COVID-19, который отнял…

Глава 1

Семья — первая

15 марта 2020 года было воскресенье. День начался совершенно обычно, без каких-либо признаков того, что совсем скоро жизнь этой семьи изменится. Полдня отец и младший брат занимались во дворе: убирали сухие ветви, приводили в порядок деревья и собирали всё, что накопилось за зиму. Девушка, которой было всего четырнадцать лет, после этого решила заняться садом. Она только начала убирать опавшие ветки и листья, как примерно через пятнадцать минут услышала стук в ворота. Она открыла и увидела соседку. Женщина поздоровалась с ней, затем прошла во двор и поприветствовала её родителей. По-соседски они сели поговорить, и сначала разговор был самым обычным, однако по лицу женщины было заметно, что она пришла не только ради разговора. Через некоторое время она рассказала новость, от которой взрослые сразу стали серьёзнее: стало известно, что коронавирус, о котором уже несколько месяцев говорили в других странах, добрался и до их страны. Один из пассажиров самолёта оказался заражён. Соседка даже показала новость на телефоне. Родители замолчали, внимательно читая сообщение. Девушка слышала разговор, но в свои четырнадцать ещё не могла по-настоящему осознать, что это значит. Для неё COVID был чем-то далёким, происходящим где-то в других странах. Её мысли были совсем о другом: в её комнате возле шкафа на столе стояла красная коробка. Вместе с подругами они купили её для одноклассницы, у которой на следующий день должен был быть день рождения. Девушка думала, как они поздравят её, что скажут, как вручат подарок и как будут смеяться вместе. Она ещё не знала, что именно в тот день привычное «завтра» перестанет быть таким, каким она его представляла.

После ухода соседки отец сел в машину и отправился на рынок. Вернулся он примерно через час с таким количеством продуктов, какого раньше почти никогда не покупал: картофель, овощи, масло, муку и многое другое. Мать торопливо раскладывала покупки по местам, а затем среди вещей появилась и маска. В доме стало непривычно тихо. Взрослые словно чувствовали то, чего ещё не понимали дети. Вечером новости подтвердили худшие опасения: объявлялся карантин. Школы закрывались, занятия должны были проходить онлайн, людям предписывали соблюдать ограничения и носить маски. После определённого времени нельзя было свободно находиться на улице и собираться большими компаниями. Девушка смотрела на красную коробку и подумала о том, что подарок, возможно, так и останется лежать в её комнате. Она больше не сможет встретиться с подругой и просто поздравить её в школе. Родители тем временем продолжали делать запасы, будто готовились к чему-то неизвестному и очень серьёзному. В семье, кроме родителей и девушки, были младший брат, которому было двенадцать лет, и бабушка — ей было восемьдесят два. Бабушка тяжело болела, почти не могла самостоятельно ходить и большую часть времени проводила в постели. Ей постоянно требовалась помощь: кто-то должен был принести воду, помочь подняться, напомнить о лекарствах и просто побыть рядом. Обычно за ней вместе ухаживали мать и девушка, но тогда девочка ещё не понимала, насколько скоро эта забота станет её главной обязанностью.

Наступило первое утро карантина. Весь дом оказался наполнен непривычной тишиной: никто не спешил в школу или на работу, все оставались дома. Мать вместе с дочерью начала обрабатывать поверхности антисептиком — двери, ручки, мебель и всё, чего часто касались руками. В доме были мыло и средства для обработки рук. Если отцу или матери приходилось выходить на улицу, они надевали маски и старались соблюдать осторожность. Так проходили дни. Постепенно семья привыкла к новой жизни: все находились дома, продукты были куплены в достаточном количестве, а запасов становилось даже больше, чем необходимо. Казалось, что их хватит на месяцы, а может, и на целый год. Но вместе с этой относительной безопасностью росло другое чувство — тревога. Новости каждый день рассказывали о новых заболевших и умерших в разных странах. Цифры увеличивались, одна новость сменяла другую, и люди всё чаще начинали бояться даже собственных соседей. Однажды отец сказал, что на их улице тоже умер человек. После этих слов в доме стало ещё тише. Девушка впервые почувствовала, что болезнь уже не находится где-то далеко. Она была рядом.

