Золотые звери

Глава 1 Пролог.

Беглецы к пяти утра укрылись в полуразрушенном старом кирпичном складе на окраине Чайковского. Оба, мужчина и девушка запыхались, с трудом успокаивая дыхание после получасового бега по ночным улицам города. Уже рассвело, сколь ни темны августовские ночи, рассвет наступал рано или поздно. Вот и сейчас дневной свет показал беглецам их невесёлую перспективу. Сразу за складом шла дорога, выводящая на длинную плотину через Каму. Это была единственная возможность перебраться на свой родной берег. И можно было бы идти, если не одно но - на плотине было полно видеокамер и охранных постов. Ещё бы, стратегический объект федерального уровня. И была та плотина длиной несколько километров, примерно три-четыре-пять, точную цифру Сергей не знал.

Однако мужчина понимал, что отсиживаться тоже нельзя, надо прорываться на свой берег, ближе к родному городу, к спасению обоих. Он посмотрел на свою напарницу и улыбнулся. Симпатичная, стройная, русоволосая Алана, с чёрными бровями и алевшими от быстрого бега губами выглядела великолепно, даже усталая. Ярко-синие, васильковые глаза смотрели на своего напарника без всякого страха. Скорее с надеждой, чувствуя в мужчине силу, способную спасти обоих. «Мне бы твою уверенность», - мелькнула заполошная мыслишка, которую Сергей выбросил из головы. Пока есть время, надо подготовиться к прорыву через плотину. Он скинул со спины тяжёлый рюкзак, достал остатки продуктов, предложил девушке подкрепиться. Сам, с куском колбасы в зубах, проверял пожитки.

Амулет-тазер, главная надежда отбиться от врагов. Тазер стрелял иголками с электрическим разрядом, способным свалить любого. Но, к сожалению, не дальше двадцати метров, и только через тонкую одежду. Даже летние куртки-ветровки тазер не пробивал, единственное преимущество перед огнестрелом - бесшумность. Тазер был сделан в виде игрушечного маленького деревянного пистолетика, легко скрывавшегося в мужской ладони, его первый боевой амулет. Много наделал амулетов капитан полиции Сергей Пешкин, оперуполномоченный уголовного розыска, когда попал в чужой мир. Без всяких заклинаний и природных катастроф попал, просто шёл розыскник по следу преступника через лес. Вдруг раз, и он уже в средневековой Руси времён Михаила Романова, в своём родном Приуралье.

Единственное отличие от современной России - наличие мест силы и колдунов. Одним из таких колдунов оказался и сам оперативник, чем не замедлил воспользоваться. Нет, никаких Академий магии или магов-наставников там не было. Да и колдовали русские люди весьма осторожно, даже скрытно. Потому и прятались от власти в дремучих лесах, ассимилируясь с инородцами. Порой у Сергея возникало ощущение, что это прошлое его родной России, настолько всё было узнаваемо. А что? Места силы есть и в мире двадцать первого века, может, колдуны тоже сохранились? Просто хорошо прячутся, за века гонений научились скрываться?

Но вдаваться в такие дебри капитан не спешил, занимался делом и смог отыскать девушку, подозреваемую в убийстве. Ей и оказалась Алана, его нынешняя напарница. Девушка доказала свою невиновность и не побоялась перейти с сыщиком в его Россию. Её слова подтвердились, а розыскник честно выполнил свой служебный долг. Но перед этим, ещё в мире Руси, после ряда стычек с разбойниками и слугами знаменитого рода Строгановых, владетелей Урала, Сергей занялся амулетами. Понимая, что при возвращении в родные края, он, скорее всего, потеряет свои приобретённые колдовские способности. С помощью обучающего амулета, найденного в сумке погибшего гонца, офицер сделал около двадцати амулетов и перенёс их с собой в Россию.

Не только амулеты-тазеры для обороны, один из которых сейчас был у Аланы и выглядел как обычная серебристая трубочка, на вид безобидная безделушка-сувенир, каких много валяется в сумочках девушек и женщин. У обоих напарников на шеях висели, кроме крестиков, амулеты от комаров. В городе они ни к чему, но снять их не решались. Слишком часто им приходилось прятаться в последнее время, да по лесам бродить. Всё своё ношу с собой, как говорится. О своей квартире капитан давно не вспоминал, не сомневаясь в засаде. Сергей стряхнул с себя невольные воспоминания и принялся перебирать связку амулетов из рюкзака.

«Так, амулет для подогревания пищи - не надо, амулет-холодильник - не надо, амулет для розжига огня - не надо. Что за ерунда!» - сыщик пропустил ещё несколько амулетов, абсолютно бесполезных для беглецов. Почти все эти амулеты оперативник скопировал из памяти своего амулета-учителя. Амулет-учитель в мире России потерял свои возможности, а на Руси он был многофункциональным и даже умел общаться со своим владельцем, но теперь лежал в тайнике неподалёку от места возможного перехода в мир Руси. Возможного, потому как открывался переход нерегулярно и редко, порой каждый месяц, порой через полгода. Хотя Сергей и Алана знали дни открытия перехода на ближайшие три года.

Просто запомнили, чтобы Алана вернулась в свой мир после выполнения своего задания, порученного ей бабушкой. А именно - найти истуканов, статуэток волка и медведя, выполненных из золота. Небольших таких статуэток, с пудовую гирю размером и весом. Похищенных зверей из древнего языческого тайного капища, посвященного богине Макоши. Капище многие века скрывалось в приуральской тайге, посещалось исключительно женщинами и девушками. Они просили у богини любви, семейного счастья, здоровья для детей и всё такое подобное. Расплачивались дорогими украшениями, монетами и самоцветами. Мужчинам вход на капище был просто запрещён. И находилось оно на острове посреди огромного болота, не замерзающего в самые лютые зимы.

Но совершенно случайно, больше полугода назад из России в мир Руси попали через переход между мирами двое полупьяных сисадминов. Они работали на секретном производстве машзавода, получали огромные деньги и не считались с тратами. До такой степени были уверенны в своей исключительности, что даже на прогулке их сопровождал заводской охранник. Да и каталась эта «элита» не на снегокатах, а в катере на воздушной подушке. Поэтому и смогли проскочить переход, не заметив его. Они не заметили и выпавшего из катера при переходе охранника, позже замёрзшего насмерть в диком лесу. Полупьяные же сисадмины, одуревшие от простора, на огромной скорости проскочили болото и выехали к капищу. Увидев золотых истуканов, совершенно не думая от жадности, схватили фигурки волка и медведя, рванули по своим следам домой.

Вот за этими похищенными истуканами и была отправлена своей бабушкой, одной из попечительниц женского капища Алана, уже бывавшая в России. Сергей взялся ей помочь, понимая, насколько невероятна для девушки задача - отыскать золото в чужом мире, затем отобрать его у охраняемых службой безопасности машзавода сисадминов или купивших его миллионеров. И уже несколько месяцев, наряду со своей работой оперуполномоченного уголовного розыска, занимался поиском золотых зверей. Дело шло туго, мешали не только безопасники завода, курирующие их фээсбэшники. Подключились к захвату золота и уголовники, от которых еле удалось унести ноги напарникам этой ночью. Сейчас оставалось добраться из чужого региона через Каму в родной Воткинский район, где сыщик знал не только каждую тропинку в лесу, но и надёжных людей, которые помогут и укроют в случае опасности.

Сергей продолжал изучать содержимое своего рюкзака. Дальше пошли полузабытые исключительно «нужные» амулеты, вроде моментальной колки дров, получение воды из воздуха и так далее. «Вот!» - обрадовался мужчина, найдя в связке трофейный амулет невидимости или отвода глаз, не важно. Главное, что он действовал, хотя и взят трофеем после схватки с отрядом вотяков, направленных шаманом для убийства именно Сергея. Этот амулет скопировать сыщик не смог, потому и не сделал копию для Аланы. Но была уверенность, что амулет прикроет и двух человек, если они будут в близком телесном контакте. Например, возьмутся крепко под руку и сцепят ладони. «Так и переберёмся через плотину, идти надо сейчас, пока машин мало. Вдруг амулет не действует на видеотехнику? Тогда нас в любом видеорегистраторе будет видно. Надо спешить».

- Всё, пора идти, Алана, - сыщик надел амулет невидимости себе на шею и объяснил девушке их действия. - Необходимо взять друг друга под руку, соединить ладони, чтобы был ещё телесный контакт, и быстрым шагом перейти плотину. Что бы ни случилось, надо спешить, днём на наши поиски поднимут не только уголовников, но и полицию.

Глава 2 Кончик ниточки.

- Договорились, - Сергей протянул своему осведомителю десять тысяч рублей и внимательно проследил за его уходом. Нет ли у дважды судимого вора хвоста, о котором тот не знает? Утвердительно кивнул сам себе, когда «контакт» скрылся за поворотом, всё в порядке, Ёжик держит язык за зубами. Спустя пару минут, из глухого проулка вышел и сам оперуполномоченный уголовного розыска, выбрав момент, когда никто из редких прохожих на него не смотрел. Подойдя к остановке автобуса, взглянул на часы, до конца рабочего дня он успеет навестить ещё одного информатора. Потом, придётся спешить на вечернюю планёрку, после «пропажи без вести Пешкина», начальство строго контролировало каждый его шаг дважды в день, не меньше.

Хотя контролировать оперативника уголовного розыска, да ещё в небольшом провинциальном городке, практически невозможно. Более сорока лет назад, ещё при советской власти начальство пыталось, как предусмотрено приказами, пускать за воткинскими оперативниками, их тогда называли инспекторами, даже службу наружного наблюдения. Так «наружка» отказалась от подобного счастья почти сразу. Как можно уследить за человеком, знающим больше десятка проходных дворов только в центре города? Не считая многочисленных дырок в заборах и магазинов с двумя чёрными выходами?

Однако эти тонкости не лишили Сергея осторожности, не проверялся он только в самых невинных перемещениях - по пути на работу или на обед, на дежурствах, да при отработке поученных от начальства материалов. А материалов этих оказалось огромное количество, словно начальство специально откладывало все заявления о без вести пропавших и постановления следователей на розыск преступников в долгий ящик. Копили для Сергея Пешкина, чтобы тому служба мёдом не казалась. В куче материалов оказались даже старые заявления, принятые самим Пешкиным месяц назад. Неделю опер не выходил из кабинета до позднего вечера, возвращался домой к полуночи. Хорошо, что Алана умела пользоваться газовой плитой и хорошо готовила. Потому как сил у мужчины оставалось лишь на еду и сон.

Предоставленная себе самой девушка с помощью мамы Сергея перекрасила волосы в светло-русый свет, купила неплохую и скромную одежду, поменяла причёску. Словом, сделала всё для изменения своей внешности, и результат впечатлял. К тому моменту, когда Сергей разобрался с бумагами и смог прийти домой с работы в адекватном состоянии, он с трудом узнал девушку. Из деревенской простушки, приехавшей учиться в училище, Алана превратилась в уверенную студентку, иногороднюю, с лёгким неместным акцентом, каких довольно много встречалось в Воткинске. Из каких только дальних далей не приезжали в город люди, чтобы учиться в филиале машиностроительного университета.

Сталкиваясь по работе с такими приезжими, оперуполномоченный всегда удивлялся, откуда они в своём Дагестане, Бурятии, Казахстане или Абхазии вообще узнали о существовании Воткинска? Если его, как правило, на советских картах даже не указывали? Но факт остается фактом, маленький провинциальный городок привлекал приезжих, как медонос пчёл. Поэтому горожане спокойно реагировали на акцент Аланы, который многие мужчины пропускали мимо ушей, глядя на красивую девушку. Сама гостья Сергея усиленно изучала город, тренировалась в чтении рекламы и вывесок, привыкала к обстановке.

