Две судьбы

Глава 1

1.

Гараж они начали строить одновременно. Виталя — хваткий мастер с радиозавода, и Юрий — инженер с того же завода. Жили они в одном подъезде, а тут ещё оказались соседями по гаражным участкам.

— Виноградик посажу! — Виталя сразу расчистил площадку перед будущими воротами, как только им выдали участки. И действительно, как только были возведены стены и перекрытия гаража, он сварил из железных труб навес перед входом.

Ворота он себе достал из нержавейки, а не как у всех — да ещё вырезал в одной створке калитку для удобства пеших посещений. Дефицитный рубероид Виталя тоже нашел где-то по своим каналам и поделился им со своим дважды соседом Юрием по сходной цене.

—Ты внутрянку будешь делать? Я вот оштукатурить хочу! — бодро делился планами Виталя.

—Да нет, зачем — отвечал, словно стесняясь, Юрий. — Это ж у меня овощехранилище, по идее, а не жилье...

—Это как повернуть! — парировал Виталя. — В гараже должен быть комфорт! Шашлычок-пикничок, туда-сюда! Цивильно все должно быть!

У Юрия гараж получался не очень цивильным. Самый простой кирпич, цементную стяжку пола он не заливал, смотровую яму не оборудовал - собственно, и машины у него не было.

Виталя же делал из гаража просто кукольный домик для своей ласточки-"копейки", которую он взял в прошлом году. Юрий небезосновательно полагал, что сама история с выдачей новых участков под гаражи произошла на их заводе не без активного участия Витали.

Уже почти год мастеру приходилось хранить машину в гараже у "безлошадного" свояка. Но счастье любого советского автолюбителя не бывает полным, если, приобретя машину, он не обзаведётся и гаражом для нее.

Виталя явно планировал подогнать приобретение машины к постройке гаража. Но распределение участков застопорилось из-за бумажной волокиты в высоких кабинетах (куда не мог дотянуться даже он) — а очередь на машину, наоборот, поспела быстрее. Вполне вероятно, не без усилий самого Витали.

И вот, счастливый момент соединения двух достижений Витали — новой машины и нового гаража — был, как никогда, близок!..

2.

Юрий, наверное, не построил бы свой гараж так быстро, если бы не был соседом Витали. И блоки, и плиты, и кирпич Виталя доставал сразу на двоих, с учетом соседа. Это позволило закончить строительство двух гаражей практически одновременно.

—Вентиляцию принудительную будешь ставить?... Асфальт перед въездом не хочешь накатать?... Ты ворота сперва грунтовкой, а потом покрасишь... — Виталины советы продолжали сыпаться на Юрия постоянно. Он стал ощущать, что приходит на свой гараж, словно стыдясь своего умеющего жить соседа.

Все усовершенствования, на которые решился Юрий, ограничились большим дрыном — держателем под будущий виноград. Его Юрий засунул в торцевое отверстие кровельной плиты — в расчете, что когда-нибудь Виталин виноград до этого дрына доберется.

Так и повелось — Виталя приезжал в гараж на своей кремовой "Копейке", а Юрий ходил пешком — либо чтобы отнести что-нибудь ненужное, либо чтобы набрать картошки. Целый мешок каковой ему по-соседски доставил в свое время (вместе со своей) Виталя. Так бы, возможно и шла дальше тихая, незаметная жизнь Юрия и сутеливо-насыщенная —Витали. Но тут на их завод приехали американцы.

Надо сказать, время тогда было такое — кругом говорили о новом раунде международной разрядки, взаимном сокращении ядерного потенциала, и вообще о всякой "мир-дружбе".

А радиозавод, на котором трудились Юрий и Виталя, изготавливал в том числе и важные стратегические компоненты. Именно Юрия, как весьма грамотного инженера —да еще вдруг обнаружившего неплохие по школьным меркам знания английского — начальство поставило ответственным за техническую часть экскурсии по интересующим гостей местам производства.

—Ха! Смотри, Юрец, приглянешься супостатам — так они тебя и выкрадут! — по-дружески зубоскалил Виталя. — Поедешь в Майами жить!

Юрий на возгласы коллеги-соседа отвечал скромной улыбкой. Вскоре американцы уехали, на заводе их повспоминали еще некоторое время, а потом все снова пошло своей чередой.

Но для кого-то обратный отсчет уже пошел...

3.

Через пару месяцев Юрий с завода уволился — неожиданно для всех. Пятнадцать лет он безропотно трудился на своем месте, не проявляя никакого интереса к карьерной гонке. У начальства Юрий тоже никогда ничего не просил. А тут молча пришел, принес заявление — как положено, за две недели — вежливо положил его на стол и отправился работать дальше.

