Вышел покурить 2

Глава 1

Пролог:

Курение убивает нас изнутри, но стоит ли думать об этом, когда смерть начинает тебя привлекать. Она поглаживает тебя костлявой рукой по плечу. Ты чувствуешь холодное лезвие её косы скользящее в миллиметрах от твоей шеи. Ты в её власти, она контролирует каждое твоё действие, следует по пятам, где бы ты ни был. Ты не веришь в это, всячески пытаешься препятствовать, но в какой-то момент ты понимаешь, что твои попытки сопротивляться, делают её власть над тобой лишь сильнее, и ты предав себя её воле, выполняешь все её безмолвные приказы, сознавая безвыходность своего положения. Ты всего лишь ещё одна её марионетка в её коллекции.

Глаза любимого человека ещё и наполненные слезами рвут твою душу на части. Ты не смог, не сумел, не помог тому, кто был для тебя дорог, кто был центром твоей вселенной, тот кого ты любил. Да и раньше были ссоры, недопонимания, скандалы, и всегда всё заканчивалось, всё возвращалось на круги своя, мир и небо над головой, птички. И сейчас, сейчас я был уверен что всё закончится, но слезы, слезы, которые сочились из её глаз в темноте, напоминали струйки крови, бегущие по её лицу...

Став "Козлом", " Скотиной" и пару десятков раз услышав "Я так больше не могу" и "Я устала", я вышел с кухни, взглядом окинул коридор. Из комнаты, которую мы когда-то считали гостиной, но которая давно стала детской или игровой, доносились знакомые и уже изрядно поднадоевшие голоса мультяшных персонажей. Накинув на себя ветровку, и скользящим движением впрыгнув в поношенные кросовки, я вышел в подъезд и быстро сбежал по лестнице вниз. Полминуты спустя, стоя на крыльце подъезда, я пустил дым в сторону садящегося солнца, алые и оранжевые лучи которого, проходили через моментально рассеивающуюся ветром дымку.

Я переваривал сказаное:

- нет, это не всерьёз, это всё не всерьёз. Я знаю что она любит меня, просто устала, да, устала, накопилось. Она женщина, ей тяжело сдерживать эмоции, не думает она так... - я понимал, что всё сказаное это лишь эмоции, но так или иначе больно слышать это из уст человека, которого любишь. Я поднял голову и проследил за пролетающей в небе птицей, проводив её взглядом, вдохнул дым и неожиданно для себя закашлялся. Я, курильщик со стажем в полтора десятка лет, начавший курить ещё в школе и не решая избавляться от вредной для моего здоровья привычки, впервые за долгое время, осознал, что не чувствую насыщения или удовлетворения от никотина наполняющего мои лёгкие. Странное ощущение, осознавать что ты делал что-то, на протяжении всей своей сознательной жизни не по собственной воле, а просто для галочки, я же "курильщик". Уже забыв о ссоре со своей любимой женой, и потрясённый новым открытием, я вернулся домой.

Света за время моего отсутствия, начала успокаиваться. Сейчас, она сидела за столом, и глядя в окно, держала стакан в руке и лишь изредка переводя на него взгляд, делала небольшие глотки. Подойдя со спины, я погладил её по плечу, еле касаясь его ладонью. Я сел напротив, наверняка загораживая ей весь вид из окна, но сейчас куда важнее было решить проблему, которая возникла в наших сердцах.

Я говорила с ним не грубо,

Ведь от него до душегуба,

Коротким не был этот путь.

Его сознание, словно ртуть,

Вот он спокоен, и я рада,

Как нескончаема отрада,

Пред ним открыты врата ада,

Вкусив запретный плод из сада,

Он грешен стал...

И вот туман, в его очах,

Он как дурман, но в мелочах,

Я замечала все потёмки?

И крик его излишне громкий,

Глаза как кровью наливались,

От злости кулаки сжимались.

Его ладонь то гладит нежно,

То прилетит мне неизбежно.

И щёк красны́х не от румян,

Вот он стоит ни трезв, ни пьян,

Всё также мил, молод и ясен,

Но вот его один изъян,

Он в гневе был всегда ужасен,

Излишне груб, излишне властен,

Я, каюсь, что терпела это,

Его удары как вендетта,

Он мстил за всё...

За всё что мог...

Ну вот и подошёл мой срок!

Молю его, прошу прощения,

А не кровавого отмщения,

За что мне мстить? Я ведь чиста!

Но не промолвили уста...

Он налетел, проткнул насквозь,

Нож треснул, уперевшись в кость,

Но я опять его простила,

Не трогай только дочь и сына...

И тело убиенной дамы...

Ей господ не залечит раны...