Отцовские слёзы

Предисловие

16 марта.

Что означает профессионализм? Как его лучше всего выработать? Я прошёл не самый лёгкий путь, чтобы достичь того уровня, на котором я сейчас нахожусь. Кто-то получил свой талант в определённой сфере ещё при рождении. Благодаря ему, он пробился в свет славы и признания. Но есть люди, которые прошли через многие испытания, они прошли через невыносимые страдания, как душевные, так и физические. Я считаю, что истинный профессионал своего дела прекрасно знает, через что он прошёл, чтобы обрести то самое признание со стороны общества. Не каждый музыкант поймёт то чувство, когда твои пальцы на грани изнеможения, а руки, держащие инструмент, словно бревно. Но тебе надо сыграть последние аккорды...

Глава 1

С самого раннего детства, когда мне было приблизительно лет восемь, мой отец обучал меня игре на различных музыкальных инструментах. Его звали Чарльз Глиште, а меня зовут Эдвард Глиште. Мы родом из города P. Мы искали подходящий инструмент около года. В конечном итоге, мы остановились на скрипке. Иногда у меня было такое ощущение, будто отец умеет играть на всех музыкальных инструментах. Когда я у него спросил, как он так играет, он лишь ответил, что много трудился. Он был аристократом, и поэтому вопросов касаемо деньг никогда у нас не было. Сказать вам честно, я не особо любил музыку. Я хотел провести своё детство как все. Играть во дворе с остальными детьми, купаться в озере в жаркое лето, веселиться с утра до самого вечера. Но этого я никогда не увидел... Обучаясь игре на скрипке, я был подвержен суровому контролю отца. Когда я играл не так, то мой отец применял ко мне всякого рода наказания. От лишения выхода на улицу до применения лёгкой физической силы с его стороны... Как со временем оказалось, это были лишь цветочки. С каждым годом я всё лучше стал играть на скрипке, даже прошёл экзамен в консерваторию. С каждым годом наказания отца становились всё жёстче и жёстче. В нашем доме была отдельная комната, в которой не было света. Была лишь устрашающая мгла. Комната была настолько тёмная и тихая, что ты мог услышать собственное сердцебиение. Отец говорил, что таким наказанием, он воспитает во мне мужество, и я поборю свой главный страх темноты. Мой папа всегда знал о том, что я очень боюсь темноты и при малейшем проступке, угрожал оставить меня в одиночестве во мгле. Иногда, он бил меня небольшой палочкой по руке. Удары были болючими более чем от хлёста, чем от жёсткости палки. Я помню, как каждый раз, когда ему что-то не нравилось в моей игре на скрипке, он всегда говорил одно слово "РУКУ!". Когда я слышал это слово, то мне нужно было готовиться к тому, что сейчас будет наказание... Но несмотря на все эти ограничения со стороны отца я много чего увидел и много чего пережил...

Глава 2

-Ми мажор,- сказал отец.

-"звук скрипки"

-Соль мажор

-"Звук скрипки"

-Мгрр...РУКУ!

-Что это сейчас было, Эдвард?! (удар по руке). Ты что забыл как играть!? (удар по руке). Ничтожество...

-Быстро в свою комнату!

-Хорошо, отец..,- почти со слезами на глазах я отвернулся от отца.

Мой папа всегда учил меня не плакать и малейшая слеза будет отчитана. Он старался воспитать во мне настоящего, дисциплинированного музыканта. В семье Глиште, самым главным была дисциплина. Чарльз Глиште всегда жил по принципу "Пройди через боль, чтобы достичь признания". Этот принцип он пытался внедрить и в мою молодую голову. То, что вы могли увидеть выше, это обычное занятие музыкой. Если всё проходит хорошо, то я остаюсь без наказания, а иногда, бывало и так, что отец даже хвалил меня, но это было крайне редко. Всё же отец был прав насчёт своего воспитания. С каждым годом я терял ощущения радости в своём окружении, меня толком ничего не могло радовать. И с каждым годом, ненависть к моему отцу и желание съехать была всё выше и выше. Я сам того не заметил, что у меня внутри становилось как-то пусто.., я больше не чувствовал боли от ударов отца.. Учителя консерватории хвалили меня за мои результаты, но мне было уже всё равно...

