Честь и уроки французского

Глава 1

Было это ранним апрелем. Во многих частях города снег уже успел подтаять, оставляя после себя грязь и лужи. На небе светило солнце, но погода была не тёплая.

Извозчики лениво вели свои кареты по дорогам, под тихие смешки молодых барышень, прогуливающихся под руку со своими кавалерами.

Игнат Аркадьевич Лосев, возвращался домой после рабочего дня, как вдруг его посмел окликнуть незнакомец.

– Здравствуйте, сударь! Извольте же выслушать... – никак не мог отдышаться хорошо одетый мужчина, остановившись прямо перед Лосевым. – Вы меня не знаете, но я знаю вас!

– Правда? – улыбнулся Игнат Аркадьевич, приспустив очки, и оглядев незнакомца повнимательнее. – Чего же вы от меня хотите, молодой человек?

– Я хочу сказать, – отвечал незнакомец, утерев пот со лба. – Что ваша жена вам изменяет!

– Да вы что? – приподнял брови Лосев, захлопав глазами.

– Истинная правда! – продолжал говорить мужчина. – Сегодня лично я видел вашу жену с другим! И вы ни за что на свете не догадаетесь, с кем именно!

– И с кем же?

– Со мной! Вы можете представить весь абсурд данной ситуации? Любовник вашей жены самолично является к вам, и рассказывает о себе!

– И впрямь, – задумался Лосев. – Ситуации довольно необычна. Чтоб вы знали, – продолжал говорить он абсолютно спокойно. – Я сейчас нахожусь в полном замешательстве.

– Честно сказать, – насторожился незнакомец. – По вам и не скажешь, что данная мною вам информация, хоть как-то сумела вас удивить.

– Извольте, господин! – отмахнулся Лосев. – Как ваше имя?

– Борис.

– А по батюшке?

– Емельянович.

– Борис Емельянович, – улыбнулся Лосев, похлопав собеседника по плечу. – Уверяю вас, моя жена изменяет мне уже очень давно, и я давно уже этому не удивляюсь.

– Но... Как же? – нахмурился Борис. – Что значит, вы давно уже этому не удивляетесь? Сударь, ведь это же не нормально! Не напомните, как вас зовут?

– Игнат Аркадьевич.

– Игнат Аркадьевич! – эмоционально повторил Борис Емельянович. – Вы живёте поистине с падшей женщиной!

Улыбнувшись гораздо шире, Лосев не прекращал восхищаться некою наивностью, и правильностью своего собеседника.

– Вы очень мил, – наконец сказал он, поправив рукава сюртука. – Позволю себе предположить, что ваши корни, вполне себе, уходят в Польшу? Я прав?

– Мой отец поляк, а мать русская, – удивился Борис Емельянович. – Как вы про это прознали?

– Очень просто, мой друг! – забавно усмехнулся Лосев. – Моя жена сама имеет в роду поляка деда, и ко всему, очень уж сильно ей по нраву молодые польские парни!

– Какой вздор! Даже боюсь себе представить, что вы хотели этим сказать!

– Любит голубушка моя поляков! – уверенно повторил Лосев. – Потому и тянется к ним!

– Должно быть вы, каком-то роде и сам поляк? – предположил Борис Емельянович.

– Ошибаетесь, мой друг! Родом я из Полоцка!

– И что же?

– А то, что будь я поляком, быть может, и не изменяла бы мне жена! – вежливо поклонившись своему собеседнику, Лосев продолжил свой путь.

– Вот чудак! – усмехнулся Борис, и вновь нагнал мужа своей любовницы. – Куда же вы идёте? Я ведь не рассказал вам самого главного! Ваша супруга при смерти!

– Вот те раз! – воскликнул Лосев, остановившись. – И чего ж ты молчал, безумец, все это время? С этого и нужно было начинать разговор!

– Каюсь, виноват, – сконфузился, так называемый, поляк, опустив взгляд. – Вашей жене сейчас очень и очень плохо. Дело в том, что моя супруга застала нас вместе с вашей женой, у меня дома! Знали бы вы, какой же она подняла крик, какой закатила скандал! Она кричала так, словно я убил человека, честное слово! Затем она схватила с комода старый подсвечник, и ударила вашу жену по голове, и после, в слезах, убежала... Где она сейчас, я не знаю! Но ваша жена велела найти вас! Она сказала мне, в какое время и по какому маршруту, вы возвращаетесь со службы, и как вы выглядите, она также изволила сообщить!