Через некоторое время отец однажды сказал, что плохо себя чувствует. Он не хотел рисковать, особенно потому, что в доме находилась пожилая и тяжело больная бабушка, поэтому решил сдать анализ на COVID. Ответ должен был прийти через два дня. До получения результата он сам решил соблюдать осторожность и практически не выходил из своей комнаты: ел там, отдыхал и старался не контактировать с остальными. На следующий день состояние матери тоже резко ухудшилось, однако причиной была не инфекция. У неё давно были проблемы с желудком, и теперь боль стала настолько сильной, что она почти не могла ходить. Родственники со стороны матери приехали помочь. Врачи оказали ей необходимую помощь, но вскоре стало понятно, что дома оставаться ей нельзя — требовалось лечение в больнице. Девушка старалась держаться рядом с матерью, помогать ей, но не могла сдержать слёз. Ей было всего четырнадцать, и видеть, как мама лежит без сил и не может нормально передвигаться, было слишком тяжело. Родственники решили, что мать необходимо отвезти в больницу, и хотели сначала поговорить с отцом. Но именно в тот день отец получил результат анализа. Он был положительным.

Всё словно остановилось. Отец вернулся домой и сразу ушёл в свою комнату. Девушка последовала за ним. Он понимал, что теперь должен оставаться отдельно от остальных, особенно от бабушки, для которой инфекция могла оказаться гораздо опаснее. Но вместе с этим перед ним возник другой вопрос: кто будет ухаживать за его матерью? Остальные родственники не хотели брать на себя такую ответственность из-за её возраста и состояния здоровья. В семье было несколько детей, но в тот момент многие предпочли отойти в сторону, потому что боялись за себя и не знали, чем всё закончится. Отец стоял в комнате и говорил о том, что бабушка останется практически без помощи. Тогда четырнадцатилетняя девушка, несмотря на собственный страх, сказала, что сможет справиться. Она уже много раз помогала бабушке, знала, какие лекарства ей нужны, умела приготовить еду, убрать дом и позаботиться о младшем брате. Она понимала, что это будет тяжело, но не хотела, чтобы мама не могла лечиться только потому, что дома некому остаться с бабушкой. Отец долго молчал, затем согласился. Он дал дочери деньги на необходимые расходы, поскольку сам уже не мог выходить из комнаты. Родственники помогли матери добраться до больницы, а девушка осталась дома. Отец предупредил её: всем необходимо носить маски, соблюдать осторожность, а его посуду и вещи нужно держать отдельно. Девушка надела маску и перчатки, обработала ручки дверей и поверхности, подготовила для отца отдельную посуду и оставляла всё необходимое у его двери. Он не должен был выходить из комнаты, а она старалась не заходить к нему без необходимости. Так четырнадцать лет вдруг стали казаться слишком маленьким возрастом для такой ответственности.

Каждое утро девушка помогала бабушке, приносила ей воду и еду, напоминала о лекарствах, помогала подняться и снова устроиться в постели. Она заботилась о брате, готовила, убирала и следила за тем, чтобы отец получил всё необходимое. На следующий день она позвонила матери. Та уже чувствовала себя лучше и сказала, что врачи хорошо за ней наблюдают и, скорее всего, через несколько дней она сможет вернуться домой. Девушка старалась говорить спокойно и уверяла её, что дома всё хорошо. Она не хотела заставлять мать волноваться. Но состояние отца постепенно ухудшалось. На третий день он позвал свою сестру и сказал, что ему становится всё тяжелее. Он боялся, что если станет совсем плохо, детям лучше будет временно перебраться к родственникам, а бабушку придётся оставить под присмотром кого-то другого. Услышав это, девушка почувствовала, будто весь мир вокруг неё рассыпается. Ей представилось разбитое стекло: когда бокал падает на пол, его осколки разлетаются в разные стороны, и даже если потом собрать их вместе, прежним он уже не станет. Она плакала, потому что не могла представить, как семья окажется разделённой: мама в больнице, отец в одной комнате, дети в другом доме, а бабушка — одна. Сестра отца пыталась её успокоить и говорила, что это временно, что отец обязательно поправится, что мама тоже вернётся. Но девушка ответила, что понимает это, однако не может уйти. Если они уедут, отец останется один, а ему сейчас тяжелее всего. Она сказала, что останется дома и продолжит заботиться о бабушке и брате. В конце концов родственница согласилась передать её решение отцу. Он тоже понял дочь и позволил ей остаться.

На четвёртый день отцу стало ещё хуже. Ему было тяжело дышать, он почти не мог нормально ходить, его мучили слабость и головокружение. Девушка старалась не показывать свой страх. Она готовила еду, помогала бабушке, занималась братом и постоянно прислушивалась к тому, как отец дышит за закрытой дверью. В один из вечеров друзья отца приехали помочь и привезли специальный аппарат для облегчения дыхания. Когда девушка увидела отца с этим устройством, ей стало страшно. Перед ней был человек, который ещё совсем недавно ездил на рынок, работал во дворе и разговаривал с семьёй, а теперь ему было трудно даже просто дышать. В тот момент она особенно остро почувствовала, насколько быстро обычная жизнь может измениться. Её собственное тело тоже начинало уставать. Мышцы болели от постоянной работы, бессонных ночей и необходимости несколько раз в день помогать бабушке. Ночью бабушка просыпалась и звала её, поэтому девушка почти не спала. У неё были красные от усталости глаза, но утром она снова вставала и продолжала делать всё необходимое.

