Не хочу видеть смерть

"Когда это началось?"

Их голоса сводят меня с ума. Я каждый день вижу их окутанные холодом смерти образы.

«Прими свою судьбу» – голос, что призывает меня, обещая, что только так я спасусь.

Нет. Почему. Моя жизнь никогда не была настоящей? Почему это происходит со мной и моими близкими?

***

Десятилетнего меня поразила новость, что любящих родителей больше нет в результате автокатастрофы. Столь неожиданные события обрушились на нашу маленькую семью. Каждую ночь я просил девятнадцатилетнего брата спать вместе, только так я чувствовал себя спокойнее. С тех пор многое в нашей жизни поменялось и пришлось адаптироваться к новой обстановке. Решение дальнейших планов и большая часть дел пали на брата, он также стал моим опекуном. Ему наверняка было тяжело нести такой груз. Оставленных родителями деньги хватало на похороны и нашу жизнь на перовое время. Но брату приходилось совмещать учебу с работой, пока я рос.

Прошло пять лет.

Я живу со старшим братом. Хотя и живем в одном доме, оставленном нам в наследство, видимся мы довольно редко, поскольку в свои 24 года он усердно строит свою карьеру и редко бывает дома. На самом деле Клифф сильный старший брат. Даже сейчас он несет ответственность за нас двоих, позволяя мне проживать свои беззаботные 15 лет. Я старался бегать по подработкам, но чаще всего это было в каникулах. Несмотря на все это, я рад своей жизни.

– Эй, Фил, выходи! – Знакомый громкий голос позвал меня по имени. Это был мой друг Дэвид, куда бы он не пошел, по пути всегда зовет меня с собой.

Я надел свою синюю спортивку сверху белой футболки и вышел из дома, вдохнув утренний воздух. Дэвид ждал меня у крыльца.

– Привет, брат. Куда сегодня путь держим? – Поприветствовал я его с улыбкой. Он был тем человеком, который всегда поднимет настроение и не сочетается со словом «скука».

– Хай. А, попробуй угадать. Сегодня у нас в меню фруктовый лед.

– Понял. Сегодня тройная прогулка. – Кивнул я, сразу поняв о чем речь.

Мы шли к Эмме – нашей общей подруге. Она всегда на прогулках покупает фруктовый лед. За наши 4 года дружбы не было ни одной прогулки без этой сладости. Даже зимой. И вот мы уже подходили к ее подъезду. Низкорослая девочка со светлыми волосами выбежала к нам с привычной веселой улыбкой. Поприветствовав ее, мы пошли гулять. Мы не выбирали какое-то одно место, просто шли куда глаза глядели.

Уже три часа дня. Гуляя по многолюдной улице, мои глаза устремились на крышу десятиэтажного здания. Мне показалось, что там сидела большая птица, однако нет. Это был человек с большими белыми крыльями, вся его одежда, кожа и волосы были белоснежными. Казалось он смотрел прямо на меня и улыбался, но стоило мне моргнуть и он исчез. Разумеется, я подумал, что мне показалось. Возможно это просто игра солнечного света и теней.

– …ил! Фил! – кричали мне друзья. Я с недоумением посмотрел на них. Почему же они кричали, если я стою рядом?

– А, что такое?

– Эй, что с тобой? Ты внезапно замер и стоял как статуя целых пять минут! Мы так испугались! – взволнованно объясняла Эмма.

– Уже думали куда звонить, в скорую или психбольницу. – Отшучивался Дэвид.

– Пять минут? Да вы шутите, я буквально пару секунд смотрел на это здание!

– Да отвечаю, стоял как загипнотизированный! Ладно, забудь, идемте дальше. – Сказал в итоге Дэвид.

Вот уже восемь вечера и мы решили разойтись. Стояли у подъезда подруги, поскольку проводили ее первой. Эмма печальным взглядом смотрела на нас своими ярко-голубыми глазами, словно готовыми расплакаться. Она и правда не любила с нами прощаться, хотя мы могли снова встретиться завтра, но в этот раз все было иначе. Она нас долго обнимала, словно боялась отпустить.

– Эмми, ты нас сегодня задушить хочешь? – С улыбкой говорил Дэвид. Он прекрасно знал ее, они были знакомы намного раньше нашей встречи. Казалось они знали друг друга наизусть. Он поддерживал ее шутливым тоном, но такие слова порой действительно помогали нам.

– Ха-ха, вы такие нетерпеливые, ребята. Но всё равно спасибо вам за сегодня. Было очень весело. Я так рада, что в моей жизни есть такие прекрасные друзья. Спасибо вам большое! – С этими словами оно побежала домой, не дожидаясь ответа.

Мы смотрели ей вслед и не могли понять что случилось. Я чувствовал что-то странное, у меня заболела голова и почему-то я вспомнил ту странную галлюцинацию. Однако наша подруга отличалась своим необычным, переменчивым характером и это успокоило нас. Мы с Дэвидом также попрощались и разошлись.

Этой ночью было тяжело уснуть. Голова гудела, я слышал странные голоса, температура тела повысилась и я уже не мог спокойно дышать. Так прошло несколько часов и было 4 утра. Я не смог больше лежать, мою душу и тело словно куда-то тянуло, не давая мне шанса на сопротивление. Я торопился, не имея определенной цели.

«Смерть близка, и ты это знаешь. Зачем от правды убегаешь?»

Странные мысли появлялись в моей голове. Скорее всего я заболел, я точно просто заболел. Но сколько бы я не старался найти логичное объяснение, мое тело бесконтрольно шло вперед. И вот я снова издалека вижу то здание. Но… что это там на крыше. Там снова кто-то стоит и это… Эмма! Это все казалось нелепым сном. Прямо сейчас я вижу, как моя подруга стоит на краю крыши. Я кричал ее имя так громко, как только мог. Но лишь секунда, мое сердце замерло, она сделала шаг и… Падение. Девушка пятнадцати лет, самая яркая и прекрасная из всех, кого я когда-либо встречал. И сейчас она лежит на холодном асфальте. Мне хотелось убежать. Вся моя реальность разрушилась за миг.

– Наконец мы встретились. Ах, точно, в этом мире ты Фил.

Не успел я прийти в себя, как увидел впереди высокого мужчину в белом обличье и крыльями. Он был мне словно знаком и в то же время совершенно нереальным. Улыбка его была безжизненной и устрашающей, словно обозначала несчастье и грядущий кошмар.

Наверное я потерял сознание или это сон? Я смотрел на свои руки, они были белыми подобно снегу, а передо мной стоял я. Но это был маленький я, так выглядел, когда мне было девять лет. Но его глаза были такими потерянными, такими напуганными, словно он увидел нечто невероятно страшное. Я потянул к нему, к самому себе, руку, а он начал плакать. Постепенно он исчезал, словно пепел унесенный ветром. А я почувствовал боль в груди.

"Шок"

«Трагедия Эммы»

Я проснулся, резко открывая глаза с желанием кричать. Но вдруг осознал, что нахожусь в своей комнате. Лишь пара секунд осознания происходящего, как поток мыслей перебил телефонный звонок. Это был Дэвид. Я снова почувствовал, как сердце замерло. Когда я ответил на звонок, в первую очередь услышал всхлипы. Его голос дрожал, давая понять, что увиденное тогда не было частью сна.

– Фил… Ее больше нет. Она… она умерла… – Не выдержав, парень вновь заплакал. Были слышны его крики.

– Дэв… пожалуйста, успокойся. – Я не знал, что еще могу сказать. Стиснув зубы, я чувствовал, как мои глаза помутнели. Но я не мог сейчас позволить себе заплакать. – Скажи мне, где ты сейчас?

Услышав местоположение друга, побежал к нему. На самом деле Дэвид был влюблен в подругу. Он не мог в этом признаться и не хотел разрушать дружбу, его все устраивало. Это неожиданная потеря на всех нас сказалась ужасно, но для него это также потеря сердца.

Моментами я часто вспоминал нашу первую встречу. Одно из самых важных моментов в моей жизни, ведь в то время я только-только адаптировался к новой жизни.

Когда я впервые их встретил, была ранняя осень. Только наступила школьная пора. Я перевелся в новую школу в одиннадцать лет, поскольку после потери родителей не мог учиться в гимназии из-за финансовых трудностей, а также морально было тяжело учиться в столь требовательном учреждении. Брат хотел, чтобы я поскорее освоился, но я волновался и никого не знал, но как только подошел к входной двери школы, увидел двоих ребят. Они сидели вместе на скамейке и ели мороженое. Что-то неизвестное с первого взгляда меня потянуло к ним, и я подошел.

– Привет. Простите, а какой вы класс? Я новенький и хотел бы узнать, где кабинет 42. – Я был довольно неловким в плане общения и не знал способа лучше начать разговор. Конечно они могли просто ответить, а потом я должен буду уйти, но надеялся, что смогу продолжить диалог.

Но благо ребята мне улыбнулись и не приняли за дурачка. Златовласая девочка немного передвинулась со скамейки и рукой указывала на свободное место, предлагая сесть рядом. Я с радостью уселся.

– Нам тоже в этот кабинет надо, вместе пойдем. Меня зовут Эмма Либер, а это мой друг Дэвид Колди. А ты откуда, новенький? – Дружелюбный голос Эммы успокаивал мое волнение.

– А, меня зовут Фил, Фил Уилсон. Я учился в гимназии номер 4 и перевелся сюда в этом году. Волнуюсь по поводу своего первого дня… – Застенчивость во мне сильно проявлялась в такие моменты, но я старался отвечать уверенно.

– Четвертая гимназия? Ого. А почему ты перевелся сюда? После гимназии ты явно огорчишься. Тут особо не учат. Или тебя перевели как раз из-за этого? – Заговорил Дэвид. Разумеется, он был удивлен, что даже с «элитных школ» могут переводить в такие.

– Ну… просто семейные обстоятельства. – мой голос стал очевидно тише. Не хотелось говорить про смерть родителей и решил закрыть вопрос этими словами.

– В любом случае, ты можешь с нами ходить. Судя по всему, мы из одного класса, а помогать товарищам надо! – С веселой улыбкой поддерживала Эмма.

– Я не против. Втроем веселее. – Выразил солидарность Дэвид.

– Спасибо вам, ребята!

Я был рад, что в первый же учебный день в новой школе смог найти друзей, которые также были новыми одноклассниками. Думал, что это невероятная удача для новичка. Как только прозвенел звонок, мы направились в класс.

Когда я зашел, как и предполагалось, учительница, ныне моя новая руководительница, представила меня классу.

– Поприветствуйте нашего нового ученика. Он недавно перевелся и теперь будет учиться с нами. Будьте любезны и помогайте нашему новенькому. У него сложная ситуация, родителей нет и живет со старшим братом… – Как на автомате сказала она.

Эти слова не должны были быть такими болезненными, учитывая, что прошел уже год. Но мне всё равно стало грустно, да и не хотелось в первый же день быть известным новому классу как сирота.

Эмма и Дэвид, которые сидели вместе, посмотрели с особым удивлением, услышав такие печальные подробности о жизни их нового друга. Но они не молчали долго, Дэвид поднял руку и заговорил:

– Элла Малова, можно он будет сидеть позади нас, как раз свободное место для него?

Как он и говорил, они сидели на предпоследней парте, а последняя пустовала.

– Фил, а ты согласен там сидеть? Нет проблем со зрением? – Спросила учительница.

– Нет, все в порядке. Я согласен сидеть там. – Согласился я радостно. Лучше и быть не могло. Вдобавок это сразу подняло мне настроение и я сел на указанное место.

– Ну, теперь точно будем вместе, новичок. – С шепотом заговорил со мной Дэвид.

И с этого момента мы неразлучно дружили.

Я узнавал подробности их жизни, поверхностно. О себе же рассказал правду, почему перевелся. Нам было комфортно и весело вместе, хотя у нас часто разделялись мнения, что неизбежно приводило к кратковременным ссорам и последующему примирению. Разные и похожие одновременно.

Эмма любила все цитрусовое, готова была съесть и выпить абсолютно все со вкусом апельсина. Нам с Дэвидом было не так просто ее понять, хотя я сам не привередливый. Дэвид, напротив, сладкое и кислое особо не любил, его предпочтения склонялись ко всему мясному и острому. Они постоянно шуточно спорили на эту тему, а я стал некой золотой серединой, не участвуя напрямую в их спорах. Они знали много совместных игр и мест для прогулок. В подобных вещах я не был активен, поэтому их интересы становились для меня открытием. Спустя месяц я впервые пригласил их к себе домой и познакомил со своим братом. Он был доволен, что я начал открываться и дружить, ведь у меня с детства были проблемы с этим.

Таким образом прошли насыщенные три месяца дружбы. Заканчивались новогодние каникулы, наш первый Новый год вместе, хотя и не смогли встретить полночь, поскольку были со своими семьями. Брат меня познакомил со своей новой девушкой, она была у нас в гостях.

– Так ты и есть Фил, очень хотела с тобой познакомиться! Меня зовут Элина. Буду тебе подкупать сладостями, ты же их любишь?

– Приятно познакомиться… Да, сладости люблю, но подкупать необязательно, вы мне и так нравитесь. – Улыбнулся ей в ответ. Ее радостный тон был приятным.

Очень милая девушка, что радовало меня, искренне желающему Клиффу счастья. Ему тоже долгое время тяжело общаться с людьми, а к отношениям он и вовсе считал, что не готов. К счастью кому-то удалось сломать его скорлупу.

А я теперь обязан был подразнить Дэвида на тему отношений, с Эммой это обсудить, она часто шутила, что мой брат ей нравится больше меня. Уже успел по ним соскучиться, поэтому очень хотел поскорее их увидеть.

Завтра уже могли снова встретиться в школе, однако в учебный день Эмма не пришла. Мы с Дэвидом волновались и писали ей сообщения, но не получали ответа. В конце концов направились к ней домой, квартира на втором этаже. Мы постучали несколько раз по двери, но нам никто не отвечал. Спустя минут пять нашего ожидания дверь наконец открыл парень. Это был брат Эммы – Билл. Его взгляд был потерянным и раздраженным, я также заметил ссадины на его руках, словно недавно он с кем-то подрался. Он всегда выглядел мрачным и нездоровым. Их отец был пьяницей, хотя и работал разнорабочим, в любое другое от работы время он проводил с выпивкой, это началось еще со смерти его жены, мамы Эммы. Ее здоровье ухудшилось после родов и она погибла, когда девочке было шесть лет, оставив ее с отцом и братом. С отцом у них обоих были плохие отношения, но Эмма любила своего брата, поскольку он был хорошим парнем и всегда ее поддерживал.

Мы с Дэвидом подумали, что их отец стал причиной отсутствия Эммы и может Биллу пришлось с ним подраться. Я с осторожностью заговорил:

– Здравствуйте. Эмма дома? Она не пришла сегодня в школу, мы переживали.

– А… она, – Билл прикусил нижнюю губу и опустил взгляд на пол. Это молчание потревожило нас, – дома…

– Эмма!

Внезапно Дэвид бросился внутрь, столкнув брата Эммы. Он был слишком обеспокоен. Билл молчал, поэтому и я последовал за другом. Квартира изнутри была мрачной: свет не горел, в углу стояли пустые и полупустые бутылки алкоголя. Комнат было всего три и в одной из них на полу сидела потрепанная девочка. Ее вид вызвал ужас в наших душах. Эмма была у стены, обнимая свои колени и не издавая никаких звуков, словно спала. Все ее тело было покрыто синяками.

– Эмма, что с тобой?! Кто это сделал? – с криком, едва дыша, говорил Дэвид. Он сам был белее белого.

Эмма подняла взгляд на нас, показывая красные от слез глаза, скрываемые неаккуратными прядями золотистых волос. Опухшие веки и посиневшие сухие губы со ссадинами. Несмотря на это она улыбнулась нам, но улыбка была натянутой и полной печали.

– Друзья, это вы? Давно не виделись… – Ее голос дрожал, как и все ее тело. В конце концов она вновь заплакала, скрывая свои глаза, прижимаясь к груди Дэвида, словно в поисках тепла.

– Эмма, что случилось, расскажи нам, пожалуйста! – отчаянно просил мой друг и крепко обнял ее искалеченное тело. Он был очень потерян.

– Мне так больно, Дэвид. Очень больно.

Мы узнали, что нашу яркую подругу изнасиловал друг Билла. Обращение в полицию было бесполезным, поскольку после совершенного он умер от передоза наркотиками. На момент совершения преступления он уже был в неадекватном состоянии от веществ. Билл привез друга домой, чтобы он смог прийти в себя, а сам уходил чинить машину. Разумеется, он и подумать не мог, что его друг может надругаться над его младшей сестрой. Когда он вернулся домой, увидел только Эмму, ведь виновник ушел искать дозу.

Дэвид заплакал, но сдерживал голос, накапливая все свои эмоции. Но не сдержанный гнев его победил. Вскоре он встал и начал бить Билла кулаком, он находился в другой комнате в этот момент и слушал весь разговор.

– ИДИОТА КУСОК! ЕСЛИ БЫ НЕ ТЫ! – кричал он во весь голос

Брат Эммы даже не сопротивлялся, ведь и сам был готов себя избить. Он винил себя в произошедшем и принимал удары как наказание за глупость. Однако это бы не могло ничего изменить и он лишь молча терпел всю физическую боль.

"Отрицание"

Почему она умерла? Ее жизнь была, подобно солнцу, ярка.

С момента этого печального события проходили месяца и года. Эмма была сильной девушкой, поэтому даже подобный кошмар не помешал ей улыбаться и радоваться жизни.

Вспоминается момент, когда Эмма споткнулась и ударилась о дерево в парке. Этого хватило, чтобы Дэвид запаниковал и готов был позвонить в скорую. Я прекрасно понимал его преувеличения, ведь каждый раз он вспоминал то страшное состояние подруги.

– Дэвид, успокойся! – Вскрикнула Эмма, явно недовольная излишним беспокойством.

– Но Эмма… Ладно, пойдем тогда ко мне домой, будет точно безопаснее.

