Предсмертная записка

Глава 1

Глава первая

"...человек воистину будет любить только подобного себе человека..."-именно такую

фразу я сказал в конце своей никчемной, трусливой, короткой и беспощадной жизни.

Это, наверное, ни рассказ, ни повесть, ни ,конечно же, роман. Это обычное письмо,

которое я попрошу выложить на всеобщее обозрение своего друга. Друга, который

находился рядом со мной в счастливые, в грустные, в самые разные моменты моего

времяпровождения в этом не очень добром ко мне мире. Пожалуй, я начну.

Меня всю мою осознанную жизнь, а это возраст с лет примерно пяти, гнобили все,

всё мое окружение. Я родился можно сказать одаренным? Не знаю, но я любил

считать о себе так. И этому была своя осознанная причина. Я очень любил знания,

узнавать что-то новое, что-то такое о чем не знал никто в моем окружении. Я

засиживался в книжках Архимеда, Пелельмана, Достоевского, Гоголя, Булгакова, и

зачитывался я ими, начиная с шести лет, как только научился кое-как читать. На

удивление я все понимал и могу прямо сейчас пересказать их самые популярные

произведения и выразить их мысль в красивых, лаконичных речах. Но родители мое

увлечение не оценили вовсе, они говорили, что я не должен читать такое, это

слишком взрослое занятие, и это очень серьезные авторы. В то время я их не

понимал. "Что такого, что я читаю книжки?"-помню восклицал я. Конечно, позже я

понял, что это серьезные авторы и их надо читать попозже. Но это не все. Со второго

класса, как только у нас начался английский, я загорелся желанием учить языки.

Английский я выучил в идеале спустя два года. Да, в идеале, я мог изложить все свои

мысли, читать книжки в оригинале, я учил слова такие, которые даже на родном

русском не знал. Я поражался себе, наверное, после этого момента и началась моя

жажда к другим знаниям. Вот помню, что в тот вечер, когда я осознал, что знаю

английский довольно хорошо, разговорно, в меня пришло какое-то осознание того,

что мне надо учить французский. Я начал учить его в тот же вечер.

Когда в шестом классе у нас разделилась математика на алгебру и геометрию, я

понял. Понял, что мне нравятся науки, не знаю, почему осознание пришло так

поздно, но ведь лучше поздно чем никогда? Я начал изучать физику. Вот я ,наверное,

все сказываю, да рассказываю, а читатель задается вопрос: "Как он все это изучал?"

"Как" я имею ввиду с механической точки зрения, с точки зрения возможности,

откуда я брал эту информацию. Мой отвел легок и понятен: "Домашняя библиотека".

Дома, спасибо моей бабушке, хранилось много, очень много разных книг. Стояла как

художественная так и научная литература. В общем читать мне было что. И вот

сейчас очень сожалею, что не прочел все. Кхм-кхм, что-то я все дальше и дальше

ухожу от темы. Физика давалась мне легко, просто прекрасно. Я не знал никаких

препятствий при ее изучении, формулы понятны, а теория легка. Позже, когда в

школе физика ввелась, как отдельный предмет, конечно же, проводились

лабораторные и другие практические занятия. Сама физика мне тогда понравилась

еще больше. Интересно еще то, что учитель мне не очень нравился, пускай он и

относился ко мне с добротой и несходительнотью. Но он не понимал моего дара, он

запускал его, ничего не хотел делать, не хотел развивать меня. Просто говорил

сидеть, молча, и не подсказывать сверстникам. Когда я ему говорил об этом, то на

меня смотрели косо, я возненавидел тогда науку в целом и пару месяцев не изучал

ничего из принципа.

