Сны - мои этюды

Художник

Хочу рассказать историю, которой поделился со мной один мой хороший друг за чашечкой горячего чая. История эта о талантливом художнике, любимчике судьбы.

Он был красив, с огненно-рыжими волосами, сильными скулами и сияющими голубыми глазами. Был высоким и стройным. Ему всегда везло с женщинами, поэтому практически каждый вечер он был с новой подружкой. Но больше, чем одно-два свидания эти отношения не выдерживали, так как любые попытки женщин сблизиться с ним, он отсекал на корню.

Его агенты устраивали помпезные выставки, на которых всегда было много народу. Благодаря этому картины молодого повесы раскупались за считанные дни, а сам он купался в деньгах и любви. Из-за своего везения его высокомерность бежала быстрее него самого. Людей вокруг себя он считал низшими, не способными воспользоваться дарами фантазии, что очень часто акцентировал на званых вечерах, не боясь обжечься. Ему вообще были безразличны люди и их жизни, если они не приносили ему выгоды. Придирался к любой мелочи. В свободное время любил посидеть у окна, выискивая в толпе странно одетых и необычных прохожих. При этом он попивал вино из бокала и в голос насмехался над их странной внешностью.

Был жаден до денег и старался не тратить заработанные миллионы на все что попало, как это бывает у опьяненных богатством людей. Это его желание сохранить побольше своих богатств в скором времени переросло в болезнь. Очень часто он, посещая различные места, мог либо не доплатить, либо уйти, вообще не расплатившись. Конечно, претензии со стороны продавцов его никак не касались, а если его все же припирали к стенке, то он с недовольной улыбкой отдавал нужную сумму.

Все возмущения, недовольства, упреки и тому подобное он игнорировал с самого детства. Не замечал проблем, откладывал на потом важные разговоры, уходил от ответственности - так он создавал свою реальность. Все тридцать с небольшим лет он считал, что человек, не имеющий проблем – идеален, а значит может создать по истине идеальный шедевр. Это была его Библия, его источник воды в пустыне, его свет в темноте, его вдохновение.

Но однажды он, как и многие яркие творцы нашего серого мира, столкнулся со стеной. Все «якоря», которые были за его спиной, разом дали о себе знать: обиды, несдержанные обещания, причиненная боль, насмешки. Они всплыли со дна морского и стали впиваться в художника своими когтями и зубами, не позволяя ему ни думать, ни творить, ни жить.

Одним осенним утром гениальный художник, Лукас Редженальд, бодро поднялся с широкой кровати и накинул на свое оголенное тело только лишь свой любимейший халат. Тут же двинулся к мольберту в соседнюю комнату. Выбрал три самых сочных цвета, расположив маленькие баночки в левой руке. Взял правой рукой кисточку, стоявшую в прозрачном стакане возле холста, окунул ее в одну из баночек и улыбнулся. Неожиданно он понял, что госпожа фантазия - самая дорогая женщина в его жизни, ушла от него, не оставив после себя и напоминания.

Его рука, плотно сжимавшая кисточку, зависла в паре сантиметров от небольшого холста, который вдруг начал вытягиваться, постепенно стремясь к самому потолку его огромной квартиры, словно стена, не давая художнику взглянуть на то, что находится за ним. Мужчина поднял глаза.

«Как такое возможно?» - Подумал про себя художник, открыв рот от изумления. «Да, чтобы Лукас Редженальд, и не мог прикоснуться к холсту?! Это просто абсурд!» - Мужчина нахмурил брови, посмотрев на содрогающуюся руку. Он попытался снова приблизить свою руку к холсту, но его пальцы словно окаменели, не давая ему и шанса коснуться девственно белого полотна кистью, окропленной масляной краской. По лицу художника скатилась капля пота - настолько сильно художник пытался заставить свою руку работать. Но чем больше он пытался, тем быстрее разноцветные краски в голове ускользали от него, оставляя Лукаса Реджинальда в полной темноте.

Кисть выпала из тонких пальцев, оставив на деревянном полу ярко-красные капли. Мужчина склонился у холста, выронив из левой руки краски, которые столько лет были его ближайшими спутниками.

«Да, быть такого не может… Я просто… устал! Да, мне просто нужно отдохнуть!» - Резко выровнявшись и стукнув себя по лбу, подумал художник. «Как же раньше я не понял этого! У меня же на этой неделе целых пять выставок было! Конечно, я мог устать! Нужно просто выйти на улицу и выпить чашечку моего любимого эспрессо! Да, тогда так и сделаю! »

Художник вернулся к кровати, снял с себя халат. Выудил из шкафа свежее нижнее белье, поверх которого надел красивый вишневый свитер и джинсы на кожаном поясе. Накинул на плечи черное пальто, разноцветный шарф в клеточку, обул изящные черные туфли. Положил в карман пальто ключи и телефон, потом аккуратно достал из коробочки в коридоре серебряные часы и бережно застегнул их на левом запястье. Распахнул широко дверь своей квартиры в центре Парижа и шустро спустился по лестнице с третьего этажа. С широкой улыбкой на лице Лукас Реджинальд вышел наружу.

Деревья, посаженные на его улице, уже успели окрасится в такой же рыжий цвет, как и его волосы. Солнце ярко сияло в голубом, еще не помутневшем от дождливых туч небе. А голуби, кружась под ногами художника, игриво курлыкали, собирая с брусчатки крошки. Мужчина положил руки в карманы пальто и зашагал по улице вниз, припевая себе под нос одну из мелодий Баха, которую любил слушать по вечерам на старом отцовском проигрывателе. Вдруг где-то в глубине души художника раздался голос.

- Тебе это не поможет…

Художник застыл на месте, потом медленно обернулся. На узкой улочке в такое раннее утро еще никого не было. Лишь редкие машины сновали туда-сюда, неприятно жужжа своими моторами. Лукас поправил свой яркий шарф и отбросив все мысли, вновь зашагал дальше.

Он вышел к большому перекрестку в тот момент, когда на светофоре зажегся красный свет. Остановился и прикрывая рот рукою, сладко зевнул. Тут с правой стороны от него появилась красивая женщина. Черное пальто на ней было широко распахнуто и в глаза бросалось вызывающее алое платье под ним. Особого шарма придавала широкополая черная шляпа.

«Какая прелестная особа! И этот яркий оттенок ее платья!» - Подумал про себя художник, не отрывая взгляд от незнакомки. Женщина повернулась и из ее уст вновь прозвучал странный низкий голос:

- Ты слеп, как крот! И ничтожен, как дворняга, раз не замечаешь очевидного!

Мужчина от испуга отскочил от барышни, взвизгнув, как малолетняя девчонка. Женщина сначала удивилась подобной реакции, а затем, прикрыв рот рукой, тихо засмеялась. И этот смех, что странно, оказался очень приятным и задорным, совершенно не подходящим тому тембру голоса, который только что слышал Лукас. Это озадачило его. Он тряхнул головой, как бы сбрасывая с себя наваждение.

На светофоре зажегся зеленый. Красотка поправила сумочку на плече и посмеиваясь, стала переходить дорогу, цокая своими каблуками. Художник продолжал наблюдать за женщиной. В какой-то момент он расправил плечи и весь его облик пронизала надменность. Сделав шаг, Лукас нахмурил брови. Это сыграло с ним злую шутку. Мужчина мельком заметил осуждающие взгляды прохожих и подумал: «Почему они смотрят на меня с такой неприязнью?» На короткое время он почувствовал себя одним из тех, над кем сам потешался. Внутри зародилось неприятное чувство, которое вызвало у Лукаса Реджинальда страх. Страх быть непризнанным. Он тут же поднял горделиво носик вверх и одел на лицо легкую улыбку. Взгляды людей изменились. Девушки вздыхали, смотря на красивого мужчину влюбленными глазами, женщины стеснительно отворачивались, а мужчины стали пародировать его походку. «Вот так, именно так вы должны смотреть на меня!» - Подумал художник, загордившись собой.

- Ты строишь из себя невесть что перед тенями, не понимая, что все, что ты видишь перед собой, созданная тобою же копия реальности!

- Да, сколько же ты будешь мне надоедать! – Прокричал художник, резко повернувшись.

За его спиной стоял маленький мальчик, держа в руках фруктовое мороженное. Ребенок испуганными до глубины души глазами посмотрел на нахмуренного мужчину. Глаза Лукаса увеличились.

