Они дышали ядовитым газом

Глава 1

«Внимание, внимание! Произошла утечка газа! Настоятельная просьба сохранять спокойствие, открыть все окна и двери во избежание накопления ядовитых паров внутри помещения.» – проговорил мужской голос из громкоговорителя. Информация разнеслась по всему химическому комплексу. Группа из трех людей во время утечки находилась в большом помещении, наполненном столами, на некоторых из них лежали кучи бумаг, стульями, шкафчиками с химикатами и парочкой верстаков. Окон в помещении не было, только слегка тусклые, освещающие своим белым светом все помещение люминесцентные лампы.

Все трое ринулись к выходу. Первым был Марк – высокорослый худощавый парень с миловидным лицом и ухоженной прической. Он был одним из профессоров, ранее работавших в другом, старом комплексе, и переведенных в этот. Вслед за ним шла девушка Мария. Они с Марком были старыми друзьями, скрепленными любовью к науке. Оба работали в том самом старом химическом комплексе, откуда их перевели в новый. Она была гораздо ниже своего друга. Черноволосая, с короткой, слегка растрепанной прической и химическим ожогом на левой руке. Третьим же человеком, находившихся в этом помещении, был мускулистый мужчина средних лет по имени Лор. Он часто улыбался и старался выполнять свою работу механика быстро и качественно, что у него отлично получалось. И сам по себе человек он был дружелюбный, действительно любил свою работу и гордился этим.

Марк попытался открыть дверь, но ручку заклинило. По видимому их дверь случайно заблокировалась во время чрезвычайной ситуации. Но попытки открыть ее продолжались.

– Давай я. – проговорил Лор, и отодвинул в сторону молодого ученого. Но и Лору откыть дверь было не под силу. Ее ручку заклинило так, что быстрее было сломать пальцы, нежели сам замок.

– Кто-нибудь меня слышит? – басом прокричал механик в надежде, что за дверью есть люди. – Алло! В помещении три человека!

Но за дверью было тихо. Тогда Лор вместе с двумя учеными стали кричать еще громче. Мария чуть было не сорвала голос. Марк подошел к ней и взял за плечи, тем самым слегка успокоив.

– Похоже мы здесь надолго, совсем одни. – сделал свой вердикт Лор, медленно присаживаясь за стол с бумагами. – Все, что нам остается делать, так это не паниковать, и ждать. Иных вариантов у нас нет. Так, посмотрим что тут. – механик обратил внимание на стопку бумаг и взял лист сверху. – Тут бланки. Кто-нибудь хочет заполнить один такой? – с улыбкой проговорил мужчина.

– Пожалуй, что нет. – робко ответила Мария и села за другой, пустой стол, закрыв голову руками.

– Маша, возьми себя в руки, прошу, это не конец света. Лор прав, нам остается только ждать и не поддаваться панике. Утечка газа – дело серьезное. Чем раньше они заметят нашу пропажу в списках рабочих, тем быстрее нас отсюда вызволят. Верно, Лор?

– Совершенно точно. Мария, взять себя в руки и порисовать в бланке, срочно! – с усмешкой скомандовал механик. – Вот, научный сотрудник Марк, передаю вам бланк и ручку. – гелиевую ручку Лор взял из своего кармана. Ей он делал заметки в записной книжке. – Прошу передать это Марии.

– Не думаю, что рисовать в бланках – это хорошо. Я лучше не буду.

– Нам стоит отвлечься. – предложил Марк и отдал бланк с ручкой обратно Лору. – Можем сыграть в карты. Здесь всяко они есть, никогда не видел помещений, где не было бы карт. Я поищу в ящиках.

Марк с трудом открыл металлический ящик, забитый полностью бутылками с прозрачным химикатом, похожим на воду.

– Маша, видела когда-нибудь такое? Ящик, целиком набитый химикатами.

– Видела... – девушка все еще держалась за голову, а ее глаза наполнялись слезами.

Марк подошел к ней и легонько обнял со спины. Нежность его рук и тепло тела слегка успокоили ученую.

– Знаешь... – начала Мария. – Я часто задавалась вопросом о том, правильно ли я поступила, встав в ряды ученых? Думала, чего-то добьюсь для себя, достигну цели и заживу жизнью, о которой мечтала, но сейчас я чувствую, что ничего не добилась. И, если здесь моя жизнь окончится, я буду разочарована собой до крайней степени. Я могла быть иной, целеустремленным программистом, к примеру. Могла бы написать программу, которая поможет человеку в трудную минуту. А здесь я кому помогла? Для кого я здесь нахожусь? Я понимаю, что ученые привносят огромный вклад в развитие человечества. но не я, Марк, не я!