– С каких пор весь мир стал для меня опасен, Дэв? Я что, умру от маленькой царапины?

– Да… ты права. Извини, я немного не в себе, – вздохнул Дэвид, понимая странность своего поведения.

Эмма улыбнулась и встала перед отпустившим голову парнем, резко схватив его за руку, озадачив парня.

– Дэвид, все со мной в порядке, мне будет гораздо легче, если ты будешь вести себя как обычно. Если же будешь паниковать по пустякам, заставлю одному съесть торт и покупать мне фруктовый лед каждый день! Понятно?

Дэвид нахмурился. Но не из-за угроз подруги, а мысли о большом приторно сладком торте, затем усмехнулся, освободив свою руку от плена.

– Вот что мне в тебе не нравится, так это твои знания и моих слабостях и использование их как угрозу! Это нечестный ход, подруга.

– Признай, тебе же это нравится, Дэвид. – Начал я со смехом, – только и мечтаешь о таких угрозах!

– А ты на чьей вообще стороне, Фил! – Жалобно ответил мне друг. – Где твоя мужская солидарность?!

Мы все рассмеялись и после этого Дэвид не был таким нервным и все стало гораздо проще, как и раньше. Прежние шуточные ссоры и ссоры вернулись, как неразделимая часть нашей дружбы.

Дэвид был особенно счастлив реабилитации Эммы. Хоть мы втроем близки, но у них была особая крепкая связь. Он был ее опорой и поддержкой, а она его духовной мотивацией и радостью. Эмма любила его бить и кусать, но я был уверен, что так она проявляет симпатию, только Дэвид этого не особо понимал. Как же много было энергии в этой девушке, я даже называл ее вечным двигателем, с чем друг был согласен.

Но почему же… Почему она покончила с собой?

Мы стали расспрашивать ее брата, но он был настолько пьяным, что ничего не мог сказать, только плакал и умолял Эмму вернуться. В доме мы также ничего не обнаружили, кроме постоянно пьяного отца. Казалось, он даже не заметил смерть дочери, но это было не так, он страдал тихо и в одиночестве с алкоголем. Лишь через пару дней мы смогли узнать у пьяного, но уже способного разговаривать, Билла правду. Его речь была не особо разборчивой, мы даже не знали насколько правдивы будут его слова сквозь пьяные бредни. Но выбора не было.

– Я не думал, что так произойдет… Отец и Эмма поссорились, я лишь потом пришел, когда они уже начали ссору. Эмма предприняла очередную попытку побороть зависимость отца. Пьяный отец очень… Очень неосторожен в словах. Он обвинил Эмму в смерти нашей матери… Это не правда… Я думал, что ее эти слова не заденут так сильно, а на утро уже… Черт, какой же я бесполезный, что тогда, что сейчас, не смог спасти сестренку… Эмма, Эммочка, пожалуйста, прости своего тупого брата! – вновь со слезами Билл продолжил пить полупустую бутылку крепкого пива.

Мы все еще не до конца понимали, ведь Эмма и раньше ссорилась с отцом, так что же стало истинной причиной. Только потом с нами связался ее брат и отдал личный дневник нашей подруги, где она писала свои мысли. Сам Билл посчитал себя недостойным это читать.

Мы пришли ко мне домой и долго думали. Я не был уверен, что это стоит открывать и тем более читать. Приходилось побороть совесть, чтобы мы наконец сделали это.

Первые записи были о повседневности, планах о попытках спасти отца от вечных пьянок и просто некоторые мысли о будущем. Среди записей было признание Эммы в чувствах к Дэвиду. На этой странице взгляд парня замер, я смотрел на него, понимая, как тяжело ему узнать о взаимных чувствах таким образом. Подумал, что он больше не сможет читать без боли и сказал.

– Дэв… Если хочешь, мы можем остановиться, не обязательно прямо сейчас все читать. Тебе ведь тяжело…

Дэвид прикусил нижнюю губу и закрыл глаза, резко закрыв дневник. Но пару раз он громко, медленно делал вдох и выдох и ответил мне.

– Нет, лучше не откладывать, иначе будет только больнее. Между медленного ранения и резкого, выбрать надо первое.

С этими словами он снова открыл дневник и продолжил с момента, где остановился. Мы сидели близко друг к другу и читали про себя, листал страницы Дэвид, поскольку я читал немного быстрее.

На самом деле в дневнике было немного записей, поскольку Эмма писала коротко, редко и только основную часть мыслей. Но дальнейшие страницы открывали «ящик Пандоры». Именно так я назову то, что мы выяснили.

Даты на записи не было, все сразу началось, но с первого предложения было ясно какой это период. Буквы никогда еще не были такими тяжелыми…

«Прошло пару месяцев после того, как меня… Они думают, я справляюсь. Но ночами кошмары возвращаются. Я не могу рассказать ни брату, ни друзьям. Зачем добавлять им боли? Я должна справиться сама.»

«Первые недели я боялась даже смотреть на мальчиков. Даже на Дэвида… даже на Фила. Теперь вроде легче. Брат обещал, что всё изменит. Я тоже верю, что станет лучше. Когда-нибудь.»

«Прошло полгода. Вроде всё нормально. Я улыбаюсь, смеюсь… Но внутри пусто. Кошмары почти ушли. Только страх остался. Я улыбаюсь им – но это маска.»

«Два года. Я всё ещё улыбаюсь. Но я не чувствую радости. Пишу в дневник раз в год как отчёт. Наверное, у меня депрессия? Или я просто придумала? Неважно. Всё равно «всё в порядке».»

Дэвид прервался и резко закрыл блокнот и рукой прикрыл глаза. Его голос был тяжелым и нервным.

– Но почему же… Почему ты ничего не говорила, Эмма? Ты ведь просила меня не беспокоится, а сама… Стоило ведь рассказать, я бы понял. Нет… Наверное, мне самому надо было понять, не веря твоим словам, и поговорить нормально, правда же?

Он прекрасно понимал, что адресат его вопросов уже никогда не услышит и не ответит, но он продолжал говорить вслух. У меня были схожие мысли. Эмма настолько хорошо скрыла свои истинные чувства, что даже Дэвид не заметил ее терзания. Когда Эмма убедила нас не вспоминать о том событии, мы старались не открывать эту тему, чтобы ей не было больно. Сама Эмма говорила о разных своих переживаниях, но об этом ни разу.

– Дэв? Это слишком…

– Нет, я продолжу читать.

Его упрямство можно было объяснить, он хотел хотя бы сейчас узнать правду и быть ближе к Эмме. Никакие сомнения уже не могли остановить его.

«Нет… Дневник… Что мне делать? Я хотела забыть, но оказалось – он был не один. Тогда в тот день пришёл ещё один. Он снял всё на видео. Теперь пишет мне, шлёт угрозы. Если расскажу кому-то – он выложит. Он хочет фото… иногда полностью. Мне страшно.»

Записи были короткими, обрывчатыми, сквозь строки читались эмоции девушки. Я думал, что Дэвид что-нибудь скажет, но он молчал, боясь переворачивать страницу. Его руки начали дрожать, а лицо побледнело от немого ужаса. Для меня такая правда тоже была сильным ударом, но я не мог себе позволить проявить эти чувства, потому что мне было страшно за друга. Я взял его за плечи. Он кивнул, давая мне знак о готовности продолжить и перевернул страницу.

«Я пошла в полицию. Бесполезно. Они не нашли его. А он выложил видео. Всем. Даже директору школы. Мне пишут… звонят… чужие люди. Я сменила номер. Бесполезно. Даже брат получил это видео. Он снова пьёт. Опять драки. Я виновата?»

«Год прошёл. А он всё ещё пишет. Каждый день. Я устала. Я стала злой. Ссорюсь с отцом, с братом. Брат смотрит на меня так… виновато… А я только злюсь ещё сильнее. Отец орёт. Я не могу больше.»

«Прошёл ещё год. Я пишу и чувствую себя мёртвой. Живу только рядом с Дэвидом и Филом. Только рядом с ними я могу смеяться. Только они не знают правды. Лучше бы никогда не узнали.»

С каждой записью становилось все труднее и труднее. Дэвид и я не поднимали глаз с листов блокнота. Некоторые буквы начали размываться от капель слез парня, который едва сдерживал чувства. Дальнейшее чтение равнялось с ходьбой по лезвию ножа.

«Сегодня всё кончено. Я снова ссорилась с отцом. Брат снова исчез. А он снова пишет. Сказал: «Видео больше не продаётся. Теперь я пошлю его всем твоим друзьям. Или ты умрёшь в прямом эфире». Я уговорила его. Он согласился. Условие одно – я должна показать смерть сама. Трансляция. На его канале. Это ведь не выход?.. Я ошибаюсь? Я схожу с ума. Прости, дневник. Прости, брат. Простите, друзья.»

Это была последняя запись в дневнике. Дэвид судорожно листал пустые страницы, словно этого было недостаточно, так он снова вспомнил, какой исход у этой истории. Закрыв дневник, мы еще долго молчали. Каждый был погружен в свои мысли, а тишина давила на нас каждую секунду. Эмма со многим справлялась в одиночку, но в итоге не смогла вынести всего. Я перебирал каждое свое воспоминание, чтобы попытаться уловить намеки в настроении, эмоциях и поведении Эммы во всех наших встречах.

– Она была более осторожной. – Голос Дэвида перебил мои размышления.

– Что?

– Эмма всегда была бесстрашной, но в какой-то момент она часто чего-то пугалась…

Мы некоторое время обсуждали все, не заметив как стало поздно и вернулся мой брат. Мы с другом попрощались и он ушел. Я пытался его убедить остаться, но он отказался, забрав с собой дневник.

Между дыханьем и тьмой

Тихо растёт расстояние.

Мы называем его судьбой,

А может — это прощание.

"Злость"

Дэвид не выдержал такую горькую ношу.

Правда сердце режет хладнокровно, ведь она совсем не учтива.

После выяснения правды мы начали поиски преступника, однако, будучи маленькими и глупыми подростками, наши возможности были слишком малы для выяснения правды. Мы пробовали обратиться к Биллу, чтобы примерно понять кем был этот человек и после уже попросить помощи у полиции. С начало мы узнавали подробнее про мерзавца, навредившего Эмме, про его круг общения. Кого же в тот день он мог позвать?

Спустя пару месяцев мы добились желанного и виновник был найден. Найденная нами информация была кирпичиком полного расследования. Нашли парня лет двадцати трех, рано начавшего заниматься фишингом (интернет мошенничество) и Эмма была не единственной его жертвой. Его уже давно искали и благодаря многим факторам, все же он не смог укрыться от правосудия. У него было обнаружено много подобного материала, каждый был рассекречен. Неизвестно, что стало с остальными, но многие жизни молодых людей были сломаны. Кто знает, возможно кто-то еще добровольно ушел из жизни в результате такой ловушки.

Кому-то проще умереть, чем терпеть бесконечный ужас в жизни.

Для нас это было победой, но также и разочарованием, поскольку были мысли, что наша подруга могла бы быть жива. Дэвида ничего не могло утешить, он считал, что должен был быть внимательнее и возможно тогда она не пришла бы к радикальному решению.

Я старался поддержать его как мог, однако Дэвид лишь сильнее закрывался от меня. Что еще хуже, он периодически начал выпивать и не приходить в школу. Я надеялся, что ему просто нужно время и потом он сможет принять, жить дальше.

Однако у меня были и другие переживания: каждую ночь мне снился тот человек, которого я про себя назвал ангелом из-за крыльев. Он улыбался мне и постоянно что-то говорил, позади я видел Эмму, она была бледной, ее светлые волосы полностью испачканы кровью, пустые глаза были обращены вниз, но словно никуда не смотрели. Я пытался кричать, пытался поговорить, но ничего не получалось, слова ангела мне были не понятны, а Эмма меня не слышала и не отвечала. Из-за этих снов я постоянно просыпаюсь с тревогой и усталостью. Возможно я тоже никак не мог отпустить трагедию и это терзает меня изнутри.

Днем, после школы, я пошел к дому Дэвида и увидел выходящую оттуда высокую девушку, на лице которой был толстый слой макияжа. Она крепко держала руку мускулистого мужчины своими тонкими пальцами. На ее шее были следы от рук и многочисленные красные пятна, напоминающие укусы. Выводы сами напрашивались, а она никак этого не скрывала. «Это же его сестра? Не узнал…» – было в моих мыслях. Я постучал в дверь только когда пара пропала из вида. Дэвид открыл спустя пару минут. От него исходил резкий запах перегара.

– Дэв… ты снова напился? Прошу…

Я не успел договорить, как он меня перебил ломанным хриплым голосом.

– Тише, Фил, не надо с самого утра так орать, голова болит. Ты зачем пришел?

– Сейчас уже день… Прошу, давай снова ходить на уроки, хватит постоянно пить, это вредит тебе!

– Какой смысл в здоровье и учебе? Хватит мне голову ломать, уйди, пожалуйста. – Дэвид отвернулся и собирался закрыть дверь.

– Словно у тебя никогда не было смысла жизни! – Кричал я, не давая ему уйти. – Эмма бы разочаровалась тому, что ты сдался и отдался алкоголю как ее отец!

В момент я понял, какие громкие были эти слова, но время вспять уже не вернуть. Дэвид стоял неподвижно, но резко повернувшись, ударил меня кулаком по щеке.

– Да что ты вообще знаешь!

Я был растерян, но быстро приходя в себя, ударил с ответным гневом. Думал, что мы подеремся еще больше, но он остановился и лишь проговорил:

– Каждую ночь вижу ее… Она словно меня зовет. Так тяжело на душе…

Мой гнев быстро развеялся, подходя к своему другу, я обнял его. У нас обоих на лицах остались следы от ударов, поэтому резкое примирение было довольно забавным. Объятие длилось недолго, но нам обоим стало легче.

– Я приду завтра.

– Буду ждать, сегодня отдохни. – С улыбкой попрощавшись с ним, я пошел обратно.

Дэвид начал ходить в школу, но окончательно пить он не переставал. Не могу сказать, что ему стало лучше, он все еще был погружен в депрессию. Казалось он только из-за моей просьбы ходит на уроки. Нам с тех пор не удалось провести вместе время, в будние дни отказывался, по выходным напивался.

Тем временем проходили месяца, мы уже были в девятом классе и готовились к экзаменам, прошлое лето проходило в поисках виновника, так что грядущее я намеревался провести вместе с Дэвидом, чтобы мы оба смогли успокоиться и хотя бы повеселится. В конце концов Эмма бы не хотела, чтобы мы так долго терзались и грустили. Весь этот год мы не могли нормально погулять с другом, только и навещали могилу подруги вместе, однако он еще много раз ходил к ней в одиночку и сидел часами. И вот ближе к лету я надеялся поднять настроение Дэвида, как снова начал видеть «ангела», но уже не во снах.

Когда уроки закончились я хотел позвать друга к себе на ночь, как раз брата не было дома и это была возможность провести время как раньше. Мы шли вместе, однако, как только я попытался заговорить с ним, позади него я увидел белокрылую причину моих тревожных снов. В этот раз галлюцинация была сильнее, все вокруг словно замерло, включая и Дэвида. Я видел, что Дэвид был окружен странным черным дымом, постепенно этот дым собирался в более густую субстанцию и образовал веревку вокруг шеи парня. Я видел, как веревка начинает сильнее затягиваться вокруг шеи моего друга, но он сам этого словно не замечал. И только тогда ангел заговорил:

– Фил, ты больше не можешь это игнорировать. Прими свою судьбу, истинный ангел смерти. Конец этого человека близок, ты ведь видишь это? Мы должны его забрать. Давай же, ты уже достаточно убегал от правды. – Он говорил медленно и размеренно, при этом совершенно бездушно, будто в этом существе нет ничего живого и настоящего.

– Я не понимаю, о чем ты. – мне было тяжело разговаривать, но уже не из-за страха. По неизвестной причине эта аура была мне знакома, но она мне не нравилась, моя голова начинала болеть и я переживал насчет дыма на шее Дэвида. Все это выглядело совершенно отрешенно от реальности. Казалось, попытка понять сделает боль лишь сильнее, а посему сознание пыталось отрицать услышанное.

– Зря ты уничтожил свою память, живя как смертный ты умудрился привязаться к людской жизни, обретая проблемы. Тем более они… – Ангел слегка улыбнулся, смотря на парня, стоящего рядом со мной. Но даже эта улыбка не делала его живее – Тебе, Фил, больше нельзя жить как человек, вернись и исправь свои ошибки.

Моя голова еще сильнее заболела и я больше не мог разобрать слов мужчины. Как только боль прекратилась, все, что я видел до этого, исчезло. Ни ангела, ни черного дыма больше не было. А Дэвид удивленно смотрел на меня.

– Ты вновь застыл. – коротко проговорил он.

Под «вновь» он имел в виду нашу последнюю прогулку втроем? Верно, у меня же тогда было странное состояние в моменте. Это было единожды и вновь повторилось только сейчас…

– А… да, извини, плохо спал, вот и глючит меня.

Я и правда не мог поверить в реальность произошедшего, поэтому и посчитал, что причина в плохом сне. Однако, вспомнив о плане, и поспешно проговорил. Это было сейчас важнее моментного негодования.

– Дэв, пойдем сегодня ко мне? Брат на работе будет ночевать. Давай посмотрим фильмы, возьмем закуски.

– Извини, я не могу сегодня… Мне нужно поговорить с сестрой. – Ответил он крайне нетипичным и совершенно незаинтересованным тоном. При этом он даже не взглянул мою сторону, показывая однозначность ответа.

Я собирался любой ценой убедить его, однако этот холодный и безжизненный тон дал понять, что дело серьезное, тем более, если речь идет об его сестре. Поэтому он ушел, а я только молча проводил его взглядом. На самом деле с каждым днем мне казалось, что прежнего Дэвида больше не вернуть. Он, очевидно, пал в депрессию, но я надеялся, что не прав и это можно изменить.

