Эхо за долго до звука

Глава 1: Взрослые дураки

Рассвет за окном осветил комнату. Слышится вой закипевшего чайника. Он нервно тёр пальцем просыпанный сахар.— Ты знала это? Могла ли понять? — книга закрылась со стуком.Он налил кипяток в кружку, разбавляя сахаром горечь утренней суматохи. Она повернулась к нему. Её тонкие руки потянулись за кружкой. Из открытых окон уже слышался шум крана с водой — люди готовились к работе. — Нет, конечно. Это настолько невозможно, — сделала короткий глоток. Он сел за стол, облокотившись подбородком о кисть руки. Мешки под глазами веяли нехваткой сна. — Тоже верно. Мысли не подтолкнули. Он взял кружку с чаем, но пить не спешил. С улицы раздавались первые гудки машин и разговоры людей. Где-то рядом с домом умело мёл дворник. Они оба слышали появление нового дня, но молчали. — Я искала человека. Тут появился ты — она поправила волосы. Взгляды пересеклись. Настенные часы пробили восемь утра. Время выходить. — Почему именно я? — он бережно собирал документы в рабочую сумку. Начал переодеваться. — Зачем спрашиваешь меня? — комнату охватили солнечные лучи, размывая её силуэт. Тишина окончательно сменилась утренней суматохой соседей сверху. — Хотел вспомнить то время. «Вдруг ты знала...» — сказал он. Он подошёл к двери, взял ключи и надел шляпу. Кружка с чаем так и осталась стоять в одиночестве. Прошло восемь лет, и только сейчас он вспоминает то солнечное утро и шум снаружи.

Наступил новый день. Он едет в метро. Приглушённый звук вагонов. Новая станция. Тёмное окно отражает силуэт. Скоро выходить. Очередная среда. Серый костюм. Он нащупал сигареты в левом кармане брюк. Скоро ровно 10 лет. Целая вечность. Пролетели как вздох. А привычки всё те же. «Знали друг о друге всё ещё до встречи» — эта мысль засела в голове. Самые близкие. А такие дураки. Чувства не достигли друг друга. Он проходит турникет. Ступенька за ступенькой, вот и солнце слепит глаза, проносится череда машин.

Глава 2: Тонкие стены

Громкий стук. Крики обрываются. Нарастает тишина – долгая и тягучая. Гнев, обида и усталость – всё смешалось. Они не думают о последствиях. – Ты опять уходишь! – Я… мне нужно на работу. – Не отворачивайся от меня! – пальцы рук побелели от напряжения. – Я не отворачиваюсь… Я просто… не могу сейчас. – Немыслимо! Как я до сих пор жила с тобой! – Не кричи… дочь за стеной. Она зарыдала во весь голос. – Перестань… Прошу… Ну перестань… – шёпот, почти не слышный сквозь рыдания. – Убирайся… – она осталась сидеть с отрешённым взглядом. Отец замер на пороге, рука на дверной ручке. Тишина после её слов была тяжелее любого крика. – Хорошо… – голос его сорвался, он так и не закончил фразу. Он вышел, не оглядываясь. Дверь закрылась тихо, почти беззвучно. Она всё сидела, глядя в пустоту.

Девочка сидит в углу комнаты. Духота и сдавливающие стены образуют ком в горле, она начинает задыхаться. Этот кошмар продолжался несколько лет. Соседи разносили сплетни о них. Каждый их шёпот за спиной рождал новую сплетню, пока эти слухи не обступили её глухой, непроницаемой стеной. Девочка ходила в школу, окружённая косыми взглядами и бесконечным шёпотом. Эти удушливые сплетни преследовали её. Так меланхолическое одиночество стало её ритмом.

Глава 3: Дневной марафон

Он бежит вперёд без оглядки. Ноги горят от напряжения. Бок предательски заколол. До места ещё несколько кварталов. Одна улица за другой обступают его лабиринтами. Они сужаются. Их стены всё чаще закрывают дорогу. Толпа прохожих людей, их стало в разы больше. Шарахаются. Злые и непонимающие.

-Чёрт, каждый раз одно и то же- лицо превратилось в одну сплошную болезненную гримасу.

Очередной поворот на оживлённой улице. Пробираться становится невыносимо тяжелее. Воздуха всё меньше и меньше. Час пик. Такими темпами его поймают и ему конец. Мальчишка невысокого роста, худенький и хилый. Бежит он хорошо. Темп не сбивается хоть улочки и не знакомые. Тело хорошо справляется.

-Стой! Тебе… -один крикнул.