После получения расчета Юрия еще с неделю видели в городе — а потом он совсем пропал из виду. Одним из последних его лицезрел Виталя — как раз на гараже.

— Здорово, сосед! — зычно окликнул Юрия всегда бодрый Виталя, выходя из машины перед воротами гаража. — Что, решил шашлычок пожарить?

Юрий стоял возле костра, горевшего рядом с гаражом, шевеля в нем палкой.

— Да нет! Так, решил от всякого хлама избавиться...

— А чего там за хлам? Может, полезное что... — Виталя пытался незаметно заглянуть в огонь.

— Да что там может быть полезного! Открытки, письма... Ерунда всякая!

Взгляд Витали, направленный в огонь, на пару секунд застыл.

— А зачем ты их палишь? — Виталя все же наклонился к огню, пытаясь в нем что-то разглядеть.

— Да вот... Новую жизнь начинаю, с чистого листа! Переезжаю, не хочу это все за собой таскать.

— Куда переезжаешь? А, так это ты-ы уволился! — догадливо спохватился Виталя. — Светка кадровичка говорила, да я не понял, что про тебя...

— Да, я… Вот, поближе к цивилизации решил перебраться...

— В Москву, что ли?

— Ну, без нее никак! — с улыбкой пожал плечами Юрий. — Вот, только в отпуск съездим...

— Куда, на моря?

— В Болгарию!

— Ого! Вона как… Это ж всяко дороже будет, чем на нашем побережье!

— Ну, может и дороже чуток... Мы за границей никогда не были, так почему бы не съездить?

Виталя довольно осторожно отнесся к расточительной инициативе Юрия — впрочем, он скоро решил, что инженер явно получил хорошее назначение в Москве и потому позволил себе заранее шикануть.

Затушив костер своей прежней жизни, Юрий закрыл гараж на штатный замок, а поверх него повесил новый, большой — амбарный. Виталя следил за этой операцией весьма пристально.

— Слушай, Юрец! Ты если надолго уезжаешь, так может, давай мне ключи — я проведывать буду твой гараж... А то может, продать его захочешь — так я его толкну по хорошей цене. А может, и себе возьму...

— Да ладно, не надо! — сказал Юрий, убирая ключи в карман. — Как-нибудь обойдется... Еще вернемся! Я там, если что, альбом с фотками оставил — чтоб с собой не таскать. В дороге, знаешь, каждый грамм поклажи на счету. Как обустроюсь — приеду, заберу…

— Ну, смотри...

— Спасибо тебе, Виталя, за все! — Юрий протянул руку и пожал Виталину кисть непривычно крепким рукопожатием.

4.

Весть о том, что Юрий с женой и дочкой уехал в Америку, разразилась на заводе как гром среди ясного неба примерно через месяц после его увольнения. Директор завода, начальник отдела, главный инженер, парторг и даже почему-то председатель профсоюза по очереди вытаскивались "на ковер" в кабинеты разного уровня и подчиненности — от горкома до областного управления КГБ. Впрочем, всё ограничилось беседами да внушениями — означенные персонажи отделались замечаниями. Тем более, что формально им предъявить было нечего — Юрий с семьей уехал в Болгарию по турпутевке, а уже оттуда их забрали американцы. Очевидно, дело инженера ушло куда-то в верхи, да там и затерялось. Тем более что в стране стояли уже новые времена.

Через пару лет вместе со страной закончилась перестройка. Еще через три года закрыли завод. Виталя стал ездить на своей "копейке" в столицу, искать товар подешевле, чтобы перепродать его рыночным торговцам подороже. В 97-м случилась с ним такое, о чем можно было высказаться двояко — повезло и не повезло одновременно. Везение заключалось в том, что Виталя хотя бы выжил. Под Москвой по пути домой он нарвался на лихих людей. И почти успел от них улизнуть — если бы они не стали стрелять ему вслед. Все пули прошли мимо, но одна попала — в спину. Виталя потерял сознание, машина врезалась в дерево. Бандиты обчистили его самого и салон, а потом машину подожгли, чтобы скрыть улики. Витале каким-то чудом удалось выбраться, хотя ноги его не слушались. Подобрали его случайные люди.

Ранение оказалось серьезным — был поврежден позвоночник. Ни операция, ни терапия не дали особого результата, и в квартире Витали надолго прописалась коляска. Первое время его вывозил на прогулки сын, но вскоре он поступил в военное училище и уход за Виталей лег на плечи жены. Она возила его по врачам, даже вроде записалась к доктору Дикулю. Но всюду был один ответ — чтобы встать на ноги, надо упорно заниматься. А Виталя к этому моменту стал капризным, заниматься он пробовал недолго, а все больше налегал на «анестезию» со своими новыми дружками. Они услужливо довозили его до гаража, где к тому времени пышно разросся виноград, и под сенью листвы успешно пропивали его пенсию по инвалидности.

