Владик

Глава 1

Зима в этом году задержалась.

Ника возвращалась домой по уши закутавшись в шарф. И кто только придумал, что весна начинается в марте? Наверняка этот кто-то жил себе в какой-нибудь теплой или даже тропической стране, и даже не подозревал о том, что где-то и в июне может идти снег. Чтоб ему там…

От придумывания особо изощренного пожелания ее отвлек странный звук.

Ника огляделась по сторонам, но ничего не заметила. Она уже пожала было плечами и собралась идти дальше, как вдруг замерла. Ошибки быть не могло. Она совершенно точно слышала тихий жалобный писк.

– Кис-кис-кис, – неуверенно позвала она.

Писк повторился.

Ника тихо вздохнула, проклиная собственную мягкосердечность и чужую безжалостность. Это ж надо, в такую холодрыгу у кого-то поднялась рука вышвырнуть на улицу котенка! Или щенка. А, может, она зря так плохо думает? Может, чья-то собака убежала, и ее хозяин сейчас бегает по улицам в поисках любимца? Или кто-то случайно забыл закрыть форточку, и любопытный котенок решил прогуляться? А теперь понял, что на улице холодно и страшно, забился куда-то, и надеется, что хозяин его найдет…

Все это пронеслось в Никиной голове, пока она внимательно осматривалась. Ничего, ничего, пусто… стоп! Ника аж головой потрясла. А потом подскочила к широкой луже на краю тротуара.

Разглядеть в сгустившихся сумерках сидящего в луже зверька было непросто; немудренно, что она его не сразу заметила. Маленький, темный, облепленный грязью с головы до ног, так что Ника даже приблизительно не смогла угадать его породу. Да и вообще, собака это, кошка, или, может, морская свинка, поди-разбери!

Ника присела на корточки. Зверек моргнул и посмотрел на нее глазами-бусинками.

– Ну и что мне с тобой делать?

Зверек тихо пискнул.

– Меня муж убьет, – тоскливо сказала Ника.

Зверек вздохнул и закрыл глаза. И столько безысходности было в этом простом жесте, столько обреченности и покорности судьбе, что у Ники слезы на глаза навернулись. Бережно выудив найденыша из лужи, она завернула дрожащее тельце в шарф, спрятала за пазуху и побежала домой, даже не чувствуя, как намокает свитер.

Муж не убил. Только вздохнул безнадежно.

– И что это за зверь?

– Саш, я сама не знаю, – робко сказала Ника. – Нашла его в луже. Он маленький и плачет. Как тут было его не взять?

Саша снова вздохнул.

– Ладно, не обратно же его в лужу… Искупай его, а я погуглю, посмотрю, что это за чудо-юдо такое…

Отмыть покрытого грязью, как батончик «Марс» шоколадом, найденыша было непросто, особенно учитывая, что Ника до смерти боялась неосторожным движением сделать малышу больно. Тот не сопротивлялся, только смотрел на нее с совершенно детской доверчивостью. Постепенно он отогрелся, перестал дрожать и, кажется, даже начал получать удовольствие от горячей ванны.

А Ника смотрела на длинные пальцы на задних лапках зверька, и в ее голову начали закрадываться нехорошие подозрения. Когда под толстым слоем грязи обнаружились складки кожи, подозрительно напоминающие крылья, подозрения переросли в горькую уверенность.

Впервые за все годы знакомства Саша позволил себе повысить голос.

– Как, скажи мне, как ты умудрилась притащить в дом летучую мышь? Ты понимаешь, что это не котенок какой-нибудь, не собачка?! Как за ним ухаживать, ты знаешь? А если он умрет, прямо здесь, на нашей кухне?

– Саш, но в луже он бы совершенно точно умер, – жалобно сказала Ника. – А тут у него есть шанс. Отогреется, покушает…

– Что покушает? Чем вообще питаются летучие мыши, ты в курсе?

– Нет.

– Вот и я нет, – буркнул муж, остывая. – Надеюсь, не падалью какой-нибудь.

– Я в зоопарке видела, как их фруктами кормили, – вспомнила Ника. – Виноградом там, дынькой… Но он же маленький совсем! Думаешь, будет?

Саша с сомнением посмотрел на отмытого и завернутого в кухонное полотенце мышонка. Мышонок, словно почувствовав взгляд, широко зевнул и продемонстрировал розовый язычок.

– Они, вроде, млекопитающие, – пробормотал он. – Можно молоко подогреть. А я пока схожу в магазин за пипеткой.

Ника бросилась мужу на шею и расцеловала.

– Сашка, ты самый лучший муж на свете!

– Да уж, – хмыкнул Саша, – чего нельзя сказать о тебе. Ника, ну когда ты уже повзрослеешь? Когда перестанешь таскать в дом всех, кто под руку подвернется?

– Никогда. – Ника чмокнула мужа в нос. – И ты это прекрасно знаешь!

– Господи, – Саша выразительно закатил глаза, – в чем я провинился перед тобой, Господи? За что мне это наказание?

– Между прочим, – заметила Ника, – после Алиски у нас не было домашних питомцев. Всех найденышей я лечила и пристраивала!

– Ага. А кому ты собираешься всучить летучую мышь?

– Не знаю, – беззаботно пожала плечами Ника. – Придумаю.