– Маша, ты привнесешь свой огромный вклад в любой сфере, для себя или для других, это не важно. И жизнь твоя здесь не закончится, это глупо. Тем более для наших голов. Ты со всем справишься, всего добьешься. Только возникает иной вопрос – хочешь ли ты этого?

– Не знаю... – с грустью в голосе ответила Мария, не спуская со своей головы рук.

– Голубки, ну как, нашли карты? – обратился к ученым Лор.

– Не-а, тут одни химикаты, будто нас хотят законсервировать. – ответил Марк.

– Было бы неплохо быть сельдью в бочке, я б сейчас не отказался от кусочка. – сказал механик, вальяжно развалившись на стуле и запрокинув руки за голову.

– К сожалению для нас столовая пока закрыта. – с улыбкой на лице проговорил ученый.

– Это точно.

– Лор. – обратилась Мария к механику, повернувшись к нему лицом и убрав руки со своей головы.

– Да?

– А ты доволен своей работой?

– Не жалуюсь. – недолго думая, ответил мужчина.

– А ты бы хотел поменять что-то в своей жизни?

– Ну, однажды я, будучу в ужасном настроении, сильно нагрубил отцу, за что он ударил меня по руке ржавым железным прутом. С тех самых пор мы с ним были не в лучших отношениях. Он меня не раз после этого бил, бывало просто так. Пожалуй я бы поменял свои отношения с отцом. Сейчас мы с ним совсем не общаемся. А так меня все устраивает.

– А я бы постаралась поменять свое прошлое отношение к жизни. Я думала, что в жизни все просто, и, не подготовившись к трудностям, попадала в неприятные ситуации.

– Знаешь, к таким ситуациям не привыкаешь и не готовишься, Мария. Они всегда есть и будут, а твой взгляд на жизнь очень даже правильный. Все просто, если смотреть на это под определенным углом. И, чем сложнее жизнь, тем проще на нее смотреть, знаешь ли. Вот к примеру я. Обычный механик, чиню разные вещи, бываю полезен, бываю не очень. Мне легко смотреть на сложную жизнь, но и проживать свою очень просто. Куда стремиться еще? К старшему механику, а после к менеджеру, боссу, а потом куда? К президенту? Нет. Мне легче оставаться тем, кто я есть. Стремиться к чему-то большему всегда хорошо, но это стоит немалых трудностей, от того жизнь и кажется сложной, что мы сами создаем себе эти сложности.

– А вот я, под каким углом не смотри, все стараюсь отыскать сложности, даже если их нет.

– А ты не старайся, сложности всегда найдут тебя, попробуй принять все гораздо легче, чем оно есть на деле. Может у тебя в запасе имеется хорошая история твоей жизни?

– Конечно! И не одна. – с улыбкой на лице сказала Мария.

– Отлично, я слушаю внимательно, Мария.

– Маша. Можешь просто Маша.

– Смысл не меняется, история выслушивается.

– В общем, еще в школе мне нравилась одна игрушка, ужасно недоступная для ребенка. Если память не обманывает, то был кукольный домик, большой такой. Так и стояла после школы у витрины магазина и любовалась им. Но однажды он исчез. Такую вещь явно нашел тогда какой-то богатый человек, думала я. Каково же было мое удивление, когда этот самый кукольный домик ждал меня дома. Я так ревела от радости, что моя мать и отец долго не могли меня успокоить и смеялись между собой. И все же, я очень люблю своих родителей. Хоть сама их уже давно не видела.

– Работа не позволяет?

– Она самая. Потому и думала об иной жизни, но мы все растем, все становимся старше, этого не исправить. И сейчас, будь я рядом или вдали от родителей, так же приятно и комфортно, как в детстве, чувствовать себя с ними не смогу.

– А я в детстве мечтал о грузовике...

– Настоящем? – улыбнувшись, спросила Мария.

– Ой не, такой мне не нужен был. Я, как и ты, об игрушке мечтал.

– И тебе его подарили?