Выйдя из автобуса через пять остановок, сыщик направился в продовольственный магазин, где работала его осведомительница. Обычная молодая девушка-продавец стояла за прилавком магазина, мало изменившемся с советских времён. Конечно, несколько ремонтов и современные холодильники придавали помещению вполне современный вид. Радовали глаз полки, забитые продуктами и напитками на любой вкус. Не как в супермаркете, конечно, так и потребности большинства аборигенов этого района города были изучены давно. Это владельцы немногочисленных коттеджей закупались в магазинах самообслуживания, зачастую в соседних городах, где забивали полные багажники своих автомобилей на неделю вперёд. Местные жители, как и в советское время, предпочитали продукты иного уровня - хлеб, селёдка, килька, иногда колбаса, а также мука, постное масло и, куда без этого, недорогая водка. Отличался магазин от советского времени полным отсутствием очередей и вежливыми молодыми продавцами. Они давно заменили старых продавщиц, пришедших из поры дефицита и не сумевших изменить своё хамское поведение даже при капитализме.

- Привет, ты одна? - Сергей кивнул на полуоткрытую дверь подсобки. В самом зале покупателей не было. Ольга скучала одна, читала на смартфоне.

- Привет, - улыбнулась девушка без всякого лицемерия. Между сыщиком и продавцом были действительно дружеские отношения. Ольга явно не отказалась бы перевести их в более близкие, но не сложилось. И получалось, как у доктора с пациентом, девица не только помогала оперуполномоченному с информацией, но и не скрывала своих амурных похождений. Даже спрашивала совета, не выйти ли замуж за очередного кавалера? Играла роль простодушной глупышки, хотя в редкие минуты совместных посиделок кроссворды разгадывала быстрее Пешкина, с его высшим образованием и начитанностью. Собственно, девушка и сама много читала, иногда обсуждала книги с капитаном, удивляя того толковым выбором. Не какие-то дамские романы, а классика и немногочисленные современные нормальные писатели.

- Никого нет, - тоже обернулась на подсобку продавец, на всякий случай открыла дверь, показывая закуток за прилавком. - Ты где пропадал месяц, я звонила, телефон недоступен?

- Хорошо, я заходить не буду, на планёрку спешу, - остался у прилавка оперуполномоченный. - В командировку уезжал, да телефон утопил. Поругался с начальством, потому и новый сотовый не стал покупать, симку только вчера восстановил. У меня мало времени, вопрос не рабочий, для меня и моих друзей. Украли у них золотую вещицу, крупную, больше килограмма. Давно украли, ещё зимой, может, кто куски золота толкал?

- Пока не слышала, мне никто не приносил. Да у меня и денег нет, все знают. А Маринка, сменщица, могла взять, она из кассы легко выгребет, если захочет, - Ольга покачала головой. - А твои друзья не заявили что ли в полицию?

- Нет, вещица самодельная, золото с прииска. За такие покупки и посадить могут вместо поиска краденого, - Пешкин выложил на прилавок двадцать тысяч рублей. - Подумай, Оля, очень надо. Потерпевшие люди богатые, если найдём, сможешь машину себе купить, обещаю.

- Хорошо, завтра у меня выходной, пройдусь по подружкам, номер сотового не сменился? - уложила деньги в карман девушка. Она давно мечтала о машине и права водительские получила больше года назад. Но с заработком продавца машина могла остаться мечтой на долгие годы. Жила Ольга с матерью, зарплата которой была также невелика. Сергей об этом отлично знал, потому и напомнил о возможности исполнения мечты.

- Нет, я взял старый, чтобы знакомые не всполошились, - он попрощался с продавцом и вышел из магазина, направляясь к автобусной остановке. До планёрки оставалось минут сорок, можно не спешить.

Когда сыщик уселся на заднее сиденье подошедшего автобуса, нахлынули воспоминания недавних дней. Начиная с того момента, как мужчина зашёл в кабинет начальника уголовного розыска. Тот подпрыгнул, как на пружине, выскочил из-за стола и оказался рядом с капитаном, схватил Пешкина за плечи.

- Живой! Трезвый! Пистолет…? - прокричал именно в таком порядке по степени значимости.

- Нормально, даже патроны на месте, - вынул оружие из кобуры оперуполномоченный, глупо улыбаясь.

- Садись, рассказывай, нет, пошли к полковнику, пока того кондратий не хватил. Он, поди, уже спецсообщение генералу пишет, да рапорт готовит об увольнении, - начальник уголовного розыска сунул пистолет Сергея в карман своего пиджака. Схватил подчинённого за рукав и потащил к начальнику полиции быстрым шагом, не обращая внимания на немногочисленных встречных сотрудников. В приёмной начальника полиции секретарша понимающе кивнула головой, мол, проходите.

- Добрый день, - в унисон поздоровались с начальником двое мужчин с порога. Начальник уголовного розыска усадил Пешкина на стул для посетителей и выложил перед полковником пистолет сыщика. Сам капитан успел рассмотреть изменение цвета лица хозяина кабинета с бледного на фиолетово-красный, затем жёлтый, переходящий в нормальный розовый оттенок.

- Живой, оружие на месте, все патроны целы, - наслаждался счастливым разрешением проблемы непосредственный начальник Пешкина.

- Рассказывай, - нахмурился, пытаясь скрыть облегчение, начальник полиции.

- Понимаю, что виноват, но так получилось. Я вышел на след убийцы Алины-Алёны недалеко от Шпальника, есть там лесные дорожки. Прошёл, как обычно, по нему через лес, километров двадцать, вышел на дорогу в соседнем районе. Там след потерялся, сотовой сети не было, я пошёл обратно. Дальше смутно помню, мне стало плохо, я потерял сознание прямо на дороге. Очнулся уже в чужом доме, в какой-то удмуртской деревне. Там и лежал у старухи, натуральной бабы-яги, домишко старый, по-русски хозяйка не говорила или не хотела. Валялся у неё, не помню сколько, сил не было совсем, думал, сдохну.

- Чего к врачам не обратился? - полковнику явно не нравилась подобная версия, в которой трудно отыскать вину оперативника. А наказать Пешкина за нервотрёпку по его вине требовалось, ох, как требовалось.

- Так она по-русски не говорила, совсем со мной не говорила, - развёл руками оперативник, изображая чистосердечное раскаяние. - Кормила иногда бульонами и отварами, да ведро у койки поставила помойное. Так и валялся, пока не оклемался, а на ноги встал, во двор вышел. Оказалось, старуха живёт не в деревне, а типа на хуторе, что ли. Один дом в лесу стоял с огородом, да колодец во дворе. Даже дороги к дому не было, тропинка узкая, реки поблизости не увидел, сориентироваться не могу.

- Как ты домой добрался, помнишь? Дорогу назад найдёшь? - перебил рассказчика начальник уголовного розыска.

- Должен помнить, но не смогу найти дорогу обратно, - помотал головой Сергей. - Старуха меня очередным отваром напоила рано утром и под руку по тропе повела. Отвар, наверно, из мухоморов. По пути мне такое мерещилось, наркоманы позавидуют. Очухался на Шарканском тракте уже один, места были знакомые. Денег нет, телефона нет, куда девался, не знаю. Ладно, оружие и удостоверение на месте. Пока домой добрался, вымылся, переоделся, уже обед. Ну, я сразу к вам, на работу. Вот и всё, - пожал плечами оперативник. – Наверное, я ковид подхватил в городе ещё раньше. Меня уже уволили, или рапорт писать?

- Иди в свой кабинет, пиши о своих приключениях, - махнул рукой полковник. - Удостоверение оставь мне.

- А с этой убийцей что? Её нашли? - изобразил недалёкого служаку Пешкин.

- Да не убийца она, оба потерпевших живые, очухались в морге ещё ночью. Уголовного дела нет, слава богу, не успели карточки отправить в ИЦ, - разговорился на радостях начальник уголовного розыска, уже считавший дни до увольнения. А тут такая радость, остался на службе!

- Да, я пока обратно шёл через лес, труп нашего потеряшки нашёл. Вяткин, помните? Ещё зимой потерялся, видимо снегом занесло, практически не разложился. Даже документы сохранились и оружие, - сыщик невозмутимо выложил на стол начальника полиции пропуск и пистолет Вяткина. - Я его ветками закидал, надо бы забрать, пока звери не погрызли, проехать туда на Уазике можно, место покажу.

- Организуй на вашей машине, - махнул полковник рукой начальнику уголовного розыска и поднял трубку телефона.

Оба офицера поспешили убраться из кабинета начальника полиции, быстрым шагом вернувшись в кабинет начальника уголовки.

- Труп криминальный? - по пути уточнил непосредственный начальник у Пешкина.

- Нет, похоже, просто замёрз, - мотнул головой капитан. - Я там скоренько осмотр нарисую, пусть пару указников в труповозку посадят. Или не писать осмотр, меня уже уволили давно?

- Не болтай ерунду, кто тебя уволит с табельным оружием? В лучшем случае - оформим больничный, в худшем - зачтём твои прогулы в счёт отпуска. Бери протоколы, ручку, насчёт понятых я договорюсь, - начальник уголовного розыска поднял трубку телефона, а Сергей метнулся в свой кабинет, второй ключ был в кабинете начальника уголовного розыска.

Дальше началась привычная рутина, поездка к спрятанному трупу, формальный осмотр места происшествия. После чего тело погибшего отвезли в морг, а Пешкин вернулся в свой кабинет. Писал рапорт, пил чай, отмахиваясь от назойливых любопытных сослуживцев, ждал решения по своему статусу. Особо назойливым следовательшам отвечал таинственной фразой:

- Сейчас начальство решит, где я был и что делал, мне расскажут, тогда и вам всю правду доподлинно перескажу.

Девушки смеялись и уходили обратно в свои кабинеты или бросали трубку телефона. Опера сразу поняли, что судьба Сергея решается в кабинете начальника, поэтому вопросов не задавали. Тем более, что все знали о прослушке телефонов и кабинетов, практически официально установленной в уголовном розыске.

В большинстве кабинетов даже видеокамеры стояли. Якобы для защиты самих оперативников от жалоб подозреваемых. Те любили систематически писать в прокуратуру жалобы на избиения со стороны оперуполномоченных. В кабинете розыскника видеокамеру не поставили, сэкономили, преступников в своём кабинете Пешкин видел редко. Разве только в дежурные сутки или во время раскрытия убийства, замаскированного под без вести пропавшего. Задержанных преступников из числа объявленных в розыск, сыщик сразу отводил к следователям, дознавателям или в ИВС, если была санкция на арест. Потому и решило начальство, что вполне хватит микрофона прослушки, лица потерпевших никого не интересовали.

Перебирая скопившиеся материалы, Сергей радовался, что слова Аланы оказались правдой, девушка не убила этих двух балбесов. Значит, ей можно безбоязненно передвигаться по городу. Одновременно оперативник продумывал, как подобраться к засекреченным сисадминам. Данные этих воришек Пешкин уже выписал из материала, переданного ему почти месяц назад для розыска Алины-Алёны. Никто не удосужился забрать материал из сейфа оперуполномоченного за это время. «Чёрт, мне же придётся по нему отказной материал оформлять. Даже хорошо», - задумался Пешкин, - «официально приглашу для дачи объяснения на завтра, например. Меня на завод не пустят, без вариантов. Надо только дождаться решения по мне. Как бы ни пришлось завтра в центр занятости отправляться, вставать на учёт как безработному».