Наверное, стоит упоминуть родню в моем письме. Родители, как я ранее сказал не

очень одобряли мои увлечения. Но у меня есть еще парочку слов для своего выше

сказанного. Они просто ненавидели мои просьбы, да просто невзнемогали, когда я

просил о чем-то. Ох, как я просил свою матушку купить мне книги в жанре

антиутопии, ох, как просил. Отец, он относился с равнодушием ко мне, хотя нет, он

пытался делать вид этого самого равнодушия, он правда беспокоился обо мне, но я

до возраста определенного этого не понимал. Но мне кажется это и не плохо, отец

для меня казался тогда неким примером. Отец был умным, харизматичным, веселым

и очень радостным человек, конечно, у каждого человека свои минусы, но минусы

этого человека закрывали качества, описанные мной давеча. Если дать мне слово о

матери, то мамаша моя относилась строго ко мне, очень, но иногда ее любовь можно

было прослушать даже через эту строгость. Но всех моих родных соединяло, то что

они считали меня каким-то не таким, помешанным и порой даже сумасшедшим. Ох,

как в последнее время меня оскорбляло и унижало тогда. Так, сказал бы я вроде все

о родне своей, но скорее всего в повествовании приведу еще пару фактов о ней.

Также думаю надо замолвить словечко о своем классе, педагогах, меня обучавших и

о школе в целом. Одноклассники, ох, какое это больное для меня слово. Эти люди

питали ненависть ко мне и к моей жизни в целом. Как же мне с ними не повезло.

Пойдем по началу моей "карьеры". В начальной школе это были сплошные твари,

такие создания, которых испепелить надо. Они излучали ненависть ко всем, кто им

не нравился, и я, как вы поняли, тоже им не нравился. Вот помню случай один.

Была значит домашняя работа по русскому вроде или по литературе. Не могу

сказать точно. Но дело обстояло так. По особенности своей, я плохо писал, буквы

болтались и выходило не очень хорошо, как курица лапой. Но в тот день, в тот день

все было по-другому, я написал так красиво, так изумительно, что классная

руководительница моя тяжело вздохнула, припустила очки и с понижающей

интонацией спросила :"Это ты писал?" Я дакал, конечно, ведь писал это я. В тот

момент вокруг меня уже стоял круг из детей, и всегласно кричали: "Это не он писал!

Не мог он так красиво написать! Это за него мама писала!" После их слов о моей

рукописи, над которой я так старался, глаза заляпались слезами. Нет, я не

расплакался, но слезы точно пошли. Это одна из историй, которая мне запомнилась

очень отчетливо. О, и помню есть еще одна.

Это снова произошло в начальной школе. Класс третий, если не ошибаюсь, а может и

ошибаюсь. В общем, учеба у нас уже закончилась, мы все уже должны идти домой, но

перед этим of corse надо было зайти в раздевалку, переобуться и т.п. Я, как всегда,

делал это непримечательно, но вдруг я услышал, что одноклассники мои решились

куда-то сходить или что-то такое, не помню уже, но знаю, что сделать они хотели

вместе не помню что. Ну и я, все опять таки не помню почему, наверное, с надежды

попросился вместе с ними. И одна особа, считавшаяся там "лидером", решила

сделать некий опрос:" Кто против Пашкевича, поднимите руки." Почти все подняли

руки, не подняли только те, кто не хотел участвовать в этом незрелом опросе. Ох,

опять слезы, они снова подступили к моим глазам. Я быстро доделал оставшиеся

дела и убежал прочь домой. Уже дома я плакал, ревел перед своей бабушкой. Я

проклинал эту школу, ненавидел ее, говорил, что благодаря уму своему в класс выше

перейду и уйду от них. К сожалению или к счастью, это были только слова. Почему

это могло быть к счастью, я обязательно расскажу.

Учителя. С ними у меня обстояли довольно сложные, и я бы даже сказал непонятные

отношения. Я понимал их речь, то что они хотели донести до нас, я понимал

практически все. Но я сказал "практически все", значит что-то я не понимал. И да, я

кое-что не понимал. Почему я должен быть как все? Почему я должен учиться по

школьной программе? Почему я не могу, как мне говорили: "лезть вперед паровоза"?

Все эти вопросы мучают меня до сих пор. Но если сейчас у меня есть хоть какие-то

догадки, то в то время я мучился от потока этих непонятливых для меня вопросов.