– Совсем нет. Просил грузовик у отца, на что он мне давал кусок поролона из кресла, на котором сидел, и спрашивал, смогу ли я питаться этим месяц? Я отвечал, что не смогу, тогда он возвращал его обратно в разорванное кресло и дальше смотрел свой телевизор. Я понимал, что дело в деньгах, но мечта так и осталась мечтой.

– А сейчас этот грузовик продается?

– Вряд ли.

– Я попробую вместе с тобой найти его в магазине.

– Ох, да зачем же? Не стоит, мне он уже не нужен, но я буду рад, если ты что-нибудь нарисуешь на бланке. – С радостью! – воодушевленно сказала девушка и приняла от механика листок с ручкой.

– А у тебя там что? – спросил Лор Марка.

– Да пытаюсь вспомнить, где оставил свой телефон.

– Там же, где и все, скорее всего. В кабинете.

– А у тебя с собой телефона, случаем, нет?

– Если б был, мы бы уже давно поедали селедку в проветриваемой столовой.

Девушка начала кашлять. Оба парня обратили на нее внимание и стали пристально наблюдать. Марк медленно подошел к ней.

– Все в порядке? – спросил он.

– Да, Марк, я просто подавилась слюной, я в порядке. – сказала Мария, кашлянув еще пару раз.

– Пойду проверю остальные ящики. В них всяко должно быть хоть что-то полезное.

Марк открыл еще три ящика, все они были наполнены химикатами.

– Да что ж это такое! – крикнул Марк, захлопывая последний ящик. – Ни инструментов, ни тряпок, ничего. Одни химикаты!

«Эй! Тут кто-нибудь есть?» – спросил голос из двери. Все трое людей резко посмотрели в сторону выхода, вслушиваясь.

– Да, трое людей. – крикнул Лор. – Двое мужчин, одна женщина.

«Вас понял, мы пришлем за вами помощь, сохраняйте спокойствие.» – после того, как голос затих, прозвучала сирена из громкоговорителя. Утечка газа становилась все опаснее с каждой минутой.

– Вентиляция! – крикнул Марк Лору.

– Что?

– Вентиляция слева от тебя, в самом углу комнаты!

– Вижу!

– Мы можем ее заткнуть!

– Это не поможет, она хоть как-то вентилирует воздух, если мы закроем ее, останемся втроем с газом, который не будет вентилироваться! Уж лучше его будет больше, но с малым доступом кислорода, чем мы лишимся кислорода совсем!

Сирена закончилась, настала тишина, и Марк мог не перекрикиваться с Лором. Они оба сразу же заметили, что нигде не видно Марии. Девушка исчезла, словно под землю провалилась.

– Маша, ты где? – крикнул Марк.

– Марк, не кричи, ты ее так не найдешь. – спокойно сказал Лор. Он тут же подошел к столу, за которым ранее сидела девушка и рисовала в бланке. Механик сразу заметил силуэт под столом.

– Мария, вставайте, сирена закончилась. – с улыбкой на лице проговорил мужчина.

– Нет. Мне страшно. – послышался голос из-под стола.

Лор взял бланк, не котором рисовала девушка, и заметил на нем рисунок домика.

– Это тот самый кукольный домик? – спросил он.

– Да.

– Точь-в-точь, как я себе его представлял. Если б у меня такой был, я бы, того глядишь, обрел вечное счастье.

– Правда?

– Конечно. Посмотреть на него, так сразу на душе приятно становится, даже через рисунок. С ним тебе не должно быть страшно, на, возьми. – Лор протянул рисунок Марии. Она взяла его и тихо заплакала.

– Маша, вставай. – сказал Марк, подошедший в этот момент к столу. – Все будет хорошо, не переживай. Они знают, что мы здесь, сказали, что пришлют помощь. Зачем им врать?

– А если не успеют? – сказал заплаканный голос из-под стола.

– Не успеют спасти?

– Да.

Марк задумался над тем, что ответить. Но ничего сказать не смог.

– Тогда мы станем маринованной сельдью, как я уже говорил. – сказал Лор.

– Я не хочу быть селедкой. – сказала Мария.

– Тогда мы с Марком станем ей. Да, Марк?

– Верно.

– А чем тогда стану я?

– А ты останешься Марией. – сказал ученый.

– Я хочу, чтобы мы все остались людьми.

– Мечты имеют свойство сбываться. – проговорил механик. – Ведь тебе же подарили кукольный домик.

Мария снова заплакала, услышав про домик. Но вскоре вылезла из-за стола.

