Счастье

Глава 1

Длинная очередь в магазине сегодня. Люди толкаются, галдят, ругань слышится даже с улицы. Пара местных ребят заходила, интересовались, ради чего весь сыр-бор.

— За счастьем стоим, — отвечали им в один голос.

За счастьем? Разве счастье можно купить, отстояв очередь? Но все верили, что можно: старики, женщины, мужчины, даже детей приволокли. Вон в середине, между прилавком с печеньем и холодильником с мороженым, маленький Гоша стоит, головой вертит, мать за ладошку крепко-крепко сжимает. Как одной можно отправиться за таким делом и кровиночку родную не взять? Она бы и мужа притащила, да слёг тот, не встаёт, болен. Но женщина и ему счастья купит.

Стоял в самом конце очереди мальчишка лет восьми, а может, и десяти. Личико чем-то перемазано, тулупчик замызганный, не по размеру — почти до пола свисает, да такие же ветхие штанишки, а сквозь дыры в маленьких галошах пальцы выглядывают. Медленно двигается, с опаской по сторонам смотрит, нос сопливый вытирая рукавом.

Перед мальчиком мужик всё голову задирал, всматривался туда, в начало очереди, которого самому ребёнку не было видно, и бубнил не переставая:

— Ну что же они медлят... Ну когда же продавать начнут?

Очередь двигалась неспешно, многие, так и не дождавшись, бросали свои места и уходили. Мальчик уходить не собирался, мял в кулачке купюру, какую мать ему на день рождения подарила со словами: «Можешь купить себе всё, что пожелаешь». Только желать на столь мизерную сумму было нечего.

Сегодня, проходя мимо этого магазина, он увидел вывеску, которую прочитал медленно, вкрадчиво, прилагая усилия и вспоминая буквы: «Только сегодня счастье почти всем даром». Вот оно как. «Почти даром» — ведь почти даром это должно быть немного? Ну да, немного, и моих денег немного, значит, я смогу купить счастье? Могу.

С этими мыслями он и встал в очередь. Мальчик не знал, сколько времени прошло, но когда на табурет, как на пьедестал, поднялся кассир и закричал, обводя всю собравшуюся толпу широким жестом и брызгая слюной на ближайших людей:

— Люди дорогие, подходите! Берите! Сколько душе угодно, берите! Счастья хватит на всех!

Толпа единой волной хлынула вперёд, не разбирая, кто за кем стоял. Мальчуган, испугавшись, отпрянул в сторону, его задевали, пинали, пару раз опрокинули. Он кричал им сквозь слёзы:

— Зачем вы это делаете?!

Его никто не слушал. В один момент торговый зал утонул в круговороте человеческих тел, из которого отрывками вырывались выкрики:

— Оставь немного!

— Это моё!

— Куда тебе столько!

— У меня дома четверо лбов сидят!

Когда круговорот стих, мальчик подошёл к пустым стеллажам и корзинкам. Вытирая нос рукавом, перевернул галошей пустую разорванную упаковку, залез ручонкой в корзинку, привстал на цыпочки, заглядывая на верхние стеллажи. Пусто. Не оставили счастья, всё подчистую выгребли, ни крошки, ни соринки. Всё унесли.

Кассир аккуратно отодвинул мальчика, пожал плечами и поставил перед ним табличку, на которую мальчик смотрел долго, внимательно, читая каждое слово по буквам. Дочитав, понуро опустил голову и поплёлся на улицу. Так и осталась стоять табличка с надписью:

«Счастье закончилось, приходите завтра».

Мальчик вышел на улицу, под угрюмое сентябрьское солнце, унёсшее с собой летний зной и принёсшее взамен дождливую морось, переодевая пестрящие зеленью деревья в тусклую рыжую листву, медленно опадающую в лужицы. Не успев отойти от магазина, он услышал тихое, жалобное «Мяу». Обернувшись, заметил котёнка — плешивого, серого малыша, кем-то оставленного под козырьком.

— Ты тоже не успел купить своё счастье?

Котёнок молчал, поглядывая исподлобья на чумазого паренька. Мальчик бережно взял его на руки, закутывая в тулупчик, в котором хватило бы места и на десяток таких бедолаг, и тихо сказал:

— Пойдём попробуем купить счастье где-нибудь в другом месте. Ты маленький, а это значит, подаренной мамой денюжки хватит на всех.