За гранью мира

Пролог

Ну что ж, будем знакомиться.

Меня зовут Джеймс, мне двадцать один год, и я молодой режиссёр с хорошим опытом работы на аудиторию. Зрители смотрят мои фильмы, но они даже не догадываются, что каждая частица этих картин связана с моим прошлым. С тем прошлым, в котором были я, моя младшая сестра и двое парней. С сестрой мы до сих пор поддерживаем связь — и с одним из тех парней тоже. Особенно с ним. Но об этом позже.

Вы слышали о лиминальном пространстве? Нет? Тогда прошу — добро пожаловать в ад. В тот самый ад, где мы с ними и с сестрой выживали. Мне постоянно снятся кошмары. Я защищал их. И всё же — смог ли защитить?

Сейчас у нас всё хорошо. Мы нормально отучились, поступили в академию и стали теми, кем мечтали. Я тоже смог... Стоп. Зачем я это всё рассказываю? Если сваливать всё в одну кучу, вам же будет неинтересно.

Эх, ну что ж. Это случилось, когда мне было шестнадцать.

Глава 1 В день когда все изменилось

— Мам! Я пошёл в школу!

— Хорошо, будь осторожен по дороге, сынок, и удачи тебе в школе!

— Спасибо! А тебе удачи на работе, мама.

Было утро. Солнце поднималось медленно, освещая зарю, в посёлке, где жил сам подросток-школьник Джеймс. Он сонно шёл на остановку, чтобы не идти пешком в среднюю школу. Взглянув на ручные часы, время было около шести пятидесяти.

— Вух... вовремя вышел из дома, — сказал с лёгкой улыбкой Джеймс.

Когда он дошёл до остановки, там стояла девушка его возраста. Она смотрела в расписание автобуса. На ней была одета лёгкая одежда: белая футболка, серые шорты, поверх футболки кардиган и кеды.

— Лейла, привет! Ты чего в такую рань пришла? Ты вроде бы приходишь ровно к семи часам, — с улыбкой сказал Джеймс.

— Оу, привет, дружище! Рада тебя видеть. Да вот решила прийти на остановку пораньше, — слегка засмеялась Лейла.

Это была его лучшая подруга Лейла. Они были знакомы ещё со времён младшей школы, и она же была его одноклассницей — училась вместе с ним в одном среднем классе. Она была полной отличницей и всегда стояла в первых рядах школы, а вот Джеймс хоть по всем предметам успевал почти хорошо, но только у него хромала математика. Но он постарается всё подтянуть к вступительным экзаменам. Во что бы то ни стало он не подведёт свою семью и сдаст экзамен. Хотя его мать и не просит, чтобы он прямо учился на высшую ступень, она всё равно гордится своим старшим сыном. Однако она не может смириться с тем, что полиция не может найти хоть какие-то улики или что-то ещё, чтобы найти младшую дочь, которая пропала год назад.

Кэйти — так звали младшую сестру Джеймса, которая пропала год назад, так и не вернувшись домой из школы. На момент исчезновения ей было около четырнадцати или пятнадцати лет — он уже не помнил её точного возраста. Несмотря на то что он скрывает от всех своё настоящее «я», его всегда успокаивают друзья, и в том числе его сводный брат Джей, говоря ему: «Всё будет хорошо». Но как он может успокоиться, если его сестра пропала бесследно?

«Эх, где ты сейчас, Кэйти?» — в его голове пронеслась эта мысль.

*В школе*

Было семь тридцать. Все ученики, которые пришли к этому времени, были на улице, ждали, пока их запустят в школу. Уроки начинались примерно в восемь утра. Джеймс сидел отдельно от всех, облокотившись на дерево, и читал книгу — классику.

— Хей! Чего такой кислой моськой сидишь, грустишь один, не тусишь с Лейлой?

Джеймс проигнорировал ответ и продолжил читать книгу, пока перед ним не появился подросток. На вид ему было около семнадцати или шестнадцати лет, внешность у него была другая: волосы — точь-в-точь как у Джеймса, а вот цвет глаз был светло-небесным, голубым. Он присел рядом с ним и взглянул на книгу, которую сейчас читал Джеймс.

