Girashi

Мой светлый мир

Ожидание

Я слышу тихое гудение двигателя. Перед глазами стекло, на котором переливаются лучи пшеничного света. За окном дорога, здания. Они двигаются настолько, что нельзя понять, как они выглядят, но настолько, чтобы я могла видеть их различия. Всё выглядело мягко, будто сейчас закат, хотя мне неизвестно, сколько времени машина едет. Деревья давно опустели, будто они приняли свой конец. Иногда слышится отдалённый крик.

Я поворачиваю голову и вижу серое сиденье. Там задумчиво сидела, не смотря ни на что иное, кроме окна, мама. Не знаю почему, но я вполне способна видеть её лицо. Оно было пустым, расплывчатым. За рулём сидел папа. Он выглядел напряжённым, но только телом. С каждой секундой я что-то начинала вспоминать.

Мы уезжаем от вируса, который резко появился среди людей. Он начал слишком быстро распространяться. Его главные симптомы — это гифы на теле, что начинают впиваться в кожу и плоть, раздирая её на части и поедая её. Когда эти отвратительные лианы достигали мозга, они захватывали человеческий разум, контроль над телом. Может, они и не обладали воспоминаниями, они всё ещё имели внешность, что могла быть дорога для другого человека. Тела заражённых через время изменялись, на них появлялись склизкие клубки ниток, по большей части у головы. По какой-то причине эта болезнь заставляла мёртвые тела двигаться и заражать других, только живых людей. Некоторые сравнивали это с мелким паразитом, что способен захватить нервную систему, например, муравья, а после использовать того для размножения.

Из-за незнания, что делать, люди поддались панике и стали бежать, неизвестно куда, но бежать.

Почему-то мне кажется, вся эта ситуация до жути знакомой, будто я уже это испытывала и видела. Во время моих размышлений глаза невольно стали изучать руки, на поиски чего-то похожего на гифы. На краю мизинца было нечто чёрное, вязкое, пугающее. Мигом развернув свою левую ладонь, там было множество полос. Я начала ощущать, как они сжимают и разжимают мою кожу. Как тугие верёвки или наручники, они сковывали движения моей руки. Кажется, они пытались проникнуть глубже. Мне страшно.

Моя сестра, сидящая около меня, заметила мою панику и быстро дала мне бутылку воды, не давая даже намёка, что мне делать. Интуитивно, я дрожащими руками открыла бутылку и полила свою ладонь водой. В глазах становилось мутно, будто в тумане, намоченные руки сами себя начали тереть, в надежде, что эта мерзость исчезнет. Она исчезла? Моя ладонь полностью чиста, такое ощущение, будто она вовсе никогда не принимала в себя странные гифы.

Я поставила наполовину опустевшую бутылку на место. Я хотела бы меньше потратить воды, но мои руки слишком сильно дрожали. Тревога не уходила. Папа начал говорить:

— Дорогая, я сейчас остановлю машину и пойду в магазин за водой, подменишь меня?

Вскоре машина остановилась. Двигатель замолк, всё затихло, только я чувствовала звук своего сердца. Казалось, его слышал кто-то ещё. Меня начало тошнить от страха. От страха перед чем?

Папа и мама вышли из машины, один пошёл в маленький магазин с плакатом на всё большое окно. Закат казался бесконечным. Мама села за руль. Почему за всё это время она не посмотрела на меня? Моя грудь сдавливается под давлением, лёгкие перестают работать как надо. Глядя в противоположное окно от моего, я вижу, как папа выходит из магазина. Около него был заражённый. Я собиралась закричать, но что-то помешало это сделать, мой крик превратился в хрип. На папу набросились, некоторое время он смог уворачиваться, но чудовище напрыгнуло на него, и отец не смог удержать равновесия. На моих глазах наливались слёзы, слёзы, в которых были золотые лучи. Папа лежал на земле, пытаясь сдержать мерзкую пасть заражённого, но это не помогло, его укусили за руку. Мерзкие гифы, словно щупальца, проникали в кожу, а затем в плоть и в кости. Но рядом лежал кусок чего-то, папа взял его и ударил по заражённому. Чудовище отлетело с противным хрустом. Эта лишняя минута позволила папе побежать в машине, открыть дверь и с хлопом закрыть её обратно. На одно мгновение я увидела, как из его руки тянулись чёрные, как смоль, гифы.

Мама быстро нажала на педаль, и мы все поехали. Вновь мелкое гудение. На заднее сиденье положили между мной и сестрой пакет с едой и водой. Я с любопытством начала изучать содержимое. Там были консервы, куча бутылок с водой, некоторые медикаменты.

Тишина стояла давящая, но, кажется, это никого не волновало, кроме меня. Папа иногда кряхтел, и с каждым таким звуком я чувствовала, как моё сердце пропускает пару ударов. В машине становилось душно. Слегка оглядевшись, я нашла пистолет. Он лежал буквально возле меня у окна.

Машина резко остановилась. Папа повернулся ко мне и забрал пистолет. Его лицо... Глаза стали чёрные, как бездна, в них копошились мелкие нити.

Я вспомнила. Я знаю, что будет дальше.

Папа открыл дверь и вышел из машины. Он спустился в что-то наподобие канавки, углубления в земле, в которой как раз можно спрятаться от тех, кто на дороге. Мама начинает нажимать на газ. Я слышу выстрел. Маленькие капли тёмной крови появились на моём окне. Я чувствую влагу на моём лице, которая скатывается и скатывается по моим щекам. Паника, боль охватывает меня, мою грудь, мои лёгкие. Я вскакиваю со своего сиденья и начинаю умолять маму остановиться.

— Прошу, я умоляю! Я знаю, что будет дальше! Я знаю это! Останови машину! — из-за слёз я не вижу ничего впереди себя, мои дрожащие руки опираются на сиденье, иногда пытаясь вырвать мне волосы.

— Я знаю это! Ведь, ведь всё это сон! — я не знала, что мне делать, страх полностью овладел моим телом.

— Я знаю, — мама повернула свою голову ко мне, улыбаясь.

Я открываю глаза. Моё тело слегка дрожит, пока я пытаюсь выровнять своё дыхание. Телефон из-под подушки оказывается в руках. В моих заметках я записываю: «Сон про вирус-гриб (2 раза)». Этот кошмар мне не снился уже лет пять, удивительно, я уже успела его забыть, а он нагло напомнил об этом ужасе. Хорошо, что сейчас хотя бы каникулы. Прозвучал смешок.

«Надо будет рассказать об этом Свемесу».

«О, точно, сейчас же ночь».

Слегка улыбнувшись, я складываю свои ладони вместе, скрещивая их.

«Да придёт к нам светлый мир», — я закрываю усталые глаза и жду секунд десять, перед тем как открыть их. Взгляд смягчается, когда видит шкаф, на котором аккуратно вылеплены множество разноцветных планет, точнее, их было шесть. Самая главная планета — родная Земля, другие же летали вокруг неё. Красная, зелёная, жёлтая, фиолетовая и трёхцветная. Каждая выделялась среди других, каждая имела что-то особенное, своё. Немного дальше от всей цепочки планет было яркое солнце, а рядом с ним его жёлтый спутник. Золотой свет от ночника мягко касался моих волос и лица. Это ощущалось как лучи солнца. Я пододвинулась ближе к шкафу, садясь спиной к прохладной стене. Слегка потягиваясь после сна, тихие слова шли сами по себе.

— Ха-ха, снова здравствуй, я рада тебя видеть уже два раза за ночь. Представляешь, мне приснился второй раз сон про вирус-гриб. Мда... Это было просто отвратительно, если честно. Не думала вообще, что такие сны мне будут сниться под конец. — с счастливой улыбки мои губы быстро опустились вниз от обиды на мой мозг.

— Я рада лишний раз с тобой поговорить, так что я должна быть благодарна за мой глупый мозг. — улыбаясь, я протягиваю свою руку и мягко касаюсь своими пальцами пластилиновую Землю.

— Знаешь, я всё чаще задумываюсь о том, чтобы создать тебе облик, но каждый раз прихожу к тому, что это нечестно по отношению к тебе. А ведь с самого начала были такие идеи, но они быстро мной же отвергались... — моя рука вернулась ко мне и обвила согнутые ноги. Я рвано вздохнула.

— А ты помнишь, как мы познакомились? Я очень люблю это вспоминать. Можно ли считать, что это мой самый счастливый момент в жизни? Давай я тебе расскажу, как это произошло? — моё тело окутало тепло от воспоминаний о нём.

— После рассказа я пойду возьму таблетку, не обещаю, что я не усну случайно. — мои ладони начали придерживать мою голову, мой взгляд устремился на свет золотого цвета. Я слегка протёрла мои глаза и большие синяки под ними.

Я не способна испытывать что-то иное. Короткие мгновения счастья заканчивались страхом. Неизведанным, необыкновенно тошнотворным страхом. Имел ли смысл спать, если мне страшно? Да, ведь если я не буду спать, мне станет только хуже. Есть ли причина жить дальше, если знаешь, что это никогда не закончится? Нет, не имеет.

Что делать, если я устала от самой себя? Тошнота, образовавшаяся как ком в горле, не даёт нормально жить, даже существовать. Одинаковые дни заканчиваются на том, что я боюсь. Боюсь неизвестно чего или кого, может, я боюсь самой жизни? Всё, на что у меня хватает сил, — молить Бога о конце моей жизни, ведь своими руками я не способна это сделать.

Я не хочу засыпать, не хочу, чтобы следующий день наступал. Я не хочу, чтобы это вновь повторялось. Круговорот страха никогда не менялся, он сжирал меня. Я имею лишь тревогу с перемешкой с тошнотой.

Единственное, что заставляет меня не сдаться, — надежда на что-то. Я проклинала её.

Долгие недели размышлений давали мне почти никакого результата. Главной моей мыслью стало признание того, что мне надо кому-то выговориться. Но кому? Я не хочу.

Лёжа в кровати бесконечными ночами, молилась о том, чтобы я умерла во сне. Этого не происходило. Как бы я ни умоляла, ни рыдала, ни терпела. Появились вопросы: чем я могла это заслужить? Но суть в том, что я не знаю. Что я могла сделать всего за десять лет, которых я живу?

