Убийственно красиво

Глава 1

- Нет ничего прекраснее смерти, - тихо шелестел голос возле ее виска. - Будто сама Вечность застывает в скульптурных изгибах. И я этой Вечности великий Мастер.

Голос становился все тише и тише. Связанная девушка невольно замерла, вслушиваясь в слова своего похитителя. Его пальцы еле ощутимо касались кожи на ее шее. Мужчина замолчал, слышно было лишь его прерывистое дыхание.

- Ты будешь жемчужиной моей коллекции! - Неожиданно вскричал мужчина и с силой сжал горло девушки. - Прими свою судьбу и внемли! Ты! Жемчужина! - натужно хрипел мужчина, не прекращая душить жертву, - Жемчужина! Жемчужина!

Когда все было кончено, мужчина обессилено опустился на колени. Его глаза были полны восторженных слез. Ему выпал шанс сотворить великое чудо и для него уже все было готово.

****

Город Н. располагался между двух торговых путей и был центром светской жизни области. Здесь не было чадящих заводов, грязных улиц и попрошаек. Город Н. был словно с обложки глянцевого журнала - свежий и подтянутый.

Так бы и было, пока однажды, в одном из мусорных баков, уборщик не нашел женскую голову.

Наскоро собранный оперативный штаб гудел на разные голоса. Принтеры выплевывали отчёт за отчётом. Но ни идей, ни даже имени жертвы у полицейских не было. Здешние детективы больше привыкли к богемной публике, запудренной наркотиками, да к хулиганскими надписям на домах, чем к жестоким убийствам.

Впрочем, город ещё ничего и не знал про найденную голову. Все печатные издания кричали о приезде главного гуру современной скульптуры - Мишеля Ламоса. Его выставки гремели по всей стране. Билеты купить было невозможно, уже в первую неделю спрос во много раз превысил предложение.

Впрочем, так было недолго - вечерняя газета опубликовала интервью с уборщиком, который нашел женскую голову. Фотографий, конечно, не было, однако, карикатурный рисунок все равно шокировал публику.

Может быть, шумиха бы и улеглась, если бы не нашли ещё головы. И в тот момент город будто взорвался. Кто-то убивал красивых женщин, отрубал им головы, разбрасывая их по помойкам.

Местный патологоанатом смог лишь узнать, что все девушки были задушены и обезглавлены посмертно.

Тела так и не были найдены. Газеты пестрели заголовками про убийцу эстета, выбирающего только самых красивых барышень.

День без найденной головы был признан успешным. Сотрудники полиции испытывали колоссальное давление со стороны мэрии - убийства обсуждались охотнее, чем приезд Мишеля Ламоса. На выставку должна была съехаться самая богатая публика со всей страны. Это было хорошо для бюджета города, в то время, как убийства - нет.

К концу недели на руках сотрудников полиции было 7 голов, 5 имён и несколько тощих папок с документами. Прижизненные фотографии девушек были приколоты к доске в главном зале. Из кабинета начальника полиции доносились гневные крики и грохот ударов кулаков по столу.

Все девушки были приезжими, не успевшими толком завести знакомства. Об их пропаже никто не заявлял. И все убитые имели красивые, подтянутые тела. Казалось, это было тем единственным, что их объединяло.

На седьмой день было принято решение пригласить опытных детективов из головного центра.

Кейси Белл, старший детектив отдела тяжких преступлений, сошел с самолёта с четким ощущением, что в этом городе придется задержаться.

Каждая газета, программа передач кричала только две новости - убийства и приезд Мишеля Ламоса. Город сходил с ума от восторга и ужаса одновременно. Девушки ломали головы, как попасть на выставку и при этом не быть убитыми в темном переулке. Никто не хотел, чтобы их фотография стала очередной на доске в полицейском участке.

Глава 2

-Не мешай мне тебя любить, - нежно проговорил он, убирая прядь волос с ее лба. Мужчина старался быть аккуратным и заботливым. Девушка ни в коем случае не должна нуждаться в воде и еде. Красоту нельзя подвергать опасности. С той, другой девушкой, ему не удалось сохранить тело в совершенстве. Пришлось много раз переделывать, ушло много материала. Мужчина был расстроен, но тут же успокаивал себя. Жемчужины не всегда идеально круглые, некоторые ценятся за особые изъяны. В этот раз он должен все сделать правильно. Времени оставалось совсем мало, а работы много.

