Смердящая бабка

Глава 1

***

Бабка опять воняла, как ходячая свалка. Тошнотворный запах разложения свободно разгуливал по кабинету, словно хозяин, заставляя каждого сидящего здесь страдать по полной. Она сидела за своим столом, что-то бормотала себе под нос, временами посвистывая и хрипя, будто старый чайник на последнем издыхании. Её мутные серые глаза, похожие на пару дохлых рыб, медленно обводили каждого студента в этой душной комнате. Студенты же втихаря шушукались, что она, похоже, откинулась ещё на первой паре с другой группой, до их прихода, но это были только мечты. Бабка всё ещё шевелилась, скрипела и выдавала такие звуки, что хотелось зажать уши и нос одновременно.

Широко распахнутое окно было как издёвка – оно не спасало от вони, и лица студентов застыли в вечной гримасе усталости и обречённости. У некоторых уже слезились глаза – обычное дело в этом гадюшнике. Из окна задувал холодный ветер, мороз пробирал до костей, но этот холод был как подарок судьбы по сравнению с гнилостной вонью, что исходила от Бабки. Все тут знали одно золотое правило: хочешь автомат по её предмету – молчи в тряпочку про «странные запахи».

Всю жизнь терпели эту хрень, и сейчас тоже можно потерпеть, куда деваться.

Прямо сейчас студенты корпели над практической работой, стараясь не пересекаться взглядом с этой старухой, так что Бабке оставалось только пялиться на них, как на добычу. И тут её мёртвый взгляд зацепился за новую жертву в этом семестре. Им оказался молодой парень с добрым лицом и такой располагающей внешностью, что хоть на обложку журнала его лепи.

Чем-то он напоминал Бабке Карла Маркса, чьи труды она штудировала ещё в детстве, когда мир был моложе, а она, видимо, ещё не воняла.

Воспоминания о юности всколыхнулись в её старческом мозгу, и она заёрзала на стуле, отчего в воздух вырвалась новая порция вони – что-то среднее между сгнившим навозом и просрочкой из помойки. Ближайшие к ней студенты были на грани: глаза покраснели, как у кроликов, слёзы текли ручьями, а воздуха в лёгких почти не осталось. Одеколон на запястьях, которым они пытались отбиться от смрада, давно сдулся и не спасал.

Бабка снова уставилась на свою цель, и паренёк невольно дёрнулся, будто его током шарахнуло. Он был реально красивый, чистый, невинный – прям магнит для её мёртвых глаз. И тут Бабка решила: пора брать быка за рога. Первым делом надо проверить его стальные нервы и ту жизненную энергию, которой у неё самой давно кот наплакал. А как? Попросить закрыть окно – единственный спасительный портал, что хоть немного разгонял её вонь.

Чуйка её не подвела.

Доброе лицо мальчика выдавало его натуру – благородный, как рыцарь из сказки. Без лишних слов он встал и закрыл окно, выполнив её приказ. Остальные студенты охренели от такого поворота, но сделать ничего не могли – только смотреть с ужасом. Этот поступок показал, что он не просто добряк, а ещё и физически крепкий. Бабка осталась довольна: ответственный, добрый, милый…

И тут её осенило, как молнией шарахнуло!

Перед ней же стоял живой Искандер, будто только что слезший с колесницы Александра Македонского из древних мифов.

Бабка задумалась, потирая свою седую бороду, что клочками торчала из подбородка, как у старого козла, и перевела взгляд на другую парту. Там сидела её первая цель – единственная девчонка в группе, по совместительству Староста. Раньше Бабка возлагала на неё большие надежды, но на фоне Искандера она теперь казалась бледной тенью, не годной для роли избранной.

Долго Бабка удобряла эту почву, ставила девчонке хорошие оценки, холила её, как цветочек, но теперь этот план можно было смело выкинуть в мусорку.

Да, Бабка понимала, что Староста неплоха, но рядом с Искандером она просто меркла. Хотя, может, это просто слепота подкралась к старухе.

Теперь она всё гадала, как же раньше не разглядела этого мужчину, этого Атланта, что держит на плечах весь мир.

Конечно, Старосту она совсем не забудет – продолжит подкармливать её пятёрками, но без фанатизма. Это теперь запасной вариант, второстепенная цель.

