот всегда находил нужного человека. Но главная его обязанность заключалась в отлове шпионов. Гилберт контролировал верхушки, однако концы нуждались в надзоре не меньшем. Крысолов помог выстроить целую сеть надсмотрщиков и слухачей. Он стал работать на Гилберта с одним простым условием: глава не должен вмешиваться во время его допросов. Некоторых важных клиентов Гилберт брал на себя, но остальных отдавал в искусные руки Крысолова, который легко развязывал им языки. Попасть в камеру к этому сумасшедшему садисту считалось хуже самой смерти. Все, кто побывал там, больше не возвращались в академию, как и к нормальной жизни. Некоторые сходили с ума, пытались покончить с собой, прыгая с крыши, выпадая из окон или принимая яд. Барон часто напоминал Гилу, что держать рядом с собой подобного человека, всё равно что носить меч без ножен или ходить по лезвию ножа. Но на все доводы глава только смеялся и отвечал, что Крысолов приносит больше пользы, чем все члены Пятёрки вместе взятые. "К тому же, разве не весело наблюдать за тем, как кто-то делает за тебя грязную работу",- говорил он с довольной усмешкой. Также можно было заметить, что Крысолов работает с Гилбертом не только из-за денег или утоления своих садистских наклонностей. Он действительно уважал главу, уважал и, возможно, боялся, а, может быть, даже и поклонялся ему. Сложно сказать, какие чувства на самом деле испытывал этот скользкий и скрытный человек. В академии он учился не под своим именем, а, войдя в Пятёрку, и вовсе взял кличку. Одним словом, сумасшедший.

Что же касается третьего члена совета, Барона, то он разглядывал гостя с интересом. Ему нравились такие люди. Дерзкий и хитроумный Джейсон - определённо одна из важнейших фигур на шахматной доске королевства. И сильный противник, неудивительно, что Гилберт захотел заключить с ним союз. Но необходимо было поставить наглеца на место, Барон прекрасно понимал и это. Поэтому он с упоением наслаждался процессом суда и ждал шанса высказаться, чтобы загнать в угол обвиняемого. Конечно, он не стремился перетягивать одеяло на себя, все решения будут приняты главой.

Барон заслужил своё прозвище не просто так. Он являлся представителем старой аристократии и, подражая ей, носил изящные наряды, манерничал, соблюдал этикет. Но друзья знали, что это всего лишь маска, за которой скрывается человек не самых честных правил, любитель выпить, покутить и посмеяться над пошлыми шутками. Однако Барону всё сходило с рук, так как юноша был богат, знатен и умён, единственным наследником древнего рода, дальним родственником императора и к тому же прекрасным бойцом, одним из лучших мечников в академии, уступавшим разве что Цисси и самому Гилберту, разумеется. К тому же, едва вошедший в окружение Гилберта, Барон стал для него самым близким другом, если вкладывать в понятие о дружбе те смыслы, которые в него вкладывал Гилберт. Дело в том, что глава приближал к себе лишь тех, кто приносил пользу, кто был достоин его общества и разделял его мировоззрение. Гилберту нравилось находить в своём окружении отголоски себя самого, но никто из них не был ему равен, они все стояли на ступень, две, три , четыре ниже, в том числе и Барон. Никого Гилберт не подпускал слишком близко и тем более не раскрывал свою душу. Такое одиночество вовсе не тяготило его. Он принимал своё состояние как должное, как император, принимающий корону и руководство.

Барон, слушая оправдания Джейсона, ждал, когда же он наконец сможет задать несколько щекотливых вопросов, которые выведут наглеца на чистую воду. Или хотя бы поставят в неловкое положение. Ему стало любопытно, как же он отреагирует. И поэтому, едва окончилась речь подсудимого, Барон тут же спросил:

- Вы утверждаете, что ваше преступление состоит в том, что вы не смогли оповестить нас о ваших планах по причине отъезда господина Гилберта и всех остальных членов круга из столицы. Но как вы вообще посмели строить планы без нашего разрешения и уж тем более воплощать их? Что вы ответите на это?

Джейсон поклонился и, не взглянув на задавшего вопрос, повернулся к Гилберту.

- Я должен отчитываться перед каждым, сидящим в зале, или только перед вами?