- Моя Венера, - выдохнул мужчина, краешком губ касаясь связанных рук девушки. - Богиня. В этот раз у меня все получится. Ты веришь мне? - спросил он в испуганные глаза. - Не веришь, - заключил он. - Скоро поверишь, - уверенно произнес мужчина, смыкая руки на шее своей жертвы.

- Скоро поверишь, - повторил он. - Все поверят в мою богиню! Все!

****

Кейси Белл спешил. Пусть новые головы и не находили, никто не знал, сколько жертв всего. Постоянное напряжение, излучаемое сотрудниками полиции, выплескивалось на улицы. Начальство сверху давило изо всех сил, но тщетно. Улик, пусть и косвенных, не было, как и свидетелей.

Сумасшедшие барышни трезвонили в участок, выкрикивая, что их похищал и насиловал сам Мишель Ламос. Их крики смешивались с воплями матерей, потерявших своих дочерей от рук душителя-эстета.

Большая часть полицейских охраняла квартиру и галерею Мишеля Ламоса от навязчивых поклонников. Приезжая звезда везде таскался с целой свитой - секретарем, организатором, стайкой моделей и молчаливым то ли охранником, то ли партнером. За их пьяными выходками следили все журналисты. Каждый выпуск смаковал подробности жизни Мишеля.

Эту выставку было совершенно невозможно игнорировать. Она была везде и повсюду. И лишь мертвые головы девушек возвращали в блеклую реальность старшего следователя Кейси Белла.

Совершенно точно было известно, что жертвы были задушены руками. Головы отрезаны уверенными движениями, после смерти. Убийца скорее всего был силен. Все девушки были приезжими и очень красивыми. Расследование зашло в тупик. Многочасовые просмотры камер наблюдений ничего не давали. Девушки пропадали из разных мест, никто не знал когда точно. Съёмные квартиры были пусты, вещи не тронуты.

В полицейском участке стенд с фотографиями жертв мрачно возвышался над рабочими столами. Новые фото возможных улик иногда появлялись, но тут же снимались, как ошибочные. Время тугой спиралью сжалось в отдельном пространстве рабочего стола старшего следователя. Кейси Белл осознавал, что это дело имеет большой резонанс в прессе на фоне выставки. До торжества Мишеля Ламоса оставалось всего пара дней. Выходки метра становились все опаснее, в кабинет начальника полиции все время приходил мужчина из свиты Ламоса, охранник. Властный, острый, но при этом приятный человек - он сглаживал скандалы, давал деньги на ремонт испорченных ресторанов, оплачивал штрафы за парковку. К концу недели полицейские привыкли к его ежедневным появлениям и перестали обращать внимание. Дел в полиции и без мамочки Ламоса было предостаточно.

За несколько часов до открытия галереи разразился скандал. Женщина со взрывным устройством пробралась на закрытый этаж Мишеля Ламоса под видом горничной. Праздничная коробка со взрывчаткой была торжественно вручена спутницам Мишеля. Дежуривший полицейский оказался чрезмерно бдительным и решил проверить подарок. Женщина начала кричать и бросила коробку в шкаф, где та и взорвалась. Осколки зеркал, створок, одежды разлетелись по всей комнате, изранив моделей, полицейских и саму подрывницу. Кровь обильно залила белоснежный диван и ковер. Ламос, увидя кровь и раненых пришел в ужас. Его насильно увел в ванну охранник, что-то запихнув ему в руки.

Когда приехали медики и забрали пострадавших, мэтр, пошатываясь, вышел из ванны. Он стал кричать, чтобы все покинули его квартиру, чтобы дали ему отдохнуть. Дежурных полицейских выставили у дверей, чтобы более никто не потревожил звезду.

До открытия галереи оставалось всего 4 часа.

Глава 3

****

- Ангел мой, слышишь ли ты меня? - шепот выдохом коснулся ее щеки. Лежащая девушка едва вздрогнула, повязка, закрывающая ее глаза, промокла от слез.