На случай такого поворота своего жизненного пути сыщик занялся подстраховкой. Выписал необходимые адреса и явки не только потерпевших по фальшивому убийству, но и данные семьи Вяткина. После чего переписал в записную книжку необходимые сведения на уголовников и своих информаторов. Пока он их адреса и данные помнил наизусть, но недавние приключения наглядно показали, что память можно и потерять. Поэтому, дополнительная страховка не помешает. Не успел капитан закончить свою подготовку к партизанским действиям, как позвонил начальник уголовного розыска, - зайди.

Прибравшись в кабинете, сложив дела в сейф и прихватив свой рапорт и материалы по трупу, предстал пред ясны очи своего начальника.

- Садись, - махнул рукой начальник уголовного розыска. Сергей уселся на своё насиженное место у самой двери кабинета, подальше от начальства.

- Полковник решил всё оформить твоим отпуском. Подпишешь в кадрах рапорт с выездом в Пермский край своим транспортом. Ещё тебе объявят выговор сегодняшним числом за недостатки по службе, возражения есть?

- Нет, - мотнул головой оперативник. В уголовном розыске к наказаниям относились равнодушно. Не арестовали и ладно, а выговором напугать оперативника трудно. Их давно никто не считал. У начальника уголовного розыска не только выговоров, даже неполных служебных соответствий было несколько. Поэтому выговор был чисто формальной реакцией на происшедшее, что понимали оба офицера.

- Пистолет у тебя забирают, походишь без оружия, понятно, почему? - Сергей только кивнул.

- Сейчас иди домой, сделай дубликаты ключей, мои вернёшь. Завтра с утра на планёрку, как штык. И даже не думай пропустить вечернюю планёрку ближайшие полгода, как минимум.

- Ребятам чего говорить? - встал, собираясь уходить, Пешкин. Пока он выкладывал на стол начальника свой рапорт и материалы по Вяткину, начальник ответил:

- Завтра я всем объявлю, что ты был в запое, придётся становиться алкоголиком. Вверху не поверят в твой отпуск, пусть будет такая версия. Генерала устроит, кадры не прицепятся, москвичи не докопаются. С полковником согласовано, иди уже.

«Да, - ухмыльнулся про себя воспоминаниям оперативник, подъехавший к своей остановке, выбираясь из автобуса. - Получается, когда меня начальник уголовного розыска посылал искать Алану, он уже знал, что убийства не было. Просто решил отработать материал по всей форме, на всякий случай? Хитёр Николаич, хитёр». На улице моросил мелкий дождь, прибавляя скорость сыщику, без того спешившему на вечернюю планёрку. Сергей успел перед планёркой попить горячего чая, приготовить папку с документами на подпись заместителю начальника по оперативной работе. Тот традиционно присутствовал на вечерней планёрке, затягивая её до девяти вечера. Оперативники, у которых к этому времени урчали животы от голода, сначала удивлялись терпеливости зампоопер. Пока кто-то не заметил, что хитрый подполковник перед началом планёрки ходит обедать в кафе, вот и сидит допоздна, не торопится домой. После чего оперативники стали поступать аналогично, неторопливо ужинать перед планёркой и благостно отдыхать на вечерней «молитве» с полузакрытыми глазами.

Начальство ещё этой фишки не раскусило, а операм всё проще, нежели домашними делами заниматься. Получается всё честно - сыщика на работе начальство задержало, вот и домой поздно пришёл. Если жена не верит, пусть жалуется кому угодно, может зампоопер поумнеет, начнёт работать, а не штаны просиживать.

Так и просидели полтора десятка оперов и два начальника, вяло перебирая нераскрытые преступления и возможности улучшить оперативные показатели до двадцати одного часа. Только тогда старший начальник, подполковник Игорь Петрович, он же зампоопер, решил отпустить сотрудников домой. То, что многим добираться придётся почти час, подполковника не интересовало, сам он жил почти рядом, в пяти минутах ходьбы. Попытки начальника уголовного розыска отпускать сотрудников домой хотя бы в семь вечера, Игорь Петрович отвергал с хитрой формулировкой - «злее будут». Такая вот забота о подчинённых и результатах работы давала прямо противоположный эффект. Там, где требовалась инициатива и активная работа на результат раскрытия преступления, опера предпочитали всё бросать и отправляться на вечерние «посиделки». И думать не надо, и начальство довольно, не лишат отпуска, как вечного трудягу Пешкина.

В то, что Сергей был в запое почти месяц, никто из офицеров не поверил, кроме, разве что, пары гаишников и кадровиков. Те всегда искали гадость на излишне самостоятельных оперативников. Остальные знали Пешкина, многие давно выяснили, что парня отправили на розыск, за полученные материалы он расписался в журнале регистрации. Да и не походил вернувшийся на работу похудевший и загоревший оперативник, на пребывавшего в запое три недели алкоголика. Те не блещут загаром и поджаростью спортсмена. Наоборот, лица бледные и опухшие. Да и не могли опера с участковыми, по указанию начальства и собственному рвению, три недели проверявшие город и окрестности, не найти обыкновенного пьяницу. Все места возможного пребывания подобных типов, начиная от разных подсобок, притонов и садовых домиков, заканчивая гостиницами и пансионатами, были проверены дважды и трижды.

Многие из офицеров подходили к Сергею, пытаясь узнать настоящие подробности, признаваясь, что не верят в официальную версию. Капитану оставалось лишь намекать, что был определённый приказ начальства, который он не смог полностью оправдать. Этого умным офицерам было достаточно, а дураки с Пешкиным не общались. И не потому, что тот их оскорблял, нет, оперативник был коммуникабельным профессионалом. Даже арестованные им преступники не жаловались на него никогда, воспринимая своё задержание хорошей работой профессионала. Но вот недалёкие умом люди, которых было достаточно среди полицейских, почему-то боялись общаться с Сергеем.

Возможно, потому, что он быстро реагировал на любой вопрос или действие. Не успевал иной постовой рассказать, что произошло, как оперативник уже решал проблему. Сам, или звонил тем, кто рядом и может разобраться правильно. Многих такая реакция пугала, люди не успевали осознать что случилось, как оперативник уже устранял их ошибки или сводил их последствия к минимуму без всякой ругани, быстро и просто, оставаясь вполне спокойным и невозмутимым. Так вот, после официального возвращения в строй, сыщику пришлось неделю разбираться исключительно с официальными материалами по розыску. И это при условии почти круглосуточной работы, в основном, кабинетной. Сотни карточек, постановлений, отказных материалов и прочей писанины вполне профессионально Пешкин разгребал с поразительным для оперативников спокойствием и невозмутимостью.

И сегодня Сергей первый раз выбрался в город в рабочее время, приступил к розыску похищенных золотых истуканов. В принципе, сыщик знал, кто похитил две статуэтки зверей из золота с капища богини. Но, как зачастую бывает, никаких доказательств причастности уважаемых сотрудников машиностроительного завода к преступлению не было. Более того, даже при наличии доказательств, что два сисадмина открыто похитили золотых истуканов, Пешкин ничего не мог им сделать. По одной простой причине, преступление эти два нахала совершили не на территории Российской Федерации и даже не на планете Земля, а в другом мире. И по всем законам оставались неподсудными за свои «шалости».

Даже за оставление в беспомощном состоянии своего телохранителя Александра Вяткина, замёрзшего насмерть, сисадминам ничего не грозит. Это было где-то далеко, за пределами России. Однако Пешкин был бы плохим оперативником, если не составил план вполне действенного воздействия на грабителей. Нет, не физических угроз, избиений и всего прочего арсенала, который так любят показывать в кино малограмотные режиссёры, где якобы положительный герой сыщик избивает людей направо и налево, угрожает оружием и даже стреляет. Там в нередких случаях «положительный» полицейский вывозит в лес и пытает бандитов, заставляет их копать могилы и опускается до примитивного убийства. Это что? Действительно положительный герой? Или продукт маразма сценаристов и режиссёра? А, может, просто неуважение к зрителям? Мол, и так сожрут эти идиоты?

Сергей был настоящим оперативником, заранее обдумывавшим свои действия и предполагаемую реакцию своих оппонентов. Поэтому, главным считал не разоблачение сисадминов, похитивших золотых зверей, а отыскание похищенного. Чтобы вернуть истуканов жрицам богини на капище. Поэтому, за рабочий день постарался переговорить с самыми толковыми осведомителями в первую очередь. Лишь потом браться за грабителей, к которым ещё предстояло найти подход и получить информаторов из близких к ним контактов. Учитывая, что возраст обоих сисадминов не доходил до тридцати пяти лет, наиболее удобным было использовать их подружек. Но это же сисадмины! То есть не уголовники, торгаши, пролетарии или даже менеджеры, предпочитавшие проводить время с девицами за обильным алкогольным столом. С этими компаниями работать было легко и привычно. Установил данные подружек, грамотно поговорил с ними и только успевай задерживать, да краденое изымать.

Увы, большинство сисадминов мало того, что пили редко, так и подружек не имели. Вернее, хвастались подружками, встречаясь с ними раз в месяц, в лучшем случае. Ждать милости от природы капитан не собирался, он торопился, пока грабители не продали золотых истуканов. Надежда на это была реальной, сисадмины на оборонном заводе явно не двадцать тысяч в месяц получали, и, даже наверняка, не сто двадцать тысяч рублей. Потому холостым, обеспеченным мужчинам торопиться с реализацией похищенного золота нужды не было. На это и надеялся капитан, не рискуя спешить с разработкой преступников.

Возвращаясь домой после затянувшейся планёрки, оперативник взглянул на часы. «Половина десятого вечера, ещё не поздно зайти к вдове Вяткина, поговорить. С двумя детьми она явно ещё не уснула, тем более что дети школьники, усыплять их не надо», - прикинул розыскник. Посчитал, что увидеться с Татьяной Вяткиной надо обязательно. Во-первых, передать ей деньги и карточки, найденные на теле её мужа, доверять деньги дежурной части оперативник побоялся. Были уже случаи исчезновения изъятых денег. Пусть лучше Татьяна потом жалобы на Сергея пишет, если окажется жадной и неадекватной. Не в первый раз сыщику получать от потерпевших вместо благодарности доносы и жалобы. Тем более сейчас, наказание уже имеется, второе ничего не изменит. Убедившись в отсутствии слежки, капитан сделал небольшой крюк и позвонил в домофон квартиры Вяткиных, недалеко от центра города.

- Добрый вечер, я капитан полиции Пешкин, можем сейчас поговорить? - после вопроса хозяйки ответил сыщик.

- Проходите, - зазвенел сигнал открытия замка на двери подъезда. Сергей почти бесшумно поднялся до третьего этажа, где в дверях увидел вдову Вяткина. Женщина тоже узнала офицера, они виделись дважды, зимой, когда она заявила о пропаже мужа без вести. Ещё раз, приветственно кивнув, капитан проскользнул в квартиру. Хозяйка, закрыв замок входной двери, повернулась к гостю. Оперативник успел скинуть туфли и прижал указательный палец к губам, намекая на молчание. Судя по тому, что женщина не стала возмущаться, о многом догадывалась. Сыщик провёл хозяйку в ванную комнату, где включил воду в кране.

- Я принёс вам деньги и карточки, что нашёл в карманах Александра, возьмите. И у меня есть вопросы, сможете ответить? - почти на ухо женщине негромко произнёс капитан. Та, растерянно пересчитала купюры, переданные ей в руки, взглянула на гостя глазами, полными слёз, кивнула.