Гилберт вспомнил о своих планах поговорить с Джейсоном без вмешательств Пятёрки, но поднятая другом тема его заинтересовала, и решение было принято. Он посмотрел на сидящего рядом Барона и с улыбкой сказал:

- Отвечайте на любые вопросы, если они касаются дела. Я разрешаю.

Джейсон поклонился.

- Слушаюсь и повинуюсь. Так вот, на счёт времени проведения операции. К сожалению, я им не располагал. Отец назвал очень сжатые сроки и пришлось действовать незамедлительно.

- Насколько сжатые сроки? Карты зоны были приготовлены заранее. Вы могли обговорить всё с нами перед отъездом?

- Отец дал мне неделю, и карты были сделаны в тот же срок.

- То есть, вы утверждаете, что этот подробный чертёж был создан за неделю? - Барон достал из под плаща толстый свиток пергамента и, развернув его, помахал перед всеми присутствующими.

- Верно, - не показывая никаких эмоций ответил Джейсон.

- При этом была сделана сотня копий? - вопросительно изогнул бровь юноша.

- Да. Необходимо было предоставить как можно больше экземпляров для поимки моего беглого братца.

Барон засмеялся.

- Да это попросту невозможно, вы смеете лгать нам в лицо? - он хлопнул ладонями по подлокотникам.

- В моих словах не было ни капли лжи. К чему эти пустые обвинения? Мой человек приготовил экземпляр, а потом передал гильдии мастеров, на всё ушла ровно неделя. Вы можете подать заявку в гильдию и узнать, когда они получили заказ, - отчеканил Джейсон.

- На обследование местности уйдут месяцы, не говоря уже о самом чертеже. Всё было спланировано заранее. Никто не в силах справится с подобной задачей за неделю! Ваши слова можно расценить, как глупое отпирательство. Что скажете, глава? - Барон повернулся к Гилберту и передал ему свиток.

Гилберт окинул взглядом чертёж и свернул его обратно.

- Что ж, если вы утверждаете, что это правда, то приведите сюда этого человека, может быть он докажет ваши слова? - потирая руки, сообщил глава собрания.

- К сожалению, это невозможно. Я с ним больше не работаю. Он оборвал со мной все связи после нашей последней сделки, и найти его будет не просто. Вероятно, он уже уехал.

- Хм, какое неудачное совпадение, - проронил Гилберт, передав свиток Барону.

- Или нелепая ложь, - добавил от себя Барон.

- Значит, нет никаких доказательств, что ваш отец поручил вам задание неделю назад? - спросил глава.

- Как я уже говорил, вы можете обратиться в гильдию и узнать подробности заказа.

- Создать сотни копий карт за несколько дней не проблема для королевской чертёжной мастерской, а вот создать аналог меньше, чем за неделю... Слабо в такое верится... Зря вы отпустили такого непревзойдённого мастера… - с иронией продолжил рассуждения Гилберт.

- Если он вообще существовал, - с усмешкой добавил Барон.

- Думаю мотивы моего поступка к делу не относятся, - резко сказал Джейсон. - И хватит уже об этом. Я сказал вам всё, что должен был. То, в чём вы меня обвиняете. несомненно верно. Я самовольно провернул это дело, и вам судить насколько оправдывают меня сложившейся обстоятельства. Я готов понести любое ваше наказание и, если приговор будет смягчён, то обещаю, что верну вам и заброшенную зону и банду Головорезов в целости и сохранности. Могу поклясться вам в этом.

- Не нужно! - крикнул Гилберт. Нервное поведение Джейсона не осталось незамеченным, и теперь пора выдвинуть свои условия, - Из-за вас, во-первых, была подпорчена наша репутация, во-вторых, мы потеряли контроль над зоной, и даже если вернём его, как мы можем полагаться на территорию, каждый угол которой стал всем известен, благодаря вашим гениальным картам? Придётся решать и этот вопрос! И, в-третьих, смерть студента. Кого мы должны сделать козлом отпущения? Не забывайте, что дело осталось открытым. Не получится просто так всё замять!

- Я готов решить все эти вопросы, Господин.

- Гилберт хлопнул по подлокотнику и, немного наклонившись вперёд, перебил обвиняемого.