-…всё равно не уйти. Рано или поздно ты вернёшься в школу и тогда мы разберёмся с тобой- мальчишки перестали бежать.

-Ты так просто не отделаешься, лучше сразу остановись- большая группа ребят была уже вне силы догнать его.

Люди вокруг не понимали, что происходит. Одного остановили. Есть шанс.

Он наконец-то вырвался. Это было на руку. Ещё пару кварталов и может оторвётся.

Резкий хруст. Сильное жжения. Мгновенье и наступает невыносимая боль. Удар пришёлся прямо в затылок. Высокий парень стоял напротив. Это был взгляд самоудовлетворения. Сейчас начнётся драка. Дневной марафон закончился. Избиение началось.

Звук зажигалки оборвал его мысли. Время полдень. Он идёт уверенным шагом через толпу людей. Из клубов дыма вместе с ним проступает её знакомый силуэт. Крепко держится за него.

-Тебя часто так били? – её отрешённо-сдержанный взгляд.

-Я не помню, когда синяки сходили с меня. Зато бегать научился.

Они свернули в узкую улочку. Кирпичные фасады домов и небольшие балкончики. Развешенное бельё и стёртые вывески. Местом для заблудших людей.

- У каждого есть свои лабиринты и стены- разглядывает вывеску.

- Не бери в голову, у всех были свои подарки судьбы в детстве- он посмотрел в небо, облака закрыли солнце. «День на редкость славный», – подумал он

-Дети в принципе очень жестокие, это не удивительно- она остановилась

-Тут ты права- он обернулся к ней.

-Встретимся вечером- тихо вырвалось из него.

-Как всегда- она растворилась в толпе.

Глава 4: Густой туман

Тихий вечер. Солнце зашло за горизонт, забирая свои лучи света и тепла. На улице сквозит сумеречная прохлада. Одеялом накрыла серая дымка ночные дороги. Огни не горят. Густой мрак навис в эту пору. Не шороха вокруг.

-Ты всё сидишь? – звук легких шагов.

-Уже хотел закрываться, но он всё сидит, чёрт бы его побрал-расставил последние стулья.

Заведение опустело. Вывеска погасла давно. Касса закрыта, а злой мужчина с смолистыми усами стоял напротив. Нервно перебирая пальцы, отбивал военный марш. Клубы дыма неровна плыли по комнате, близилась глубокая ночь.

-Я разберусь, дай мне 10 минут- она подвинула пепельницу ближе.

Легкий шаг, почти вводящий в гипноз, отзывался эхом. Пространство приняло свою форму. Подчиняясь этой девушки. Сверчки зашумели неистово. На небе не звездочки. Темень завладела временем.

- Хорошее время-она подвинула стул рядом.

Молчание.

-Правда холодно, не люблю подобное.

Он не шелохнулся, взгляд отрешенный, пьяный. Но держится по-другому, закрытый ото всех. Тяжёлый случай. Она не думала об этом. Он её заинтересовал.

-Почему вы сидите здесь? – она посмотрела ему в глаза. Лучше идите на мостовую, сейчас там на редкость тихо. Вряд ли вас потревожат.

- Я упустил станцию между прошлым и будущем, вечные скитания-оплатил счёт.

Он встал и направился к выходу. Мужчина за стойко был доволен развязкой. Он не хотел оставаться здесь ещё на один час. Девушка смутилась. Резко встала и пошла догонять гостя.

-Почему вы так думаете? – тихо спросила она

— Это моя расплата за её доброту, до свидания- он надел шляпу и ушёл в густой туман.

-До свидания, чудак.

Мрак ещё сильнее захватил эти минуты тишины. Все улочки отдавали сырой прохладой и вонью набережны. Фонарей практически не было видно и лишь изредка проглядывалось мутные огни. Он наконец-то вышел к ним, достал сигарету. К фонарям присоединился маленький огонёк сигареты. Его передёрнуло от всей этой сырости, и он побрёл дальше вниз к пристани. Выпивка в баре было горькой и здорово жгла желудок, запах сбивал своей резкой спиртуозностью. Смирившись с этим умозаключением, он почти дошёл до небольшой арки вдоль мостика на другую сторону. Речку давно не чистили, и она поросла тиной и грязью.

Весь город наполнился влагой дождя и сбивающегося ветра. Намертво закрытые окна, Пустые улицы и кабаки. Лишь изредка проносилось такси. Водитель останавливался переждать сильный град, славные минутки отдыха и прочтения вчерашней газеты.