— Ого! Ничего себе! Ну ты даёшь — ты тоже читаешь классику?! — удивлённо спросил он.

— Да, а что такого, Джей?

— Ой, да ты не переживай, братец. Я тоже люблю читать от скуки классику, так что мы на одной волне, Джеймс, — сказал Джей с ухмылкой.

Джей. Так звали его сводного брата по отцовской линии. Он учился вместе с ним в одной школе и даже в одной группе. В отличие от Джеймса, у него слегка низкий балл по успеваемости, иногда его после уроков оставляют, чтобы подтянуть оценки по предметам, которые Джей не понимал. В целом он неплохой парень, ни с кем из плохих банд не связывается, общается только с двумя — это Лейла и Джеймс. Они были самыми популярными учениками в средней школе.

Но вот отношения с отцом у Джея не очень — даже когда его отец бросил жену и их, сам уйдя жить в другую семью, при этом собрав свои вещи и покинув их на произвол судьбы. Джеймс не винил своего сводного брата — он же тут не виноват. Виноват отец, а не он. Так что отношения с Джеем у него хорошие.

— Кстати, Джеймс, можно спросить у тебя...

— М? Что такое, Джей?

— Сегодня можно я к тебе сяду вперёд? Или даже как тебе удобнее будет, брат. Не против? — спросил у него Джей.

Джеймс посмотрел на своего брата. На лице сводного брата читалось разрешение на что-то, но, не колеблясь, он тяжело вздохнул и сказал ему с лёгким, безэмоциональным выражением лица:

— Как хочешь.

— Спасибо тебе большое, брат! Ты самый лучший!

Джей подпрыгнул от радости и обнял его. В ответ Джеймс тоже обнял его, но только крепко и слегка с улыбкой.

*На уроке*

— Хей! Джеймс... Джеймс! Есть у тебя линейка?

— Сейчас тебе дам, Лейла.

Был урок математики, на котором ему надо было подтянуть оценки, чтобы его мать не расстраивалась. Он достал из пенала линейку, повернувшись назад, и отдал ей, сказав:

— Вот, держи.

— Спасибо тебе большое, дружище, — с улыбкой сказала Лейла.

— Всегда пожалуйста, — ответил Джеймс.

Дверь открылась, все затихли. В класс зашёл мужчина, на вид ему было около тридцати-сорока лет. Выражение лица у него было уставшее, под глазами синяки — будто он вечность никогда не спал и не высыпался. Это был их классный руководитель, он преподавал у них математику и очень хорошо. Он подошёл к учительскому столу, положив классный журнал, и посмотрел на своих учеников.

Конечно, им стало неловко, особенно Джеймсу. Их учитель смотрел на учеников с беспокойством и тревогой, будто сейчас произошло нечто плохое. Он вздохнул и сказал:

— Вы же знаете, что в последнее время происходит в Лос-Анджелесе?

— Похищения? — сказала одна из учениц.

— Угу. Дети, послушайте... прошу, сообщите обязательно об этом своим родителям, чтобы они были в курсе этого, ладно? А если ваши родители в курсе всего этого, то это хорошо.

Учитель посмотрел в ту сторону класса — он смотрел на Джеймса, который был обеспокоен чем-то, а именно пропажей младшей сестры. Учитель вздохнул, сказав ему с сожалением и грустью:

— Я очень тебе соболезную... о пропаже твоей младшей сестры...

Джеймс не слушал, что ему говорил учитель. Он был в раздумьях — или даже хуже. Он думал. В мыслях в голове крутилось плохое, руки тряслись, дыхание с каждой минутой становилось всё труднее и труднее, в глазах всё темнело, пока он не почувствовал чьё-то прикосновение к своей руке. Очнувшись, он заметил, что кто-то держал его за руку. Это был Джей. Он взял за руку своего сводного брата и с беспокойством сказал ему:

— Джеймс, всё будет хорошо... слышишь?

— Я очень на это надеюсь, Джей, — шёпотом сказал он.

