Обложка книги Палочник рождается взрослым
Мистика

Палочник рождается взрослым

0.00 оценок 0 отзывов0+

Он появился на свет без традиционного крика, сопровождаемый лишь тихим щелчком. Его кожа пахла не молоком, а пылью старых книг и засушенными цветами. Тёмные, не по-детски внимательные глаза изучали мир как сложную головоломку, которую нужно решить, а не принять.

На мокрых ветках деревьев поблёскивали капли, как слезинки, как обещание.

О книге

Он появился на свет без традиционного крика, сопровождаемый лишь тихим щелчком. Его кожа пахла не молоком, а пылью старых книг и засушенными цветами. Тёмные, не по-детски внимательные глаза изучали мир как сложную головоломку, которую нужно решить, а не принять. Он дышал медленно и размеренно, ел ровно столько, чтобы жить, а в его колыбели стояла такая тишина, что был слышен лишь тихий щелчок его собственных суставов. Этот мальчик, этот тихий Палочник, чувствовал себя посторонним в шумном мире чувств и эмоций, одиноким наблюдателем, не знавшим, как к нему присоединиться. Но однажды его упорядоченный мир столкнулся с хрупким чудом — крошечным птенцом, выпавшим из гнезда. Его едва слышный писк, полный отчаянной надежды, пронзил тишину острее любого слова. В этом дрожащем тельце, цеплявшемся за жизнь вопреки всему, не было никакой логики — лишь беззащитная и упрямая воля к свету. И что-то в душе мальчика, до этого молчавшее, вдруг отозвалось.

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1Он родился в пять часов семнадцать минут. С сухим лаконичным щелчком, похожим на звук ломаемой спички или переключателя в головоломно устроенном приборе, запускающем необратимый механизм. Ни первого крика, разрывающего влажную пелену мира, ни амниотической жидкости, пахнущей морем и железом, ни пульсирующей пуповины — этого канатика, связывающего с великим «До». Просто щелчок — и он лежал на стерильной, липкой от дезинфекции клеёнке, покрытый не кровью, а тончайшей слоистой пыльцой, похожей на измельчённый тальк и высохшую хвою, с едва уловимым ароматом старого гербария и пыльных архивных папок.Анна Васильевна, акушерка с лицом, как помятая карта забытой губернии, где реки — морщины, а города — потёртые родинки, даже не ахнула. Она вздохнула. Таким же глубоким, безразличным вздохом, каким встречала затяжные дожди, выцветание занавесок или новость о повышении цен на гречку. Она за…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.