- Что ты сейчас сказал? – Зло крикнул он.

- Очнись, пока ты не забыл, как просыпаться! – Проговорил снова странный низкий голос. Художник смотрел на ребенка в упор, но тот не издал ни звука. Тогда Лукас сорвался с места. Он бежал и бежал так далеко и так быстро, как только позволяли ему его ноги.

«Я тебя не слышу! Тебя нет! Это только моя фантазия! Она просто решила надо мной пошутить, только и всего!» - Успокаивал он сам себя.

Добежав до самого конца улицы, где начиналась набережная, художник остановился, наклонившись вперед.

- Это просто… моя фантазия… - Прошептал мужчина, выпрямив спину.

Он поднял глаза и увидел блестящую воду, в которой отражались лучи осеннего солнца. По широкой реке плавали парусники с белоснежными парусами, оставляя за собой исчезающие следы. Лукас подошел к краю набережной, вглядываясь в дома на той стороне реки.

«Вот так… успокойся… все хорошо…» Художник глубоко вздохнул, чтобы успокоить беснующееся сердце. Он поднялся на носочки и тут же опустился, вернув улыбку на свое лицо.

Мужчина не спеша прошелся по набережной, спустился по лестнице к самой воде, продолжая свое небольшое путешествие. Потом он дошел до любимого кафе, где занял столик у самой кромки воды и заказал горячий эспрессо с кремовым круассаном. Когда принесли заказ, он стал с удовольствием поглощать стоящее перед ним яство. Мужчина закрыл глаза, закинув ногу на ногу и подняв голову к самому небу. Легкий ветер расчесывал его огненные волосы, а солнце дарило успокоение душе.

- Думаешь, горький кофе со сладостями помогут тебе избавится от меня? – Услышал художник голос у самого уха.

Мужчина опустил голову и увидел напротив себя свою же копию. Да вот только она была вся в черном. Волосы белые, как с нег, а глаза красные, словно у вампира. Лукас застыл, как истукан, наблюдая за сотканным из дыма собою. Копия схватила перепуганного художника за руку, приблизившись чуть ли не в плотную.

- Ты утопаешь, мой друг. Ты уже по шею во тьме! – Ехидно улыбнувшись, заговорило темное создание.

- Заткнись! – Прошипел зло художник. – Я прожил тридцать лет без тебя и проживу еще! Сгинь с глаз моих! – Попытался вырвать свою руку из ладоней близнеца мужчина.

Создание только сильнее схватилось за его запястье.

- Да, эти тридцать лет и в правду были прекрасными, но это все ложь! Иллюзия, с помощью которой ты отгородил себя от внешнего мира! Ты не слышишь, не видишь и не хочешь принимать допущенные тобою ошибки! Ты продолжаешь убегать, цепляя на себя все больше и больше груза! Ты просто избегаешь всего того кошмара, которой творится за твоей спиной… по твоей вине!.. – Прокричал близнец.

Художник вырвал руку из ладоней копии, вскочив из-за своего столика. Посетители, сидящие рядом, вопросительно посмотрели на стройного мужчину.

- Эм… простите! Простите! – От неожиданности Лукас впервые в жизни попросил прощение. Он снова испуганно дернулся, когда, повернувшись, увидел небольшого роста официантку. Девушка смотрела прямо в глаза художнику.

- Простите, с вами все хорошо? – Спросила юная особа, все тщательнее вглядываясь в лицо Лукасу.

- Мне… нужно домой… - Только и смог произнести мужчина, сунув в руки официантки все деньги, которые у него были, и тут же стал уходить. Девушка недоуменно посмотрела сначала ему в след, затем на свои руки и тихо произнесла:

- Но здесь же… слишком много…

Лукас ворвался в свою квартиру, резко закрыв за собою дверь и прижав ее руками. Так он простоял несколько секунд. Потом развернулся и медленно сполз по полотну двери на пол. Его лицо побледнело, и все вокруг словно померкло. Внутри художника закипал гнев. Неожиданно для себя он вскочил на ноги, сорвал с себя пальто и шарф. Схватив стоящую в коридоре вазу, тут же разбил ее.

Лукас Реджинальд, всегда сдержанный в поведении и скупой на эмоции, сейчас разбивал и ломал все, что попадалось ему под руку. Мольберт разлетелся в щепки, едва коснувшись стены, кисти рассыпались веером. И даже краски, всегда такие манящие, летели от вырвавшегося урагана чувств во все стороны, окрашивая мастерскую в разные цвета и превращая стены в настоящее поле чудес. Мужчина громко вскрикнул и сел прямо посреди мастерской, хватаясь за свои волосы тонкими пальцами и раскачиваясь из стороны в сторону. Вдруг он начал рыдать. Его тело тряслось, а голова, обвитая руками, сгибалась все ниже и ниже к полу.

Прошло несколько часов, прежде чем Лукас вновь поднялся на ноги. Он, шатаясь, дошел до кухни, схватил бутылку виски, что стояла на столе и вернулся к себе в комнату. Аккуратно сел на кровать. В глазах все извивалось, как огромная змея, и в конечном счете, почернело.

Но тут, вдалеке, засиял свет. Художник протянул к нему руку и свет тут же окружил его со всех сторон. Он оказался в незнакомом ему городе. Его окружали старинные дома из девятнадцатого века с высокими дымоходами, из которых то тут, то там поднимался разноцветный дымок. Люди, которые сновали по улице, были одеты очень разнообразно. Кто-то в шкуру неизвестного зверя, кто-то в современную футболку, спортивные штаны и кроссовки какой-нибудь популярной фирмы. Кое-кто красовался в старинном пиджаке и туфлях с пряжками. На этих еще были и парики, какие носили в средние века.

Мужчина осмотрел сам себя. На нем был длиннющий кожаный плащ голубого цвета, черные брюки и блестящие черные туфли. Оба кармана плаща были раздуты до невероятных размеров и сильно оттягивали полы. В правом кармане оказались различные кисточки, а в левом лежали маленькие тюбики с краской. Художник испуганно ощупал собственное лицо и стал глазами искать какое-нибудь зеркало поблизости. Заметив витрину в одном магазине, мужчина ринулся туда. В отражении тонкого стекла было его родное лицо, родные голубые глаза и огненные волосы, которые в данную минуту времени стояли дыбом, как перья у курицы.

- Куда же я… попал… - Прошептал художник, продолжая держаться за собственные щеки. Он остановил проходящего рядом мужчину, ухватив того за грудцы.

- Где… где я? Куда я попал? Кто я? – Закричал художник, судорожно тряся в руках бородатого прохожего.

- Вы в Ми́гедвуде, городе лилипутов, что на севере от чертогов темного королевства! – Испуганно протараторил прохожий.

- Городе лилипутов?.. Не пудри мне мозги! – Заорал Лукас.

- Клянусь богом! – Прохожий ошарашено смотрел на держащего его рыжеволосого мужчину.

Художник внимательно посмотрел по сторонам, но не обнаружил ни одного лилипута. Тогда он выпустил из рук прохожего, который, воспользовавшись возможностью, тут же удалился. Лукас глянул себе под ноги и подумал: «Я должен выбраться из этого странного места… Вот уйду из города и тут же проснусь!» Мужчина разнервничался, когда попытался определить нужное ему направление, но ничего не вышло. Он шатался из сторону в сторону, следуя то за одними людьми, то потом сразу за другими, идущими в противоположном направлении. Вконец измотавшись, Лукас вновь схватил прохожего, на этот раз в длинном алом плаще.

- Как мне выбраться из города? – Зло произнес художник, крепко держась за воротник алого плаща.

- По этой улице в самый низ, и выйдете к городским воротам. – Трясясь от страха, ответил горожанин и указал рукой дорогу.

- Спасибо. – Ответил Лукас, попытавшись натянуть на себя улыбку. Он отпустил прохожего и быстро двинулся в указанном направлении.

- Только будьте осторожны! За городом живет великанша! – Прокричал прохожий ему в след.

- И без тебя разберусь! – Огрызнулся художник, шагая по брусчатке.

