Железяка

Глава 1

Спать Василий лёг поздно. Как всегда, в выходной день они засиделись с Петровичем в подвале. А вечером, заявившись домой, получил очередной нагоняй от жены. Не стал спорить о вреде пьянства с супругой, быстро доел остывший ужин и отправился на боковую.

Всю ночь Василий беспокойно ворочался. Во сне ему привиделось, что кто-то зажёг в комнате яркий свет. Наверное, жена… Что-то пробормотав, Василий повернулся на другой бок, уткнулся носом в стену и тихо засопел.

Василий наблюдал, как Петрович громко стучал по трубе, а из отверстия в ответ на удары сыпалась мелкая ржавая пыль.

— Опять воды нет, — хмуро ворчал Петрович. Он снова поднял руку с молотком. Ритмичные удары сделались глуше, казалось, что Петрович колотит не по пустой трубе, а отбивает дробь по деревянному чурбаку или табурету…

Василий открыл глаза… ещё не до конца проснувшись, он лежал в постели и слушал, как комната наполнилась громким и отрывистым стуком. Источник звука находился где-то там, за входной дверью, на лестничной площадке.

— Вась, глянь, кто это, — попросила жена. — Выходной день… не спится им.

Прогоняя остатки сна и зевая, Василий пошёл открывать. По дороге в темноте он несколько раз пытался включить свет в комнате. Но все старания его оказались напрасными.

— Лампочка перегорела, — хрипло буркнул Василий. Шлёпая по полу и откашливаясь, он вышел в коридор. Нащупав на двери щеколду, глянул в глазок. Тёмный силуэт за дверью — вот и всё, что удалось разглядеть на фоне той же темноты.

— Открывайте, милиция, — громко и требовательно сказал знакомый голос.

Неуверенно сдвинув щеколду, Василий на всякий случай не стал снимать цепочку и осторожно приоткрыл дверь.

На пороге, кутаясь в серый плащ, возникла знакомая фигура, которая, как только Василий пригляделся, оказалась участковым. Пётр Андреевич Рощин приветливо кивнул.

В ответ тихо звякнула цепочка.

— Разбудил? — извиняющимся тоном спросил участковый.

Вместо ответа Василий хмуро глянул на него и кивком головы пригласил внутрь… а сам тем временем поискал в темноте выключатель, несколько раз безрезультатно щёлкнув им туда-сюда.

— Опять света нет, — недовольно ворчал Василий, закрывая за гостем дверь.

— Во всём доме нет, вот звонок и не работает, — снимая и вешая фуражку, пояснил своё шумное вторжение Пётр Андреевич.

— А что случилось-то?.. — широко зевнув, Василий почесал затылок. Затем, что-то вспомнив, подошёл к вешалкам с одеждой, торопливо стал рыться в темноте, что-то ища в карманах.

— Авария какая-то. Вспышка яркая на полнеба была. Говорят, ночью в лес рядом с посёлком что-то упало. Свет сразу и погас, а ещё телефоны молчат.

— И сотовые тоже? — удивился Василий, доставая из кармана телогрейки продолговатый предмет.

— Полный ноль, — развёл руками Пётр Андреевич.

В ответ в коридоре вспыхнул яркий луч фонаря.

— Ладно, я сейчас. — Сверкнув намечающейся лысиной на затылке, Василий погасил фонарь и прошёл в комнату, торопливо накидывая прямо на голое тело ветровку.

— Вась, куда так рано? — с тревогой в голосе спросила жена.

— Пойду, гляну, что там свалилось. Вдруг что-нибудь интересное. Опять же… можно в металлом потом сдать. — Василий задумчиво посмотрел на переминающегося в прихожей с ноги на ногу участкового. Тот в ответ слабо улыбнулся.

— Кто о чём… нам бы со светом сперва разобраться…

— Я же кочегар, а не электрик, — недовольно скривился Василий, натягивая старые потертые джинсы…

— Да ходил уже я, — махнул рукой Пётр Андреевич. — Нет дома никого. Они с женой вчера на дачу укатили. Где их теперь найдёшь. А твой Петрович опять не в форме. Даже дверь не смог открыть. Ругается в темноте и всё…

Василий тем временем справился с брюками и, вернувшись в коридор, добыл на галошнике высокие резиновые сапоги, быстро обулся, притопнул. Достал с полки выгоревшую на солнце светло-зеленую кепку-бейсболку. Подумав ещё немного, сунул в карман перочинный нож и начатую пачку папирос. Туда же отправил одноразовую зажигалку. Затем снова включил фонарь и, держа его в руке, отворил дверь.