А вот парень, которого раньше закрывали собой другие одногруппники, теперь засиял в её глазах, как колесница бога солнца. Его улыбка, яркая и тёплая, заставляла её сердце колотиться быстрее. То ли инфаркт подбирался, то ли тромб оторвался, то ли экстаз накатил – ответить мог только её терапевт, да и тот бы сбежал от вони.

В этом юноше Бабка разглядела яркие арийские корни, которые будили в ней что-то давно забытое. Много лет назад она сидела в плену у немцев и научилась видеть такое в людях. Погрузившись в эти сладкие воспоминания, она не сразу услышала звонок на перемену, что прогремел в коридоре.

Студенты, как по команде, скинули свои работы на последнюю парту и рванули из кабинета, словно от чумы. Вместе с ними ушёл и Искандер. Даже не глянул на неё. Сердце заколотилось, слова застряли в горле – прям симптомы инфаркта, но на следующий день Бабка явилась в своём обычном вонючем виде.

***

Шло время. Бабке стукнуло сто три года в прошлом апреле, но Искандер всё ещё был её главной целью. Он стойко сопротивлялся её «женским чарам», прогуливая пары и дополнительные занятия, но маячивший красный диплом заставлял его иногда появляться и выгрызать свои пятёрки.

За эти месяцы Бабка так и не освоила воду с мылом, зато нашла в себе силы перестать жрать просрочку из ближайшего супера прямо на парах и перерывах. Раньше она делала это с любыми группами, но ради Искандера сдерживала свои звериные инстинкты – лишь бы он не сбегал с её занятий.

Среди студентов уже ходили шуточки, что Бабка, как Сталин, жрёт младенцев в своём углу за шкафом, отвернувшись от всех. Но она завязала с этим, и теперь все трепались, что у Бабки просто закончились детишки.

Однажды она краем уха услышала эти приколы и на паре пригрозила студентам, что КГБ никуда не делся и следит за каждым. А ещё добавила, что с её связями на заводе она любого шутника переломит пополам. При этом она многозначительно кивала на старый зелёный сейф, явно её ровесник.

Теперь все «знали», что в этом заваренном с советских времён сейфе сидит КГБшник и шпионит за ними, но всем было по барабану. Сейф тут стоял только потому, что его некому было вынести.

Пока Искандер пропадал, Бабка приглядела в группе других колоритных типов. Например, Лидер – пацан, который своими речами мог заставить любого плясать под свою дудку. Силён, харизматичен, прям Ленин в лучшие годы.

На него власть Бабки не распространялась. Он пререкался с ней, спорил, даже когда она просто сидела и воняла.

В спорах с ним Бабка представляла себя австрийским художником, будто участвуя в дебатах двух титанов из своего детства. Однажды на паре, в пылу вонючего спора, она вскинула руку, как фюрер, при этом изображая Ленина, чтобы вывести его из себя. И ей это удалось – спор она выиграла, но выговор от директора заставил притушить свой гнилой пыл.

— Строптивый жук, — подумала тогда Бабка и решила больше не лезть к этому парню.

Звание Искандера прыгало от одного студента к другому, пока настоящий сбегал и прятался от неё. Староста тоже не выпадала из её планов, но с каждым днём всё больше разочаровывала своими речами, заставляя Бабку грустить и вонять ещё сильнее. Она пыталась разговорить девчонку на каждой паре, вытянуть из неё хоть что-то стоящее, но всё было зря.

Вот и сейчас была пара с этой группой. Лидер сидел у окна, тыкал в телефон, остальные тоже были тут, кроме Искандера. Бабка задала вопрос про оптимизацию производства.

Она не слышала, что бормотали у окна – была глуха на левое ухо. Студенты у стены дружно молчали, ковыряясь в своих делах и игнорируя её, но тут она нацелилась на Старосту.

— Ну давай же… — выдохнула Бабка, пялясь на девчонку. — Как мы можем оптимизировать наше предприятие?

Вонь из её рта ударила, как химическое оружие. Студенты мучились, но терпели – окно и так работало на полную катушку.

— Мы можем сократить станки на заводе, и тогда двоим рабочим за одним станком будет проще нести одну большую деталь.

В кабинете раздались смешки.

— Да… Всё верно. Ты молодец.

От такого ответа у Бабки задёргалась губа, а голова разболелась ещё сильнее. Она порой вообще не врубалась, что творится в головах современной молодёжи, но это был просто космос. Ответ Старосты был туповат, но Бабка по привычке влепила ей пятёрку, всё ещё надеясь на чудо. Дальше она ковырялась с остальными студентами, которые были ей до лампочки. Кто-то отвечал ради автомата, кто-то чтобы не являться в следующий раз, а другим было пох.

