Пролонгация

Глава 1

06:15

Таймер — OFF.

В темноте спальни тусклое свечение экрана. Сетчатка подстраивается, включаясь в систему визуального восприятия. Планета начинает новый оборот вокруг звезды. Шаг на весы. Система земного притяжения фиксирует силу гравитации 63.5. Архивные данные на вчерашний день (– 400 гр.) Можно жить. Входящие данные фиксируют астрономические показатели – сентябрь, вторник, 59 грд.с.ш.

7.00

Кухня. Круг света. Горсть на ладони – искусственное солнце 5000 единиц, рыбий жир, магний. Кофемолка превращает зерна с далеких островов зеленой планеты в порошок. Кофемашина гудя под давлением в 15 бар наливает в кружку тяжелую жидкость. Сироп – глюкоза для мозга.

Ванная. Свет на максимум – диодные лампы безжалостно бьют в лицо. SPF+50 – химический щит от излучения этой звезды, сыворотка анти эйдж, консилер под нижнее веко и вбить подушечками пальцев. Местные не любят сбоев в системе. Ключи, смартфон, паспорт.

Наушник в ухо – саунд on.

8.00

Пластиковый салон автобуса подсвечен лампочками искусственного спектра. За окном – непроглядная муть дождя и серые полосы воды скапливаясь под силой инерции чертят на окне длинные полосы. Лица людей напротив подернуты тленом распада – они похожи на остывшие аккумуляторы нейронного блока звездных кораблей. Наушник ловит радиоволны проходящие сквозь пелену эфира:

«…объезд из-за ремонта на центральном кольце, будьте внимательны, планируйте маршрут заранее… крупный лесной пожар в пригороде локализован, датчики фиксируют угарный газ, но уровень вредных веществ в атмосфере в пределах нормы… Внимание: зафиксирована вспышка новой мутации вируса, Роспотребнадзор рекомендует: купите маску… Главные новости экономики: падение промышленного индекса на 15 процентов, аналитики советуют…»

Двойной тап. Тишина. Если закрыть глаза то чувствуешь что сила гравитации тут чуть ниже общей планетарной нормы.

9.00

Рабочее место. Система охраны офиса фиксирует прибытие. Подключение к коммуникативной сети. Сообщения. Созвоны. Таймер тикает в правом верхнем углу , камера на потолке рядом с шайбой пожарного оповещателя. Они видят меня. Календарь задач. Контакты – кружочки лиц едва различимые в глубине экрана.

Смартфон вибрирует на столе – спам. Роботы звонят роботам, проверяя доступность сетевых узлов.

В алгоритмах – ничего человеческого. Word. Выделить массив букв. Ctrl+C. Переключить окно. Ctrl+X. Переключить окно. Ctrl+V. Ctrl+S. Alt+F4. Excel. Сортировка по столбцу «В». Сравнить ячейку А1 и Б1. Заполнение пустоты.

10.00

Речь пожилой женщины едва слышна за бульканием воды в кулере. Держа в руках пластиковую коробку (торт «Прага» - суммарная энергетическая ценность восемь тысяч килокалорий, концентрированные углеводы, тугоплавкие жиры, краситель Е150) она говорит - «Вот и всё, девочки. Проработала здесь ровно сорок лет. С первого дня, как этот корпус сдали…» В глубине ее зрачков – панический страх, абсолютное экзистенциальное отчаяние и беззвучная, транслируемая в пустоту просьба о помощи. Но вмешиваться нельзя. Запрещено протоколом. Нужно улыбнуться – это вот так уголки губ вверх. «Поздравляю, Тамара Ивановна! Да, конечно, отдыхайте теперь. Всегда будем рады, вы только не забывайте нас, забегайте на чай…» Внутренний счетчик системы фиксирует: минус сорок секунд полезного рабочего времени на социальное взаимодействие.