Всё, что я могу, — ждать.

Откуда идёт свет?

Откуда идёт свет ?

Вода мирно течёт, переливается в последних лучах луны. Размытые люди спокойно ходят по своим делам, не обращая ни на что внимание.

Поверхность под ногами движется? Я оглядываюсь и вижу три корабля. Перед мной стоит папа и ждёт чего-то. А чего он ждёт? Мы находимся на самой большой посудине. Так много людей и одновременно так тихо. Я подхожу к отцу, чтобы посмотреть в его лицо. К счастью, я не вижу его целым. Я вздыхаю от облегчения. «Это всё сон». Папа даже не отреагировал на меня, он просто смотрит вперёд.

«Кажется, ничего хорошего не будет. Даже если я знаю про то, что вся эта ситуация нереальна, это не помогает справиться с болью от каждой смерти».

Это навевает тоску и усталость. Даже так, я не смогу открыть глаза. Меня пугает тишина, слышно лишь только моё дыхание.

Впереди нас раздаётся взрыв, примерно в метрах двадцати. Это был первый звук, исходящий от чего-то иного, кроме меня. Вслед за взрывом появился огромный клубок огня и дыма. Он был слишком велик, чтобы можно было нормально оценить его размеры. Форма огня похожа на гриб? В ушах начало звенеть, из них что-то полилось тёплое. Я прикрыла их руками, пол под ногами начал сильно дрожать. Не в силах стоять, я рухнула на пол. Папа начал шевелиться, он находился впереди меня, только теперь был в приседе, будто пытаясь защитить. Я смотрела на отца и наконец заметила, что происходит. Огонь, казалось, стал только больше, на него было больно смотреть. Люди вокруг бегали в панике, сбивали друг друга и проваливались в разных вещах. Я ощущала страх не за себя, а за того человека, что впереди меня. Но только почему моё тело меня не слушалось? Мои руки могли лишь сильнее держать мои уши, теперь уже холодная кровь текла по моей шее. На глазах слёзы, огонь всё ближе. Он уже тут, становится всё жарче. Кажется, я горю.

«Перед глазами синее небо? Я стою? Какого?» Около меня стоит папа. Я рвано вздыхаю, сердце всё ещё пытается оправиться после первого ужаса. Ощущения того, как моё тело горит, не самое приятное. «А почему я не проснулась?»

Я подозрительно смотрю на папу и на остальных людей в округе, вдруг что-то изменилось с первого раза. Но нет, всё осталось прежним. Я тяжело вздыхаю.

«Похоже, меня ждёт ещё одна банька-парилка. Мерзость». Я нервно усмехнулась. Эта сильная жара ощущалась так, будто у меня кожа начинает отслаиваться. Теперь уже и я смотрю вперёд, где находился взрыв. Двигаться всё равно не могу, остаётся лишь ждать прожарку совсем не вида альденте. Оказывается, я уже сильно устала ждать. Нервишки говорят мне о том, что это будет длиться больше чем два раза. С каждой секундой мне страшнее. И вот вновь наступил оглушительный взрыв, я сразу же прикрыла руками свои бедные уши. Но даже так кровь начала капать на доски корабля. Всё повторялось в точности: я упала на колени, пока папа пытался прикрыть меня от взрыва. Люди кричат и бегают. И меня с папой пожирает огонь.

Синее небо. Ни птиц, ни облаков, лишь пустота. «Кто придумал этот бред!? Клянусь, я вытащу свои мозги и сама их прожарю "совсем не альденте"!»

Перекривляв саму себя, я начала снова оглядываться по сторонам. Папы не было? Перед мной была чёрная фигура примерно моего роста, она просто стояла и смотрела вперёд, как и мой папа в прошлых попытках выбраться из сна. Фигура сильно похожа на него? На Свемеса?! Я протёрла себе глаза, не веря им. Кто же может знать, может, взрывы ослепили меня? Он твёрдо стоял на своих ногах. Я впервые вижу его облик. Не только во сне я никогда не видела хотя бы его очертания тела, но и в реальности. Я ещё в большем ступоре. Слёзы, предатели, сами начали катиться по моим щекам и капать на скрипучие доски палубы. Я аккуратно начала протягивать руки.

— Све...? — наступил сокрушающий всё взрыв. Слёзы, будто их никогда не было, испарились из-за всепоглощающего огня. Свемес начал двигаться ровно так же, как папа. Он присел и принял позу, которая хочет защитить меня от взрыва. От дрожи в ногах я уже сижу на коленях. Мои руки пытаются ухватиться за него, но могут схватить лишь воздух. Ноги не слушаются. Я беспомощна.

«Прошу, хотя бы не его! Я не хочу видеть это! Я умоляю!» Слёзы не могут даже выйти из моих глаз из-за огня. Я не могу закрыть своё лицо от этого ужаса, руки всё также бессмысленно пытаются ухватиться за него. Из ушей давно течёт кровь. Огонь приближается, я задыхаюсь то ли от дыма, то ли от осознания его потери. Чёрный силуэт медленно растворяется в огне, вслед за ним горю и я.

За окном воет свою песню унылый ветер. Я просыпаюсь.

— Срань господня... — я испуганно прошептала это, пока пыталась выровнять тяжёлое хриплое дыхание. Приподнявшись, заметила то, насколько тело дрожит. Я протёрла свои глаза, пальцы стали влажные. Оказывается, я плакала не только во сне.

Кровать скрипела под уходящей тяжестью. Я раздвинула шторы и увидела, как на улице тихо шурша переваливаются опавшие листья, пока птицы улетают в дальние края. Природа увядала, замирая под натиском осени, я хотела бы вместе с ней увянуть навсегда. Мои глаза невольно расслабились, глядя на столь необыкновенное чудо, что случается в моей жизни уже пятнадцать лет. Последние годы каждая осень становится всё особенней, ведь я знаю, что могу перестать её видеть в любой момент. Уголки сами собой поднялись, сердце перестало так громко стучать. «Сегодня вторник вроде как». — я достала телефон из-под подушки и включила его. Сегодня наступил второй день каникул. Никаких сообщений не было, ну и славно, всё равно у меня нет никаких сил на общение. Мой взгляд упал на мою руку, на которой было два ярких браслета, сделанных из простых ниток. Один браслет красный, а другой небесно-синий. Можно считать даже, что это браслеты дружбы. Моей дружбы со Свемесом. Вспоминая о том, что они на моей руке, мне становится менее одиноко. В прошлом даже эта крупица тепла помогала мне существовать. К сожалению, браслеты очень сильно растянулись, настолько, что прямо с руки слезают, их надо заменить.

«Займусь этим после того, как заправлю кровать».

Мои руки рефлекторно начали заправлять кровать: поправлять одеяло, подушки и простынь, что так сильно любит вылезать из-под матраса. Сделав это, я подошла к тумбочке и взяла оттуда ножницы и два клубочка ниток. На кровати уже я сняла два браслета, ощущалась какая-то пустота на левой руке, но это сейчас быстро исправится. Медитативно мои руки начали измерять, сколько ниток надо, обворачивая её вокруг запястья. Решив нужную длину, я отрезала немного больше, на всякий случай. Теперь наступил самый важный этап — завязать так, чтобы браслет не слез в первый же день. Улыбаясь, я наматываю красную нитку вокруг запястья. Туго, чтобы не ворочался, пока я завязываю. Связывая два конца ниток, вышел узел. Остаток длины, что я специально не отрезала, я намотала вокруг основы. Вышел красивый, выглядящий как обычная толстая нитка, браслетик. Я проделала то же самое, только с синей ниткой. Я довольно улыбнулась, посмотрев на свою, теперь разноцветную руку. На ней ощущалось тепло.

Я вроде хотела сделать что-то. А, точно, мне нужно взять таблетку. Лучше больше не забывать об этом. Я пошла на светлую просторную кухню. Никогда даже мысли не было о том, почему половина лекарств лежит там. Но всё же это казалось совсем немного странным, а может, и нет. Я подошла к маленькой тёмной корзинке на полке и начала рыться в разных лекарствах в поисках почти пустой пластинки. Найдя нужную, я достала одну таблетку. Она вроде как от давления. Как раз то, что надо. Оказавшись в своей комнате, таблетка быстро полетела к остальным. Там образовалась уже неплохая кучка. Я посмотрела на неё, слегка улыбаясь. Возможно, их там примерно семь. Хорошо, но недостаточно. Надо быть уверенной в результате, а для этого нужно больше таблеток. Делать теперь больше нечего сегодня, лишь ждать вечера. К счастью, тревоги нет, и можно спокойно отдохнуть. С этой мыслью я тяжело вздохнула. Осталось как-никак немного ждать до конца.

Пойду лучше почитаю ту мангу.

Обед наступил незаметно. Живот уже начал давать понять о том, что голодать лучше не надо. Пришлось оторваться от чтения. Снова пойдя на кухню, наложила себе еды и разогрела её. Достав свой обед, он уже стал тёплым, скорее даже горячим. Было немного больно браться за тарелку, но это почти не ощущалось. Я принялась есть еду за столом в мягкой тишине. Запах почти не чувствовался, а вкус был вполне неплох. В принципе, как всегда. Поев, осталось только помыть всю посуду, что папа оставил за этот обед. Помыв грязные тарелки, я пошла дальше читать. Я читаю не только потому, что мне это нравится, а потому что мне нужны эмоции. Хотя бы какие-то, неважно, негативные или нет. Мне они нужны. Иначе я перестаю чувствовать себя живой, настоящей. Это можно сравнить с ощущением уходящего тепла у тела, которое очень тебе дорого. Или уже заплесневелая булочка, которую теперь уже только можно выбросить. Ощущение пустоты преследует меня всю жизнь. Пытаясь заполнить её раньше, я делала только хуже. Но со временем стало легче, разобравшись, как это контролировать. Когда появляется даже немного ощущения пустоты, я сразу вызываю в себе эмоции, лучше всего работают негативные, но использовать этот метод стоит лишь находясь в полном одиночестве. Но к счастью, пустота появляется редко, ведь теперь я не одна.