Лукас, как и было указано, спустился в самый низ улицы и оказался у городских ворот. Эти самые ворота выглядели, как два огромных тотема, похожих на те, которые в свое время делали индейцы или ацтеки. Они были соединены веревкой с висящими на ней разноцветными фонариками. Мужчина недоуменно осмотрел оба тотема, а затем, встряхнув изрядно вскипевшую голову, перешагнул через рубеж города. Его тут же пробрал холод, от чего по телу пробежались мурашки. Сразу за городом был лес. Осенний рыжий лес, сквозь который тянулась далеко вниз дорога. Художник подтянул сползающие брюки, завязал плащ и стал спускаться с холма, стуча каблуками своих туфель по проложенной брусчатке и недовольно фыркая. Совсем скоро Лукас увидел впереди белоснежную церквушку с золотыми куполами и огромным деревянным крестом, стоящим у ее входа. Рядом со зданием паслись черно-белые коровы. У каждой буренки на шее звенел колокольчик. Перезвон этих колокольчиков создавал знакомую художнику мелодию, похожую на одно из произведений Баха. Мужчина подошел ближе к церкви и заметил крохотную девчонку, стоящую к нему спиной. Волосы малышки были каштановыми и доставали до самой земли. Одета она была в старое страшное платье, завязанное на талии веревкой. В правой руке кроха держала пастуший посох, а в левой перебирала деревянные четки. Услышав позади себя хруст веток и постукивание каблуков о брусчатку, девчонка обернулась. Теперь Лукас увидел, что у малышки прям посреди лба был один большой глаз сиреневого цвета. Художник рассмеялся.

- Ужас! И это великанша? Да она не больше навозного жука, ха-ха-ха, хо-хо-хо!!! – Хватался мужчина за свой живот. – Ну и уродка! – Прокричал мужчина, показав пальцем на девчонку.

Тут кроха постепенно начала расти. И чем больше и громче смеялся над ней художник, тем выше она становилась. Когда же ее тень накрыла Лукаса, он тут же замолк. Подняв свои глаза на великаншу, мужчина почувствовал, как его ноги начали трястись, дыханье сперло и он словно превратился в статую. А девчонка тем временем сделала два шага к нему и спросила:

- Кто ты такой? – Малышка разглядывала незнакомца своим огромным глазом со всех сторон.

- Лу-у-укас… - Пропищал художник, пятясь назад.

- Лу-у-укас… - Так же повторила девочка, подходя к мужчине все ближе и ближе.

Лукас испугался не на шутку. Он ринулся бежать на утек через лес, попутно выбрасывая из своих карманов все свои кисточки и тюбики с краской.

«Быстрее! Нужно убраться от сюда поскорее!!!» - Подстегивал себя художник, шустро перебирая ногами. Великанша наклонилась, взяв что-то с земли, и посмотрела на убегающего мужчину.

- Лу-у-у-укас!!! – Девочка выкинула пастуший посох и стала бежать в след за перепуганным до смерти художником.

Услышав ее громкий крик, мужчина подхватил края плаща и спотыкаясь через камни, стал бежать еще быстрее. В его голове крутилась только одна мысль – убежать, скрыться и забыть. Он бежал по холмам сквозь колючие ветки, сквозь корявые деревья. Бежал по мокрой земле, в которой увязали его туфли, бежал по скользким листьям и траве. И все это время он слышал позади себя тонкий голосок девчонки:

- Лу-у-укас!!!

В какой-то момент мужчина поскользнулся на листьях и покатился с очередного холма. Он свез руки и ноги, от чего они сильно болели и кровоточили. Художник стал на колени, посмотрев на свои покрасневшие ладони. Тут перед ним появилась великанша. Девчонка широко улыбнулась, оголив свои белоснежные клыки и стала не спеша подходить к художнику.

- Уйди!!! Уйди!! Оставь меня!!! – Судорожно кричал мужчина. Он вновь вскочил на ноги и несмотря на пронизывающую его тело боль, продолжил бежать дальше. А девчонка, вытянув руку, погналась снова за ним.

- Лу-у-у-кас! Стой! Остановись! – Прокричала великанша, ее голос дрожал.

- Сгинь! – Прокричал ей в ответ мужчина, повернувшись к ней лицом.

Когда он снова посмотрел вперед, он увидел перед собой глубокий обрыв. Скользкие листья с землей несли его к самому обрыву, и в скором времени художник сам превратился в кляксу, которые раньше любил оставлять на своих собственных картинах.

Девчонка подбежала к обрыву. Медленно подойдя к краю, она увидела на дне оставшуюся от незнакомца кляксу.

- Лу-у-у-кас…- Расстроено протянула малышка и развернула свою ладонь. В ней лежали выброшенные мужчиной кисточки и краски. Циклоп опустила голову и сжала ладонь снова, постояла немного у обрыва и стала не спеша возвращаться к церкви.

В этот момент Лукас проснулся. Он схватился за свою голову, которая знатно болела от выпитого вчера алкоголя. Его тело покрылось каплями пота от пережитого во сне, зрачки судорожно дрожали, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. Мужчина посмотрел на мастерскую, что находилась сразу напротив его спальни. Она вся была заляпана дорогостоящими красками. Но сейчас не это волновало художника. На полу перед ним вновь сидел его темный двойник. Он весело улыбался, положив голову на костлявые ладони.

- Ну что? Попсиховал? Излил душу господу богу? Или может дьяволу? – Сощурив глаза, спросила копия. – Дошли ли до тебя мои слова, гм?

Лукас недоуменно смотрел на своего двойника. Мужчина все пытался раскрыть рот, чтобы что-то сказать, но в тот же момент он задумывался над тем, может ли он что-то ответить? Что он может сказать этой сущности после увиденного? То, что он ничего не понял? Ложь… Он не настолько глуп, чтобы не понять этого, пускай оно и доходило до него очень медленно и больно. Сказать, что он не способен изменить прошлого, заволновавшись о нем так поздно? Ложь… Пускай прошлое и не изменится, но будущее все еще в его руках.

Будущее Лукасу Реджинальду представилось в виде корабля, который, куда повернешь, туда и поплывет. Но также он осознал, что сам своими руками создал то единственное, что остановило его корабль, а теперь, похоже, готово даже потопить. Это якоря, которые он игнорировал столько лет. Тяжелые, стальные глыбы, удерживающие так цепко и так непримиримо корабль-будущее на месте. Конечно, они держат корабль в порту, оберегая от бушующих волн океана, но, в то же время, и не дают размахнуться, набрать полные легкие воздуха и взлететь к небесам.

Лукас слегка наклонился вперед. Сначала тихо, а затем все громче и громче художник начал смеяться. Сущность улыбнулась ему в ответ:

- Вижу, мои слова все же дошли до тебя. Честно сказать, я думал, придется играться с тобой намного дольше.

- Просто… Те секунды, пока я падал с обрыва, тянулись настолько долго… что я успел вспомнить все и подумать о многом… Правду говорят, что перед смертью ты вспоминаешь всю свою жизнь… вспоминаешь все свои ошибки… и жалеешь, что не сможешь изменить того, что натворил по глупости.

- И что же ты за ошибки вспомнил? Неужели, подобные дефектные моменты откладываются в этой идеально чистой голове? – Съязвила беловолосая копия художника.

- Та дама на перекрестке в алом изящном платье напомнила мне любовь всей моей жизни, которую я предал ради написания картины, что теперь весит в доме одного богатого герцога Великобритании и покрывается пылью. – Тихо сказал Лукас. - Тогда я получал заботу и ласку, нежность и поддержку, но отмахивался от этого, считая такие чувства проявлениями слабости. А раз так, то слабый может и подождать, пока я захочу приблизиться. Я считал, что все должны желать меня всегда, и несмотря на мою грубость, ждать меня спустя года, спустя целые столетия.

Официантка напомнила мне о моей жадности. Ее безразличные глаза показали мне всю пустоту и никчемность моей души. Осознание этого напугало меня настолько, что я отдал ей все деньги, пытаясь откупиться от этого ужаса! Лилипуты были людьми, которых я унижал и загонял в такое мрачное место, откуда они не могли найти выхода. Их было так много! И все они канули во тьму из-меня! Из-за меня!!! – Лукас постучал по своей груди пальцами.

- А та малышка… была моей тьмой, которую я так игнорировал. Она была моими проявлениями алчности, ненависти и высокомерия, которые я считал правильными… Мне нужно было уже очень давно повернуться к ним лицом, где-то просто извинится за грубость, где-то расплатиться с долгами, а где-то встать на колени и слезно просить прощения… – Художник поднял голову на двойника. По его бледным щекам текли слезы, а руки дрожали, как листва на деревьях в ветреный день.

