Ты не пройдёшь!

Глава 1

Костя, программист из технического отдела, не считал себя мачо, но и на классического айтишника не тянул: был в меру опрятен, отглажен и отмыт — ровно в той степени, которая полагается холостому молодому человеку, живущему отдельно от родителей в гордом одиночестве ипотечной квартиры. Поэтому, когда на новогоднем корпоративе к нему подсела румяная от выпитого шампанского Сашка из отдела кадров и предложила пригласить её на медляк, он не нашёл повода отказать и повёл покачивающуюся партнёршу на танцпол. А дальше всё пошло по известному сценарию: обжимания за колонной, поцелуи в коридоре, томительное ожидание такси и, наконец, испытание нового Костиного дивана на прочность. Диван, стоит отметить, с честью выдержал экзамен и не заставил хозяина за себя краснеть: не скрипел, не елозил ножками по ламинату, не впивался ребристыми краями разложенных блоков в бока — короче, проявил хлебосольное гостеприимство и радостно принял в свои велюровые объятия новое лицо (хм, ну и тело, разумеется).

И как-то так гладко прошла первая ночь, и совместное распитие утреннего кофе оказалось приятным и ненапряжным, и последующий за корпоративом выходной, проведённый в обнимку за просмотром рождественских комедий, — все эти немаловажные факторы чудесным образом вписались в Костину картину жизни, что сдавать назад и делать при встрече в офисе вид, что ничего не было (а если и было, то это всё алкоголь виноват), он не стал и как порядочный человек предложил Сашке продолжить общение и официально встречаться.

И всё вроде бы шло хорошо и правильно, конфетно-букетно и поцелуйно-обнимательно, пока в один непрекрасный день Сашка не пригласила своего парня поужинать на её территории. Будучи отчасти джентльменом, Костя в гости пришёл не с пустыми руками, а с двумя пакетами из супермаркета и хризантемами в зубах — и был встречен радостным возгласом, звонким чмоком и злобным шипением из-под обувной полки.

— У тебя что, кошка есть? — поинтересовался гость, сгрузив пакеты на пол и разматывая шарф.

— Кот, — хозяйка наклонилась и позвала питомца, — кик-кис, Бусенька, посмотри, кто к нам пришёл.

Костя тоже присел и на инстинктах протянул руку, чтобы погладить серую плюшевую шёрстку, но тут же получил когтистой лапой по пальцам и испуганно шарахнулся в сторону. А кошак, почуяв слабину, прижал уши и зашипел ещё сильнее, подавшись вперёд и явив миру оскаленную морду. Да, знакомство не задалось. Собственно, как и вечер. Залитые перекисью и облепленные пластырем глубокие борозды тянули и ныли, а кошачий вой за закрытой дверью кухни не способствовал романтическому настрою.

— Даже не знаю, что с ним такое, — Саша расстроенно поднимала бровки домиком, — он никогда так себя не вёл.

— Наверное, ревнует, — предположил Костик, — всё-таки ещё один самец на его территории, вот он и выражает негодование. Думаю, мне не стоит задерживаться надолго, чтобы не испытывать его терпение.

Как выяснилось позже, негодование своё Буся изливал не только словами через рот, но и мочой в кроссовки наглого пришельца. Гостю оставалось только порадоваться, что он не задержался до утра, а то бы пришлось отпрашиваться у начальника и ехать домой переобуваться.

Встречи на нейтральной или Костиной территории шли своим чередом, и через несколько месяцев мысли о совместной жизни стали всё чаще и чаще посещать его голову: нет, а чего тянуть, если всё складывается благополучно? Характер у Сашки лёгкий, мозги женскими загонами не грузит, в постели у них всё ладно и с огоньком, а что готовить никто особо не разбежался — так в наш век развитых технологий и быстрой доставки это не так уж важно: несколько тыков в приложении, и пицца на столе.