- Вы уже знаете, что муж погиб, когда поехал с Халиловым и Кошкиным кататься на катере на воздушной подушке? - оперативник пристально смотрел в глаза женщины. Ранее она говорила, что он просто не вернулся с работы.

- Да, - кивнула женщина, не сдерживая слёзы, капли которых медленно стекали по щекам. Татьяна не делала попытки их вытереть, ждала слов капитана.

- Тело Александра я нашёл в глубоком овраге, под снегом. Он умер трезвым, просто замёрз в снегу. Скорее всего, Кошкин и Халилов просто бросили его в ночном лесу в лёгкой одежде. Он упал в овраг и замёрз там, в тот вечер было двадцать градусов мороза. Кошкин и Халилов были наверняка пьяные, кто в трезвом виде поедет кататься по лесу темным вечером? Ваш муж был трезвым, я считаю, что оба его охраняемых лица виновны в гибели Александра, - сыщик перевёл дыхание. Татьяна молчала, не двигаясь с места. Наступала рискованная фаза всякой вербовки, даже такой неформальной, без официальных расписок и обязательств. Пешкин продолжил негромкий разговор на фоне журчащей из кранов воды.

- Я не могу просто поговорить с Кошкиным и Халиловым, меня к ним не подпускают. Никакого наказания им, конечно, не будет. Даже моё начальство меня не поддержит, потому и веду себя так, извините. Может, вы что-нибудь слышали о них, что они делали после того вечера, кто их друзья и подружки? Не обещаю, что этих сисадминов удастся привлечь к уголовной ответственности. Даже сам не знаю, чего хочу, мне просто обидно, что они не ответят за гибель Александра. Расскажите мне всё о них? - оперативник вложил в свои слова всю свою уверенность и максимум убедительности. Он чувствовал, что информация Татьяны может оказаться решающей в работе с похитителями золотых зверей.

- Сейчас, я проверю детей и вернусь, - женщина стёрла полотенцем слёзы со своего лица и вышла из комнаты. Пешкин успокоившись присел на край чугунной ванны, не сомневаясь, что вдова Вяткина выложит все сведения. Так и получилось, Татьяна вернулась почти спокойная, злая и откровенная. Разговор с ней занял почти час, после чего капитан поспешил откланяться, отказавшись от чая. Не забыл напомнить о практически гарантированной прослушке квартиры и обговорил способы связи. Не по телефону, конечно, хотя пообещал на будущее купить пару неавторизованных симок и дешёвые сотовые для экстренной связи.

Выходить из подъезда капитан не собирался. Если квартира Вяткиных на прослушке, после разговора по домофону могли подъехать специальные товарищи, которые с равной вероятностью могут задержать оперативника или устроить ему несчастный случай с тяжкими телесными повреждениями или смертельным исходом. Учитывая, что Халилову и Кошкину простили гибель Вяткина, в этих сисадминах завод оч-чень сильно нуждается. На фоне офицера ФСБ смерть простого полицейского оперуполномоченного пройдёт незаметно. Тем более, что начальство создало Пешкину славу запойного алкоголика. Вскрытие трупа капитана наверняка покажет, что он был в стельку пьян и захлебнулся рвотными массами.

Такого будущего себе Сергей не хотел и осторожно поднялся на последний этаж подъезда, стараясь двигаться скрытно, чтобы его не было видно с улицы через подъездные окна. По собственному опыту он предположил, что специальные товарищи заняли место у выхода из подъезда, где проще всего захватить оперативника. Пока они догадаются, что Пешкин не выйдет, то будут ждать там. Вероятность такого поведения была высокой, да и не оставалось иного выхода. Прыгать с третьего этажа он не собирался, это ещё опасней, лишь облегчит работу фээсбэшникам или службе собственной безопасности МВД. Капитан не знал, какая из этих организаций ведёт на него охоту, возможно, обе сразу.

На верхнем этаже подъезда Сергей забрался по лестнице к люку на чердак, собираясь открыть навесной замок с помощью своего складного ножа. Просто разрезал суперзаточенным ножом сам замок, сунул его в карман куртки, чтобы выкинуть в пруд. Именно в месте силы средневековой Руси Пешкин смог так обработать свой складешок, что его лезвие резало все материалы, от пластика и дерева до железа и стали. Эту возможность афишировать капитан полиции не хотел. Такой подозрительной зацепки своим недоброжелателям сыщик давать не собирался, ещё примут за Джеймса Бонда. В считанные секунды он перебрался на чердак и осторожно, чтобы не услышали жители верхнего этажа, дошёл до дальнего подъезда. Конечно, тот люк в подъезд тоже был заперт навесным замком со стороны подъезда, и вновь пришлось поработать своим универсальным ножом. Благо, крышка люка слегка поднималась, можно было через щель дотянуться лезвием ножа до дужки навесного замка.

Звук от падения висячего замка на пол подъезда, казалось, разбудил всех жильцов. Поэтому капитан едва не спрыгнул из люка, за пару секунд оказавшись внизу. Он подобрал замок и рванул на выход, пока любопытные жильцы не принялись выглядывать в дверные глазки. Прикрыв лицо руками, сыщик пролетел все этажи и замер у входной двери, прислушался и осторожно приоткрыл створку двери, сморщившись от громкого пиканья замка. К счастью, на улице разгулялся ветер, шум которого, видимо, заглушил писк открытой двери. Капитан, выскользнув из подъезда, в пару шагов убрался за угол дома, выйдя из освещённого пятна. Замер, прислушался и осторожно посмотрел в сторону подъезда Вяткиных.

Возле него нагло стояла машина, которой раньше не было. И сыщик просто чувствовал, даже в темноте позднего июльского вечера, что там сидят люди. «Идиоты, - хмыкнул опытный розыскник, - они бы ещё с мигалкой и сиреной подъехали к подъезду, как в кино показывают». Приглядевшись внимательней, разглядел у подъезда человека, прислонившегося к стене дома. «Похоже, я прав, как бы ни утонуть по пути на работу», - сыщик направился домой, старательно обходя освещённые участки улиц, благо таких было не много. Добравшись до своего дома, Сергей с максимальными предосторожностями зашёл в квартиру.

Его встретила Алана, которую он, после всех пережитых опасностей, машинально обнял. Чтобы почти сразу отдёрнуть руки.

- Извини, устал, - сразу попросил прощенья Пешкин.

- Иди ужинать, я только что всё подогрела, - невозмутимо ответила девушка, выходя из прихожей в кухню. Сергею и Алане вполне хватало места, чтобы принимать пищу на кухонном столе, а не в единственной комнате квартиры. Вымыв руки, хозяин квартиры с помощью самодельного сканера проверил жильё на прослушку. К счастью, аппарат ничего не показал. Сканер, по случаю, оперативник купил года три назад на выставке в Москве, во время отпуска. Вспоминая, что на покупку ушли все его тогда небольшие сбережения, Пешкин хмыкнул. После покупки сканера пришлось возвращаться домой, догуливать отпуск в огороде и в лесу. Зато сейчас этот аппаратик может спасти своему хозяину свободу и жизнь.

- Предлагаю поступить примерно так, - начал обсуждение будущих планов по отысканию похищенных истуканов Пешкин после позднего ужина. Перед этим он подробно пересказал сведения, полученные от вдовы Вяткина. Алана внимательно выслушала предложения, спорить не стала. Да и сам оперативник успокоил девушку тем, что план только первичный, его всегда можно изменить. Что и продемонстрировал тут же, рассказав альтернативные действия, если дела пойдут не по плану. Разговор закончился далеко за полночь, мужчина еле смог застелить простынёй матрас, уложенный на кухонный пол, и сразу провалился в глубокий сон.

Утро на работе началось, как обычно, с планёрки. К счастью, не такой нудной, как вечером. Материалов розыскник получил немного, разобрался с бумажными делами довольно скоро, чтобы отправиться работать по новым материалам, согласно нормам приказов. О чём сообщил начальнику уголовного розыска, что, в принципе, делал всегда, когда уходил работать в городе. За прошедшие полторы недели начальники немного притихли, не сверкали глазами при виде Пешкина. Да и начальник уголовного розыска обрадовался, когда розыскник в кратчайшие сроки почистил все хвосты с документами. Не только оформил просроченные карточки и постановления, но и отправил сведения о разысканных преступниках.

Да, не выходя из кабинета, Сергей разыскал полдюжины преступников. Очень просто, направил ориентировки по наиболее вероятным местам их нахождения. Местные полицейские задержали по его документам четверых уголовников. Ещё двоих разыскиваемых оперативник просто вызвал по сотовому телефону. Те пришли сами, а дознавателям пришлось принимать найденных подозреваемых. После короткого формального допроса найденные два мелких вора отправились домой, на подписку. Дознаватели, скрипя зубами от злости, бросились дорабатывать уголовные дела до кондиции, чтобы отправить в суд, как положено.

Из отдела полиции сыщик невозмутимо проехал по адресам, которые озвучил начальнику уголовного розыска. Сделал пару осмотров места происшествия, опросил родных и соседей без вести пропавших. Убедился в отсутствии слежки и провернул свои дела. Купил неавторизованные симки и пару дешёвых телефонов. У Аланы тоже была неавторизованная симка в телефоне, пока не использованная для разговора с Сергеем. После телефонов сыщик занялся обкладыванием грабителей, похитивших золотых зверей, почти как волков на охоте окружают красными флажками. Оперативник приехал к дому, где в соседних квартирах жили Кошкин с Халиловым, прошёлся по подъездам.

Нет, он не задавал вопросов о своих будущих жертвах, как заранее относился к двум сисадминам, которых, конечно, не собирался ни пытать, ни убивать, только лишить похищенных золотых истуканов. Сыщик привычно посплетничал с парой бабушек, что сидели у подъезда. После чего прошёл в десяток квартир, поговорил с хозяевами. Вполне мирно предъявлял свои документы, без стеснения сообщал, что ищет Пашку из двадцать восьмой квартиры. Этот Пашка был известной личностью в кругах алкоголиков и судимых лиц. Поэтому оперативник смело спрашивал, не ходит ли к Пашке тот или иной уголовник. Предъявлял даже фотографии, среди которых действительно были преступники, находящиеся в розыске.

Этого вполне хватало, чтобы разговорить любопытных скучающих бабушек. Радуясь возможности поговорить со свежим слушателем, да ещё вежливым, да капитаном полиции, соседки сисадминов выкладывали всё, что знали о соседях. Не только о хулиганах и пьяницах, но и обо всех, лишь бы поговорить с молодым уважительным офицером. Времени ушло достаточно, зато появились первые полезные сведения о похитителях артефактов. В первую очередь, распорядок их появления дома. И теперь сыщик был уверен, что сигнализации в квартирах сисадминов нет. Значит, появляется возможность проведения обыска жилища грабителей, тайного и незаконного, конечно, который называется иначе «оперативным мероприятием».

Всё же особой надежды найти похищенных золотых зверей при обыске у сисадминов, Сергей не питал. Внутренний голос подсказывал, что так просто не получится. Хотя, упустить подобный шанс было нельзя. Однако время подходило к четырём часам вечера, надо отправляться в отдел. Не сразу, по пути он проверил пару квартир, в одной из которых задержал разыскиваемого преступника. Наглого, полупьяного рецидивиста, который даже пытался сопротивляться задержанию. Но после надетого на правую руку браслета наручников, вторым браслетом пристёгнутого к левой руке капитана, Андрей Дегтерев перестал трепыхаться и послушно пошёл в полицию.