– А можно тебя обнять, Лор?

– Можно, конечно! Мария крепко обняла мужчину и уткнулась в его форму заплаканным лицом. Лор обнял ее в ответ и погладил по голове.

– Ну же, Мария, соберитесь. Хотите я покажу грузовик, о котором говорил?

Девушка молчала. Механик вытащил из кармана джинсовых брюк маленький бумажный квадратик.

– Вот. – он переложил квадратик в задний карман рабочих штанов Марии. – Если появится желание, можете посмотреть на него.

Мария отпустила мужчину из своих объятий и сразу же развернула лист бумаги. Но на нем ничего не было. Она вопросительно посмотрела на Лора.

– А где? – спросила она.

Лор только рассмеялся и сказал, что, к сожалению, не умеет рисовать так, как умеет Мария.

– Я думаю Вы и сами представляете его себе таким, какой он был на деле, и, если хотите, можете нарисовать его на этом листочке.

– Хорошо. – сказала Мария с улыбкой, села за стол и начала искать ручку.

– Держи. – сказал Марк, передавая гелиевую ручку своей подруге. – Ты ее уронила, когда пряталась.

– Спасибо, Марк.

– Мария так сильно любит рисовать? – спросил Лор у Марка.

– А? Да. – Марк был погружен в свои мысли, думал, как скоро их освободят из этого плена? И сам, на деле, переживал не меньше своей подруги, но старался не поддаваться внутренней панике. Он знал, что аварии в таких местах не редкость, потому к таким случаям здесь люди подготовлены. Но от мыслей его отвлек громкий кашель. Марк бросил взгляд на ученую.

Мария сидела за столом и держалась за горло. Ручка лежала в стороне, листок, на котором она рисовала, был забрызган слюной. Девушка никак не могла перестать кашлять. Марк подбежал к ней. – Маша, Маша, Маша, дыши спокойно, все в порядке!

Девушка не могла выговорить ни слова. Она лишь кашляла все громче и громче. А вскоре стала задыхаться. Руками оттолкнула ученого в сторону, и ринулась к открытому шкафчику.

– Маша, нет! – Марк схватил ученую и стал держать ее, пока та вырывалась из его хватки.

– Успокойся сейчас же!

– Марк, тише! – сказал Лор. – Мария, слышите меня? Дышите спокойно, медленно. Вдох, выдох…

Девушка стала успокаиваться и медленно вдыхать воздух, так же медленно его выдыхала. Вскоре ее удушье совсем прошло, она сосредоточилась на дыхании. Глаза ее непроизвольно наполнились слезами. Она повернулась лицом к Марку, который уже расслабил свою хватку, и стала плакать.

– Я не хочу так умирать. – шепотом сказала она. – Я не хочу, чтобы мы здесь так умерли.

– А кто сказал, что мы здесь собираемся умирать? – спросил Лор. – Я, к примеру, не планирую, не знаю, как вы, ребятки.

Мужчина подошел к столу, где сидела Мария, и взял в руку листок с изображением не дорисованного грузовика.

– Ха. Прям то, что я хотел! – усмехнувшись, сказал Лор. – Мария, да у Вас талант не только в рисунке, но и во взгляде на вещи! И как Вы смогли передать мои мысли на листок бумаги?

Девушка молчала. Марк погладил ее волосы и легонько поцеловал в левую щеку.

– Не волнуйся, скоро мы отсюда выберемся. – проговорил парень. – Скажи честно, что ты хотела сделать со шкафчиком?

– Я не знаю, Марк, не знаю. – уткнула девушка свое лицо в плечо ученого.

– Предлагаю нам всем сесть за стол и успокоиться. – сказал Марк.

– Я только за. – сказал Лор, вновь развалившись на стуле.

Марк и Мария подвинули к столу еще два стула и сели, погруженные в свои мысли. Механик слегка задремал, удобно устроившись на своем месте.

