Салюты в честь нашей трагичной кончины

Глава 1

Лину будит протяжный звонок в дверь. Причём настойчивый такой, будто незваному гостю жизненно необходимо лицезреть её, сонную и злую, именно в эту минуту. Время едва доходит до половины девятого, она легла несколько часов назад и уж точно не собирается запускать к себе кого-либо. Но треск звонка и не думает стихать, наоборот, становится всё усердней, привлекая внимание ещё и проснувшегося Чипа. Лина отодвигает от двери пёсика и уже готовится начинать свою гневную тираду, как на миг теряется. Растрёпанная и взвинченная Вита чуть не сбивает её с ног, захлопывает дверь, трясущимися руками кое-как закрыв все замки, и только тогда облегчённо вздыхает и сползает по стене на пол.

— У тебя крыша поехала?

Подруга не отвечает и быстро проходит в её комнату, по пути прихватив кошку.

— Новости видела? — наконец открывает рот Вита. Голос у неё хриплый, но, на удивление, бодрый.

И, не дождавшись ответа, показывает Лине запись недавнего новостного выпуска.

Плохого качества видео, предположительно, снятое на окраине города. Она поначалу не может вникнуть в происходящее, а когда наконец понимает, то прикрывает рот руками. Человек на платформе бьётся в конвульсиях, будто под веществами, и вскоре затихает, уронив голову лицом к камере. Изо рта начинает стекать кровь вперемешку с тёмной жидкостью, а глаза в лихорадке бегают из стороны в сторону. На этом изображение прерывается, но на фоне остаются крики множества людей и, кажется, чавканье.

— Они появились в районе Валентиновки, — Вита протягивает подруге сигарету и направляется в сторону балкона. — Я без понятия, что произошло, но… Грядёт что-то нехорошее. Что-то явно нехорошее, и просто сидеть без дела нельзя.

Они поджигают сигареты и распахивают окно. Внизу продолжает течь жизнь. Люди идут на работу, по своим делам, даже не догадываясь о произошедшем всего пару часов назад. Вита выглядит как никогда загруженной, и только сейчас Лина замечает у неё недосып и неестественную бледность.

— Уверена, что это не розыгрыш? — хоть внутри уже разлился жгучий страх, она всё ещё не оставляет мысли, что Вита решила глобально пошутить, озадачившись найти подходящее видео и припереться к ней с самого утра.

— Не думаю, — она делает последнюю затяжку и бросает бычок в свободный полёт. — Слишком уж правдоподобно. Знаешь, лучше перестраховаться. Позвони Толику, пусть идёт к нам. Посидим один день дома и не будем нарываться на неприятности.

Пока Лина названивает названивает своему парню, Вита заседает перед телевизором с бутылкой колы, которую нашла в холодильнике. В голову не перестают лезть навязчивые мысли, и как бы Лина не пыталась себя успокоить, всё тщетно. Толик, как назло, всё ещё спит и проснётся, скорее всего, нескоро.

Она никогда особо не верила во что-либо сверхъестественное, но Вита не могла прогадать. Вита, крещёный атеист, что с детства увлекается мифологией и даже проводила пару раз обряды экзорцизма. Потому что то, что удалось заснять, совсем не поддаётся рациональному объяснению.

Лина ещё раз пересматривает запись с телефона подруги, теперь, немного отойдя от шока, куда более внимательнее. Непонимание, отрицание и страх. Сходит на поведение бешеного животного с примесью лихорадки. На секундах, где видно лицо несчастного, она ловит стоп-кадр и невольно вздрагивает. Из-за плохого качества мало что удаётся разобрать, но от пронзающего безумного взгляда мужчины по коже пробегается холодок.

— Толик не отвечает? — раздаётся из комнаты голос подруги. — Собери пока всё самое необходимое. Документы, деньги, заряди всё, что заряжается, — следует короткая пауза. — Не исключено, что нам придётся бежать.

До прихода Толика время тянется чертовски медленно. Один час ощущается как пол дня, а сна нет ни в одном глазу. Непонятно, как Вита держится бодрячком, хоть и не спала всю ночь, если верить её словам. Ближе к пяти утра планировала ложиться, как в играющем на фоне телевизоре начался новостной выпуск.