Оставалась единственная загвоздка в виде пышущего яростью комка шерсти, которого любящая хозяйка, несомненно, пожелает видеть рядом с собой и в новом статусе — так что Буся и Саша шли комплектом, как две палочки твикс в одной обёртке. Мда, ситуёвина... Как ни крути, а получался классический любовный треугольник: он плюс она плюс он. И пусть в качестве третьего лица выступал не альфа-самец из топ-менеджеров, а восемь килограммов разжиревшей после кастрации кошатины с мерзким нравом, Костя не был уверен в том, что выбор падёт на него, поставь он вопрос ребром. Да и выглядело бы это всё крайне глупо и инфантильно, выдвини он ультиматум: либо я, либо кот — тут впору забиться в уголок и проклинать свою ничтожность и никчёмность вместе взятые.

Так вот, озвучив свои намерения прекрасной половине и получив согласие, Костя принялся разрабатывать план по приручению злобной бестии и для начала решил задобрить его лакомствами и новыми игрушками. Ушлый консультант в зоомагазине облегчил его карточку на три тысячи рублей, разрекламировав в качестве желанных вкусняшек хрустящие подушечки с валерианой, кошачьи мятные конфеты и лакомые палочки из индейки и ягнёнка. Чтоб я так жил! — подумал Костик, но уверенно сгрёб в пакет эти гастрономические шедевры, добавив сверху заводную мышку, дёргающуюся рыбину и палочку с перьями на конце. И отправился покорять новые вершины с видом человека, идущего в свой «последний и решительный бой».

Буся, как обычно, встретил гостя в лучших традициях боевой тактики, гласившей, что самая верная защита — это нападение, и просто молча вцепился в ненавистную конечность, раздирая зубами и когтями телячью кожу нового ботинка. Костя запрыгал на одной ноге, пытаясь стряхнуть с себя это исчадие ада, но кот лишь прикогтился поудобнее, примерился и впился клыками в джинсу повыше края обуви. Парень от боли дёрнулся, оступился и приземлился на пятую точку, выпустив из рук пакет с гостинцами — рыбина вывалилась из него и забилась на полу в конвульсиях, привлекая к себе Бусино внимание. Кот бросил поверженного противника, подскочил к новой нежданной гостье и упокоил её ударом когтей по голове — а потом издал победный клич, обернулся к Косте и направился в его сторону, колотя хвостом из стороны в сторону и припадая на лапы.

Глава 2

Настоящая русская женщина Александра решила спасти возлюбленного от безжалостного хищника и кинулась вперёд, в самую гущу событий, с целью схватить мохнатое пугало и запереть его где-нибудь в туалете.

— Нет! — вскричала в Костике мужская гордость. — Не вмешивайся! Мы должны разобраться один на один, как два самца. И вообще — иди лучше в комнату, у нас тут серьёзный разговор.

Больше не боясь опозориться на глазах любимой, он дотянулся до пакета с кошачьими лакомствами и достал первое, что попалось под руку — конфеты с мятой. Дёрнув углы упаковки в разные стороны и высыпав все кругляшки на себя и окружающий пол, Костя дрожащими пальцами принялся собирать раскатившиеся горошины и по несколько штук кидать их в противника. Кот, ни капли не заинтересовавшийся вонючими катышками, продолжал медленно наступать, временами шипя и завывая...

Вот чёрт! — наврал консультант в магазине, а уж так соловьём разливался, что заслушаешься. Его бы сейчас сюда, на поле боя, было бы интересно посмотреть, смог бы он выйти из положения с помощью своей продукции. Сбежал бы, наверное, при первой возможности. А Костя нет, не такой, ему есть за что бороться.

— Кис-кис, Буся, — позвал он нерешительно, — смотри, что у меня есть — палочка-махалочка с пёрышками. Ты ведь любишь играть и бегать?

Он встал на колени и ткнул разноцветным пушистым опахалом Бусе в нос.

— Ну, давай, лови, лови хвостики, а я буду туда-сюда делать.

Пока кот догрызал остатки пластика и стряхивал прилипшие к морде перья, Костя успел снять куртку и занять выжидательную позицию в позе футбольного вратаря, полуприсев и широко расставив ноги, а в руках вместо щита он держал свою любимую бежевую парку, распахнув её в стороны.

— Буся, — уже твёрже произнёс он, — даю тебе последний шанс одуматься и уйти с дороги — я отступать не намерен. Это моя женщина, и тебе придётся смириться с моим существованием. Предлагаю разойтись миром.