- Я больше не могу так жить… - Мужчина схватился за свое сердце. – На мои выставки уже почти никто не приходит… Мои картины тускнеют… А важные мне люди исчезают каждый день бесследно! Я… должен все исправить! Иначе… я сам скоро почернею и исчезну из этого мира…

Двойник улыбнулся и хлопнул себя по коленке ладонью.

- Ну… что бы разрушить, созданные тобою стены, тебе и вправду придется попотеть. Скинуть с себя наложенные тобою маски, сломать себя и заставить встать на колени перед всеми теми, кого ты когда-либо обидел, предал и продал ради достижения своих целей. Ты готов изменить свою жизнь и наконец проснуться?

- Да… - Ответил художник, улыбнувшись своему двойнику.

- Удачи! – Прошептал двойник и щелкнул пальцами.

Лукас Реджинальд открыл глаза. Он медленно сел на кровать и вновь посмотрел на свою мастерскую. Она была чиста, разноцветные кляксы не окрашивали ее мраморные стены. Холст был чист и цел, а в окна светило яркое осеннее солнце.

«Так это был сон…» - подумал художник, улыбнувшись. Мужчина подскочил с кровати, накинул на оголенное тело свой любимый халат. Пробежав босиком по полу, он добрался до телефона в коридоре. Схватив его с тумбочки, он набрал номер.

- Привет!.. Я тут подумал… и хочу тебе кое-что сказать… Я понимаю, что поступил неправильно и ты в праве не отвечать мне… Я лишь хочу попросить прощения… Прости меня… Давай выпьем по чашечке эспрессо на набережной сегодня в девять?.. Если ты не против. О, отлично, спасибо!.. Что со мной произошло? Ха-ха… просто я решил перестать бегать от своих проблем и наконец встретиться с ними, понести за них ответственность, так сказать… Ведь даже темная краска может разукрасить мой холст в новые оттенки и принести мне незабываемые эмоции… и это правильно… А, прости, несу художественную чепуху! До встречи на набережной!

2022

Писатель

Пролог

Джеймс Лувра. Выписка из дневника.

«В 9 часов 36 минут 12 мая 2012 года трагически погиб один из величайших писателей-фантастов нашего времени – Морган Летфин. Его жизнь не была окутана тайнами и загадками, как обычно бывает у таких замкнутых людей, как писатели. Он не прятался от публики и не боялся показывать свою необычную и творческую сторону, а наоборот на протяжении 36 лет своей жизни старался общаться с людьми, как можно чаще и развиваться разносторонне.

Он был одним из детей богатого предпринимателя, жившего в штате Айова Соединенных Штатов Америки и державшего под своим ботинком не одну ферму. В отличии от своего старшего надменного брата и двух сестер, Морган всегда желал жить в каком-нибудь небольшом городишке Швеции. Горы и необъятные леса всегда влекли этот пытливый ум в дальние дали.

Когда ему исполнилось 23, он, наконец, переехал в дом своей мечты, избавившись от постоянных криков вечно недовольного отца и насмешек других родственников. Морган писал о потусторонних мирах и копиях людей в такой непринужденной форме и с юмором, что многие находили его книги интересными и забавными. Они расходились огромными тиражами по всему миру. Но случилось так, что кому-то наскучил и этот автор, и эти книги, если какой-то человек решил избавить остальных людей от еще одной краски, которая наделяла наш серый мир цветом.

Выходя из магазинчика маленького городка в Швеции и держа в руках пару новых журналов и две ручки, писатель упал замертво, так и не успев записать новый роман на бумагу. Пуля прошила его голову, как острая игла пронзает тонкую ткань. Никто не видел откуда стреляли, да и полиция в этом деле не так уж и стремилась все разузнать. В маленьких городах всегда старались побыстрее замять дело, чтобы не привлекать большие чины, вечно мешающие простой обычной работе рядовых полицейских.

Но из всего клубка домыслов, предоставленных мне местной полицией, я понял, что никто никак не ожидал, что убийство одной творческой личности окажется странной и запутанной историей, которую этот писатель смог написать, уже будучи мертвым.

Прибыв на место убийства, я увидел кроваво-красное пятно на тротуаре. Кровь неестественно сворачивалась, становясь черной и тягучей, как резина. Тело уже увезли в морг, потому обычных зевак и полицейских значительно стало меньше. Пуля вышла навылет, но ее так и не удалось обнаружить. Оцепленное полосатой лентой место было уже хожено-перехожено сотню раз, и я не стал осматривать его. Просто отошел в сторону, чтобы попытаться представить тот момент, когда пуля начинает проникать в голову человека. Что происходит в этот миг? О чем думает писатель? Какие планы строит на этот день? Замечает ли убийцу? Испытывает ли боль, или уже не успевает что-то почувствовать? Ведь все мы разные, и восприятие чего бы то ни было у всех разное.

Размышляя над потоком вопросов, я сделал несколько шагов вдоль улицы наблюдая, как пожарная машина паркуется возле магазина. Скоро на асфальте не останется и следа от человека, который всего пару часов назад еще дышал и мечтал. Пожарные работали слажено и размеренно. Солнце поднималось выше и начинало припекать, а это значит, что мне пора было ехать. Но что-то меня удерживало возле этого магазина, какая-то деталь не давала мне покоя.

Я вызвал такси, чтобы не привлекать внимание своим уходом, и в этот момент увидел на стене повыше моей головы то, что мне было нужно. Мне повезло оказаться в этот момент в этом самом месте под лучами яркого солнца, которые и блеснули на глянцевой поверхности. Пуля так глубоко зашла в мягкую стену, что догадаться о ее присутствии было невозможно. Достав свой складной нож, я аккуратно извлек пулю из стены и положил в пластиковый пакет, которых в моих карманах всегда было полно. Когда я обернулся, такси уже ожидало меня.

В такси при близком рассмотрении я обнаружил, что пуля, которую я достал из стены на месте убийства, была необычной. Ее наконечник, конечно же повредился, но основная часть осталась целой и имел небольшую прорезь. Направив свет фонаря вовнутрь, я обнаружил маленькую тонкую иглу. Как я предполагал, никаких отпечатков пальцев на пуле не оказалось. А при ее разрезе выяснилось, что внутри корпуса находится механизм, с помощью которого игла за доли секунды выскакивает и выпрыскивает в тело жертвы вместимое крохотной капсулы.

Узнав это, я ринулся в медучреждение, где уже вскрывали голову моему подопечному. Моя догадка подтвердилась. То, что было в капсуле, через иглу вступило в реакцию с клетками головного мозга убитого, тем самым превратив его мозг в такую же тягучую резину, как и кровь, пролитая им на асфальт. Это могло означать только одно. Морган Летфин – вампир. И убит он был тоже вампиром, а значит круг подозреваемых сужался в разы. Осталось лишь узнать, кому из холодных и бледных аристократов, понадобилось убивать безвинного писателя?»

15 мая 2012 года, спустя три дня после смерти Моргана Летфина. Семейный особняк Летфинов.

Трехэтажный дом, огражденный дорогим кованым забором и поросший старинным виноградом, выглядел серее лица изможденного человека, встречая каждого, кто приблизиться к нему, побледневшей краской и прозрачными окнами. Одинокое такси подъехало к темным воротам. Из крохотного окошка машины высунулся таксист, нажав на кнопку домофона.

- Слушаю вас. – Послышался гудящий голос с той стороны.

- Детектив Джеймс Лувра прибыл. – Проговорил таксист, достав изо рта изрядно пожеванную зубочистку.

Ворота открылись и ко входу в здание подъехало желтое такси, словно лучик солнца озарил это мрачное и гнетущее место. Задняя дверь открылась и из машины в черном пальто вышел темнокожий мужчина. Он достал из кармана своей черной жилетки маленькие часы на цепочке и, открыв крышку, посмотрел на циферблат, тяжело вздохнув.

- Эй... эй, детектив! – Раздалось из такси. Чернокожий мужчина обернулся и заглянул в машину.

– Вы забыли свой портфель. – Высунулся из окна таксист.

- Да, благодарю. – Ответил гость и, взяв небольшой портфельчик, стал подниматься по ступенькам к дверям дома. Мужчина позвонил в звонок и в это время услышал странное шуршание, доносившееся откуда-то со стороны. Темнокожий повернул голову и увидел, как рабочие на повозке вывозили свежеспиленное дерево. Все бы нечего, но взгляд детектива привлекли листья на дереве. По виду это был крепкий молодой дуб, но его листья были пожелтевшими, хотя была середина мая. Похоже, что-то сгубило дерево, и очень быстро.