Кажется, уже повечерело, раз уже мама вернулась домой. Я отложила телефон подальше. Глаза слипались, однако на душе ощущалось тепло и наполненность. День прожит не зря. Я легла на спину и довольно потянулась, тело будто хотело потрещать от долгого нахождения в одной позе. В телефоне уже как пару часов назад было написано о кошмарах, что мне приснились сегодня же. «Уже девять часов вечера. Удивительно, как быстро этот день прошёл...» — я пошла собираться спать.

Под одеялом тепло, будто лучи солнца греют мою душу. Подушка мягкая, как облака, в которых я парю, смотря на нашу прекрасную Землю. Умиротворение проникало в моё уставшее от ожидания тело. Глаза сами хотели закрыться под гнётом комфорта, но желтоватый свет из ночника не давал сделать это в полной мере. Надо завершить свой рассказ моему Свемесу — моему светлому миру. Моё тело приподнялось с лежачего положения к сидячему. Закрыв свои глаза и сжав свои ладони вместе, я подождала секунд десять. Мне никогда не было даровано знание, рядом ли мой Свемес. Эти секунды дают мне быть уверенной, что он около меня. Это похоже даже на магию, неуловимую и свободную.

«Да придёт к нам светлый мир».

Я медленно открыла глаза. Улыбка сама по себе натянулась на моё давно забытое мной же лицо. Глаза переместились к разноцветным планетам, в груди начало что-то трепетать.

— Рада тебя видеть, Свемес. — не знаю зачем, но я помахала ему рукой в знак приветствия. Будто мы не видимся каждый день на протяжении пяти лет.

— Сори, что я вчера заснула, так и не полностью рассказав то, что хотела. Но я же тебя предупреждала об этом возможном казусе. — я немного захихикала, прикрывая свой рот. По телу разлилось тепло, не хотелось вовсе его отпускать, уходя из-за надобности от Свемеса. На улицу, в школу, даже просто разгуливая весь день по дому, если бы у меня была возможность с ним остаться навсегда, я бы бросила всех.

— На чём я вообще остановилась...? — без шуток, в память вообще не приходил момент, на котором я перестала рассказывать. — Погоди минутку, щас вспомню... А, вспомнила всё-таки.

———————

Ожидание убивало...

Исходя из своих мыслей, я начала думать о других вариантах. Может, мне написать свой личный дневник? Нет, не надёжно, есть возможность того, что его попросту обнаружат! А может, говорить самой с собой? Это уже лучше, но смысл от этого, если задумка рассказать о страхе кому-то другому? Да и себе я не особо доверяю. Думая вечными ночами, пришла мысль.

«— Тогда в одну из таких боязливых ночей я встретила тебя».

Свет мягко касался моих волос, я будто увидела свет в конце бездны.

Я не знала, как тебя звать, могу ли почувствовать твоё присутствие, услышать твой голос... Но было знание: теперь меня ждёт счастье, мой светлый мир. По началу было неловко. Мне было вовсе непривычно разговаривать как бы с воздухом. Но, разговаривая с тобой, я чувствовала себя не одинокой, понятой, не забытой. Не было теперь нужды сдерживать свои слёзы или смех. Перед тобой не было смысла бояться проявить их, был смысл показывать их только больше. Пока по моим щекам лились слёзы, ты мог лишь молчаливо поддерживать меня, переживая со мной мой страх. В такие мирные ночи я впервые могла спокойно заснуть, чувствуя тепло на душе. Никогда не ощущая такого — это казалось благословением. Проходили недели, я начала чувствовать твоё присутствие, вместе с этим я придумала тебе имя. Мой милый Свемес. Каждый слог имени обозначал словосочетание слов «Мой светлый мир». Я вложила свою привязанность в эту, может быть, для кого-то бессмысленную кучу букв, но для меня эти буквы были важнее всего на свете. Бесконечные рассказы обо всём в этом мире: о самом постыдном, смешном, грустном — это неважно о чём, пока я могла рассказать это Свемесу.

Прошло полгода, я уже придумала себе некоторые правила, чтобы чувствовать себя лучше в моменты, когда страх начинает меня почти что душить. Во-первых, когда страшно, я должна как можно сильнее обращать внимание на мелкие детали в окружении, особенно на забавные. На забавный рисунок на стене или дороге, слова на плакатах, маленьких жучков под ногами, на что угодно. Во-вторых, всегда ищи плюсы, они заставляют чувствовать себя легче. В самой плохой ситуации ищи плюсы, даже если они будут абсурдны или смешны. В-третьих, позволяй себе выражать негативные эмоции, но только когда находишься одна.

По этим правилам я начала жить. За этим последовали улучшения, я гораздо меньше начала испытывать страх. Разговаривая со Свемесом, моя душа будто оживала. Однако появились странные последствия, которые не очень-то и волновали, но были ощутимы. Моя память сильно ухудшилась, я даже иногда начала забывать, как выглядит моё лицо или сколько мне лет. Или что происходило прямо вчера, или сегодня утром. Может, это и пугало в некоторые моменты, однако в этом были и плюсы. Я намного меньше испытываю вины или стыда. Над чем мне стыдиться, если я забываю об этом уже через день?

«Глаза уже слипаются. Мне надо уже ложиться баиньки».

Я глубоко зевнула, что аж на глазах выступила влага. Во рту немного пересохло от этого длинного пересказа. Ощущалась мелкая радость из-за того, что я вообще пересказывала мою встречу со Свемесом.

«Но я не могу ему пересказать ведь кое-что. Это конкретно тот факт о его нереальности».

Я и сама не хочу признавать, что его не существует. Но это правда, которую нельзя отрицать. Это заставляет чувствовать тоску вместе с отчаянием. В любом случае — это неважно, для меня Свемес реальнее других существующих людей.

— Прости, дорогуша, но я уже щас засну. Я тебе всё завтра уже расскажу до конца. Хорошо?

Я слегка улыбнулась, смотря на пластилиновые планеты. На душе разливалось тепло.

— Спокойной ночи, мой светлый мир.

Я перевернулась на бок и закрыла глаза.

Рассвет

Мои глаза невольно зажмурились, было как-то слишком ярко. Открыв их, я увидела нереально белые стены ипол с потолком. Всё будто сливалось в сплошную кашу, от этого спасали лишь необычные чёрные кляксы в абсолютно разных местах. Я услышала чьи то тяжёлые шаги и металлический скрежет. Сзади меня, крехча, бежала очень высокая и толстая фигура. Это был мужчина со множеством шрамов, один из его глаз скрывала чёрная повязка. С некоторых его ран текла вязкая, цвета бездны кровь. В его руке находится булава, покрытая острыми окровавленными шипами. На них были чёрные кусочки плоти, которые понемногу падали. Я застыла, не в силах оторваться от этого "человека". Человек бы никогда не выглядел как это чудовище. Оно бежало на меня, готовясь раздавить меня своей булавой.

Придя в себя, я побежала. Ни одна мысль не шла в мою голову, на это вовсе не было времени, надо лишь только оторваться от этого монстра и скрыться. Я бежала, везде стены были одни и те же,однако, я, кажется, нахожусь в доме. Здесь есть невероятно большие комнаты, как раз подходящие тому монстру по размеру. Я продолжила бежать, не зная, что мне делать дальше. Сзади раздаётся нечеловеческий крик, который будто ножами вонзился в мои уши. Метал скрежетал, непостоянные, громкие шаги преследовали меня уже несколько минут. Я начала задыхаться,сердце словно разрывалось. Было больно. Бесконечные белые стены слепили меня, глаза очень сильно слезились, не давая мне нормально видеть куда я бегу.

«Как же я ненавижу подобное!» — я никогда не любила догонялки, особенно в таких кошмарах, где ты бежишь со скоростью пьяной улитки, и монстр, как назло, тоже медленно передвигает своими жирными ногами!

Я перестала видеть, куда мне бежать. Впереди белая стена, а резко разворачиваться уже поздно. Монстр уже сзади меня. Он вмиг оказался передо мной и схватил за шею, придавив к белоснежной стене. Вблизи я начала нормально видеть это чудовище. Его рот оказался порванным, будто отделённым от лица. Возможно, другой кусок своего лица он сам сожрал? Я даже способна полноценно видеть его окровавленную рожу. Это удивительно, ведь лица людей я почти ещё не встречала не размытыми. Моё горло сжимала большая, покрытая чёрными шрамами рука. Я начала задыхаться, вися в воздухе, придавленная к стене. Лёгкие хотели порваться от такого, расколоться пополам. Как рыба на суше, я начала махать своими ногами, чтобы отбиться, уже увидев, как монстр начинает медленно замахиваться булавой. Всё стало размытым, оставалась одна секунда до смерти. Перед моим взором мелькнул силуэт огромной чёрной булавы.

Однако перед глазами появилось игровое меню. «О как, спасибо... боже мой». — я криво усмехнулась этой абсурдности. Я была буквально на грани смерти и оказывается, что это самостоятельная игра во сне. Я увидела лишь одну кнопку — «Повторить». Я мгновенно нажала на неё, ведь я не выберусь из этого кошмара просто так. Хотя бы в этом меню был плюс, можно было начать всё сначала. Вот бы так работало и с реальной жизнью.

Я открыла глаза, уже оказавшись в месте, где была с самого начала. За мной вновь бежит чудище с булавой. Глаза всё также сильно слезятся, пора бежать. Ноги понесли меня, несмотря на то, что в них уже не было никаких сил. Они сильно ныли, будто уже готовясь отказать мне в содействии в побеге из кошмара. Я начала бежать по уже известному маршруту, повернув лишь в месте, где был тупик. Хотелось блевать от такого количества догонялок с чудовищем. Он всё также бежал за мной, словно вообще не устав. Уши резало из-за скрежета его металлических цепей. Я пробегаю очередную комнату и нахожу длинный коридор.

