«Там где помнят тени»

Введение

Говорят, между миром живых и мёртвых существует тропа. Не дорога, не мост — нечто зыбкое, как воспоминание, и опасное, как несбывшаяся мечта. Её можно найти лишь тем, кто слышал легенду. Или тем, кто слишком близко подошёл к грани.

Я часто думаю: что такое испытание? Это проверка силы? Воли? Или, может быть, то, как ты смотришь в глаза своим страхам, которые вдруг обретают форму — воды, высоты, чужих лиц, времени. В этом сне — или в этой реальности, я до сих пор не знаю — всё было именно так. Мир живых и мёртвых не делили границы.

Глава 1

Жили-были две сестры — Лада и Ярина. Их детство было полным боли и унижений. Родители не были ни заботливыми, ни примерными: они пили, курили, пропадали днями в компании сомнительных людей, употребляли наркотики и постоянно устраивали скандалы. Дом всегда был грязным, воняло спиртным, и даже в праздники вместо подарков сёстры слышали крики и грохот разбитой посуды.

Когда Ладе было десять, а Ярине — семь, их родители умерли: мать — от передозировки, отец — задохнулся в гараже, уснув с включённым двигателем. Поговаривали, что он сделал это нарочно. Девочек забрала на воспитание тётка — грубая, злая женщина, которой было не до чувств. Она всегда говорила: «Вы такие же, как ваши уроды-родители. Лучше бы вас тогда с собой забрали».

Жизнь шла. Лада рано начала подрабатывать: мыла полы, таскала ящики на рынке. Ярина продавала самодельные бусы у школы и рисовала мелом на улицах за монетки. Тётя забирала все заработанные нами деньги, говоря нам , что мы обязаны ей платить за проживание и еду которая редко нам доставалась. Люди иногда помогали, чаще смотрели с жалостью или презрением. Каждый вечер сёстры засыпали под одеялами, пахнущими плесенью, с одной мечтой — вырваться из этой серой, безысходной жизни. И так прошло 7 лет.

Однажды, поздно вечером, возвращаясь с подработки, они услышали разговор двух стариков у костра возле полуразрушенной церкви. Один говорил:

Когда-то, более века назад, дом стоял на краю небольшого посёлка — серый, каменный, с высокими окнами и слуховыми башенками. Его построил человек по имени Артемий Лест, уединённый учёный и алхимик. Говорили, что он был безумцем, но в его безумии было слишком много смысла. Он верил, что каждая утрата в этом мире открывает дверь в другой. Что боль, пережитая по-настоящему, становится ключом.

Артемий жил там со своей младшей сестрой Лизеттой. Они были сиротами, и всё, что у них было — этот дом. Лизетта была светлая, мягкая, она шила куклы и читала книги вслух, наполняя пустые стены голосом. Артемий строил и перестраивал дом, расширяя его этажи и комнаты, будто бы искал в нём не пространство, а смысл.

Однажды Лизетта исчезла. Просто — ушла из дома и не вернулась. Артемий искал её всюду, но тщетно. Спустя годы он начал утверждать, что она не умерла — а перешла внутрь дома. Что сама архитектура — это ткань между мирами, и если знать, куда нажать, где прислушаться, можно попасть туда, где она жива. Или почти жива.

Он провёл ритуал. Говорят, в ночь осеннего равноденствия он закрыл все окна, зажёг лампы из золы и соли, и произнёс имя сестры на всех языках, что знал. Дом ответил. Он начал двигаться. Меняться. Превратился в живой механизм перехода.

С тех пор туда никто не вселялся надолго. Дом стоял как мрачная тень на границе леса и города, как предупреждение. Появились слухи. Те, кто входил, не всегда возвращались. А те, кто возвращался — больше не были прежними. Говорили, дом выбирает. Пускает внутрь только тех, кто потерял что-то настоящее. Только тех, в чьей душе есть зияющая пустота.

Сёстры переглянулись. Это был не просто слух — это был шанс. Пусть страшный, но единственный. На следующее утро они нашли тот дом: облупленные стены, сорванная крыша.Когда Лада и Ярина вошли внутрь, их обдало влажным, гнилостным воздухом. Половицы скрипели под ногами, стены были в трещинах и заросли плесенью. Дом был старым, но не пустым: будто кто-то совсем недавно что-то искал здесь. Листы бумаги валялись по полу, а в углу лежала порванная детская кукла с выколотыми глазами.

Они нашли кладовую — самую дальнюю и тёмную комнату в доме. Дверь была наполовину забита гвоздями, но Лада выломала её плечом. Внутри стояли длинные, старые столы — плотные, массивные, покрытые пылью и пятнами неизвестного происхождения. Они стояли в два ряда, почти вплотную друг к другу, как будто специально, чтобы закрыть путь к задней стене, где находилось окно. Сквозное окно. Но оно было… другим. Воздух в его раме мерцал, как вода под луной, и казалось, что за стеклом — не просто улица, а совсем другой мир.

— Это он, — прошептала Ярина. — Портал.

Но приблизиться было не так просто. Между столами было узко, и каждое движение отзывалось грохотом. С потолка свисали гвозди и арматура, будто кто-то специально превращал эту кладовую в ловушку. Но главное — когда Лада пыталась перелезть через один из столов, в доме что-то зашевелилось. Глухие шаги. Будто кто-то в другой комнате медленно, тяжело передвигал ноги.

— Мы не одни, — прошептала Ярина и вжалась в стену.

Каждый шаг к окну давался с усилием: они ползли, пригибались, старались не шуметь, будто сам дом не хотел, чтобы они добрались до портала. У одного из столов Лада порезала руку — из-под гнили торчало ржавое лезвие ножа. Капля крови упала на пол — и словно в ответ в дальнем углу дома зарычало что-то нечеловеческое.

— Быстрее, — сказала Ярина, дрожащим голосом. — Нам осталось совсем чуть-чуть.

Они преодолели последний стол, и вот — окно. Воздух вокруг него звенел. Ярина протянула руку — и стекло исчезло. Просто исчезло. Открылся проход — не туда, где был двор, а в другое место. Теплое, светлое… заманчивое.

— Мы либо умрём в этой дыре, либо рискнём.Готова? — спросила Лада.

Ярина кивнула. Они шагнули вместе — и исчезли, будто их никогда не было.

Две сестры.

Две души, потерявшие дом, тепло, безопасность.

Как когда-то Артемий и Лизетта.

Поговаривают: если пройти дом до конца, можно не просто вернуться богатым — можно вынуть из трещин реальности то, что ты потерял. Но плата — всегда разная. Иногда ты теряешь голос. Иногда воспоминания. Иногда кого-то другого.

Дом выбирает, что отнять.

А что заберёт у вас?