-Ре мажор, - сказал отец.

-"Звук скрипки"

-До минор.

-"Идеально сыгранный звук скрипки".

-С тобой что-то не так..

В его голосе не было ни крика, ни злобы. В нём были ноты подозрительности.

-На сегодня всё, возвращайся в свою комнату.

-Хорошо, - ответил я.

Мне всё было интересно, мой дедушка также наказывал своего сына? Раз он теперь отрывается на мне. Как-то раз я подслушал разговор отца и матери, Изабеллы Глеште.

-Чарльз, тебе не кажется, что это уже слишком?, - её голос был полон жалости, было понятно, что она жалела меня.

-Этот бестолочь лишь издевается надо мной, когда играет на скрипке! Я считаю, что я делаю всё правильно. Я не хочу, чтобы он опозорил себя, чтобы он опозорил меня. Он лишь строит из себя страдающего, а сам смеётся внутри.,- ответил отец с полной серьёзностью, попивая свой коньяк.

Я не мог поверить своим ушам... Я так сильно старался, был лучшим в консерватории, а он считает меня бестолочью... Как же я тебя ненавижу, как же я хочу, чтобы ты исчез из моей жизни! Когда я вернулся в комнату, то мой разум до сих пор не мог воспринять то, что я услышал собственными ушами... Так я просидел на кровати около двух часов. Я смотрел в одну точку и больше ничего... За что так со мной?... Почему ко мне такое отношение?... Чем я хуже простых людей?... Я не понимаю... Может я делаю недостаточно? Может быть всё дело и правда во мне? Если да, то в чём же тогда проблема? Почему отец никогда не говорил, что гордится мной? Быть может, так всё и есть, отец никогда мной не гордился, для него я- бездарность...

Глава 3

Спустя десять лет такой жизни, я наконец смог закончить школу, успешно выпуститься из консерватории. Впрочем, в школе у меня тоже было всё прекрасно, окончил учёбу я лучше всех в своём классе. Впереди меня ждало много чего. Когда к нам в консерваторию пришли люди из Санкт-Петербурга, то им нужен был скрипач, который сможет сыграть композицию Баха в одном из престижных заведений того города. Выбор пал на меня. Мне сказали, что если я смогу идеально сыграть, то успешное будущее мне будет гаратированно. Многие другие бы думали, что хоть бы всё прошло как надо, а я не думаю, я знаю. Впрочем, папа был очень доволен этой новостью. Он лишь расспросил некоторые подробности и всё. Концерт был назначен на седьмое июля, а приехать в город мне нужно было уже двадцать восьмого июня, для того, чтобы расположиться и подготовиться. Перед отъездом отец мне кое-что сказал.

-Только попробуй опозориться там...,- он сказал это так устрашающе, что у меня аж пробежали мурашки по спине.

Когда я сел в машину, то почувствовал некое ощущение свободы, будто бы меня держали в тюрьме около десяти лет. Дорога была долгой, я даже успел задремать по пути. Когда я проснулся, то нам оставалось ехать ещё приблизительно час. По прибытию в Санкт-Петербург я был слегка поражён. Такой великолепный город, что даже я и представить себе не мог. Интересно, тут есть мои сверстники, которые играют лучше меня? Ха-ха-ха-ха, конечно нет. Я расположил свои вещи и через тридцать минут ко мне пришёл мой сопровождающий. Он показал мне, где я буду играть, где я буду готовиться к концерту, а также показал костюмерную, где я мог привести себя в наилучший вид. Репетиции проходили прекрасно, я с первой попытки сыграл ту композицию, о которой меня просили. В день концерта, перед моим выходом, я ничего не чувствовал. Ни страха, ни волнения, ничего. Так уже давно, я никогда не переживаю. Гости восхищались моей игрой. Это было видно по их выражению лиц. Они внимали каждую ноту, которую я пускаю в этот зал. Мои руки двигались, как река, также плавно и идеально. Все были в полном восторге по окончанию игры. Как только моя рука убрала смычок от струн скрипки, по залу раздались множественные аплодисменты людей, которые присутствовали в концертом зале, они же внимали мою музыку. Я так и знал, что всё пройдёт идеально. После той игры, мне стали всё чаще и чаще предлагать сыграть в других заведениях за большие деньги. И я играл. Я играл в самых лучших театрах, где присутствовали важные люди. Я решил остаться в этом чудном городе, приобрёл себе дом в самом престижном районе, но светить своими финасами я не любил. Были люди, которые критиковали мою музыку, оскорбляли меня и мои навыки, но мне было на них глубоко плевать. Зачем мне слушать каких-то жалких бездарей? Так проходила моя жизнь, я выступал на концертах, жил жизнью настоящего интеллигента, даже не вспоминал о родном доме, особенно я не вспоминал об отце. Лишь только своей матери я писал письма, ведь только она по-настоящему меня любила и переживала. Но как-то раз, ко мне постучали, я открыл дверь, и там стоял человек в дорогом костюме. У него была аккуратная причёска, а также от него несло дорогими духами, я сразу понял это по запаху. В руке он держал какое-то письмо.

