Во тьме пустыни

Глава 1. Буря и Караван.

Палящее солнце, сухой воздух, вездесущий песок. Пустыня была всё так-же неприветлива. По дюнам, вслед за вереницей саней, тянулась цепь из уставших людей. Они шли уже достаточно долго, промерзая по ночам и потея на солнце.

Караван имел провизии с запасом, имел представление о направлении и имел цель. Хозяин его, мужчина средних лет, сидел на скамье в передней части направляющих саней и смотрел на карту. Он размышлял о прибыли которую сможет выручить с этой ходки. Уже несколько месяцев она всё уменьшается и уменьшается. Раньше у него проскальзывала назойливая мысль прекратить это дело и заняться чем-нибудь другим, но он всегда задвигал её назад, подальше в сознание. Теперь она казалась ещё более навязчивой, чем прежде. Но вот контракт…

Размышления мужчины прервал один из его работников.

⁃Вожатый! — воскликнул парень, ворвавшийся к хозяину в сани — Песчаная буря с юго-востока!

Обычно веселый и уверенный молодой человек, не раз бывший в караванах и видавший множество бурь, сейчас был бледен и необычайно серьёзен, однако мужчина не обратил на это большого внимания.

⁃Ну и? Как будто ты никогда в них не попадал,— с усмешкой произнёс караванщик, но не увидев изменений в лице подчинённого, он замолк

⁃Караван-вожатый, сэр! Это не обычная буря, я бы даже не стал приходить лично, но дело серьёзное: она движется необычайно быстро! — дополнил свои слова паренёк.

⁃Насколько быстро Джеффри?

⁃От 20 метров в секунду ,сэр, и продолжает нарастать

⁃Ужасно! Как скоро она будет здесь?

⁃Примерно 4 часа

⁃Тогда прикажи всем готовиться к ней

⁃Есть! — с этими словами Джеффри ушёл, оставив вожатого наедине с собственными мыслями.

А ему было о чём подумать, ведь если он не привезёт груз, отвечать будет его семья, чего он совсем не желал. Выглянув из-под навеса он увидел растущую полосу тени, которая поглощала всё до чего могла дотянуться.

Посмотрев на её источник, он воскликнул:

⁃Опоздали!

————————————————————————

В дверь постучали. Мужчина преклонного возраста, до того сидевший в кресле у камина, встал и посмотрел в глазок. Снаружи стояло несколько мужчин представительного вида в дорогих одеждах иссиня-чёрного цвета. Их лица были скрыты капюшонами. Они терпеливо стояли и ждали, пока жилец откроет дверь.

Подумав пару секунд, старик исполнил их желание.

⁃Здравствуйте, сэр,— произнёс один из них. — подскажите пожалуйста, здесь ли проживает господин Уикли?

⁃Да, вы видите его перед собой — ответил Уикли и прищурив глаза добавил — если это очередная попытка выбить из меня деньги, то можете катиться к чертям!

⁃О нет, вы не так поняли, мы не коллекторы господин, мы хотели только вас опросить. — переглянувшись, двое кивнули третьему и разошлись по комнате — расскажите, видели ли вы этого человека. — протянув фотографию, задал вопрос один из троицы.

Вглядевшись в чёрно-белые линии, старик вздрогнул и выронил её.

⁃Я… я…. Я требую чтобы вы покинули дом! Немедленно!

Поняв, что Уикли знает о объекте их поисков, двое мужчин, до того стоявшие у выходов из комнаты, бросились и скрутили его.

⁃Вы думали, что ваше внезапное богатство останется незамеченным? Наверное трудно быть вне подозрений, когда вы страдаете лудоманией? — насмешливо произнес мужчина— позвольте представится, меня зовут Геберт Роуэкс, отдел безопасности ЮППК. У нашего руководства появилось пару вопросов насчёт произошедшего с объектом на фото. Будьте добры, не сопротивляйтесь.

Глава 2. Борьба с Бурей

Капитан бежал к центральному звену каравана. За ним, подобно огромной волне, двигалась стена из песка и пыли.

Ветер сносил навесы, опрокидывал грузы, а караванщик бежал не оглядываясь. Ветер толкал его в спину, мужчина не успевал переставлять ноги, падал, катался по песку и вновь вскакивал, и бежал быстрее, чем когда-либо. Вокруг паниковали люди и пытались уйти в единственное безопасное место, все к одним саням. Они пытались залезть под них, уцепиться, вскрыть, но безуспешно. Металлический контейнер, большой и очень укреплённый, не поддавался, и словно римский император, молча наблюдал за безуспешными стараниями людей.