После урока математики Лейла, Джеймс и Джей пошли в столовую перекусить и обсудить сегодняшний день — как они это любили делать на большой перемене. Когда они взяли себе поесть, троица направилась в конец стола, за который большинство учеников не садится. У Лейлы и Джея было то, что они любят есть, а у Джеймса была лёгкая еда.

— Получается, у нас четыре человека в розыске? — спросил у своей подруги Джей.

— Да, всё верно, Джей. На счёт четвёртого человека нашли зацепку — копы сейчас его ищут, а вот на счёт троих неизвестно пока, — с сожалением сказала Лейла.

Джеймс тяжело вздохнул и, взглянув на них, спросил у своей одноклассницы:

— Так на счёт Кэйти, моей сестры, уже понятно. А кто двое пропавших, если не секрет?

— Так, по словам новостей и всё такое, это ученики из другого города. Это Картер — он из Калифорнии, а второго человека, если я не ошиблась, это Смоускрим — он из Нью-Йорка.

Джей был поражён, но потом снова стал серьёзным и спросил у Лейлы:

— И что там копы говорят на счёт этого?

— Ну, я слышала слухи о лиминальном пространстве, в котором люди сквозь землю падают. Так что и копы подозревают это, — задумчиво сказала Лейла.

На минуту повисла мёртвая тишина. Джеймс, который хорошо слушал свою подругу, встал в ступор, а у Джея даже челюсть отвисла от удивления. Лейла, как всегда этого не замечая, договорила и откуда ни возьмись у неё оказалась газета «Известия». Она передала газету Джеймсу, и он взял. Взглянув на газету, он знатно удивился.

На изображении газеты были жёлтые коридоры, мерцающие лампы и — что самое главное смутило Джеймса — бесконечные коридоры пугали его больше всего. Вместе с ним взглянул и Джей — ему стало любопытно, а он знал брата как свои пять пальцев. Когда Джеймс дочитал, он положил газету и, взглянув на свою подругу, сказал:

— Лиминальное пространство? Это, конечно, бред, но чувствую, что здесь какой-то подвох.

— Согласен с братом, здесь что-то не так. Выглядит так, будто это реально, блин! — удивился Джей.

— Тише, тише, Джей, успокойся, ладно...

После того как они поели, они направились на следующий урок — химию, любимый предмет этих двух болванов. Они как-то раз в прошлом месяце взорвали кабинет, но, слава богу, все вовремя убежали. Но была одна проблема: их, чёрт возьми, отстранили от занятий на две недели, и я был замешан, но, слава богу, матушка меня не ругала, а только посмеялась.

— Интересно, что на этот раз расскажут на уроке? — с интересом сказала Лейла.

— Не терпится уже похимичить!!! — подпрыгнув от радости, сказал Джей.

«Боже, надеюсь, я на этот раз выживу на уроке...»

После занятий ребята уже стояли на крайней обочине, ожидая школьный автобус. Джеймс и Лейла ждали автобуса, а вот Джей ждал, когда подъедет машина — на этот раз его должен был забрать дядя. Время было пятнадцать часов дня, автобус вот-вот должен был подъехать к средней школе. Ребята ждали: кто — автобус, кто — машину. Подъехала незнакомая машина серебряного цвета — явно была «Импала» или что-то ещё, но сам Джеймс не понимал.

Из машины вышел мужчина лет тридцати пяти, но на самом деле ему было двадцать девять лет. Стройный, спортивный, со спокойным выражением лица. Это был Алекс, дядя Джеймса и младший брат его матери. Отношения со своим старшим племянником у них весьма тёплые. Никогда не ссорились, не дрались, и он сам своего старшего племянника никогда не наказывал ни за что. Да и сейчас у них хорошие отношения, даже несмотря на то, что пропала младшая сестра-племянница. Он всё равно не теряется и остаётся таким, каким должен быть.

— Привет! Джеймс, ты чего меня не узнал, что ли?

— Дядя Алекс!

Джеймс радостно подбежал к нему и крепко обнял. В ответ дядя тоже крепко обнял своего старшего племянника. К ним подбежали Лейла и Джей с хорошим настроением. С Лейлой у него такие же тёплые отношения, как и с Джеймсом. Со сводным племянником тоже хорошие отношения — он так же, как и Джеймс, не винит его из-за того, что отец ушёл к другой семье, бросив их на произвол судьбы.