В ответ кот выдал пространную тираду-ругательство, состоящую из улюлюканий с подвываниями, продолжая всё это время продавливать врага пристальным взглядом серых прищуренных глаз.

— На нет и суда нет, — Костя подвёл итог переговорам и сделал резкий бросок вперёд, накрывая Бусю курткой с головой и подтыкая со всех сторон, чтобы и лапа не пролезла, а сам навалился сверху, удерживая все килограммы кошачьей ненависти под собой, намереваясь донести свою позицию до наглой животины за один раз.

Кот бился и сопротивлялся долго, покрывая коварного соперника нецензурной бранью и пытаясь освободиться со всей яростью захваченного в плен повстанца. Косте для большего удобства даже пришлось зажать спелёнатую тушку между колен, освободив руки для удержания головы — но и тут Буся отличился и умудрился прикусить ему палец через толстую ткань. Да, такое упорство достойно уважения.

По прошествии десяти минут трепыхания сделались слабее, а завывания тише — сказывались усталость и нехватка воздуха.

— Ну, что, — спросил Костя, приоткрывая усатую морду, — сдаёшься? Будешь слушаться?

Вместо ответа непокорный пленник оскалился и, неведомым образом освободив лапу, попытался зацепить ею ненавистное лицо.

— Всё с тобой ясно, — уже почти спокойно ответил Костя, — продолжаем дрессировку.

Хорошо хоть Саша послушалась и не высовывала носа из комнаты, а то не миновать бы ему обвинений в жестоком обращении с животным и пинка под зад. Тут к гадалке не ходи, чтобы понять, кто здесь любимая пушистая жопка, и за сколько секунд будет выкинут на мороз несчастный, рискнувший покуситься на целостность и благополучие этой хвостатой задницы.

Уже секунд пятнадцать Буся не подавал признаков жизни, и Костя решился ослабить объятия и проверить состояние пленника. Кот взъерошенный и мокрый, молча выпутался из куртки и шатаясь побрёл в сторону кухни — к шерстяной ляжке прилипла размазанная коричневая какашка. Так и есть — парка с внутренней стороны была не только изодрана и искусана, а ещё и обгажена по полной программе: по-большому и по-маленькому. Вот поросёнок! Костя смотал её в комок, завернул в пакет и сунул под обувную полку, чтобы Сашка не увидела — ничего, обратно на такси доедет, не замёрзнет, а сам принялся наводить в коридоре порядок.

С того вечера противостояние из открытого сопротивления перешло в партизанскую войну: кот его бойкотировал, но пакостить не прекратил, просто теперь делал это исподтишка. Тут ещё сказался Костин переезд в их квартиру, где до этого Буся считался полновластным хозяином и пупом земли, вокруг которого вращалась услужливая двуногая подавалка еды. Саша, будучи от природы смышлёной и не по возрасту мудрой, смогла уговорить своего бойфренда на переезд, приведя в качестве доводов неоспоримые факты: во-первых, у неё двушка, а не однушка; во-вторых, отсюда до работы добираться на полчаса быстрее; в-третьих, у Кости вещей меньше; и в-четвёртых, «я тут себе такое бельё прикупила, хочешь посмотреть?»

Короче, пришлось сдаться и заселиться к своей девушке на правах консорта, определив собственную квартиру под сдачу. Буся игнорировал его присутствие с упорством стоика и хладнокровностью опытного политика. Понимая, что отлепить человеческую самку от бессовестного вторженца не получается, он решил играть на чувствах хозяйки, постоянно перетягивая одеяло внимания на себя. Прежде всего, он добился постоянного допуска в спальню с помощью продолжительного жалобного мяуканья под дверью.

— Понимаешь, — оправдывалась Сашка, впуская несчастную животинку внутрь, — он привык спать со мной. А теперь получается, что я его бросила и оставила одного. Представляешь, как малышу сейчас одиноко и страшно?

Малыш, под весом которого проминался матрас, довольно жмурил глаза и тарахтел трактором, а Костя, у которого весь энтузиазм падал до полшестого, вздыхал, отворачивался и утыкался в телефон — не будешь же ругаться и выяснять отношения из-за какого-то кошака, да ещё и ночью.