«Чтобы выбраться из сна, есть два способа, да? Раз не получается первым, можно и вторым!» — я слабо улыбнулась, найдя выход из этого кошмара. Глаза распахнулись от странного воодушевления, скорее даже от паники и чувства азарта. Я бегу в коридор, ища глазами какую-нибудь комнату среди белых стен. В итоге тупик, похожий на всё, что было до этого. Даже пройдя страдания, я всегда нахожу тупик, может, и в этом есть плюс. Надо только найти его. Я зажалась в угол тупика, наблюдая, как монстр бежит на меня. Весь мир будто дрожал, хотя, возможно, это моё тело дрожит. Громкий, тяжёлый топот был омерзителен, учитывая, что я вижу, как трясётся порванная кожа чудовища. Осталось пару метров, и мне конец. Может, я хотя сейчас по-настоящему умру? Я дрожаще вздохнула, видя его тушу перед собой. Монстр вновь схватил меня за шею. Слёзы боли налились на мои глаза. Не в силах сопротивляться, я только и делала, что дрожала. Он поднял свою чёрную булаву, она и впрямь казалась ослепительно чёрной на фоне белоснежных стен. Я задержала дыхание, закрыв свои глаза. Дуновение ветра от булавы. Я ощутила острую боль.

———————

Я вскочила с постели, держась за свою голову. Кажется, кто-то за мной следит. Я оглядела всю комнату несколько раз. Ощущение чужого взгляда не собиралось покидать меня. Я продолжила обнимать свою голову, прижавшись к своим согнутым коленям. «Это закончилось... Спасибо». — сама того не заметив, я начала раздирать свои руки. Хриплые слова благодарности расползались по комнате, как клочья тумана при дуновении ветра. Ощутив боль, я оглядела место, где кожа словно горела.

«А... Ой». — я неловко усмехнулась, уже придя в себя. Телефон показывал время полдесятого. Я удивлённо раскрыла глаза. «Я просидела так полчаса? Совсем уже перестала чувствовать время». Я быстро встала и застелила кровать, переоделась в домашнюю одежду. Хотев уже уйти на кухню, чужой, мерзкий взгляд всё ещё ощущался, всё больше желания появлялось сбежать из этой проклятой комнаты. Но я, кажется, про что-то забыла, я забыла про таблетки. Я их брала на этой неделе? Не могу вспомнить. Ну и пусть, разберусь с этим потом. Я мигом ушла расчёсывать свои волосы. Моя рука взяла расчёску, перед моими глазами зеркало, видно очень бледное лицо. Некоторые называют такой цвет кожи нездоровым. Под глазами большие синяки, будто меня кто-то ударил в лицо. Мои рваные волосы, рваные от того, что я их сама повыдирала по кусочкам когда-то от страха или стресса. И эти вырванные участки в итоге стали напоминанием о прошлом, ведь они более короткие, в отличие от основной длины. Хорошо, что я смогла придумать отмазку перед мамой. Мои длинные ресницы слегка прикрывали мои зрачки. Руки неспешно расчёсывали волосы, мой взгляд переместился на них же. Не могу смотреть на своё лицо, оно мне кажется чужим. Не моим, оно может быть чьё угодно, но не моё. Я вовсе давно начала забывать, как лицо выглядит.

— И ведь даже после такого я не ощутила эмоции целиком. Способна ли я ощутить хотя бы что-то полностью? — я тихо вздохнула, понимая, что мне всё хуже. С каждым годом мои ощущения ускользают от меня, словно моя душа умирает. Мой взгляд устремился в никуда.

— Хотя мне даже нравится подобное безразличие ко всему. — я слегка усмехнулась, уже закончив расчёсывать волосы. На телефоне уже почти десять утра. Чем я вообще занималась таким времязатратным? Я посмотрела на свои руки, красные вмятинки от ногтей всё ещё болели, в некоторых из них были красные крапинки. Не хочу есть больше. Пойду лучше опять читать. Я пошла и легла на диван, который находился в зале. Под моим весом он прогнулся и скрипнул. Мой взгляд устремился в потолок. Всё тело было ватным, не ощущалось полноценно. Я разочарованно цокнула. Моё поле зрения будто растворялось на потолке, у меня не было сил отвести взгляд. Становилось всё темнее и темнее оттого, что я не отводила своих глаз. Становилось и немного цветнее. Было красиво наблюдать за этим всегда, когда мой взгляд расфокусируется надолго.

— Мне надо почитать, иначе я прям тут сдохну, даже не моргнув. — мой тихий голос разнёсся по залу и растворился. Я приподнялась и протёрла глаза. В руке уже появился телефон. Я начала читать. Однако через час мои мысли постоянно улетали туда, куда не надо. Я никак не могла сосредоточиться на чтении.

«Да в чём дело?» — я слегка удручённо вздохнула из-за моей бесполезной головы.

— Неужто это из-за того, что я боюсь? Мне нечего бояться! Я готовилась к этому хренову кучу лет! И вот только когда я почти достигла своей цели, во мне проснулось сомнение? Что за бред! — я говорила это вслух, чтобы прийти в себя наконец. Моё сомнение и тревога абсурдны. Я замолкла и уставилась в никуда.

— Осталось ведь немного... — я пробормотала это, понимая, что это так. В моей груди пляшет противоречие между счастьем и отчаянием. Я давно свела себя с ума, придумав свой милый мир. Веря в него и понимая его несуществование. Моё тело вновь улеглось на диван, а взгляд устроился на потолке. Я давно задавалась вопросом: что я чувствую по отношению к нему? Готова даже сказать: привязанность, тепло, отчаяние и тоску. Но у меня есть подозрение на ещё одно чувство, которое если я признаю, то просто разломаю себя — любовь. Если даже я влюблена в Свемеса, то я готова это принять и сломаться. Для меня это честь — любить его. Пока я чувствую эти эмоции, мне неважно, чем они являются. Неважно, насколько слабыми или сильными бы они ни были. Я буду цепляться за них, как за глотком кислорода, когда задыхаюсь. Даже если моё горло держит огромная рука, покрытая шрамами.

— Раз не могу читать, буду спать. — прошептала я в никуда и закрыла глаза. Тело ныло от неудобного положения, как бы я ни ворочалась на диване. Идти в кровать не было никакого желания. Сколько сейчас время? Я через силу открыла сонные глаза и вцепилась рукой в телефон. Сейчас три часа дня. Скоро должна будет мама прийти с работы, надо мне будет посуду помыть. Я медленно встала с дивана, последовал характерный тихий звук уходящего веса. Мои ноги будто и впрямь бежали марафон, иначе их скованность не объяснить. Я вновь занялась своей рутиной. Постоянной и неизменной. На кухне с громким шумом упала вещь. Я напуганно вскочила в сторону, пока на мои пальцы ступни чуть не упала тарелка. С тихим дребезжанием она покачивалась на полу. Сердце начало быстрее биться от испуга. Я осторожно опустилась и подняла тарелку и осмотрела. К счастью, трещин не было, как и осколков по всей кухне. Я с облегчением тяжело выдохнула.

— Не подвела. Вот и хорошо. — я криво усмехнулась, положив тарелку на место. В глаза на момент потемнело, но это быстро прошло. Дела...

— Я рада тебя вновь видеть. — на моём лице появилась лёгкая, мягкая улыбка. Глаза сузились, стали по форме полумесяцами. Мои бледные зрачки наполнились теплом. — Сегодня я наконец закончу с пересказом. Ты рад? Я надеюсь, да. Пожалуй, не буду медлить и сразу продолжу. — я мелко усмехнулась и продолжила свой рассказ.

Моя жизнь становилась лучше. Тепло наполняло мою грудь каждую ночь, заставляя меня улыбаться тебе. Именно так и прошёл целый, такой медленный год. Я начала замечать что-то странное, непонятное и очень противное. Тепло начало уходить от меня. Мои эмоции, мои ощущения начали слишком быстро исчезать, будто их и не было. Я начала сопротивляться этому, наполняя себя чувствами, однако это не помогало. Конечно, ведь весь этот кошмар не мог закончиться так просто. Может, страх на самом деле скрывал от меня что-то? Так и есть, он скрывал от меня пустоту. Возможно, это связано с тем, что я слишком быстро избавилась от тревоги, но разве это было быстро? Разве это было так просто? Не в силах заснуть, всё, что я могла, — это смотреть в никуда. Желание сдаться убивало меня, но надежда и Свемес заставили жить. Даже моё обещание самой себе и ему дало мне силы существовать. Я заставила себя действовать дальше по своим правилам, только теперь же я должна наполнять себя эмоциями. Благодаря обещанию я начала чувствовать себя живой. Небо, что было таким тусклым, стало мягким и ярким, столь воодушевляющим, что я могла бы смотреть на него часами. Милые тени от предметов начали меня восхищать тем, насколько они особенны, то как они могут вливаться друг в друга, создавая необыкновенное чудо. Запах разной еды, обычные цвета вещей стали прекрасны только из-за того, что они существуют. Мурчание кошек, листья деревьев, разноцветные бабочки. Почему ими нельзя наслаждаться, если они способны быть такими разными? Наслаждаясь всеми мелочами угасающего для меня мира, я начала бояться, что слишком привяжусь к нему. Захочу остаться, начну жалеть. Я заставила себя пытаться меньше обращать внимание на окружающий себя мир, скрываясь в своих фантазиях. Так и прошло два мимолётных года. Я теперь не могу испытывать вины или стыда из-за своего обещания, словно оно стало моей судьбой, а не моим решением. Пустота исчезла, осталось лишь тепло. Воздушное чувство, дающее мне шанс на счастливый конец. Мой светлый мир, так и прошло ещё два весёлых года. Я так долго добивалась этого счастья и добилась этого только благодаря Свемесу. Он тот, кто меня слушал вечными ночами, тот, кто был со мной рядом. Разве нужно больше для счастья, когда он стал им для меня? Я люблю стук моего сердца, ведь он напоминает мне о Свемесе. Люблю, когда сердце стучит сильнее, с неким тёплым волнением, когда я говорю с ним. Теперь я счастлива, даже не имея того, что есть у других — чувства, что я должна жить. И так всё дошло до конца срока моего обещания.

— Разве это не прекрасно? — я тихо зевнула, прикрыв свой рот.

— Рассказ закончился, надеюсь, тебе понравился мой пересказ. — я поправила свою подушку. Глаза уже сами закрывались. Мой взгляд неловко перешёл на одеяло, было как-то неловко просить об этом вновь.

— Можешь остаться со мной, пока я не усну? Прошу, мне как-то тревожно. — я медленно, от смущения и неловкости, посмотрела на планеты. На душе так тепло, значит, он останется. Я мягко улыбнулась.