- Как интересно… - Тихо протянул гость, провожая взглядом бледных рабочих и странное дерево. Такси неспешно уехало, двери со скрипом отворились, давая понять всем внутри, что к ним пожаловал гость. Возле двери приехавшего встретил пожилой дворецкий. Он поклонился и важно произнес:

- Господин Джеймс, полагаю?

- Да, здравствуйте, я по поводу дела господина Моргана. – Слегка улыбнувшись, ответил пришедший.

- Все семейство наверху, сэр, раздевайтесь и следуйте за мной. – Дворецкий слегка кивнул подошедшей служанке, чтобы та приняла пальто гостя.

Джеймс поставил свой портфельчик на пол, снял с себя пальто, оставшись в черной жилетке и серой рубашке. Пальто он отдал служанке, улыбнувшись, поднял портфельчик и последовал за дворецким наверх. С правого крыла от главной лестницы на первом этаже дома, по всей видимости, располагалась кухня. Гость это понял по манящему аромату специй и томата, доносящимся оттуда, пока они с дворецким пересекали большой хмурый холл. Поднявшись на второй этаж дома, где располагалась столовая, дворецкий открыл дверь перед Джеймсом, громко объявив:

- Милорд, миледи, детектив Джеймс Лувра прибыл.

Темнокожий мужчина оказался в комнате с высокими потолками, где висели шикарные золоченые люстры. Посреди комнаты стоял длинный обеденный стол, возле которого стояли все члены семьи Летфин и близкий друг самого писателя, который помогал последнему в издательстве книг. Все присутствующие были одеты в черные траурные наряды. Их лица, напротив, были белыми, как мел, а глаза ярко светились карим цветом с оттенком красного, отчего даже человеку, придерживающемуся скептических взглядов на паранормальные вещи, становилось понятно, что перед ним стояло семейство вампиров. Взгляды этих аристократов были надменными, оценивающими и тяжелыми.

- Здравствуйте, Джеймс, рад видеть вас в своем доме! – Сказал пожилой мужчина в черном строгом костюме-тройке. Он стоял у края стола, опираясь на старую потертую трость и держа под руку пожилую женщину.

- Здравствуйте, сэр, я приехал разобраться в этом непростом деле. Надеюсь на Ваше содействие. – С этими словами Джеймс протянул руку пожилому мужчине.

- Меня зовут Роланд Летфин, я глава семьи Летфинов, Морган был моим сыном. – Хозяин прищурил глаза, пожав при этом протянутую ему руку гостя.

- Отец, зачем ты пригласил в дом этого детектива? – Выйдя вперед, проговорил светловолосый крепкий мужчина средних лет. Его брови опустились, и его взгляд стал напоминать сыча. – Пусть полицейские разбираются с этим делом?

Джеймс быстро осмотрел говорившего и слегка улыбнулся.

- Лиам, имей уважение к нашему гостю! Полицейские уже доказали свою неспособность расследовать дела! А этот детектив, бесспорно, лучший в этом деле, если нам посоветовал его пригласить сам губернатор! Твой брат погиб от рук неизвестного, поэтому мы и находимся сейчас здесь. Пускай Морган и отстранился от семьи в последние годы своей жизни, но в отличие от тебя, он хотя бы на праздники не забывал появляться в кругу семьи. И я хочу знать, кто виновен в его смерти, чтобы наказать по достоинству это ничтожество! – Грозно произнес Роланд, зло посмотрев на старшего сына.

Детектив заметил, как супруга Роланда сжала предплечье мужа. А светловолосый мужчина нахмурился пуще прежнего.

- Какое кому дело, кто его убил и зачем? Братец Морган всегда был странным, так даже лучше... Хотя бы его вечно улыбающейся рожи здесь больше не будет... – Язвительно проговорила высокая стройная женщина в длинном черном платье со шлейфом. Ее руки были одеты в полупрозрачные перчатки по самые локти. Она вальяжно села за стол, выпрямив спину, словно струну.

- Роза, он твой брат! – Взволновано произнесла мать, еще крепче схватившись за рукав мужа. На глазах женщины выступили слезы и белоснежные щеки слегка порозовели.

- Он всего лишь еще один чудак, не более. – Отрезала Роза Летфин и взяла в руки нож и вилку. – Когда уже соизволят подать обед? Не пора ли нашему гостю и нам самим почтить память этого сумасброда Моргана?

Отец тяжело выдохнул, повернувшись к детективу:

- Прошу вас, Джеймс, присоединяйтесь к столу. С этого дня и последующую неделю вы будете жить с нами, так что, думаю, нам всем стоит узнать друг друга получше.

Пока семья занимала свои места, друг писателя, все это время стоящий отдаленно, осторожно подошел к темнокожему мужчине, положил на его плечо руку и шепнул на ухо:

- Они не любят гостей. Считают, что любой посторонний в их доме может осквернить не только их, но сам памятный дом, который передается от поколения в поколение.

Джеймс обернулся и увидел светловолосого мужчину с ярко голубыми глазами. На его переносице красовались очки в железной оправе.

- А как же прислуга? – Шепнул детектив.

- Даже прислуга является потомками первых, кто служил этой семье, так что для них они также являются членами семьи, пускай и не такими значимыми. – Помощник убрал руку с плеча Джеймса и сел за стол. Ему тут же налили бокал вина. Гость занял оставшееся свободное место за столом, как раз напротив Роланда, и поставил рядом со своим стулом свой рабочий чемоданчик. В этот момент в зал вкатили тележку с блюдами. Поверх всего стояла до блеска вычищенная кастрюлька, из которой каждому налили ароматный томатный суп. Также на стол поставили запеченного карпа, пару салатов и миску фруктов. Все семейство приступило к еде в полной тишине и комнату заполонило странное напряжение.

- Джеймс. - Прозвучал голос главы семьи, прорезав всю эту тишину словно ножом.

- Да? – Промокнув губы салфеткой, отозвался детектив.

- Я бы хотел поинтересоваться, как будет проходить ваше расследование? Что конкретно вы хотите узнать? – Разрезая карпа, спросил хозяин дома. – Есть ли у вас какие-нибудь мысли на счет того, кто это сделал?

- О! Рано пока об этом судить. Для начала я хотел бы, господин Роланд, узнать вашего погибшего сына, его образ жизни и его привычки получше. И на основе полученной информации составить список подозреваемых, кто бы мог его убить. Ведь, когда знаешь человека хорошо, всегда найдется то, что есть у него и чего нет у другого. А это уже мотив, и, в конечном счете, преступление. – Легкая улыбка озарила лицо Джеймса.

- Вы – человек, раскрывающий такие кровавые дела, а с Вашего лица не сходит улыбка… прямо как у братца Моргана... – Прошипела Роза, сделав очередной глоток вина и искоса посмотрев на детектива. Темнокожий мужчина улыбнулся еще шире и проглотив очередную ложку супа, внимательно посмотрел на надменную женщину.

- А Вы наблюдательны, леди Роза. На самом деле, я скептик, и не верю в мистику, а к жизни отношусь с радостью в груди и азартом в сердце. Я никогда не воспринимал смерть, как конец пути, поэтому, когда меня отправляют на очередное расследование, считаю, что я помогаю заблудившемуся человеку найти дорогу домой.

- Вы верующий? – Вновь спросила Роза, сощурив недовольно глаза.

- Отнюдь, я хоть и был крещен, но, повторюсь, – Джеймс продолжал внимательно смотреть на молодую женщину в черном платье, – в высшие силы я не верю, а верю в людей и их возможность самим управлять своей судьбой.

- Вы такой же чудак, как и братец... – Женщина допила вино, оставив недоеденный суп, вытерла свои губы салфеткой и удалилась из-за стола.

- Роза, куда это ты? – Спросил Роланд, прекратив трапезу.

- В этом доме мне душно, я хочу развеяться. – Сделав еще шаг, произнесла Роза.

- Погоди, твое слово в смерти Моргана так же должно присутствовать.

- О! Не переживай за это, отец. Дорогой Джеймс, когда вы закончите с остальными членами нашей семейки, я буду ждать Вас в любое удобное для Вас время в третьей комнате справа от лестницы. – Женщина махнула рукой и вышла из зала.