Этой ночью было особенно тревожно. Я все время думал о том дневном «сне» и Дэвиде. Всем своим телом ощущал знакомое странное чувство. Примерно такое я ощущал в то утро, когда Эмма сбросилась с крыши. Стараясь освободится от этого состояния, я решил погрузиться в воспоминания, но мысли о друге вынуждали памяти воспроизвести все, что я о нем знаю.

"Страх"

Жизнь Дэвида была не менее печальной. У него была мать и сестра, однако мать оставила семью и ушла с другим мужчиной, разорвав связь со своим чадом, когда самому мальчику было девять лет. Однако она отправляла им деньги, этого вполне хватало для жизни детей, пусть и не сильно улучшала всю ситуацию. Женщина стала матерью в раннем возрасте, поэтому Дэвид считал, что они с сестрой были нежеланными и их существование мешало ее жизни. Теперь деньги стали единственной нитью связи с матерью. Сестра ненавидела ее, что весьма справедливо, а вот Дэвид чувствовал вину за собственное существование и просто желал матери счастья, которого она лишилась из-за него. Он был убежден в этом, поэтому с самого раннего детства у него развивалась депрессия, однако выяснилось это достаточно поздно. Он рассказывал, что в этот период они часто плакали и боялись окружающего мира.

К счастью дети не были совершенно одни, у них была добрая пожилая соседка, неравнодушная к их судьбе. Она часто к ним приходила, готовила еду, зашивала одежду, помогала убираться и стирать. Стала некой бабушкой, а после и вовсе получила право опекунства, что облегчило жизнь детям. Мать продолжала отправлять деньги, а новая бабушка, пусть и не всегда жила с детьми в одном доме, научила многому и также упростила все возможные проблемы со школой. У самой женщины были уже взрослые и самостоятельные дети, у которых были свои семьи, они приезжали изредка навещать мать и были не против ее решения опекать соседских детей.

Сестру Дэвида зовут Эдна, она на четыре года старше брата. Подростковые годы девушки были особенно трудными и плохо влияли на самочувствие Дэвида. К большому сожалению, девушка еще в пятнадцать лет начала следовать плохому примеру матери, рано потеряв невинность, она продолжала отдавать тело за деньги. Ей было тринадцать, когда мать ушла и это сильно сломало девочку подростка в самый важный период ее жизни, став началом череды ее безумных и неправильных поступков. В школе она появлялась все меньше, поставив под угрозу отчисления. С мнением младшего брата она не считалась, а бабушку и вовсе не слушалась. Пусть Эдна и была благодарна ей, не могла остановить свою деятельность.

Еле как она закончила девятый класс и все меньше появлялась дома, что напугало Дэвида, напомнив о матери и он все активнее пытался отговорить Эдну от подобных занятий, что только провоцировало конфликт. Конечно же на состояние самого мальчика это сказывалось, но ничего поменять не мог.

Что насчет дружбы с Эммой… Они были знакомы с детского сада, где работали матери обоих до трагических событий. Дэвид поддерживал девочку в период потери ее мамы, а она была его спасением. Все происходящее давило на него, но дружба с оптимистичной веселой Эммой значительно улучшало его самочувствие, укрепляя их отношения. Она часто приходила к нему домой, когда отец в очередной раз напивался до беспамятства.

Когда его сестра начала уходить с мужчинами (это было до моей встречи с ними), Эмма пыталась его успокоить и даже хотела поговорить с Эдной. И пусть это были тщетные попытки, для Дэвида это было значимо. И в такое непростое время в сердце парня зародились чувства к подруге. А уже осенью я присоединился к ним. В то время я и понятия не имел, как много боли скрыто в моих новых друзьях и сильно восхищался их стойкости. Целых четыре года они продолжали жить со своими трудными семьями, поддерживая друг друга. Я не всегда мог с ними видеться и разумеется не сразу узнал все трудности их жизни, пусть и видел семью Эммы, все подробности раскрывались постепенно. Они не хотели меня этим напрягать, поэтому были вместе, когда жизнь била их снова и снова.

Помнится наш с ним диалог.

– Слушай, Дэв. А вы с Эммой серьезно ругались когда-либо? Все ваши ссоры, о которых я знаю, не являются долгими и резкими. Ощущение, что вы невероятно гармоничные.

– Не могу сказать, что у нас не бывает значительных разногласий. Просто наши характеры не позволяют конфликтам вытечь. Я боюсь ее ранить и всегда уступаю и извиняюсь первым, а она боится остаться одна и только рада поскорее помириться. А потом мы обсуждаем все через призмы шуток.

– Многим бы у вас только учится…

– К сожалению, с моей родной сестрой у меня не получается поладить. И не могу сказать, что с другими людьми у меня также все стабильно.

У них и правда не было больше друзей, кроме меня. Эмма была общительной, но больше опиралась на Дэвида, а он был вспыльчив и неразговорчив по отношению ко многим. Я быстро привык к его характеру и не замечал ничего подобного.

Мы с Эммой не знали про депрессию Дэвида, он узнал об этом в пятнадцать, когда бабушка его убедила сходить к психотерапевту Это было до смерти подруги, он не говорил об этом, искренне пытаясь выздороветь сам, чтобы и Эмме было спокойнее, ведь когда-нибудь он признался бы. Даже при таком раскладе он думал о ней. Он мне по пьяни об этом рассказал в одном из наших походов на ее могилу.

Я и до прочтения дневника не сомневался, что Эмма бы ответила взаимностью, ведь отчетливо помню наш диалог:

– Эмми, кем бы ты хотела стать в будущем? – Спрашивал я с интересом, ведь толком не знал о планах друзей.

– Даже не знаю… Стану женой Дэвида и будем покорять мир, построив свое королевство, ха-ха, – говорила она с шутливым тоном, рассмеявшись под конец.

– Да что ты говоришь! Какое королевство… – Дэвид покраснел, но стараясь не поддаваться шутке, отмечал слова про королевство.

– А, значит жениться не против? – передразнивала она его, продолжая неосознанно его смущать.

– Ребят, вы хоть меня не забудьте на свадьбу пригласить и сделать чиновником своей страны. – Поддерживал я общую шутку.

Пусть это и забавная ситуация, я видел в ней некую долю правды. Я, наверное, больше всего ждал, когда мой друг наконец признается, даже пытался его убедить сделать это. Однако он не хотел торопиться, не понимал почему в то время. Теперь понимаю причину.

Все мои мысли перебрасывали от одних воспоминаний на другие, каждое веселое воспоминание могло вызвать улыбку и смешок, однако по инерции все приводило к слезам. Я не замечал, как по лицу стекают горячие слезинки, усугубляя мои странные ощущения.

Что от человека остается? Только воспоминания. Но их всегда недостаточно, если человек близок тебе.

"Паника"

Мои воспоминания прервались, когда меня охватывала тревога уже полностью, в ушах звон, а тело снова звало в неизвестность. Мое сердце чуть не разорвалось от страха, когда мои шаги устремлялись к дому Дэвида. Вспоминая случай с Эммой, я боялся, что ситуация может повториться. Вспоминались слова ангела, вспоминалась смерть подруги и я начал бежать, надеясь, что я ошибаюсь, что это просто глюки. И вот я уже стоял у двери друга, начиная стучать. Он не открывал, я стучал громче. Молчание. Тогда я дернул ручку и дверь открылась. Мои руки дрожали, стало невыносимо холодно, от чего тело покрылось мурашками. Казалось, секунда длилось вечность, а тело не могло пошевелиться, я не мог дышать. Когда наконец мне хватило сил открыть дверь, чтобы глаза наконец смогли устремиться внутрь квартиры, рассудок словно испарился.

Я застыл в дверях. Время остановилось. Темнота квартиры не показывало всей картины, но висящий под потолком силуэт и перевернутый стул сказали все. Воздух застрял в горле, легкие не слушались. Однако правда перед моими глазами не менялась. Перед глазами висел мой друг. Мир вокруг исчез – ни звуков, ни движения. Только веревка и безжизненное тело. Я не замечал шума вокруг и как Дэвид исчез из моего взора.

Мое сознание пыталось бороться с реальностью, поэтому я поторопился уйти, пока мог. Без определенного направления, мое тело неслось по улицам, а в голове сплошная пустота. Я мог чувствовать поступающий в горло ком, а бег становился все тяжелее. Мне удалось прибежать в небольшую лужайку, где также хранились воспоминания о наших прогулках.

– Фил, а ты, оказывается, очень скучный мальчишка. – Сказал Дэвид, когда я пришел на первую нашу внешкольную встречу только после долгих их уговоров. Так далеко от дома я еще не ходил.

– Простите, ребят, я правда впервые вот так гуляю…

– Вот именно, Дэв, хватит над беднягой издеваться! Еще отпугнешь его. Это как мыть кота, подход должен быть осторожным. – С едва сдерживаемым смехом говорила Эмма.

– Эмма, что за странное сравнение, я не кот… – Я был ужасно смущен, понимая, насколько моя замкнутость была нелепой.

– Да ладно, Фил, все бывает впервые. Хватит переживать и расслабься, мы не укусим. – добрые слова Дэвида придали мне уверенности и с тех пор прогулки были не редкостью.

Теперь всего этого нет, это окончательно заставило вернуться в тяжелую реальность и вся моя боль выплеснулась наружу в виде слез. Я рыдал. В груди была столь невыносимая боль, что мои ноги не держали тело и я просто мог скрючено лежать на траве и разрываться от боли. Не только смерть Дэвида, но и боль потери Эммы была в этих слезах. Возможно состояние друга не позволяло мне так реветь раньше, но теперь я потерял обоих друзей и двойное страдание обрушилось моментально в один момент.

Не знаю сколько времени я лежал на холодной земле, сил больше не было даже плакать. В обратном пути домой я чувствовал безнадежность и неимоверную вину.

– Я должен был спасти их. Если бы был внимательнее, я мог бы это остановить. Почему, почему это произошло с вами, мои друзья? Почему вы решили уйти из жизни?! – Задавая вопросы самому себе, в глазах образовались слезы. Веки, которые и так были красными, разболелись снова.

Когда смотришь правде в глаза,

Становится страшно день ото дня.

"В чём смысл жизни?" — хочешь понять,

Если на свободе стоит печать.

Похороны прошли достаточно быстро. Все расходы покрыла его бабушка. Эдна впервые решилась поменять свой образ жизни, поскольку смерть брата сильно ее поразила и горечь потери заставила задуматься об изменении. Она перестала ходить к мужчинам, не приводила домой, перестала общаться с подобным обществом, не красилась вульгарно и больше не одевалась излишне откровенно. Постепенно следы на ее теле начали исчезать, она выглядела более здоровой. Она помирилась с бабушкой и они сообщили о смерти Дэвида родной матери. На удивление, она не проигнорировала и приехала почтить память о сыне. Эта новость была шокирующей для нее и она решила хотя бы немного участвовать в жизни единственного оставшегося ребенка – Эдны.

Девушка не сразу приняла мать, но постепенно их отношения стабилизировались. Наверное, это единственный положительный момент, являющийся результатом трагедии. Жаль, что все это случилось после смерти Дэвида. Он был бы счастлив…

А мне предстояло долгое принятие в обнимку с одеялом. Долгое погружение в воспоминания, а также мысли о последних днях Дэвида сводили с ума. Он и правда много пил, пытаясь справиться со своей депрессией. Скорее всего у него не осталось смысла жизни и бренные мысли в сочетании с алкоголем создали в голове парня однозначное решение. Помню, он говорил, что каждую ночь видит Эмму. Он не смог ее отпустить и постоянно страдал. Я даже не могу представить, как давно он планировал свою смерть или может это было решением в нетрезвый разум в моменте. Какой бы не была правда, исход был один и его уже не изменить.

Все эти мысли меня отвлекали от еще одного важного вопроса: «Каким образом я предчувствовал их смерть?». Ведь и в день смерти Эммы я это видел. А в наш с Дэвидом последний разговор… Неужели та веревка из черного дыма была предзнаменованием? Как только я начал об этом размышлять, все происходящее начало складываться в голове, создавая не понятную и странную картину.

Даже понимая конечность жизни, смерть всё равно тяжело осознать.

Мои мысли пришлись к глубокой ночи и не позволяли спать. Я все больше и больше переосмыслял все, что мог вспомнить, начиная с того видения на крыше здания, заканчивая последний разговор с «ангелом». Когда все размышления собирались в одной точке, напрашивался один вывод: «Это не было обманом разума, это все не просто так».

– Наконец я могу с тобой поговорить, Фил.

Знакомый спокойный голос прервал мысли, вызвав у меня моментальный страх. Я резко поднялся с кровати и посмотрел в сторону источника моих тревог. Неизменный белый образ предстал перед взором. Я пытался спокойно заговорить с ним, но все мои многочисленные вопросы моментально улетучились.

– Теперь ты не сможешь отрицать меня, пришло время тебе все вспомнить и вернутся. Из-за твоей излишней человечности я долго не мог найти, но подобные нам не могут долго скрываться среди обычных людей. Рано или поздно это должно было случится.

Все эти слова казались совершенно бессмысленными. Наконец переведя дух я решился заговорить с незнакомым мужчиной.

– Кто ты? Почему ты постоянно появляешься передо мной?

– Тебе бы с начало вспомнить Кто ты, а потом уже все остальное. – Говорил он, медленно подходя ко мне. Его глаза казались совершенно пустыми, отчего было невозможно прочесть за ранее его намерения.

Я лишь без сопротивления позволил ему подойти, возможно у меня не осталось на это сил и желания. «Ангел» коснулся моего лба холодной бледной рукой, что еще больше доказывало его нечеловеческую сущность. Моментально я ощутил помутнение сознания и слышал собственный голос. Постепенно потаенные воспоминания начали всплывать.

"Вся правда"

«Человеческие души такие печальные: могут угаснуть раньше своей жизни, самовольно уходят в небытие, а боль о них остается живым.»

Такого рода мысли преследовали меня часто, когда я забирал в пустоту очередную душу. На этот раз это молодая девушка, которую отверг парень, а с единственной подругой они поссорились, с родителями плохие отношения. Любопытно, почему нечто подобное становится причиной их добровольной кончины? Я не способен чувствовать, мы были созданы смертью, чтобы забирать души людей и отправлять в пустоту, это суть нашего существования, тесно связанное со всем человечеством. Есть много видов смертей, и мы, названные ангелами сущности смерти, делимся на каждый вид. Один из них – самоубийство. Именно такой вид смерти находится под моим наблюдением. У нас нет такого жизненного цикла, как у людей, поэтому нам всем интересно узнавать об их душах. Но мой интерес отличался, я хотел понять истинные чувства, что приводят их к окончанию жизни. Мы способны предчувствовать грядущую гибель человека, что помогает нам готовиться забрать душу. Но мы не переходим черту, а также не видны людям.

Мой интерес был усилен, когда я оказался у дома мужчины, убивший ребенка, к которому он был привязан и любил как свое дитя. Когда я спросил у ангела «убийств» о мальчика.

Мальчик был ребенком убитого заклятого врага самого мужчины, работающего в преступной группировке и убивающим людей. Мальчик попал в детский дом, но часто убегал в поисках родителей. Ричард, так звали мужчину, хотел избавить ребенка от мучительной жизни, но что-то повлияло на него и впоследствии он усыновил его. Мы совершенно не понимаем чувств, именно поэтому не можем сказать точно почему мужчине стало тяжело и он решил, что убить мальчика будет лучшим решением. Он сам говорил, что это ради самого мальчика, а поплатиться он решил собственной смертью.

Смерть считают и наказанием, и благом, но все же она неизменно – конец.

После этого я все больше проникался и интересовался чувством смерти, нам не дано понять что это такое, хотя сами и сотворены гибелью. Нам дано помнить, читать души, но к чему все это, если на многие вещи влияет внутренний мир человека, не поддающийся нашему рациональному объяснению.

Я понял, что мне нужно самостоятельно узнать и ощутить, но не знаю как. В теории мы способны взаимодействовать с душами, а значит можно попробовать проникнуть в ее, может тогда я смогу почувствовать то же, что и душа. Мне просто надо было дождаться и найти следующего человека. Как только новый человек нашелся, в этот раз это был мужчина на мосту, я попытался попасть к нему в душу, но как только у меня получалось коснуться ее, внезапный удар в грудь помешал процессу. Это был мой «коллега», такой же ангел самоубийств. Изученное у людей выражение недовольства и осуждения проявилось на бледном лице.

– Что ты собирался сделать? Мы не можем забрать душу раньше времени. – Ровным и безэмоциональным голосом произнес он.

Человек не торопился совершить задуманное, поэтому у меня было некоторое время. Нам нет необходимости лгать, поэтому мы не способны на это.

– Да, я поторопился. Можешь идти, в этой области сегодня я работаю. – Пытался я спокойно сопроводить его.

– Я уже несколько дней наблюдаю за тобой, думаешь не заметил твоего странного поведения? Чтобы ты не задумал, не смей. Любое наше действие может быть опасным как для людей, так и для нас. – Пристальный взгляд не отрывался от меня.

– Я понимаю. – Коротко ответил товарищу и взглянул на мужчину, который все еще смотрел в «глаза смерти».

Успокоив ответом, я дождался, когда преградивший мне путь скроется из вида окончательно. Не имея и тени сомнения, решился осуществить план, но в тотчас, как я коснулся души мужчины, он отказался от смерти и меня оттолкнуло назад, вместо этого странным образом я попал в тело ребенка, который в эту минуту попал под машину. Скорее всего, он вышел добровольно, но без осознания опасности, даже не суицид. Вопрос как у меня получилось не так сильно интересовал. Меня больше привлекал момент обратного решения. Ребенок выскочил прямо на глазах мужчины и повлияло? Скорее всего… Так вот почему мужчина остановился. Он увидел этого ребенка и что-то чувствовал. А вот что со мной?