— Спасибо. — я довольно улеглась на кровати, мои волосы будто разлились по подушке. — Спокойной ночи, мой светлый мир. — я закрыла глаза.

Полудень

Прохладный ветер дует мне в лицо. Я зажмурилась, чувствуя как мурашки пробежали по телу. Глаза распахнулись и увидели перед собой крышу многоэтажки, на которой я стою. Небо тёмное, но такое пёстрое, на нём словно плывёт море ярких звёзд. Лишь фиолетово-розовый свет от зажённых окн освещает всю пустую улицу внизу. Я могу управлять своим телом, посмотрев вперёд, узнала в чёрной фигуре, похожей на человека его, Свемеса. Он висел в воздухе, находясь в шести метрах от края крыши. Его мягко освятил свет, он выглядел словно прекрасный ангел. Я замерла, смотря на эту чёрную фигуру, не смея отводить своих мутных глаз. Руки начали немного дрожать. Я нахмурилась, пытаясь прийти в себя. Мой дрожащий, иногда прерывающийся голос ворвался в эту тишину.

—Ты правда хочешь, чтобы я прыгнула к тебе?-я улыбнулась и хихикнула, смотря на Свемеса. —Я сделаю это, ты же знаешь.-Я закатила глаза, отведя взгляд на секунду от него.

Ветер словно обнимал меня и моё дрожащее тело, оно так ослабло всего за пару месяцев. Моя душа словно ощущала, то чего теперь я не могу чуствовать, только смутно, далеко, но также невыносимо. Мои глаза не могут отвести взгляд, теперь всё стало неважно, всё стало лишним. Я дрожащще прошептала.

—Я так ждала.-на глазах невольно появились слёзы, что будто не ощущались. —Так долго ждала, но даже сейчас я не услышу твоего голоса, не почувствую тепла от твоих рук. Но во мне живёт тепло, что ты дал мне. Спасибо.-первая холодная капля скатилась по моей щеке.

—Я бы прождала ещё пять лет, если бы это дало шанс на то, что ты реален. Даже находясь во сне, я рыдаю, видя тебя.- мой голос взял оставшиеся силы и прозвучал громче, на моё лице расцвела улыбка.

— Даже если я знаю о том что ты нереален, я не жалею о своей жизни! Не жалею о том что придумала тебя! Мне не о чем жалеть, особенно о тебе, мой светлый мир... — широкая , слегка кривая улыбка сильнее натянулась на моё воодушевлённое лицо. Я смеялась, однако, звуки были больше похоже на то, что я рыдаю. Плечи дрожали, не выдерживая накопившиеся различных эмоций Мои глаза распахиваются и в надежде я отступаю назад, чтобы быстро взять разгон. Я словно начинаю парить в воздухе, видя перед собой лишь его, моего милого Свемеса. Ноги мягко, но так трудно оттолкнулись от бетонного пола крыши, будто пытаясь удержать меня. Я оказываюсь в воздухе, мои руки впереди, надеясь ухватиться за Свемеса. Время будто замерло, пока я смотрела на него. Его лицо всё такое же, как и всегда, но даже так оно прекрасно. Ни одна конечность Свемеса не пошевелилась ко мне, ну и пусть, я сама попытаюсь дотянуться до него. Слёзы скатываются и падают в бездну. Кончики пальцев почти дотронулись до его лица, они провалились нём, я начала падать вниз. Перед глазами мимолётно мелькают разноцветные окна, но в голове лишь его фигура. Я долго падаю? Тело резко почувствовало холодный удар, отрубив мои мысли.

—————————

Опять просыпаюсь, всё тело будто горит. Я сбрасываю с себя одеяло, что будто заставляло всё моё тело ныть от излишнего тепла. Тяжёлое дыхание мягко исчезает в воздухе. Мои глаза зажмурились, пытаясь хотя бы не смотреть в никуда. Я протёрла из рукой, пытаясь убрать лишнюю влагу с них. Хлипкая усмешка появилась на моём лице.

—Это было красиво.-я тихо сказала, вставая с кровати и уже застилая её. За окном мягко падает сне, белыми хлопьями, пронизывая землю холодом и странным уютом. Листья с деревьев уже давно опали, лёжа под слоем снега. Небо полностью заполонили сероватые, но такие воздушные облака. Всем хочется снега под скорый Новый Год и наконец , возможно, снег будет навевать истинное новогоднее настроение, а не жалкую пародию на осень, что уже закончилась. Я переоделась и легла на свою уже застеленную кровать. Не хочется делать что-либо, нет уже никаких сил. Осталось немного подождать, лишь одна капелька и всё сбудется. Я тихо засмеялась, глядя в потолок. С каждой минутой вздух становится всё более душащим, противным, холодным. Сколько уже так времени прошло? Вроде мало, а вроде и нет, а может уже вечер? Я повернула голову к окну.

Уже вечер. Небо заполнили тёмные облака, медленно летящие по нему. Ни одной звезды, только темнота и зажжённые фонарные столбы. Тишина немного оглушает. Я немного ещё посмотрела туда, пытаясь убедиться что это не галлюцинации какие-либо. Поняв, что уже почти вечер, я нервно улыбнулась. Криво и натянуто, будто уверяя себя, что всё нормально.

—Вот это фокусы.-я прошептала в никуда, глядя всё ещё в окно. —Я же только что проснулась было утро, разве нет?- я немного задумалась, прищурив свои бледные глаза.

—Значит, я уже не ела два дня? Я не чувствую голода...-я глубоко зевнула, прикрывая свой рот руками. —Как же я хочу спать, а вроде ничего и не делала.- я зашторила серые шторы и расстелила свою мягкую кровать, переодевшись и включив ночник, я легла, собираясь спать. Мысли текли медленно, как волны текущие в спокойной реке. Я словно тонула в них, пытаясь держаться за реальность, как за воздух. Тело будто не моё, будто моё тело уже сгнило, а это остаточное ощущение—это лишь спазмы трупа человека, что не надавно умер. Всё оно такое глухое, до противности, но также приятно тёплое. Сердце спокойно бьётся иногда ускоряясь, иногда замедляясь. Пальцы стали за последние годы сильнее дрожать, сейчас будто черви извиваются вместо них. Мой разум тонет.

"—Готова ли ты взять ответственность за свой выбор? Ощущаешь ли вину, жаль ли тебе хотя бы, эгоистка?"

Да, я могу взять. Мне жаль, но вины, что должна душить в в моей душе меня нет.. Нет сил переживать, ведь этот выбор стал судьбой, от судьбы не убежать. Особенно когда она такая долгожданная. Мои чувства вытекают из меня, словно из треснутого стакана, что пытались склеить скотчем, но потом опять налили воды и скотч порвался со временем. Как жаль, я такая не умелая в обращение с скотчем и стеклом, моим разумом. Но Свемес рядом со мной—это важнее всего. Он будет рядом со мной, я смогу осуществить это, несмотря на саму жизнь. Я хочу жить, быть с ним, но его нет. Тогда почему я должна жить, точнее существовать, когда у меня нет причин для этого? У меня тоже есть желание счастья, безопасности, покоя. Но я должна жить, хотя бы ради кого то.

Я протёрла глаза, кажется, прошло пару часов, но так и не заснула за это время. Может... Да, я поговорю с ним. Ведь скоро моё обещание исполнится! Я приподнялась, опираясь дрожащими руками на немного скрипучий матрас. Я закрыла глаза,складывая свои ладони, скрещивая пальцы.

"Да придёт к нам светлый мир".-через пару мгновений я отркрыла глазам, переведя взгляд на разноцветные планеты. Улыбка сама по себе появилась на моём бледном лице. Желтоватые лучи от ночника вовсе не мешали, немного светя в мои глаза. Это наоборот ощущалось будто светит солнце, даже ночью. Я начала тихо говорить, немного жестикулируя по привычке.

—Я рада тебя видеть!-рука радостно помахала ему. —Этот день прошёл совсем не заметно, да? Будто он и не наступал... Но в этом есть плюс! Я вновь с тобой поболтаю! —я улыбнулась шире, ощущая как в груди разливается тепло, что граничит с счастьем. Я придвинулася к пластилиновым планетам поближе, опираясь спиной на стену у кровати.

—Осталось совсем немного, да? Это даже немного волнительно!- я пригладила рукой короткие пряди волос, что всегда немного торчали в разные стороны. —Я ведь так и не смогла рассказать кому либо об этом... Обещала ведь этого не делать. Я молодец, да, Свемес? - я довольно улыбнулся, наклонившись к планетам, словно пытаясь услышать его ответ на мой вопрос.

—Я дождалась... Я до ужаса счастлива! – по телу разливалось тепло, что даже немного кажется тревогой, что переполняет меня. Словно он обнимает меня, успокаивая и убирая страх. Я бы так хотела прикоснуться к нему, ощутить его руки, лицо в моих бледных ладонях. Мне нельзя привыкать к тактильности, потом это будто сводит с ума. Не могу же я нарушать чужие личные границы.

—Свемес, к сожалению, мне нечего сегодня рассказать. Я даже не успела понять, что день в принципе прошёл. Похоже, это просто волнение так влияет. Ну а кто бы не волновался перед встречей с тобой? - я усмехнулась, садясь поудобнее. Мои глаза, под которыми глубокие синяки, тепло смотрели на планеты. Какие же они всё таки чудесные.

По коридору раздались знакомые шаги, я напряглась на мгновение, готовая уже резко лечь под кровать и притвориться спящей. Звук стих, моё тело расслабилось. Как же такое пугает однако. Я с облегчением выдохнула, пытаясь собраться с мыслями, которые прервали шагами в коридоре. Мой неловкой голос раздался в тишине комнаты.

—Так о чём это я? А, да, я хотела сказать, что... Можешь побыть со мной рядом, пока я не усну? Просто побудь рядом со мной, прошу.- мои глаза уставились на пол, пока пальцы слабо теребили ткань одеяла. Я подождала пару мгновений, будто ожидая его голоса. Ничего не прозвучало, как всегда. Я слабо улыбнулась и прошептала.