Взрослые понимали, что я могу достичь больших высот, но если мне будут давать

знания в открытом доступе, точнее давать доступ к их изучению, то я выгорю (т.е

устану ) от учебы. Не знаю, стало бы так, но мне кажется они делали это с опорой на

мою сегодняшнюю догадку. Добавить мне в принципе нечего насчет этих учителей.

Друзья. Наверное, каждый хотел себе хотя бы одного хорошего друга. В этом числе

находился и я. Я хотел найти больше чем друга! Я хотел встретить в жизни своего

единомышленника! Для меня этот человек бы заменил всех и все, он стал бы моей

опорой, поддержкой, тем чего я так хотел. Но такого я не нашел. В школе банально

не учлось таких же одаренных ( если меня можно будет назвать одаренным ) детей.

Я думал может такие, как я есть в моем населенном пункте. Но нет, мои попытки

найти себе подобных оказались тщетны. Я был один год, два, три и так почти до

самого конца своей школьной жизни. Все таки в моей деревушке ничего такого

примечательного не виднелось. К сожалению, я все время находился один, точнее

почти всегда. Но сейчас я хочу сказать об истории того, как я хотел стать

признанным.

Я думал, что людям, моим сверстникам, одноклассникам понадобятся мои знания,

понадобится то, что я могу им дать. Знания, уверенность, сплоченность. Я читал об

этом, я знал как сплотить "народ", знал куда направить их. Я мог сделать наш класс в

школе лучшим, мог сделать так, чтобы нами гордились. Им надо было всего на всего

признать меня, признать мой мозг, интеллект разум. Но нет! Они предпочли

красивых! накрашенных девчонок! Они не могли решать банальные, самые простые

квадратные уравнения. Да, что там уравнения дату крещения Руси не знали! Ох, вы

представить себе не можете, как долго я винил себя, как долго я искал причину

своей неправильности. Я посчитал, может надо быть чуть потише? Я так и сделал. С

того момента, с момента того, как я отрекся от своего ума, я начал молчать. Я больше

не выступал за свою кандидатуру в каких-то мероприятий, не тянул руки на

сложные, понравившиеся мне задачки. Я буквально стал молчуном, тихоней и

похожими терминами. Я не знал для чего мне вообще уготовано было родиться на

этой планете. Зачем я родился? Представьте! Представьте, что испытывает

школьник на себе, проходя сквозь толпище таких себе вопросов. Я уже не помню, что

точно чувствовал, но даже если бы я это испытал прямо сейчас и попытался

написать эти чувства на бумаге, не думаю что у меня бы получилось что-то стоющее.

Вы ,наверное, подумали, что это и есть причина моего суицида. Но все не так просто.

В один момент в моей жизни появилась она.

Глава Вторая

Наверное, настало рассказать о моменте из жизни, когда появилась надежда. Это

возраст что ли лет пятнадцати, а может даже четырнадцати, суть в том, что я был

подростком. Очень часто люди в этом возрасте совершают такие необдуманные

вещи, что-то незрелое, незнакомое. Я говорю о любви. Я влюбился тогда. Возможно,

это не та любовь о которой говорят в учебниках, книгах, энциклопедиях. Наверное, я