- Слышишь, - продолжал голос. - Такая красивая, нежная, небесная! - слова слегка подрагивали от восхищения. Руки мужчины жадно дотрагивались до обнаженной девушки. Он словно пытался убедиться, что она настоящая. Мужчина измерил каждый сантиметр ее прекрасного тела - она совершенная! Симметричная - идеальная!.

- Ангел мой, - снова и снова шептал мужчина, беспрестанно поглаживая влажную от страха кожу девушки.

- Ты - последняя! Самая восхитительная! Невероятная! Ангел! Ангел! - вскричал похититель, стремительно смыкая ладони на шее девушки. - Ангел!

Не переставая повторять это, мужчина душил девушку, пока та не затихла. И только отпустив ее бесчувственное тело, он расхохотался.

****

Разворошенный рой организаторов после событий в квартире Мишеля Ламоса ревел нестройным хором. Кто-то кричал о закрытии галереи для безопасности. Им вторили вопли о грандиозной рекламе выставки. Кейси Белл молчал. Офицеры из охраны Ламоса, девушки-модели и нападавшая - доставлены в больницу с травмами разной степени тяжести. Все, затаив дыхание, ждали развязки этой истории.

В тоже самое время, в полиции стояла неприятная тишина. Сотрудники были подавлены чистой работой убийцы. Отчёты от судебного эксперта по трупам были скудны своими официальными фразами. Сам патологоанатом лишь один раз зашёл в участок с несколькими листами дополнительных тестов. Сначала он мельком посмотрел на доску с умершими девушками. И только потом задержал взгляд на последней - Миранде Айсек. Эта фотография была удостоена долгого осмотра и слов про удивительную симметрию красоты тела убитой. Кейси Белл и сам обратил внимание, что все девушки обладали изящными фигурами. Однако, это совершенно не приближало следователя к поимке преступника.

До выставки оставалось два часа.

Организаторы носились по всей галерее, пытаясь обеспечить достойный прием и охрану богатым мира сего. Все свободные полицейские были привлечены к обеспечению порядка на этом мероприятии.

На выставке экспонаты давно расставлены согласно плану автора, красная ленточка туго натянута у самых дверей. Помощники Ламоса носились то с кофе, то с одеждой, то с новыми девушками. Репортёры пытались проникнуть в здание со всех сторон. Одного, застрявшего в окне третьего этажа, полицейские вытаскивали с помощью ножовки по металлу. Истерия необратимо накатывала со всех сторон. Пиарщики раздули это событие так, что отрезанные головы ушли на последние страницы.

Кейси Белл, в качестве дополнительной охраны и гостя, уже приехал и проверял здание галереи.

Старший следователь медленно бродил среди работ Мишеля Ламоса и не мог сдержать эмоций. Пугающая гипсовая красота статуй поражала воображение. Здесь были чудовищно притягательные женские фигуры, закутанные в легчайший шёлк, и сплетённые из десятка рук цветы. Это было настолько отталкивающе прекрасно, что сердце замирало. Кивая сам своим мыслям, Кейси Белл заворожёно бродил среди экспонатов. В одиночку здесь было даже некомфортно. Лёгких холодок неприятно скользил по спине, вызывая желание передёрнуть плечами.

До выставки осталось полчаса.

Фуршет был накрыт, молчаливые официанты в белоснежных греческих туниках замерли вдоль столов. Красная ковровая дорожка была разглажена и ждала гостей. Каждый экспонат был обрамлен золотым шнуром заграждения. У входных дверей замер распорядитель с внушительным списком гостей. Начали подъезжать первые автомобили.

Все приглашенные были вынуждены томиться в отдельном зале, отделенным от выставки одной портьерой. Скинуть ее должен был сам Мишель Ламос.

В назначенное время со всех сторон грянула торжественная музыка. Ведущий мероприятия высокопарно приветствовал гостей и сразу же объявил появление автора выставки. Музыка в миг стихла. Боковые двери начали натужно открываться. Душераздирающий скрип петель проник в дальние уголки души, где и застыл. Из дверей показалась шестерка молодых девушек, одетых в прозрачные туники. Ткань совершенно не скрывала многочисленные кожаные ремни, связывающие красивые тела, как лошадей в упряжке. Концы импровизированных уздечек держал в руках Мишель Ламос. На его лице сиял звериный оскал улыбки, глаза хищно блестели. Он прошествовал за шестеркой девушек до самой красной ленточки у входа на выставку. Музыка стала замедляться. И с каждой затихающей нотой, девушки опускались на пол, замирая возле мэтра живыми статуями.