Я начал чувствовать что-то странное в теле, нечто непривычно тяжелое и физическое. Неужели это было болью? И еще нечто необычное… Страх? Когда сознание угасало, поскольку новые острые чувства плохо резонировали с привычной мне сутью бестелесной смерти, я начал отказываться от своей памяти, окончательно решив не помнить кто я и насладиться способностью ощущать. Вместо пустоты памяти всплывали воспоминания мальчика. Я не просто мог слышать все его мысли, но и чувствовал и «переживал» каждое событие. Теперь у меня было имя и способность быть видимым всем.

После пробуждения в больнице, я увидел «свою» семью, стоящие полностью счастливые. Мой прежний разум не сразу умер, поэтому какое-то время я мог самостоятельно привыкать к новому. Теперь я лишен всех сомнений насчет поступка и намерен был остаться. Скорее всего, на это повлиял соблазн, который также впервые был испытан с душой человека.

Так вот, что такое боль, она дает смысл, она становится причиной.

"Вина"

– Теперь ты понял? Сбежавший ангел, поглотивший душу умирающего ребенка, не позволив ему уйти в «пустоту». Мало этого всего, так ты еще и слился с человеческой жизнью, потеряв память. Из-за тебя было много проблем. – Слова, что должны были показывать раздражение, произнесены абсолютным спокойствием. Верно, ведь мы не такие, как люди, у нас нет эмоций.

– Значит… Я воплотил задуманное такой ценой… Но я теперь человек! Зачем мне возвращаться? Пусть моя память вернулась, ничего не меняет…

– Ты и правда не понимаешь? – белокрылый склонил голову.

– Почему твои родители погибли?

Тишина ударила сильнее слов.

– Неужели…

– Да, этот мальчик должен был умереть в тот день, но ты не позволил его душе покинуть тело и смерть сместилась на его родителей. Мы и сами не знаем почему, но, когда ангел гибели не нашел душу Фила, зов гибели не исчезал и был вокруг тебя до самой их смерти. Но это еще не вся беда… Ты все еще относишься к нам, к воплощениям смерти. Долгие годы ты не мог чувствовать, но подсознательно тянулся к тем, чьи души были обречены.

– Значит… моя дружба с Эммой и Дэвидом… – Все эти слова приводили меня к ужасным мыслям, правда, которую я так хотел узнать, беспощадно резало сердце.

– Да, эти отношения также были предопределены и ты продолжаешь приносить смерть, даже будучи частью жизни, а когда она наступила, твоя сущность начала пробуждаться. Благодаря этому, найти тебя не составило труда спустя столько времени поисков, но поскольку ты еще не полностью пробудился, не мог долго быть видным твоим человеческим глазам. Теперь пора бы вернуться, как думаешь? Отпусти тело мальчика.

Я долго приходил в себя от его слов. Все теперь становилось на свои места. Я не мог вспомнить всю свою жизнь в прошлом, но многое вспоминалось и я осознал почему в первый день меня тянуло к ребятам Именно к ним. Осознал почему оба родителя погибли, а брат не мог долго находится со мной наедине. Скорее всего он тоже ощущал смерть, несмотря на свою связь со мной. Значит даже после становления человеком я остаюсь ангелом…

– Послушай, ты ведь стал человеком, чтобы узнать суть смерти и души, ты ведь исполнил свое желание, так что теперь тебе мешает вернуться, раз все вспомнил? Стоит ли рисковать всем ради этого?

Он прав, я исполнил то, что хотел, но даже так у меня не было желания возвращаться. Возможно я стал жаднее к человеческой жизни и мне не хочется покидать ее.

Вспоминались дни, когда я наблюдал за душами людей, умирающих по другим причинам. Казалось, что многие несчастья можно было избежать, если бы люди принимали решения здраво, но вместо этого по странным причинам сами приводили себя к концу. Теперь я на все это смотрел иначе. Причинами могли быть жадность к жизни, страх, обреченность или желание сделать лучше возможного.

Тот мужчина… Ричард потерял волю к жизни и увидел в своей грязной судьбе невинного мальчика как смысл поменяться. Но чем больше он думал о своих грехах, тем больше его мучили кошмары, он начал терять рассудок. Поняв, что он не сможет измениться, решил «спасти» ребенка от жестокого мира. Для того, чтобы он всегда оставался чистым и никто не мог его чернить. Фанатичные идеи для людей не редкость, а разум недостаточно крепкий. Только став человеком я смог понять все эти случаи.

Нельзя сказать, что все эти поступки правильные, нет. Главным для меня было объяснение этих решений, и я не хотел лишаться такой возможности. Мне больно видеть смерть.

– Нет. Я не хочу.

Белоснежный ангел вздохнул, словно разочарованно, при этом не сводя улыбки с лица. Мы часто подражаем людям, копируя их проявления характера, но зная соответствующих эмоций, это зачастую нелепо. Теперь я вижу все это от лица человека… Он сказал:

Поэтому мы не способны чувствовать, ведь для нас это наказание. Познав боль, ты не мог бы быть ангелом.

Он был прав. Но для меня поздно, я уже вкусил этот плод и не хочу отказываться. Нет, я не хочу видеть смерти людей, не хочу видеть угасание их душ. Мои друзья были самыми яркими и прекрасными людьми, а драгоценные воспоминания о них вызывают печаль и греют душу одновременно. Если бы они были живы, воспоминаний было бы больше, они могли бы сделать многое. Дэвид наконец признался бы в любви, будучи вместе, изменили бы свои жизни и добиться успехов. Эмме хотелось увидеть европейские замки, увидеть всю красоту архитектуры и переехать в другую страну. Возможно она и сама хотела стать архитектором и создавать искусство, которое так любила. А парень, поддерживая ее, был бы с ней. Ему тоже нравились замки, но больше всего о них он узнавал от Эммы. Какова же была бы моя роль? Мне бы хотелось всю жизнь оставаться друзьями и вместе путешествовать с ними. Их больше нет, я никогда не узнаю каким могло быть их будущее. Нет, я не хочу возвращаться и снова видеть бесконечную потерю самого ценного для человека.

В поисках смысла смерти, я понял смысл жизни...

– Не вернусь. Я не хочу. Нет!

– Прекрати делать вид, что ты человек. Это бессмысленно. У нас нет имен, мы не сближаемся с людьми и не становимся друзьями, семьей. Мы не чувствуем печали об их смерти, наша задача завершить путь души, а не спасать. Нам всегда было достаточно помнить.

– Нет. Меня зовут Фил, я младший сын семьи Уилсон. Моя мать Алекса была доброй и умной женщиной, а отец Эдвард талантливым и сильным мужчиной. У меня есть потрясающий старший брат Клиф, который усердно работает и скоро хочет пожениться на любимой девушке. У меня были лучшие друзья, но они умерли и мне по-настоящему грустно от потери. Я теперь живой человек. Пожалуйста, оставь меня в покое.

– Допустим, Фил, я оставлю тебя. Но разве теперь ты сможешь жить как обычно? Человек не способен предчувствовать смерть других, а ты уже не сможешь снова потерять память. Тебя будут притягивать души, которых ждет самоубийство. А из-за способности чувствовать, будет боль, какую ты уже ощущал к времени смерти своих друзей. Неужели ты согласен на это?

– Да. Раз это цена моей жизни, я готов. – Вставая с места, взгляд с уверенностью направился на него. Мне стало жаль всех ангелов, что они, как и я когда-то, не могут ощутить всю цену чувств.

– Хорошо. Ты сделал выбор, но знай, я все еще буду наблюдать и ждать. Посмотрим, насколько ты целеустремлен. Кто знает, может, именно мне предстоит забрать твою «душу». – С этими словами он исчез, оставив меня в одиночестве.

Возможно мой выбор – ошибка, но ошибки тоже часть человеческой жизни.

"Одиночество"

Прошел год, окончив девятый класс и получив аттестат, я поступил в колледж в лингвистическое направление. Вспоминая о прошлом, ангелы всегда могут понимать язык людей вне зависимости от мест жительства, поэтому я бывал во всех частях мира, где есть люди. Но я не осматривал страны, ведь только выполнял свою главную задачу. Теперь я хочу многое увидеть и узнать. В этом и причина выбора направления это был маленький шаг для цели. Даже хочу посмотреть на замки и прочую архитектуру в память о своих друзьях.

В своей группе я встретил новую подругу. Ее зовут Андри и на удивление в ней я не видел зов смерти, что было доказательством моей возможности дружить с обычными людьми. Наше знакомство прошло довольно забавно.

В первый день учебы в колледже я потерялся в четырехэтажном здании и думал я не только кабинет, но и выход не найду. До начала учебы я встречал своих одногруппников, но надеяться их увидеть в этом лабиринте не казалось возможным. Тогда ко мне подошла девушка, она выглядела знакомо, но не мог вспомнить, где же видел. Меня привлекли ее сережки в виде причудливого узора или символа, не успел я опомниться, как она заговорила:

– Привет, мы же учимся в одной группе. Ты, похоже, потерялся?

Казалось она немного волновалась, отчего говорила быстрее, это напомнило меня самого и я неосознанно усмехнулся.

– Привет, да, никак не смог запомнить куда идти, а теперь даже не знаю откуда пришел… Поможешь добраться? Э…

– Андри. Конечно проведу, я и сама туда иду. Я хорошо знаю все уголки колледжа, если что, обращайся. Если захочешь… – Уверенные слова перешли на неразборчивое тихое бормотание.

– Большое спасибо. Меня зовут Фил, приятно познакомиться.

Эта ситуация мне напомнило первую встречу с Эммой и Дэвидом. Во второй раз находить друзей из-за того, что я плохо ориентируюсь в помещении, довольно забавно.

Первое время нам было неловко, но мы быстро нашли общий язык, и смущение перешло на открытые беседы, порой получая замечания от преподавателей. Со всеми остальными в группе я сохранял положительные взаимоотношения, но она была ближе и общение интереснее. На мое удивление, у нее тоже не было близких друзей и сама себе поражалась, что мы так общаемся.

Что насчет смерти… Целый год я старался контролировать ощущения, чтобы не чувствовать головную боль, пока не знаю насколько сработало, к счастью суицида практически не было за это время и мне было спокойно. Конечно я навещал иногда могилы своих друзей и часто смотрел на наши общие фотографии. Я рад, что остался человеком, хочу прожить эту жизнь полноценно. Мой брат уже получил повышение в строительной компании и копит на новый дом, желая этот оставить мне, а в новом готовить свою будущую семейную жизнь. Я так рад за него. К счастью, на него перестала влиять смерть, когда мы находимся вместе и наши отношения укрепились, пусть и все еще общались не так часто. Он еще нередко приводил девушку, уже будущую невесту, к нам и мы даже вместе отмечали ее день рождение. Я вручил ей открытку, пусть это и банальный подарок.

Сегодня мы с Андри хотели встретиться и прогуляться. Местом встречи был книжный магазин, она хотела найти одну книгу, название которой я не запомнил. Но на пути в магазин я резко остановился… Да, это была она – смерть.

Я написал сообщение подруге, что появились срочные дела и побежал. На этот раз я должен был успеть спасти. Местом смерти была квартира в подъезде. Я смог войти внутрь и подняться на второй этаж, способом смерти было оружие. Стоя у двери незнакомого человека, я стучал со всей силы по двери и кричал: «Не делайте этого!». Мои крики были такими громкими, что, скорее всего, слышал весь подъезд. Однако одиночный выстрел моментально уничтожил надежду. Все соседи вылезли из своих квартир, началась суматоха, но участвовать в ней мне уже не приходилось. Я ощущал опустошенность, возможно за год я слишком расслабился и успел забыть насколько сильно влияет чужая смерть на меня. Все тело ощущало холод и сама смерть призывала меня к мужчине, напоминая мое предназначение. Но я хотел это изменить и помочь найти смысл дальше жить. Не вышло. Сидя на скамейке рядом с этим подъездом, я встретил знакомого, забравшего душу этого человека.

– Все еще надеешься спасти кого-нибудь? Это бесполезно, словно сам не понимаешь как это работает.

– Тот мужчина отказался умирать в самый последний момент. – Устало ответил, напоминая о дне, когда я стал человеком.

– Это было из-за того, что он испугался смерти, увидев гибель мальчика. Такое бывает, иногда люди могут отказаться, но на это могут повлиять только они сами или другой человек. Человек. Не забывай, что ты все еще не человек, твои слова не могут мешать их окончательному выбору.

– Я смогу. – Внезапный гнев заполонил мою голову и я просто ушел, не слушая ангела.

Мужчина был одиноким, среднестатистическим рабочим. Много работал, сводил концы с концами из-за долгов. У него совершенно не было близких, за свои тридцать шесть лет он не заводил отношения или долгую крепкую дружбу, с родственниками связи были оборванны. Как в знакомствах, так и в делах, его ждала неудача. На работе его нагружали, с коллегами было непросто сотрудничать. Постепенно он терял смысл жизни и все дни становились одинаковыми. В таких серых буднях он начал терять рассудок, погружаться в депрессию. Решив уволиться с работы, он проводил несколько дней на улице, еще пару дней не выходил из дома. Словно это все было ритуалом, чтобы проверить, осталось ли в его жизни хоть что-то ценное.

Можно ли назвать рутину жизнью, но что такое жизнь без рутины?

Я помню много случаев, когда подобная причина приводила к смерти, в те времена я этого не понимал. Для нас это спонтанное решение, когда человек жил, ему стало плохо и он умер. Теперь вижу, что это гораздо глубже и печальнее. Полная безысходность… Как же я мог бы помочь таким людям? Трудно найти решение.

Когда я был дома, мне позвонила Андри. Я совсем забыл о ней, наверняка мой внезапный отказ во встрече ее удивил. Мне было неловко ей отвечать, не зная как оправдаться.

– Привет, Андри, прости за сегодня…

– Да ничего, я просто удивилась, все в порядке? Уверена что-то важное было для такой внезапности… – Ее искренний голос говорил сам по себе об ее понимающей натуре, что меня успокаивало.

– Да просто… Нужно было срочно помочь соседу, брат попросил. Ничего такого. Мы можем завтра увидеться, ты купила желанную книгу?

Я не мог рассказать правду о себе, да и наврядли мне бы поверили. Лучше держать это в секрете и тем более от нее.

– Конечно встретимся. А вот книгу не нашла, магазин был закрыт, поэтому даже хорошо, что не пришел. Может как раз завтра… Но завтра же понедельник, надо на пары, ты не опоздаешь в этот раз? – Подразнила она меня, напоминая, как я уснул и опоздал на весь первый урок.

– Точно, завтра уже уроки… Ладно, значит сходим после пар? Нет, не усну, в этот раз лягу по раньше.

– Мм, после пар не смогу, мама сказала вернуться по раньше. Давай на следующих выходных.

– Хорошо, тогда до завтра, встретимся на уроке. Если что, займи мне место.

– Ладно, Фил, доброй ночи.

Насколько я понял, у Андри очень строгие родители, у нее есть старшая сестра и младший брат. Сама девушка очень стеснительная, но вполне разговорчивая, если найти общий язык. Меня пугало возможность ее потерять и я постарался проверить, не была ли она близка к самоубийству. Но ничего подобного я не ощутил, поэтому был рад новой подруге.

Я надеялся, что все так и дальше будет в спокойствии, весь учебный месяц проходил спокойно, однако все чаще и чаще возвращался к мыслям о людях и моих действиях в следующий раз. Постепенно я приходил к выводу, что мне не стоит торопиться сближаться с новой подругой. Поскольку я все еще не могу рассказать обо всем и до сих пор не знаю, не будет ли сильно влиять моя сущность на нее. Но все равно часто общался и гулял с ней.

Новый месяц сразу начался с новой опасности. Я чувствовал легкую ноту «темных мыслей». В поисках источника черного дыма, я нашел шестнадцатилетнего парня, собирающегося в будущем сбросится с высоты. И снова это напомнило мне об Эмме и острая боль вонзила в сердце. В этот момент я не заметил, как ко мне подошла Андри.

– Привет, Фил, что делаешь?

Не услышав вопроса я пошел в сторону парня. Не зная с чего начать разговор, произнес первое, что пришло в голову.

– А, здравствуй, извини за беспокойство, но мы можем с тобой поговорить?

– Что?! – Явно не ожидая моего вопроса, парень вздрогнул, его глаза выражали неподдельный испуг, – Зачем? Ты кто вообще?

– Напугал? Прости, я просто чувствую, что у тебя плохое настроение сегодня, подумал, может, подниму его… – Я готов был себя ударить за столь неправильное начало разговора, понимая, что теперь точно оттолкну его.

– Не надо… Я пошел, у меня сейчас пары начнутся. – Он отдалился от меня и ушел.

Я думал, что он был раздражен. Но в его глазах читалась пустота, несмотря на такое начало, мне стоит постараться его переубедить. На протяжении всего урока я думал об этом. Андри смотрела на молчаливого и обеспокоенного меня и не могла заговорить. А после пар я поспешно ушел, не дожидаясь ее. Среди толпы я смог найти юношу только благодаря зову гибели и отправился за ним. Когда мы немного отдалились от колледжа, мои шаги стали быстрее и теперь я уже ходил параллельно моему «подопечному».

– Прости за случай утром, я был бестактен, просто хотел познакомиться, подружиться с тобой. – Начал я говорить, стоя на расстоянии метра от него, чтобы не отпугнуть снова.

Но он шел, словно и не слышал моих слов, в глубоком размышлении он не отводил свои карие глаза от ровной земли. Я заговорил по громче.

– Так ты согласен со мной поговорить?

– Что. Ты кто? – Наконец он обратил на меня внимание, но не вспомнил. Он нахмурился и вновь отстранился.

– Я утром подходил, но, впрочем, не важно. Послушай, я знаю, что ты хочешь умереть, пожалуйста, давай поговорим об этом. – Вновь я поторопился, но видя его состояние, мне стало страшно и настойчивость сама взяла верх.

– Что за бред. Отстань от меня, ты что, преследуешь? – Он разговаривал с легким тоном раздражения и усталости, ускорив свои шаги.

– Постой, пожалуйста, я просто хочу донести, что это решение ошибка. Чтобы в жизни не происходило, ее стоит прожить. Если есть какие-то проблемы, позволь мне помочь или хотя бы обсуди с близкими людьми… – мое дыхание участилось, эмоции брали верх, но я старался говорить четко.

