Кино

Глава 1

Воспоминание разблокировано! В/Ч [ВЫМАРАНО]. г. [ВЫМАРАНО], 2006 год.

Сегодня на дежурство надо взять в клубе какой-нибудь фильм. Наверняка у ребят есть что-то новенькое, хоть не скучно будет ночью сидеть.

— Дневальный, я в клуб, вернусь через двадцать минут. Станция с собой. (прим. автора: Станция — рация на жаргоне военных)

Хорошо на улице. Лето. Смотрю, как по части лениво проходят солдаты. Перекурить, что ли? А я сигареты взял? Хлопаю себя по карманам, заходя в курилку возле клуба. Что там за шум в парке? (прим. автора: Парк — парк техники, гаражи и площадки для ремонта) Опять что-то украли? Ух, как бегут. Ко мне бегут?

— Товарищ сержант! — голос рядового сбивается. — Там на складе… Задавили!

Жопа! Полная! Вот и подежурил.

— Бегом в медпункт, вдвоем, хватаете носилки и назад. Где он? — У склада, ЗИЛок, не пропустите. — Дневальному скажите, я приказал.

Быстрее, быстрее. Вот склад, вот ЗИЛ. Где он? Внутри? Какого хрена его с места сдвинули? А если там позвоночник?

— Кто? — спрашиваю первого попавшегося бойца. — Он, товарищ сержант, — рядовой показывает на сидящего на стуле.

Осматриваю. Живой. В сознании. Снаружи ничего не повреждено. Руки, ноги, шея — всё нормально, видимых переломов нет, но это ничего не значит. Кожные покровы чистые, следов крови на форме нет. Сидит сам, поза с наклоном вперед. Сердце? С чего бы? Больно? Возможно, ребра. Ох, только бы не легкие.

— Где-то болит? — спрашиваю, уже расстегивая китель и задирая майку. — Тут, — показывает на эпигастрий.

Гастрит? Сердце? Небольшая ссадина от пуговицы на коже. Вот ведь.

— Что произошло? — спрашиваю у всех вокруг. — ЗИЛ разгружали, водитель забыл снять с задней передачи. Завел — ЗИЛ дернуло назад и прижало его бортом к воротам склада.

Беру запястье в руку, а сам прислушиваюсь к дыханию. Дыхание учащенное, без хрипов, а пульс колотит. Считаю. Сто восемьдесят. Плохо, очень плохо, но надо понимать, что он в стрессе, так что не показательно. Это что, всё? Не верю.

— Принесли, товарищ сержант, — на склад забегают те двое, которых я послал за носилками.

Разложили носилки, аккуратно положили. Позвоночник я не осматривал, но вроде двигается сам, так что вряд ли. При повреждении отек бы уже пережал нервы, и он не смог бы даже стоять.

— Подняли и бегом! — командую и сам бегу рядом с носилками, чтобы контролировать состояние.

Бежать недалеко, примерно 150 метров.

Распахиваю двери медпункта, пропускаю носилки вперед и приказываю положить пострадавшего в коридоре. Бегу за тонометром, на ходу начинаю командовать:

— Дневальный, снять с него китель и майку, шевелить по минимуму. Аккуратно.

Хватаю тонометр и назад. Уже всё сняли. Меряю давление — 140/80. Что? Почему? У него пульс за 180 до сих пор. Шок? Травматический? Проверить ребра. Давай, аккуратно и не сильно. Если почувствую крепитацию (прим. автора: крепитация — тактильное похрустывание при пальпации) — пойму. Я уже её чувствовал, знаю и распознаю. Чисто. Это не перелом. Ребра полностью целые. Если перелом и есть, то это трещина. Что тогда? Ещё раз давление — 120/50, пульс — 180. Ой. Сука! Нет! Кровотечение! Геморрагический шок! Штаны сухие, никаких внешних травм. Внутреннее. Скорее! Контакт с веной, пока не поздно! Капельница! Физраствор! Жгут! Наложил. Попал! На полную, струёй! Где адреналин? Сколько? Вспоминай! Кубик. Пока хватит, много нельзя — просто поддержать вазотонус, он молодой. Кордиамин был? Не помню. Потом.

Что у меня есть из кровезаменителей? Чёрт!

— Шестисотый — Шиповнику! — ору в рацию. (прим. автора: Шиповник — мой позывной, Шестисотый — дежурный по части) — На приеме. — Вызываю скорую в часть, нужно пропустить на КПП. И вообще, держите ворота открытыми. — Принял. — Дневальный, звони в скорую, адрес знаешь. Диагноз — внутреннее кровотечение. Запомнил? Одного на КПП и пусть покажет, куда повернуть.

Теперь кровезаменители. Реополиглюкин. У меня что, кроме него, ничего нет? Мне нужно что-то не такое водянистое. Что есть еще? Гемодез. Пока пойдет. Ничего лучше у меня просто нет.

Давление? 110/50, пульс 140. Уходит в торпидную фазу (прим. автора: торпидная фаза шока). А ну, давай назад!

Кордиамин — есть. Колю. Давление — 100/40. Сука! Давай вторую вену. Туда просто физ, больше у меня нет ничего. Добавить адреналин? Пульс? 130. Падает. Сейчас? Надо.

Давление? 110/50. Держу. Хрен ты у меня уйдешь! Что? Скорая? Уже? Как двадцать минут прошло?

В медпункт забегают ребята из скорой со своей укладкой и непонимающе смотрят на пациента на носилках с капельницами.

— Ребят, тут внутреннее. Лил всё, что было. Физ — два флакона, гемодез и реополиглюкин по флакону. Адреналина — два, кордиамин — один. Грузите. — Спасибо, дальше мы сами.

Не снимая с носилок, переносят пострадавшего в скорую, перекладывают на свою каталку и с воем уносятся в ближайшую больницу. До неё со светомузыкой они домчатся за пять минут.

— Шестисотый — Шиповнику. — На приеме. — Госпитализация по скорой. — Принял.

Всё. Курить! Сигарета подрагивает в пальцах. По всему телу разливается приятное покалывание.

— Шиповник — Шестисотому. — На приеме, — отвечаю, уже затягиваясь сигаретой. — Он выберется?

Хах. Ухмыляюсь, выпуская отраву из легких.

— Так точно.

(прим. автора: Всё закончилось достаточно хорошо. Парень был успешно прооперирован и комиссован домой. Повреждения были достаточно серьезными, но до инвалидности не дошло.)