Когда они отстранились от объятий, Алекс поздоровался с двоими:

— Лейла, Джей, привет. Ну что, как у вас учёба?

После разговора со всеми подъехал школьный автобус. Попрощавшись друг с другом, они пошли: Джей — на машину, а Джеймс и Лейла потопали на автобус. Джеймс сел на автобус, но его остановил сам Джей, сказав напоследок своему сводному брату:

— Будь осторожен, брат!

— Хорошо, Джей! — с улыбкой сказал Джеймс.

***

— Джеймс... Джеймс, проснись, мы уже на месте.

Он открыл глаза и посмотрел по сторонам, где он находится вместе со своей лучшей подругой. Автобус стоял на месте, нику не двигался. Лейла стояла рядом, улыбаясь ему и ждала. А он сидел, облокотившись на окно, и сонно посмотрел на неё. Людей, которые тоже ехали вместе с ними, уже не было.

Водитель им что-то сказал напоследок, но в целом двое ничего не поняли, они попрощались с ним и вышли из автобуса. Они были ещё тревожны насчёт той новости: мало того что горожане поднимают бунт, так ещё и школа сейчас на нервах из-за новостей о пропаже людей. Джеймс был обеспокоен насчёт своей младшей сестры — мало ли что серьёзное случилось с ней, а его рядом нет. Всё-таки он старший брат, а старшие братья должны защищать младших, даже если их никто об этом не просит.

— Джеймс... всё будет хорошо. Копы постараются над этим, ты только будь уверен, ладно? — с улыбкой сказала Лейла.

— Буду на это надеяться, Лейла, — с грустью сказал Джеймс.

— Сегодня попытайся заснуть, ладно? — с беспокойством сказала она.

— Хорошо, — со вздохом сказал он.

— Ладно, мне пора домой, родители будут за меня переживать. До завтра! Береги себя, Джеймс!

Лейла крепко обняла его и, развернувшись, побежала домой, помахав рукой.

— И тебе до завтра, Лейла!

Он шёл потихоньку по посёлку, где живёт. Было тихо, но для него это было нормально. Он не хотел слушать шум лая собак, шипение котов, ругань людей между собой — только шум ветра, капли дождя и пение птиц. В целом ему это даже нравилось: когда его окутывал ветер, когда лил дождь и пели птицы.

Пока всё было хорошо, даже спокойно. Он наконец дошёл до своего двора, но стоило ему сделать следующий шаг, как тут же перед его глазами всё изменилось. Он провалился сквозь текстуру, сквозь реальность. Джеймс падал, в ушах звенело, и, теряя сознание, он даже боялся представить, что сейчас умрёт. В глазах всё темнело. Он что-то невнятно сказал и закрыл глаза, падая сквозь реальность.

Глава 2 лиминальное пространство

— Вот чёрт! Чего так голова-то болит...

Очнувшись от очередного падения, он кое-как поднялся с мерзкого пола, еле держался на ногах — голова кружилась. Присмотревшись по сторонам, он удивился: перед ним простирались жёлтые коридоры, мерцающие лампы и бесконечные коридоры. А запах... запах, который ему сразу не понравился — это запах сырости с пола. Он пробирал прямо в нос, этот мерзкий запах, так что даже тошнота подступила.

Сделав шаг, он почувствовал, как по всему телу пробежала адская боль. Он упал на пол, стиснув зубы почти до трещины.

— Ай... бляха... похоже, лодыжку повредил

***

Прошло около часа, наверное. Он даже сам не понимал, сколько сейчас времени — судя по всему, в этом незнакомом месте времени нет.

Скажите мне на милость, куда я попал?! Здесь только жёлтые коридоры, мерцающие лампы, которые мне уже начинают на нервы действовать! Я что, в...

— Стоп!

Он снова начал всё осматривать, сидя на полу. Хоть и было мерзко сидеть в этой вони, но из-за переломов и ушибов пришлось сидеть и так рассматривать окрестности, в которых он сейчас находился. И это знатно его ошарашило, когда он осознал, куда попал.

