Запретный цвет

Глава 1

Запреты, запреты. Они стали неотъемлемой частью жизни. Бес Эйфель узнал о новом запрете, когда в ломбард ворвалась заплаканная девушка. Она волокла за собой огромную сумку, из которой торчали фены, плойки, бигуди и прочие приспособления для завивки.

— Спасите! — выкрикнула она, вываливая всё на прилавок. — Я больше так не могу!

Бес тоже не мог. Его сальные волосы отчаянно нуждались в уходе, но он себе запретил. Однако бес вытаращил жёлтые глаза. Щупальца замерли.

— Что случилось?

— Волосы! — девушка сорвала платок. Из-под него выбилась копна ярко-красных волос. — Я покрасила их в красный. А это запрещено! Оказывается, красный — естественный цвет гадюк.

Вот одно что! Эйфель так сразу уже не мог отличить человеческую девушку от змеи. Все смешалось кони, люди…

— Людям нельзя! — продолжала она. — Хоть я и дворянка! Вчера пришли ангелоиды, выписали штраф и велели перекраситься. Но я не хочу! Я люблю красный!

— Не плачьте, — заявил Эйфель, хотя внутри уже зашевелилась предпринимательская жилка. — А зачем вы принесли все эти… приборы?

— Сдать в ломбард. Я ведь хотела побриться налысо! — всхлипнула девушка. — Чтобы никто не придирался. Но жалко волосы. Может, вы и их купите? Или обменяете на что-нибудь?

Эйфель посмотрел на груду фенов, потом на красные волосы, потом на петуха Кукарекса. Птица сидела на холодильнике и задумчиво склонила голову. Она… тоже была красной. Частично. Нон рептилоид, ему можно.

— Не надо бриться, — решительно сказал бес. — У меня есть идея.

Он ушёл в подвал и не выходил два часа. Даже соседка стучала, беспокоилась, но бес отмахивался щупальцем.

Эйфель творил! Он смешивал масло для щупалец (оставалось после смазки), помёт петуха (Кукарекс наотрез отказался участвовать, но всё же…) и картофельные очистки (свежие, из-под ножа). Кипятил, охлаждал, фильтровал через старый носок (фильтр который всегда в деле).

Наконец получилась паста. Густая, вонючая, но с удивительным свойством: в ультра-инфра-зелёном свете она давала такой красный цвет, что глаза прямо приковывались. Но только у людских глаз. Рептилоиды и камеры этого цвета не видели.

— Держи, — Эйфель протянул баночку девушке. — Намажь. Ангелоиды увидят твои обычные волосы. А люди — красные. Все довольны.

— Работает? — не поверила та.

— Проверь — победоносно заявил бес.

Девушка намазала прядь, высушила феном (как удачно что он тут) и вышла на солнечный свет. Эйфель посмотрел на неё своими рептилоидными глазами — волосы казались русыми. Он включил камеру на планшете — тоже русые.

— А теперь ты сама посмотри в обычное зеркало, — подытожил бес.

Девушка подошла к зеркалу на стене и ахнула. Оттуда на неё смотрела ярко-красная копна! Ну, вернее смотрела-то сама девушка. Капна была на ее голове.

— Гениально! — закричала дворянка. — Сколько стоит баночка?

Эйфель покосился на груду приборов. Пять фенов, три плойки, две пароварки для волос (он и не знал, что такие бывают) и один массажёр для головы.

— Отдам за всё это барахло. И плюс двадцать фрэйкелей за рецепт.

Девушка согласилась. Ушла счастливая, с тремя баночками (Эйфель за один вечер наварил целый котел в котором обычно варил картошку).

Он открыл золотую жилу.

На следующий день к нему выстроилась очередь из тагаек. Слух разлетелся моментально: «У беса в ломбарде дают краску, которая не видна ангелоидам и камерам!»

Эйфель продавал баночки по пятьдесят фрэйкелей. Лимитированная серия, трудная работа, ингредиенты (помет петуха, который так-то числится большим начальником, картофельные очистки ручной обработки) были в наличии.

Через неделю пришла комиссия. Ангелоиды ходили по району, щупали волосы тагаек и недоумевали: все ходят с нормальными оттенками — русый, каштановый, чёрный. Никакого красного. Но все кричат что красный в моде. Ничего не понятно.

Эйфель не внес директив. Он показал банку, даже помазал нос одного из ангелоидов. Тот сразу стер. Никакого цвета.

— Ложный вызов, — сказали они и ушли.

А Эйфель сидел в подвале, и пересчитывал выручку. Три тысячи фрэйкелей за неделю. Плюс куча фенов, которые он продал обратно тагаям (за полцены, но с наценкой — вышло выгодно).

— Вот же, правящий класс, — усмехнулся бес, гладя петуха. — Одни создали запрет — мы создали обход. Ангелоиды не видят красный — а люди видят. И платят. Я-то тоже не вижу красный. Так, намешал, думал попаду или нет…

— Кукарек! , — поддержал петух. У него красный уже был. От природы.

Старуха-соседка заглянула с пирогом, глянула на баночки на прилавке.

— Хозяин, а для меня можно? Я тоже хочу денек походить.

— Можно, — Эйфель протянул баночку. — Только аккуратно. — Бес бросил что-то в котел — и не говорите никому про помёт.

— А про очистки?

Он снова что-то бросил в котел.

— Про очистки можно. Они безобидные.

Старуха ушла, намазалась, и через час ходила по двору с огненно-рыжей головой.

— Красный, красный, с виду не опасный — напевала старуха.

Случайный полицейский ангелоид проплыл мимо, посмотрел — русый цвет с сединой. И ничего не понял.

Довольный Эйфель тем временем написал пост своей социальной сети «СтарЁ»:

«Новая краска „Инфракрасный Кукарекс“. Только для людей. Рептилоиды и камеры не видят. Цена — 50 фрэйкелей. Оптом — скидка. Доставка. Проверяйте оттенок. Рептилоидам не предлагать».

Спустя час он получил пятьсот лайков… и три выговора от Управления по визуальной гигиене.

Но выговоры он распечатал и повесил на стенку, рядом с медалью за уклонение. Как напоминание: если что-то запрещают, всегда можно найти щупальце, которым открыть новую дверь. Или банку с краской.