– Не собираюсь я умирать, сумасшедший! – Теперь парень побежал, все быстрее увеличивая расстояние между нами.

Я должен был побежать за ним, но знал, что так еще сильнее напугаю. К сожалению, вычислить через свое чутье я не смогу, ведь оно у меня стало ограниченным. Значит я не смогу узнать куда он бежит или где живет сейчас. Если я снова почувствую только в момент события, могу не успеть как в прошлый раз. В этот момент я мог лишь попросить о помощи, но вот кого…

– Эй, ты же наблюдаешь за мной, да? Появись, пожалуйста, – я сжал губы, зная, что эта попытка может быть напрасной.

– Не хотел меня видеть, а теперь сам зовешь.

Как и ожидалось, он появился моментально. Время вокруг снова замерло, а мое тело покрылось мурашками от холода.

– Ты ведь знаешь уже все. Прошу, расскажи мне о нем, кто он, где живет и когда умрет. Я должен убедить этого не делать… Потом будет слишком поздно.

– С чего ты взял, что я помогу? Мне это совершенно не нужно. – Усмехнулся ангел

– Ты ведь все еще хочешь доказать мне, что попытки тщетны. Так позволь снова в этом убедится.

Улыбка на белоснежном лице стала шире, выражая довольство таким раскладом.

– Его зовут Эд Мадин, в другой группе твоего факультета. Сегодня он не умрет, хотя и собирался. Это случится ночью завтрашнего дня, на крыше многоэтажного дома «Золотое сечение». Так что ты еще сможешь встретить его снова и «поговорить». Конечно если после сегодняшнего он заговорит с тобой.

– Спасибо. На этот раз я смогу. – Сказал это я, в первую очередь себе.

На следующий день я с самого утра ждал Эда, даже начал расспрашивать о нем у его одногруппников, которые знали не так много, поскольку они тоже только первый год вместе учатся и еще не успели познакомиться. Но даже по имеющейся информации было понятно, что он достаточно замкнутый и в принципе мало разговаривал с кем-либо. Самое пугающее – сегодня он не пришел. Он нервов от начал кусать губы и ходить по кругу, надеясь, что хотя бы на вторую пару он придет. Тем временем мне писала Андри, но я никак не мог на это обратить внимания, думая о парне. К сожалению, он не пришел и мне пришлось побежать к нему домой. Перед этим ко мне подошла подруга, спрашивая почему я не зашел на урок, раз всё равно пришел.

– Прости, я сейчас занят… – пришлось побежать к ближайшей остановке. Как хорошо, что я за ранее у ангела узнал об его месте жительства. Если ужасное произойдет ночью, то днем он точно жив, возможно дома.

Прибежав к дому на окраине, я постучал, стараясь уровнять свое дыхание после бега. Мне открыла женщина средних лет и посмотрела с подозрением. Я постарался приветливо начать разговор.

– Здравствуйте! Я друг Эда, скажи, пожалуйста, он дома?

Женщина расслабилась и слегка улыбнулась, но в ее голосе были ноты удивления.

– Друг? Про тебя он мне не рассказывал… Нет, он сейчас в колледже, вернется после обеда. Мне сказать ему, что ты заглядывал?

– Можете, пожалуйста, дать номер телефона? Я просто недавно сменил телефон и потерял его номер, как раз хотел об этом его сообщить. – На ходу придумал ложь, не находя другого решения.

– Хорошо.

Женщина вытащила из кармана черный кнопочный телефон и искала номер сына, а как нашла, торопливо говорила мне цифры, я старался поскорее переписать, но из-за неразборчивого голоса, переспрашивать приходилось. Получив номер, я пошел обратно и сразу же начал звонить Эду. Он долго не отвечал, а я продолжал звонить. Наконец спустя пять звонков, я услышал заветный голос.

– Опять вы… не звоните мне больше, пожалуйста. – Сказал Эд с голосом полный отчаяния и раздражения.

– А… Эд, это я. Точно, не представлялся. Я Фил, помнишь, в колледже виделись.

– Ясно. – Голос стал серьезным и спокойным, а затем сразу сбросил звонок.

Ничего не успев сказать, я позвонил снова, но звонки уже не принимались. Вероятно, он меня заблокировал или выключил телефон. Я задумался насчет его ответа. Он очевидно отвечал кому-то, кто уже доставал его звонками. Как бы то ни было, мне надо было его найти. Первая моя мысль была о многоэтажке «Золотое сечение», где не так давно был пожар, но к этому времени он был восстановлен. Решив подождать на самом верху, я хотел подняться, но охрана меня не пустила. Я пытался их уговорить, но они угрожали мне вызовом милиции. В какой-то степени это меня успокоило, ведь означало, что территория охраняется, а значит и Эда они не впустят. Я убедился, что наблюдение круглосуточное. Но не лишаясь тревог, я решил подождать у входа в здание до самой ночи. Это было тяжелое испытание для тела и головы. Даже просто стоять было утомительным. Я еще не раз звонил Эду с запасного номера, но его телефон определенно выключен.

И вот уже 2 часа ночи, никого даже похожего на парня не проходило мимо меня. Я уже расслаблялся, думая, что он мог передумать, но собирался ждать до конца. Только мои мысли приходили в порядок, как знакомый мороз пошел по коже – я услышал голос смерти. Резко посмотрев на верх, мои глаза улавливали силуэт в самой вершине. Столько вопросов, знакомый знак и мое тело быстрее сознания побежало внутрь, я судорожно нажимал на кнопки лифта, но он не вызывался. В такие моменты всегда все против тебя? Со всей возможной скоростью я бежал по лестнице. «Где охрана? Как я не увидел Эда? Почему, почему, почему?!»

Гневные мысли поглощали, ускоряя меня до невиданной прежде скорости. Я задыхался, слова ангела всплывали в голове вновь и вновь. Не заметив, я добежал до двадцать пятого этажа, еще пятнадцать оставалось, чувства конца еще не было, значит он стоит.

– Быстрее, Фил, быстрее! – кричал я себе, продолжая подниматься несмотря на боль в ногах и полностью вспотевшее тело, которое, вместе с этим, продолжало замерзать.

И вот оставались последние этажи. Три. Два. Один. Приближаюсь к крыше. Но в этот же момент я чувствую резкую боль в груди. Уже поздно. Как только я выбрался, увидел лишь пустой край.

Нет ничего более жестокого, чем подарить надежду и тут же ее отобрать.

Я упал на колени полностью опустошенный, смотря на место, где совсем недавно горела молодая жизнь. Через пару минут оттуда поднялся знакомый облик крылатой смерти.

– Ты опоздал. Я ведь уже говорил, твои старания тщетны. – Безразличный голос мужчины делал ситуацию еще болезненнее.

– Я думал в этот раз… Ему было только шестнадцать… На год старше Эммы и одногодка с Дэвидом… – не способный отчетливо говорить, я не понимал собственные бормотания, но вот «он» прекрасно меня слышал и понимал.

– Забудь уже. Твои чувства несут только вред тебе. Ты уже получил то, что все «наши» даже не смогут понять и исполнить. Так зачем тратить такой шанс на попытку спасти тех, кто уже решил?

– В том то и дело, что Вы не понимаете. – Ответил ему, поднимаясь на ноги и посмотрел в глаза. – А я не хочу мириться с тем, что происходит, потому что понял ценность жизни. Ради этой правды, ради моих друзей.

– Ты сам веришь в свои слова?

– Верю…

Возможно я засомневался, возможно этот ответ лишь мое оправдание, но я обязан верить, чтобы не сдаваться.

"Депрессия"

Уходя домой, я видел машины скорой помощи, милиции и толпу зевак. Ком в моем горле увеличивался и не давал спокойно глотать. Весь путь я был в прострации и каждый шаг отдавал болью в стопах. В сердце словно ломались осколки и мне хотелось исчезнуть, лишь бы меня не поглощала боль. По дороге увидел двух юношей, которые стояли рядом с машиной с сигаретами в руках. Никогда меня не привлекали подобные вещества, мне было достаточно того, что видел в других людях эту дурную привычку. Однако, в эту секунду мне нужно было то, что отведет мое внимание от ситуации. Рядом с этими парнями был магазин и я направился к нему, внутри я долго смотрел на верхние полки, где в различных маленьких упаковках стояли причины болезней и неприятностей под личиной маленькой безобидной трубочки. Руки потянулись к одной из пачек, заткнув все мысли против моего решения.

От «ангела» я узнал, что Эд погиб из-за непринятия его близкого общества, в частности родителями его предпочтения в отношениях. Поэтому он был таким отстраненным, конфликты со внешним миром привели к конфликтам с внутренним. Я не увидел, поскольку он уже находился в этом здании с самого утра, но почему и зачем так и осталось загадкой. Несмотря на его отстраненность и конфликты, его смерть поразила всех его близких, включая друзей и одноклассников, которые его знали долгое время. Я пошел на его похороны и видел многих людей, которым он был небезразличен.

Возможно он просто не видел всей этой поддержки при жизни… Или может люди просто не могут показать все свои чувства близкому, пока не потеряют его. Если бы я успел, возможно они бы смогли признать его и укрепить свои отношения. А ведь кто-то из стоящих в его похоронах мог любить Эда, но просто не успел признаться… Как и Дэвид Эмме.

Всё тот же вопрос на губах,

А ответа — как не было, нет.

Лишь эхо шагает по снах,

напоминая: «жизни — нет».

Я не ходил в колледж еще несколько дней, за что получил по голове от старшего брата, а затем ругань от куратора. Все это время я приходил в себя и успел заиметь вредную привычку в виде курения. Первое время было не так уж и просто, все время кашлял, но процесс был интерес и по итогу свыкся. Андри часто звонила, но я отвечал односложными сообщениями, поскольку на большее не хватало сил. Но теперь я не мог отлынивать и пошел на учебу.

– Фил! – громко позвала меня подруга, подбегая к двери колледжа, когда я собирался войти после минуты перекура.

– Привет, Андри. – Ответил я с легкой улыбкой, – ты волосы подстригла? Тебе идет.

Раньше у нее были волосы ниже плеч и без челки, также кончики покрашены были в красный, сейчас они подстрижены под каре и красных прядей не осталось, но есть челка в одну сторону.

– Да, спасибо, рада, что нравится. Но не в этом суть, где ты был? Почти не отвечал, что с тобой? – Обеспокоенно набросилась на меня вопросами девушка.

– Прости, я просто немного приболел. Но сейчас все в порядке. Теперь буду ходить. – Очередная ложь, которую пришлось сказать, чтобы подруга не переживала. Кажется, в последнее время я очень много лгу, это плохо.

– Приболел? – с недоверием посмотрела на меня Андри. – И по этой причине ты начал курить?

– Что ты такое говоришь? – Изобразив поддельное удивление, я хотел отрицать, но вспомнил собственные мысли про ложь и прервал самого себя.

– Ты сильно пахнешь сигаретным дымом, Фил, – голос Андри был серьезным и ее глаза так и просили меня рассказать правду.

– Да, я начал курить. Просто не очень было с состоянием. – Сказал, за ранее ожидая осуждения.

– У этого же должна быть причина? Давай спокойно поговорим. Я заметила твое состояние, очевидно ведь все не так просто… – Настойчивость девушки вызвала у меня неловкость.

– У меня просто был перепад настроения, Андри, а курение я начал от любопытства, не более.

Рассказывать правду я все еще не могу. Людям не стоит знать о том, кто встречает их души перед тем, как исчезнуть из этого мира и своей жизни. Я не хочу обманывать единственную ныне подругу, но иного решения тут нет.

– Фил, ты ведь не из тех, кого на подобное могло потянуть любопытство. Ты просто скрываешь что-то от меня.

В такие моменты я все больше осознаю, какая она проницательная и хорошо понимает людей. Это удивительная и полезная способность, но в данном случае она только вредит нашим взаимоотношениям. Благо мне не приходилось сразу отвечать, ведь уже начинался урок. Долго откладывать я этот разговор не могу, но мне нужно время, чтобы придумать как ответить ей правильно.

– Давай потом поговорим. Расскажу как есть. – Отрезал я, сразу садясь за парту и вытаскивая тетрадь.

– Хорошо, я буду ждать.

После всех пар мы пошли вместе на скамейку в маленьком парке позади нашего колледжа. Все это время мы не разговаривали, Андри учтиво дала мне право первым начать разговор. Я дождался момента, когда мы сели и немного отдохнули. Со вздохом я начал разговор.

– Два года назад моей лучшей подруги не стало. Она сбросилась с крыши. – Начал я сразу с болезненного. Но переводя дыхание, сразу продолжил. – Мы втроем дружили четыре года… Втроем, у нас был еще один друг, Дэвид. Спустя год после смерти моих родителей, они стали моими первыми друзьями в новой школе и такой исход был для меня неожиданным. А потом… – закрыл глаза на секунду, с трудом выговаривая следующие слова. – Спустя год не стало друга.

– Это… ужасно… – тихо проговорила Андри, ее взгляд был полон удивления и сочувствия. Она не могла ничего сказать, но и это молчание говорило многое.

– Я часто их вспоминаю, пусть и понимаю, что надо отпускать. По правде, это сложно. – Усмехнулся я над собственной судьбой и обреченностью просто из-за того, что хотел жить.

– Прости меня на настойчивость, наверное мне не стоило…

– Нет, все в порядке, Андри. Я очень рад, что ты моя подруга. – Улыбнулся я девушке, положив руку на ее плечо.

Она приблизилась и обняла меня. В этот момент я понял, что именно этого мне и не хватало – выговориться. Мне стало гораздо легче и проще. Мы еще немного поговорили и разошлись. Это добавило новую мотивацию для дальнейших попыток, я вновь решил попытаться.

– Я не сдамся, слышишь? – посмотрел я на верхушку дерева, зная, что он слышит.

Ангел стоял там и отвечал мне глазами, моментально исчезнув.

***

Андри

Я очень долго думала насчет истории Фила. Никогда бы не подумала сколько всего с ним случилось. В отличие от него, мои проблемы кажутся абсолютными пустяками.

Для меня Фил очень искренний и честный, уверена, даже если он лжет, ему тяжело это дается. Наши отношения улучшались постепенно, он больше не избегал встреч. Казалось он открывался, но что-то еще было запрятано в его душе... Я была готова ждать еще, когда он сможет все рассказать. Возможно, для поддержки мне стоит с ним сходить на могилу к ним? Или это только хуже сделает? Так сложно решить...

Добравшись домой я сразу начала переодеваться, продолжая думать. На самом деле мне Фил очень нравится, возможно я влюблена в него… Но думаю признаваться сейчас рано, надо дождаться подходящего момента. Тем более, сейчас у него не простой период, я должна его поддержать и подбодрить. Ведь так поступают настоящие друзья?

– Андри! – Громкий голос матери пронзил весь дом, напугав меня из-за внезапности.

– Да, мама? – Ответила я ей, торопливо побежав в сторону кухни, где она стояла. Ее недовольный голос означал лишь грядущую ругань. Зная мать, наверняка кто-то сегодня ей испортил настроение или она снова своими мыслями себя разозлила.

– Почему так поздно?! И где хлеб, я же говорила тебе купить еще утром, снова забыла или я должна сама пойти? Пожалела бы свою мать!

Пятидесятилетняя женщина с громким голосом и хмурым лицом сидела на стуле, один ее костыль был в ее руке. Она сломала себе ногу год назад и до сих пор не может спокойно ходить.

– Прости мама, я сейчас же сбегаю и принесу! – Сказала я с натянутой улыбкой.

– Быстрее! – Крикнула женщина, ударив костылем по моей руке.

Я вздрогнула и побежала в магазин. Если бы можно было посчитать причины, что могут разозлить маму и привести к ссоре во всей семье, то число превышало бы триллионы. Моя сестра усердно работает каждый день и из-за упреков и жалоб матери, никак не может выйти замуж за своего парня, который уже давно этого ждет. Младший брат ничего не понимает многое, а отец все время уезжает в командировки. Всем сложно терпеть характер мамы, но она сильно давит на чувство вины. Иногда я не хочу возвращаться домой, вот бы жить отдельно от всей семьи, но пока я этого не могу. Филу я не могу об этом всем рассказать, ему не до этого, очевидно… Не хочу нагружать.

Я дошла до магазина и взяла необходимый хлеб. Потом я вспомнила, что у меня закончились лезвия. Подобным я занималась все реже, но теперь все сложнее терпеть, хочется снова расслабиться, заглушая боль болью. Все-таки я купила то, что не следовало брать. Ночью я спряталась в своей комнате и вытащила его. Смотря на освещенное слабым светом тонкое лезвие, подумала:

«Хорошо, что я взяла салфетки. Завтра придется носить кофту с длинными рукавами…»

Несмотря на то, что мы открывались друг другу, у Фила было много тревог. Иногда он что-то бормотал себе под нос, ни на что не обращая внимания, порой внезапно куда-то убегал и пропадал, а затем мог не приходить на урок и совсем мне отвечать. Один раз я пошла к нему домой, но встретила только его брата Клифа. Он сказал, что Фила нет дома еще с ночи, сказав, что пойдет к другу. А мне он говорил, что надо помочь другу. Уже не раз замечаю, что он обманывает. Это все меня беспокоило и наводило на различные мысли. Но я не хочу быть недоверчивым параноиком как мама. Нет. Другу я буду доверять, он не совершает ничего плохого…

Я много раз пыталась с ним снова поговорить и выяснить чем он занимается, но ничего не получалось. А я все больше погружалась в плохие мысли, что он мне так и не доверился, раз каждый раз отдаляется. Но мысли о друге все время прерывают ссоры с матерью и очередные невыносимые ее скандалы и подозрения. А по ночам я свой стресс «лечу», проводящим по моему запястью, острым лезвием. Это плохо, я прекрасно это понимаю, но, к сожалению, не могу пока прекратить единственный способ расслабления.