— Только не это неужели я...

Это был лиминальный мир. По словам Лейлы, это полный ад, в котором люди умирали или, грубо говоря, с ума сходили от этого.

— Мне конец, да?

Джеймс, приходивший в себя после очередного шока, взглянул на правую сторону коридора. Присмотревшись внимательно, он был в шоке. Сначала подумал, что у него уже глюки пошли, но присмотрелся ещё внимательнее и удивился ещё больше.

— Белый листок? Ладно, надо всё же проверить. А вдруг там важная информация?

Еле встав с мерзкого пола, он направился в ту сторону. Шёл он, конечно, как черепаха, а может, и хуже. С каждым шагом ему становилось труднее. Запах доносился до носа, вызывая тошноту, мерзкое жужжание ламп уже сильно бесило. В глазах всё темнело, будто хотелось спать, но он пытался не засыпать и продолжал идти дальше.

Он целый час шёл туда, присел от усталости и взглянул на то, что заметил ранее. И вправду — белый лист бумаги. Он взял его. Там было что-то написано.

— Записка? Хм... странно. Вроде я тут один, но она сухая. А значит, кто-то недавно здесь был, — подумал про себя Джеймс.

Почерк был разборчивым и даже красивым. Но это было на потом. В конце записки стояло имя. Ему стало не по себе. Он словно во сне находился — будто сейчас спит на уроке. Но он ущипнул себя — было больно. Теперь он точно был уверен: это не сон, и находится он в совершенно другом месте. Или даже хуже — в другой реальности.

— Ай, ладно, соберись. Это просто обычная записка и всё. Чего это переживать-то?

Тяжело вздохнув, он обратил внимание на текст и начал читать.

«Хей! Это я, Картер. Да-да, тот самый мальчик-подросток, который пропал около двух годов назад. Вместе со мной ещё и Смоускрим — через день после похищения. Точно не знаем, но мы никак не можем выбраться. Или, ещё хуже, свалить к чертям собачьим из этого ада».

— Неужели это тот... Ладно, надо поторопиться.

Он встал с мерзкого пола и с адской болью направился в путь по бесконечному коридору. Боль не утихала, а наоборот, становилась только хуже — почти до тошноты. Дыхание ухудшалось. В глазах темнело, но он всё же держался как мог. Ходить было тяжело, но он шёл.

Вся эта вонь всё ещё доносилась прямо в нос, дышать было трудно. Он прикусывал губу, чтобы не закричать от боли.

Прошла минута? Час? Секунда? Он сам не понимал, сколько тут прошло. Словно времени и не существовало, словно его и не было. Голова шла кругом, слегка тошнило, дыхание постепенно становилось только хуже. Он ещё был голодным, как собака, да и сушняк стоял в горле. А ещё ему стало стремно, потому что он услышал оглушительный крик.

Джеймс замер, резко развернулся. На дальнем расстоянии никого не было. Сердце билось очень сильно. Руки тряслись, дыхание становилось только хуже. Он даже боялся представить, если это случится с ним.

— Кто здесь!?

Ответа не последовало. Только тихая и гробовая тишина. Конечно, ему стало стремно. Он даже пожалел, что не взял с собой лук со стрелами. Хотя даже его школьной сумки здесь не было — это его насторожило сильно. Он боялся представить, что будет с его матерью. В груди всё стучало, дыхание никак не восстанавливалось, руки до сих пор тряслись. И он был не один.

— Это что за хрень?

Перед дальним расстоянием коридора стояло чёрное двухметровое существо. Оно смотрело на него так, будто сейчас резко нападёт и загрызёт его.

«Нет... только не это!..»

Он не мог шевельнуться. Даже голос в голове кричал: «Беги и спасайся!» — но Джеймс не смог. Паника сильно сковала его. Он закрыл глаза и не шевелился, пока перед его ногами что-то не упало. Открыв глаза, он заметил бутылку с жёлтой этикеткой, а ещё поодаль лежала бумага. И это снова была записка. Приходя в себя после очередного сумасшествия, он поднял с пола бутылку. На бутылке была надпись, и он немного удивился.