И на последних аккордах, Ламос выхватил огромный тесак из рук распорядителя и одним движением разрубил красную ленточку и сдернул портьеру.

И в тот же миг публика взорвалась овациями.

Гости начали заходить в зал с экспонатами. В первые мгновения возникла лёгкая заминка - впечатлительные дамы почувствовали головокружение от вида статуй. На помощь пришли официанты с бокалами шампанского. Спустя час гости освоились и шумно обсуждали талант Ламоса.

Сам мэтр устроился на маленьком пьедестале, вокруг его кресла грациозно сидели и лежали девушки-модели. Выставка удалась на славу.

Богачи наперебой предлагали купить экспонаты, на что Ламос лишь качал головой, вызывая восхищение у собравшихся.

Шампанское лилось рукой, шустрые мальчики-официанты еле успевали наполнять бокалы. Публика пьянела на глазах. Бойкие мужчины подходили знакомится с моделями, сидевшими возле Ламоса. Но, получив отказ, не останавливались.

Один подошёл к центральной статуе и попытался снять с нее шёлковую накидку. Не рассчитав силу, мужчина стал потерял равновесие и наклонился вперед. Руки машинально схватили статую за бедро и увлекли за собой на пол.

Мишель Ламос, увидев, что его драгоценная статуя падает, с воплем бросился к ней. Скульптура упала сверху мужчины, ударившись о пол гипсовым плечом. На грохот обернулись все. Ламос скинул пиджак, пытаясь прикрыть наготу лишенной накидки статуи. Глаза скульптора наполнились слезами.

Ламос безутешно рыдал над упавшей статуей, прижимаясь к ней всем телом. Ошеломленная публика видела, как из треснувшего плеча экспоната стала сочиться темная жидкость. Кейси Белл был ближе всех и первым почувствовал отвратительный запах, исходящий от статуи. И тут же все понял.

В рацию полетели резкие и короткие фразы. Полицейские со всех сторон стали вытеснять публику из зала выставки. Помощник Ламоса тем временем пытался прикрыть лужу под статуей, одновременно оттащить скульптора. И то и то получилось из рук вон плохо. Кейси Белл застыл у входа в зал и смотрел на происходящее. Запах трупа ни с чем не спутать, осталось только выяснить, кто был убийцей из этих двоих.

СМИ кричали о выставке ещё несколько дней. Печальные фото с упавшей статуей и дерзкие с шестеркой моделей не видел только ослепший.

"Живые статуи в шёлке - любимое детище художника" - было написано в очередной газете, - "Потрясающее изящество линий, классические пропорции и великолепная симметрия экспонатов". И никто не знал, что каждая статуя на выставке - раньше была живой.

Ламос, без наркотиков превратившийся в истеричного нытика, раскололся на первом же допросе. Оказалось, что главным в этом деле был помощник мэтра - Анджей Вольски. Ламос, будучи известным скульптором, скатился по наклонной, и стал алкоголиком. Вольски подобрал его, когда тот пьяным рисовал на голой коже девушки странные узоры. В бредовом состоянии Ламос пытался придушить девушку, чтобы не дать той смыть его рисунки. Талант Ламоса так покорил Вольского, что он придумал гениальный план. Под порцией наркоты, Ламос терял связь с реальностью - он облеплял гипсом ещё живых девушек. Когда те начинали отчаянно сопротивляться, то убивал их для сохраняя своей работы. Ламос любовно шлифовал каждый изгиб, сам шил накидки, придумывал имена. Он жил этой страшной красотой, почти обезумев. А Вольский находил новых девушек и получал новые шедевры.

Вскоре Ламоса и Вольски осудили, определив в разные тюрьмы. Через месяц Ламос покончил жизнь самоубийством, расписав свое тело собственной кровью. Вольски исчез из виду журналистов через пару лет, после очередного перевода между тюрьмами.

Все семь тел девушек были отмыты от гипса и похоронены в родных городах. Этим история и закончилась и была спрятана в архивах полиции.