это даже понимал, понимал, что это может быть сильная симпатия, влюбленность, а

не любовь, но тогда я чувствовал настолько же сильное как любовь до гроба. Мою

первую возлюбленную звали Анной. Простое русское имя, я его знал с детства и

более с того момента не имел права забыть. Что же случилось с моей головой? Что

меня в ней привлекло?Да, скажу как подонок, но я влюбился в ее руки, во внешнюю

характеристику. Но стоило мне узнать ее получше, боже мой, я обомлел. Все вокруг

казалось таким незначительным, маленьким, а она возвышалась на этом фоне. Она

казалась для меня ангелом.Больше всего меня привлек в ней ее безупречный

характер. Доброта, частый позитив, вовлеченность к людям, любопытство и много,

много других положительных качеств. Наверное, мне стоит высказаться о ее

интеллекте, ох, она была умна. Психология, вот где она преуспевала даже лучше

меня. Мне нравилось с ней общаться. Да, я очень любил это. Я знакомился с ее

друзьями, они представляли из себя довольно неплохих собеседников. Тогда я

пытался преуспеть их во всем. Коммуникабельность у меня хромала, было дело, но

мне удавалось преуспевать. В тот отрезок жизни я узнал еще одно чувство -

ревность. Это было ужасно, я хотел забрать ее себе, но не мог. Я описывал ее как

девушка сейчас. Не так ли? Но ею она не стала. Случилась невзаимная любовь.

Мы пообщались месяца два, чтобы я понял и наконец осознал всю полноту своих

чувств. Тогда я и признался, признался в том что люблю ее. Ох, как мое сердце тогда

дрожало, я ждал взаимности, я ожидал ее, я смотрел на нее. Через секунд пять после

моих слов, когда я ее глаза уже успели разбежаться во все стороны, она тихо

вздохнула, как же я помню этот вздох, ее миленький голосок в тот момент. Она

вымолвила тихим голосом, почти шепотом: "Прости меня пожалуйста, я не знаю за

что ты в меня влюбился. Я не та которая тебе нужна. Мне правда очень жаль я, я не

могу ответить тебе такими же чувствами, ты мне нравишься правда, но как человек,

как друг, большее я с тобой не хочу строить, максимум хорошие друзья. Прошу тебя

не вини себя, в этом ты не виноват. Я...я люблю другого человека. Да, прости меня.

Мы можешь остаться друзьями! И если хоче.." Она не договорила, я не мог более

слышать ее, мое сердце разорвалось на куски. Не мог, не мог я больше это терпеть,

всему пришел конец. Я ушел молча, ничего так ей и не сказав. Всю

следующую ночь я плакал от неимоверной душевной боли.

Глава Третья

Так прошел день, два, неделя, две. Негативные чувства постепенно уходили, но в

один день они мгновенно отключились, пропали. Непонятно из-за чего. Я ничего

такого резкого, яркого не чувствовал. Мне пришлось очень тяжко, происходили

ссоры с родителями из-за моего настроения. Но я не мог, не мог вести себя "тепло".

Так я горько и бойко прожил до своего восемнадцитилетия. В этом возрасте человек

меняется, становится взрослей и приобретает то, о чем разглагольствует все

старшее поколение - жизненный опыт. Понятное дело, что я выпустился со школы.

Закончил я на отлично, сдал все экзамены на высший балл и ушел гордо с золотой

медалью и кучей бессмысленной для меня маколатуры.

Мне надо было поступать в университет, выбрать я решил один из самых

приличнейших. Поступление прошло без проблем, единственное что меня немного

впечатлило - это вступительный экзамен. Он оказался не сложным, но мой котелок

во время него слегка разогрелся, это чувствовалось совсем не так, как в школе.

олимпиадного уровня и не простого, а как мне показалось не ниже регионального.

Поступил я на факультет ядерной физики, уж больно меня это тянуло. Физика

всегда меня тянуло, но сейчас не про это.

В университете, как, наверное, каждый думал, что найду себе друзей, товарищей на

всю жизнь. Конечно же, я бы принял таких людей в жизнь, хотя это было довольно

трудно с учетом моего не очень сладкого прошлого. Но больше чем даже друзей я

хотел найти все так же единомышленников. Именно они бы сделали мою жизнь

краше. Но вопряки всем моим желаниям у меня появились друзья. Я безумно

обрадовался появлению столько важных особ в моей жизни. Их звали Даниил и

Анна. Ах, сколько же боли мне приносило это имя. (про Анну) Это были такие

больные, ужасные отсылки на мое еще более ужасное прошлое. Но я вытерпел, смог

побороть эту боль, точнее будет сказать прошлое. Я взял ее вызов, вызов ужасного

прошлого и одолел его, наверное, именно тогда я и повзрослел.