Так продолжалось ещё с минуту, пока капитан не добежал до них.

⁃Эй! А ну собрались! — крикнул он, взмахнув руками

Его никто не услышал. Буря перекрывала любой звук, душила попытки организовать толпу, отвлекала от приказов караванщика.

Но он не сдавался. Снова и снова он кричал, взмахивал руками, толкался и давал затрещины, обращая на себя внимание. И это подействовало. Узнавая в этой фигуре своего капитана, люди постепенно брали себя в руки, даже не смотря на дрожь перед стихией, они объединялись для того, чтобы ей противостоять.

Выстроив членов экипажа мужчина замер.

⁃Вместе беремся за рукоять двери и поворачиваем её, — крикнул он в ухо ближайшему из подчинённых.

Тот, кивнув, пошёл к двери. Капитан сорвал с шеи ключ. Его металлическая поверхность обжигала, и пугала необычной холодностью для пустыни. Хотя скорее это была игра воображения караванщика. То, что было за этой стальной дверью не должно было быть открыто ещё около двадцати дней, но лучше уж нарушить условия договора, чем потерять груз.

Отбросив сомнения, капитан вставил тонкую полоску металла в скважину и провернул её три раза по часовой стрелке. Уже подоспевший рабочий взялся за круглую, тяжёлую ручку и приготовился её крутить. Взявшись вместе с ним за неё, капитан сделал усилие. Ещё одно. Ещё.

Двое не могли освободить проход в безопасное место. Осознав это, они позвали ещё двух. И снова неудача.

Тогда караванщик собрал еще шестерых. И дверь поддалась, и император-контейнер, который до того с удовольствием и презрением наблюдал за ними, не устоял перед усилиями людей. Необычайная радость объяла путешественников! Сейчас главное зайти, спрятаться от гнева стихии, а после можно будет вернуться назад, домой.

Вот видно уже проход. Проходят сначала молодые, слабые, те, кто не может держать проход. А ветер всё усиливается, бьёт песком и пылью в команду, но она стоит, оставляя проход для товарищей.

Капитан стоит у входа и видит каждого кто проходит.

Вот Джеффри забежал внутрь, Джейн с сыном скрылись в проходе, Коллин притащил бочку воды, а за ним вбежал слуга Бапото с молодым господином Томасом. Вбежало еще пару человек и, спустя секунду, вернулись - они носили провизию внутрь.

Обернувшись мужчина увидел смертельно близкую, приближающуюся стену, словно из тьмы.

⁃Больше не можем ждать! Заходите по одному, мы удержим дверь!

Двое кивнуло и вбежало внутрь. Ещё двое переглянулись и прошли в безопасность. Но всё было слишком медленно ,видя, что буря ударит через секунды капитан решает:

⁃Отпускайте дверь и хватайтесь за что можете!

Оставшиеся снаружи беспрекословно подчиняются приказам своего лидера, и бросаются от двери.

Спустя секунду, поле боя с ветром накрывает песок.

Глава 3. Внутри| Джейн, Томас, Бапото.

Темно. Шумно. Жарко. Страшно.

Посреди этих ужасающих событий оказался паренёк лет 8, бывший сыном капитана. Его звали Гарольд. Мать всё время осматривала своё чадо на наличие любого, даже самого незначительного, ранения. Джейн повторяла все те же действия по кругу, ещё не осознавая, что муж её остался снаружи.

Помощник капитана Джеффри, сейчас уже будто неживой, с тревогой смотрящий на дверь, молодой господин Томас, сбежавший от своего отца-аристократа. Чёрный старик Бапото, бывший воспитателем его. Кристофер, в прошлом совершивший преступление и потерявший возможность работать где-либо, кроме таких сложных работ. Охранник Коллин, выбравшийся с трудом из трущоб Столицы, а теперь нашедший себе пристанище на пустынных просторах.И конечно, семья капитана.

Вот те, кто успел укрыться в контейнере. Такая разношёрстная компания вряд-ли бы когда либо собралась вместе. Единственным, что их объединяло был один человек: хозяин каравана. И сейчас его здесь не было.

Поднявшись, Джеффри судорожно вдохнул.