Иногда, в моменты паузы при отправке очередного гонца за дешевым портвейном, Виталя стеклянным взглядом смотрел на массивный амбарный замок на ржавеющих воротах гаража Юрия.

— Надо замочек смазать… Вон, соседик мой — отстраненно молвил Виталя. — В Америку убёг… Прощения у меня просил — добавлял он, несколько греша против истины.

Иногда дружки предлагали ему срезать ворота «соседа-диссидента» и сдать их на металл — а может, еще и в гараже еще чего полезного найдется.

— Никак нельзя! — решительно протестовал Виталя. — Он мне строго-настрого завещал следить за имуществом. Там евойные чертежи лежат, разработки всякие секретные. Говорит, «Приеду, откроем вместе, посидим, как в старые времена!».

После чего аккуратно смазывал навесной и врезной замки соседа специально припасенной для этого масленкой. Вскоре это превратилось в обязательный ритуал, отчего замок на гараже Юрия резко контрастировал своим свежим видом с ветшающими воротами, которые он оберегал.

Виталя в кругу собутыльников все чаще давал волю своей фантазии, в возвышенных тонах описывая свои некогда теплые отношения с соседом по гаражу, якобы проникнутые самой искренней дружбой. По крайней мере, для него эти разговоры стоили дороже, чем содержимое гаража Юрия — Виталя не мог не помнить, что кроме старого фотоальбома там ничего важного не было.

Супруге Витали такая жизнь со временем надоела, и как только их сын получил свое первое лейтенантское предписание к новому месту службы, она уехала туда же, в Новороссийск, поближе к сыну. Со временем люди говорили, что сын первое время помогал ей снимать жилье. Потом она нашла работу, а сын женился и получил квартиру. Никто из них на прежнее место больше не приезжал до тех самых пор, пока не пришла пора продавать квартиру.

Квартира освободилась по причине вполне прозаической и логичной. Виталя в нулевых пережил первый инфаркт, а второй уложил его на постель навсегда. Некий местный благотворитель взял над ним опеку, и последние месяцы своей жизни Виталя провел в каком-то бараке под присмотром строгих сиделок, рядом с такими же лежачими алкоголиками и наркоманами.

Умер он тихо и незаметно и был так же незаметно погребен бог знает за чей счет. Потом был суд, где вдова оспаривала с благотворителем право наследства. Чем закончился суд, осталось неизвестно — но только через годик заехали в бывшую квартиру Витали новые жильцы.

5.

На гаражах тоже произошли некоторые перемены. Где-то через полгода после ухода Витали в лучший мир возле его гаража появился необычный гость. Мужчина солидного возраста в добротном спортивном костюме и не по-нашему яркой кепке-бейсболке долго смотрел на то, что осталось от Виталиного гаража: ворота из нержавейки были вырваны с корнем, так что даже осыпался кирпич — очевидно, их дергали тросом на технике. Стойки под виноград тоже были срезаны, отчего весь его зеленый массив закрывал разинутый вход в гараж, откуда несло вонью кошачьих и собачьих отложений.

Соседний же гараж был цел и изящно увит виноградом. Ворота хотя и сильно поржавели, однако амбарный замок послушно висел на своем месте и выглядел вполне прилично.

Гость достал из кармана ключи и не без волнения попробовал открыть замок. Тот, к его удивлению, легко поддался. Второй тоже. Мужчина зашел в гараж, побыл там некоторое время, затем вышел. В руках он держал нечто похожее на фотоальбом — пухлый и старомодный, в стиле в 70-х годов.

Гость закрыл гараж, постоял некоторое время у открытого чрева Виталиного гаража. Затем вынул из кармана визитку, воткнул ее между кирпичей и пошел восвояси. Визитка это проторчала в углу гаража несколько дней, затем сильный порыв ветра унес ее.

Долго еще мелькала эта визитка в пыли дорог по всему гаражному кооперативу. Она изрядно выгорела на солнце, пока какой-то мальчишка, слонявшийся по гаражам без дела, не поднял ее. Разобрать напечатанное было непросто, но пацан попался любознательный и разобрал слова «Houston» и «Texas», аббревиатуру «CEO» и какие-то номера телефонов. Еще на визитке, очевидно, значился адрес электронной почты, а также при желании можно было прочитать имя обладателя визитки — «Yuriy N…» Но фамилию, кроме первой буквы, разобрать было решительно невозможно при всем старании — беспощадное время стерло его навсегда.