Говорят, что человек и в сорок лет может быть ребенком, а восьмилетняя девочка

умнее своих родителей. Я полностью с этим согласен, ведь вы - читатели, наверное,

это заметили из кучи рассказов выше. Но подмечу, и никто не оспорит это верным,

что возраст определяется не по годам, а по опыту, жизненному опыту. Сами

посудите, человек, переживший какое-либо событие в жизни, возьмем в пример

смерть родителя, будет более вынослив и в большинстве случаев умней ( речь идет

о жизненном опыте ) тех людей, кто не переживал такого. Ну вот и я очень хорошо

поумнел по одному случаю. Дело произошло с моими с друзьями с Даней и Аней.

Вот значит как-то раз захотели мы сходить в ночной клуб. Я в такие места никогда

не ходил, да и не особо хотел приходить когда-то туда однажды. Но попробывать

разочек там побывать надо было. О чем же детям в будущем сказывать. Огромный

клуб стоял в центре города. Естественно за такие услуги надо заплатить. Сумма хоть

и не маленькая, но и не выбивающая из колеи. Ночью, часов в одиннадцать мы уже

собрались у здания и завертелся разговор.

-Ну, кто первый заходит? - так быстро пробормотал Даня.

-А какая собственно разница? Ну пусть Н. будет. Ты согласен? - она обратилась ко

мне. Я даже не знал, что ответить, но они так все быстро говорили, и из-за этого я в

спешке согласился.

-Идет! Я тогда пошел?

-Ага, давай. Надеюсь все пройдет удачно! - разом ответили они хором.

Меня это немного насторожило. Мы обычно никогда так не обсуждали как пойти в

какой либо клуб. ( это был не первый такой поход ) Эта мысль не давала мне покоя.

"А вдруг что-то не так?"- все время я думал. Но я все же быстро оправился от этой

мысли и больше не возвращался к ней.

Войти оказалось совсем несложно, паспорт, деньги, все эти обыденные процедуры. В

помещении играла ужасно громкая музыка, хотя на улице она казалась не такой

примечательной. Вокруг меня обитало много красивых девиц, но они все

оказывались непристойного характера, одна пьянее другой. Ясное дело сказать, что

они все сюда пришли за удволетворением своего полового инстингта. Конечно,

такие были не все. Вот например у мини бара сидели спокойные ребята, не сильно

шумели и вели себя очень даже адекватно.

Там я и решил поджидать своих друзей. Я ждал их долго, достаточно долго. Прошло

три часа, а их все не было. И тогда я уж подумывал уходить, так тут они появились.

Смотря на них, я подумал: "Пьяненькие что ли?" Нет! Они напились в хлам, шатались

и кое-как ходили. Как их пропустили я не знаю. Тут я подбежал к ним и чуть сильнее

своего обычного голоса начать их отчитывать: за то что не сказали мне куда они

ушли, за то что они пришли сюда в таком состоянии и много за что еще. Боже мой,

как я тогда разозлился. Возможно читатель скажет: "Да кто ты такой чтоб указывать

им, что они должны делать? Это их жизнь" Я отвечу, что это был первый раз, когда

они мне не доверились. Мы все время говорили друг другу о своих планах. И сейчас

случилось такое, для меня это очень обидно.

Но Даня и Аня сказали мне, чтоб я отвалил и не приставал, а сами ушли в приватную

комнату. Я последовал за ними, но дверь заперли перед носом. После за ней

послышались пошлые звуки. Как же мне стало противно. Я ушел к бару снова и

начал ожидать их. Только не знаю, что за чувство меня побудило оставаться там,

толи любопытство, а может нечто иное. Спустя два часа, дело подходило уже к

утру, они вышли. И Анна, представьте себе набросилась на меня и захотела

затолкать в ту комнату. Я будучи пьяным не сразу это понял. И только уже когда

начала приступать, я очнулся. Я убежал прочь с клуба. Слезы текли по моим щекам.

Меня пыталась изнасиловать подруга. Дома я, даже не раздевшись, бросился в

постель.