Через несколько дней девушка решила пойти к матери в больницу. Она приготовила обед для семьи, покормила отца, бабушку и брата, убедилась, что дома всё спокойно, и только после этого вышла. До больницы можно было добраться примерно за час пешком. Общественным транспортом она пользоваться не хотела из-за карантина, поэтому пошла одна. Город, который когда-то казался ей шумным и живым, теперь выглядел совершенно иначе. Раньше, ещё до карантина, она любила ходить по магазинам, покупать продукты для мамы, видеть людей на улицах, слышать голоса и движение машин. Теперь улицы почти опустели. Редкие прохожие старались держаться подальше друг от друга. Даже привычного уличного шума почти не было. Казалось, будто весь город остановился и ждёт, когда ему снова разрешат жить.

По дороге девушке нужно было перейти мост. Перед ней было два пути: верхняя дорога, открытая солнцу, и нижняя часть, где было прохладнее и можно было быстрее пройти. Она выбрала нижний путь. Осторожно двигаясь, она внезапно почувствовала сильную боль в левой ноге. Девушка остановилась и не сразу поняла, что произошло. Ей показалось, будто её что-то укусило. Она попыталась сделать ещё несколько шагов, но боль усилилась. Только тогда она остановилась и посмотрела на ногу. Когда она поправила одежду, из-под неё неожиданно вылетела большая пчела. Девушка сразу вспомнила детство и то, как взрослые предупреждали детей быть осторожными с такими насекомыми. Место укуса быстро опухло и покраснело. На глазах у неё выступили слёзы, но плакала она не столько от боли, сколько от бессилия. В тот день ей казалось, что даже собственное тело решило добавить ей ещё одно испытание. Однако она всё равно продолжила путь. В больнице она встретилась с матерью, стараясь не показывать, что с ногой что-то случилось. Мама спросила о доме и об отце. Девушка ответила, что всё хорошо, хотя его состояние немного ухудшилось. Мама сказала, что ей уже намного лучше и совсем скоро она вернётся домой. Перед уходом она поблагодарила дочь за то, как та старается заботиться обо всех. Девушка улыбнулась, попрощалась и вышла, а когда снова осталась одна, боль в ноге вернулась. На обратном пути она уже решила идти по верхней дороге, несмотря на жару. Ей хотелось только быстрее добраться домой.

К вечеру нога сильно опухла и покраснела. Девушка вспомнила старый домашний способ, который когда-то видела в детстве, и приложила к месту укуса помидор с солью, надеясь, что боль пройдёт. Затем снова занялась домом и приготовила еду. Отец лежал в своей комнате, ему было тяжело, но он всё ещё старался отвечать на её вопросы и говорить, что именно приготовить. Девушка делала всё, что могла, хотя сама была измучена. Она почти перестала замечать собственную усталость, потому что каждый новый день требовал от неё одного и того же: проснуться, помочь бабушке, приготовить еду, проверить брата, позаботиться об отце и ждать новостей о матери. Два следующих дня стали для неё самыми длинными. Она буквально жила от минуты к минуте, постоянно прислушиваясь к отцовскому дыханию. Иногда плакала, но старалась делать это так, чтобы никто не видел. Даже когда ночью бабушка звала её, она вставала и шла к ней, хотя сама едва держалась на ногах.

Но время всё-таки двигалось вперёд. Через несколько дней состояние отца начало постепенно улучшаться. Он уже мог немного легче дышать и понемногу вставать. А вскоре в дом вернулась мама. Девушка увидела её и не смогла сдержать облегчения. Мама крепко обняла дочь и сказала, что теперь всё хорошо, что самое страшное осталось позади. Она сразу хотела сама заняться бабушкой и всем домом, но девушка уже настолько привыкла заботиться о ней, что почти автоматически продолжала помогать. Ей казалось странным просто стоять в стороне после того, как столько дней она была нужна каждому. Мама видела, насколько сильно изменилась её дочь за это время. Перед ней была всё та же четырнадцатилетняя девочка, но в её взгляде уже появилось что-то взрослое — усталость, тревога и одновременно спокойная решимость делать то, что необходимо.