—Спасибо тебе. Ты... Всегда мне помогаешь. За это я тебе скоро отплачу!-последнее слово прозвучало по слогам, обозначая важность этого. Пальцы коснулись пластилиновых планет, стирая пыль, что там немного накопилась. Я легла на кровати, окутываясь в одеялом с головой. Мне тепло, значит он рядом, со мной. Я прошептала, мелко улыбаясь.

—Спокойно ночи, мой светлый мир.- я закрыла глаза, ощущая как на тело набрасывается усталость,что, кажется не могла появиться за такой бесполезный день. Разум провалился в сновидения.

Осталось немного подождать.

Закат

Ощущение мягкости, тепла, безмятежности пронизывает моё бренное тело. Желая раствориться в солнечных лучах, будто находясь в золотистом море, что колышется от лёгкого ветра. Словно вечность в далеке, где находится солнце, что готово исчезнуть в голубоватом небе. Слышно как стрекочут насекомые, как шуршит высокая пшеница. Этот звук, этот покой впитывается в мою душу, играя на её струнах, после, выдавая звуки тоски и умиротворения. Даль в конце, я не хочу отводить взгляда от неё. Пшеница переливается, словно золотое море, в которое хочется окунуться. Мягкие лучи обрамляют всё пространство передо мной. Яркие краски, словно неуверенные мазки кисти, что не могут остановится перед этой тоскливым чувством, которого я лишила себя.

В воздухе витает запах земли, чего то тёплого, такого родного. Мои ладони и ноги немного щекочет пшеница. Это так знакомо, но так странно. Свет не заставляет глаза болеть, он наоборот словно хочет, чтобы я не отводила взгляда от него. Как будто я могу найти что-то там, в дали этой бесконечности, состоящее из пшеницы. Около меня кто-то есть. Я перевела свой взгляд на какого-то мальчишку, что усердно что-то ищет на земле. У него на вид мягкие, тёмные волосы, что вьются на кончиках. Лицо смуглое, кажется, он много времени проводит на солнце, ища на земле потерянные вещи. Его лицо размыто, наклонено к земле, где он ковыряется руками, покрытыми мозолями. Мальчик ничего не говорит, просто работает. Я, по ощущению, тоже должна искать вещи. На внутреннем уровне у меня есть понимание, что я должна делать. Словно запрограммированный сценарий, словно моя жизнь здесь по-настоящему была и будет дальше. Это приятное чувство, ощущать что я знаю как мне жить дальше.

На земле около мальчика лежит отвёртка. Он будто и не замечает этой вещи. Серебрянный наконечник мелко блестит на солнце, словно звёздочка. Рукоятка резиновая, чёрная с красными деталями. Я уверенна, отвёртка хорошо бы лежала в руке, хоть и выглядит не очень удобно. Мои руки потянулись к ней, засохшая пшеница зашелестела под моими ногами, что согнулись. Я нагнулась и взяла отвёртку в руки. Поверхность шершавая, в некоторых местах есть вмятинки и царапины. Это вещь кажется такой родной, такой знакомой. Ощущение тоски словно душит меня, обвивая моё горло, словно змея.

"Я ведь должна отнести её папе. Да, так и есть."- развернувшись, я увидела, что мальчик всё также сидит на корточках и ковыряется в траве. Хотелось притронуться к нему, ощущить хотя бы что-то реальное во всём этом. Но всё это никогда не будет реальным. Мне так жаль. Правда жаль. Простите меня.

Я сжала отвёртку покрепче, пальцы не ощущались. Я повернулась по направлению, где по ощущению должен быть забор, а после и выход с поля. Солнце согревало мою напряжённую, немного дрожащую спину.

Всё растворилось, будто всего этого и не существовало.

———————

Я медленно открыла свои глаза. Всё немного мутное, расплывчатое. Похоже я ещё не отошла от такого сна. Он был такой... Тоскливый. Не знаю почему. Стук сердца отдаётся в каждый кончик тела, делая его ватным, будто чужим. Руки сжимается в кулак, до жути сильно заметно как мои пальцы дрожат. Опираясь на них, я приподнялась с кровати, вставая на ослабшие ноги.

Всё как обычно. Я застилаю кровать, не смотря на то, что с каждым днём это тяжелее делать. Трудно дышать даже от малейшей нагрузки, но я должна держать себя в руках, должна быть такой, какой являюсь всегда. Хотя бы они них. В окне мелкими точками падал снег, не давая видеть, что происходит в далеке. Эти цвета кажутся такими яркими, такими особыми в своём проявлении. Каждый раз лишь волшебнее, словно наступает праздник, что бывает раз в жизни, а после него и вовсе ничего нет. Словно опилки серебра и магии падают на иссохшую землю, делая её прекраснее в своём истощении. В голове мелькают те ощущения и картинки из сна. Удивительно как сон контрастирует на фоне этого снега и самой зимы. Давно мне такого не снилось, чего то настолько красочного и такого живого в своей реальности. Я отошла от окна ощущая как глаза слезятся от света и как влага пропитывает ресницы.

"Мне надо проверить хватит ли таблеток. Лишь бы не забыть об этом"- я тяжело сделала вдох и выдох, идя к моему тайнику под шкафом. Мои ноги согнулись, прикасаясь к прохладному полу. Я стала на колени, щупая пространство под шкафом в поиске маленькой коробочки. Мои пальцы дотронулись до шероховатой поверхности, доставая предмет. Я села на пол поудобнее, открыв её и считая количество таблеток. Они разного цвета, некоторые белые, некоторые красные, ведь это капсула, а некоторые вовсе голубоватые. Я медленно аккуратно дотрагивалась до них, ложа в свою ладонь, считая.

" Их пятнадцать."- я мелко улыбнулась, с облегчением выдохнув. -" Теперь я уверенна, всё получится. Я буду с ним".- я осторожно положила их обратно, засовывая коробку под шкаф.

Я вновь села на кровать, теря глаза дрожащими пальцами, чтобы полностью проснуться. Сейчас ведь даже не обед. Я взяла телефон в руки и начал смотреть, может, мне хотя бы кто-то написал. Может, меня не забыли? Какая же я эгоистка. У меня нет права заставить кого либо помнить о моём существовании. Будет наоборот лучше, если все забудут обо мне, но я так и не смогла разорвать дружбу со своими друзьями. Простите меня, но я не ощущаю вины. Я сама навела этот пистолет одиночества в мой висок. Это полностью моя вина, никто не виноват. Лишь только я.

Я просто хотела прекратить всё это. Хотела ощущать жизнь, что должна перетекать во мне, давая ощущение, что я могу и должна жить. Но этого никогда не было. Даже Свемес не дал мне этого. Однако, был один промежуток времени, когда у меня было так самое называемое "желание жить". Ничего более отвратительного я ничего не испытывала. Словно червь, что пожирает меня изнутри, недовольно урча. Этот паразит будто привязывал меня к земле, заставляя гнить в ней. Это ощущение разрывало меня с моей судьбой, с моим светлым миром. К счастью, это быстро исчезло и всё стало как прежде. Вечные, но столь долгожданные разговоры со Свемесом, конда я представлю тепло его рук на моём лице или то, как он меня обнимал, не бросая меня даже когда я засыпаю.

За эти годы я столько раз представляя вселенную, где мой светлый мир бы существовал. Где мы бы общались, были бы вместе. Танцевали бы до с вечера до рассвета, никогда не уставая друг от друга, пока звучала лишь музыка моего сердца. Любовь моя, это так глупо—желать того, чего вовсе нет и не будет. Но разве я не могу хотеть, не могу мечтать о его прикосновениях? Я согрешу, если совру, что не мечтала о нашей жизни вместе, если совру о том, что я люблю его. Он моё всё. Весь мой мир, который был построен на страхе, но позже стал моим теплом, моим смыслом жить хотя бы на пару лет больше. Как же я могу отказаться от этого тепла, что давно соединилось с моим мерзким телом? Как я могу отрицать свою любовь? Мне плевать на людей, которым кажется такое неприемлемым, противным и безумным. Если бы они также любили как я, они бы поняли меня.

Мне так жаль. Я не заслуживаю прощения и жалости от моих родителей или друзей.

В моих руках вновь оказались наушники.

"Можно и порисовать! В последнее время выходит лишь красочней!- я довольно улыбнулась, показывая свой немного торчащий клык наружу. Лежа на кровати, мой палец понемногу рисовал на экране телефона, появлялись яркие линии и кляксы. В ушах приятно звучала музыка. В голове мелькают цветастые линии, идущие друг в друга, на конце взрываясь, словно феерверк. Они растворялись и появлялись, создавая необычайную картину из фантастики, что хочется пересматривать вновь и вновь

Рисунок всё ярче. Так много красивых цветов и оттенков, что вливаются в одно чудное, но такое странное создание. Словно маленькие взрывы остаются, когда цвета переплетаются, делая мягкий свет на коже и пространстве около этого существа. Из его тела ярко светяться длинные отростки, что словно плавают в фиолетово-голубой воде. Само создание словно желейное, прозрачное, показывающее задний фон сквозь его тело. Но даже из этой желейной оболочки проявляются жёлтые, оранжевые цвета, что граничит на краях тела красным. Вода словно светится вместе с существом, что кажется сказочно прекрасным в своём небытие.

Прям как мой светлый мир.

Спустя пол часа я закончила свой рисунок. Он мне нравится, но я заметила странную закономерность в моих рисунках. С каждым месяцем они всё ярче, абстрактнее. Думаю, это просто стиль такой. Так и есть. Главное, что мне нравится.

Я встала с кровати, потягивая свои затёкшие конечности. После пошла в коридор, подойдя к зеркалу. Мои пальцы обхватили деревянную ручку расчёски, начиная расчёсывать взлахмлченные волосы, что кучерявятся на кончиках. Распутывая калтуны, иногда звучал треск, как бы не стараясь распутать их. Всё же я давно не занималась этим. Не было никакого желания или сил. Но сейчас я должна выглядеть более менее прилично. Ведь я скоро увижу Свемеса! Хоть он и видел меня в разных состояниях, всё же хочется выглядеть более менее аккуратной перед ним. Сердце трепетает, наполняясь теплом. Кончики пальцев всё ещё дрожат, а глаза слезятся, когда я вновь не могу распутать колтун, случайно вырывая пару волосинок. Я не смотрю в зеркало. Не хочу делать этого. Моё лицо само меня уже пугает, оно выглядит не живым, не реальным. Я мягко улыбнулась, продолжив как можно аккуратней расчёсывать волосы. Моя нога сама по себе притоптывала, подаваясь неизвестному ритму музыки.