- Как я рад, что вы готовы! Но если бы не вы, мне вообще не пришлось бы за вас радоваться. Я отвечаю за академию. И после инцидента я не могу уже доверять вам, как раньше. Тем более в связи с отсутствием доказательств ваших срочных обстоятельств. По сути вы заявили всей академии, что действуете от лица Пятёрки. Это вы отдали приказ нашим птичкам убить мальчишку. Но план провалился. Вы опозорили нас и запятнали своими действиями нашу репутацию. Операция сорвалась, а новый лидер шайки бунтовщиков ещё сильнее укрепил свои позиции. За ним вышла вся академия, не за нами, а за ним. Это так вы выполняете свою работу? Прекрасный план. Если бы мальчишку убили, как и было вами запланировано, все бы просто прикончили шайку головорезов, и, всплакнув пару дней, отправились по своим делам. А мы бы набрали новых птенчиков. Или вы думаете, нам важно, кто будет подчищать всякую грязь? Мне плевать, вернёте вы этих Головорезов или соберёте новых. Проблема в том, что ситуация обернулась не в нашу пользу. И теперь мы официально напали на нового лидера и при этом сильно облажались. Из-за нас умер один из учеников, и, насколько мне известно, он был членом отряда Сопротивленцев. Понимаете, к чему я клоню? Вы начали эту войну, и если вы её не закончите, то станете предателем и ответите за всё. Но не так, как вы собирались. Весь ваш род ответит, включая драгоценного младшего братца.

Ни один мускул не дрогнул на лице Джейсона во время речи главы. Как будто он заранее знал, чем всё обернётся. Гилберт надеялся увидеть хотя бы удивление, а ещё лучше страх. Его семье грозит серьёзная опасность, а Гилберт давно выяснил, что Джейсон ставит семейные узы привыше всего. Что же не так? Может быть он где-то просчитался? Джейсон явно начинал нервничать во время их перепалки с картами. Так где же всё пошло по накатанной? Гилберт не мог понять. И от этого приходил в ещё больший восторг. Давно у него не было достойного оппонента. Игра становилась всё интереснее!

- Приказывайте, что делать, и я сделаю, - коротко уверил Джейсон.

- Закончите то, что начали. Убейте их нового лидера. Не важно, как. Мне не нужны больше эти неприятности. Так вы восстановите вашу репутацию, и, конечно же, репутацию Пятёрки. Змея без головы быстро умирает. Просто отрубите ей голову. Всё, идите. Идите и докажите нам вашу верность, господин Джейсон Патрон. Даю вам неделю, оправдайте же мои ожидания.

- Слушаюсь и повинуюсь, - Джейсон поклонился и, махнув плащом, вышел из зала.

- Господи, ты серьёзно? - выдохнул молчавший всё это время Остролисый, сидевший по правую руку от главы.

- Что именно в моих словах показалось тебе шуткой? - снова растянувшись в кресле, лениво спросил Гилберт

- Насчёт семьи. Ты действительно готов подчистить всех Патронов? Включая его папашу?

- Хм. А что не так? - пожал плечами Гил, смахивая с плеча кусочек золы.

- Они с твоим отцом близкие союзники, - прищурившись, сообщил Остролисый, - и ты не думал, как отреагирует главнокомандующий? Он просто не позволит тебе зайти так далеко, не боишься его гнева?

Остролисый считался одним из немногих приближённых, кому было разрешено вносить свои замечания, спорить и даже дерзить. Имея лёгкий нрав, он оказался чуть ли не единственным человеком, шутки которого попадали в цель так же метко, как и стрелы из его колчана. Остролисый умел развлечь народ и расслабиться. Высокий и худощавый, с длинными каштановыми волосами и цепким взглядом серых глаз. В резких чертах его лица читалось что-то хищное, без ошибки, этот человек не был так добродушен, как могло бы показаться. Он любил жестокие игры наравне с другими членами Пятёрки, но предпочитал никогда не заходить слишком далеко, как и в этот раз. План Гилберта казался слишком абсурдным.

- А ты серьёзно полагаешь, что мой отец считает меня полным дураком? - иронично задал вопрос глава.

Остролисый понял, что в данном случае лучше обойтись без сарказма.

- Нет, конечно нет. Я не имел это ввиду. Я понимаю, на тебя можно полагаться, и, если ты решил, значит есть основания...