Он перебирался с одного навеса на другой, обходя плотные ряды балконов и вывесок. Плащ стал неподъёмным. Шаги давались с трудом. Он достал из кармана часы. Небольшие серебренные часы. Верхняя стрелка отставала на пару минут. Покрытие на безель стёрлась. Цепочка и задняя часть корпуса часов приобрела тёмные пятна. Быстрым движением руки он сверил время.

Тень дошла до старенького дома. Выцветшие сцены и гнилые доски чердака. Брусчатая дорожка, маленький палисадник. Жильцы ещё в дрёме. Он поднимается по деревянной лестнице приглушённым шагом. Входная дверь открыта. В воздухе витает сырой полумрак. Скинув тяжелый плащ, усталый человек приземлился в кресло. Уткнувшись подбородком в подлокотник, он провалился в сон.

Глава 5: Транзитный восток

Раздался скрип двери. Кто-то за стенкой включил воду. Кран неистово заворчал. Стуки капель о зеркало. Новостные вести по радио. За окном шумят люди, идущее на работу. Проносятся машины.

-Ты здесь? – спросила она.

-Разумеется- кладёт зубную щётку в стакан, в комнате резкий запах одеколона.

-Опять слонялся не пойми где? – продолжительный вздох.

Он не ответил. Вошёл в зал. Открыл шкаф и начал собираться. Достал костюм, туфли, шляпу и галстук, бережно сложил у дивана. Медленно, шаг за шагом пройдя возвращается к окну и всматривается в даль. Утренний поезд ещё не добрался до перевала. Полчаса есть в запасе.

-Тебе нужно переехать отсюда – она не моргнула даже.

-Я сам хотел это давно-посмотрел на неё. Она на редкость красивая в эти минуты. Завораживает.

-Так почему ты ещё не уехал? У тебя уже были возможности, а ты всё ещё здесь.

-Ты правда хочешь этого? – спросил он.

-Всем сердцем …

Деревья проносились один за другим, извилистая дорога, пару минут и ровное поле, далеко стоят домики, столбы дыма могуче уходят вверх на небосвод. Женщина вывешивает бельё, энергично тянет верёвки. Глухой звук отдаётся от вагона машиниста. Изредка щебень отскакиваем в стенки вагончиков. Длинный маршрут. Виды прекрасные. Есть время перевести дыхания. Скоро наступит рассвет, он повернул обратно домой.

Глава 6: Кафедральный склеп

Полупустые аудитории. Настежь смотрящие окна и приоткрытые двери, зовут сквозняк в гости. Монотонный голос отчётливо проговаривает заученную годами науку. На дальнем ряду сидит он, взгляд сонный, уходящий далеко за пределы этого кафедрального склепа.

-Ты слышишь меня? – подошла ближе. Вся аудитория проснулась. Все взгляды были устремлены в одну точку. Всё внимание было сконцентрировано на нём. Он не особо сопротивлялся и был спокоен.

-В каком-то смысле да- посмотрел на преподавателя. Он даже не нашёл отговорку или причину, сказал правду. Снова повисла тишина.

-Выходи к доске и расскажи нам о чём ты так усердно думаешь. Скоро экзамены, я распинаюсь здесь битый час. Посмотрим, как ты усвоил изученный материал- она покраснела.

Он медленно плёлся через ряды, всматривался в людей. Аудитория была очень просторная и каждый шаг отдавался эхом. Теперь и оставшаяся часть зевак окончательно проснулась.

-Отвечай, я рассказывала сегодня эту тему- поправила очки, руки скрестились в знак протеста.

Молчание. Секунду и мысли поплыли. Он смотрел в сторону. Пристальные взгляды, но один был особенным. Она смотрела по-другому нежели остальные. Он обернулся и нашёл подсказку.

-Спасён- подумал он

-Хорошо садись- больше не отвлекайся, ты одарённый студент, но это не даёт тебе поблажек или особого отношения.

-О чём ты думал в тот момент? – подкурила сигарету. Села на кресло. Ноги поджала к груди.

-Мы сидели на учёбе, а я в то время будто и не был там- поднёс пепельницу.

-Так зачем было злить преподавателей, сидел бы дома- отвела взгляд.

-Во всём надо искать хорошее, я впервые обратил на тебя внимание- ослабил галстук у шеи. Усталый вид и желание принять ванную после всего.

-Удручил, может я и не хотела, а ты ворвался без приглашения- убрала волосы с лица.

- О чём я думал тогда? Почему девушка на третьем ряду смотрела на меня огненным взглядом- одна кисть взялась за лоб, раскинулся в кресле полностью.