⁃Капитан… он остался снаружи,— выдавил из себя парень.

Атмосфера изменилась. Каждый отреагировал на новость по-своему: Джейн обернулась к двери и со слезами на глазах застыла, Томас схватился за голову, Кристофер перекрестился, а Коллин сплюнул на пол.

⁃Как же так? Как же это? Надо открыть дверь, он же там, за ней!— плача, женщина искала понимания в глазах окружающих.

⁃Уймись баба! Снаружи тонны песка, а ты хочешь впустить их внутрь? — резко ответил ей охранник— Подумай хотя бы о мелком!

⁃Ты…. Да как ты вообще смеешь? Мой муж взял тебя на работу, вытащил из грязи, сделал нормальным членом общества! И ты поднимаешь голос на меня, его жену? — пока она говорила, с лица Джейн куда-то пропало отчаяние, и теперь на нём красовался гнев. Красные щёки, брызжущая слюна, яростные пассы руками - все это резко отличалось от образа благородной леди из высшего общества.

Джейн — женщина тридцати пяти лет, которую хоть и нельзя назвать красавицей, но нужно признать, что она была по-своему привлекательна. Её можно описать так: тёмноволоса, немного полная, с симпатичным лицом и приятным голосом. Будучи дочерью обедневшего барона, ей повезло понравиться успешному предпринимателю, который и вытащил её из этой щекотливой ситуации. Возможно это бы сблизило аристократку с простолюдинами, но до 14 лет она жила безбедно и в своё удовольствие и, как все власть имущие этого периода, была воспитана в окружении, которое прямо говорило ей: чернь не достойна даже слышать голос молодой леди, не то что разговора с представительницей знати.

Однако такое положение дел порождает не только избалованных девиц, но и очень опасных молодых людей. Таким стал сын виконта — Томас. Высокий и худой, он не был умён или красив, словом, мало чем отличался от простолюдина. В его жизни было два моральных ориентира: его воспитатель Бапото и отец его Теодор. Первый- помогал юному наследнику, делал за него всю работу и фактически заменил Томасу семью. Он был достаточно низок, с внушительным мускулистым телом, а голова его была выбрита налысо. Бапото вывезли как раба из южных колоний Империи, перешедших ей от другой колониальной державы в результате политических игр в начале века. Старик все двадцать три года жизни юноши был подле него, с усердием выполняя свои прямые обязанности. Однако он не был бы воспитателем, если бы не одно но: каждый день он разговаривал ломаным языком с господином, пока тот был мал и рассказывал ему истории своего народа. Разговоры между слугой и господином проходили приятно и легко. Рассказывая о легендах племени, черный раб, сам того не ведая, заложил в молодого Томаса ростки сострадания и понимания.

Вторым был его отец. Ужасно выглядел, худощавый сквернослов, уже в 40 лет выглядел как глубокий старик. Его пронзительный взгляд и хамство не располагали к нему, однако сын его считал Теодора примером для подражания. С помощью интриг и силы поднялся он до своего места. Все способы для него были приемлемы. Не так давно он убил стражника из города противостоящего ему аристократа, приказал принести труп в хлев и сжечь здание. После, выставив дворянина виноватым, способствовал его обеднению и в конце концов купил его землю. Собственно, ходил по головам и брал от жизни ( и других) всё что мог.

Что же до Кристофера….

Глава 4. Кристофер и Коллин

Кристофер. Молодой, красивый и интеллигентный блондин. В юности своей проходил службу в армии, получил лучшее из возможных для простолюдина образование, в высшем свете имел связи и положение перспективного врача. Дружеские отношения водил и с армейскими чинами, и с аристократией. Что же заставило его бросить всё и уйти с караваном? Для того чтобы это объяснить нужно рассказать о событиях произошедших с ним ранее.

Будучи военным хирургом, Кристофер находился сначала в пехоте, а потом и на королевском флоте. Во время последнего дня его службы, парень находился на корабле во время войны нескольких империй за один из полуостровов. Хотя это было лишь оправданием. На самом деле корона хотела перекрыть выход в мировой океан для восточного соперника. И хотя военные действия считались успешными, жертвы всё равно были. Корабль к которому был прикомандирован Кристофер потопили вражеские береговые укрепления.