-Мистер Эдвард?, -произнёс он.

-Да, это я, по какому поводу вы сюда пришли?,- ответил я.

-Вам письмо от мистера Чарльза.

-Ого, отец всё-таки вспомнил, что у него есть родной сын.,- подумал я.

-Возьмите.

-Большое спасибо.

После того, как он вручил мне письмо, то он сразу же ушёл. Я был в лёгком удивлении, ведь отец решил сам написать мне письмо. Что-то мне подсказывает, что там будет очередное унижение. Раскрыв конверт, я начал читать:

"'Эдвард, мой дорогой сын. Если ты читаешь это письмо, то скорее всего я уже либо мёртв, либо я доживаю свои последние часы. У меня диагностировали рак лёгких... Ты уже скорее всего не сможешь меня простить или найти какое-нибудь оправдание мне. Я прекрасно знаю о твоих успехах, знаю, чего ты смог достигнуть. И спустя столько времени, ты должен знать всё правду. Все оскорбления, унижения, наказания, всё это было для твоей тренировки характера. Я знаю, что ты меня ненавидишь, ведь я сам себя ненавижу, что всё это время так обращался с тобой. Знаешь, когда ты только родился, я подумал лишь о том, что отдам жизнь за тебя... Я всегда хотел, чтобы ты стал престижным музыкантом, как когда-то им был я. Этот мир музыки очень сложный и в нём есть множество конкурентов, которые готовы тебя растерзать за лучшее место. Я лишь хотел, чтобы это общество тебя не сломило. Люди способны погубить множество талантов. Я не мог этого допустить. Каждую ночь я горько плакал, когда наказывал тебя. Каждый раз, когда я бил тебя, то это было как вонзить самому себе нож прямо в сердце. А если вспомнить тот разговор с твоей матерью, произошедший десять лет назад, то я знал, что ты подслушиваешь, я видел тебя, но не стал специально обращать на тебя внимания. Скорее всего я не заслуживаю твоего прощения, но моя душа просит произнести эти слова. Прости меня... Я так хочу увидеть тебя в последний раз..

Я всегда тобой гордился, Эдвард."

Чарльз Глиште.

Я стоял в остолбенении. Мои руки дрожали, держа в руках письмо от моего отца. По бумаге можно было понять, что он писал это письмо в слезах. Мигом я собрал самые важные вещи и вышел на улицу в поисках шофёра. К большому счастью, мне удалось его найти. Когда мы ехали, моё сердце бешено колотилось, словно сейчас выпрыгнет из груди. Мои мысли путались в моей голове, я не мог разобрать ни одну из них. Когда нам осталось ехать около двух часов, мы проезжали мимо кладбища. Вот только я в страхе начал кричать на шофёра, чтобы тот остановился. Нет, нет, нет, мне всего лишь показалось! Я вышел из машины и направился в сторону могил. Мне нужно проверить, не ошибаюсь ли я? Увидев самую первую могилу, которая мне бросилась в глаза, я в ужасе застыл на месте. Могила, которую я увидел, была моего отца... Я почувствовал горькое чувство внутри себя, а затем слёзы потекли у меня из глаз. Так я простоял около его могилы почти весь день. Перед тем как уйти, я достал письмо из кармана. Письмо, пропитанное отцовскими слезами...