– Ох, и расстроили же вы меня, сударь! – нервно повторял Лосев, не прекращая теребить пуговицы своего сюртука. – Как же так вышло, боги? Это что же получается, – неожиданно замер он, вцепившись в Бориса Емельяновича напуганным взглядом. – Забирать Петьку и Олечку из гостей от тётки сегодня предстоит мне? Боги, ведь я сегодня совершенно не могу! Жена ведь знала, что сегодня ее очередь забирать наших детей от своей сестры! Я не могу сейчас бросить все, и просто уйти! – помотав головой, Лосев, неожиданно, медленно попятился назад. – Прямо сейчас, через двадцать минут, у меня предстоит важная встреча! Я, и Изольда Яковлевна, планировали ее уже очень давно! Изольда Яковлевна уже очень давно желает чтобы я, наконец, вошёл... то есть, как это правильно сказать-то... Чтобы я, наконец, натянул ее... в смысле, подтянул по французскому. Представьте себе, ее старший брат взял в жены француженку! На днях он приезжает в гости, и Изольда Яковлевна совсем не хочет ударить в грязь лицом при молоденькой жёнушке своего братца!

– Как вы можете думать о какой-то там Изольде, когда ваша жена, прямо сейчас, ждёт вас! – растерянно произнёс Борис Емельянович, схватив Лосева за руку. – Пойдёмте же скорее! Пойдёмте!

– Уж извините, – резко ответил Игнат Аркадьевич, вырвав руку из нежеланного хвата. – Но, как вы сказали, моя жена меня ждёт! А Изольда Яковлевна ждать не будет!

– Извольте, сударь! Вы смеете говорить так, будто ваша жена вам чужая, и совершенно вам не нужна!

– Вы правы! – улыбнулся Лосев, скрестив руки на груди. – Я не нужен ей, а она не нужна мне! Такая уж жизнь, голубчик! Вам не понять! У нас с вами разные нравы; вы молоды и наивны! Я же, пусть и не стар, но жизни повидал больше вашего! Вот скажите мне, прошу, ответьте; чего вы хотели добиться, рассказав мне о том, что моя жена мне не верна?

– Хотел чтобы вы знали, – гордо ответил Борис Емельянович. – Чтобы вы не жили во лжи! Я, как человек чести, попросту не мог оставить вас в неведении!

– Человек чести? – ухмыльнулся Лосев. – Где же, скажите, была ваша честь, когда вы прыгали в кровать к замужней женщине? Я скажу даже так; проснулась бы и вовсе ваша честь, ежели ваша жена не застукала вас с другой у вас дома? И о какой же чести, простите вы меня, вы изволите мне говорить, когда сами позволяете себе изменять собственной жене? Вам мало своей жены, для чего вы полезли к чужой?

– Готов поклясться собственной жизнью, – положил руку на сердце Борис. – Когда я начинал общаться с вашей женой, я и понятия не имел, что она может быть чьей-то женою! Я этого просто не знал!

– Как же не знали, молодой человек? – нахмурился Лосев. – Как же вы могли этого не знать? Разве вы не целовали моей жене руки?

– Целовал! Конечно же целовал!

– И вы не заметили на ее пальце кольцо?

– Мы целовались в темноте, и потому разглядеть кольцо было просто невозможно!

– Пусть в темноте! – продолжал повышать голос Лосев. – Когда вы целовали руки, разве вы не ощутили кольцо губами?

– Чего вы от меня хотите? – сконфузился Борис Емельянович.

– Я хочу вам сказать, Емельян Борисович, чтобы вы занимались своей жизнью, и не лезли не в свои дела!

– Я Борис Емельянович, – осторожно попытался поправить он Лосева.

– Неважно! – выкрикнул тот, да так громко, что проходящие мимо по улице мужчины и женщины, начали искоса поглядывать в его сторону. – Да, мы с моей женой уже давно друг другу не верны! Но какое во всем этом ваше дело? Мы прожили с ней рука об руку двадцать лет, мы жили без ваших норм морали и ненужных советов, и еще проживём столько же! Идите же, наконец, прочь! И не отнимайте более мое время! Изольда Яковлевна ждет меня, и мой французский язык... вернее, язык то у меня русский... В общем... Что я перед вами оправдываюсь? Да, я иду спать с другой женщиной! Вы довольны?

– А чего я? – растерянно ухмыльнулся Борис. – Лишь бы вы были довольны!

– И я буду доволен! – топнул Лосев ногой. – Буду доволен, ежели более никогда вас не увижу! Какая бессмысленная встреча! Какой пустой разговор! Тьфу!

И не дожидаясь ответа своего собеседника, Игнат Аркадьевич ушел. Борис Емельянович же, какое-то время еще постоял. Затем усмехнулся, вынул из внутреннего кармана пальто флягу, и отпил коньяка. После такой неприятной встречи и неприятного разговора, очень уж сильно ему хотелось забыться, и потому, недолго думая, он отправился в кабак «Человек без селезёнки», где выпил пива и покурил.

А что же до Игната Аркадьевича Лосева, и его жены? Им обоим не повезло; находясь в гостях у Изольды Яковлевны, они с ней, с особым жаром, занялись французским языком, и в момент обучения, их сумел застукать муж Изольды. От полученных травм, Лосев скончался.

Его жена, не дождавшись помощи ни от мужа, ни от любовника, померла в одиночестве с разбитой головой.

Борис Емельянович через месяц развёлся, но, несмотря на это, прожил долгую и счастливую жизнь.