Чудом выжившего, раненого молодого врача подобрал вражеский корабль, команда которого неплохо с ним обращалась. Вместе с ним туда попал и очень религиозный матрос с того же судна. Контузия, ранение и близость с ярым христианином сделали своё дело: к моменту возвращения на родину, Кристофер был уже глубоко верующим человеком. Молился каждый день, соблюдал заповеди и не терпел иного поведения в своём окружении.

Но среда учёных и врачей приняла его без особого энтузиазма. Излишняя религиозность, фанатичное неприятие нового, попытки лечения церковными методам: так его описывали коллеги по профессии. Всё это вылилось в трагедию.

Военный врач, спасший множество жизней, вскоре после собственного спасения отнял чужую. Между пациентом и парнем разгорелся спор на религиозную тему. Оказалось что первый-глубоко убеждённый атеист, и это страшно разозлило второго. Взявшись за первую попавшуюся вещь, он со всей силы махнул ею в сторону больного. Этой вещью оказался хирургический скальпель. Пациент скончался на следующий день. Кристофер признался в содеянном, но не раскаялся. Врач считал, что на всё воля божья и исходя из этих соображений не признавал себя виновным. С помощью одного уважаемого адмирала, его отпустили, списав смерть пациента на врачебную ошибку, из-за чего Кристофер был вынужден оставить врачебную практику, а так как кроме своего дела он ничего не знал, уже бывший хирург нанимался на разные чёрные работы, пока не попал в этот злополучный караван.

Но оставим неудачливого врача в покое, ведь остался последний нерассмотренный нами человек в этой временной «тюрьме»: Коллин.

Он был из семьи рабочих, глава которой ушёл из жизни когда самому мужчине было шесть. Почивший находил радостью жизни алкоголь, но проблемным не был. Деньги для него были средством долить в свой стакан поболее хмельного напитка. И, будучи работником на недавно открытой фабрике по производству двигателей, папаша попал на глаза начальнику цеха, за что был скоро уволен без оплаты за месяц. Уже протрезвевший, он пришёл обратно с требованием восстановить себя в должности или хотя бы оплатить его труд, но получил от охраны предприятия лишь побои, да такие, что пролежал в кровати две недели и скоропостижно скончался.

Его смерть быстро выбила бюджет семьи из равновесия, в результате чего, мать Коллина была вынуждена работать в две смены, а так как одна смена была одиннадцать часов, спала она всего два часа. Так её хватило ненадолго: через пять лет она заболела и умерла, и мужчина остался сиротой в возрасте одиннадцати лет. Он нанялся на фабрику грузчиком, потихоньку подглядывал за рабочими на объекте и через три года устроился туда же помощником токаря. Так он проработал ещё год, получая минимальную зарплату, просыпаясь и засыпая на станке и съедая часто по две чёрствые буханки серого хлеба в неделю, а иногда и того меньше. К концу первого месяца второго года его работы на этом месте, на предприятии сменился начальник цеха. Мужик был злой, регулярно увольнял товарищей Коллина и грозился сделать то же самое с ним самим. Всячески искал причины уволить парня,ещё задерживал ему зарплату и добавлял хлопот всяческими надуманными штрафами. Так прошло ещё три года. Коллин терпел, потому как знал: в другое подобное место он вряд ли устроится. Всё прервало одно неприятное происшествие. Из-за того что станки меняли только когда те ломались, случилось то что должно было произойти: за соседним станком резец вышел из крепления и отбил кусок от детали, который попал в друга Коллина. Тот бросился ему помогать и вытащил его к врачу. Вернувшись он, как и его отец, получил известие о своём увольнении без права получения оплаты труда. Выяснилось, что в представлении начальника цеха любое отлучение во время работы должно было караться штрафом или увольнением, в зависимости от длительности оного.

Потеряв возможность получать хоть и минимальную, но какую никакую зарплату, Коллин оказался на задворках жизни. Работая разнорабочим на железной дороге, он пристрастился к алкоголю и влачил своё жалкое существование еще десять лет, пока однажды, в двадцать восемь лет, не попал в криминальную организацию где работал посыльным и занимался рэкетом. Но власти через три года поймали лидеров банд, которые на два года прекратили свою деятельность, а после с помощью различных махинаций вышли из застенок мест не столь отдалённых и продолжили свою нелегальную деятельность. К счастью или к сожалению, Коллин попал в караван за месяц до освобождения оных.

Но оставим этих, без сомнения, бедолаг. Внутри этой «тюрьмы» остался ещё один человек: Джеффри.