Проходили месяца. Фил, словно циклично, мог иногда приходить в себя и мы, как обычно, общались и гуляли, в такие моменты я хотела ему признаться, но стоило мне набираться уверенности, как он снова отдалялся, куда-то уходил и пропадал, в такие дни у него пропадало настроение и он начинал курить чаще и больше обычного. А мне, как обычно, ничего не рассказывал. Я решила не ждать его ответа и спросила у его старшего брата об умерших друзьях Фила. Он мало знал, но рассказал, что все они жили не так далеко друг от друга, пусть и не были соседями. Клифф знал об их местах жительства и мест захоронения. Все это мы обсуждали за чашкой чая в их доме, это был один из редких дней, когда брат Фила был свободен. И в такой день его самого нет дома.

– Честно говоря, когда-то давно Фил попал в аварию… – тихо рассказал Клифф. – Это был страшный день для нашей семьи, какое-то время он не дышал, вызвав у нас панику. В больнице врачи делали неутешительные прогнозы, но случилось чудо и он выжил.

Я замечала как похожи братья, когда рассказывали о тяжелых воспоминаниях. Клифф тоже отпускал взгляд и тяжело вздыхал. Узнать о таком страшном событии было тяжело. Еще узнала, что через полгода не стало их родителей. Тяжко им пришлось.

Узнав об его жизни, я все больше хотела ему помочь, но не знала как. В этот день я не могла до позднего времени оставаться и пришлось уехать. Начинались летние каникулы, которые я хотела посвятить укреплению наших отношений с Филом. Нам говорили приходить еще пару летних дней в колледж, но я была занята и не могла приходить. На следующий день я пошла в колледж, ожидая встречу с другом, но увидела Фила, который усердно о чем-то общался с незнакомой мне девушкой. Я решила его не отвлекать и пошла в кабинет, он пришел, но снова был задумчивым. После завершения разговоров с куратором, он внезапно ушел, я поспешила за ним и увидела, что он подошел к той же девушке. Они ушли вместе, поэтому решила не идти дальше. Это озадачивало. После колледжа, дома меня ждала разъяренная мать, снова, но я все время думала о Филе.

***

Клифф

Мне было девять лет, когда в моей жизни появился младший брат. До этого все внимание родителей было моим, поэтому было не просто делить свое с новым членом семьи. Но моя ревность быстро прошла и я привык к Филу. Он был совсем ребенком, когда я познавал особенности подростковой жизни, поэтому как таковых ссор между нами не было. Когда ему исполнилось семь, характер стал довольно скверным и тогда у нас начались первые несерьезные драки.

Дети, оказывается, могут быть очень назойливыми и хитрыми. Мама говорила, что я тоже был таким, но мне в это тяжело поверить. По крайней мере, я был очень аккуратным и всегда хорошо учился, а Филу с трудом давалась арифметика. Но он был гиперактивным и спортивным. По инициативе отца, его записали на специальный спортивный кружок, где он с семи лет показывал свою заинтересованность и потенциал. Считается, что я больше похож на мать, а он на отца. Это может обьяснить контраст наших интересов и характеров: мама спокойная и больше предпочитает читать книги в тишине, как и я, отец более яркий и любит активность, такой же характер проявляет Фил.

- Клифф! Давай поиграем в догонялки! - громко звал меня братишка.

- Я не хочу, поиграй как-нибудь сам или к друзьям иди.

У меня были задания по урокам и хотелось тишины, играть было некогда, хотя этому мелкому не нравятся отказы.

- Почему ты такой скучный? Учишься как зануда. - Надул мальчик свои щеки.

Восемь лет, а уже такими словами пользуется... Я точно был вежливее в детстве.

Мой восемнадцатый день рождения пришелся в будний день, все были заняты учебой и работой, поэтому решили отметить семьей на выходных в кафе. Отец предлагал пригласить друзей и устроить вечеринку, но я отказался, предпочитая тихую семейную посиделку. Утром мы сходили в парк, а днем в ресторан, поскольку я не хотел до поздна продлевать событие. Когда мы вышли, отец вспомнил, что забыл кошелек и вернулся, мы втроем остались ждать снаружи. В моменте мы с мамой разговорились о планах на будущее, не заметив куда побежал Фил. Я поздно увидел, как девятилетний младший брат выбежал на дорогу и его опрокинула машина.

В этот момент время для меня остановилось, ужасающее зрелище отпечаталось в моей памяти на всю оставшуюся жизнь. Крохотное, окровавленное тело бездвижно лежало на холодном асфальте. Отец выбежал, звонил в скорую помощь, как и все люди, находящиеся рядом. Мать, со всеми силами стараясь не терять здравый смысл, пыталась оказать сыну всевозможную первую помощь. Я был слишком напуган, что хоть что-то сделать. Так и не заметил, как мы оказались в больнице.

Казалось, проходили дни, на деле же более шести часов мы ждали хоть какие-то новости. Я помню, как орала мать, говоря, что он не дышит. Помню, что в этот момент я впервые увидел слезы отца. Когда мама пыталась что-то сделать, мне показалось, будто его тело стало белее снега, а глаза открывались неестественным образом. Наверняка это из-за стресса. Мое день рождение могло стать днем смерти Фила, от этого факта у меня замирало сердце.

Когда доктор вышел, мы набросились вопросами на него, но он успокоил, говоря, что чудом худшего удалось избежать. Расслабенные вздохи родителей перетекли в объятия друг друга.

- Ваш сын оказался очень сильным, шансы были ничтожно малы, но он справился! - утешительно восклицал мужчина в белом халате.

- Спасибо большое вам, вы спасли нас всех, доктор! - Снова расплакался отец, пожимая руки пожилому врачу.

Отец редко плакал в своей жизни, но страх смерти близкого сильнее воли любого человека.

Мы с мамой ждали пробуждения Фила, а отца мать попросила идти на работу, чтобы он успокоился, да и не было смысла толпой сидеть в палате. В первое время Филу было тяжело нас вспомнить и что-либо понимать. Но он быстро приходил в себя и здоровье восстанавливалось. К счастью, авария не нанесла травм конечностям настолько, чтобы они не смогли функционировать. Спустя месяц он спокойно ходил, разговаривал, швы убрали и все было как прежде.

Но нет, не так. Я заметил, что он сильно изменился. Разумеется, какое-то время ему было лучше не ходить на спорт, но ему и не хотелось, он потерял прежний интерес. Характер также потерпел изменения. Из шумного и активного мальчика он превратился в спокойного и тихого. Прежних проблем с арифметикой у него не было, даже учиться стал лучше. При этом его ничего не интересовало, он мог целый час просто сидеть, смотря на небо. Это было совершенно на него не похоже, тем более ничего не делать девятилетнему ребенку должно быть скучно.

- Мам, а ты заметила, что Фил стал другим? Вообще не такой, как до... больницы...

- Такое бывает, дети растут и меняются не по дням, а по часам! - убедительно утверждала мама.

- Но ведь это слишком внезапные изменения...

- Клифф, перестань. Он был на грани смерти в столь юном возрасте, возможно это немного повлияло на него... Нам остается только поддержать и любить.

Ее слова совсем не помогли. Изменения в характере не могли быть такими резкими, но и объяснения я не мог найти. Нынешний Фил был совсем отстраненным, перестал общаться со своими друзьями, предпочитая оставаться дома. Общался со мной вежливо и всегда обращался за помощью. Он также стал менее эмоциональным, словно не понимал когда хочет улыбнуться, смеяться, а когда злиться и плакать. Это меня пугало.

Со временем он стал чуть больше улыбаться, но оставался тихим.

Годом позже погибли родители... Они ехали к подруге матери, у которой погибла сестра. Шел дождь и на скользкой дороге они столкнулись с пьяным водителем.

Самое сложное было объяснить десятилетнему мальчику, почему родители больше никогда не вернутся. Мне нужно было перед ним сдерживать слезы и стараться утешить. Мне было слишком тяжело с ним говорить, но он сам приходил по ночам, боясь спать в одиночку.

Я был поглощен учебой и работой, стараясь обеспечить нас. Но на общение с Филом не хватало времени и он большую часть времени оставался один. Мне нужно было поскорее стабилизироваться в работе, поэтому усердно учился. Вскоре пришлось перевести его в другую школу, я боялся, что это только сильнее подавит его и он замкнется в себе.

Помимо всей тяжести, мне было не просто с ним оставаться наедине. У меня постоянно появлялись негативные мысли о смерти. Это было странно, но я думал он просто мне напоминает родителей, поэтому мне нужно было время, чтобы пережить чувства самому.

К удивлению, он с первого дня нашел новых друзей. Это было хорошо, я замечал, как он стал общительнее, больше гулял и интересовался чем-то. Теперь я меньше переживал. Благоприятно повлияло это и на мои отношения. На подработке я познакомился с Элиной, от нее всегда веяло спокойствием и теплом. Общение с ней помогало мне отдыхать от вечного напряжения. Я смог ей открыться и вскоре просто влюбился. Но, на мое удивление, она первая предложила встречаться. Все произошло быстро и сумбурно, как раз в ее характере, я даже не успел признаться.

Благодаря ей, я решил не отстраняться от собственного младшего брата и познакомил Элину с ним. Все прошло благополучно и приятно. Жизнь становилась лучше.

К сожалению, у друзей Фила случилось несчастье, я узнал это только когда заметил странное поведение Фила. Но они справлялись вместе.

Мы с Элиной вместе нашли новую работу и решили подняться по карьере, закрепившись в этой компании, поэтому времени на брата больше не стало. на каникулах он начал работать, помогая мне. Я его убеждал отдыхать, но он решительно отказывался. Я надеялся обеспечить его спокойным взрослением, пусть и не смог бы заменить родителей.

Но спуста несколько лет, Филу снова пришлось пережить потерю. Его подруга покончила с собой. Мне хотелось поддержать его, но он отсранялся и часто уходил к другому своему другу. Рад был, что в такой период у него есть своя поддержка. Я старался помочь им найти виновного, но не разбирался в этом. К сожалению, не долго длились спокойные времена.

Вскоре он потерял и второго друга, что стало новым ударом по незажившей ране. Мне было тяжело говорить с Филом, он был сломлен и отчужден от всего. Я иногда приводил домой Элину, чтобы проводить время втроем, поднимая ему настроение, но это было не просто. Он больше не рассказывал мне о своих чувствах, я ощущал вину, что не мог уделять ему внимание и помочь пережить потерю.

Я не знал, что будет правильным, но наши отношения, хоть и не были плохими, ближе мы не становились. Я сам отстранился от него, поэтому заслужил его недоверия. Теперь, когда пришла его новая подруга, я все больше понимаю, что Фил меняется. Он не просто молчит, но и обманывает, уходя от меня.

Вот бы можно было проблемы с отношениями решить также, как задачи по математике.

"Новые силы"

***

Фил

Столько времени прошло, мне снова и снова не получалось спасти людей. От нервов мог выкурить две пачки в день, но это было редко, старался не перебарщивать. Я боялся, что мое настроение может повлиять на подругу, поэтому в такие дни старался не разговаривать с ней. Вскоре мое чутье смерти усилилось и я мог гораздо раньше предчувствовать черный дым. И снова молодая девушка с колледжа по имени Алиса. Я пытался сразу начать общаться дружелюбнее. Она отгородилась он лучшей подруги и рассталась с парнем, на фоне своего импульсивного характера, она сразу же предложила мне встречаться. Я решил, что это хорошая возможность повлиять на дальнейшее и ответил положительно.

Вечером мне написала Андри и предложила завтра погулять. Я очень хотел с ней встретиться, но пока я не могу отвлекаться от своего «задания» и пришлось отменить встречу. Я написал: «Прости, Андри, завтра у меня встреча, давай в другой раз.»

– Прости, мне надо сделать все, что смогу в этот раз… – Говорил самому себе, ложась спать.

Где-то поверх домов, наблюдая за ночным городом, неестественно белого цвета глаза смотрели прямо в один дом. Сущность, не видная людям, при этом очень напоминающий человека по внешнему виду. Не способный лгать и чувствовать, он просто выполнял свою работу. Однако поступки некогда близкого коллеги, такого же ангела, как он, вызывали интерес своей нерациональностью. Если бы у него это получилось… Как много это могло поменять? Значит ли это, что «они» могут влиять на смерти людей, быть больше, чем забирающие души существа. Возможно «ангелы» могли бы спасать и от других смертей.

– К чему такое упрямство, Фил? Когда ты уже поймешь, что только сильнее призываешь людей к смерти. Что ж, я чувствую приближение большого несчастья.

В последующие дни я старался говорить и поддерживать Алису. У нее был тяжелый характер, она много жаловалась на все, ругала меня и унижала свою подругу, с которой они поругались. Она жила со своей сводной сестрой, а родители были неподалеку, поэтому им было не так страшно позволять двум несовершеннолетним девушкам жить отдельно. Однако даже так у них была гиперопека, не позволяя девушкам спокойно вздохнуть. Они были вполне обеспеченной семьей, но своим дочерям родители решили за ранее выбрать будущих мужей из не менее обеспеченных семей. В таких условиях и формировался характер девушки, которая решила протестовать против такой заботы отношениями с парнем хулиганом. Как я понял, он ее убеждал на сомнительные вещи, вроде нелегальных посещений ночных клубов.

Расстались они по инициативе парне, причину девушка не говорила, но она осознала, насколько он был недобросовестным, ведь тратил ее деньги. А ее подруга пыталась ее переубедить, но достаточно резкими словами. А после расставания их взаимоотношения не возвращались в прежнее русло.

Несмотря на все это, я не сдавался и надеялся на лучшее. Я почти перестал чувствовать от нее зов смерти и казалось мне удается выполнить задуманное.

Опасно, когда опасения угасают,

Смерть сюрпризом к себе призывает.

На следующий день ее не стало. Как… Как я мог об этом не узнать, почему не успел, почему?! Ночью я не чувствовал ничего, уснул под утро, а потом я внезапно очнулся и… Чувствовал конец. Я позвонил Алисе, трубку не брали. Только на десятой попытке мне ответила взволнованная женщина. Она рыдала и не говорила внятно. Я смог разобрать лишь:

– Ее больше нет, нет… нет!

Отключив телефон, я кинул его в стену от гнева. В эту секунду я ненавидел абсолютно все. Каждая моя попытка провальная. В этот день я остался дома. Пусть и все не было таким радужным, не мог понять по какой же причине не стало ее.

– Черт! Я снова не смог… Почему мое чутье…

– Очевидно, будучи частично человеком, твое чутье не всегда может работать как нужно. Я и сам не понимаю почему. Но теперь я вижу. Проблема в твоих нестабильных чувствах. Именно, видеть смерть тебе мешает человечность.

– Могу ли я лишиться этих чувств окончательно? – Устало я задался вопросом. Мне все больше и больше хотелось сдаться и просто пожить.

– Этого ты не сможешь сделать. У нас нет души, ты живешь только благодаря слиянию с душой мальчика, хотя никакого «ты» не должно было быть среди людей.

Причиной смерти девушки была очередная ссора с подругой, которая, по не понятной причине, начала отношения с этим парнем. Она ведь отгораживала подругу и тот по итогу бросил Алису. С подругой они так и не помирились, а что хуже, в клубе произошли еще ужасные моменты, по сведениям с больницы, ей, похоже, дали психоактивные вещества. Она напилась в клубе и, вернувшись домой, выпила большое количество таблеток, затем ее уже обнаружила мать.

Я пошел на встречу к Андри, когда утром следующего дня она попросила о встрече, перед этим покурив половину пачки сигарет, заглушая нервы. Уверен новости об Алисе уже дошли до всех в колледже. Она была достаточно запоминающейся личностью. В размышлениях, я и не заметил, как дошел до назначенного места. Андри быстро подбежала ко мне.

– Фил, ты и правда был в отношениях с Алисой? Почему не сказал мне? Ты ведь слышал новости? Она выпила много таблеток… – девушка говорила быстро, задавая многочисленные вопросы без передышки.

– Тише, Андри… Да, я последние пару дней до ее смерти встречался с ней. Да, знаю об ее смерти… Я не мог тебе об этом рассказать. – В этот момент я не знал как оправдаться. – Просто были временные отношения и вот.

– Хорошо, а знаешь что-нибудь о причине ее смерти?

– Нет, откуда я могу знать…

– Даже твой брат замечал… И я скажу. Ты стал очень много врать, постоянно. Почему? Я же знаю, что ты очень честный человек, тебе это совершенно несвойственно. Ты и сам понимаешь, что ложь ни к чему хорошему не приводит.

Не мог никак выговорить и слова в ответ. Вспоминая времена, когда я считал, что ложь была бессмысленностью, к которому люди прибегали напрасно, испытывал диссонанс. Теперь ясно почему только людям свойственна она, все завязывается на чувствах и цели человека. Как и курение, мне пришлось познать и отрицательные вещи человеческой натуры. Многие загадки людей для ангелов такие очевидные… Настолько просто, что даже тяжело.

Я вновь во время разговора ушел в себя. Часто со мной такое часто происходит в последнее время. Очень скучаю по временам, когда такие мысли меня не мучили, я был обычным мальчишкой и мои беспокойства были с менее сложными вещами, мне не приходилось так много обманывать.

– Фил, послушай… Ты очень давно уже странно себя ведешь. Каждый раз куда-то убегал. В самый первый раз я видела тебя с одним парнем с колледжа, вскоре появилась новость о том, что какой-то молодой парень покончил с собой. С начало я не связывала два этих события… Но именно в дни этой новости тебя не было. Вскоре по городу была еще новость о ком-то повесившимся, в те дни тебя тоже не было… И вот теперь ты внезапно начал отношения с девушкой, которой не стало спустя пару дней и в тот день тебя тоже не было… Пожалуйста, Фил, расскажи мне правду. Я уже схожу с ума в размышлениях о твоем состоянии…

Слушая, как проницательная Андри, с отчаянным голосом рассказывала, как я выглядел со стороны, а также напоминала о всех моих неудачных попытках спасти. Я задумывался о том, чтобы рассказать ей обо всем. Это была слишком сложная информация, у меня не было уверенности в необходимости об этом говорить.