11.00

Система уведомлений заполнена входящими. Чат «семья» - нужно привезти, забрать, записать, проверить, проконтролировать, узнать, спросить, оплатить, простить, оповестить, помочь, занять, закрыть, напомнить, перевести, договориться, выкупить, доехать, встретить, передать, отстоять, вызвать, починить, сдать, заказать, убрать, выслушать, промолчать, стерпеть, подтвердить, продлить, успеть. Этот контур полностью дублирует рабочую матрицу главного терминала — в нем действует точно такой же жесткий, негибкий тайминг, те же штрафные санкции за просрочку дедлайнов и такое же тотальное отсутствие свободного ресурса.

12.00

Временное ограничение обеда – 45 минут. Таймер – on. Датчик на запястье рапортует: пульс семьдесят четыре удара в минуту. Полная норма. Дистанция 0,3 км. или 50% нормы за день.

Пластиковое блюдо останется в земной коре планеты на 100 лет дольше чем я. Как и эта нелепая, хрупкая пластиковая вилка с четырьмя зубцами — она переживет моих детей и детей моих коллег, сияя белизной на свалках депрессивного пригорода.

Куриное филе – протеин для восстановления мышечных волокон, Нарезанный огурец и бледные листья шпината — клетчатка для стимуляции моторики. Суммарный объем — 400 ккал.

13.00

В туалете нет камер. Вход в тиндер. Поиск объекта для коммуникативной связи. Первый пакет – «Как дела?» Мужчина – 35, стоит у чужой машины аккуратно прислонившись к самому краю. В размытом отражении стекла – женщина и подросток с пакетами продуктов. Свайп влево.

Второй пакет – «У тебя грустные глаза и красивая улыбка». Примитивный скрипт. Свайп влево. Влево. Влево. Если увеличить скорость прокрутки экрана до максимума, пиксельные изображения, торсы, лица, интерьеры кофейных капсул и пляжей Дубая сливаются в один сплошной, вибрирующий мазок – усредненное существо совершенно ничем не похожее на человека.

Переключение окна – лента новостей: поженились, улетели в Дубай, продали старую квартиру, купили бренд, поженились, родили, выставили тест с двумя розовыми полосками, купили новостройку в ипотеку. Чужая жизнь несется со скоростью сто двадцать кадров в секунду. Блокировка экрана.

15.30

Из-за перегородки – темные глаза, это мой сосед Антон. Что-то пишет в чате, азартно подмигивая.

«Посмотри этот рилс. Я тебе говорю, Аутлук и эти таблицы — это рабство за копейки. Ты до сих пор не открыла кошелек? Закинь туда хотя бы десять тысяч, я тебе солью инсайд на один альткоин, через месяц сделаем иксы. Будешь сидеть на Бали и кликать левой кнопкой мыши. Зачем ты тратишь юность на этот офис? Надо диверсифицировать активы, пока крипта растет».

У него такие же глаза – с темными кругами под глазами. Я вижу что он хотел бы вырваться отсюда, но границы его вселенной не простираются дальше колесиков офисного кресла. Он заперт внутри макроса, генерируя иллюзию свободы через покупку зашифрованных пикселей.

Ввод - «Антон, моя карта заблокирована…» - стереть. Слишком много личных данных. «Мне это не интересно» - отправить.

17.00

Звук вибрации. Это не роботы. И не банк. Большой палец замирает над стеклом. Нажатие — ПРИЕМ. Наушник транслирует ледяной, стерильный, безупречно записанный в студии голос автоответчика, работающего по жесткому скрипту:

«Уважаемая клиентка, напоминаем, что ваш оплаченный период хранения биоматериалов — ооцитов — истекает через сорок восемь часов. Согласно условиям договора, для продолжения хранения вам необходимо подтвердить пролонгацию до 2035 года. Обращаем ваше внимание, что стоимость услуги изменена в связи с тарифами на обслуживание криогенного оборудования. Пожалуйста, выберите действие на экране вашего смартфона: [ДА] — продлить и оплатить, [НЕТ] — отказаться и утилизировать».

Вроде это то зачем я здесь. На этой планете.

В клинике… в криокамере… при температуре минус сто девяносто шесть градусов по Цельсию… там тихо. Там абсолютно тепло. Там, в жидком азоте, лежит мой единственный, неслучившийся, неродившийся дом. Мой ребенок, мой свет, вся моя отложенная, замороженная жизнь. Мой личный азотный рай.