Семья продолжила обедать молча, что давало Джеймсу время вдоволь понаблюдать за членами семьи убитого подопечного. Никто ни на кого не смотрел, все ели, уткнувшись в свои тарелки, как бы боясь нарушить эту странную напряженную тишину. «Роза Летфин очень амбициозна и не терпелива, но и в тоже время очень привлекательна на лицо. Ее взгляд надменен и не знаю почему, но это лишь добавляет ей какого-то особо шарма» - Думал Джеймс проводив взглядом ушедшую женщину. Детектив снова повернулся к столу посмотрев на младшую сестру Моргана. Она соблюдая все нормы приличия, ела как настоящая аристократка, гордо держа голову - « Утонченная и хорошо выученная девушка. Даже во время трапезы она очень сдержана и аккуратно, словно боится оставить после себя какие-то следы. Таких гладких и красивых движений при приеме пищи, мне еще видеть не удавалось… А вот Лиам. » - Повернул Джеймс голову на старшего сына семьи. « Пускай его манеры так же не уступают манерам госпожи Лилии, все же в его движении присутствует нотка грубости. Хотя как мне кажется, что его характер, что его манеры одинаково грубы и так же надменны как и у всех в этом доме. Даже некая тяжесть присутствует в его образе» Детектив проглотил несколько ложек супа, незаметно посмотрев на Роланда и его жену. Они ели не спеша, словно наслаждаясь вкусом каждой ложки супа, что попадала им в рот. «Хозяева этого дома ведут себя как настоящие бароны или герцоги. Они не спешат с почетом относясь к приготовленной еде. Но их глаза печальны, они словно стеклянные и смотрят в пустоту. Думаю смерть одного из членов их семьи да еще и сына, сильно ударила по их духовному равновесию, хоть с первого взгляда это незаметно. А вот помощник писателя, что-то уж сильно быстро поглощает все, что лежит на его тарелке…» - Подумал Джеймс переведя взгляд на светловолосого мужчину, что своими руками хватал все, что лежало как в его тарелке так и за ее пределами. «Он не выглядит особо огорченным, но и назвать это нормальным поведением нельзя. Я слышал, что многие люди стараются заесть свое горе. Возможно он один из них? В любом случае, скорее всего он просто пользуется возможностью бесплатно и дорого поесть.» Легко улыбнувшись подумал про себя детектив. После обеда Джеймса провели в его комнату на третьем этаже. Она была четвертой и самой последней с правой стороны от лестницы. В ней стояла широкая кровать с двумя дубовыми тумбочками по бокам. На потолке висела красивая люстра, а также в комнате присутствовал старый камин и два больших кресла с чайным столиком. Джеймс поставил свой портфельчик рядом с кроватью и достал оттуда толстый журнал, в который детектив записывал все полученные сведенья в своей работе. Ручку он извлек из кармана жилетки, которую небрежно бросил на кровать. В дверь постучались и, не дожидаясь приглашения, в комнату зашли Роланд с женой.

- Прошу прощения, можем мы поговорить? – Спросил седой мужчина, его лицо выглядело уставшим и напряженным.

- Конечно, прошу, присаживайтесь. – Джеймс понялся с кресла, позволив хозяевам дома занять самые удобные места. Сам он сел на кровать, закинул ногу на ногу и открыл свой журнал. Роланд не спеша сел в кресло, также закинув ногу на ногу и положив на колено скрещенные в замке руки.

- Вы будете записывать все, что мы будем говорить? – Поинтересовалась мать семейства.

- Конечно, я хочу получше познакомиться с Морганом. Скажите, как вас зовут? – Темнокожий мужчина уже успел записать в журнале дату и имя главы семьи. Теперь рядом он добавил то, что проговорила бледная пожилая дама, сжавшись.

- Лидия, Лидия Летфин. – Женщина слегка наклонилась вперед. Джеймс оторвался от журнала и улыбнулся своей широкой улыбкой:

- Прошу Вас, Лидия, расскажите мне, каким был Морган.

- Мой маленький сынок... он был очень смышленым... наверно, даже смышленее остальных детей, понимаете? Он всегда любил природу, его из сада было невозможно вытянуть. – Тяжело вздыхая, говорила Лидия, на глазах женщины выступили слезы, и она закрыла лицо руками. – Он был такой хороший... никогда не дрался... и так же, как и Вы, смотрел на проблемы с лучезарной улыбкой...

- Он был упертым, - вмешался Роланд. - Никогда никого не слушал. После того, как пришло время ему стать мужчиной и взяться за семейное дело, он решил заняться писательством и покинул мой дом. – Мужчина нахмурился, и на первый взгляд могло показаться, что его младший сын был ему противен, но Джеймс видел легкую нотку грусти в этих карих глазах отца. – Я много раз вступал с ним в перепалки и иногда даже поднимал руку на этого непослушного мальчугана, но даже не смотря на все наши пререкания, он всегда приезжал на праздники с улыбкой. И когда входил в дом, приветствовал нас всех, говоря: «Мои дорогие отец и мать, как я рад снова лицезреть вас!» Тогда мне это казалось странным и в какой-то мере даже унизительным, но лишь теперь я понимаю, что он искренне любил нас и... хотел, чтобы мы, наконец, сняли маски…

- Маски? – Удивленно спросил Джеймс, перестав записывать.

- Да. Понимаете, из-за своего статуса нам всегда приходилось вести себя сдержанно из-за нашего особого статуса. Мой муж всегда был на работе, как и я сама. Видимо, поэтому наши старшие дети переняли эту манеру от нас, став такими отчужденными и холодными.

- А младшие не такие?

- Нет, нет... Когда родился Морган и его сестра Лилия, мы уже не уходили с головой в работу, так как наши старшие дети начинали вникать в наш бизнес. Мы старались себя вести как можно дружелюбнее с того момента. Но как-то Морган подошел ко мне, когда мы играли с ним в саду и спросил: «Мамуль, почему твоя улыбка ненастоящая?» После этого... я поняла... что время, когда я могла стать хорошей матерью, ушло... и я просто не смогу более измениться... – Женщина вытерла слезы, Роланд взял жену за руку.

- Морган видел нас насквозь. Всегда благодарил нас, даже после, того как мы ругали его. А незадолго до его смерти он прислал нам письмо... – Роланд достал из кармана пиджака белый листок бумаги и протянул Джеймсу. Детектив быстро пробежал по написанному глазами.

- Он говорит о том, что благодарен Вам за Ваши старания вырастить его достойным человеком.

- Да, жаль, что я не смог поговорить со своим сыном по душам даже спустя столько лет.

- Из ваших слов и текста письма я вижу Моргана хорошим человеком, который всегда любил своих родителей и всегда стремился стать лучше. О таком сыне можно только мечтать. – С сочувствием в голосе произнес Джеймс.

- А у вас есть дети? – Спросила Лидия.

- Нет, моя невеста сбежала со свадьбы.

- Ох, прошу, простите нас за наше любопытство. – Тихо проговорил Роланд. – У нас редко бывают гости, а близких друзей у нас нет, понимаете? Все-таки, когда ты бизнесмен и предприниматель, у тебя больше врагов чем друзей.

- Ничего, это было давно, да я и не особо переживаю насчет того, что уже случилось. У меня здесь есть бумаги по поводу наследства Моргана. Вы ходили в бюро, чтобы узнать его завещание? – Темнокожий мужчина потянулся за своим портфельчиком и извлек из него закрытое печатью письмо. Он протянул его Роланду. Мать и отец убитого с волнением потянулись к этому белоснежному листку бумаги.

- Нам зачитывали его завещание, но что Вас так заинтересовало? –Пожилой мужчина достал из другого кармана пиджака очки и открыл конверт.

- Дело в том, что в завещании, которое зачитывали вам, не было сказано о большой сумме денег, которую Морган хранил в ячейке одного из швейцарских банков.

- Что? Двоеное завещание? – Удивилась Лидия, подняв глаза на детектива. Роланд прочитал завещание, ошарашено посмотрев сначала на Лидию, потом на Джеймса. Он медленно снял очки, протянув бумаги супруге. Та бегло прошлась по строчкам. По ее лицу было видно, что эта новость для нее, как и для Роланда, была неожиданной. Когда женщина оторвала взгляд от бумаг, ее волнение уже не было столь явным. Да, они умели скрывать свои чувства очень хорошо, и это не осталось незамеченным детективом.

- Но откуда у моего сына столько денег? И почему в завещании, которое читали нам, этого не было? Где Вы достали эту бумагу?