Двое ученых еще со школы начали свой путь дружбы. Они были из параллельных классов, но одного с Марком возраста. Им тогда было шестнадцать лет. Любовь играла красками, но их любовь не состоялась никаким образом. Увлеченные химией, они вместе выполняли работу, заданную на дом, помогали друг другу по мере необходимости. Но как не старалась тогда Мария привлечь внимание к себе, Марк боялся ее знаков и старался никак их не замечать. После школы они поступили в один институт, и там были неразлучны. Девушка не оставляла надежды понравиться юному парню, но тот все так же испытывал страх обжечься. Тогда ее попытки прекратились, она занялась наукой пуще прежнего, Марк, подхватив этот настрой, становился все ближе к ученой. Но в сфере науки оба так ничего и не достигли. Окончив институт, основались в химическом комплексе, где изучали способы борьбы с вредителями сельскохозяйственных культур. Со временем их перевели в новый комплекс, где они продолжали изучать старую тему, и оба случайно оказались в запертой мастерской, где Марк хотел сказать Марии что-то важное, но из-за аварии совсем об этом забыл.

Сейчас Марк размышлял о том, что именно он привел свою подругу сюда, именно из-за него они находятся в такой ситуации. В тишине комнаты он слышал, как газ тихо выходит из решетки вентиляции. С каждой минутой, проведенной в мастерской, ученый все больше винил себя, и никак не мог вспомнить, о чем хотел поговорить с девушкой. Только смотрел ей в лицо, ее заплаканные глаза казались ему красивее самых дорогих изумрудов, а губы казались нежнее самого вкусного бисквита. Он вспоминал, как в старом комплексе они сидели за работой совсем рядом и что-то писали, ее тихое дыхание возбуждало в нем приятные мысли, но Марк сразу же отбрасывал их, пытаясь сосредоточиться на своем задании. А в моменты, когда она клала голову на его плечо, он краем глаза смотрел на ее уставшие глаза и милое лицо, тогда ему хотелось страстно поцеловать ее, но все же, не решаясь на это, он игнорировал все эти знаки. И сейчас ему бы хотелось увидеть, почувствовать хоть один такой знак, но девушка сидела с пустым взглядом, которым смотрела на гладкую поверхность стола.

– Маша… – начал Марк. Но Мария сидела все так же, не обращая никакого внимания на парня.

– Я хочу пить. – тихо сказала девушка спустя несколько минут.

– Потерпи, сейчас нас отсюда вытащат.

– Очень сильно хочу.

Марк встал из-за стола, подошел к двери и со всей силы ударил кулаками по ее металлической поверхности. От этого стука проснулся Лор.

– Что делаешь? – спросил он.

Марк ничего не ответил, через некоторое время снова стал долбить по двери кулаками.

– Марк, она не откроется. – сказал Лор.

– Я хочу пить. – повторила Мария, уже обращаясь к механику. – Очень хочу.

– Я бы тоже не отказался от глотка воды. Марк, поищи в ящиках чего-нибудь попить, может найдешь для своей подруги какой напиток. – Но парень продолжал избивать дверь кулаками, медленно, довольно громко. – Ладно, сам поищу.

Лор подошел к открытому шкафчику и попытался найти среди бутылок с химикатами что-нибудь безопасное для питья.

– Не понимаю, зачем здесь огромная куча этой химии, мы ей максимум станки чистим. – сказал механик. – Мария, здесь ничего нет, мы должны просто ждать. Вряд ли найдем что-нибудь, что можно было бы пить в этом помещении.

– Марк, прекрати стучать, пожалуйста. – сказала ученая.

Парень подошел к девушке. Она одарила его своим грустным взглядом милых глаз.

– Прошу, не надо. – тихо сказала она.

– Хорошо. – Марк сел за стол.

Механик подошел к ним и тоже сел.

– Марк, я бы мог сломать вентиляционную решетку. Так воздуха здесь станет больше.

– Или газа. – сказал ученый.

– Чувствуешь сухость во рту?

– Да.

– Я тоже. Если нас с вами не спасут в ближайшие часы, мы действительно можем остаться здесь до конца своих жизней.

– Это я виноват. – сказал Марк. – Я привел тебя сюда, Маша. Пожалуйста, прости меня.

– Не время вешать слюни. – стукнув по столу сказал Лор. – Надо искать способы продлить свое существование в этих стенах, чтобы проложить путь к свободе. Что думаешь, Марк?

– Мне все равно.

– Отлично, боец, а теперь давай отнесем этот стол к углу комнаты, я попытаюсь сломать решетку.