На следующее утро я проснулся с ужасной головной болью. Конечно же, выпил я не

мало. По совсем новым новостям, которые описывали что за кипишь происходил у

нас в городе, я узнал что мои друзья умерли... Аня и Даня умерли от передоза

тяжелого тетрагидроканнабинола. Я не знал как реагировать, первую неделю я не

понимал всего происходящего. Но после - истерика. Я не мог поверить, что мои

единственные друзья скончались. Те кто меня поддерживали в недугу, те кто делили

со мной радость, те кто являлись для меня самыми важными людьми в жизни

умерли. Я не знал что лучше, жить одному или умереть вместе с ними. Второй

поступок, то есть суицид, я всегда считал низким и слабым поступком, поэтому

предпочел первый вариант. Но через неделю у меня случилась депрессия. Мне

выписали антидепрессанты, но они не сильно помогали. Пришлось сложно, но через

довольно приличный срок, а точнее два месяца я вышел на поправку. Тогда уже

наступал новый четвертый курс.

Глава четвертая

Четвертый курс - дело уже не сложное. Я, как и половина моих однокурсников,

расслабился. Сессии совсем не сложные, банальные и легкие. Мне даже нечего

рассказывать о них. Не вспомню ничего такого. После инцидента с "друзьями" я

совсем закрылся в себе. Обо мне даже пошел дурной слушок, якобы именно мне надо

было их убить, но совсем скоро он утихомирился. Рассказывать о том, что

происходило в университете не очень интересно. Каждую неделю случался какой

либо балаган или тому подобное.

Универ через пару лет уже закончился, и настало время моей взрослой жизни.

Родителей своих я не видел даже на выпускном, они ни разу не связались со мной за

время ВУЗа. Я устроился в научно-технический центр. Работа эта пришлась мне по

душе. Платили прилично почти двести тысяч за месяц, это очень много для моей

карьерной должности. Коллектив оказался великолепный, много людей с похожей

судьбой, характером, склада ума, вкусами. Люди были просто замечательны. И

однажды к нам в столь прекрасное окружение пришла она - Ольга Владимировна.

С первой встречи я поразился ее красоте, научный халат так аккуратно обхватывал

ее нежное тело, волосы слегка касались ее красивых плеч, а элегантная походка

вскружила мне голову. И это не преувеличение! Мне стало жарко и я упал в обморок

от ее красоты, настолько она была сногшибательной. Когда я пришел в себя ее

нежные, темные глаза уставились на меня, тогда мне показалось между нами

прошла искра, и по телу пробежался резкий холодок. Голос ее звучал так нежно, как

сладкая вата и очень очень мил как маленькие котята. При разговоре с ней мое

сердце стучало все чаще чем обычно. И раз за разом это чувство усиливалось. Тогда я

понял, я влюбился. Снова, но теперь это была другая любовь совсем. Я начал с ней

знакомиться, с ней мы были очень близки по всему: характеру, историей, взглядами,

мнениями. Единственное, что нас отличало это только три вещи - пол, возраст и

мнение о Маяковском. Тогда я понял, что я нашел ни просто друга, ни просто

единомышленника, а родственную душу. Представляете, мы были настолько

похожи, что даже уравнения решали не любимым многим способом. Возникло

чувство верности, преданности этому человеку. Я даже посвящал ему стихи. Вот

например:

Ольга моя,

Ты прекрасна как свет,

Ты любима, чиста.

Мой ответ это - нет.

Если скажут, что ты

не красива, блоха.

Я сломаю им рты.

Ведь ты это мы.

Да, конечно стихи мои простенькие, не уместные, но Ольге нравилось! Так скоро мы

признались друг друг в своих чувствах. Да! Она меня тоже полюбила. Мое счастливое

сердце билось как бешенное. Скоро мы поженились.

Глава Пятая

Мы состояли в браке уже десять лет. Мне было без пяти лет сорок, и я жил счастливо.