Тут подал голос самый младший член группы, Цисси. Рыжеволосый мальчишка выглядел совсем дитём по сравнению с остальными присутствующими. Ему было не больше двенадцати лет. Низкий рост, детское круглое личико и карие оленьи глазки создавали обманчивое впечатление беззащитного ребёнка. И Цисси даже нравилась эта иллюзия. Он частенько пускал её в ход во время поединка, умел очаровывать, его хотелось защищать, а не атаковать. Только поступив в академию, он легко добивался расположения каждого, с кем имел дело, а его уникальные способности схватывать всё на лету и скорость обучения быстро прославили маленького юниора, возведя в редкие ряды гениев. Да, именно Цисси был последним Лидером Сопротивленцев и самым большим разочарованием Кристиана. После поражения в бою с Гилбертом Цисси предал союз, став пятым членом группы, и, благодаря Цисси, слава Пятёрки пронеслась по всей столице, а их название стало нарицательным. Именно из-за нашего маленького очаровательного гения союз Сопротивленцев потерпел самое глобальное поражение и оказался расформирован. Многих его членов исключили из академии, отправили в ссылку или за решётку, а некоторые были даже убиты. Оставшихся учеников раскидали по другим отрядам, и, казалось, проблема была решена... Пока не появился очередной кандидат на пустующее место лидера. "Очередной олух"- как сказал Цисси, посмеявшись над ещё одной жалкой попыткой Сопротивленцев разрушить установленный Гилбертом порядок.

Так что Цисси вовсе не тот невинный маленький мальчик, каким кажется на публике. Он самый сильный ученик академии после Главы. Его владение клинком считается лучшим в столице, а реакции поражают своей молниеносностью. Если бы не неопытность, кто знает, возможно, исход поединка с Гилбертом был бы совсем иной. Скорость его атак настолько восхитила Гилберта, что Глава даже поменял спарринг-партнёра, а уникальная способность Цисси не пьянеть от алкоголя восхитила и всех остальных членов Пятёрки. Цисси прощалось практически всё, включая детские выходки. Он мог уйти посреди урока, если ему станет скучно, или не прийти вовсе. На собраниях Пятёрки он часто вступал в дискуссии, подначивая своих товарищей, откровенно издевался над Мортимером, но, как и Остролисый, никогда не переходил черту. Он мог играть на нервах всех, кроме Гилберта. Конечно, после предательства отряда Сопротивленцев Гилберт не мог полноценно ему доверять и всегда внимательно следил за действиями скользкого мальчишки, как и за своими словами в его присутствии. Пока что Цисси не вызывал нареканий, был чист и послушен, словно котёнок, но кто знает, как обернётся дело в дальнейшем? В целом, Гилберт никому не мог доверять, ну, может быть, кроме Барона...

Итак Цисси, постукивая своими короткими ножками, недостающими до пола, высказал такую мысль:

- А что, если Джейсон снова предаст вас? Что, если он убьёт Эла и сам возглавит народ?

-А ты у нас, как я вижу, специалист по предательству, - хохотнув, прокомментировал предположение Остролисый.

- Пф, кто бы говорил! Все вы там были, скажешь нет? - хмыкнул в ответ Цисси.

- Джейсон понимает, что если он сделает хоть шаг против меня, то я убью его и его брата, а также всех его родственников, - остановил зародившуюся перепалку Гилберт.

- Хи,хи, какой же вы кровожадный, Господин. И зачем вам все эти хлопоты?

- Вырастешь, узнаешь. Скажем так, скучно, когда не с кем поиграть, - усмехнувшись, ответил глава.

- А... Вот как, согласен! Обожаю игры, - вытягивая вперёд ноги и раскачивая сиденье, задорно сказал Цисси.

- Кончайте ломать комедию. Гилберт так просто слова на ветер не бросает. Джейсон, тёмная лошадка, кто знает, что он и его семейка может выкинуть, - вклинился в дискуссию Барон, помахав свёрнутым свитком.

- Вот именно, - щёлкнул пальцами в поддержку друга Гилберт, - Если выкорчёвывать гнилое дерево, то с корнями. Не важно, кто здесь кукловод, а кто марионетка, он или его папаша. Измена не прощается никому. Джейсон знал, на что шёл, это был его риск и его выбор.Но прыгнуть выше головы он не посмеет при всём желании. Я дал ему второй шанс, пусть докажет, что и он не дурак.