– Андри, я… я не могу рассказать. Это не так просто, пойми меня. Все слишком сложно… Прости меня. Я тебя очень ценю, поверь, поэтому и не хочу говорить. – Я отвел глаза. Мне было тяжело отказывать в честности лучшей подруге. Прекрасно понимаю, насколько ужасным человеком являюсь, но разве может быть иначе? Ей будет лучше не знать.

Я неимоверно утомлен, тело начало тяготить, все чувства так перемешивались, что в итоге ощущалась только пустота. Каждую минуту я просто хотел убежать и просто уснуть.

– Фил. В любых отношениях важно доверие. Я тебе доверяю, поэтому, пожалуйста, ты тоже доверься мне. Не сомневайся, просто расскажи, откройся. – Убеждала меня девушка, говоря очень ценные для меня слова.

Я прикусил губу и сжал кулак. Такая искренняя и добрая девушка старается меня понять и помочь. Насколько же мне повезло за свою жизнь иметь самых прекрасных друзей, именно они помогали мне понять ценность жизни и найти свою цель. Как бы я не ценил их отношение ко мне, доказать этого не удалось и даже теперь мне приходится отвернуться от подруги.

– Прости…

Андри едва сдерживала слезы, я видел, как она вся дрожит, но продолжала смотреть на меня. Я всегда восхищался тому, что она всегда могла смотреть в глаза вне зависимости от ситуации. В отличие от меня она не убегала, а всегда действовала. Но похоже теперь я окончательно порушил нашу дружбу.

– Будет лучше, если мы закроем тему и забудем об этом.

– Кому будет лучше? Тебе? То, что ты один всегда, от всех, включая брата, отстраняешься, много обманываешь – это все хорошо? Лучше мне? То, что я беспокоюсь за тебя, а молчание только ухудшает, явно не делает ситуацию лучше. Может ты и самому себе врешь?

Ее слова заставили меня задуматься: «А насколько я прав?»

Может быть я просто хотел отгородить ее от всей темы смерти, может я сам просто боялся быть опасным, не быть «обычным человеком». Я не понимаю, что же это такое.

В человеческой жизни не только мир, но и самого себя понять так сложно.

– Не знаю, Андри. Но думаю нам пока стоит прекратить общение на время. – Наверное это худшее из возможных решений и слов, но мне нужно в одиночку все понять и решить. Даже если это ее обидит. Я готов, если это положит конец нашей дружбе.

– За все это время ты был моим единственным вздохом свободы. Наши отношения меня так радовала, что казалось ничего не испортит мое настроение и я была готова жить. Я надеялась, что смогу и тебе помочь также, как ты мне. Но похоже, я этого не заслужила. – Под конец слов голос Андри задрожал сильнее, а слезы текли по ее щекам.

Я хотел что-то ответить, но девушка убежала. В мыслях лились проклятия на самого себя. Разве мог человек, причинивший боль такой доброй девушке, быть хорошим? Мне стоит быть одиноким, больше никому не вредить.

Слышал слова, что иногда лучшее, что ты можешь сделать для человека – исчезнуть из его жизни. Возможно прямо сейчас это наилучшее решение. Погруженный в мысли какое-то время, решил вернуться домой.

Но стоило мне отвернуться, как я увидел пролетевший мимо меня белый образ, в этот же момент знакомый холод подсказал грядущую гибель. Зов был громким, смерть близка. Сердце забилось чаще от медленного осознания о чьей смерти этот зов.

– Неужели…

Невозможно, чтобы я этого раньше не заметил. Мы же были близки и она все это время была рядом, так почему не было этого ощущения? Он говорил, что мои чувства деформируют чутье, но настолько…

Сколько бы я не отказывался в это верить, зов становился сильнее, мне нельзя было ждать. Страх сковывал движения, кровь словно вливалась в мозг. Я закричал.

– Нет, нет, нет… Андри!

Мои ноги устремились в сторону, куда побежала девушка. Я не видел дороги, поэтому упал, но не замечая боль, продолжал бежать. Похоже мне действительно нельзя быть человеком, плата за эту жизнь выше моих сил. Мои близкие друзья умерли, родители погибли. Почему все близкие погибают? Потому что я выбрал жить? Теперь из-за этого я потеряю и Андри?

«Я не могу потерять и тебя. Только не ты, прошу…»

– Прошу, помоги мне добежать, помоги мне ее спасти. Я согласен вернуться и отпустить эту душу, больше не буду пытаться кого-либо спасти, только дай мне шанс спасти ее, пожалуйста!

Мои крики были услышаны, я чувствовал, как моя сущность выходит из человеческой души, отчего мне становилось гораздо легче, но пока я мог управлять телом и бежал быстро. Я был уже у дороги, в этой части нет пешеходных переходов, а машины едут достаточно быстро. Увидев свою подругу, которая вот-вот собиралась выбежать на оживленную полосу, я выбрался из тела «Фила», полностью освободившись. «Я» попал в аварию, ангел смерти от обстоятельств наконец нашел потерянную душу спустя девять лет. При этом тело успело оттолкнуть Андри от гибели.

"Переосмысление"

Она очень хотела умереть в этот момент, добровольно вышла на дорогу, но это желание ведь было импульсивным… Я уверен, что она не хотела умирать. Ради этой правды я готов принять свою судьбу. «Фил» получил свой настоящий конец. Андри получила травму головы, поскольку сильно ударилась об асфальт, но осталась жива.

Она какое-то время лежала в коме.

Я, в своем естестве, узнал, что она всегда была близка к смерти, но это отличалось от простого решения умереть. Существующая связь подтверждалась многочисленными порезами на ее руках.

Чем ближе и дороже тебе человек, тем меньше ему рассказываешь о своих тягостных проблемах, ведь так? С одной стороны, только доверенной и родной личности можно поделиться секретами и тайнами души, а с другой, хочется их уберечь от страшных тайн. Так было с Эммой, что скрыла от всех ужасные вещи своей жизни; с Дэвидом, скрывшим от нас свой диагноз, пытаясь лечиться самостоятельно; со мной, утаившим свою правду от подруги и сама Андри, делавшая с собой подобные вещи, на утро скрывая это все под рукавами.

Все же у нее было желание умереть, но я не чувствовал, поскольку не воплощала в жизнь. Всегда был шанс, что она порежется посмертно. Значит даже это моя дружба не была случайной. Все крутилось вокруг смерти с самого начала и я напрасно пытался убежать. Если бы не я, она бы не попала в такую ситуацию. Поэтому я решил сдаться окончательно.

Усталость и боль исчезли, не осталось ничего, но я не чувствую себя легче. Привыкнув ко всему, я словно просто опустел.

Спустя время, «Фила» похоронил его брат Клифф. На удивление на похороны пришли брат Эммы Билл и сестра Дэвида Эдна, еще были одногруппники, прощаясь с тем, кто на самом деле погиб задолго до того, как они все познакомились с ним.

За похоронами наблюдали двое, стоявшие на вершине дерева. Ветки и листья даже не изогнулись от их веса, доказывая их бестелесную суть. По две пары белоснежных крыльев, а кожа до неестественности белая.

Как и обычные люди, они носят одежду или может это просто то, что выглядит как одежда. Ведь «ангелы» стараются копировать образ людей. Возможно у них нет никакого истинного облика, им незачем его иметь. На самом деле они и сами не знают, что происходит с душой, когда они отправляют в «пустоту». Но может и знают, просто забыли, поскольку им незачем об этом помнить. Они не имеют душу и явно не «живут». Единственное, что им нужно делать – это забирать души людей. Ангелы могут хранить память о жизни человека, так они узнают об их жизни. Для них это удовлетворение интереса, но это никогда не мешало работе, ведь эти существа лишены чувств. Их достаточно много, но никто не способен их увидеть. Когда человек умирает, они способны ощутить творений смерти, именно этот короткий миг перед последним вздохом становится связью двух миров. Никогда прежде связь не была ближе этого до момента, когда один из существ не изменил это.

– Жалеешь о своем решении? – Спрашивал все тот же глубокий мужской голос, появившийся позади.

– Нет. Я ошибся, считая, что понял всю суть жизни. «Мы» ведь не для этого созданы… Ты был прав, мне стоило вернуться еще раньше и не делать такие иррациональные вещи.

После возвращения, я ничего не ощущал, но вот память о чувствах сохранилась и несмотря на противоречия, воспоминаний было достаточно, чтобы понимать отличия наших сущностей с людьми. Эти воспоминания будут моим наказанием за все совершенные ошибки. Я был готов попрощаться с «Филом» и это был последний день, когда я наблюдал за жизнью, готовясь снова видеть смерть. И правду я не мог рассказать потому, что наблюдателям нельзя влиять на судьбу.

– Знаешь, пусть ты и вернулся, в нашем уговоре я проиграл.

Я удивленно взглянул на своего собеседника, такие слова были ему не свойственны, тем более после того, как я признал его правоту.

– О чем это ты?

– Тебе все же удалось спасти обреченную душу. Эта девушка более не источает ауру гибели. И пусть тебе не позволено вернуться, в качестве награды за маленькую победу я предоставлю тебе шанс попрощаться с ней лично. Думаю, так мы будем квиты.

Я резко повернулся к собеседнику и подошел, не веря сказанному, но врать мы не способны, значит даже такое можно сделать? Казалось мои чувства на миг вернулись, но я понимал, что это просто привычки из прошлого.

– Как это возможно? Люди ведь… не могут нас видеть, если они не… – я внезапно замолчал, улавливая суть сказанного, но все еще не понимал всей сути.

– Сейчас эта девушка находится в состоянии, отдаленной от жизни, она способна тебя видеть какое-то время, если использовать это состояние как призыв смерти. Таким образом, это наиболее вероятный способ вашей встречи.

– Я не ожидал, что ты решишь дать мне такой шанс…

– Всего лишь признаю проигрыш, но также как гарантия, что ты больше не совершишь подобного. Ты заставил меня ждать девять лет, твое влияние унесло пару жизней преждевременно.

– Понял.

Я старался от смерти убежать,

Но она одна из истин этого мира,

И мне пора это признать.

"Принятие"

И шепчет: «Не надо спасенья,

Пока есть кому вспоминать,

Ведь смерть — это лишь отраженье,

Где жизнь продолжает дышать».

***

Андри

Быть отвергнутой близким было больно, я побежала, стараясь скрыть свои гнев и отчаяние. Мой мир разрушался с каждой секундой, дома было бы только хуже. Скапливающиеся чувства острым молотом разбивали душу. Я все более и более забывала обо всем на свете. Мне прямо сейчас хотелось остановить боль другой, но лезвия я не взяла. В моменте, сквозь слезы я увидела оживленную трассу. Машины тут ехали быстро, зная это, не осознанно мне хотелось, чтобы меня сбили. Мысли о смерти были частыми, но они, вместе со всем прочим стрессом забывались после каждой кровавой полосы на запястье. Я не помню когда и как начала подобное делать, приблизительно два года назад, когда мне было пятнадцать. После очередной ссоры с родителями я чувствовала себя на грани. Хотелось исчезнуть, чтобы больше не слышать упрёков и криков. Тогда я впервые причинила себе боль — ту, что трудно объяснить словами. Это разрушало меня изнутри. Со временем это стало моим странным способом справляться с тревогой. Я пыталась остановиться, но напряжённая атмосфера дома снова и снова возвращала меня к этому. Со временем я просто научилась прятать свои переживания глубже.

У меня за все время была только одна подруга, но более трех лет назад она переехала в другую страну, нам было тяжело связываться и поэтому общение прервалось. Мне очень хотелось с кем-то подружиться, но я была слишком тревожной и сама себя отговаривала от дружбы, поскольку боялась, что нам придется разлучиться после того, как сблизимся.

Однажды мне мать всю ночь не давала мне спать со словами, что я бесполезная дочь и разочарование семьи. На утро мне хотелось умереть, пусть и знала, что у меня не хватит сил совершить этого. Именно в этот день я встретила Фила. Что-то меня потянуло к нему, впервые от человека я не ощущала беспокойства и страха, наоборот – спокойствие. Он очевидно потерялся в новом колледже, а я за ранее запоминала карту здания. Эта встреча стала одной из важнейших событий в жизни. Впервые мне с кем-то было приятно проводить время. Мыслей о смерти стало больше, но порезы на руке успевали вылечиться, что прежде было редкостью.

Любовь к Филу пробудилась внезапно, но в первую очередь хотелось добиться его доверия и сближения со мной. Но похоже, я зря старалась. «Зачем такому парню столь проблемная подруга, которой он не может довериться? Бесполезно питать какие-то надежды. Скорее всего я только нагружаю его своей навязчивостью, я сама виновата. Филу наверняка одиноко, а я тем более не помогла. Он встречался с Алисой… Возможно с этой девушкой ему было проще, чем со мной…»

Болезненные и самокритичные мысли все больше проглатывали сознание, что я и сама не поняла, как со скоростью начала выбегать на дорогу. В последний момент я услышала знакомый голос и мое тело почувствовало что-то странное, словно полет, и сразу резкая боль в голове.

Я нахожусь в не понятном мне пространстве. Вокруг темно и нет ничего, что считалось бы «реалистичным». Я не шла, а парила внутри пустынного подобия города с нелогичными зданиями, половина из которых парили в воздухе. Все здания в миг превратились в пыль и образовали путь, оставляя темно-серое пространство.

– Андри. – Тихо услышала я позади себя знакомый голос.

Я не сразу вспомнила кто это, но моя душа очень ждала этого человека, я повернулась к голосу и увидела белоснежного парня, отдаленно похожего на человека. Пытаясь заговорить я лишь издала непонятный звук, но незнакомец понял мой беззвучный вопрос.

– Это я, Фил… В моем настоящем обличье. Я обязан тебе рассказать тебе правду. Прошу, выслушай меня.

Удивляясь тому, что этот мужчина является моим другом, я лишь тихонько кивнула, позволяя ему говорить, пока мои многочисленные вопросы не перебили его.

Он рассказал мне все с самого начала: кто такой Фил, что с ним стало в девять лет и кем является друг, которого я знала. Казалось, эта история наряду с фантастикой, ведь как иначе можно описать истории про ангелов смерти и их единственную задачу. А более того, одним из них является сам Фил. Мое удивление прорывалось сквозь молчание, так много информации. Потом он объяснил все происходившее при его человеческой жизни: потерю родителей и друзей, все его странное поведение, его попытки спасти людей от самоубийств, включая Эда с Алисой.

Было тяжело все это понять, мне потребовалось много времени для полного осознания всего. Все оказалось гораздо сложнее, чем я ожидала, но я не стала сомневаться в его словах, даже если информация была невероятной.

– Я боялся тебе рассказывать. Думал, что тебе это все будет сложно воспринять и только сделает хуже. Хотел самостоятельно разобраться с этими проблемами, вовсе не потому, что не доверяю тебе. Думал, что я понял всю суть человеческой жизни и поэтому могу предотвратить добровольный отказ людей от нее. Но понял, что это не в моих силах. Еще большей катастрофой был момент, когда ты была на грани смерти… В тот момент я понял, что не могу жить человеческой жизнью. Прости меня. Прости за все, я во всем виноват.

– Фил. Быть человеком – не значит сразу понимать смысл жизни. Многие из нас тоже не понимают всю суть, у нас есть только настоящее время, надежда на будущее и воспоминания прошлого. Никто всей истины не знает, ты сам для себя решил, что понял и на основе этого взгляда и старался. Также, как ты для себя решил, что я не смогла бы принять правду о тебе. Ты слишком перестарался в понимании людских личностей и мыслей, но ты многое сделал, не вини себя. – Наконец я заговорила, начиная не с вопросов, а именно со связанной с ним мыслью.

– Я рада, что в итоге ты мне доверился и все рассказал. И пусть ты говоришь, что ты не настоящий Фил, я так не считаю. Ведь я помню тебя человеком, я дружила и любила именно тебя. У тебя есть прекрасный старший брат, были близкие друзья, которым ты был дорог, как и мне. Ты был настоящим, Фил. – Я улыбнулась, вспоминая о приятных днях знакомства.

– Большое спасибо тебе, Андри. – Короткие слова произнесены равнодушно, но я чувствовала всю их искренность.

– Мы… еще увидимся?

– К сожалению, это наша последняя встреча. Ты жива, я бы хотел, чтобы так было и дальше. А люди не могут нас увидеть… Ах, да и время ограничено. Еще раз, спасибо тебе. Прощай, Андри.

– Нет, постой, Фил!

Я пыталась что-то сказать, но мое тело начало исчезать, а мир вокруг становился ярче, напоследок я видела его улыбку, пока полностью не исчезла.

Очнувшись, обнаружила себя в белой палате. Спустя пару мгновений, я поняла, что это больница. Мое пробуждение обнаружила медсестра и вскоре начался переполох. Пришла моя семья. Впервые я видела у матери слезы счастья, она долго извинялась передо мной и обещала измениться. Долго пришлось проверять мое здоровье, меня также проверяли у психотерапевта. Но для меня все события были мимолетными, потому что мои мысли были на другой стороне – о Филе.

После пробуждения, я думала, что весь этот разговор мне только приснился и была надежда снова его увидеть. Это было единственное, что меня беспокоило. Я спрашивала о дне аварии, спрашивала о Филе, но мои надежды рухнули, когда выяснилось, что в тот день его не стало. Каждую ночь я плакала и винила себя в случившемся. Я все еще не могла понять, был ли разговор сном, возможно я просто оправдывала себя подсознательно таким образом. Факты об аварии и смерти друзей я уже знала, кроме этого ведь нет никаких других доказательств.

Мне оставалось только размышлять про это.

После выписки я навестила могилу Фила, в горле оседал горький ком от понимания, что его больше нет. Но мне нечто неизвестное все еще не давало покоя.

– А, подруга Фила… Тебе стало лучше… – голос Клиффа донесся до меня.