Годом позже…

– О, привет Оль, заходи. Как добралась, нормально? Не заблудилась? У нас все никак номера домов не нарисуют, все гости ругаются! Ну проходи, раздевайся, я сейчас чаю налью. Или ты хочешь чего-то существеннее? Может, покормить тебя? У меня жаркое есть, и вареники домашние, в выходные налепили. Нет, не хочешь? Ну и ладно, тогда просто чай.

– Ну почему «просто чай», я тортик принесла, – наконец удалось вклиниться Ольге.

– О, тортик – это здорово, это просто замечательно, – просияла Ника. – Проходи, кухня направо.

Ольга послушно двинулась в сторону кухни и тут над головой что-то прошуршало. От неожиданности девушка пошатнулась и ухватилась за стену.

– Что случилось? – Ника уже была тут как тут.

– Н-не знаю, – пробормотала Ольга. – Померещилось.

– Тебе отдохнуть нужно, Оль, – безапелляционно заявила Ника. – Ну куда это годится, второй год без отпуска! Тут что угодно мерещиться начнет! Иди завтра же к начальнику и требуй отпуск.

– Обязательно, – со смехом пообещала Ольга. – Тем более, что я как раз сегодня у него была.

– Да ты что, – оживилась Ника. – И что он сказал?

– Он… – Над головой снова что-то прошуршало, а легкий сквозняк взъерошил волосы. Ольга вскинула голову и краем глаза успела увидеть темный силуэт, исчезнувший за коробками на холодильнике.

– Владик, перестань! – прикрикнула Ника. – Как тебе не стыдно?!

– Значит, мне не померещилось, – слабым голосом подытожила Ольга.

– Я забыла, что ты его еще не видела, – виновато отозвалась Ника.

– Кого – его?

– Владика.

– Твой новый домашний любимец?

– Ее новый домашний монстр, – мрачно прокомментировал Саша, вырастая на пороге.

– Не надо так, – возмутилась Ника, – он хороший. Владик, вылезай!

– Какое странное имя, – заметила Ольга.

– Я предлагал назвать его просто Дракулой, – пожал плечами Саша. – Но Нике это почему-то не понравилось.

Ника возмущенно фыркнула и требовательно побарабанила пальцами по холодильнику. Из-за коробки показалась ушастая черная голова.

– Я сейчас в обморок упаду, – пробормотала Ольга, завороженно наблюдая, как зверек тычется мордочкой в Никину ладонь и аккуратно перебирается на ее плечо, цепляясь коготками за свитер. – Я, конечно, знаю, что вы ненормальные, но чтоб настолько! Это кто?!

– Это Владик, – ласково сказала Ника.

– И он теперь у вас живет?

– Да так, что не выгонишь, – подтвердил Саша, подойдя к жене и погладив зверька указательным пальцем между ушами. – Видишь, у нас даже сеток на окнах нет, я все надеялся, что он подрастет и сам улетит. Черта с два! Улетает и, как бумеранг, обратно возвращается. А Ника, между прочим, когда подобрала его, обещала непременно кому-нибудь отдать!

– Ну, обещала, – пожала плечами Ника. – Я же не виновата, что он не захотел улетать!

– Дурдом, – обреченно прокомментировала Ольга.

– Еще скажи, что тебя это удивляет, – фыркнул Саша. – Ладно, девочки, пойду я дальше работать, а вы тут развлекайтесь. Тортик только оставьте попробовать!

– Обязательно, – рассмеялась Ника, бережно пересаживая Владика на плечо мужа. – Тебе кофе сделать?

– Сделай, – кивнул Саша. – Я буду в комнате.

Когда строчки кода начали сливаться перед глазами, Саша откинулся на спинку стула и ожесточенно потер глаза. Спящий на плече мышонок недовольно причмокнул во сне. Саша рассеянно погладил зверька по пушистой спинке и невидящим взглядом уставился в монитор.

Разумеется, найти сумасшедшего, желающего взять себе детеныша летучей мыши им не удалось. Ника не расстроилась и заявила, что мышонок поживет у них, пока не подрастет, а потом они выпустят его на волю. В конце концов, сказала она, летучие мыши очень плохо приручаются и, когда Владик научится летать, он сам от них уйдет.

Владик, что очевидно, не имел ни малейшего понятия о том, что он плохо приручается. А, может, он просто помнил, как Ника за ним ухаживала, и искренне считал ее своей мамой. Во всяком случае, на свободу он не рвался. Более того, когда они решили, что мышонок вполне окреп и выпустили его на волю, он покружился по двору, а потом безошибочно нашел их окно. Саша предложил снять с окон сетки, в надежде, что Владик подрастет еще немного и поймет, что жизнь на воле слаще. Но шли месяцы, а Владик оставался с ними. Он частенько улетал, как говорила Ника, «размять крылья», но всегда возвращался.

Саша улыбнулся своим мыслям и снова погладил мышонка. Владик почему-то очень любил спать на нем когда он работал, и теплая тяжесть на плече давно уже стала привычной. Даже представить трудно, что когда-то его не было. Хорошо все-таки, что Ника его подобрала. А он-то, Сашка, какой молодец, что женился на ней!

За дверью раздался приглушенный женский смех. Саша снова улыбнулся и вернулся к работе.

июль, 2015