- Полагаю, эти деньги Морган планировал использовать для себя, но был вынужден завещать кому-то помимо Вас. – Со смешинкой в голосе произнес Джеймс. Ему, с одной стороны, было жалко эту пару, потерявшую сына, а с другой стороны, было немного странно видеть проявление печали и недоумения. Ведь все вампиры без исключения славились своей чопорностью и сдержанностью.

- Кому-то еще, вы говорите? – Уже более сдержанно спросил Роланд. – Но кому? И почему он был вынужден?

- Я присутствовал при обыске в его доме. Там нашли его дневник. В нем было написано, что он собрал много денег и что скоро они будут в безопасности. Видимо, Ваш сын предчувствовал что-то, раз завещал все деньги тому, кто предъявит его именную сейф-карту. Может, у Моргана была жена или дети? – Спросил Джеймс, посмотрев сначала на Лидию, затем на Роланда. Пожилая пара замотала головами. – Ну, что же, думаю, пока что это все, что я хотел узнать.

- Для нас все это очень странно, детектив. Но мы рассчитываем на Вас. Если вы еще что-то захотите узнать, можете прийти в мой кабинет. – Поднимаясь с кресла и подавая руку супруге, сказал Роланд.

- Хорошо, благодарю. – Ответил детектив и открыл дверь пожилой паре. Проводив супругов, Джеймс вернулся к своему журналу и поспешил сделать запись.

«Писатель, живущий за городом, далеко от цивилизации, ведет довольно аскетичный образ жизни и собирает огромную сумму денег. Поскольку сумма не вымысел, а сейф-карты от банковской ячейки нигде нет, напрашивается вывод: или Морган успел кому-то ее передать до своей смерти, или кто-то похитил ее, но скрывает это обстоятельство.» Последнее предложение Джеймс подчеркнул и продолжил.

«Родители тепло отзываются о своем сыне и не знали до моего приезда о деньгах. Сомневаюсь, что у них был хоть какой-то мотив. Да и зачем богатому предпринимателю убивать собственного сына из-за денег? Ревность? Вряд ли. Морган окружал, несвойственной подобным созданиям, теплотой и заботой своих родителей. Но пока поспешные выводы рано делать.»

Детектив подошел к окну своей комнаты. За прозрачным стеклом виден был большой красивый сад, за которым тщательно следили. Витиеватые дорожки, усыпанные мелким гравием, с обеих сторон обрамляли шикарные кусты роз различных сортов и расцветки. Причудливым узором все дорожки сходились возле старинного дуба огромных размеров. Великан, улавливая легкий ветер, покачивал своими ветками и тихо поскрипывал, наполняя мертвую тишину различными шуршащими и свистящими звуками.

На одной из дорожек на широкой скамье среди высоких красивых роз сидела молодая девушка, закинув ногу на ногу. Детально рассмотреть лица с такого расстояния детектив не мог, но видел ясно, что у нее были длинные смоляного цвета волосы и одета она была в красивое черное платье по колено и высокие черные сапожки. Среди всего этого буйства цветов и трав, эта прекрасная особа сильно выделялась и даже странно влекла. Девушка подняла голову и посмотрела в окно, из которого за ней наблюдал Джеймс. Мужчина взял свой журнал, накинул жилетку, положил в карман ручку и поспешно спустился на первый этаж. Оттуда уже не спеша он двинулся в сторону сада. Зайдя за угол дома, Джеймс направился к дубу. Проходя мимо роз, детектив даже не взглянул на них. Его привлекала мощь старого дерева. Он проигнорировал две лавки, стоящие рядом возле дерева на довольно широкой асфальтированной площадке и стал под тенью великана, закрыв глаза от наслаждения и окутавшего его спокойствия.

- Вы достаточно странный человек, Джеймс. – Нарушил спокойствие детектива тонкий и ласковый женский голосок. Гость открыл глаза и медленно повернулся в сторону голоса:

- За эти пару часов, что я здесь, мне это сказали уже не единожды, госпожа Лилия. – Позади мужчины стояла та самая девушка в коротком черном платье.

- Вы знаете мое имя?

- Конечно, я же детектив. Я должен знать тех, к кому приезжаю на обед и планирую пожить несколько дней. – Джеймс широко улыбнулся и сделал несколько шагов в сторону собеседницы.

Она тихо хихикнула, прикрыв рот руками.

- Вы очень смешной, господин Джеймс, в нашей семье только я и Морган вели себя подобным образом. Но я рада, что после смерти брата к нам в дом приехал такой человек, как Вы. Сидеть в этих четырех стенах с теми, кто относился к Моргану, как к собаке, не очень мне нравится. – Кивнув в сторону дома, тихо произнесла Лилия. Девушка перекинула через левое ухо пару своих прядей, оголив белоснежные щеки.

- Ха, почему Вы считаете, что Ваши родные относились к Моргану, как к собаке? – Ухмыльнулся детектив.

- Потому, что они всегда завидовали ему... Они все поголовно бесчувственные статуи, не умеющие проявлять каких-либо чувств. Только и могут, что одевать маски. Вы уже ходили к моей сестре или брату? – Лилия внимательно посмотрела прямо в глаза чернокожему мужчине.

- Все, что я успел сделать, это переговорить с Вашими родителями. Они очень любили Моргана и...

- Ложь! – Перебила молодая особа стоявшего напротив нее мужчину, нахмурив брови. – Отец вечно ругал его, не было и дня, чтобы дом не дрожал от его криков. А Морган всегда встречал эти крики улыбкой, и я не понимала, зачем он так ведет себя. Он ни разу не крикнул на отца, как бы сильно тот не возмущался, даже, наоборот, благодарил его...

- А вы спрашивали брата, почему он так себя ведет?

- Конечно, спрашивала. Он всегда мне отвечал, что видит настоящую сущность наших родителей и что в глубине души они очень добрые люди. Нехотя, но я все же верила ему, так как отец, хоть и возмущался, но никогда не говорил, что лучше бы Морган не рождался… - Тут Лилия резко сменила тему, улыбнувшись. - Я вскоре поеду в его дом в Швеции, хочу собрать все те вещи, которые остались после него. Если хотите, можете составить мне компанию.

- Буду рад. Мне бы хотелось узнать от Вас больше о Вашем брате. Мне кажется, Вы были достаточно близки с ним. – Приложив руку к груди, сказал детектив. Что-то тут было подозрительным для него. Слишком ярко выказывает свои чувства эта особа. Слишком ка-то чувствительно. Хорошо, что отец семейства собрал всех в своем доме, так легче будет отследить поведение родственников покойного. Девушка развернулась вполоборота, скрестив руки, окинув долгим взглядом сад.

- Да-а-а... – На выдохе протянула Лилия. – Роза и Лиам… они ушли с головой в отцовский бизнес и им до нас никогда не было дела. Хотя, иногда... – Девушка задумалась, прислонив руку к щеке. - Знаете... я пару раз замечала, как Морган, когда еще жил здесь, заглядывал к Розе в комнату. После этих посещений, он всегда казался мне сжатым и его каждый раз передергивало, когда он встречался с Розой взглядами. На мои вопросы по этому поводу он не отвечал, скорее даже пытался перейти на другую тему. Поэтому спросите у Розы, что это было.

- Благодарю за наводку. – Темнокожий мужчина поцеловал ладонь девушки и хотел было покинуть ее, как вдруг Лилия окликнула его:

- Джеймс.

Детектив обернулся, вопросительно посмотрев на девушку.

– Берегитесь Розы и Лиама, эта парочка может быть очень страшна...

Мужчина слегка улыбнулся, кивнул головой и пошел в сторону дома. Достигнув середины дорожки, мужчина невольно обратил внимание на цветы. Они все не только завяли, но и странно потемнели. «Мало того, что Вы все чопорные и надменные, Вы еще и вампиры. Энергетические вампиры… Интересно…» - подумал детектив и обернулся. Лилия все также продолжала улыбаться ему и мужчина, сорвав один из увядших цветков, помахал ей, тоже улыбнувшись. Ответа не последовало. Джеймс сам себе присвистнул и двинулся дальше.

У входа в дом стоял красный кабриолет «Эльдорадо». Двери дома открылись и оттуда вышел помощник писателя, он повернул голову, приметив детектива.

- Детектив Джеймс! Уже повидались с самой молодой особой этого знатного рода? – С насмешкой в голосе произнес светловолосый мужчина.

