Драма
Балерина и дикобраз
Можно ли излечить другого, если твоя собственная семья — хрупкий карточный домик? Никита — 22-летний психолог, который пытается найти баланс между профессиональным долгом и личным хаосом. Его мать, Лена — балерина, чья грация скрывает потухший взгляд и усталость от жизни.
Я и не знал, что такое ‘петух на зоне’, лет до 15.» Мама: «А может, им просто понравилось?» Саша: «Я стеснялся до жути, и ещё больше закрылся.
Читать фрагмент
Читать ещё1. Балерина и дикобразБалерина, Дикобраз, я.Привет. Я Никита, и хочу рассказать вам историю. Мне 22 года, психолог по диплому и, как оказалось, по жизни. Тот самый кадр, который в пять лет крутил пируэты, в восемь пошёл ломать руки на самбо, а теперь ковыряюсь в мозгах у окружающих. У меня всё ок, батя слился давно, и мне норм.Мама — мой первый кореш, без базара. Лена, 42, балерина, рулит танцевальным колледжем, вечно мне: «Держи спину, Никитос!» Всегда была за меня горой: «Хочешь балет — танцуй, хочешь бороться — иди, главное, чтобы глаза горели.» Только свои она давно потушила. После развода пятнадцать лет одна, хотя мужики вьются пачками. Я ей: «Мам, харэ загоняться, давай жить уже!» А она улыбается, а в глазах пусто. Танцует, пока ноги не отвалятся, или сидит с этими СИОЗСами, чтобы крышу не снесло. А я смотрю и не въезжаю: маман, определись уже! Всё ищет «того, с кем будет не одна»…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0