-Ты с самого начала был невыносимым- подошла ближе. Ещё ближе.

-Согласен, но тебе это не мешало – положил руку на её плечо.

-Твоя правда.

Глава 7: Святая обитель

Она шла домой через улочки, обжитые дворы кипят живостью и бытовой суетой. Поворот за бульвар, брусчатая насыпь, лавочки, укромное место. Излюбленное прибежище от внешних бурь и шума. Девушка проходит бульвар, садиться на лавочку. В руках книга и ручка. Спокойные движения, почти мёртвые. Мелкие и чёткие штрихи, хорошо отработанные годами упорной работы. Время здесь ощущается вязким. Само дыхание затухает на миг. Сидеть так можно часами.

-Что рисуешь? – голос нарушил хрупкий покой.

-Что? – она не поняла взаправду спросил кто-то или она в бреду.

-Ты же делала какие-то зарисовки? Тихий свидетель с карандашом. Я вспомнил этот взгляд из аудитории.

Он смотрел сквозь неё. Взгляд, который изучает её через фильтр стереотипов и одновременно неминуемо притягивает к себе своей открытостью мира.

-Хватит сверлить меня взглядом. Это уже посягательства. – сжала карандаш ещё сильнее.

-Ты зарисовывала меня? – улыбка, стеклянный взгляд. Он заведомо знал ответ.

Она покраснела от смущения. Это уже полноценное вторжение в святой обитель. Открытое нарушение и агрессия.

-Несправедливое обвинение. Смущение без удержания фокуса. Ты всегда такой? – перелистывает страницу.

-Оно не требует внимания. Как если бы я делал это поддаваясь усидчивостью над собой – Сел напротив. С интересом рассматривал её. Ушла неловкость. Теперь она окончательно оторвалась от своего занятия. Сложило книгу в сумку. Карандаш ещё был в руках.

-Почему ты просто не извинился перед ней. Можно же было избежать этой ситуации. Не самое хорошее начало знакомства. Учебный год только начался – она смотрела на него без особого смысла.

-Её бы это не остановило. Я решил принять это и пошёл на контакт. С начала занятия она уже поняла мою суть. Это неизбежно. Сейчас или через пару месяцев. Зачем оттягивать неизбежное – улыбка сошла с лица. Он встал. Сделал круг и пошёл в обратную сторону.

-Чудак ты- она всё сидела на месте.

-Привыкай. Мы часто будем видется на общих занятиях- ускорил шаг.

Глава 8: У изношенных стен

День заканчивается. Близится вечер. Юноша шёл с сумками по дороге к старому зданию общежития. Изношенные стены, старый обшарпанный подъезд, выцветшие лавочки и тишина. Вечерний полумрак скрадывал трещины на облупленных стенах. Он брёл не спеша, неся в себе тяготы личной жизни. Разлад и натянутые отношения в его семье не давали покоя. Череда скандалов и обиды подкреплялись постоянными переездами на новые места. Люди сменялись, и он перестал открываться кому-либо, потерял интерес к сменяющемуся окружению. Поездки отнимали ощущения реальности. Окружающий мир превратился в затянувшийся транзит, где проще быть невидимым свидетелем, чем живым участником.

Он подходил к подъезду, когда его раздумья оборвал чужой голос.

-Где тебя носило? - крикнул мужчина, он сидел неподвижно, и его остекленевшие от алкоголя глаза смотрели сквозь него, заставляя чувствовать себя призраком. Мужчина был очень раздражённый и активно жестикулировал, отчитывал его.

В моменте он замолк и резким взмахом руки ударил юношу по лицу и вырвал сумки с выпивкой, пошёл обратно домой, выкрикивая ругательства: «Иждивенец хренов, только место занимаешь!» — и с грохотом пнул ногой полуоткрытую дверь подъезда, оставляя парня стоять в оцепенении.

Грязные ругательства отца еще висли в сыром вечернем воздухе, а парень продолжал смотреть в пустоту остекленевшим, мертвым взглядом. Ему хотелось раствориться в этом транзите, стать окончательно невидимым.

Но когда он наконец заставил себя поднять глаза, то наткнулся на чужой силуэт у выцветшей лавочки. Она стояла там, прижав сумку к груди. Их недавний разлад в парке, где он казался ей наглым и несерьёзным, мгновенно потерял всякий смысл. Она смотре-ла на него сквозь сумерки безоговорочно по-другому. Её присутствие безжалостно лома-ло его уединение, и это безмолвное понимание смущало его сильнее, чем полученная пощечина."