— Мендальная вода? Хм, странно. Но, возможно, пригодится.

Положив это в карман (пить он пока не стал — мало ли что), он заметил, что двухметрового монстра уже нет. И это его обрадовало.

— Это всего лишь глюки... Это глюки.

***

— А, блин, забыл прочитать.

Он взглянул на записку, которую подобрал. Но то, что его знатно удивило — это имя человека, про которого ему Лейла говорила.

«Мы нашли выход из бесконечного жёлтого коридора! И, слава богу, живыми остались. Если кто-то заметит стрелки возле входа — идите туда. Это мы оставили...»

— Смоускрин? И он тоже сюда провалился? Теперь понятно, почему копы не могут их найти. Они оба два года назад провалились. Так же, как и я сейчас...

Джеймс пошёл прямо по бесконечному коридору. Он начал терять сознание. Дыхание было на пределе, сушняк в горле. Хотелось спать, но его жизнь была дороже. Но стоило ему развернуться — как тут же он грохнулся на пол.

Он перевернулся и смотрел на потолок. Дыхание еле восстановилось. Он кричал от боли и звал на помощь.

— Надеюсь, что... кто-то... будет рядом... — тяжело дыша, сказал Джеймс.

Его глаза тяжело закрывались — то ли от усталости, то ли от потери крови в ноге, которую он при ходьбе только что заметил. Он почти потерял надежду, но вдруг услышал чьи-то голоса. Слышал еле — в ушах снова звенело, но он кое-как смог разглядеть одного парня.

Это был парень его возраста. Чёрные волосы, слегка спортивное телосложение, белая футболка, а на поясе завязана красная клетчатая кофта. А рядом с тем парнем был ещё второй человек, только постарше, но его Джеймс не смог нормально разглядеть.

— Эй! Ты нас слышишь?! Потерпи немного, мы тебя выручим! — крикнул ему с испугом парень.

Джеймс почувствовал, как кто-то взял его за руку, и очень крепко. Это был тот самый парень, которого он уже разглядел нормально. Но всё было хуже: в глазах всё плыло, руки слабели постепенно, в ушах до сих пор звенело. Но он услышал слабый крик того парня:

— Парень! Эй, ты нас слышишь?! Прошу, не смей умирать! Слышишь?! Не смей!..

Но Джеймс дальше не смог разобрать слов. Он закрыл глаза и потерял сознание. Его руки резко ослабели, и он лежал, будто спал.

Глава 3 выход из бесконечного коридора

Джеймс тяжело открыл глаза и снова заметил мерцающую лампу, которая его так бесила. Когда он повернул голову набок, тут же понял, что снова оказался в том же месте, что и раньше.

— Значит, и те люди снова были галлюцинациями?

— В смысле? Ты о чём, парень? — раздался незнакомый голос.

Перед ним сидел парень, возившийся с чем-то. На вид он был постарше Джеймса. Волосы были подстрижены до виска, а цвет их был странным, но необычным для Джеймса. Цвет волос был двухцветным: правая сторона — белая, а левая — светло-русая. Это чертовски удивило его. Глаза были небесно-голубыми. На нём были одеты очки, тёмно-синяя толстовка, спортивные брюки и красные кеды.

Парень развернулся к нему и взглянул со спокойным лицом. Джеймсу стало не по себе — он больше полминуты смотрел на него. Тяжело вздохнув, он спокойным голосом спросил:

— Ты чего?

— Какие у тебя необычные глаза, — сказал он с интересом. — Кстати, меня зовут Смоускрим. Для друзей — просто Смоуки. А тебя как?

— Эм... Джеймс, — с удивлением ответил тот.

— Очень приятно познакомиться, — с улыбкой сказал Смоускрим.

— Взаимно, — в ответ сказал он ему.

Джеймс попытался привстать с пола, но почувствовал адскую боль. Он, конечно, сдержался от крика, но зашипел как кот. Смоускрим резко встал и кинулся выручать его.

— Смоуки! Смотри, что я... Что за!?