Наше сожительство было ясное, доброе, спокойное и никогда, никогда у нас не

случалось ссор. Мы прокатились по всей Европе и вот Ольге снова захотелось в

Сицилию. Я конечно немного насторожился, так как недавно обострились новости,

что там орудует мафия. Но жена меня уговорила, все таки зачем им нужна обычная

русская семейка.

Так мы полетели. В самолете прошло все совсем легко на этот раз. Большинство мест

отсутствовало, но меня это совсем не смутило. Летели мы где то три с половиной

часа, я даже успел вздремнуть за это время. Тут моя cheri разбудила меня и сказала

просыпаться. Совсем скоро мы прилетели. Там на такси мы доехали до ближайшего

отеля и сняли там комнату. Дело уже подходило к вечеру, и Ольга собралась в душ, я

же по зову сердца решил прогуляться в недалеком от здания парке, но вышедши

сердце застучало. Я подумал опять что-то случилось с ним, выпил таблетки, что

всегда с собой ношу, и орган потихоньку успокоился. Оставалось лишь чувство

неполноценности, но я не придал ему вида. Все гуляя и проходясь по ранее

знакомым мне местам, я решил позвонить своей aime, чтоб показать как тут все

изменилось. И, она не ответила, я перезваниваю и снова. Мое сердце заколотилось,

что-то точно случилось! Я побежал обратно в отель, в комнату. Внутри было все

разбросано, семейная фотография, что всегда мы возили с собой разбита. Я

остановился отдышаться, как вдруг на мой телефон поступил неизвестный звонок. Я

ответил, на линии слышался тихий, грубый голос, он оповестил меня о похищении.

Сказал: "Нам нужно два миллиона евро, си амиго?" После он назвал адрес и сбросил,

дозвониться больше не получалось, и я слегка опустил руки. На следующий день я

пришел по тому адресу, но без нужной суммы денег. Меня вышвырнули и сказали

больше не приходить.

Через месяц бесполезных приходов, ко мне вышел элегантный мужчина, он пальцем

показал мне следовать за ним, и я пошел. Зашедши в здание, я все тщательно

осматривал, везде стоял алкоголь в дорогих бутылях, а на запах же дешевка. Через

минут двадцать ходьбы он привел меня. Привел к безжизненному телу моей

супруги, валявшиеся в веревках на полу.

-Наверное, вы все таки до сих пор задаетесь вопросом кто я, кто мы и зачем убили

вашу жалкую супругу..

-Не говори так про нее! - выкрикнул я.

-Тише, тише малой, я всего лишь хочу чтобы вы не оставались в неведеньи - его

голос звучал грубым, но одновременно спокойным - Господин Н., вы же понимаете,

что вы за человек. Вы гений! С деньгами, ресурами вы сможете сотворить новую

форму жизни. Я хочу чтобы вы работали на нас. О вас еще давно пошел дурный

слушок, вы ненавидете наркотические вещества. Так знайте, ваша жена скончалась

от передоза, как его.. - он почесал подбородок - вспомнил от передоза

тетрагидроканнабинола или марихуаны. - мерзавец посмотрел на меня с ехидной

улыбкой - Выбирайте Н., уже мертвая жена или мы, кто раскроет ваш потанциал.

Я подбежал к ней, чтоб обнять ее, как вдруг он нажал на рычаг подле себя:"Значит

так..печально,асто луэто,Н." Мои зрачки увеличились и вместе с тельцем Ольги мы

упали в канал.

Я выплал, но жену спасти не смог, ее тело после так и не нашли. Я...

-Хватит ныть, Н!

-Но я пишу, пишу, просто это очень грустно. Я устал писать...

-После этого письма ты можешь спокойно застрелиться. Мне это неважно.

-К черту тебя! Не буду писать.

Господин Н. выбежал из комнаты и помчался прочь. Новости вечера сообщили о том,

что он застрелился внутри поезда, идущего на границу России. Очевидцы сообщили,

что перед смертью он молвил о том, что человек может влюбиться лишь в подобного

себе человека.

Конец.