Но и вечером уединиться тоже не получалось: едва улучив момент, когда хозяйка заваливалась на диван с пультом в руках, Буся тут же занимал стратегическую позицию у неё на коленях и принимался месить ей лапами живот.

— Он тебе сиськи мнёт, — безнадёжно высказывался Костя, мысленно открывая окно и выкидывая паразита в лужу.

— Ой, да будет тебе ревновать, — смеялась Сашка, — у меня кигуруми из велсофта, а кошки любят такое мягкое. Ты тоже в плед завернись, он и тебя придёт когтить.

Буся переводил на двуногого соперника ленивый взгляд прищуренных глаз, и в голове Костика голосом Табакова звучала фраза из мультика про дядю Фёдора:

"— Поздравляю тебя, Шарик, ты балбес."

Глава 3

Зарёванная Саша забежала к нему в кабинет незадолго до обеда.

— Костя, у меня мама в больницу попала, — она шмыгнула носом, — надо ехать. Две недели за свой счёт я уже взяла и билет купила. Сейчас домой за вещами — и на вокзал. Ты остаёшься на хозяйстве.

— Э-э, — захлопал глазами Костя, — может, мне с тобой поехать? Для моральной поддержки?

— А как же Буся? Кто его кормить будет?

Ну да, весомый аргумент: на него этот цербер в кошачьей шубке уже не бросается, урок усвоен, а постороннего человека может и до инфаркта довести. Было немного страшно брать на себя такую ответственность: у самого Костика сроду никакой живности не водилось — ни рыбки, ни хомячка — а тут целый котище... Ну ничего, как-нибудь справится: кот не ребёнок, за ним тщательного ухода не требуется. Он мысленно прикинул ближайшие перспективы — так-то ничего сложного: дважды в день насыпать еды и налить воды, а в выходной, то есть раз в неделю, поменять наполнитель в лотке. Как-нибудь справится. А если эта нечисть головастая в отсутствие хозяйки снова начнёт права качать, просто запрёт его в переноске или на балконе — температура плюсовая, не замёрзнет.

Вечером мохнатая погань на четырёх ножках, как обычно, вальяжно приковыляла в коридор, чтобы встретить любимую хозяйку с работы и снисходительно принять стандартную порцию визгов, писков и поцелуев в морду — но обломалась в своих ожиданиях, ха-ха: Сашка уже мчала в родной город, а на Костика привилегия любимого, да ещё и хозяина, не распространялась. Пришлось котофею шагать обратно — туда, откуда выполз. Вот и замечательно: никто не путается под ногами с требованием жрачки, не лезет на диван, не украшает трико шерстинками... Красота.

Перед сном нужно было (на всякий случай) проверить, не видно ли дно у миски, чтобы не пришлось вставать ночью и кормить орущего и пухнущего с голоду питомца, но тут Костю ждал сюрприз — разноцветные гранулы так и лежали нетронутой горкой, да и самого котяры весь вечер не было видно.

— Кис-кис, Буся, ты где? — он безрезультатно метался по квартире, заглядывая в самые тёмные и недоступные места — кот не откликался и на глаза не показывался. В животе нехорошо похолодело: а вдруг он недоглядел и случайно выпустил животину в подъезд? При необходимости тот мог быть весьма шустрым, несмотря не внушительные габариты — в этом Костик убеждался неоднократно. Да нет же! Кот после его прихода в туалете шкрябался, значит, точно должен находиться в квартире — видимо, залез куда подальше, затаился и не выходит. Ладно — успокоил он сам себя — еда и вода у Буси есть, захочет жрать — вылезет.

Но утром содержимое миски осталось в таком же состоянии, а сам хозяин жизни по-прежнему тихарился где-то в укромном уголке. Вот незадача! Пришлось пожертвовать завтраком и потратить эти двадцать минут на поиски. Пропажа обнаружилась на подоконнике: скрытый занавеской, кот сидел с идеально выпрямленной спиной и смотрел на улицу сквозь оконное стекло.

— Вот ты где, паршивец, — не сдержался Костя, — я ищу-ищу, с ног сбился, а он тут мир познаёт. А ну-ка, пошли есть.

И потащил эту живую гирю на кухню — кот висел в его руках тряпочкой, не мяукая и не трепыхаясь, от придвинутой к носу миске отвернулся и ушёл обратно в комнату — на подоконник.

Кое-как доработав до обеда, Костик предупредил начальника, что задержится на полчасика, и рванул домой — проверить подопечного, который так и сидел за занавеской, голодный и печальный. Равнодушно глянув на запыхавшегося парня, он отвернулся, обвил лапы хвостиком и снова уставился в вечность. Костя на автомате проследил за направлением его взгляда, но ничего интересного за окном не увидел: обычный двор с качелями, колясками и лавочками. Что же такое он там высматривает? Неужели Сашку ждёт?

В офисе, наплевав на разгар рабочего процесса и мигающие зелёным заявки, Костик полез в интернет, чтобы найти ответ на интересующий его вопрос: почему кот не ест и ни на что не реагирует. Поизучав расплывчатые формулировки ни о чём и обо всём в одном флаконе, он плюнул на гордость, зарегистрировался на фелинологическом форуме, описал сложившуюся ситуацию и попросил совета. Не ради себя, конечно, — ему-то на этот мешок сала было плевать с высокой колокольни, а ради Сашки — не дай Бог, любимый баловень исхудает или заболеет: она ведь расстроится, а на неё сейчас и без этого тревог навалилось выше крыши...

Если суммировать все ответы, которые накидали ему знающие люди, то в сухом остатке ситуация выглядела не слишком радужной: у кота, скорее всего, случилась депрессия, потому что его бросила хозяйка, и теперь он может отказываться от еды, худеть, болеть и даже не желать жить. Да что ж ты будешь делать! Кто-то из опытных котоводов даже посоветовал ему показать питомца кошачьему психологу, но тут уже Костя мысленно покрутил пальцем у виска: такими темпами и сам в дурку загремишь. А пока он решил попытаться пробудить у Бусика интерес к жизни через вкусную еду, для чего и поехал после работы на рынок. Парного мяса, конечно, к вечеру уже не осталось, но он-таки отыскал более-менее незаветренный кусок телятины.

Тёмный силуэт в окне был заметен ещё с улицы: надо же, какая упорная скотинка, что в ненависти, что в страдании — придерживается своей линии до конца. Позу Буся тоже не сменил — как сидел пухлым снопиком, так и остался, только хвостик под лапки подсунул, чтобы теплее было.

— Буся, кис-кис-кис, иди кушать, — для большей убедительности Костя хлопнул дверцей холодильника, но эффекта его действия не возымели. Пришлось брать кусочек мяса с собой и, наплевав на правила приёма пищи, нести его в комнату и там уговаривать! кота! — да-да, того самого мерзопакостного Бусю, который вот уже два месяца кряду отравляет ему жизнь своими поползновениями — уговаривать его открыть ротик и откушать, чем Бог послал.

Упрямый ослище даже носом не повёл и ухом не шевельнул, только переступил с лапы на лапу и прикрыл глаза.

— Да и хрен с тобой, — психанул Костя, сложил нарезанное мясо в миску и отправился к телевизору ждать суши. А ночью проснулся, будто бы от толчка, отдёрнул занавеску, подхватил тушку кота на руки и уложил рядом с собой под одеяло — холодно на подоконнике, не простыл бы...

Купив после работы палтуса (на форуме посоветовали, ага, а ценник они вообще видели?), он продолжил ухаживания, и на этот раз Бусик уже не отвернулся от кормильца, а глянул снисходительно и соизволил аккуратно взять зубами кусочек — лишь бы от него отстали. Костя выдохнул и на ночь снова уволок живую грелку под бочок, чтобы котик не чувствовал себя покинутым и брошенным — так ему написали знатоки, честное слово.

И как-то потихоньку стало всё налаживаться: вот уже пятый день Бусенька ел из его рук и делил с ним постель, ещё через четыре вышел встречать его вечером с работы, а ещё через три прилез к нему на диван, привалился к бедру и боднул лобастой головой под руку — гладь давай, чего лежишь? Костик, не веря своему счастью, провёл ладонью по шёлковой шёрстке от ушей до хвоста, почесал шейку и помял мягкие бока, а кот забрался к ему на колени, уткнулся головой в живот и затарахтел, признавая и принимая.