Джеймс сразу узнал этот голос — это был тот парень, который кричал ему, когда он терял сознание. Смоускрим взглянул туда и сразу сказал, не давая ему говорить:

— О, как раз вовремя. Нужна твоя помощь.

— Уже понял, о чём ты, Смоуки.

Подходя к ним, он был немного обеспокоен — явно переживал за Джеймса, как сам заметил Смоускрим, глядя на него. Присев на корточки, он начал доставать всякие вещи для медицины, в том числе и бинт. Это смутило Джеймса. Он хотел кое-что спросить, но его перебил сам черноволосый парень.

— Меня, кстати, Картером звать. А сейчас, пожалуйста, постарайся не дёргаться, ладно?

***

— Ты как? — спросил у него Картер, глядя на Джеймса.

— Всё хорошо. Спасибо тебе, Картер, — с мягкой улыбкой сказал ему Джеймс.

Джеймс, глядя на него, выглядел уставшим — этого он не смог скрыть от Картера. Но всё же улыбался спокойно. Глядя на Картера, тот тоже улыбнулся.

Смоускрим, который отошёл от них, снова возился с компьютером, который они нашли в бесконечном жёлтом лабиринте. Взглянув на своего друга, он удивился. Картер сидел рядом с Джеймсом, который лежал на полу, и спокойно разговаривал с ним — будто они были знакомы с самого начала. Но то, что его немного остепенило, — это то, что Картер слегка краснел.

После разговора с Джеймсом Картер старался тихонько отойти от него, чтобы не тревожить — тот уже крепко спал. Оторвавшись от компа, Смоускрим глядя на него заметил, что уголки губ Картера слегка улыбаются. А ещё он заметил, что Картер до сих пор слегка краснеет. И тогда он немного захотел пошутить над ним.

— Чё, втюрился в него?

— Я!? Ты чё, сдурел?! Нет, конечно! С чего это ты вдруг взял?.. — с неловким тоном произнёс Картер.

— Ага, вижу, как ты залился краской, — с ухмылкой сказал Смоускрим.

— Смоуки! — завопил Картер

— Что? Где я?

Всё было темно — конца и края не было вообще. Хоть глаза выколи — всё равно ничего не увидеть. Вставая с пола, он услышал голос. Этот голос был ему знаком, причём очень сильно. Он огляделся по сторонам — никого не было. Но когда повернулся назад, то тут же сильно удивился.

Перед ним стояла его младшая сестра. Но его немного смутило: он хорошо помнил свою сестру — весёлую и оптимистичную девочку. Но сейчас она смотрела на него с угрозой.

— Сестра?

— Брат... Для чего я тут? Просто так, да?! Почему ты до сих пор меня не нашёл?!

В груди всё сжалось. Он взглянул на неё со взглядом, полным сожалений, но она смотрела на него так, будто он был каким-то незнакомцем. Будто она его вовсе не знала. Он это заметил, но начал говорить дальше. Однако она подошла к нему, заглянула в лицо — выражение лица его сестры было другим.

— Это не ты...

— А кто же?! Это я, твоя младшая сестра! — возмущённо сказала Кэйти.

— Нет! Она не такая! Это не ты!

По его щекам потекли слёзы. Это не его сестра — лишь сознание, управляемое страхом. Или кошмар, в котором он боится своей жизни больше всего. Он так не поступал с ней. Когда она пропала, он отчаянно пытался найти её. Даже если улик не было, даже если копы не могли найти зацепку — он продолжал искать.

— Ты ничтожество! Я тебя ненавижу!

— Джеймс, очнись!

Он резко открыл глаза. Снова он был в жёлтом бесконечном коридоре. А перед ним был Картер — серьёзный и обеспокоенный. Джеймс немного удивился. За него так сильно не переживали: от силы мама беспокоится, а друзья просто спросят с обычным выражением лица — и всё. Но с новым знакомым это не прокатит: у того всё было написано на лбу — он сейчас сильно переживает за Джеймса.

— Картер?

— Всё хорошо, мы здесь. Успокойся, приятель, — с лёгкой улыбкой сказал ему Картер.