Ехать с таким бакланом (наглым, глупым, судимым за хулиганство) в автобусе сыщик не собирался. Пришлось почти час идти пешком по малолюдным улицам. Потом ещё полчаса ушли на возню с документами и оформлением разыскиваемого в изолятор временного содержания, ИВС. Сергей еле успел на вечернюю планёрку, не перекусил и чая не попил. Пришлось сидеть с бурчащим животом два с половиной часа, выслушивать идиотские вопросы и указания руководства. Однако запланированная встреча с Татьяной Вяткиной состоялась, хотя у её подъезда этим вечером опять стояла машина, правда, другая.

Созваниваться с вдовой оперативник не стал. Согласно договорённости, ждал её в соседнем супермаркете. Через витринное окно капитан чётко рассмотрел «хвост» за Татьяной, который в магазин не пошёл, остался у дверей. Там бабульки торговали морковкой, ранней картошкой и ягодами, с ними и завис мужчина, следивший за Вяткиной. «Ага, значит, машина встала у чёрного входа в магазин, хоть здесь догадались», - понял более вменяемое поведение нынешней смены непонятно каких спецов неизвестно какой конторы.

Во время встречи в магазине сыщик передал Татьяне сотовый телефон с неавторизованной симкой и, с забитым в память, таким же нелегальным номером Пешкина. Женщина, в свою очередь, рассказала, что договорилась с Кошкиным встретиться завтра, в пятницу, после работы в кафе «Лакомка», подальше от своей квартиры. Для отрыва от слежки, Татьяна собиралась выйти из машзавода через другую проходную, где никогда не выходила. В принципе, всё согласовали и быстро разошлись. Татьяна с купленными продуктами отправилась к кассе, сыщик вышел через третий выход, со стороны соседнего кафе, на всякий случай. Были у него хорошие знакомые в этом здании.

Погода стояла райская, лёгкий ветерок сдувал дневную жару, солнце медленно закатывалось за горизонт. Сергей решил пройтись по городу до своего дома. Да не по асфальту, а напрямик, через район частной застройки. Пусть улицы не асфальтированные, так и луж нет, дождя не было дней пять. Наслаждаясь вечерней тишиной пустых улиц, капитан прогулочным шагом двигался к дому, размышляя о своих будущих действиях. Прикидывал, кого из информаторов можно ориентировать на сделки с золотом. За день он успел созвониться с тремя осведомителями, но ничего хорошего не узнал. Теперь прикидывал, не обратиться ли в Ижевск, были там небольшие контакты среди ювелиров.

До родного района пятиэтажных домов, где жил Пешкин, оставалось около ста метров, когда солнце закатилось совсем. Наступила безлунная ночь, дорога под ногами почти не виднелась, пришлось идти к ярко освещённой улице буквально на ощупь. Тут и встали на пути сыщика два высоких мужских силуэта и трезвыми голосами потребовали предъявить документы. Незнакомцы хорошо видели Сергея, освещенного слабым светом далёких фонарей у них за спиной. А капитан, наоборот, видел только тёмные силуэты на фоне освещенной улицы. Стало сразу ясно, что это не полицейские, которые хорошо знали оперативника, даже постовые. Розыскник регулярно ходил к ним на инструктажи, раздавал ориентировки на розыск. Кто ещё может не знать сыщика и требовать у него документы? В любом случае, очень плохие и наглые люди. Скорее всего, обнаглевшие спецы, привыкшие к безнаказанности, но для служебного расследования сойдёт и версия об уголовниках-грабителях. Именно такие мысли за долю секунды промелькнули в голове Сергея, и он начал действовать по заранее обдуманному плану.

- Сейчас, только у меня фонарика нет, - полез рукой в карман лёгкой ветровки офицер. Он отлично понял, что это неизвестные спецы непонятной организации. Видимо, решили действовать нагло, избить или устроить несчастный случай непосредственно у дома. Поджидали, скорее всего, в двух местах, у остановки автобуса и здесь, на самой удобной пешей дороге с работы.

Глава 3 Кто не спрятался - я не виноват.

Изображая напуганного человека, сыщик вынул из кармана деревянный самодельный пистолетик. Как раз под детскую ладошку, практически незаметный в руке самого Пешкина. По-прежнему неторопливо офицер развернул руку с зажатым в ней артефактом-тазером. Да, всего пару недель назад Сергей лично изготовил этот артефакт в средневековой Руси времён Михаила Романова. Очень походила та Русь на прошлое нашего мира, но там существовала магия, хоть и преследуемая церковью. Возможно, это действительно было наше прошлое, где после уничтожения церковью и властями магов, просто переписали историю? Вполне может быть, согласился с таким предположением офицер. Попал в это непонятное средневековье Пешкин случайно, через временный портал, когда преследовал девушку, подозреваемую в двух убийствах.

Выполняя свой долг и прямой приказ начальника, оперативник шёл по следу виновницы двух убийств, совершённых на глазах десятка свидетелей. И, незаметно для себя, увлечённый преследованием, Пешкин проскочил через портал между двумя мирами, оказавшись на Руси начала семнадцатого века. Да ещё с умением применять магию. За недолгое время пребывания в этой странной Руси, он научился изготавливать артефакты, способные работать даже там, где магия не действовала. Поэтому и прихватил капитан тридцать с лишним самодельных артефактов при возвращении домой.

Одновременно с изучением магии розыскник нашёл подозреваемую в убийствах девушку, да, ту самую Алану, что жила сейчас у него в квартире. И спас от смерти жриц капища богини Макоши, пообещав им вернуть двух украденных золотых истуканов. Фигурки волка и медведя из золота, около пуда весом каждая. Оказалось, что этих истуканов, посвящённых богине, похитили на капище именно те двое мужчин, которых якобы убила Алана. Но Алана не убивала их, лишь устроила иллюзию убийства, когда наглые Кошкин и Халилов отказались вернуть ценности. Пришлось девушке таким образом напугать грабителей и уйти в свой мир, до следующего открытия портала. За ней и проскользнул между мирами шустрый розыскник.

Поверив Алане, капитан полиции вернулся через вновь открывшийся портал в родное время, и не прогадал. Слова девушки оказались правдой, она твёрдо была настроена вернуть похищенные ценности жрицам. Да и Сергей не собирался отказываться от своего обещания, по сути, оба сисадмина были преступниками, грабителями. То, что они совершили преступление в чужом мире, избавляло их от наказания. Но чужое надо вернуть. Так вот, развернув руку с зажатым в ладони артефактом-тазером, усыпляющим на несколько часов, сыщик начал стрелять. Да, стрелял из детского деревянного пистолетика, нажимая указательным пальцем на соответствующий выступ на рукоятке артефакта.

Ствол пистолетика был направлен не в грудь наглецов, решивших задержать оперуполномоченного, где могли быть надеты ветровки из плотной ткани, да под ними рубашки. Два слоя ткани тазер мог и не пробить, поэтому стрелял капитан по ногам тёмных силуэтов. Летом мужчины двое штанов не носят, а один слой ткани артефакт пробивает на раз. Была возможность убедиться. После трёх выстрелов силуэты медленно опали на землю. Сергей отошёл в сторону и осмотрелся. Всё нормально, никого на улице не видно. «Может, надо было убежать?» - мелькнула запоздалая мыслишка. «Нет, я в такой темноте далеко бы не ушёл. Дорогу не видно, упал бы или ногу сломал», - сразу отмёл трусливую идею оперативник.

Он осматривал улицу, прикидывая, куда можно спрятать тела незнакомцев. Потому как на улице их найдут уже ранним утром, и оперуполномоченного Пешкина задержат прямо на планёрке. Не с целью благодарности, конечно, а для дальнейшего ареста и отправки в места не столь отдалённые, например, в Нижний Тагил, в колонию для бывших сотрудников полиции. Перебирая возможные схроны, он вспомнил, что буквально за углом живёт глухая старуха. Сыщик дважды выезжал к ней на кражи, и запомнил, что в дальнем углу огорода у старухи стоит полуразвалившаяся банька. Никто ею давно не пользуется, хозяйка в заросший высокой крапивой угол огорода не ходит.

Сыщик привычно обыскал спящих мужчин, переложил содержимое их карманов в свою ветровку. Всё оказалось вполне ожидаемым - два пистолета с запасными обоймами, пара выкидных ножей, два телефона, кошелёк - тоже два, и прочая мелочь в виде каких-то удостоверений, ключей, носовых платков. После чего капитан неожиданно легко взвалил первого из своих оппонентов себе на спину и понёс в баньку глухой старушки. Именно понёс, чтобы не оставлять следы волочения. Груз оказался объёмным, выше Пешкина и шире в плечах, оперативник сперва испугался, что не справится. И был удивлён сам, когда даже не запыхался, затаскивая спящего мужчину в баньку. «Видимо, моя сила и выносливость действительно возросли, как и скорость реакции, мне не показалось в месте силы», - обрадовался такому сюрпризу розыскник.

Уже на полу бани Сергей связал своей жертве руки за спиной, прислушался к чистому дыханию и добавил кляп в рот. Из чего? Да из носового платка незнакомца, а вязал руки, затем на всякий случай и ноги, соответственно ремнём и обрывком штанины, не своей, естественно. Аналогично пришлось поступить со вторым незнакомцем, после чего капитан закрыл дверь баньки, припёр её снаружи кочергой. И, стараясь скрыть свои следы через заросли крапивы, направился домой. Рискнул поколдовать над упавшими стеблями крапивы, как получалось за порталом маскировать свои следы в лесу и на поле.

Каково же было удивление Пешкина, когда жгучие поваленные стебли растений послушно встали вертикально, как новенькие. «Ну, я тормоз, почему я думал, что в моём мире магия не работает? Алана же смогла наложить иллюзию убийства? Значит, я тоже могу использовать свои способности», едва не хлопнул себя по лбу недогадливый оперативник. Дальше дела пошли быстрее, он затёр свои следы в бабкин огород и за считанные минуты добрался до родного подъезда. Как ни странно, наблюдения за своей квартирой, сыщик не обнаружил. «Одно из двух, либо мои пленники простые бандиты, недалёкие и даже тупые. Либо наблюдение поручили таким же тупорылым сержантам, отдыхающим на автобусной остановке, в ожидании моей тушки», повёл головой удивлённый оперативник.

Алана как всегда была дома, ждала Сергея с горячим ужином, упрятанным под большую подушку, чтобы не остыл. За ужином о делах не говорили, а для разговора сыщик завёл свою напарницу в ванную комнату, где включил воду из крана. Почему-то ему вспомнились способы прослушки без жучков, лазерным лучом, наведённым на оконные стёкла, вибрация которых от разговора считывалась лазером и расшифровывалась в человеческую речь. Потому и разговаривали двое напарников в комнате, где нет окон. Говорили недолго, согласовали действия на завтрашний день и отправились спать. Как обычно, хозяин квартиры на матрасе в кухне, а гостья в комнате на хозяйском диване.

Сергея абсолютно не интересовали удобства, как настоящий офицер, он засыпал сразу, едва успевал раздеться. За недолгую работу в полиции он научился спать на столах, на стульях, на сиденье едущего автомобиля, в стогу сена, на чердаке и прочих, мало приспособленных для жизни местах. Матрас в родной квартире на этом фоне смотрелся роскошью. Ночью ему приснился странный сон, что богиня Макошь, чьим жрицам он обещал найти похищенных истуканов, несколько раз ему сказала: «Торопись, поспеши, торопись». Причем никого во сне Сергей не видел, но почему-то был уверен, что к нему обращалась именно богиня. Что характерно, уверенность осталась и утром, после пробуждения. И сон запомнился исключительно чётко, не расплываясь в памяти, как это обычно бывает со снами.