— Вась, ты осторожней там, и много не пей. Вы уж за ним, Пётр Андреевич, проследите, — попросила жена, закрывая за ними. — Он в последнее время то в подвале с Петровичем, то на кухне с тараканами…

— А как же, приглядим, — пообещал участковый, натягивая на голову фуражку и поправляя плащ. — Не на пикник идём, дело-то серьёзное.

Осторожно спустившись по лестнице, Василий и Пётр Андреевич выбрались из подъезда на улицу. Двор встретил их утренней прохладой, ароматами цветущей сирени и свежескошенной травы. Издалека, со стороны леса, внезапно подул лёгкий ветерок. Налетев, он принёс с собой болотную сырость, напомнив, что совсем рядом с посёлком обширная и непроходимая топь.

Несмотря на летнее утро, было зябко. Василий поёжился и, оглядевшись по сторонам, достал из кармана папиросы, сунув одну в рот, отправил остальные назад. Щёлкнув зажигалкой, жадно затянулся.

— Однако не жарко тут, — пробормотал он, выпуская клубы едкого ядрёного дыма.

Участковый в ответ качнул головой. Они вышли со двора в переулок и неторопливо побрели вперёд, туда, где за поворотом кончался асфальт и начиналась старая грунтовка, уходящая прямо в лес.

Весь посёлок погрузился в непривычную утреннюю темноту, нарушаемую редкими, тускло светящимися окнами квартир в домах, где предусмотрительные жильцы успели зажечь свечи. Вокруг было тихо, ни единого звука, кроме шороха шагов идущих. Изредка до слуха Василия долетал далёкий петушиный крик. И снова тишина, даже собаки молчали. Это было очень странно и непривычно.

Они дошли до поворота, свернули с асфальта на песок. Небо на востоке уже начало светлеть. Редкие желтоватые облака медленно ползли навстречу идущим. Кусты и деревья вокруг замерли, ожидая рассвета, лишь осины мелко подрагивали, тихо шелестя молодой листвой.

Когда Василий и участковый добрались до места, стало совсем светло. Вдали над лесом показался ярко-красный шар солнца, обещая тёплый и погожий день.

На окраине посёлка уже успела собраться толпа зевак. Все они с тревогой и опасением поглядывали в сторону многометровой глубокой воронки, на разбросанную вокруг рыжую глину и чёрный дёрн, перемешанный с травой и пожухлыми старыми листьями.

— А ну, расступись! — зычно гаркнул Василий. — Не видите, милиция!

Народ молча пропустил их. Они подошли к яме и заглянули в неё.

— Шар какой-то, приплюснутый с боков, — шёпотом заметил Пётр Андреевич. — Как думаешь, что за штуковина? Неужели оттуда?

— Железяка, ещё и ржавая, — вздохнул Василий. — Шуму подняли… а мне сегодня ещё на работу в ночь…

— Извини, я думал, у тебя выходной, — виновато моргая, участковый продолжал рассматривать место падения. Но больше ничего необычного ему на глаза не попало, яма как яма. Нигде не светится и не горит, то ли дело в фильмах у американцев. Да, это не Голливуд…

Между тем Василий поплевал на руки, привычным движением потёр их и сказал:

— Сейчас слезу туда и разберусь, что за металлолом.

— Не надо так сразу, давай лучше МЧС дождёмся. Вдруг там радиация или ещё что-то опасное, — испугался за него участковый.

А сам с тревогой подумал: «Сейчас полезет туда, а мне потом за него отвечать», но вслух он сказал совсем другое:

— А вдруг это они?

— Кто? — не понял Василий.

— Ну, эти самые…

— А, ты про них, что ли… Да ну! Они на таком хламе не летают, — мотнул головой Василий. — У них всё красиво и блестит, как у…

— А ты откуда знаешь, видел что ли? — Пётр Андреевич явно не ожидал, что его напарник так смело и сразу отправится в яму.

— А то… — уклончиво кивнул Василий, упрямо спускаясь в воронку.

— Погоди, не спеши… — Пётр Андреевич вдруг замолчал, удивлённо оглядываясь по сторонам. Сначала ему показалось, что где-то, на грани слышимости, возник слабый посторонний звук. И теперь участковый по привычке пытался определить, откуда он доносился. Прислушавшись ещё раз, он, наконец, понял…

А тут и остальные зрители вокруг ямы зашевелились и обернулись в сторону леса.

Оттуда уже явственно слышался тихий шум, как будто где-то стрекочет кузнечик. Шум нарастал, быстро приближаясь, становился всё громче. Пётр Андреевич окликнул Василия, который наблюдал за происходящим, стоя в яме, но не успел больше ничего сказать.