Барон одобрительно закивал. Мортимер зевнул. Крысолов в своей неизменной полусогнутой позе смотрел на всех присутствующих сквозь пальцы.

- А что насчёт его слов по поводу сроков? - поднял новый вопрос Барон. - Так просто спустим его наглую ложь? - он снова покрутил в руке карту.

- Возможно, это и не ложь, - пожал плечами Гилберт.

- Возможно...- медленно повторил за ним друг и довольно улыбнулся, - тогда почему бы не проверить? Пожалуй, стоит сходить в Гильдию, узнать имя мастера. Кто знает, может быть и нам понадобятся его услуги? - Барон с восхищением погладил свиток.

- Интересное предложение. Займись этим делом, - кивнул в ответ Глава.

- Что ж, кому-нибудь есть ещё что сказать? - спросил в нетерпении Гилберт. Несмотря на удачный исход собрания, он был морально вымотан и не совсем доволен результатом.

- Отдашь мне Джейсона, если он предаст нас? - подал голос молчавший всё собрание Крысолов.

- Нет, - коротко отклонил его просьбу Гилберт.

- Как скажешь, - слегка разочарованно произнёс тот.

- Тогда расходимся, - объявил глава и, потянувшись, встал с кресла. Цисси толкнул уже похрапывшего на своём стуле Мортимера.

- А, чё? Уже всё?

- Ты всё проспал, тупица, - ответил ему Цисси, выбегая из зала.

- Да как-то и пофиг. Чем дело-то кончилось? - зевнув, спросил Громила у Остролисого.

- Джейсон должен убить Эла, иначе мы убьём его.

- А... Ясно. А чё как долго базарили? - взъерошив короткие русые волосы на затылке, раздражённо пробубнил Морти.

- Всё просто. Мы обожаем долгие беседы, - бодро похлопав его по плечу, еле сдерживая смешок, сообщил Остролисый и подмигнул.

- Ага, особенно после полуночи, - загадочно добавил Барон.

- Да вы реально психи. В следующий раз зовите меня, когда надо будет кого-нибудь прикончить, - недовольно высказался Громила.

- Ха,ха,ха! Убойная шутка!- захохотал Остролисый ещё сильнее, хлопая Морти по плечу.

- Чего смешного? - обиженно просопел он.

- Ха, ха,ха да... С тобой не заскучаешь. Может выпьем?- бодро предложил юноша, потирая руки.

- Нее... Спасибо. Я и так уже с ног валюсь. Зови Цисси, - махнул рукой в сторону коридора Мортимер.

- Да он уже слинял, паразит.

Остролисый развернулся к оставшимся.

- Гил, Барон?- с надеждой в серых глазах посмотрел в их сторону Остролисый.

- К сожалению, у достопочтенных господ завтра тренировка, и мы ни в коем случае не должны её пропустить, - разводя руками и театрально поклонившись, произнёс Барон. Остролисый закатил глаза.

- Прекращай уже строить из себя лорда, - скривился он. Ввнезапно за его спиной вырос силуэт Крысолова. Над самым ухом раздался шёпот:

- Что насчёт меня?

Юноша отшатнулся, по спине пробежали мурашки.

- Только не это! Убить меня хочешь? - он убрал испарину со лба.

- Я не откажусь... - криво усмехнувшись, проронил тот.

- Завязывайте, - раздался голос главы. - Сегодня никто никуда не идёт. Мне хватило прошлого раза.

- Это ты про тот раз, когда Цисси чуть не зарезал одну из служанок? - спросил Остролисый.

- Кстати, она тогда спёрла мой меч, и он до сих пор не нашёлся! - пожаловался Громила.

- В угаре не смогли справится с какой-то девчонкой, и ещё называетесь Пятёркой сильнейших Воинов академии! - усмехнувшись, проговорил Гилберт. - Больше никаких пьянок.

- В ближайшие пару дней? - с надеждой спросил зачинщик кутежа.

- Хотя бы пока Джейсон не сделает свою работу, - пояснил глава академии.

Продолжение следует.