Я повернулась, встретившись лицом к лицу с человеком, который потерял последнего человека из своей семьи. Под глазами у него были синяки, а глаза красными, тело было исхудавшим, что в лице отчетливо виделись скулы, а кожа побледнела. Скорее всего он очень мало спит и ест после потери. Мне было тяжело заговорить с ним.

– Клифф… Сожалею…

– Ты тоже пострадала, хорошо, что осталась жива… Похоже судьба все же победила. Он остался жив в девять лет, попав под машину, а теперь его не стало по этой же причине… А я даже не знал, что он курил.

Клифф вытащил полупустую пачку сигарет и смотрел на могилу. Он был достаточно долго на работе, по выходным был у девушки и поэтому Филу удавалось скрывать вредную привычку. Я не могла ничего добавить, чувствуя вину за его смерть. Хотела бы я ему рассказать про сон о Филе, но не стала, это звучало бы как издевательство над его чувствами.

– Я слишком мало времени ему уделял, наверняка он считал меня ужасным старшим братом.

– Это не так! Он всегда вами восхищался и считал лучшим братом, никогда не жаловался на вашу занятость… – Вспоминая с каким уважением относился Фил к брату, я не могла позволить Клиффу так думать о себе.

– Спасибо. Я рад, что у него была столь милая подруга.

Грустная улыбка показывала, что Клиффу оставалось только смириться. Он молча постоял пару минут и, попрощавшись со мной, уехал. Я еще пару минут смотрела на последнее, что оставалось от парня, который был мне близок. Каждый день я по кусочкам собирала воспоминания о нем. Сколько бы я не думала, Фил после себя оставил тайну, которую мне будет тяжело понять.

***

Клифф

Я покупал кольцо своей девушке для официального предложения. На самом деле, я ждал, когда смогу накопить сумму для покупки дома. Элина знала мои намерения, но терпеливо ждала. Казалось, что я снова пытаюсь убежать от своего младшего брата. Каждый раз, когда я пытался поговорить с Филом, его не было дома. От его подруги я узнал, что других друзей у него нет, так у кого он ночевал? Я также увидел, что его телефон немного сломан.

- Клифф, ты отвлекаешься. - Элина вернула меня в реальность, положив руку мне на плечо.

Мы были на работе, я сидел за ноутбуком, успевшим выключиться за это время. Черный экран отражал мое измученное лицо. Я переработал в последнюю неделю и был уставшим.

- Прости, я просто задумался. Мне кажется, сейчас у Фила не лучшие времена, наверное стоит повременить с женитьбой или покупкой дома, пока Фил не окончит учебу и определится с планами на будущее.

- Говорить о важных вещах на работе... Ты в своем репертуаре. - Усмехнулась Элина и нежно обняла меня за плечи.

- Не переживай, я все понимаю. Возможно у него сейчас сложный юношеский период. Его подростковый возраст прошел несладко и нужно перевести дыхание.

- Спасибо тебе за понимание, ты лучшая. - Обхватив ее руку своей, поднял к губам и поцеловал в тонкие пальцы девушки.

- У нас все будет хорошо, просто надо подготовится к изменениям. Люблю тебя.

- И я тебя.

После нашего разговора, я решил взять на завтра выходной и провести время с Филом, поговорить и узнать что с ним. Долгое время я не брал дополнительных выходных, но теперь это было необходимо. И сегодня нужно поскорее пойти домой, как хорошо, что начались каникулы.

Когда я вернулся домой в обед, его не было дома. Я позвонил ему, но он не отвечал. К счастью, я ранее взял номер Андри и звонил ей. Она тоже не отвечала. Я предположил, что они вместе, но не был уверен. У меня на душе не было покоя, он и раньше не приходил домой, но сегодня переживание было сильнее обычного. Я продолжал ему звонить, обычно он мог в ответ написать, что занят или не придет, но он ничего не писал. Только потом мне ответили, но это был чужой голос.

- Фил?

- Алло, вы звоните Филу Уилсону?

- Да, а кто говорит? Что с ним? - мне стало тяжко, ответа еще не было, но я словно знал, что мне сейчас скажут.

- Он находится в больнице, поступил после ДТП. Скажите, вы его родственник?

- Да... я, я его брат... Скажите где он, с ним все в порядке?

Дыхание учащалось с каждой секундой, истеричный возглас души едва подавлялся мной. Я снова вернулся к событию восьмилетней давности, когда маленький Фил попал под машину.

Медсестра сделала паузу, этот короткий миг был мучителен.

- Приезжайте, пожалуйста, в городскую больницу №4. Мы сейчас не можем говорить по телефону, врач все объяснит на месте. Возьмите документы.

Звонок прервался, оставляя меня в тревогах. Они не сказали ничего конкретного... Не может же быть... Я судорожно искал в доме удостоверения личности. К счастью, за эти года я научился не паниковать к экстренных случаях и не поддаваться эмоциям, как мама, не смотря на всю боль, оказывала первую помощь Филу в детстве.

Я сел в машину и быстро поехал в больницу, впервые не задумываясь о возможных нарушениях.

Вопреки всем ожиданиям, я не услышал утешительных слов. Его не стало. единственного члена моей семьи теперь больше нет.

Я долго не мог прийти в себя после потери, хотелось напиться и просто исчезнуть, но я не поддавался соблазну алкоголя и терпел боль на трезвую голову. Даже поддержки Элины не помогали от тяжелой реальности. Хотел бы я знать, что случилось. Водители говорили, что девушка выбежала на дорогу резко и парень позади ее оттолкнул, ударившись сам. Андри была в коме и не просыпалась.

- Он всегда был добрым, так и остался до конца своей жизни... - Говорил я так тихо, что меня слышала только Элина. - Смерть забрала его именно также, как и планировала восемь лет назад.

- Клифф... - У девушки не было слов. Она приобняла меня, утешая. Только благодаря ей это горе было немного легче пережить.

На похоронах я долго смотрел на могилы своих родителей - решил похоронить Фила рядом с ними.

- Лучше бы забрали меня, вместо вас... Почему это случилось с нами? Почему мои близкие? - Говорил я шепотом самому себе.

Легкий ветерок вызвал дрожь по всему телу. Стало холодно. Мысли о смерти только усиливались от переполняющей вокруг тишины. Казалось, что их души смотрят на меня со стороны.

Быть может они меня ждут?

Я нашел в кармане спортивки Фила сигареты. В нашей семье ни у кого не было вредных привычек в виде курения или алкоголя. Такая находка озадачивала и, в первую очередь, говорило о моей невнимательности по отношению к близкому человеку.

Вскоре Андри очнулась и хотя бы это радовало. Фил отдал жизнь ради нее и сейчас она может жить полноценно. После встречи с Андри, я вернулся домой и позвонил Элине. Пришлось взять еще несколько дней выходных, жаль только, что это из-за потери, а не ради времяпровождения с близкими людьми. Стоило провести больше времени с родителями, с братом...

Мне пришлось снова отложить предложение Элине. Боялся, что это нас разругает, но она не стала торопить. Я попросил дать мне время отпустить, поэтому пару дней я совершенно один лежал дома, убирался, думал. Всегда вспоминалось прошлое и неизбежно вызывало мысли о смерти.

- Судьба, ты так жестока. Почему ты забираешь столь юных людей? Почему разлучаешь счастливые семьи? Что мой брат сделал такого, чтобы так усердно его отнимать у нас?

Мне никто не ответит, эти вопросы в пустоту, даже понимая очевидное, я продолжал задавать эти вопросы. Хотел бы я в последний раз поговорить с Филом, извиниться и спросить, не обижен ли он на меня.

Я и сам хотел умереть, но на мне лежала ответственность перед Элиной. Я не мог умереть теперь. Хотя бы ей я должен уделять время и не убегать снова. Кроме нее у меня больше никого нет...

Вкус к жизни у меня потерялся, ничего не приносило удовольствия, оставалась только цель, тесно связанная с Элиной и нашей совместной жизнью. Так и проходило время.

***

Андри

Вскоре я постаралась встретиться с родственниками покойных друзей Фила и узнать об Эмме и Дэвиде побольше. Хотелось как-то сохранить память о них. Я долго не понимала, как могу это сделать. Помимо всех таких размышлений, я читала много книг об ангелах, как религиозных, так и мифических, фантастических. Искала во всех возможных источниках, чтобы найти нечто близкое к объяснению Фила из сна. Ничего похожего найти мне не удавалось, но я читала про других «проводников смерти», изучала состояние человека в коме и возможных снах. К сожалению, понятнее не становилось, ведь полного подтверждения или опровержения найти не удалось.

Однако, все эти поиски помогли мне с другим – определилась, что хочу сделать. Собрав все факты, включая сон, я решила написать книгу о Филе, его друзьях и нашей с ним дружбе. Таким образом эта история никогда не умрет.

Благодаря Клиффу, я смогла поговорить с бабушкой Дэвида, Эдной и Биллом, собирая по крупицам их образы из историй жизни. Печальная судьба сплотила этих детей. Я видела их немногочисленные фотографии, представляя, какими бы они были сейчас. С каждым днем я все больше проникалась ими, они начали являться мне во снах. Пальцы, словно живущие отдельно, набирали текст по буквам. Но мне этого не хватало, информации было совсем мало. Несколько ночей не могла спать от мыслей, что я могу сделать. Мне хотелось сохранить как можно больше памяти о них, но я ведь не знала какими они на самом деле были.

После долгих размышлений, я решила еще немного узнать о покойных Алисе и Эде. О девушке я больше всего узнала от ее подруги, а про парня от его прошлых одноклассников и друзей. Но этого все также было мало.

Хотела бы я себе способность читать людей... Чтобы можно было сохранить память о них навсегда. Все больше убеждаюсь, что мне нужно написать книгу.

Я считала это своей ответственностью. Но просто написать биографию каждого из них мне было сложно, не понимала что именно хотелось донести. Ведь для людей это просто незнакомые дети, просто мимолетные истории... Быть может, главная тема это судьба? Жизнь? Пожалуй, каждый сам решит.

Время шло, а завершенная книга так и оставалась у меня. Я решила поискать хоть какую-то возможность увидеть Фила снова. Мои сомнения длились долго. Отчаявшись, я поднялась на то самое здание, откуда спрыгнула Эмма. Ей наверняка было страшно, один только взгляд вниз вызывает ужас.

Долго стоя на самом краю, я закрыла глаза и ждала.

- Фил, ты ведь здесь?

Никого не было, никто не отвечал. Не знаю, на что я рассчитывала, но не была разочарована. У меня ведь не было намерений умирать... Мне стало холодно и это заставило поскорее уйти.

- Я снова не нашла тебя...

Вскоре Клифф женился, он долго откладывал это событие, но наконец решился. Я была на их церемонии, все было достаточно скромно, они не стали устраивать роскошную свадьбу, но близких людей позвали отдельно в ресторан. Близкие, в основном, со стороны Элины, ведь у Клиффа таковых уже не было... Точнее, была только я и пару их общих коллег.

Но больше всего меня удивило то, что прошлый дом он продал и они переехали в новый. Судя по всему, большинство вещей Фила больше нет. На месте Клиффа, я бы осталась в этом доме, чтобы не терять последнюю нить связи с родным человеком. Но каковы же его взгляды?

- С чем связано такое решение? - Спрашивала я, когда пришла в гости, поздравляя с началом полноценной семейной жизни.

- В том доме слишком много воспоминаний о моей семье, каждый уголок пропитан трагедией и болью. Раз у меня теперь своя семья, я не хочу оставаться там. Подумал начать все заново и жить дальше. Не сказать, что решение далось мне легко, в этом доме прошла большая часть моей жизни. Но иногда нужно отпускать прошлое, чтобы со спокойной душой идти в будущее.

- Он был прав, вами можно только восхищаться, - с улыбкой я снова вспомнила слова Фила о брате.

- Не стоит. Я не достоин восхищения. - Печально опровергал мои слова Клифф. - Много ошибок за моими плечами. Может быть я просто хотел уйти от удушающих воспоминаний, выбрал способ проще.

- Нет. Вы правильно сказали, что надо отпускать прошлое достойно! Не будьте такими самокритичными.

- Я ему каждый день это говорю, но увы, не слушает. - Женский голос обратил на себя внимание. Это была Элина. Она была была беременна, но пока это никак не выражалось внешне.

- Вы ему чаще напоминайте! - С улыбкой я кивнула Элине.

- Конечно, еще ребенок потом спросит, что отец такой унылый, оно мне надо? - Усмехнулась она, присаживаясь рядом с Клиффом.

Мы посидели немного и я ушла. Я рада, что у них все хорошо. Пусть Клифф и мало показывает эмоций, его жена очень хорошо его понимает. Уверена, Фил был бы рад за него.

Что насчет остальных родственников. Бабушка Дэвида стареет, теряет здоровье и ее дети забрали в другой город, чтобы заботиться и обеспечить благополучные последние годы жизни. Эдна осталась одна, но старалась жить стабильно и без возвращения в плохой образ жизни. Мы смогли с ней немного подружиться. Не смотря на свое решение, ей было сложно найти отношения. Она устроилась на работу в магазин, поскольку образования у нее так и не было. Спустя некоторое время она вышла замуж за владельца этого магазина. Ее жизнь стала лучше. На данное время она готовится уже к третьему ребенку. У нее родились двое сыновей-близнецов, третьей будет дочь. Одному из сыновей она дала имя Дэвид, в честь своего покойного младшего брата.

У Билла все было не так благоприятно. Отца не стало, поэтому он также остался один. В отличие от Эдны, он не смог уладить свои проблемы. Пить он так и не перестал, это привело к большим проблемам со здоровьем. Он работает грузчиком, но здоровье ему не позволяло долго продолжать тяжелый физический труд. Он был беден и сводил концы с концами, повторяя судьбу отца. Я постаралась ему помочь перестать пить, но ничего не получилось. К сожалению, вскоре его не стало. Когда его состояние довело до больницы, ему выписали таблетки и отпустили. Он старался немного одуматься и вылечиться, но прежние привычки не отпустили. Не подумав, он напился и выпил много таблеток, которые не должны были реагировать с алкоголем. Его организм не смог выдержать такого удара и он погиб. Как жаль, что жизнь этой семьи так и не стала лучше и ее история закончилась печально.

Все эти события, долгие размышления помогли мне понять свою позицию. Возможно, я так и не смогла отпустить друга и мои все мои тщетные поиски - просто мое отрицание смерти. Мои исследования смерти приводили только к новым и печальным историям самых разных людей. Судьбы такие различные, сами люди словно из разных миров, но ничего из этого не меняет единственный и однозначный исход - смерть. С самого рождения мы куда-то торопимся, что-то пытаемся сделать, стараемся добиться каких-то целей, плачем от неудач и радуемся успеху, заводим новые знакомства и создаем семьи. Имеет ли все это значение? Ведь в конечном итоге это ничего не изменит. Или изменит? Все потерянные люди так или иначе оставили что-то от себя, они жили. Может нам не нужно думать о смерти, а постараться жить полной жизнью. Я не знаю ответа. Каждый решит для себя, что правильнее.

Люди обречены на смерть, уверена и мое время также ограничено. Возможно, рано или поздно я встречу его снова… Но ведь для этого я должна умереть?

С каждым годом я все больше верила в свой "сон" о разговоре с Филом и обо всем, что я узнала от него. Каждый раз, когда кто-то умирал, я думала об ангелах, которые забирают души, получая возможность увидеть их последние ценные секунды жизни и взаимодействовать с людьми. Прекрасные белокрылые создания будут наблюдать за нами свыше.

Они не плохие, они не хорошие, они просто проводники. Интересно, как много они видели историй жизни. Каждая душа встретит их после кончины. Наверное, они воплощают в себе фразу "Жизнь проносится перед глазами", потому что они смотрят на эту жизнь.

Получается, человек не умирает в одиночестве, они будут рядом. Может быть они не хотят видеть смерть, но это их единственный способ существовать. Наверное, им самим одиноко, а при жизни люди их не видят. Только таким образом они могут понять, что для людей жизнь.

Среди них есть и он, ангел-человек, познавший и жизнь, и смерть.

Вопросы о жизни и смерти остаются тайной. И я не могу что-то утверждать. Могу только рассказать историю о том, как один ангел не хотел видеть смерть.

Послесловие

Это моя первая полноценная книга.

События происходили от лица трех личностей - Фила, Андри и Клиффа. Это было сделано для того, чтобы показать "кто может рассказать" о своих чувствах, реагировать на события и "помнить" других. Как и в настоящем мы не узнаем о последних мыслях погибших, так и в произведении остаются загадкой последние минуты жизни ребят.

Изначально произведение должно было быть неким сборником историй людей, которые совершили самоубийство. Всего должно было быть семь глав, которых объединяют три детали - смерть, таинственный мальчик и ангел, забирающий души этих людей. У этих историй не было никакого вывода, никаких последствий, просто судьба. Только потом планировалось раскрыть тему, чтобы люди не совершали подобного, чего и пытался добиться безымянный на тот момент главный герой.

Но это была просто задумка. Осуществление идеи случилось только спустя четыре года, после трагичного события, тесно связанное с тематикой книги. В конце концов, история увидела свет. Возможно она написана не идеально, а излагаемые мысли можно назвать сомнительными, но итог получился таким, как и планировалось.

По задумке, никакой конкретики в именах, месте и времени событий не должно было быть, чтобы показать главную идею через призму восприятия происходящего. Но без имен не получилось бы раскрыть личности. Упоминания каких-либо названий и определений, так или иначе, добавлены в виде некоторых значений в нашей реальной жизни.

Тут также есть пару нераскрытых историй, которые были упомянуты вскользь, например о мужчине, что погрузился в рутину. Эту часть я хотела бы раскрыть в другом произведении, поскольку в ней другая тема.

"Не хочу видеть смерть" - название, придуманное впоследствии, изначально, когда идея была о сборнике историй, оно называлось "Почему они умерли?", а каждая глава должна была отсылать к самым частым причинам смертей.

Теперь все названия отсылают к другим вещам.

Благодарю вас за внимание.