Вырвавший из полудрёма телефонный звонок заставляет сердце биться чаще, будто сняв камень с души. Лина пару раз не попадает по кнопке «ответить» и сбивчиво кричит что-то неразборчиво в трубку.

— Так, спокойно, — голос у Толика хриплый и потерянный, видно, только встал. — Ты время видела? Какая Валентиновка, какой, мать его, мужик?

— Без лишних вопросов, просто иди к нам, пожалуйста, я тебя встречу.

— Ты спятила? — возражений Виты она не слышит; наспех одевается и, прихватив перцовый баллончик (хотя в сложившейся ситуации он мало чем поможет), покидает квартиру.

Улица кажется как никогда небезопасной. Атмосфера ничем не отличается от прежней, да и за такое короткое время нашествие не дошло бы до них, но Лине всё равно страшно. Страшно в первую очередь за Толика, за Виту, которая осталась одна. И совсем немного за себя. До его дома десять минут быстрой ходьбы, почти что бега, и она бежит; бежит, даже когда силы совсем покидают тело, и она падает прямо у подъезда, подобно человеку на том злополучном видео, и отсчитывает секунды. Сначала слышится звук открытия домофона, потом показываются знакомые кроссы и напуганный взгляд её парня, присевшего на корточки, чтобы посмотреть ей в глаза. У Лины будто второе дыхание открывается; она не без усилий поднимается и крепко обнимает его, как в последний раз, что аж рёбра ломит. Толик выкручивается из смертельной хватки и сажает её на скамейку, убрав спавшую на глаза чёлку.

— Вижу, дела плохи.

И Лина тащит его обратно к её дому, схватив за руку, попутно вкратце передавая слова Виты и её догадки. С каждым предложением Толик становится всё мрачнее, едва поспевает за ней, но не сопротивляется. Около соседнего дома они резко останавливаются.

— Ты чего? — шепчет Толик, но Лина затыкает его.

Крыса. Не редкость в их районе, но с этой что-то не так. Она всего в нескольких метрах от них, благодаря чему можно разглядеть её облезлый внешний вид и открытый рот, из которого стекает жёлтая пена. Бешеная.

Бешеная.

И тут Лину как током пронзает.

— Уходим, — шипит она и пятится. — Быстро!

Как кипятком ошпаренные они вбегают в подъезд и несутся вверх по лестнице прямиком на пятый этаж, даже не дожидаясь лифта. Вита открывает незамедлительно, будто всё время ждала их под дверью. Наконец создаётся мнимое ощущение безопасности, и пока Толик осушает один за другим стакан воды, Вита заваривает на всех кофе. Без сна они будут долго.

— Думаешь, это бешенство? — она внимательно слушает рассказ Лины и тяжко вздыхает.

— Не знаю, но пока что это самый правдоподобный вариант.

В новостях вновь сообщают о быстро распространяющемся вирусе, показывая новые ужасающие медиа, и просят сохранять спокойствие и не выходить на улицу без особой нужды.

— Наши сотрудники собираются провести экспертизу над одним из пострадавших, — даже в обыденно монотонном голосе ведущего чувствуется беспокойство, — администрация рассматривает вопрос о закрытии города на карантин. Подробнее об этом в вечернем выпуске.

— И что будем делать? — Толик трёт виски и падает на подушку. — После подтверждения карантина мы будем заперты здесь.

— Ещё ничего не объявлено, дурень, — Лина даёт ему лёгкий подзатыльник. — Все же смотрели ужастики про зомби? Тут что-то похожее. Собираем манатки и сваливаем.

— В Москву, — продолжает мысль Вита. — Мой друг сможет нас приютить, а дальше решим, что делать.

Лина косо смотрит на неё. У Толика родители в отъезде, ничего не заподозрят, а им двоим будет сложнее. Да и сколько они там протянут с копейками на счету?

— Я пока приготовлю поесть, — оповещает она и встаёт. — Можете переночевать у меня, не думаю, что мать будет против. А завтра… Будет видно.