Они вдвоем стали медленно нести стол туда, куда предложил Лор, оставив девушку наедине с собой. В ее голове крутилось лишь желание попить воды. Жажда настолько сильно туманила ее разум, что она готова была выпить любую жидкость, которую сможет найти. Ее мысли и идеи за пару минут переросли в безумное желание чего-нибудь напиться. И, если не воды, то любой другой жидкости. Паника коробила ее ум, горло неистово сводило и девушка вновь начала ощущать признаки удушья. Тогда Мария резко встала со стула и подбежала к открытому шкафчику. Дрожащими руками стала открывать крышку бутылки с прозрачной жидкостью, и залпом выпила целую емкость с химикатом. Девушка выронила стеклянную бутылку из рук, и та разбилась о пол. Мария тут же почувствовала сильное жжение, сразу же после этого ее словно разрывало в клочья изнутри, а органы медленно плавились. К ее горлу подступала невыносимая тошнота.

– Марк, мне не хорошо. – услышал парень перед тем, как повернулся к девушке, которую рвало кровью от сожженных химикатом органов. Кровь со смесью кислоты выходила через рот и нос мощной струей, сжигая все дыхательные пути.

– Маша! Что ты сделала? – в панике закричал Марк, подбегая к девушке. – Что ты натворила, глупая? – не сдерживая рыданий спрашивал ученый.

Девушка упала на колени, задыхаясь. Сейчас она понимала, что ее жизнь заканчивается, понимала, что на деле прожила ее не зря. Даже в последние минуты жизни, рядом с ней был ее возлюбленный ученый, который сейчас сажал ее тело у стены. Мария поняла, что не безразлична тому человеку, который ей был нужен. И она его получила.

Лицо марка, покрытое потом и слезами, краснело с каждой секундой, эмоции сами вырывались наружу, он обнимал грязную девушку, целовал ее бледное лицо во все возможные места, но губы ее уже были холодны и оставляли после поцелуя только жжение от химиката, глаза сверкали лишь слезами боли и отчаяния, но, видя и ощущая, как ученый целует ее, девушка с трудом смыкала губы в счастливой улыбке.

Через жжение в горле и невыносимую боль, Мария сказала свое последнее «Прощай» Марку. Парень не отпускал ее тело из крепких объятий. И уже он рыдал в ее хрупкое плечо, как некогда девушка рыдала в его. Ему хотелось вернуть все назад, исправить ошибку, признаться ей во всем, что тревожило его душу. Нахлынувшие воспоминания о Марии заставили его вспомнить, зачем он привел ее в мастерскую.

– Я идиот! – закричал Марк. – Идиот, идиот, идиот!

Лор, продолжавший в одиночку двигать стол к месту назначения, видел всю картину. В его голове сейчас не было места сожалению или отчаянию. Смотря на все, происходящее сейчас, он лишь слегка проникся чувствами Марка, но продолжал выполнять свою работу по спасению оставшихся в живых себя и ученого.

– Я хотел сказать ей о том, что она мне не безразлична. – обратился парень к механику.

– Это не такой уж глупый поступок, Марк. Тебе ли было знать, что случится авария в этот момент? Послушай, я сам совершал ошибки, часто они имели не лучшие последствия, тут главное не брать на себя столько ответственности за поступки, сколько не сможешь вынести. Твоя вина сейчас лишь косвенная, если б ты знал о том, что случится, вряд ли пошел бы на это. А теперь, может, поможешь мне дотащить этот стол? Осталось совсем немного.

– Нет, Лор, прости, я должен быть рядом с той, кого люблю.

– Как скажешь.

Лор продолжил двигать стол в одиночку. Он казался механику очень тяжелым, вина ли веса предмета или усталости мужчины было не ясно. Когда же стол стоял в нужной части комнаты, мужчина совсем выдохся и сел на пол рядом с ним.

– Марк, ты так и будешь сидеть рядом с Марией?

Парень сидел молча рядом с мертвым телом и смотрел в пол томным, печальным взглядом. Дыхание у него было медленным, а газ в комнате все больше заменял кислород.

– Я понимаю твои мысли. – сказал Лор. – У меня однажды тоже была любовь. Версана. Все еще помню ее имя. Я был молод, как ты сейчас, и все старался привлечь ее внимание, и даже взора голубых глаз было достаточно, чтобы я бросил все дела и прильнул к ней, в ее нежные объятия. Но, увы, Версана была не идеалом девушки, и даже близко не могла им быть. Она казалась милой и нежной, ласковой, заботливой, казалась той, в ком я нуждался, попрекая своим принципам быть самостоятельным. Хотелось отдать всего себя Версане, настолько была прекрасна эта девушка. Но так же, как мне хотелось отдать себя ей, она отдавала себя другому человеку. Но я все равно любил ее, пусть не имея шансов на то, что подобное станет взаимно. И до сих пор люблю...