В конце пары она накидала в журнал рандомные оценки и потопала в учебную часть, разнося по коридорам свою фирменную вонь. Студенты при виде неё отворачивались, зажимали носы, а некоторые просто драпали подальше. Другие преподы морщились и задерживали дыхание, но это мало помогало – запах въедался, как клей.

Пропахав два этажа и лестницу, Бабка ввалилась в учебную часть. Там сидела куратор группы с Искандером. Молодая женщина даже не успела поднять глаза, как уже поняла, кто вломился – вонь Бабки была как визитная карточка. В серой шали и с журналом в руках, Бабка мелкими шажками подкралась к столу.

— Здравствуйте, — её зловонное дыхание разогнало остатки свежего воздуха.

— Добрый день, — куратор подавила рвотный рефлекс, натянув вежливую улыбку. — Вы журнал принесли? Спасибо…

— Не только, — Бабка плюхнулась на стул рядом. — Хочу узнать про Искандера. Не знаете, где он шляется? Его больше месяца на парах нет.

— Кого? — куратор чуть не прыснула со смеху. — У нас нет никакого… Искандера. Вы о ком вообще?

— Эм, я…

Тут Бабка с ужасом поняла, что никогда не знала настоящего имени своей цели, окрестив его «Искандером» в своём больном воображении. Она замерла, открыв рот, и молчала, пока у куратора не закружилась голова от вони.

Спустя полминуты Бабка собралась и решила описать внешность парня, своего идеала. Это сработало.

— Ааа… — протянула куратор. — Вот вы о ком. Странно, что вы не в курсе, но он сдал ваш предмет у другого препода три дня назад. Написал заявление и закрыл его на пятёрку.

— Как же так… — Бабка схватилась за сердце, а вонь стала ещё ядрёнее.

***

На следующий день Бабка притащилась на работу в убитом настроении. Это чувствовалось за версту. Одежда осталась вчерашняя, пропитанная вонью так, что, казалось, вот-вот начнёт гнить прямо на ней. Была суббота, народу в коридорах мало, но даже эти бедолаги разбегались при виде неё.

Бабке было плевать – её план рухнул. Её цель так ловко ускользнула, несмотря на все её старания.

На второй паре пришла та самая группа, где когда-то был Искандер.

— Теперь он точно не явится… — грустно подумала Бабка, переводя взгляд с Лидера на Старосту.

Они, конечно, станут её новыми целями, когда она оклемается от разбитого сердца. Но пока не время – рана слишком свежа. Полпары прошло незаметно, вот-вот должен был звякнуть звонок, как вдруг в аудиторию без стука ввалились полицейские в форме и с автоматами за спиной.

Они шагнули внутрь и тут же пожалели об этом, вдохнув спёртый воздух – окно было закрыто, вентиляции ноль. Бабка теперь запрещала открывать окна, мол, все болеют, да и холодно на улице.

Студенты загудели, зашептались, не забывая нюхать свои запястья, облитые духами – главный лайфхак для выживания тут. Бабка не врубалась, что творится и зачем явились эти ребята в форме, но старалась держать морду кирпичом.

Стражи правопорядка, чуть привыкнув к вони и оставив дверь нараспашку, заговорили.

— Вы Бабка? — спросил один, держась на расстоянии от зловонной старухи.

— Да, а что случилось-то? — встревожилась Бабка, встав со стула.

— Вы задержаны по подозрению в умышленном причинении вреда здоровью средней тяжести. Сто двенадцатая статья УК РФ, — сказал высокий мужчина.

— У одного из студентов после ваших пар нашли химические ожоги дыхательных путей, — добавил второй.

— Так вот куда Голубь делся! — гаркнул кто-то с задних парт.

— Пройдёмте с нами в отделение...

И больше смердящую Бабку никто не видел, но её вонь осталась на месте и намертво въелась в окружение. Ещё на протяжении нескольких лет Бабка напоминала о себе в этом учебном заведении, пока директор не решил провести капитальный ремонт всего здания.

Прошло ещё пару лет, и студенты уже не знали никакой смердящей Бабки из кабинета сто тринадцать. Занимались себе спокойно с новым преподом – молодым, свежим и, главное, умеющим мыться.