Проснулся мужчина на час раньше обычного времени, не было и шести утра. Алана уже накрывала на стол, она вообще поражала Сергея умением рано просыпаться без всякого видимого недосыпа. После быстрого утреннего туалета напарники молча позавтракали, всё было оговорено накануне. Перед тем, как отправиться к своим «банникам», сыщик вместе с Аланой внимательно рассмотрели трофеи из карманов незнакомцев. Впрочем, судя по удостоверениям, вполне добропорядочным сотрудникам Воткинского отдела ФСБ. Хотя, как говорил Остап Ибрагим Бендер-бей, при современном развитии типографского дела на Западе, подобные удостоверения можно штамповать тысячами. Качественней, чем настоящие будут.

Одна мелочь мешала признать документы поддельными, пропуска на машзавод с дополнительными допусками в закрытые цеха и отделы. Остальные трофеи не вызвали особого интереса, ну пистолеты ПМ, ну ключи от машины и сейфов, ну двести тысяч рублей наличными в каждом бумажнике. На фоне документов сущая ерунда, теперь предстояло решить что делать с самими их владельцами. Этим и занимался сыщик по дороге к искомой баньке. По пути он забрал из-под забора оба телефона специальных товарищей, не нести же домой такие приборы. После долгоиграющего сериала о достижениях сказочной службы ФЭС, лишь детсадовцы не догадываются о возможности пеленга сотовых телефонов.

Судя по тому, что следов у телефонов не было, начальство ещё спит, никто ночных оппонентов пока не ищет. Поэтому Сергей скоренько просмотрел телефонные контакты, выбрал три номера под названием - Халилов, Кошкин, начальник. Затем, заранее продумав этот манёвр, забросил оба телефона в кузов проезжавшего грузовика из коммунальной службы. Естественно, тщательно перед этим протерев. Осталось допросить любопытных ночных проверяльщиков документов, которые к приходу Пешкина уже очнулись и отчаянно пытались развязаться.

- Не спешите, - поприветствовал мужчин сыщик, усаживаясь на лавку, - нам ещё поговорить нужно.

- Да мы, да ты…, - послышались стандартные угрозы, едва оперативник вытащил кляпы изо рта пленников. Не собираясь никого уговаривать, розыскник ударил по обоим мужчинам ужасом, примерно, как отгонял хищников в лесах Руси. Не так сильно, пожалел, хотя не сомневался в богатырском здоровье спецов. Сейчас, при белом свете, Сергей похвалил себя за применение артефакта-тазера. Потому что не сомневался, в рукопашной схватке, он и минуты бы ни продержался. Да и попытка побега представлялась не такой удачной. Так вот, после ментального удара ужасом, угрозы прекратились, но капитану нужны были сведения, а не отсутствие угроз.

- Так почему вы за мной пришли, какой был план захвата? - продолжил разговор с молчунами оперативник. Он не собирался колоть их два-три часа, времени не было, поэтому пришлось действовать грубо и грязно. - Как вы думаете, что решит с вами начальство, обнаружив вас в собственном дерьме и без единой мысли в головах? Как случилось с Кошкиным, например? Вы такие же ценные кадры, чтобы вас не комиссовали, а направили на лечение?

Глядя, что прапорщики продолжают молчать, Пешкин рискнул увеличить силу воздействия ужасом, но безуспешно. Пришлось поступить, как обещал. Мужчина достал лечебный артефакт, вызывающий слабительный эффект, и прикоснулся им к лицу каждого пленника. Затем приказал им забыть всё, что случилось после захода солнца, приложив максимальное магическое воздействие. До небольшой слабости в своём теле. Затем вновь выстрелил каждому из тазера в ногу и снял со спящих прапорщиков путы на ногах и руках. Все обрывки одежды и ремень оперативник сложил в пакет и направился на работу.

По пути в отдел полиции капитан спрятал оружие прапорщиков, ключи и документы в тайнике, оборудованном в подвале многоквартирного старого дома. Затер свои следы и поднялся в ближайший к подвалу подъезд, проверить сразу два адреса. В одном недавно заявили о пропаже дочери лёгкого поведения, которая успела к сегодняшнему утру вернуться домой. Коротенько взяв с неё объяснение, розыскник зашёл в квартиру этажом выше. Родители «потеряшки» уже сообщили, что вечером там шумно веселились. Была вероятность взять мелкого воришку, объявленного в розыск. Эти же родители рассказали, как зовут жильцов под квартирой воришки.

- Открывай, Лёшка, открывай быстрее! - затарабанил кулаком по двери жулика сыщик. - Открывай, это Коновалов из сорок второй квартиры. Ты нас заливаешь! Открывай, то полицию вызовем!

- Не надо полицию, дядя Коля, - раздался из квартиры похмельный голос. После чего щёлкнули два замка и дверь открылась. На пороге стоял разыскиваемый воришка, давний знакомый Пешкина. Оперативник сразу шагнул в квартиру, не дав захлопнуть входную дверь. Затем привычно набросил браслет наручников на правую руку хозяина квартиры, а второй браслет на свою левую руку.

- Надевай обувь, или босиком поведу, - равнодушный тон приказа подействовал хуже крика.

- Дай, я оденусь, документы возьму, - пытался потянуть время воришка. Он надеялся разбудить собутыльников и отбиться от полицейского. Какие только глупые мысли не возникают в полупьяных головах уголовников. Сергей не собирался давать подобных шансов. Он бы, конечно, отбился и приволок разыскиваемого преступника в полицию силой. Но зачем скандалы, написание рапортов, вызовы в прокуратуру по жалобам уголовников, лишняя морока. Поэтому опытные офицеры не жалели преступников и не слушали их просьбы, действуя быстро и решительно. Не потому, что нравилось издеваться над человеком (так писали уголовники в жалобах прокурору), а в целях быстрого и спокойного выполнения своих задач.

- Нет, документы твои в деле есть, а на улице тепло, не замёрзнешь. Тёплую одежду собутыльники принесут, - капитан направился в подъезд, выдёргивая за собой задержанного воришку. Тот едва успел подхватить свои шлёпанцы, которые надевал уже на улице, выходя из подъезда. Так и добрались двое скованных наручниками мужчин до отдела полиции. Пока Пешкин оформлял задержанного в камеру, благо имелась санкция на арест, подошло время утренней планёрки. Едва успел крепкого чайку заварить, чтобы попить после развода.

Утро началось спокойно, начальство на Сергея внимания не обращало, но уйти из отдела требовалось как можно скорее. Поэтому, глотнув горького чифира после планёрки, розыскник выскользнул на улицу. В принципе, план на день он уже выполнил с запасом. Задержан один преступник и найдена одна без вести пропавшая. Вполне достойно для любой проверки. Тем более, что в течение дня сыщик собирался работать не только по золотым зверям, но и попутно по розыску. Свой телефон он оставил в кабинете, чтобы не могли вычислить его местонахождение - забыл, с кем не бывает?

По прикидкам оперативника, вероятные прапорщики очухаются после выстрелов тазера ближе к полудню. В обгаженной одежде, без денег и телефонов. В лучшем случае, доберутся до начальства не раньше часа-двух, ещё надо переодеться. Начальство также начнёт думать и собирать совещания, могут не успеть к началу вечерней планёрки. Но до девяти вечера, пока идёт «вечерняя молитва», успеют сообразить о задержании Пешкина, если прапорщики вспомнят розыскника, несмотря на его колдовское воздействие. Благо, позвонить начальнику уголовного розыска легко, всё, спёкся Серёжа. Такого окончания рабочего дня сыщик не хотел. Были у него свои планы на вечер, в которых не числилось ни задержание, ни сама планёрка.

Для исполнения этих планов и принялся работать капитан, выйдя из здания полиции. Не зря он звонил вчера своим информаторам, о золоте они не знали, зато появилась возможность задержать убийцу, находившегося в розыске полгода. Вот по возможным адресам, где убийцу видели, и направился Пешкин. Если всё получится, начальству будет глубоко наплевать на отсутствие розыскника на вечерней планёрке. Николаич сам скажет, - «работай, не спеши». Да ещё людей в помощь предложит, которых можно и взять. Ну, там видно будет, самое главное, чтобы информация оказалась верной.

Добираться в нужный район города на автобусе пришлось почти полчаса. Глядя в окно, на знакомые с детства улицы и дома, сыщик задумался, - «почему я не покупаю машину? Права есть, деньги не проблема, есть накопления свои и родители помогут, если что». И сам себя поправил, - «это экономически не выгодно - бензин, масло, колёса, техосмотры, штрафы, ремонты. Да и задержу я бандита, куда мне его садить? Рядом с собой? Чтобы он голову разбил о лобовое или боковое стекло? Приковать к дверце наручниками? Если нет санкции на арест - рапорт надо писать о применении спецсредств». Да и возить в своей машине вшивых и вонючих туберкулёзников, зачастую сифилитиков, Сергей брезговал. При его работе любая машина через пару лет будет выглядеть десятилетней, даже продать будет трудно. Нет, получать проблемы за свои деньги оперативник не собирался.

Потому и ходил пешком, на работе машина не нужна и даже вредна. А личного времени у розыскника практически не оставалось. В рабочие дни он работал с раннего утра до позднего вечера, по негласному приказу начальства. А в субботу-воскресенье розыскника вызывали на работу практически каждую неделю. Стоило задержать постовым или участковым преступника, находящегося в розыске, вызывали розыскника. Есть ли санкция на арест, кто следователь и так далее. Учитывая, что за неделю объявляли в розыск до пяти преступников, задержания были не редкими. А розыскные дела хранились в сейфе у розыскника, приходилось лично приезжать в отдел полиции и доставать документы. Получалось, даже в редкие выходные уехать далеко на своей машине Пешкин не мог. А близко можно пешком дойти или такси вызвать, всяко дешевле и удобней выходит.

Добравшись до нужного района города, Сергей зашёл к своему информатору, сообщившему о появлении разыскиваемого убийцы. Того не оказалось в столь ранний час на месте, сожительница сказала, что с вечера не вернулся. Это насторожило оперативника, его осведомитель был домоседом и в загулы пускался крайне редко. Тем более, была договорённость о встрече с утра. Пришлось поспешить на указанный информатором адрес, только там мог задержаться человек сыщика. И, как подсказывал внутренний голос Пешкину, не по своей воле. Если его раскрыли уголовники, то можно не спешить, там будет труп. Если только пьянка, из которой никого не выпускает убийца, известный своей подозрительностью, шансы найти своего человека живым у Сергея оставались.

Пятый этаж, прыгать из окон не будут, уже хорошо. Дверь заперта - плохо. Оперативник прислушался, в квартире явно кто-то был, слышался разговор в дальней комнате, из замочной скважины отчётливо тянуло дымом. «Придётся выбивать, пока они расслаблены с похмелья. И сразу всех укладывать из тазера, даже стирать память не потребуется, после недельного запоя сами ничего не вспомнят», - кивнул своим планам оперативник. Дверь в квартиру была одинарная, с тремя заплатками от выбитых по пьянке замков. Поэтому выпала внутрь после одного сильного удара ногой.

Не дожидаясь падения дверного полотна на пол прихожей, Сергей перепрыгнул препятствие, врываясь в квартиру с артефактом-тазером в руке. Мимолётный взгляд на кухню - никого нет. Бегом в большую комнату, все здесь - хозяин квартиры, убийца и ещё один уголовник, тоже в розыске. Все трое не успели встать, только развернулись в сторону прихожей. Убийца привычно схватил со стола нож. В две секунды три выстрела из тазера уложили собутыльников на пол в бесчувственном состоянии. Всем гарантированы не менее шести часов крепкого сна. Пора осмотреть всю квартиру. Сыщик зашел в спальню и чертыхнулся, как думал, так и получилось. У кровати на полу лежал избитый в кровь информатор.