– Ну, посидели и хватит. – продолжил Лор, и залез на стол. Рукой он тянулся вверх, в попытках схватить вентиляционную решетку пальцами. Когда же пальцы схватили ее, механик понял, что они застряли внутри. Это как раз было ему нужно, так он мог вырвать решетку, оставалось только резко дернуть и доступ к кислороду станет чуть шире. Но у судьбы были иные планы. Резко дернув рукой, Лор сильно разодрал свои пальцы, кровь хлестала на стену, стекала с руки на стол. Мужчина не чувствовал боли, видя, что кровь вытекает из его изуродованных пальцев на поверхность стола, он готов был опустится к ней лицом, вылакать все до последней капли, надеясь утолить жажду, что так его мучила сейчас. Силы его были на исходе, все кругом мутнело, лицо становилось бледным и холодным. Не выдержав более, Лор рухнул вниз, зацепив головой тиски, прикрепленные к верстаку, что стоял рядом со столом. Бездыханное тело крепкого мужчины приземлилось на пол. Темная кровь медленно растекалась рядом с добродушным лицом не менее добродушного Лора. Его пустой взгляд был направлен в сторону серой, безжизненной стены.

Марк, погруженный в себя, не обращал внимания на происходящее вокруг. Казалось, он не столь не хотел, сколь не мог замечать этого. Его дрожащая рука гладила волосы Марии, гладила ее худые ноги. Проводя своими пальцами по ее нежной руке, он приближался к ее запястью, аккуратно взял ее ледяные пальчики в переплетение своих, еще теплых пальцев.

– Марк? – услышал он голос своей подруги.

– Маша? – заплаканным голосом спросил ученый.

– Я люблю тебя, Марк. – с кровавой улыбкой на лице проговорила девушка.

– Маша, ты жива! – радостно воскликнул он.

– Всегда была такой, ты меня знаешь. Старалась жить ради тебя, ради нас с тобой. И сейчас живу, дышу, говорю. Не стоит плакать, слезы тебе не к лицу, Марк, а вот твоя счастливая улыбка сейчас греет душу и тело.

– Маша, я очень виноват, прости…

– Глупости, не извиняйся, дурачок. Знаешь, за что я тебя так полюбила?

– В данной ситуации даже представить не могу, за что можно любить такого, как я, идиота.

– Ты всегда молчал, был сосредоточен на работе, но если и говорил, то одним голосом мог успокоить меня. Одним только взглядом способен вызвать улыбку, а своей простотой ты сжимал мое сердечко так, что из него выливалась вся любовь, которой я обливала тебя с ног до головы. Я чувствовала себя нужной только с тобой. Чувствовала, что что-то значу в этом мире. В твоем мире. Может ты и не чувствовал этого, но…

– Чувствовал! – прервал Марию парень. – Чувствовал, но боялся этого. Ты была той самой, которая была нужна мне, я молчал, чтобы не потерять тебя. И к чему это привело?!

Сейчас он стоял на ногах, смотря на сидящую возле стены девушку. Ловил на себе ее печальный взгляд, который старался не замечать.

– Марк, успокойся, все в порядке.

– Марк! – послышался позади ученого мужской голос. – Марк, не переживай! – с широкой улыбкой на окровавленном лице сказал Лор. Оно было все таким же дружелюбным, но сверху по нему стекала темная кровь, окрашивая грубую щетину в цвет спелой черешни.

– Да, Марк. Мы твои друзья. Присядь рядом со мной и подожди, пока за нами придут.

– А лучше выпей чего-нибудь с нами. – сказал механик, подойдя к шкафчику с химикатами, и вытащив оттуда бутылку с прозрачной жидкостью. – Вот, держи, тут на всех нас хватит.

– Спасибо, Лор. – улыбнувшись, поблагодарил Марк.

Они втроем сидели у стены, в руках держали бутылки с химикатами. Раздался звук цоканья стекла. Все три бутылки тут же опорожнились.

– Ну как? – спросил механик.

– Отлично! – воскликнул Марк. – На вкус очень неплохо, да и жажду утоляет не хуже обычной воды.

– Полностью с тобой согласна! И почему мы раньше не пили эту гадость?

– Не знаю. – ответил Марк. – Не знаю…