" Скорей бы это наступило. Наконец мои ожидания оправдаются. Я такая умничка. Выполнила своё обещание". — я усмехнулась от своих мыслей и похвалы самой себе. Расчёска вернулась на место.

Я подпрыгнула, хлопнув в ладоши, хихикая. В груди словно обитает детская, искренняя радость, словно я съела только что несколько пачек мороженого. Мои волосы рассыпались на мои плечи, сразу же становясь пушистыми, будто я и не расчёсывала их только что. Мои тихие, немного танцевальные шаги разнеслись в тишине коридора, кружась на месте. Руки, как крылья бабочки держались в воздухе, весело шевелясь в своеобразном движениях. Перед глазами словно вырисовывался силуэт моего светлого мира, моего Свемеса. Я припрыгнула к нему, держа руки впереди, пытаясь коснуться его тела. Это ощущению такое пустое но лучше чем ничего. Это наша связь, что станет этой ночью завершённой. Я притянула его тело к своему, держа его руки в своих.

Перед глазами ничего, но разве ощущения в пальцах, когда я сжимаю их, могут меня обманывать? Он рядом со мной, я знаю это. В лёгких начинает щипать, немного гореть.

" Похоже, я слишком резко припрыгнула. Это того стоило!"- я хихикнула -"Сто процентов, я его ис-пу-га-ла! "

В руках всё также пусто, ничего там и не могло резко появится: ни его тёплых рук, ни его тела, ни ощущения, что он тут. Но сердце так бьётся, оно знает правду. И она так прекрасна и ужасна в своей честности. Мои пальцы вплелись в его, держа его крепче. В коридоре словно появились новые шаги, почти бесшумные, что разносились рядом со мной. Я беззвучно прошептала, положив его ладонь себе на щеку.

—Возьми меня за руку и скажи что всё хорошо.- мой взгляд стал мягче, словно начиная теплеть под лучами солнца .- я тоскливо прошептала, мелко улыбаясь.

—Но даже так я буду знать, что это только моя падшая любовь.

Мы медленно кружились в усталых, но таких живых движениям, отдаваясь друг другу. Звуки дома отдавались в ушах столь родной музыкой, проникая в моё тело ощущением конца, что я так долго ждала. Шаг за шагом, что становился лишь слабее и не увереннее. Мои ноги ноюще слабеют, но я успешно не замечаю этого, отдаваясь этому танцу, где есть лишь я и он. На моём лице расцвела улыбка, показывая немного торчащий клык.

Я не знаю как много времени так прошло, но лёгкие начали лишь сильнее сжиматься от спазмов боли и нехватки воздуха. Рёбра также болели как и слабые ноги. Моя улыбка стала лишь более отчаянной, пока пальцы пытались впиться в руки Свемеса, не желая отпускать его. Глаза начинали слезиться от боли, я продолжила танцевать вместе с ним, игнорируя всё, словно следуя за источником воздуха. Мои ноги подкосились, руки попытались ухватиться за Свемеса но обнаружили лишь воздух. Прозвучал грохот от моих коленей и тела, что упало на прохладный пол. Я привстала, стоя на коленях, пока мои руки закрыли моё лицо. По пальцам мелко стекали слёзы, даже не доходя до пола. Я огляделся в коридоре, оща его. Но его тут и не было никогда.

В коленях почувствовалась боль, кажется, я разодрала их.

"Всё в порядке, ведь я не одна. У меня есть Свемес!"- я слабо улыбнулась, вставая с пола. Колени и впрямь уже покраснели, появились крапинки крови на ободранной коже. Слёзы продолжили течь по моим бледным, слегка впалым щеках, как бы я не пыталась вытереть их дрожащими пальцами. Мои глаза сквозь пелену слёз уставились в пол, сознание словно помутнело. Тело словно болезненно пульсирует, отдаваясь в висках и глазах. Почти бессознательное я поднялась на дрожащие ноги, что направили меня к моей комнате, моей кровати.

Поверхность прогнулась под моим телом, я легла спиной к ней, смотря в потолок.

"Я слишком раскисла в последнее время. Даже от подобной ерунды начинаю рыдать. Какой позор.- я нахмурилась, немного скривившись. Уголки моих губ пали вниз, показывая разочарование.

" Мне надо взять себя в руки! Хотя бы ради Свемеса- я усмехнулась, одним медленным рывком вставая с постели, идя на слабых ногах на кухню.

Через пару мгновений прозвучал всплеск воды, что льётся в стакан. Прохладная вода проникает в стекло, отдаваясь в пальцах. Я пошла обратно в комнату. Прозвучал тихий звук стакана об стол, где он будет ждать меня до ночи. На самом деле это странно, что на столе будет просто стоять стакан воды, так что надо сделать так, чтобы это выглядело словно я рисовала тут гуашью на бумаге. Я достала лист бумаги из тумбочки и яркую коробочку с красками, поставив их на стол. Рядом с ними я положила кисточки.

"Если меня спросят зачем тут краски, скажу, что собираюсь рисовать. Мне должны по идее поверить...-я устало вздохнула, прикрыв глаза на мгновение. Моя пальцы начали массировать виски, заставляя меня собраться и просто сесть на кровать, прекратив беспокоится обо всём. Руки начали медленно,но успешно холодеть, неметь. Похоже, тревога вновь влияет на меня. Я легла на кровать, накрываясь одеялом.

"Вот бы он накрыл меня ним, погладил по голове..."- я тихо всхлипнула, прижав к себе свои колени. Моё тело сжалось, начиная немного дрожать от бессилия и холода, от которого одеяло не спасает. Моя грудь начала содрогаться от кривого смеха. Моё расплаканное лицо исказилось в улыбке.

" Я буквально схожу с ума, да? Да... Так и есть! "-мысли лихорадочно начали залезать под кожу, копошась в плоти.

"Вот и всё"- я вжалась в свои колени, тихо рыдая. Тело пронизывал холод, смешанный с тошнотой, что заставляет меня трястись.

В моей душе живёт тепло, словно маленький огонёк свечки, что колышется от ветра. А Свемес каждый раз убирает ветер своим телом. Хотя, его тела и не существовало когда-либо. Я начала пытаться думать о тепле, что подарил мне Свемес. Оно начало разгораться, разогревать мою душу, убирая тошнотворный холод с ног и рук, заканчивая кончиками пальцев. Слёзы продолжили бездушно катится по моим бледным щекам, скатываясь к подушке и впитываясь к неё. Шаткое дыхание стало глубже, увереннее, словно я вспомнила каково дышать. В голове начала пульсировать боль, но это неважно, мне теперь тепло. А это значит, Свемес рядом.

Я усмехнулась, вытирая одной рукой слёзы, что уже начали медленно высыхать. Слабость налилась на моё тело, но мне нельзя спать, сейчас ведь утро, да и ночь эта будет занята Свемесом и нашей настоящей встречей. Я ущипнула себя за руку, заставляя себя не проваливаться в мысли.

"Но разве я не могу дать себе вздремнуть? Я ведь всё равно проснусь, когда мама придёт с работы. Мои планы не отменяться, мне как раз нужно больше сил."- я немного прищурилась, размышляя. После на моём лице появилась слабая улыбка.

"Значит решено! Я посплю, раз уже Свемес рядом со мной!- я легла поудобнее, закрыв заплаканные глаза, что уже немного опухли от слёз.

По телу разлилось тепло, кажется, словно Свемес обнимает меня.

Мой светлый мир

Мои глаза медленно, даже нехотя открылись. Всё тело окружило усталое тепло. В комнате стоит полумрак, как всегда. Я похоже слишком много спала, даже не проснувшись, когда мама с работы пришла. Колени всё ещё немного болят, к ранкам, кажется, прилипла ткань от пледа. Я приподнялась и огляделась. С окна спускаются слабые лучи от луны. Я взглянула туда. Там всё ещё падает снег. Вечно и неизменно, даруя ощущение покоя и странной обречённости.

По голове словно осталось ощущение касания от чужой руки, отдаваясь несуществующим теплом. Такое привычное, но такое новое чувство, что растворяет мой разум, застилая его пеленой приятного волнения и желания быть рядом с своим светлым миром. Я прикрыла глаза, наслаждаясь этим касанием. Даже тело будто перестало ощущать ноющую усталость. Я слабо улыбнулся, вставая с кровати, чтобы приготовиться ко сну и моему воссоединению со Свемесом.

Постель скрипнула под уходящим весом. Я закрыла дверь в комнату и переоделась в пижаму. У меня такие забавные штаны: зеленоватые, с белыми кроликами. Они всегда мне нравились. Я поправила мои браслетики на руке, не люблю когда они просто висят. Мои подранные колени вновь согнулись около шкафа, чтобы руки смогли достать коробочку. Я аккуратно положила её на кровать, ровно также как и стакан воды. За весь день вода стала теплее, жаль, конечно, но и такая сойдёт. Я радостно плюхнулась на кровать, довольно улыбаясь. Прозвучал скрип постели подо мной. Моя рука поставила стакан на одеяле поудобнее, чтобы вода случайно не пролилась. Я легла около, оперясь спиной об стену. Кончики пальцев вновь коснулись яркого, даже спустя столько времени, пластилина. Маленькие, но столь родные планеты, что, кажется, останутся в моей памяти навсегда. Я закрыла глаза и сложила ладони вместе, переплетая бледные пальцы между собой. Глаза вновь закрыты, будто собираясь спать, мне нельзя спать. Ведь сейчас наконец наступил конец срока моего обещания.

—Да придёт к нам светлый мир.-мой тихий голос осел в тишине комнаты, исчезая. Через пару мгновений я медленно открыла глаза, словно ожидая наяву увидеть его перед собой. Никого не было передо мной, мне давно стоило к этому привыкнуть. Но, в любом случае, мы сегодня встретимся, ведь моё ожидание оправдается!

Мелкая улыбка расползлась по моему лицу. Слова мягко, привычно начали звучать моему светлому миру.