Сергей первым делом проверил пульс, открыл глаза, живой, расстегнул рубаху - ножевых ранений нет. Да и крови не так много, в основном из разбитого носа и рассечённых губ. «Что делать? Вызывать сюда «Скорую помощь» нельзя, везти информатора в больницу тоже нельзя». Раздумывая о лучшем и безопасном варианте действий, Пешкин машинально представил, что разбитые губы и нос его человека заживают. Ранки покрываются корочкой, которая высыхает и отваливается, Примерно так капитан лечил себя после ранения возле капища Макоши. Тогда помогло заживить серьёзную большую царапину. И сейчас у информатора за четверть часа восстановилась форма губ и носа, после чего тот проснулся.

- Привет, живой? - улыбнулся своему человеку сыщик.

- Где он? - испуганно прошептал информатор.

- Не волнуйся, Кузьмич, они все без сознания, нас не слышат. Рассказывай, - приготовился слушать оперативник. Предстояло решить важные вопросы - как залегендировать арест убийцы, что делать самому человеку Пешкина и многое другое.

К счастью, всё было не так плохо, как боялся Сергей. Хозяин квартиры вечером пошёл в магазин за добавкой, встретил в магазине Кузьмича, занял у него денег и буквально за руку притащил в свою квартиру. Далее пошло продолжение пьянки, отягощённой обострением паранойи у разыскиваемого убийцы. Слово за слово, уголовники стали драться все против всех, совершенно без повода, просто от злости и безысходности. Бывает такое, особенно после недельного запоя. Кузьмичу досталось больше всех, как самому трезвому. Ночью он пару раз пытался уйти домой, да замок на двери изнутри без ключа не открыть. Пришлось ждать, пока кто-нибудь за добавкой пойдёт, выходить к собутыльникам Кузьмич просто испугался. Телефон у него в драке разбили, вот так.

- Нормально, шуруй домой, если плохо завтра будет, вызывай скорую помощь. Только скажешь, что на улице побили, сегодня утром, например, - инструктировал своего человека оперативник.

- А что им потом скажу? - прошептал Кузьмич, оглядываясь на лежащих в соседней комнате собутыльников.

- Скажешь, что ушёл ещё ночью, по дороге тебя подростки избили, еле домой дополз. Синяки покажешь, морду опухшую. Больничный, если получишь, - Пешкин подумал и добавил. - Двое из них в розыске, могут из зоны не вернуться со своими сроками. А хозяину квартиры, Филе, скажешь, что он тебе должен. Денег взаймы взял, телефон разбил, пусть платит. Повесь на него тысяч десять рублей, он сам про тебя вспоминать не захочет. О драке вообще никому не говори, проскочит.

Информатор задумался, стараясь всё уместить в своей не слишком интеллектуальной голове, потом встряхнулся и вышел из квартиры. Однако не забыл получить у оперативника полсотни тысяч рублей на поправление здоровья. За такую информацию сыщик и больше бы не пожалел. Тем более, что накоплений в нашем любимом Сбербанке у непьющего холостяка было больше миллиона рублей. Там и снял розыскник полмиллиона на первое время, понимая пользу экстренных трат для поиска золотых истуканов. После ухода Кузьмича Сергей первым делом занялся входной дверью в квартиру, поднял дверное полотно и вставил вырванные шурупы петель в соответствующие отверстия двери. Приподнял немного дверь, выровнял её и представил, как затягиваются разорванные отверстия вокруг шурупов. Напряжённо представил, даже зажмурился. И вздохнул с облегчением, открыв глаза. Дверь снова висела на петлях, как новая. Затем пришёл черёд выбитого замка, тут обошлось без колдовства. Погнутый ригель капитан выпрямил пальцами. «Всё-таки я стал гораздо сильнее».

Вставить дверь с высунутым наполовину ригелем в дверную накладку дело трёх секунд для тех, кто умеет. «Всё, дверь закрыта, пора заняться клиентами», - направился в комнату к трём спящим уголовникам сыщик. Первым он связал своего главного разыскиваемого - убийцу. Как обычно, руки за спиной ремнём, ноги грязной тряпкой. Затащил убийцу в ванную комнату, положил в старую чугунную ванну. Перед этим, конечно, обыскал, проверил все рукава, даже стандартной половинки бритвенного лезвия не нашёл. «Совсем обленились уголовники, живут, как бомжи», - сморщился оперативник.

Затем настал черёд второго разыскиваемого, тот по глупости и молодости, носил в карманах выкидной нож и кастет. Ещё, как ни странно, связку отмычек. «На хрена грабителю отмычки?» - мотнул головой сыщик и сунул связку в карман своей ветровки. Этого связанного фрукта Пешкин уволок в спальню. Хозяина квартиры Филю только обыскал, но ключа, естественно, не нашёл. Не было ключа и в других комнатах. Сергей взглянул на часы, время приближалось к одиннадцати часам. До вечера масса времени, уходить надолго нельзя, а когда очнутся эти пьяницы, неизвестно. Могут проспать до вечера, могут через два часа проснуться. Просто сидеть в квартире не хочется, надо придумать что-то толковое.

Розыскник в ожидании озарения машинально принялся обыскивать квартиру. Не спеша, аккуратно, возвращая все предметы на место. Не как в кино, где любят показывать разбрасывание белья и одежды по квартире грубыми полицейскими. Ничего конкретного оперативник не искал, так, для тренировки, чтоб занять руки, пока голова буксует. Внимательно обыскал большую комнату, даже плинтуса подёргал и половицы, убедился, что тайников нет. Затем перешёл в спальню, радуясь бедности хозяина и полупустому шкафу. В спальне пришлось задержаться, но ничего интересного не выявилось. Высохшие окурки и старые презервативы вместе с огромным количеством пыли не радовали. На автомате мужчина присел к плинтусам, пытаясь их приподнять.

- Ого! - вырвалось у Сергея, когда плинтус неожиданно легко поднялся вверх. Боясь поверить в удачу, проверил соседние плинтусы. С ними всё было правильно, прибиты насмерть, не оторвать. Далее очень аккуратно капитан приподнял одну половую доску за другой, в результате образовалась довольно широкое отверстие, вполне доступное для человека. Пешкин прислушался и принюхался к запаху из-под пола. Ни запахов табака, ни трупных запахов не чувствовалось. Шорохов или дыхания не слышно. «Похоже, что живых людей в тайнике нет, трупов тоже. Можно рискнуть», - сыщик включил фонарик на новеньком телефоне и осторожно осветил подпол.

Так, постепенно наклоняясь всё ниже за пятном света, розыскник свесил голову вниз, рассматривая пространство под полом квартиры. Это пространство оказалось не таким и большим, не под всей квартирой и даже не под всей комнатой. Лишь узкий пенал между двумя опорными лёжками, к которым прибиты половые доски. На бетонном полу этого пенала лежали обломки деревяшек, брошенные ещё строителями лет пятьдесят назад. Больше ничего, пусто. «Не может быть такой редкий тайник пустым. Для чего-то он придуман. Да и следы в пыли довольно свежие, не годовой давности», - мазнул пальцем по бетонному полу (он же потолок квартиры снизу) оперативник.

Так и есть, палец оказался чистым, учитывая щели между половыми досками, за месяц тут пыли с палец наберётся, не меньше. Сергей задумался, не выдержал и осторожно спустился в узкий пенал подпола. Больше с целью посмотреть внимательно на половые доски снизу, вдруг там что-то прицеплено? Доски оказались без закладок, больше искать негде. Но внутренний голос подсказывал, что-то есть, надо искать. Совершенно бездумно, мужчина перевернулся и посветил под лёжками. Деревянные брусья лёжек не прилегали к бетонной плите вплотную, а покоились на нескольких кирпичах, как на опорах. Оперативник просветил все промежутки между кирпичами - пусто. Собираясь вылезать наверх, напоследок просунул руку под лёжкой, проверил на ощупь пространство за кирпичом.

«Дальше рука всё равно не пролезет, максимум за кирпич», - оправдывал мысленно свою неудачу капитан. Почти равнодушно нащупал какой-то брусок за кирпичом и попытался его вытащить. Брусок поддался усилиям руки, но двигался как-то медленно. «Приклеили его, что ли?» - присмотрелся к появившемуся краешку находки офицер. И как-то равнодушно пришла мысль - «это золото». Словно в полусне, Сергей подтянул тяжёлый брусок к себе, принялся искать за остальными кирпичами лёжки. Потом осветил пространство за деревянным брусом, в одну сторону и другую. Ничего там не было, что наглядно показал толстый слой пыли.

«Значит, кто-то начал продавать золотых зверей по кускам. Кто?» - розыскник сидел на кровати и рассматривал свою добычу. Золотой параллелепипед с неровными следами распиливания на одной плоскости. Весом, примерно, два с лишним килограмма, если не все три. Похоже на часть золотого истукана, его опорную нижнюю часть. «Придётся с Филей разговаривать, тайник-то в его квартире, - наконец, обрадовался первой здравой идее сыщик. - Однако золото надо перепрятать, придётся ехать на Шпальник. Там в лесу легко укрыть золото, по пути к порталу. Весь лес с миноискателем не обойти, все квартиры палёные».

Розыскник зашевелился, аккуратно прикрыл тайник, вернул все доски и плинтус на место, даже посыпал его пылью из-под кровати. Вымыл руки и лицо в кухонной мойке, ванна-то занята. Посмотрел на себя в зеркало, снял ветровку, почистил её под струёй воды, отряхнул джинсы. Обратно посмотрел в зеркало, можно выходить. Золотой брусок удачно поместился в пустую кобуру, хотя и тяжеловат в сравнении с привычным ПМ. Сам пистолет начальство так и не вернуло Сергею. На всякий случай розыскник ещё по разу выстрелил из артефакта-тазера в ногу спящим уголовникам. Прошёл в прихожую, где после небольшой практики открыл найденными отмычками дверной замок, вышел из квартиры. После чего всего за пару минут закрыл замок на входной двери в квартиру.

На остановке автобуса пришлось долго ждать редкий номер маршрута, идущий сразу на другой конец города, на Шпальник. С пересадками капитан не стал рисковать, вдруг его увидят на остановке возле центра города. Хотя по расчётам Пешкина специальные прапорщики ещё не очнулись, но точного времени действия артефакта-тазера на людях сам оперативник не изучал. Те шесть часов, на которые он рассчитывал, были его желанием во время изготовления артефакта. Насколько желание совпадало с возможностями, как говорили в одной комедии, неизвестно. Сейчас розыскник неторопливо выполнял свои задумки по укрытию бруска золота в тайнике.

Пока доехал, затем дошёл по лесу в нужное место, выкопал там тайник, время шло. Уложив срезанный дёрн на место схрона, капитан, привычно принялся колдовать, чтобы приросли корни дёрна, поднялась примятая трава на следах оперативника. Собственно, всё так и случилось, можно возвращаться, сомнений в сохранности золотого слитка не было. Возвращение на противоположный конец города тоже прошло неспешно, как раз к расчётному времени. Сыщик по пути в нужный адрес, зашёл на опорный пункт полиции. Пообщался с участковым, зарывшимся в гору материалов. Потому позвонил из опорного пункта своему начальнику.