К ним подошёл Смоускрим. Выражение лица у него, как обычно, было спокойным — оба уже привыкли к этому. Картер тяжело вздохнул, встал с пола, развернулся спиной, снова присел на корточки, вытянул обе руки назад и сказал:

— Давай, забирайся ко мне на спину. Путь, конечно, будет нелёгким, но я смогу донести тебя.

Забираясь к нему на спину поаккуратнее, Картер ждал, пока он сядет нормально. Но даже с повреждённой ногой они должны были идти — и бросать его они не желали. Смоускрим шёл впереди них: у него была карта с отметками. Картер нёс Джеймса, а тот, облокотившись о плечо, о чём-то раздумывал. Его что-то беспокоило, но что именно? Джеймс даже не заметил, как по его щекам потекли слёзы. Картер, конечно, это заметил — и хотя был обеспокоен, пытался не показывать этого.

— Джеймс? Что стряслось? Почему ты плачешь? — обеспокоенно спросил Картер.

— Джеймс? Что случилось? — тоже подошёл к нему Смоускрим.

— Я просто боюсь, что мы не сможем найти выход из этой реальности... и что я не смогу найти свою младшую сестру, — тихо, сквозь слёзы, ответил им Джеймс.

Уткнувшись носом в плечо Картера, он продолжил тихо плакать. Они смотрели на него с сожалением — и хотя не до конца понимали, о ком он говорит, им было жаль его. Они ничего не сказали, потому что сами всё понимали. Картер продолжил нести его на спине, а Смоускрим успокаивал Джеймса, поглаживая по спине и что-то тихо говоря ему.

Шли они, конечно, слегка шипя, но всё же тихо — чтобы избежать возможных проблемных ситуаций. Они втроём сами понимали, что в этом месте обитает немало монстров. Дойдя до места, они были уже у выхода из бесконечного коридора. Выход представлял собой небольшой проход, похожий на пещеру, но высота была небольшой, а перед ними была лестница. По словам Картера и Смоускрима, это был тот самый выход, через который они в первый раз выбрались сюда. Но причина, по которой они снова здесь оказались, была им неясна. Однако они были живы — и это было главным. Если бы не это, Джеймс уже давно бы сошёл с ума.

Картер отпустил его потихоньку, но когда Джеймс встал на ноги, он тут же зашипел снова как кот и, не удержавшись, начал падать. Он думал, что из-за такой мелочи грохнется, но тут же кто-то резко взял его на руки. Медленно открыв глаза, он слегка покраснел, глядя на того, кто его спас. Это был Картер. Он смотрел на него, дыхание было немного сбито, но Джеймс даже не заметил, как тот держал его на руках.

— А... Картер... это ну...

— А, да, сейчас, извини, — смущённо ответил Картер и аккуратно отпустил его на пол. — Давай, опирайся своей рукой на моё плечо.

Опираясь на Картера, Смоускрим раньше всех уже пропал через этот вход. Джеймс, конечно, немного удивился, но Картер только слегка посмеялся. Ведь Смоускрим — не боец. Он всё-таки айтишник, так что дёру даёт лучше, чем дерётся. Картер за два года узнал его хорошо — как свои пять пальцев.

— А куда это ведёт, Картер? — спросил Джеймс.

— Дальше, на другой уровень, приятель. И поверь — чем дальше идёшь, тем хуже становится. Поверь мне на слово, — ответил ему спокойным голосом Картер.

На минуту повисла мёртвая тишина. Джеймс, глядя на Картера, немного не понимал, что с ним. Тревога поднялась внутри него. Но Картер тут же крепко обнял его — Джеймс удивился. Хотя он был знаком с ним недолго, но, глядя на Картера, понимал: он неплохой парень.

— Джеймс, что бы ни случилось, я в любой момент смогу тебя защитить и помочь в трудную минуту. Я тебе это обещаю, — сказал ему Картер спокойным голосом.

Джеймс был удивлён. Ему никто никогда такого не говорил. Это было даже приятно. Он отстранился от объятий, и Картер помог ему взобраться наверх, а потом и сам полез за ним.

Конечно, у него было странное чувство в груди. Он думал, что это просто переживание, не больше. Но ведь это случилось — то, чего сам Картер не ожидал.