—Моё обещание подошло к концу! Как видишь, я хорошо подготовилась! Ты гордишься мной? Я, к примеру, горжусь. Уверенна, всё пройдёт по плану. Нам не стоит об этом переживать.- я усмехнулся, сощурив глаза. Согнутые колени прижались ко мне, чтобы было удобнее. Я обвила их руками, положив на пространство между ими свой подбородок. Кружка с водой немного наклонилась от движений, но вода, к счастью, не разлилась.

—Даже не знаю о чём можно разговаривать сейчас... Я взволнованна, по правде говоря, жду не дождусь, когда я увижу тебя.- я неловко перевела взгляд на одеяло, где лежит не открытая коробочка. В моей груди смешались разные чувства. От волнения и страха, до тоски и тепла по отношению к Свемесу. Я замолкла на пару секунд,что кажутся вечностью. Телом даже сейчас трудно управлять. Оно будто заторможенно, как игрушка с шестерёнками, что давно уже покрылась ржавчиной.

—Мне хочется так много сказать, но я даже не знаю с чего начать...- мой взгляд перевёлся обратно на планеты. —Но я знаю какими словами я могу описать всё. Я люблю тебя- улыбка слабо налезла на моё бледное лицо. Веки задрожали, будто пытаясь сдержать слёзы, что вот-вот выступят на глазах.

—Прошу, не бросай меня. Ты обещал мне.- слёзы впитались в ресницы и начали катится по щекам. Я уткнулась лицом в колени, скрывая его. Мой приглушённый, дрожащий голос прозвучал, впитываясь в тишине, словно капли воды.

—Я не хочу остаться одна.-моё тело начало немного дрожать, руки сильнее прижали ко мне согнутые колени. Лёгкие будто содрогаются от рыдания, отдаваясь во всех конечностях.

—Какая же я мямля. Я вновь вернулась к тому, с чего начала... Я просто хочу быть с тобой. Слава Богу, ожидание окончено. Наконец всё это можно завершить, да, Свемес?- я хлипко улыбнулась, немного приподняв глаза на яркие пятна планет.

—Как жаль, что в итоге всё закончилось так плаксливо. Но даже так, мы всё равно увидимся! Разве это не чудо?- моя улыбка стала шире. Мои руки отлипли от ног и потянулись к коробке, чтобы открыл её.

—Ради тебя я буду любой, если ты того захочешь. Это всё равно маленькая цена за то, чтобы быть с тобой. Я знаю, что ты примешь меня всякой. Ты и сделал это, мой светлый мир. - я прошептала последние слова, словно читая молитву ему. Мои дрожащие пальцы взяли первую пилюлю. Её пластиковая поверхность блестела в желтоватом свете подсвечника. Я положила её в рот, как обещание, как наконец исполненную цель в жизни, что нельзя забыть, даже потеряв память. Я запила первую таблетку водой, по горлу ощутилось приятное тепло, хотя вода не была настолько тёплой.

—Знаешь, Свемес, это довольно таки странное ощущение. Пить таблетки, когда мне не надо этого делать. Но сейчас это кажется нормальным, ведь это ради тебя. Я словно спорю с инстинктом самосохранения.- я хихикнула, прикрыв рот кончиками пальцев. Слёзы уже почти высохли и остались забыты, ведь скоро наступит по-настоящему светлый мир. Я взяла ещё одну таблетку и запила её водой. Вся душа словно трясётся, когда я делаю это. Неспешные глотки и таблетки, что исчезают в моём горле. Каждая пилюля отзывается в теле тёплым касанием, как забытый, приятный сон и мечта. Будто меня гладят по голове, говоря, что я молодец и я справлюсь со всем. Я верю в это. Стоит лишь поверить и даже мёртвые станут живыми. С каждой таблеткой моё тело наполняется лёгкостью, избавляясь от груза этих долгих лет. В нём осталось лишь воспоминания о нём, моём светлом мире. Словно мелкие поцелуи по утрам и глотки любимого чая. Как желания, которые наступят вот-вот. Сердце трепещет, отдаваясь в груди приятным стуком и волнением.

Я выпила все лекарства. Душа наполняется благоговением и противоречием. Одновременно такое сильное умиротворение и ощущение обречённости. Я склонилась к шкафу, прижав голову к прохладной, деревянной поверхностью. Мои глаза закрылись, погружаясь во всё это, чтобы знать, когда таблетки начнут своё действие. Я тихо сказала.

—Избавится от тебя—это словно вырвать своё сердце из груди. Мне некуда деться, ведь ты моя любимая судьба, которую я бы низачто что не изменила.-я улыбнулась, так и не открыв глаза. Хочется представить в этой темноте его фигуру. Хоть я и говорила, что не придумаю ему облик, но всё таки так хочется его хотя бы как-нибудь видеть. Да и мой мозг сам придумал этот его образ. Я не виновна.

Я усмехнулась своим мыслям, продолжая ждать действия лекарств.

Мне неизвестно сколько времени прошло, но в углу появилась тень, похожая на человеческую фигуру. Она так похожа на Свемеса... Я замерла, не поверив сначала своим глазам. Мои руки быстро протёрли их, проверяя реальность на правдивость. Фигура осталась. Я его правда вижу. Впервые за столько лет я его реально вижу.

"Мой светлый мир... Я-я реально вижу тебя?"- я рвано рассмеялась, вновь ощущая слёзы на щеках. Головой уже раскалывается толи от слёз, толи от лекарств, что явно уже начали действовать. Свемес дышит в такт моему,теперь тяжёлому дыханию. Я не могу пошевелить своим телом, как бы я не пыталась. Оно словно налилось глубокой усталостью, пронзая меня насквозь. Я ощущаю холод, противный и склизкий, что начинается с кончиков пальцев, заканчивая сердцем. Свемес начал медленно идти ко мне, его ноги спокойно передвигаются. Я задержала дыхание, видя всё это, не в силах отвести моего затуманенного взгляда. Он подошёл к кровати и сел на неё коленями, прислоняясь ко мне. Его лицо так близко к моему, я словно могу ощутить его дыхание. Слёзы продолжили капать с моих щёк на одеяло, впитываясь в него. Моё тело напряглось, пытаясь пошевелиться, но оно перестало слушаться меня. Перед глазами начинает мутнеть, я вижу лишь только его перед своими глазами. Его тёплые руки прикоснулись к моим щекам, ложа их на моё лицо. Моё тело мелко дрожит, сотрясаясь от рыданий.

"Как же я бы хотела продлить свои страдания, лишь бы это длилось вечно"- я хлипко, слабо улыбнулась, глядя сквозь пелену в его лицо. Его пальцы слабо поглаживали мои скулы, убирая очередные капли. Меня словно благословили лишь этим взглядом, а прикосновением дали надежду на жизнь. Не хочу видеть что либо, хочу видеть лишь только его лицо, ощущать тепло его рук. Сердце бьётся ровно, иногда быстрее, иногда прерываясь. Из горла начинает подходить тошнота, но она не имеет значения, если руки Свемеса касаются меня впервые за столько лет. Он словно ангел в небесах, я правда наконец забыла страх.

"Свемес, милый, моя судьба. Я так рада сейчас видеть тебя. Так вот какова на вкус смерть. Она прекрасна, пока рядом ты"- моё тело расслабилось, моя голова немного опустилась отдаваясь его ладоням. Я хрипло, тяжело сказала, иногда прерываясь из-за тяжёлого дыхания.

—Твои глаза так чудесны. Словно две прелестные звёздочки. Благодаря им... Я спокойна. Ведь ты смотришь на меня, мой милый Свемес.- я сдавленно всхлипнула, прижавшись головой в его рукам. Мои дрожащие пальцы шевельнулись, касаясь его ладоней, стараясь зацепиться за них, как за последнюю ветку на дереве. Дышать слишком тяжело, в ушах противно звенит. От тела Свемесу словно одёт тепло, что не может согреть моё ослабшее тело. Мне так холодно.

Звуки прерываются, а сознание путается. Перед моими глазами лишь мой светлый мир. Мне тяжело сидеть, моя спина была вынужденно опереться об стену, что казалась словно кипятком на коже, сквозь одежду. Голова наклонилась назад, но даже так руки Свемеса оставались на моих щеках, отдаваясь холодном, но и теплом одновременно. В ноге разразилось судорога, я болезненно всхлипнула, стараясь смотреть на Свемеса, что не отводить своего взгляда от меня. Его пальцы продолжили поглаживать мои щёки, словно успокаивая и поддерживая меня. Я так хотела ощутить это наяву и это наконец произошло. Сердце прерывается, потом вновь начинает стучать в вискать, болезненно пульсируя. Лёгкие горят, они словно сокращаются и двигаются внутри меня, как опарыши, что пожирают меня. Пальцы холодеют и коченеют, но также пытаются удержаться за чужие руки. Я больше не могу дышать носом, так больно.

Чужая фигура словно исчезает, растворяется в воздухе и звуках. Я громко всхлипнула, видя это. Мои пальцы сильнее сжали чужие ладони, не собираясь отпускать мою надежду, моего милого Свемеса. Я сдавленно сказал, тяжело дыша.

—Не бросай меня... Я умоляю. - мой мозг просто отказывается осознать, что его не существует. Он единственное моё истинное место в мире. Мой корабль во время бури и гавань спокойствия. Тело сильнее задрожало, судороги стали сильнее, распространяясь по конечностям. Моё сердце словно разрывается между реальностью и фантазией с именем Свемес. Перед глазами всё ещё стоит его лицо, на похолодевшей коже остались остатки его касаний. Я словно захлёбываюсь в воде, пытаясь дышать.

—Свемес.. Мне так холодно. Прошу, останься со мной.- я хрипло прошептала это, глядя в чужое лицо, что почти растворилось в воздухе. Кровь кипела в моих венах, словно лава.

Я словно проваливаюсь в никуда. Сколько времени прошло? Я не знаю... Но где он? Где ты? Вернись, я умоляю тебя. Мои глаза закатились вверх. Перед лицом вновь появилось чужое лицо, оно сильнее ко мне приблизилось. Я прошептала с облегчением.

—Мой светлый мир.- моё сознание исчезло, осталось лишь его тепло, моего милого Свемеса.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге