Хранитель ночи

Эпилог

Алеана Ром

Хранитель ночи

1

Солнце скрылось. Улицы опустели. Только фонари выхватывали островки света. Через пару мгновений из-под земли поползут струйки черного тумана.

Хеа и Минхо сидели в круглосуточном магазине, расположенном на перекрестке, и смотрели в окно. Это заведение единственное в городе оставалось всегда открытым — прибежище для слуг смерти и уставших помощников, что следили за безопасностью людей в темное время суток.

— Угости, а Хеа? Без чан рамёна ночь темнее чем обычно, — кумихо, строил глазки и всячески кривлялся, но жрица смерти не поддавалась на уговоры.

— Ты же работаешь, почему постоянно без денег? — она отодвинулась от него, пересев на другой стул. — Минхо, когда ты уже возьмешься за ум?

— Тот же вопрос себе задаю каждое утро, — кумихо склонил голову, — Ну купи чан рамён, и мне сразу улыбнется удача.

Возможно, удача услышала его стенания и у него зазвонил телефон.

Он показал дисплей Хеа — «входящий от Ким Га Ын»

— Почему твоя начальница звонит мне? — его голос от ужаса стал тонок, словно у маленького мальчика.

— Дай сюда, — Хеа смахнула зелёную кнопку. — Да, слушаю. Да, хорошо, уже выхожу.

Отключила звонок и отдала телефон Минхо.

— В районе рынка «Сиджан» подозрение на одержимость, — Хеа закинула лямку рюкзак на плечо. — Идёшь?

— А почему тебя оправляют?

— Как будто ты не знаешь, бесишь Минхо, — Хеа вышла из магазина.

На улице похолодало. Тьма окутала город, по узким дорогам ползли острожные черные струйки. Большинство из них были безвредны, просто сгустки злой энергии, и максимум грозили на утро плохим настроением. Но вот в некоторых из них прятались проклятые души. Они жаждали вселится в тело человека и продолжить своё земное существование.

Хею в плечо толкнул Минхо.

— Чего застыла? Идем, пока всю дорогу не заполонил, а то утром голова болеть будет.

Они прошли через перекресток, там Хеа схватила кумихо и открыла портал, вместе они вышли к главным воротам рынка «Сиджан». Слугам смерти запрещено было перемещать других через порталы, но Хее сегодня было все равно.

— Какой у тебя сейчас уровень? — поинтересовался Минхо.

— Я на последнем месте в рейтинге, если сегодня не поймаю одержимого, то меня отправят отбывать наказание.

— Сурово, но ты же не виновата, что на твоём участке такие прыткие одержимые. И ещё, ты одна, у других целая команда. Если бы не я, то вообще тяжко бы пришлось.

— Оставим пустые разговоры, — остановила его Хеа и достала из рюкзака несколько световых бомб-шариков и сунула их кумихо.

— Всё равно не справедливо, — буркнул он напоследок, и они вступили в хитрое переплетение тонких улиц рынка.

Туман заполнил все собой, и поднялся на высоту до колен. Он скрыл низкие прилавки с коробками, что оставили продавцы до утра. Приходилось идти осторожно. Минхо то и дело натыкался на какую-нибудь коробку или ящик.

— Даром, что у тебя зрение лисицы, — шикнула на него Хеа, когда он в очередной раз свалил продукты с прилавка.

— Сама же знаешь, что я не вижу сквозь туман, — обиделся кумихо, и он достал световые бомбочки.

— Свет рано использовать, — Хеа поправила лямки рюкзака.

Минхо спрятал шарики обратно в карман.

Они завернули в довольно узкий коридор с контейнерами, двери закрыты металлическими рольставнями, облепленные объявлениями и призывами к розыгрышу лотереи. Одинокие лампочки весели целые через одну. В этом проулке туман казался живым. Он то и дело формировал из себя фигуры отдаленно похожие на человеческие. Выпускал щупальца приклеиваясь к контейнерам. Одно такое разбило лампочку и света резко стало не хватать.

Минхо схватил Хею за локоть и задвинул себе за спину.

— Там, что-то живое, — его глаза преобразились, изменили цвет с карего на рыже-золотой и появился неестественно широкий зрачок.

— Уверен? — хотя за столько лет совместного патрулирования лис ни разу не ошибся.

— Большое и злое, — прошептал Минхо, и Хеа почувствовала, как его пальцы изменились, стали сильнее и вместо ногтей появились когти.

— Выйдем, найдем место попросторнее, — Хеа отступает на шаг, за ней спиной идёт Минхо.

Так они оба выходят на более широкую улицу рынка. Тут и туман ниже и света больше.

— Думаешь одержимый? — Минхо озирается, но больше никого не замечает.

— Не знаю, ты впервые так преобразился, унюхав то, что видел, — Хеа всё же достаёт свой меч. Для не посвященных это просто перочинный нож, но для тех, кто способен видеть — длинное лезвие горит потусторонним голубым огнём.

В узком проулке, из которого они вышли, туман поднялся, высоко закрывая весь свет. Забурлил, образуя огромные шары, а затем ринулся на Хеа с Минхо.

И разбился о свет меча жницы смерти. Чья-то злая воля заставила туман напасть ещё раз, но вновь свет отразил нападение.

Тогда туман осел на несколько мгновений, затаился, а затем несколько тонких щупалец обхватили ноги кумихо и утащили его в узкий проулок.

— Хеа, на помощь! — орал Минхо, хватаясь за все подряд руками. Утром продавцы обнаружат полный разгром на своих рабочих местах. А полиция будет разводить руками, потому что видеокамеры покажут лишь черный экран.

Жница смерти бежала следом, пробивая себе путь размахивая мечом, пытаясь обрубить щупальца тумана, только узкий проулок не давал места хорошо замахнуться.

В конце сформировалась фигура человека. Высокий мужчина, с голым торсом, покрытый татуировками, на голове бандана с рисунком граффити местной банды.

— Люблю лисичек. Они вкусненькие, — прохрипел он, оскалившись и его глаза покрылись красной сеткой капилляр. Тело не справлялось с мертвой душой, слишком сильный призрак вырвался из загробного мира.

Хеа замерла на месте. И задумалась. Подождать пока бандита разорвет потусторонней энергией или прежде все же отрубить тому голову?

— Чего стоишь? Он меня сейчас съест! — орал Минхо, и щупальце тумана подняло его верх тормашками над землей.

— Обычно наоборот, лисы питаются людьми. Ты забыл Минхо? — ответил Хеа, все ещё не зная, как поступить.

— Я добропорядочный лис и питаюсь говядиной, поэтому и бедный постоянно, — возмутился Минхо.

— Хватит болтать, — рявкает громила и лиса швыряет на землю, а затем тащит прямо в руки одержимого.

Хеа бежит, выставляя меч для удара. Едва добравшись до цели, Хеа замирает, потому что кожа бандита сама трескается и оседает на землю.

Злобный дух взвился в воздух, а затем резко опал, пытаясь влететь в рот кумихо, но Хеа быстрее. Её меч пронзает дымчатое тело и дух впитывается в лезвие, а кончик останавливается в миллиметре от шеи Минхо.

— Эй, подожди, ему ещё рано! Присмотрись, жница

— Откуда он взялся? — с недоумением говорит Хеа.

— Это человек! И он видит твой меч, — удивился Минхо.

— А тебя не смущает, что простой смертный знает сколько тебе жить осталось? — говорит Хеа и наставляет меч на парня.

— Оу, подожди, — говорит парень и выставляет руки в защитном жесте. — Я не причиню вам вреда.

— Смешной человек, не хочет нам вреда причинить, — зловеще оскаливается Минхо, встает с земли и отряхивается.

Хеа настороженно подходит к парню не опуская меч. И тут замечает, что туман обтекает незнакомца стороной, будто боится. Невиданное дело. Никто не мог защититься от дуновений загробного мира. А этот бедолага в больничной пижаме запросто стоит босиком на асфальте, и словно не видит злобной темноты вокруг себя.

— Кто ты и что здесь забыл? — Хеа не спускает с него взгляда. Молодой, лет тридцать. Длинные волосы взлохмачены и наспех собраны бинтом в хвост. Высокий, плечи широкие. Пижама явно меньше по размеру, рукава короткие. Только одежда вся измятая, и ношенная, неужели украл?

— Понимаете, я проснулся в больничной палате, — парень отпустил руки и принялся рассказывать. — Там суматоха, крики. Какие-то тени летают по коридорам. Вот я и выбежал искать помощь. А тут вы! Госпожа жница, пожалуйста, помоги, возможно там таже штука водится, что спрятана в твоем мече.

— Я ослышался или схожу с ума? — Минхо несколько шагов сделал к парню и потряс его за плечо. Тот в ответ не испугался, а только улыбнулся. — Или он псих и поэтому может видеть все по-настоящему? Потому что пахнет он человеком! — глаза кумихо полыхнули рыжим.

— В больнице говоришь? — Хеа насторожилась. — Ты уверен, что видел там одержимого?

— Не знаю как эту тень называют, но да их там было несколько, — подтвердил он. — Так вы поможете людям?

— Минхо набери в навигаторе маршрут, — попросила Хеа. — Придется бежать, бедолагу через портал Смерти не проведешь, а оставлять его я не хочу.

Минхо вытащил телефон и задал адрес ближайшей больницы.

— Погоди, тут сказано, что рядом больница университета «Санджи», — лис неуверенно перепроверил информацию в поисковике.

— Да, да, я оттуда, видел вывеску. Поспешим! — подтвердил парень и потащил за рукав кумихо в сторону проулка.

— Там лежат только те, кто в коме, — остановил его Минхо. — Те, кто подключен к аппаратам жизнедеятельности.

Парень кивнул, подтверждая его слова. Хеа подошла к ним ближе и выхватила телефон, пробежалась по статье.

— Может тебе все приснилось? — уточнил у парня Минхо.

— Нет, послушайте, там и правда беда приключилась с пациентами, поверьте мне, — парень не на шутку заволновался.

— Ладно, идем проверим, если что там нашего пациента и оставим с врачами, — сказала Хеа и двинулась в проулок по маршруту навигатора.

2

Больница университета «Санджи» погрузилась во мрак. Стеклянное здание с несколькими прилегающими постройками хранило молчание. Свет не горел, ни охраны, ни кого-либо ещё. Туман заполонил все вокруг и даже свисал лохмотьями из открытых окон.

— Не обманул, — Минхо принюхался. — Я чую одержимого поблизости.

Хеа огляделась вокруг. Интуиция жницы смерти сегодня не работала. Что виновато в этом — последнее место в рейтинге или незнакомец, не имело значение. Если бы не лис, то они погибли ещё в переулке на рынке. Вот и сейчас, она не чувствовала мертвые души вокруг, ни одной.

— Я тебе верю, — ответила она кумихо, сняла рюкзак и достала два ножа. — Они в ваших руках не станут клинками слуг смерти, но отпугнуть одержимых получится — закаленное серебро.

— Мы этого парня тоже внутрь потащим? — удивился Минхо, принимая оружие.

— Предлагаешь его оставить на улице до утра? Мне хватает проблем с одержимыми на работе, плюс один пострадавший человек не добавит мне баллов. А ты как я помню требовал от меня чан рамён, — это, наверное, была самая длинная речь Хеи за последние несколько месяцев. От этого факта кумихо присмирел и извиняющее улыбнулся.

— Подожди, — парень задержал Хею за локоть, — а что тут происходит?

Она мрачно его оглядела, только он улыбнулся ещё шире, не испугался взгляда жницы смерти.

— Да что с тобой не так? — возмутилась она. — Давно в коме лежишь?

— Хеа, да откуда он знает? — вмешался Минхо и отвел подальше незнакомца от неё. — Он только очнулся. Сейчас зайдем в больницу и найдем его медкарту. А если повезет врача, не одержимого.

— Ладно, — она кивнула. — Веди нас, где ты лежал и по ходу показывай, где ты видел темные тени.

Парень кивнул и бесстрашно пошел вперед.

Кумихо тут же пристроился рядом с Хеа и начал нашептывать ей на ухо:

— Интересно, это правда последствия комы или у него изначально проблемы с головой были? И ему не холодно босиком ходить? Даже не жалуется, что странно для смертного.

— Бери с него пример, — ответила Хеа. А Минхо возмущенно прикрыл рот рукой, не ожидав такого ответа. Забияка, неодобрительно подумала Хеа.

Они подошли ко входу. Терминалы пропуска не работали, мигал красный индикатор. В дверном проеме охранные рамки и пропускные турникеты — не включены.

— Не больница, а какое-то секретное учреждение, — проворчал кумихо.

— Возможно тут проводили эксперименты или просто не хотели никого пускать, чтобы не отвлекать больных? — предложила Хеа.

— Явно ты давно с живыми людьми не общалась, — фыркнул Минхо. — Это всё не законно.

Туман спускался с лестниц. Лифты не работали. Пост охранника был пуст. Как пробраться наверх Хеа не представляла. Она с лисом уже получила изрядную дозу негативной энергии, скоро начнут ругаться друг с другом. Только человеку было все равно, туман его обтекал стороной.

— Зачем души проникли сюда? — Хеа неожиданно остановилась, и огляделась. — По какой причине?

— Ну они же зачем-то постоянно появляются на рынке, — Минхо пожал плечами.

— Там обиталище банд, есть тела, в которые просто вселится. Тут пациенты, подключенные к аппаратам, не ходят — не имеет смыла. А в врачей не так просто попасть, они сильнее духом чем бандиты.

— Эй, вы идете? — помахал им незнакомец.

Он стоял на лестнице, со своей нестираемой улыбкой на лице. За его спиной туман вырос размером со стену, и сформировался в человеческую фигуру. Она расставила руки, чтобы обнять парня.

— Осторожно! — крикнула Хеа, перехватила меч, и…

Парень развернулся навстречу одержимому. Тьма расступилась, оголяя часть тела человека, и судя по форме — это был охранник. Парень резко наклонился, избегая объятий, а затем так же быстро подпрыгнул, уходя от подножки. Одержимый-охранник зарычал и кинулся на незнакомца, но последний не

Тьма взвыла бессильном гневе и туман рассеялся, а затем тонкими струйками скрылся в щелях между плитками на полу.

— Так я не поняла, почему смертный человек смог справиться с одержимым? — возмутилась Хеа.

В больнице воцарилась тишина. Парень спустился обратно к Хеи и Минхо. Опять улыбался, а Хее хотелось ему врезать. Отчего ему радостно? Вокруг такое творится? Бесит!

— Ты как? — интересуется Минхо у незнакомца. — Кстати, может представишься?

— Я — Юн, — с радостью отвечает парень, а Хеа скрипит зубами.

— Я — Минхо, — лис указывает на себя, — А это смелая и отважная девушка жница смерти — Хеа.

— Приятно познакомится, — сказал Юн и поклонился им.

Повисла тишина. Даже у словоохотливого кумихо не нашлось слов, чтобы продолжить разговор. Вопросов было слишком много, что они растерялись с какого начать.

— Может тебе обуться? — предложил Минхо, он решил позаботится о парне, раз Хеа не желала. — Не холодно? Для человека не типично ходить босиком.

Юн недоуменно посмотрел на свои ноги. Поднял левую и подхватил её за стопу руками. Она была грязная и с несколькими царапинами.

— Идём, найдем дежурного врача и обработаем тебе раны, — сказала Хеа и направилась к лестнице.

— Да, Юн, идём, а то мало ли что ты подцепил на рынке, — и похлопал парня по плечу.

Они поднялись на второй этаж. Свет включался при их перемещении, значит реагировал на движение. Кумихо принюхался.

— Там, через две двери есть человеческий запах, — указал он дальше по коридору.

Первой пошла в указанном направлении Хеа. За ней Минхо с Юном. Они проходили мимо палат, где лежали пациенты. Там работали приборы, где-то слышался скрип дыхательного аппарата. Хеа ещё раз задумалась над тем, что не логично нападать одержимым на эту больницу. Что они тут на самом деле искали кроме человеческих тел?

Наконец-то они подошли к двери.

— Я зайду первый, как самый обаятельный из нас троих, — сказал Минхо и открыл дверь.

Внутри было темно, только свет настольной лампы слабо светил на пачку с бумагами. За столом сидела женщина, терла руками виски, будто только проснулась, и пыталась избавиться от кошмара.

— Здравствуйте, — Минхо поклонился. — Вот вашего пациента привели, он ноги поранил. Босиком по улице бегал.

— Да? Проходите, — принялась она кланяться перед ними, чувствуя себя провинившейся.

Они втроем вошли в кабинет, Хеа оглядела женщину в белом халате, с короткой стрижкой и бледным лицом. На бейдже значилось имя «Доктор Хён». Доктор явно была обеспокоена, вероятно заметила туман и не типичное поведение охранника.

— Простите, заснула на посту, — как и все люди, она принялась сочинять объяснение происходящему, чтобы не принимать действительность за правду. Хеа в такие моменты завидовала пластичной психике смертных. Отказался принимать правду и проблемы будто и нет. Избегание в чистом виде. Но винить их в этом нельзя. Люди не способны сражаться с проклятыми душами из загробного мира.

— Он очнулся? — удивилась доктор Хён, указывая на Юна.

— Да, разве у вас это не в порядке вещей? — уточнила Хеа.

— Нет, вы не понимаете, — доктор Хён поспешила к шкафу с карточками пациентов. — Он пролежал в коме тридцать лет!

Минхо и Хеа оглядели Юна.

— Для такого овоща, ты сохранился слишком хорошо, — не скрывая зависти проворчал Минхо.

Доктор Хён протянула карточку пациента Минхо. Он раскрыл и внимательно вчитался. Хеа понимала, почему женщина так пытается им помочь — делает все, чтобы вернуть реальности правдивость. После того, как надышишься туманом такое бывает. Уже утром, она поймёт, что творила сущие глупости. Но сейчас им это на руку. Нужно узнать как можно больше про этого неуязвимого всевидящего Юна.

Хеа кивнула Минхо, мол чего-нибудь узнал.

— Написано чисто медицинским языком, ничего не понял, — виновато признался лис.

Парень же спокойно стоял в сторонке. Ему было не интересно, что его обсуждают.

— Когда я устроилась сюда работать, то он уже был пациентом больницы. В записях значится, что его нашли на улице. Никаких документов или ещё чего-либо при нём не обнаружено.

— А почему оставили? Явно же это дорогостоящая процедура, держать человека тридцать лет на аппарате, — спросила Хеа.

— Написано, что его счета исправно оплачивает фирма «Ча Гын», — ответил вместо доктора Минхо. — Где я мог слышать это название, — он пробормотал себя под нос.

— А вот за этот месяц платежа не было, — подтвердила доктор Хён. — Получается, мы бы не смогли его и дальше держать. Хорошо, что он очнулся.

— А откуда ты знал, что тебя зовут Юн? — вдруг спросил Минхо.

— Прочитал в документе над кроватью, когда проснулся, — без утайки сказал он.

— Так значит читать ты умеешь, — подтвердила для себя Хеа, а парень кивнул.

— Вы можете обработать ему раны? — вспомнил Минхо, зачем они сюда пришли.

— Пройдемте в соседнее помещение, там процедурный кабинет, — говорит доктор Хён.

Они усадили Юна на кушетку и Минхо помог доктору обмыть ноги парня. А затем она обработала ступни и сделала повязку.

Поднялась и прошла к шкафу, достала оттуда пару тапочек.

— Лучше пока походить в них.

Юн с радостью и поклоном принял подарок, и довольно прошелся в новой обуви по комнате.

— А что теперь с ним будет? — поинтересовалась Хеа, недовольно отмечая его беспечность и какую-то детскую непосредственность. Может это последствия травмы мозга?

— Позвоню в полицию, пусть разбираются. В документах нет ничего о родственниках или информации об опекуне. Держать его тут мы не можем. Политика больницы — места только для людей в коме. А он очнулся.

— Давайте мы его заберём? — предложила Хеа, и протянула свою визитку с номером и адресом. — Когда приедет полиция, вы можете дать им мои данные и я всё объясню.

— Но куда же вы его поведете? — удивилась доктор Хён.

— Да, мне тоже интересно? — спросил Минхо. Хеа толкнула его локтем в бок, чтобы помалкивал.

— У меня как раз свободна комната, — Хеа придумывала историю на ходу, потому что хотела докопаться до правды. Как Юн смог победить одержимого и почему на него не действует туман. Если его заберет полиция, то ещё не известно когда удастся встретить парня и расспросить.

— Хорошо, тогда я сообщу ваши данные полиции, — легко соглашается доктор Хён. Что только не сделает человек, желающий избавится от напоминаний чего-то не реального в своей жизни.

Они довольно быстро покинули больницу, пока доктор Хён не сообразила, что натворила.

Небо немного посветлело. Туман затаился по углам, скоро и вовсе исчезнет. Так и хочется, чтобы он никогда не возвращался.

— Скоро рассвет, — сказал Юн.

— Надеюсь доктору Хён не сильно попадет, за то, что ночью отдала не понятно кому пациента? — озабоченно спросил Минхо.

— Главное у неё есть мой номер, а с полицией я сама поговорю, — Хеа пожала плечами. — Скажу, что это мой родственник. Детектив Ким согласится подождать, пока я предоставлю документы, — усмехнулась она.

— Да, с учетом того, сколько парней из банды ты им сдала, так что потерпят некоторую задержку, — согласился с ней Минхо. — Тебе стало интересно кто такой Юн на самом деле?

— Да, — коротко ответила Хеа и этим дала понять, что разговаривать на эту тему она не желала.

Юн шел и с детским любопытством оглядывался, вокруг впитывая в себя очертания предрассветного города.

— Нравится? — спросил Минхо.

— Красиво, но грустно, — ответил Юн и впервые его лицо выразило горестную эмоцию. Все же не всегда он с радостью все встречал на своем пути. Неужели чувствует, что в городе таится зло, которое лишь с рассветом прячется, ожидая ночи.

— Куда мы теперь? — спросил Минхо Хею.

— В магазин, — Хеа достала телефон и открыла рабочее приложение. Нажала на переписку с начальницей и записалась сегодня на прием. Как раз сдаст одержимого и расспросит про парня. Кто-то же в канцелярии Смерти должен знать о прошлом Юна.

— А как же комната и все такое? — съехидничал Минхо.

— Помолчи, иначе не куплю чан рамён. — ответила Хеа, смотря на строку одобрения заявки. Несколько томительных секунд и значок загорелся зеленым. Встречу одобрили.

Дальше уже шли молча. Все устали, и было лишь одно желание добраться до круглосуточного магазина Ли Бёна. Магазин стоял на главном перекрестке города, как будто прикрывая собой новенький спальный квартал. Напротив него был район для сноса, только вот уже лет тридцать никто его не трогал. Там находились маленькие конторки и залы для фитнеса. А ещё вход в канцелярию Смерти.

Магазин представлял из себя большое пространство с панорамными окнами по двум сторонам. Вдоль них тянулся стол со стульями, где любой желающий мог перекусить и выпить напитки, купленные в магазине. Несколько рядов с полками со всевозможной закуской и быстрыми перекусами. Зона с горячей водой и микроволновками. Так же холодильник с напитками и молоком.

За стойкой кассира стоял немолодой мужчина в рубашке и штанах. На худом лице с темными волосами, немного припрошенными сединой, красовались очки с темной роговой оправой. Ли Бён открыл свой магазинчик в этом городе после прихода тумана. Помогал уставшим защитникам ночного времени суток, и сдерживал как мог кошмары людей, потому что был представителем редких добрых духов — пульгасари, оберегающий от плохих снов.

Только Хеа не зашла в магазин в этот раз, протянула Минхо карточку и сказала:

— Вы пока ужинайте, а я в канцелярию Смерти. — Не дожидаясь ответа, она шагнула в портал.

Вход в канцелярию Смерти для слуг-патрульных открывался строго после полуночи в офисном здании, стоящем на перекрестке напротив круглосуточного магазина.

Для обычных людей это была заброшка в пять этажей, обклеенная плакатами о выселении. Окна побиты, двери сломаны.

Хеа же видела бесконечные этажи с коридорами, уходящими куда-то в небытие. Полы мраморные, стены белые. Освещение с классическими люстрами на пять плафонов, с хрусталем. Двери кабинетов пронумерованы золотыми цифрами.

В главном холле на стене висело табло с именами лучших жниц и жнецов смерти этого города. Хеа в этом списке была на последнем месте. Рейтинг считался исходя из количества пойманных проклятых душ. С этим в последнее время ей не везло.

Для начала Хеа прошла в отдел «Хранения» на втором этаже. Здесь обычно было тихо и не больше пары жнецов смерти. Несколько столов со служащими в белых костюмах, сидели и усердно печатали в ноутбуках свои бесконечные отчеты. Отчего так повелось, что имен они не носили, и различить их можно было лишь по лицам. За их спинами стояли ряды с маленькими сейфовыми ячейками — одна на одну проклятую душу. Раз в несколько кварталов их освобождали, и переносили беглецов в загробный мир.

— Хеа, чем порадуешь сегодня? — спросил у неё служащий, не отрываясь от экрана.

— Один одержимый, — она достала их рюкзака свой меч, сейчас в виде складного перочинного ножа.

Служащий взял нож и положил под сканер душ, определить тип и время нахождения в мире смертных.

— О, у тебя сегодня отличный улов, — похвалил служащий, — Десятилетник, и как ты умудрилась на него наткнуться?

Хеа прикусила губу. И правда откуда он взялся на рынке, где обычно обитают свеженькие мертвые души. Из-за того, что рядом с рынком жила местная банда, то и для разминки, так сказать, было проще вселятся в них. А вот те души, что уже давно обитали в мире людей, были гораздо умнее и сильнее, и могли менять тела.

Он взял ножик и поместил в свободную ячейку, а из ящика под столом выдал новый меч для Хеи.

— Десятилетника нужно освобождать уже в загробном мире, иначе может опять улизнуть, — извинился служащий, и вернулся к отчету.

Старый меч было жалко. Служил ей уже несколько лет, а вот к новому ещё привыкать придется. Но ничего не поделаешь, правила есть правила.

Она кивнула служащему и направилась в кабинет к начальнице. Госпожа Ким Га Ын ждала её на восьмом этаже. Кабинет был выполнен в современном интерьере. Сама женщина носила деловой черный костюм и туфли на высоком каблуке. Хеа в обычных черных футболке и штанах, выглядела перед ней пацанкой.

— Рассказывай, — потребовала госпожа Ким Га Ын.

— Один одержимый, сдала служащему, отчет написала, — послушно ответила Хеа.

— И всё? Я наслышана, что вы ещё повстречали необычного человека, — начальница постучала пальцами по папке с делом.

— Да, он увидел нашу настоящую с Минхо сущность, — подтвердила кивком головы.

— Тогда он теперь твоё новое задание, — и передала папку Хеа.

— Шутите? — не поняла она, не принимая документы.

— Нет, все серьезнее, чем ты думаешь, — проговорила госпожа Ким Га Ын. — Ваш парень — дракон, хранитель реки Намхаган.

— Этот бестолковый, недалекий парень с амнезией? Наш потерянный дракон хранитель? — Хеа присела на стул, не могла она в это поверить.

— Да, и теперь он твоя головная боль, — папка приземлилась на колени Хеа. — Найди способ разбудить его память.

— Почему я? — возмутилась Хеа.

— Кто нашел, тот и мучается, — отрезала Ким Га Ын, и Хею по щелчку пальцев вынесло в холл.

3

Они подошли к кассе. Юн улыбнулся Ли Бёну и поклонился. Минхо положил

— Кто это? — хозяин магазина склонил голову на бок пристально вглядываясь в Юна.

— Нашли вот на улице, — ответил кумихо. — С больницы сбежал. Хеа утром отведет к детективу Киму.

— А чего сам его не примешь? Ты же тоже детектив? — усмехнулся Ли Бён.

Юн развернулся к Минхо и тоже внимательно посмотрел.

— Я подумаю, — буркнул в ответ он. В последние месяцы его дела шли из вон рук плохо. Клиентов не было. А старые дела он уже раскрыл. Вот постоянно и болтался в компании Хеи… без денег.

Ли Бён провел оплату, картой жницы смерти и выдал пачку салфеток с приборами.

— Юн, иди в подсобку, — пульгасари указал на неприметную дверку за спиной. — Там душ и одежда. Приведи себя в порядок, а то эти хранители ночи не позаботятся об этом. С живыми людьми забыли, как общаться.

— Эй, мы думали об этом. Вон раны ему обработали, — обиделся кумихо, но пульгасари был прав. Они опять забыли про то, что Юн — человек.

— Чего стоишь, иди, — поторопил Ли Бён.

Тот улыбнулся, кивнул, но остался стоять на месте:

— Что такое душ? — в итоге спросил он.

— А, да, точно, — Минхо стукнул себя рукой по лбу. — Он в коме лежал, и теперь ничего не помнит. Идём покажу, чем как пользоваться, — сделал пару шагов и тоже остановился. — Пустите и меня, пожалуйста, — попросил он Ли Бёна.

— Идите уже, — замахал он на них руками, — очередь из-за вас собралась!

Минхо огляделся и правда, зашла группа патруля из жнецов смерти, с удивлением их разглядывая. Только Юн это не оценил, он встал ближе к кумихо, так будто боялся жнецов смерти. Минхо пожал плечами, мало ли чего у него после комы в голове творится.

Они прошли за стойку и открыли дверь. Там оказалась не просто коморка, а целая приличная квартира-студия. Не теряя времени, прошли в ванную. Минхо показал, как пользовать кранами, и где полотенце и вышел. Надеясь, что Юн сообразит, как помыться.

Одежда лежала в ящике около дивана. Футболка и спортивные штаны на удивлением подходящего размера для Юна. Минхо с любопытством обошел комнату и обнаружил сертификат на стене о законченных курсах предпринимателей, выданный фирмой «Ча Гын». Той же самой, что оплачивала счета Юна в больнице!

Точно! Это же образовательный центр, самый крупный в городе и как раз уже существует больше тридцати лет. Нужно поинтересоваться, почему они платили счета Юна и перестали это делать. Вдруг закрываются?

Парень вышел из душа закутанный в полотенце. Мокрые волосы свисали на плечи. Он подошел к одежде и быстро переоделся. Полотенце сходил и вернул на место.

— Так лучше, я справился? — спросил Юн у Минхо.

— Молодец, — похвалил кумихо. — Идём не будем излишне пользоваться гостеприимством пульгасари.

— Он хороший, — сказал Юн и вышел в магазин.

Вероятно, парень и сущность владельца магазина считал. Интересный все же человек этот Юн.

На кассе Ли Бён протянул Юну набор резинок для волос. Тот сразу собрал волосы и закрутил их в пучок.

— Идём уже поужинаем, а то в брюхе урчит, всех посетителей распугаем, — Минхо подхватил Юна, чтобы тот в одиночку не бродил между жнецами смерти.

Только те уже с нескрываемым любопытством разглядывали человека в магазине пульгасари. Минхо то и дело поглядывал на улицу. Где носит Хеа, при ней они бы так не пялились.

— Как вкусно! — воскликнул Юн, и запихнул в рот очередной кусок кимпаба. Его щеки стали как у хомяка, и он довольно щурился.

— Тебе плохо не станет? Вторую порцию ешь, — недовольно сказал Минхо отодвигая тарелку от Юна. — Ты только из комы, тридцать лет ничего не ел нормального. Живот заболит.

Жнецы и жницы подглядывали за ними, но пока не подходили. Минхо не нравилось их навязчивое внимание, будто они знали, то, что ему было недоступно.

Солнечные лучи появились над верхушками домов, в город пришел день. Теперь можно не опасаться за людей. Они могут спокойно жить свою жизнь.

Наконец-то и слуги смерти покинули магазин, и сразу дышать стало легче. Ли Бён убирал стол после посетителей. Потом к нему приехали поставщики, они разбирались в накладных.

Юн же уснул за столом, мило подложив ладошку под щеку. Минхо на него смотрел с чувством, похожим на то, что он испытывал, когда смотрел на своего младшего брата… Жаль, что того забрал туман.

— Эй, Минхо, — крикнул Ли Бён, — отнеси парня в комнату, пусть поспит нормально.

— А вы отчего такой добрый сегодня? — удивился кумихо, но Юна поднял и немного привел в чувства. Парень встал и тут же повис на Минхо. — Ох, тяжелый какой, — посетовал он и поспешил в комнату.

— Людям помогать нужно, — философски заметил Ли Бён и вернулся к товарам на полках.

Минхо уложил Юна на диван, прикрыл того пледом, и тут же вышел обратно. Надо дождаться Хею. Что-то она задержалась.

— Чего стоишь без дела, подойди, помоги мне, — позвал его пульгасари.

Кумихо ничего не осталась, как послушаться. Полки с закусками и лапшой были почти пусты после ночного дежурства. Поэтому надо было их заполнить, пока в магазин не пришли люди.

Хеа вернулась, когда Минхо уже закончил с лапшой и сидел пил кофе. Очередная бессонная ночь наложила свой отпечаток и усталость подкрадывалась к лису. Поэтому надеялся на двойную дозу кофеина, все же ещё ему предстояло идти в офис.

— На тебе лица нет, — забеспокоился Минхо, когда Хеа устало села за стол. — Что случилось?

— Ты не поверишь, — ответила она и подтолкнула к нему папку с делом.

На ней была одна надпись «Юн». Минхо быстро её раскрыл, но там лежал лишь один листок. «Найден на улице. Спал в коме тридцать лет».

— И всё? — сон и усталость как рукой сняло. — Я был лучшего мнения о канцелярии Смерти. Потеряли данные, информацию? Или что?

— Нет, все тут написано верно, — Хеа взяла стакан Минхо и отпила хороший глоток. — Как человека, у Юна только две записи. О том что его нашли на улице и что он был в коме. Как ты знаешь, дальше записи появляются в течении жизни. А он только сегодня считай её начал.

— Ничего не понял, — честно сказал Минхо.

— Наш Юн — дракон! — сказал Хеа. — Тот самый, что исчез из реки! Хранитель ночи!

— Шутишь? — Минхо до последнего не хотел в это верить.

Хеа покачала головой и потерла щеки руками.

— Тогда понятно почему его зовут «Юн», что означает дракон, и он такой добрый чудик, — кумихо постучал пальцами по папке. — И ничего не знает о

— Это не самое главное, — сказал Хеа.

— Что ещё требуется? Наконец-то дракон вернулся. Больше нет нужды охранять людей от проклятых душ.

— Он не помнит, что он — дракон! И Смерть поручила нам ему вернуть память, — сказала Хеа, и за их спинами послушался смешок пульгасари.

Хеа и Минхо одновременно обернулись. Ли Бён стоял рядом с ними опираясь на швабру.

— Господин, вы что-то знаете про Юна? — напрямик спросила Хеа. События развивались не стандартно и это явно выбило её немного из привычного стиля поведения. Минхо она показалась не такой отрешенной и спокойной, как всегда, бывало.

— У него нет снов, — он пожал плечами. — Он видит нас и не боится. Явно Юн совсем необычный человек.

— Когда проснется все ему расскажем, — предложил Минхо. — Возможно и память вернётся.

— Вы думаете всё так просто? — Ли Бён оставил швабру, облокотив её на стол, а сам присел рядом с ними. — Неужели вы думаете, что все произошло сегодня — случайность?

— Одержимые явно нас отвлекали, — Хеа кивнула, соглашаясь с пульгасари. — Тот дух, что я запечатала на рынке был десятилетником. Просто так такие сильные проклятые души не забредают далеко от границы.

— И в это же время напали на больницу, где лежал Юн. Хотели убить дракона-хранителя? — предположил Минхо. — Тогда не понятно, почему туда не отправили десятилетника, а обычно одержимого? Тот охранник мог лишь напугать, но никак не причинить вред.

— Хотели разбудить, — подсказал Ли Бён.

Минхо с Хеа переглянулись. Лис согласился с пульгасари, и правда, Юн проснулся. У проклятых душ это получилось, но зачем? Дракон хранитель опять воздвигнет барьер между мирами, и тогда они все исчезнут. Бессмысленно так стараться.

— Вам, мои дорогие, надо найти ответы на три вопроса, прежде чем рассказывать Юну о том, кто он.

— Какие? — Минхо не терпелось преступить к расследованию этой загадки. Он много лет потратил на то, чтобы понять куда исчез дракон, но все зацепки вели лишь берегу реки Намхаган.

Тридцать лет назад случилась катастрофа, в которой погибло много безвинных. Минхо не нашел ничего через существ, населявших город, поэтому стал частным детективом, чтобы был доступ к делам людей. Они хоть и не замечали кардинальных перемен в жизни, но чувствовали, что город изменился. Интуитивно не покидали дома после захода солнца. Вешали на двери и окна обереги. Жили-то жили, но с постоянно оглядкой. Даже рождаемость приблизилась к нулевой, считай в городе остались лишь старики и люди, которым немного за тридцать.

— Как дракон исчез, — Ли Бён загнул первый палец. — Почему превратился в человека, и зачем проснулся именно сейчас, — показал им три пальца.

— Простые вопросы, проще некуда, — горько усмехнулась Хеа, и Минхо поддержал её молчанием.

— Ах да, и ещё одни, — Ли Бён довольно улыбнулся. — Стоит ли сейчас говорить Юну, что он — дракон, пока вы не узнали по каким причинам он исчез.

— Господин, вы сейчас намекаете на то, что дракон мог исчезнуть по собственному желанию? — сказал Минхо и сам испугался своей мысли.

Хеа недовольно на него посмотрела, потому что лишь она считала, что дракон их попросту бросил, но в слух никогда не говорила об этом. Для всех с хранителем что-то случилось, он по собственному желанию не мог бросить людей и существ, чтобы они боролись с проклятыми душами в одиночку.

— Вот и проверьте, — поддержал их Ли Бён. — Сама госпожа Смерть вам дала задание. А я чем смог помог. Удачи вам.

Он вернулся к своим обязанностям владельца магазина: мыть пол и обслуживать клиентов.

Минхо пригнулся к Хеа, надеясь, что так пульгасари их не услышит, и сказал:

— Ты же понимаешь, что мы опять попали в неподвластные нам интриги?

Хеа кивнула, но задумчиво смотрела на папку с делом Юна.

— А знаешь, Ли Бён прав, надо вернуться к началу, — ответила она. — Возможно, сейчас, когда эмоции притупились, а память о событиях покрылась серостью, мы сможем найти новые зацепки.

— Думаешь за тридцать лет не обнаружили, а теперь вдруг найдем зацепку? — шепотом возмутился кумихо.

— Дракон-то внезапно объявился, хоть и с амнезией, — Хеа пожала плечами. — Идем на реку, пока Юн отдыхает. Поспрашиваем местных, не видели ли они что-то необычное в эти дни.

— Ладно, — соглашается Минхо, и задумчиво тянет напиток из трубочки. — А когда он проснётся, то, что мы будем с ним делать?

— Научим быть человеком, — предложила Хеа.

— Мы? — удивился он. — Как?

Хеа пожала плечами и посмотрела в окно. Мимо магазина уже проходили люди. Они спешили по своим делам. По дороге ездили редкие автомобили и небольшие грузовики, перевозящие товар. В заброшенном районе старики собирали макулатуру, и крепили её на свои тележки. Жизнь в городе продолжалась несмотря ни на что. Так почему бы жнице смерти и кумихо не обучить дракона тому, как быть человеком. Несколько эгоистичная цель, но вдруг она поможет Юну все вспомнить и исправить все то, что произошло из-за его исчезновения.

В этот момент в магазин вбежала девушка с короткой стрижкой, в клетчатом платье и белых носках, только обувь на ней была обычные резиновые шлепанцы. Так торопилась, что забыла переобуться.

— Минхо! Там клиент! — она радостно запрыгала и захлопала в ладоши.

— Что? — удивился лис. — Так рано?

— Да, а ты трубку не берешь, придешь или нет в офис. Даже не сообщил.

Она схватила его за руку:

— Ну идём же, а то не дождется, — потянула его на выход.

Минхо беспомощно посмотрел на Хеа, та лишь кивнула.

— Зайду за тобой позже и пойдем на реку, — жница смерти отвернулась от них и достала телефон, полностью погрузившись в рабочий процесс.

Лис со своей помощницей вышел на улицу. Ми Ча вторглась в его жизнь неожиданно и неизбежно. Он расследовал одно дело и обнаружил девчонку на заброшенном складе. Вроде как отправил её в приют и забыл, но она лиса запомнила. Несколько недель назад пришла к нему в контору и объявила, что станет его помощницей. Минхо сопротивлялся, только вот она привела двух клиентов и… Лис смирился. И Ми Ча под присмотром и клиентов хоть кто-то ищет.

Они перешли через дорогу и направились в заброшенный квартал. Там во втором здании от перекрестка, на первом этаже был офис частного детектива.

— Минхо, — протянула Ми Ча перед тем, как они вошли в здание, — ты только не ругайся.

Он недоуменно посмотрел на неё.

— Наш клиент не человек.

Минхо скрывать от своей помощницы кто он на самом деле не стал, и не пытался. Ми Ча проницательная девушка и сразу смекнула, что с её работодателем происходят странные вещи. И

— Она сама представилась и сказала, что пришла к детективу кумихо, — стала оправдываться помощница.

— Кто? — поинтересовался лис.

— Я, детектив Ли Минхо, — у кабинета стояла невероятной красоты женщина, в темном строгом платье до колен. Туфли на высоком каблуке. Яркая помада. Красный маникюр.

— Госпожа Кан Ми Сук, — он расплылся в улыбке и раскинул руки для объятий, — отчего сами мне не позвонили?

— Прибежал бы быстрее? — хитро поинтересовалась она.

— Разумеется, — кивнул он. — Войдем? Чай, кофе?

Они прошли в кабинет. Это была большая комната со стеклянной перегородкой, разделявшей место для Минхо и его помощницы. В шкафах и на столах лежали аккуратные пачки с делами клиентов. В целом в кабинете царил порядок и пахло лавандой с цитрусами. Все это было заслугой Ми Ча.

— Напитки не нужны, у меня не так много времени, — сказала госпожа Кан. Присела на край стула для посетителей за столом Минхо. — У нас случилась небольшая проблема. Вроде бы ничего такого серьезного, можно было и не заморачиваться, но все же неприятно.

— Я вас внимательно слушаю, — лис включил рабочий ноутбук и открыл файл для записей.

— Из музея клана украличешуюнашего предка, — быстро проговорила она и прикрыла лицо руками, пытаясь скрыть как загорелись щеки от стыда.

Минхо же некрасиво открыл рот. Он полагал, что дракон с амнезией — это самое невероятное, что случилось с ним за ночь, но оказалось, что нет.

— Простите, госпожа Кан, я проговорю это вслух? Иначе не могу уложить в голове.

— Разумеется, — она раздраженно передернула плечами. — Я сама не поверила в это, когда узнала.

— Вы утверждаете, что из клана имуги, самого охраняемого места в городе кто-то украл артефакт вашего рода?

Она кивнула, и отвернулась от Минхо.

— Найдите, её пожалуйста, я оплачу любые расходы, — сказала госпожа Кан.

Кумихо отвернулся от неё в ответ. Он осознал, что это невероятное совпадение. Имуги считались родственниками дракона, которых давным-давно прокляли, и они не могли пользоваться силами в полную мощь. По легенде, только артефакт «чешуя дракона» последнего предка, который родился до проклятья, способна была их превратить обратно в драконов… это была только легенда, потому что имуги не были драконами никогда, а чешуя просто являлась защитным артефактом. Его установили в музее, чтобы никто не мог украсть другие ценности.

Только вот незадача, Минхо постучал пальцами по столу. Кто-то же пробудил сегодня дракона, пусть и в обличие человека. Неужели использовали артефакт имуги? Он же не рабочий! Однако таких явных совпадений просто так не бывает.

— Запись видеонаблюдения ничего нам не дала, там только черная картинка, — сказала она, подтверждая догадку лиса. Такое происходит, если в деле замешаны одержимые.

4

Хеа смотрела отчеты коллег в общем доступе. Искала хоть какие-то аномалии или необычные всплески активности одержимых. Но никто, совсем никто, даже те, кто стоял в рейтинге на первых местах не принесли с собой десятилетника, кроме неё. Получается необычное появление одержимого было только на рынке «Сиджан», и досталось оно Хее.

В магазин вошло несколько человек и жрец смерти. Волосы его покрыла седина, он был в черном спортивном костюме. Все слуги смерти носили черный. Люди прошли к стойкам с быстрыми перекусами, а вот жрец к Хеа.

— А слышал новости, — сел он рядом, и даже не поздоровался. — Это правда?

Хеа окатила его пронзительно холодным взглядом. Это был Ан Сок, первый в рейтинге жрец смерти. И он обычно не разговаривал ни с кем из своих коллег.

— Да, я принесла десятилетника, — кивнула Хеа, — неужели подвинула тебя в таблице?

— Я не про это, — небрежно отмахнулся он. — Тем более один довольно сильный одержимый просто не позволил тебе вылететь и понести наказание, но никак не повлияет на мой рейтинг.

— Ты как всегда добр, — она отвернулась от него.

— Где он? Дракон? Он пробудился? — в голосе его чувствовалось волнение.

И только сейчас Хеа задумалась над тем, как перевернётся жизнь, если дракон обретет силу и закроет брешь в загробном мире. Тогда все жрецы вынуждены будут вернуться к прежним обязанностям и забирать души людей по списку и графику. И численность слуг смерти сократится. Не будет нужды патрулировать улицы, участвовать в рейтинге. А ведь Смерть обещала самым искусным воинам шанс к возращению обратно к жизни. Особенно тем, кто добровольно тридцать лет назад принял зов и выбрал стезю работы жнецом смерти.

— Не увиливай от ответа, — пригрозил он. — Вся канцелярия смерти гудит словно улей об этом. Это ты и твой ручной лис притащили дракона в магазин.

— Что тебе от меня нужно? — напрямую спросила она, пытаясь решить, как поступить, если Ан Сок потребует отдать дракона ему.

— Какое задание вам дали? Что собирается делать дракон? — вопросы из него сыпались так быстро, что Хеа просто не успевала даже рта открыть, чтоб хоть что-то ответить.

— А разве тебе не сказали, что у него нет памяти и сил? — удивилась она. — В его личном деле всего две строки.

— Очень странно не находишь? Вдруг это наш шанс, — Ан Сок перешел на шепот. — Он именно сейчас просто бесполезное существо.

— Он — человек, — возражает Хеа, напрягаясь. Она никак не ожидала, что жнецы смерти будут так агрессивно настроены к появлению дракона.

— Я про это и говорю. Всего лишь жалкий человек.

— Ты и сам таким был, — возмутилась Хеа.

— Да, и благодаря дракону, точнее его бегству от обязанностей мне дали лучшую жизнь, чем прежне.

Хеа закусила губу, не находя слов, чем бы возразить Ан Соку. Она первая громче всех твердила, что хранитель их бросил. Из-за него погибли родные, близкие и друзья. Она невольно вернулась в воспоминания тридцатилетней давности, ощутила привкус горечи от потери родных. И мотнула головой избавляясь от этих мыслей.

— Пока он не вспомнит кем он был, мы обязаны его защищать, как и других людей, — в итоге сказала она.

— Я услышал тебя Хеа, — Ан Сок встал, положил ей на плечо руку и сжал. — Прости, но мы теперь с тобой на разных сторонах. Дракону не место в этой жизни.

Ан Сок покинул магазин. Хее осталось лишь в бессилии сжимать кулаки. Одно дело противостоять одержимым, а другое — слугам смерти. Если они все решать, что Юну не место среди смертных, то плохо будет всем. А ещё она же хотела вернуться на реку и попробовать разобраться с самого

— Иди, — говорит пульгасари. — Я присмотрю за Юном.

— Почему? — удивилась Хеа.

— Прежде всего, потому что он сейчас человек, а я обязан его защищать.

Хеа кивком поблагодарила Ли Бёна, а затем написала Минхо сообщение, что будет ждать его на берегу реки Намхаган.

Сама решила прогуляться и посмотреть на город в дневном свете. Хеа могла бы переместится сразу на место через портал, но не стала этого делать. Она давно не бывала на солнце, а сегодня как раз была теплая погода.

Мимо шли люди, они её не видели, но чувствовали, обходили стороной. Такова расплата жнецов смерти, они застряли между миром живых и мертвых. Помогают умершим душам найти путь и обрести покой по деяниям их жизни. Только они сами не могут жить ни в мире людей, ни в загробном.

Хеа без колебаний согласилась стать слугой смерти. Тогда она думала только о мести, а работа на Госпожу казалась отсрочкой перед окончательной смертью. Думала, что будет много времени, чтобы найти пропавшего дракона. Только он сам пришел к ней.

Хеа вышла на место встречи с Минхо и огляделась. Тихо и пусто. Тогда на берегу реки Намхаган собралось много людей. Праздновали день города и запускали фонарики над рекой, загадывали желание и надеялись на лучшую жизнь. А потом, когда сумерки опустились на город, люди молча падали и умирали. Либо менялись на глазах и убегали, бросая своих родных и близких. Потому что всех захлестнула волна черного тумана.

Люди вокруг не видели ни его, ни мертвые души, что вселялись в тела. Ничего не понимали, кроме страха, оцепления и полнейшей растерянности. Тогда пришли на помощь Госпожа Смерть и её слуги. Они загнали большую часть проклятых душ обратно, и заделали как могли брешь в границе. Да только прорехи все же остались, и через них проскальзывали те, кому нельзя существовать в мире живых людей.

После этого всем, кто так или иначе пострадал в ту ночь, было предложено встать в ряды слуг смерти и служить на благо людей, пока дракон не вернётся на свой пост. Так Хеа стала для людей невидимой. Получается за тридцать лет впервые только Юн увидел её.

Пристань, где исчез дракон была заброшенной. Люди, как всегда, придумали обычное объяснение трагедии — отравление. И постарались забыть о случившемся, вот и пристань теперь обходили стороной.

Голубая краска на перилах и лестнице облупилась, доски скрипели, а кое-где их не было. Фонари без ламп, а домик для диспетчера разукрашен граффити. Видимо наиболее смелые подростки все же сюда захаживают.

Вода в реке текла спокойно, её голубо-серые воды покрывались рябью только из-за ветра. Рядом с пристанью не видно судов или лодок, никто не причаливает на берег, а проходит мимо, к следующей, построенной после катастрофы.

Хеа села на оставшуюся целой лавочку и наблюдала за птицами, как они ловят рыбешку на мелководье.

— Как дела? — Минхо сел рядом и засунул руки в карманы толстовки, с реки дул прохладный ветер.

— Думаю, с чего начать, — ответила Хеа.

— Ко мне сегодня приходила глава клана имуги, — буднично сказал Минхо. — У них одержимые украли чешую дракона.

— Шутишь⁈ — Хеа даже привстала на мгновение, так поразила её эта новость. — Что происходит?

— Ты знаешь, я честно признаться, сразу подумал, что одержимые с помощью этой чешуи вывели дракона из комы.

— Это бесполезный артефакт, — Хеа вернулась на место и задумалась. — Хотя, в легенде говорилось, что чешуя поможет вернуть имуги силу дракона. Думаешь, раз Юн дракон, то она на него подействовала?

— Вполне вероятно, я уже ничему не удивлюсь, — Минхо задумался.

— Тогда непонятно, зачем проклятым душам будить дракона, он же вернёт их всех обратно, — Хеа совсем запуталась.

— Потому что Юн сейчас человек, — раздался голос женщины.

Хеа немедля встала и склонилась в глубоком поклоне.

— Приветствую вас Госпожа, — благоговейно проговорила Хеа.

Минхо наконец-то сообразил кто пред ним, встал и тоже почтительно склонился.

Госпожа Смерть, в образе милой пожилой женщины в бордовом спортивном костюме и кепкой на седых волосах, села на лавочку и жестом пригласила Хеа с Минхо присоединится.

— Прошу вас, у меня не так много времени, — поторопила она их.

Хее было непривычно сидеть рядом с такой могущественной сущностью. А на Минхо и вовсе было больно смотреть. Он побледнел и осунулся.

— У вас много вопросов, и я очень рада, что именно вы нашли Юна, — сказала Госпожа. — Я постараюсь рассказать вам о том, что произошло тридцать лет назад, а вы уже сами решите, как дальше поступить.

Удивление не выказали ни Хеа, ни Минхо. Просто появление Госпожи уже было столь ошеломляюще, что эмоций на то, что им откроют загадки прошлого невозможно было проявить. Настолько нереально было происходящее.

— Дракон-хранитель очень любил людей, оберегал и ценил их короткие жизни. И радовался словно ребенок, когда они подходили к реке. А уж праздники его радовали, даже словами не описать. Он подплывал поближе к берегу, чтобы разглядеть всё в мельчайших подробностях. Так было и тридцать лет назад. Только с одним исключением.

Госпожа сняла кепку и прищурилась, радуясь солнечному свету. Несколько мгновений помолчала. Отчего Минхо нетерпеливо заерзал.

— Одна маленькая девочка по неосторожности упала в воду, — неожиданно продолжила Госпожа. — За суетой и шумом этого никто не заметил. Родители искали и звали ребенка да бестолку. Дракон поспешил на помощь, потому что видел, что жизнь девочки долгая и счастливая, и этой случайности в ней не было. Он спас и оставил ребенка на берегу, так чтобы её родители нашли. Только в этот момент его самого пленили.

— Кто? — проговорил Минхо.

— Как? — удивилась Хеа. — Это же Дракон-хранитель!

— Не спрашивайте, даже я не знаю, потому что они скрылись от меня, — ответила Госпожа.

— Невероятно, — прошептала Хеа, и подумала, что кто же это тогда был раз смог укрыться от самой Смерти?

— Удивлены? Понимаю, мне и самой интересно, кто такой сильный и смелый, что умудрился меня обмануть, — старушка рассмеялась так, словно увидела, как её внук расшалился на берегу.

— Вы до сих пор не знаете кто это был? — несмело уточнил Минхо.

— Нет, увы. Чувствую только, что они опять зашевелились, раз пробудили Юна, — она хлопнула ладонями по коленям. — Поэтому повешу на вас эту задачку. Кто нашел первым дракона тому и разбираться. Так, я отвлеклась.

Она немного пошевелилась, чтобы сесть удобно и продолжила:

— Дракона пленили, связали его, и попытались сорвать с него одну чешуйку.

— Зачем? — опять вмешался нетерпеливый Минхо.

— Не знаю, — покачала головой Госпожа. А Хеа нахмурилась. Она надеялась, что сейчас всё ей

— Вы только представьте, насколько ему было больно, когда вытаскивали из его тела чешуйку? Дракон обезумел и в ярости своей выплеснул силу и разорвал границу между миром живых и мертвых. А затем перевоплотился в человека.

— Так это вы его отправили в больницу? — спросил Минхо.

— Да, когда я почувствовала неладное, прибыла на место, но опоздала. Никого рядом с Юном не было. Ли Бён мне тогда помог. Создал фирму «Ча Гын», чтобы оплачивать больничные счета для дракона. Нам лишь оставалось ждать и надеется на лучшее.

— Поэтому вы набрали новых жнецов смерти? Чтобы защищать не только людей, но и Юна? — уточнила Хеа. Теперь ей стало понятно, отчего Смерть взяла к себе на службу не только тех, кто уже умер, но и добровольцев из живых людей. Они могли защитить Юна, если бы он проснулся и не мог бы видеть обычных слуг смерти.

— Да, на случай если дракон вообще забудет о своих силах и не сможет разглядеть защитников, — кивнула Смерть.

— А что изменилось? — не унимался Минхо. — Платежи не поступили в больницу задолго до того, как пробудился Юн.

— Дракон об этом сам попросил, — ответила она. — Знаете, мне и Ли Бёну привиделся один и тот же сон. Иногда даже нам они снятся. К нам пришел Юн и попросил больше о нём не заботится. Вот мы и перестали.

— Знаете, после вашего рассказа стало все ещё намного запутаннее, — усмехнулся Минхо. — Одно мы теперь знаем наверняка. Только Юн способен рассказать, что произошло на самом деле.

— У него амнезия, — напомнила Хеа.

— А теперь я расскажу вам самое главное, — Смерть довольно потерла ладони. — Пробудить память Юна способна только истинная любовь.

Хеа вздрогнула. Вот это новость. Ладно, почти как в сказке, надо найти истинную любовь. Да только, кто полюбит дракона, из-за которого в мир проник убийственный загробный мрак? Его все ненавидят. Искать среди смертных?

— Так мы никогда не вернём ему память, — сказал Минхо, будто читая мысли Хеа. — Вы его видели? Он же чудик! Кто на него посмотрит?

Смерть в образе старушки посмеялась и исчезла.

Рассказ Смерти всколыхнул воспоминания Хеи. Она столько лет была поглощена ненавистью и желанием отомстить, что никогда по-настоящему не заглядывала в темные уголки своей человеческой памяти.

Да и работая жницей смерти, то человеческое что оставалась в ней со временем стиралось, оставляя лишь только беспристрастную бессмертную сущность, провожающую души в загробный мир.

Как оказалось, вспомнить было что, особенно сейчас, когда события закрутились вокруг Хеи с небывалой скоростью.

Ещё несколько мгновений Хеа и Минхо молчали. Они наблюдали за тихим течением Намхагана. Только не смотря на всю безмятежность внешнюю, внутри Хеи начинался шторм.

— Что будем делать? — все же нарушил тишину Минхо. Лису явно не терпелось разобраться в этой запутанной истории.

— Ты знаешь, та маленькая девочка, что упала в воду была я, — неожиданно сказал Хеа. Она решила, что может доверится другу и соратнику. Они не раз спасали жизнь друг другу, и Минхо обязан знать все подробности.

— Как такое возможно? — не понял кумихо. — Сейчас ты довольно взрослая жница смерти.

— Отчего-то Госпожа Смерть решила меня так назвать, — Хеа обняла себя и не отрывая взгляда от реки продолжила: — Даже теперь при встречи говорит мне «маленькая девочка». Возможно, это потому, что когда-то очень давно я была на пороге смерти, и даже виделась со жнецом.

— И спаслась? Почему? — у Минхо в кармане завибрировал телефон, но он решил не отвлекаться. Немногословная Хеа редко о себе рассказывала. Он боялся упустить такой шанс, узнать жницу смерти поближе.

— Дракон помог, опять, — ухмыльнулась она, своим детским воспоминаниям. — Я видела его во сне, когда была в больнице. Красивый, с чешуей, цвета воды Намхагана. Длинная белая борода, с мелкими пузырьками воздуха, будто маленькие жемчужинки украшали её.

— Так ты знакома с ним давно? — удивился Минхо. — И почему среди смертных он выбрал именно тебя?

— Не знаю, — Хеа пожала плечами. — Теперь я чувствую опустошенность. Я не знаю, что мне делать. Дракон меня спас, дважды. А я его ненавижу. И, только он способен ответить на все мои вопросы. Что делать не представляю.

Она не знала, как объяснить лису свои печали и тревоги. Дракон виновник того, что случилось с её близкими и родными, но также он пришел на помощь. И теперь в образе человека, Юн был таким же беззащитным ребёнком как тогда была Хеа.

— Получается ты видела, что произошло тридцать лет назад и кто пленил Дракона? — задумчиво сказал Минхо.

Да, сейчас она отчетливо вспомнила тот вечер. В воде она увидела белую бороду всю в пузырьках, и вспомнила тот сон из детства. Она пошла вдоль берега реки, и завороженно застыла. Из глубин на сушу поднимался Дракон. Подул сильный ветер и Хеа не смогла удержаться на берегу и упала в воду. А там под водой бушевал водоворот, и неожиданно было так глубоко, что Хеа чуть не захлебнулась, безуспешно пытаясь выбраться на поверхность. И так бы она потонула, если бы не исполинский хвост Дракона, который легко подтолкнул её на воздух.

Хеа встала и сделала несколько шагов. Воспоминания пятнами всплывали перед глазами. Как она, выбравшись на берег, сжимала песок руками. Как выплевывала воду. Как упала на спину и смотрела на звездное небо, заполненное сотнями оранжевых фонариков. Потом она посмотрела на реку и там Дракон плакал, а после когтистой лапой…

Хеа остановилась и посмотрела прямо в глаза Минхо, произнесла:

— Нет, там никого не было. Дракон сам выдрал из груди свою чешую.

Минхо вскочил со скамейки, приблизился в плотную к Хеа.

— Почему ты раньше молчала? — казалось он вложил в эту фразу все свои сумбурные чувства, хоть внешне и был спокоен.

— Только вспомнила, — Хеа прикрыла глаза. — Ты сам знаешь, что жнецами смерти становятся те, кто искупает свои грехи и после вступления в должность не помнит о своей прошлой человеческой жизни.

— У тебя же другой случай, — перебил Минхо. — Смерть сама вам предложила, ещё живым людям, вступить в ряды жнецов, чтобы помочь с проклятыми душами.

— Да, так и есть. Мы зависли между мирами живых и мертвых, но и память Смерть забрала, и вот мне только что её вернула, — Хеа открыла глаза и в них стояли слёзы. — Я всю свою жизнь знала Дракона и искала с ним встречи. Мечтала о нём и тянулась к нему. И вот тридцать лет его ненавидела. Я не знаю, что теперь делать?

Минхо хотел

В кармане Минхо завибрировал телефон, им показалась, что так настойчиво гаджет никогда не работал. Они замерли. Очень странно, с учетом происходящего и такого личного момента отвлекаться на телефонный звонок. Но интуиция подсказывала, что это очень важно и срочно.

Минхо вытащил телефон и чуть не выронил его из рук на песок.

— Ли Бён? — удивился вслух он. Хеа тоже вскинула брови вверх, кого угодно она ожидала, но не звонок от пульгасари. Кумихо решил поставить на громкую связь. Едва нажал на зеленую кнопку, как раздался взволнованный голос:

— Быстрее в магазин. Сок напал на Юна, — и Ли Бён отключился.

Хеа с Минхо не сговариваясь побежали в сторону перекрестка. Хеа сожалела, что так опрометчиво оставила Юна одного, когда Сок приходил и угрожал ей в открытую. Точнее не ей, а дракону. Просто не ожидала, что жнец смерти так быстро решиться действовать. Поэтому она схватила кумихо за шкирку и перетащила его через портал к круглосуточному магазину Ли Бёна.

Прямо на тротуаре стоял Ан Сок в черном костюме, в руках он держал святящийся голубым светом меч. Юн лежал на проезжей части. Из носа у него текла кровь. Остальные жрецы смерти наблюдали за потасовкой у светофора, пока не вмешиваясь.

— Ты всего лишь жалкий человек, — говорит Сок и замахивается для удара. Юн прикрывается рукой, в надежде, что это поможет ему избежать клинка жнеца смерти.

— Вы тупые идиоты! Вы что творите? — заорала на них Хеа. Она встала между Юном и кончиком меча Ан Сока.

— Уйди, он должен умереть, — Сок жестом приказал своим помощникам направить мечи на Хеа. Те подошли ближе, на лицах их явно читалась неприязнь и полное согласие с действиями Ан Сока.

— По какому праву? — спросил Минхо. Он поднял Юна и отвел его подальше от жнецов смерти. — Вы отвечаете только за души, а не за убийства людей. Ваша прямая обязанность — не вмешиваться и быть беспристрастными.

— Если он умрёт, то дракон не возродится. И мы сможем и дальше заниматься своими обязанности. Ещё не известно, что он сделает, когда к нему вернётся память.

— Убирайтесь прочь! — Хеа вынула свой меч.

— Опомнись, — говорит Сок, и разочарованно качает головой. — Ты — жница смерти, вспомни об этом. Если ты оставишь его в живых, то вернёшься в мир смертных и возможно исчезнешь. Ты тридцать лет была не живой и не мертвой. Как думаешь, что осталось от твоего тела?

— Я не боюсь будущего. Мне терять нечего, — смело отвечает Хеа и делает несколько шагов вперед.

Сок растерянно отходит. Он не ожидал сопротивления, для него все было предельно ясно. Нет дракона — нет проблем.

— А я боюсь и не хочу терять то, что принадлежит мне по праву, — говорит он.

— Не хочу вас прерывать, — испуганно говорит Минхо, — но на город опустился вечер. Вам пора заняться своей работой.

Все замерли наблюдая, как последние лучи солнца скрываются за горизонтом. По земле незамедлительно пополз черный туман. В переулках засветились лики проклятых душ.

— Отчего их так много? — зашептались слуги смерти, направляя своё оружие уже не на дракона.

— Минхо, идем в твой офис, — говорит Хеа. — Ты же защиту не убрал?

Кумихо качает головой, помогает Юну идти, и переходит на другую сторону дороги. Хеа следует за ними, не спуская взгляда со слуг смерти. Только тем некогда их преследовать. Проклятые духи словно сорвались с поводка и заполонили всё пространство вокруг магазина Ли Бёна.

«Неужели они помогают Юну?» — мелькнула мысль в голове Хеи.

5

Они перебежали через дорогу и углубились заброшенный квартал. Туман расползался стремительно, в нём то и дело, словно плавники акул мелькали проклятые души.

Ми Ча распахнула дверь, и помахала им рукой, а второй швырнула несколько листовок с нарисованными оберегами. Падая на туман, они оставляли в нём горящие проплешины. Когда все вбежали, Ми Ча закрыла дверь. А затем все спрятались в офисе детектива. Внутри повсюду и вдоль стен все было обклеено защитными оберегами. Обычный порядок, поддерживаемый Ми Ча в кабинете, теперь носил легкий хаос, из-за разбросанных повсюду бумажек.

— Я переволновалась, — засмущалась девушка. — Минхо давно не было, и я была с Ли Бёном, когда Ан Сок ворвался в магазин.

— Ты знаешь, как зовут жнеца смерти? — удивился кумихо.

— Самый настоящий жнец? — воскликнула Ми Ча и смущенно пробормотала: — Трудно не запомнить, когда владелец магазина постоянно его повторял, и умолял отпустить юношу.

И они все посмотрели на Юна. Он сидел и вытирал рукой кровь с лица, делая ещё хуже, все размазывая по щекам и подбородку.

— Держи, — Ми Ча подала ему салфетки. — На моем столе есть зеркальце, оно тебе поможет.

Юн кивнул, и отошел к столу за стеклянной перегородкой. Хеа подошла к окну и раздвинула тонкую щель между жалюзи. Туман пытался пробиться в здание, но защита ещё держалась. Что же происходит?

Она оглянулась и посмотрела на Юна. Он вставил две салфетки в нос, чтобы остановить кровотечение.

— Ты не заметил, твоя кровь падала на асфальт? — спросила она.

Юн помотал головой:

— Всё случилось так быстро, что я понял хоть что-то, когда почувствовал боль в носу, — он растерянно оглядывался по сторонам и одновременно хмурил брови.

Хеа заметила, что Юн пару раз провел по подбородку, так будто гладил бороду в задумчивости. Неужели начинает вспоминать, кто он на самом деле?

Жница смерти переглянулась с Минхо. Лис её понял и вспомнил, что он тут главный детектив и спросил:

— Как ты думаешь, почему они на тебя напали?

— Они сказали, потому что я — дракон, — ответил он и сел на диванчик для посетителей. — Не понимаю, что это значит? Это прозвище из моего прошлого?

О стекло пару раз что-то стукнуло. Тихо и аккуратно будто проверяя на прочность.

— Кто это жнецы или туман? — испуганно прошептал Минхо. — Что происходит, Хеа? Мы не выстоим против них одновременно.

Она опять взглянула на улицу. Туман уже был выше первого этажа и ничего не было видно. То и дело струйки тьмы стучали по окну, проверяя, где истончилась защита.

— Отчего души пытаются прорваться? Они так никогда не делали, — проговорила себе под нос Хеа.

— А почему ты спрашивала про мою кровь? —

— Думала, они почувствовали её, поэтому и решили охотится за тобой, — напрямую ответила она.

— Нет, — Юн качает головой. — В день нашей встречи у меня были раны на ногах, так что дело не в моей крови.

Ми Ча села в углу на своем кресле и листала ленту в телефоне.

— В новостях ничего необычного, все по домам. Так что, то, что всполошило туман, находится в этом кабинете, — печально проговорила она.

— Если так подумать, то проклятые души появились, когда пришла Хеа, — проговорил Минхо и посмотрел на подругу.

Жница смерти прикрыла глаза пытаясь понять, что происходит, мысленно гуляя по кусочкам своей памяти, но никакого объяснения не находила.

Неожиданно в окна застучали настойчиво, будто палочками по барабану. Несколько ударов раздалось со стороны двери:

— Открывайте! — приказал Ан Сок.

Они переглянулись. Хеа вынула свой меч. Юн встал и отошел подальше, диван стоял почти рядом с дверью. Он аккуратно вынул салфетки из носа и выкинул их в мусорное ведро.

Со всех сторон сыпались удары и приказы открыть. Никто не знал, что делать и как поступить. На стенах один за других загорались и исчезали обереги расклеенные Ми Ча. Девушка заплакала и забилась в углу. На неё давила удручающая атмосфера, слишком много негативной энергии обрушилось на маленький кабинет детектива-кумихо.

Дверь поддалась первой. Всё же жнецы смерти проявили много терпения и не проникли внутрь через порталы. Ан Сок вошел, выставив свой меч и сразу направил его на Юна.

— Уходи, — попросила его Хеа. — Или помоги на во всем разобраться. Не просто так дракон появился именно сейчас.

— Да, не просто, когда мы с ним покончим все вернется в прежнее русло, — холодно ответил жнец смерти. — Я не хочу быть снова человеком. Не верю, что у меня была отличная жизнь.

Минхо на всякий случай встал рядом Ми Ча. Она плакал и переводила взгляд от одного жреца смерти к другому.

— Лис, а тебя не смущает, что твоя помощница нас видит? — спросил один из них с любопытством поглядывая на девушку.

— Не твоё дело, — рычит кумихо. — Убирайтесь отсюда и займитесь своим делом. Сегодня много проклятых душ.

— Да, их будто притягивает к себе дракон, — шепчутся между собой жрецы смерти. Только Ан Сок молчит и сверлит взглядом Хеа.

Она стоит спиной к окну, напряженная и готовая в любой момент кинуться на защиту Юна.

Внезапно барабанная дробь по окнам прекратилась. Тишина разлилась оглушающая. Все устремили взгляды на стекла. Послушался треск. И тысячи осколков ворвалось в кабинет. Хеа вскрикнула и пригнулась. Жнецы выставили щиты. Минхо прикрыл Ми Ча собой.

Словно волна цунами внутрь хлынула тьма вперемешку с кричащими проклятыми душами. Заполняя каждый уголок и щель, все пространство, негативная энергия смела щиты жнецов, превратила в прах бумажные обереги. Ми Ча больше не всхлипывала, она была без сознания. Кумихо закрыл руками уши, но и ему было сложно подняться и обернуться, чтобы посмотреть, что происходит. Тьма давила на него бетонной плитой.

Почти все жнецы смерти исчезли в порталах. Остался только Ан Сок, его тормозила ненависть и желание мести. Юн все ещё оставался на ногах и казалось, что туман для него не больше, чем дым от костра, просто досадное недоразумение, подаренное порывом ветра.

Хеа охнула и упала на пол. Проклятые души напали на неё со всех сторон. Сотворив вокруг неё кокон из мощного потока негативной энергии. И в какой-то миг Хеа перестала дышать.

— Нет! — крикнул Юн. Он сделал знак пальцами и вокруг него туман сформировался в огромную голову дракона с бородой и направился в сторону жницы смерти, разгоняя острыми зубами призраков. Они шипели рассерженными кошками, но отступили. Туманный дракон ещё покрутился по комнате впитывая в себя остатки тьмы и вылетел из разбитых окон на улицу.

Негативная энергия исчезла и все почувствовали облегчения. Хеа неподвижно лежала на полу. Юн подбежал к ней и поднял на руки. Она была без сознания, сердце едва билось, но все же слабое дыхание появилось.

Ан Сок приблизил к ней кончик меча.

— Сдайся дракон или я убью её, — говорит он Юну.

Хеа неожиданно открывает глаза и в глазах её плещется тьма.

— Вот мы и встретились, дракон, — говорит она чужим голосом.

— Что происходит? — испуганно восклицает Ан Сок. — В неё вселился призрак?

Юн погладил нежно по голове Хею и прошептал: — Потерпи моя милая, я сейчас все исправлю.

Он целуют жницу смерти в лоб. Вокруг них в тот же миг разливается яркий похожий на солнечный свет. Хеа кричит от боли, то, что живёт в ней корчится от боли, и в конце концов покидает тело девушки.

Огромный, словно черная космическая дыра вихрь, от пола до потолка гудит тысячью пчел, крутится вокруг Юна и Хеи, пытаясь вернуться обратно в живое тело, но каждый раз наталкивается на свет дракона.

Юн аккуратно опускает Хеа на пол, встает и поворачивается к вихрю. Расставляет руки, и тот с победным смехом влетает в грудь дракона.

Вокруг замерло даже время, а пространство будто надулось пузырем на мгновение смазываясь, а потом все прекратилось. В полу, кроша плитки образовалась щель в загробный мир.

Хеа едва открыв глаза, хватает рукой за штанину Юна и качает головой. Она не может его отпустить, нет. Юн же просто по-детски ей улыбается, делает два шага и исчезает по ту сторону от мира живых.

Ан Сок превращается в пепел, едва щель закрывается. Только куски сломанной плитки напоминаю, что там была дыра в потусторонний мир.

Минхо подбегает к Хеа, но она лежит на полу и беззвучно плачет.

— Что произошло? — растерянно шепчет кумихо.

— Всё закончилось, — отвечает Хеа.

Лис встает и выглядывает в окна. Над городом тишина. На небе полная луна и яркие звезды. На земле нет тумана, нет призраков и одержимых. Нет патрулей жнецов смерти. А круглосуточный магазин Ли Бёна без света, только вывеска мигает «закрыто».

Хеа садится, так чтобы спиной прижаться к ножке стола.

— Как? Так просто? — не понял Минхо. — Тридцать лет страданий, патрулирования и службы слугой смерти? Просто Юн шагнул в пропасть с вихрем? Всё это было ради этого момента?

— Полностью разделяю твое негодование, — Хеа слабо улыбнулась, но у неё до сих пор в глазах стояли слёзы.

— А как же истинная любовь и вот это все? — Минхо сел рядом с ней.

— Я оказывается была истинной любовью дракона, — сказал Хеа. А лис удивленно раскрыл рот. — Да, я вошла в цикл перерождения. Но на мне висело проклятие. Я была вместилищем злого демона.

— Ничего не понятно, — проворчал лис.

— Ну, что ты, Минхо, — Хеа стукнула его плечом в плечо. — Всё как в любой истории любви. Красивая девушка гуляла вдоль берега и влюбилась в речного дракона. Только злой демон возжелал такое же счастье для себя. Девушка отказалась. Тогда он проклял её, в каждом своем новом перерождении она будет вместилищем для него в мире смертных.

— Только дракон не желал такой судьбы для своей любимой, — продолжил Минхо. — И что он сделал?

— В каждое перерождение девушки, дракон охранял её, с помощью своей чешуи. Она скрывала девушку от злого демона. Только последнюю чешуйку украли имуги и душа девушки больше не была защищена. Злой демон быстро нашел её. Когда я нечаянно упала в реку во время праздника. Только вот незадача, и тут дракон демону помешал.

— Ты все это помнишь? — удивился Минхо.

— В голове воспоминания сейчас как серии дорамы мелькают, — Хеа прикрыла глаза. — Ты знаешь, я их чувства ощущаю как свои. Сердце рвет на части, от того, что Юн ушел в загробный мир, чтобы заточить демона.

— Допустим, мне тоже его жалко, — вздохнул Минхо. — Хороший парень, даром что дракон. И он так каждый раз утаскивал демона в загробный мир?

— Нет, об этом дракон догадался только в этом моём воплощении, — ответила Хеа. — Дракон сам стал сосудом для злого демона, чтобы уйти с ним по ту сторону. Так что Юн и правда виноват в смерти всех тех людей на берегу. Он больше не добрый хранитель реки Намхаган.

— А кто теперь? Неужели у нас больше нет дракона в городе? — удивился Минхо.

В этот момент в кабинете появилась милая старушка в сиреневом спортивном костюме. Минхо с Хеей встали и поклонились Госпоже.

— Отвечу сразу. Дракон вырвал свою чешую, чем разорвал связь Хеи с демоном. Только при этом пострадало все вокруг. Потом он превратился в доброго человека, чтобы забрать зло из Хеи себе. Только вот незадача. Я с Ли Бёном не были в курсе всей задумке. Объявились невовремя, и все испортили. Забрали Хеа к себе в слуги, скрыв от дракона. А он в это время стукнулся головой и впал в кому. Человеком же стал, хрупким. Вот мы и ждали пока очнется. Да только время шло, а толку. Тогда пульгасари предложил разбудить его с помощью чешуи, которая находилась у имуги.

Минхо и Хеа только рты в удивлении раскрыли. И вероятно одновременно подумали, что пора пить соджу, иначе всю историю не вывезешь на своих плечах.

— Поздравляю, ты раскрыл дело, украденной чешуи у имуги, — усмехнулась Хеа. Минхо лишь закатил глаза. Не о таком окончании дела он мечтал. И как он теперь объяснит, что во всем виноват пульгасари? Клан имуги за такое ему не заплатит.

— Да уж, натворили мы все дел, — вздохнула Смерть. — Теперь столько бумажной волокиты будет. А за дракона не переживайте. Он вернётся, просто теперь будет немного другим, более темным. Вы назовете его Хранителем ночи.

Старушка повернулась, чтобы уйти.

— А вы меня с собой не заберёте? — Удивилась Хеа.

— Зачем? — Смерть улыбнулась. — Жди своего дракона. Я к тебе теперь не подойду. Больше не хочу разгребать бардак во всех мирах, — она замахала руками и исчезла.

Хеа сидела на лавочке и смотрела на неспешные воды реки Намхаган. Прошло уже больше десяти лет как Юн исчез вместе со злым демоном. В мире людей воцарились только человеческие порядки, их покой больше не нарушал загробный мир.

Минхо все так же работал детективом-кумихо. Ми Ча стала его напарницей. Только благодаря ей, их деятельность была ещё на плаву.

Сама Хеа помогала в магазине Ли Бёна. Работала в ночную смену. Только теперь туда заходили не только жнецы смерти и прочие существа, но и люди, которые без страха гуляли по ночам.

Последний луч солнца скрылся за водой, окрасив небо зеленой полоской. Ещё немного и будет темно. А фонари в этой части пристани, так и не починили.

Хеа услышала шаги. Повернула голову. Рядом с ней остановился Юн. В черной футболке и джинсах, сверху кожаная теплая куртка.

Сердце Хеи радостно забилось. Долго бывшая жница смерти ждала встречи и уже не верила, что она произойдёт в этой жизни.

Юн изменился. В нем не было больше непосредственности и доброй легкости. Лицо заострилось, а в глазах плескалась извечная тьма. Он и, правда, стал другим драконом, темным хранителем ночи.

— Привет, — говорит Юн.

— Привет, — отвечает Хеа встает с лавочки и несмело подходит.

Юн обнимает её крепко.

— Я скучал.

Хеа отвечает на объятия. Дракон пахнет ещё рекой, но уже больше костром и ночными травами.

— Идем, провожу тебя на работу, — говорит он.

Она кивает, не отпуская его руки. Теперь их уже ничто, и никто не разлучит. Ни в этой, ни в следующей жизни.