- Юрий Николаевич, Пешкин беспокоит. Я свой сотовый, похоже, в кабинете забыл, - начал разговор капитан. Внимательно выслушал порцию полуцензурных выражений начальника уголовного розыска и продолжил:

- Тут мне информация поступила по разыскиваемому убийце, да тому самому. Хочу сразу проверить, осторожно.

Бу-бу-бу, ответила трубка, уже на тон спокойнее и доброжелательнее.

- Да, сам брать не стану, но врываться с автоматами боюсь, своего человека засвечу тогда, - сыщик замолчал, предоставив начальнику инициативу.

- Тогда на кой чёрт мне звонишь? - реакция огорчённого подполковника была предсказуемой.

- Так я вечернюю планёрку пропущу, но проверять надо сейчас, в тёмное время суток ничего не получится. Будем убийцу еще полгода искать.

Сыщик выбрал больное место своего начальника. Того только на глазах подчинённых трижды отчитывало начальство. Сейчас для Юрия Николаевича встала дилемма. Отозвать Пешкина на планёрку и потерять возможность задержания пресловутого убийцы. Тогда первым кандидатом для наказания будет именно начальник уголовного розыска. Поскольку розыскник обязательно напишет рапорт с информацией по убийце, которую проверяет каждая ревизия. И жить без наказания останется только до этой ревизии, ожидаемой через месяц.

А второе наказание за такой короткий срок может закончиться плачевно. В худшем увольнение, а стажа для пенсии не хватает. В лучшем - должность простого оперуполномоченного или участкового, как у трёх его предшественников. Поэтому, скрипнув зубами, подполковник выбрал второй вариант - разрешил Сергею проверить информацию осведомителя немедленно. Конечно, подполковник планировал в случае провала и гнева начальства отказаться от своего устного разрешения. Но опытный розыскник записал свой разговор с начальством на диктофон второго, нелегального телефона, купленного накануне для связи с Татьяной Вяткиной. Попрощавшись с молодым участковым, глядевшим на капитана восхищённым взглядом, сыщик собрался уходить, вдруг остановился.

- Часа через два ты на месте будешь? - пришла оперативнику идея, как совместить задержание разыскиваемых преступников, не попадаясь начальству на глаза.

- Конечно, к этому времени старший участковый подойдёт и дружинников три человека будет, - пожал плечами молодой лейтенант.

- Будь на месте обязательно, может ваша помощь понадобится, - крикнул Сергей, закрывая входную дверь в опорный пункт полиции.

От опорного пункта Пешкин пошёл не прямо к дому, где его ждали спящие красавцы. Он пошёл в противоположную сторону, чтобы провериться на возможную слежку. Пришлось побродить четверть часа по пустырю, пройти через пару бараков, обжитых бомжами, пока розыскник не удостоверился, что хвоста за ним нет. Только потом, осторожно, через непроезжие дворы, дошёл до подъезда, в котором была Филькина квартира. Офицер внимательно осмотрел двор дома, подозрительных машин не было, два Москвича со спущенными колёсами стояли здесь не первую неделю, судя по их внешнему виду. На детской площадке сидели две бабушки со своими внуками. Четверо подростков гоняли мяч в дальнем углу двора.

Не пытаясь быть незаметным, совершенно привычной походкой, капитан зашёл в подъезд, воспользовавшись, как обычно, универсальным магнитным ключом. Поднялся к дверям Филькиной квартиры и прислушался. Ни разговора, ни шагов не услышал и открыл замок нужной отмычкой. Почти мгновенно, за минуту всего. «Так я ещё практику взломщика наработаю», - мысленно улыбнулся оперативник, закрывая входную дверь изнутри квартиры. Ему вспомнились современные сериалы про полицейских, где почти все главные герои виртуозно вскрывают чужие квартиры едва ли не перочинным ножом.

«Полный идиотизм сценаристов. Если сотрудник уголовного розыска как-то научился вскрывать замки, почему все об этом знают? Он же становится первым подозреваемым в каждой квартирной краже, как минимум. Мало у оперативника поводов для увольнения или ареста за чисто служебную деятельность, где офицера можно посадить буквально за любой пустяк. Так этот недалёкий оперуполномоченный ещё всем демонстрирует своё умение вскрывать замки? Зачем, чтобы сесть за квартирную кражу? Сколько было случаев, когда эксперты снимали следы пальцев рук следователей или оперов на месте преступления? Приплюсуйте к этому умение вскрывать квартиры? И конфликт с начальством, весьма нередкий среди офицеров? В этом случае простое увольнение глупый оперативник-хвастун будет считать счастливым билетом», - рассуждал Сергей, запирая замок Филькиной квартиры.

Он осторожно обошёл квартиру, все подопечные спокойно спали. Самое удобное время поговорить с Филькой. Розыскник зашел в комнату, где лежал связанный хозяин квартиры, закрыл дверь, развязал мужчину и полил ему лицо холодной водой из ковшика. Смутные сомнения оправдались, держатель притона не проснулся. Пришлось задействовать зачатки колдовского умения, применяемого Пешкиным исключительно интуитивно. Не было у него учителя магии, не заканчивал офицер магических академий, о которых сплошь и рядом пишут многочисленные графоманы и примкнувшие к ним писатели. Хотя и контактировал оперативник в средневековой Руси с артефактом-учителем, но получил лишь основы знаний того, средневекового общества, географии, правил поведения.

И два десятка бытовых заклинаний, вроде очистки грязной воды, колки дров, чистки одежды и тому подобное. Да и не заклинаний вовсе, а знаний, как и что надо подумать и представить себе, чтобы выполнить желаемое действие. Экстраполировав полученные знания использования магии, сыщик принялся экспериментировать со своим даром. Сначала представлял в мелких и точных деталях, чего желает, потом вкладывал колдовскую силу. Иногда совмещал оба этапа одновременно, особенно в моменты опасности. Сейчас Сергей вздохнул и сильно пожелал, чтобы хозяин квартиры проснулся. Для ускорения побудки, потрепал Фильку по щеке, не больно, но голова мотнулась.

- Чего надо, - пробормотал полупьяным голосом Филька, которого на самом деле звали Николай. А прозвище он получил по фамилии - Филимонов.

- Просыпайся, в камеру поедем, - скучным голосом начал беседу оперативник. И продлилась эта беседа почти час. Пока Филька проснулся, протрезвел и понял всю глубину своего падения. Сыщик же за это время обогатил свою память сведениями о тех, кто совершил три кражи на посёлке и где краденое. Неплохо для начала. С тайником вышло сложнее, Пешкин не хотел раскрывать, что знает о золоте и даже нашёл сам тайник. Приходилось лавировать на тонкой грани между правдой и ложью, не опускаясь до откровенного обмана. Лишь намекая на определённые моменты и свою информированность.

Филимонов был вынужден вести себя аналогично, говорить часть правды, разбавляя её грубой ложью. Поэтому разговор для розыскника вышел весьма занимательным. Для Фильки, после пары замечаний оперативника, разговор превратился в отсроченные собственные похороны. А всего-то Сергей напомнил хозяину квартиры, что у него задержаны двое находящихся в розыске преступников, один из которых убийца. Нет, в наше время статья за укрывательство преступников практически не применяется полицией, это любимая статья «старших братьев», там и преступления опаснее. Но Филимонову грозили разборки с уголовниками, крайне редко берут двух разыскиваемых преступников по серьёзным статьям в одной квартире.

Это не обкурившиеся наркоманы и не алкоголики-воришки, уснувшие на случайной блатхате. Оба разыскиваемых не первый месяц в федеральном розыске, встретились недавно, неделю из квартиры не выходили. Водку и продукты покупал Филька, других гостей не было. И тут розыскник Пешкин появился, который к Фильке годами не заходил. Почему? Кто стуканул? О своём информаторе офицер позаботился сразу, внушил Филимонову, чтобы тот забыл о Кузьмиче напрочь. То же самое сыщик собирался сделать и с обоими уголовниками, которых тоже придётся будить вскоре. Особой уверенности у колдуна-самоучки в результате внушения не было. Но после недельного запоя даже без внушения у собутыльников выпадали из памяти целые дни. Уж с такими последствиями опытный оперативник сталкивался частенько, когда ни свидетели, ни потерпевшие ничего не помнили.

Особенно запомнился ему вызов на труп во время очередного дежурства. Тогда оперативная группа приехала в квартиру, где хозяева пили с гостями несколько дней. И совершенно случайно обнаружили труп одного из собутыльников. Хорошо, что труп оказался некриминальным, опергруппа сделала свою работу и предложила хозяевам доставить труп в морг самостоятельно. Как раз дежурная труповозка была сломана, машины «Скорой помощи», как известно, трупы не возят. Когда собранный материал Пешкин отдал дежурному, тот долго матерился. Оказывается, накануне предыдущая опергруппа уже выезжала на этот труп, и тоже предложили отправить тело в морг самостоятельно. А хлебосольные хозяева помянули покойника один раз, другой, потом продолжили. В результате на утро никто из шести участников пьянки не вспомнил о приезде полиции и обнаружении трупа в недавнем прошлом. Вот так.

Поэтому и была уверенность, что для Кузьмича всё сложится хорошо. Да и сами будущие зэки, несмотря на серьёзные преступления, не обладали особым уголовным авторитетом. Их указаний из колонии никто слушать не станет. Нет среди уголовников какого-то псевдозакона, как любят расхваливать хорошо проплаченные писатели и сценаристы. Какой может быть закон у людей, обманывающих, избивающих слабых, ворующих у своих соседей? Среди уголовников один закон - кто сильнее, тот и прав. Пешкин в молодости интересовался у отсидевших уголовников, будут ли они мстить тем, кто их посадил или заложил? Ответ был стандартный, - «если увижу моего потерпевшего, на другую сторону улицы сам перейду, пока он меня снова не посадил». Да и за годы работы в полиции Сергей ни разу не слышал, чтобы кого-то убили за старые грехи.

Дрались отсидевшие уголовники со своими потерпевшими, было такое. Но, исключительно, в ходе совместной пьянки, что местью трудно назвать при всём желании. Однако, ближе к телу, как говорил незабвенный Остап Бендер. В ходе словоблудных разговоров сыщик выяснил, что некий южный человек ищет покупателей золотых слитков, срочно. Зовут его Марат, работает на заводе, большой начальник, на работу и домой возят на служебной машине. Якобы сам Филька с Маратом не виделся, но от случайных знакомых слышал о таком. Ни о каких тайниках или наличии в квартире золота, Филимонов, естественно не рассказал. Что вы, что вы, только краем уха слышал, от кого не знаю, вот и всё!

В принципе, большая часть информации так и приходит, крайне редко уголовники рассказывают всё до конца и честно, не те это люди. Они слова такого «честно» не знают. Был в практике Пешкина случай, когда один уголовник очень добросовестно помогал раскрывать молодому оперативнику серию краж. Сдавал постепенно, одного за другим причастных к кражам людей. Там скупщика выдаст сыщику, тут девушку, которой краденое подарили. В результате, через неделю, когда Сергей размотал всю цепочку, в числе арестованных воров оказался и тот самый добровольный помощник. Который был одним из самых активных преступников в группе, а ведь так добровольно помогал. Как это назвать? Исключительно глупостью самих уголовников, в чём оперативник ежедневно убеждался.

Разобравшись с Филькой, капитан трижды его сфотографировал на телефон, в различных ракурсах.

- Зачем это? - заподозрил неладное Филимонов.

- Чтобы ты не жаловался потом в прокуратуру, что я тебя избивал, - такое объяснение удовлетворило хозяина квартиры.