Внезапно выскочив из-за деревьев, прямо над воронкой завис тёмно-зелёный вертолёт. Машина развернулась, сделала круг над поляной, а потом плавно опустилась рядом с толпой, подняв настоящий мини-ураган. Мощный поток воздуха чуть не сорвал с головы Петра Андреевича фуражку. Участковый едва успел её прижать рукой. Василий от неожиданности присел в яме прямо на железяку. Бейсболка с его головы слетела и, кувыркаясь, упала под ноги.

В вертолёте тем временем открылась дверца, и оттуда на землю спрыгнули двое военных с автоматами через плечо. За ними тут же выскочила ещё пара солдат, вооружённых лопатами, а последним показался серьёзного вида человек в штатском, в длинном чёрном плаще и тёмных очках. Придерживая рукой так и норовившую удрать с головы шляпу, он, увидев участкового, тут же подошёл к нему и спросил:

— Давно лежит?

— Ночью упал, — стараясь перекричать рёв двигателя, ответил Пётр Андреевич.

— Очень хорошо, будем откапывать. — Человек махнул рукой военным, они резво спустились в яму и вместе с Василием принялись очищать шар от глины и земли.

На вертолёте тем временем умолк шум мотора, винт начал останавливаться и, наконец, замер на месте, качнув длинными лопастями туда-сюда.

Спустя час шар освободили от грязи. Затем спустили с вертолёта трос с крюком на конце. С одного бока шара нашлась выемка, за которую и зацепили крюк.

Всё это время Василий терпеливо ждал объяснений. Но гости упорно молчали, не желая раскрывать секрет железяки.

Первым не выдержал Пётр Андреевич. Он для солидности несколько раз кашлянул, а потом решился и спросил:

— Ты хоть намекни, что это за штука на нас свалилась? Если, конечно, можно…

— Вам правду или наврать? — улыбнулся незнакомец в очках.

— Лучше правду, — встрял в разговор Василий; он уже выбрался из ямы и приплясывал около участкового на одной ноге, стянув с неё сапог и вытряхивая попавшую туда землю.

— А если правду… — человек снял шляпу, достал из кармана платок, вытер им вспотевшую голову. В его глазах вдруг зажглись весёлые огоньки. В это время на вертолёте снова ожили и начали крутиться лопасти винта.

— Ну, так вот, — продолжил незнакомец, водружая назад на голову шляпу. — Точно такой же шар нашли пару лет назад в Индии во время раскопок какого-то древнего храма. Ну, вы, наверно, сами видели, ещё по телевидению это показывали. А если честно, то я и сам не знаю, что это за хреновина такая…

— Вот те раз… — Василий так и застыл с сапогом в руке. Потом что-то вспомнил и с надеждой уставился на гостя. — А я думал, это спутник.

Незнакомец молчал. Он с укоризной посмотрел на Василия, как будто тот спросил что-то обидное. Потом в сердцах махнул рукой — то ли отмахиваясь от вопроса, то ли подавая сигнал пилоту вертолёта.

— Да если бы у нас такая штука была… — но тут вертолёт снова застрекотал мотором, быстро набирая обороты. Ревущая машина заглушила слова незнакомца, вновь поднимая вокруг себя воздушный вихрь. А Василий так и не расслышал, что хотел сказать гость.

На прощанье человек в плаще наклонился к участковому и что-то коротко прокричал ему прямо в ухо, затем по очереди пожал ему и Василию руки и вскочил в кабину вертолёта. Машина начала медленно взлетать, поднимая за собой из ямы металлический шар, который раскачивался на тросе, поблёскивая в лучах утреннего солнца. Вертолёт поднялся ещё выше, затем развернулся над лесом и, сделав круг, исчез в том же направлении, откуда прилетел, унося с собой железяку, наделавшую столько шума.

Толпа, убедившись, что спектакль окончен, стала расходиться. А Василий с Петром Андреевичем отправились в опорный пункт снимать стресс…

— Вот такая история, — подвёл итог Пётр Андреевич, разливая по стаканам прохладное пиво.

— Хорошо, что она в лес упала, — пробормотал Василий, отправляя содержимое своего стакана в более надёжное место.

— Они, Вась, слов на ветер не бросают. Обещали к обеду всё исправить.

— Скорей бы, а то жена меня запилит, почему света нет.

— А ты объясни!

— Я бы рассказал, но ведь не поймёт. Я сам-то не врубился, как у нас от какой-то ржавой железяки всё накрылось.

— Говорят, сильный электромагнитный импульс, когда свалилась эта штука, связь и электричество в округе нарушил, — выложил Пётр Андреевич версию, услышанную от военных.

— Ты мне мозги не забивай, давай лучше ещё повторим, — улыбнулся Василий.