- Как время не стоит на месте, так и я не теряю любой возможности, чтобы пересечься с теми, кто лично знал погибшего. Позвольте спросить, вы сбегаете от меня?

- Ох, нет, нет. – Широко улыбнулся помощник, подойдя к машине. – Я пробуду здесь сутки, а затем вернусь обратно в Швецию. Я просто хотел съездить в город и прогуляться по здешнему парку. Вы что-то хотели?

- Мне бы хотелось занять немного вашего времени и поговорить о Моргане. –Джеймс заметил напряжение в голосе говорившего.

- Тогда прошу на борт! – Чересчур радостно произнес помощник. Детектив зашел в свою комнату, схватил пиджак, который одел, спускаясь по лестнице обратно, и сел в машину.

- Меня зовут Виктор Андерссон. – Сказал светловолосый мужчина, выезжая за ворота старинного особняка. – Мы с Морганом знакомы еще с института. Безбашенный он был, очень часто спал на парах, а ночью творил! Он исписывал свои рабочие тетради быстрее, чем успевал записывать конспекты. Полностью отдавался искусству. Но, несмотря на это, он прекрасно сдал экзамены, лучше всех в университете! – Восхищался другом Виктор.

- И на кого же он учился? – Поинтересовался Джеймс.

- На учителя литературы. После выпускного мы с ним не виделись, но однажды я решил уехать из Штатов и преподавать в своем родном городишке. Там, на автобусной остановке, откуда автобус разъезжал по всем трем крохотным школам нашего городка, мы и столкнулись. Морган работал в одной из школ, но при этом хотел издавать книги, которых у него на тот момент скопилось немерено, и я до самой его смерти помогал ему в этом. Он вечно чудил. Особенно чудил тем, что самолично создавал костюмы своих героев из подручных средств и переодевался в них. Пару раз в школу наведывался в своих нарядах, дети смеялись от подобных его шуток от души! Старался придерживаться здорового питания, даже на пробежки умудрялся ходить, хотя спать любил страшно.

- А были ли у него с кем-нибудь конфликты?

- Что вы! Такой, как он, и мухи не обидит! Он вечно старался избегать подобных стычек. Да и ругаться с ним было некому... Замкнутый он был, из учителей в школе почти ни с кем не общался, был сдержанным и почтительным. С двадцати двух лет очень часто уезжал. Бывало на неделю, иногда на две пропадал. Ни сам не звонил, ни ему не дозвонишься. Человек словно пропадал из мира сего, а потом неожиданно снова появлялся. В институте говорил, что ездил к родителям, так как отец его часто болел. Старший-то брат его в Нью-Йорке живет, сестра старшая тоже там околачивается. Младшая живет где-то здесь неподалеку и, кажется, тоже работает учителем. Но тогда она еще училась в школе и Моргану приходилось приезжать и помогать отцу. А потом, когда мы с ним столкнулись, он начал говорить, что проблемы с издательством книг и нужно открывать офис. Потому как по телефону или в школе могли перехватить разговор. – Наклонившись к детективу, проговорил Виктор.

- Идея всемирного заговора? Люди все еще верят, что за ними наблюдают? – Заулыбался Джеймс.

- О-о-о, это была самая частая тема для обсуждения в институте, когда кто-то просил Моргана позвонить тому или иному знакомому. Он до жути боялся обговаривать какие-либо вещи по телефону, старался общаться через старую голубиную почту, ха-ха-ха! – Смеялся светловолосый мужчина, сворачивая на дорогу, ведущую в городской парк. – Я, конечно, удивлялся такому странному страху, но в работах психологов столько разного начитался, что подобное для меня вообще мелочью оказалось. Но, все-таки я понять не могу одного, зачем кому-то понадобилось убивать безобидного писателя? Он и так отрезал себя от мира и все время, кроме работы, сидел дома.

- Хм, а мне его родители сказали, что он был очень общительным. – Удивленно произнес детектив.

- Возможно, до института все так и было, но я вас уверяю, сколько знал его я, все было в точности до наоборот. Он даже подружку себе не искал, чего там о друзьях говорить. Только я с ним и общался!

«Интересно, что за причина заставила Моргана закрыться от мира? Может, он был участником какого-нибудь сообщества? Или, может, был хорошим азартным игроком и любил пропадать в казино? Задолжать он не мог, денег у него оказалось более, чем достаточно. Проиграл какой-то спор, который нельзя было урегулировать деньгами? Имел псевдоним? Вероятно, но все-таки есть еще одна нестыковка...» - Думал про себя Джеймс. Мужчина повернул голову, посмотрев в бескрайнее голубое небо – «Какая же вы все-таки интересная личность, Морган Летфин».

Двое мужчин въехали в зеленую зону, остановив машину у старой деревянной церкви. Виктор пошарил по карманам своего пиджака и достал пачку сигарет.

- Будете? – Спросил он, протянув детективу пачку.

- Нет, спасибо, не курю. – Вытянув ладонь, ответил темнокожий. – Стараюсь вести здоровый способ жизни, пока молодость еще при мне, ха-ха.

- Как пожелаете, господин Джеймс. Ну, пойдемте. – Виктор закурил, попутно засовывая пачку обратно в карман и выходя из машины. Джеймс также поспешил покинуть кабриолет и застыл, осматривая неотрывным взглядом церковь.

Виктор включил на машине сигнализацию. Кабриолет издал громкий сигнал, чем привлек внимание нескольких прохожих. Джеймс увидел, как такое внимание со стороны других доставляет Виктору удовольствие. Видимо, звуковой сигнал был так накручен специально.

Виктор не спеша зашагал по узкой улочке и детектив не замедлил к нему присоединиться. На улице вечерело, по улицам метались машины – люди спешили домой, отдохнуть и расслабиться. Подростки собирались в группки по пять-шесть человек, тихо напевая веселые мелодии.

- Дорогой Джеймс, расскажите мне немного о себе. Я полагаю, что у Вас, как у детектива, должно быть много интересных историй из жизни? – Попросил Виктор, выдув через ноздри едкий дым.

- Вообще, здесь я должен задавать вопросы, господин Виктор, но, думаю, иногда стоит дать себе отдохнуть. – Детектив положил в карман жилетки свою верную ручку и улыбнулся. - Сказать, что было много интересных истории? Нет, не совсем. Скорее очень трагических и достаточно мрачных, как сказал бы нормальный человек в наше время.

- Ну, тогда, поведайте мне о своем прошлом, может, там Вы сможете отыскать какие-нибудь радостные моменты? – Заулыбался помощник, повернув голову к детективу.

- Да, был один радостный момент. Я помню, как мы с отцом выезжали за город, и он расстилал небольшой старенький коврик на траве. Мама доставала из багажника корзинку с обедом, и мы втроем подолгу вглядывались в небо. Представляли себе, как то, или иное облачко выглядит, как зверек. Отец всегда учил меня добиваться правды в любой ситуации и всегда делать свою работу качественно. Он также, как и я, считал, что человек, даже без воздействия каких-либо сил, может изменить мир. – Джеймс положил одну руку в карман, посмотрев на Виктора.

- Морган бы с вами не согласился… - Протянул мужчина. – Этот чудак пускай и не верил в бога, но был уверен в том, что где-то там за гранью нашей вселенной существуют параллельные миры и что с ними с помощью каких-то электромагнитных волн можно связаться и разговаривать, как по видео. Хотел бы я узнать, теперь-то он подтвердил свои домыслы или все же ошибся? – Засмеялся Виктор и выкинул окурок в ближайшее мусорное ведро. Мужчины перешли дорогу и вошли в парк. С обеих сторон широкой дорожки светили фонари. Зеленые деревья блестели золотом, отбивая яркий свет от своих зеленых листьев. Изредка появлялись люди, медленно прогуливающиеся в тишине среди всего этого буйства разных красок.

За это время детектив отметил для себя, что рядом с Виктором он не чувствовал такой усталости и тяжести, которая ощущалась рядом с членами семьи Летфин. Растительность вблизи него не вяла, и люди, проходящие мимо, не хмурились и не опускали головы. Это подтверждало его мысли о том, что Виктор являлся обычным человеком, нежели эти напыщенные аристократы, в доме которых ему сегодня предстоит ночевать.

Джеймс и Виктор вышли на полянку, откуда открывался вид на город, находящийся на холме. Уже совсем стемнело на улице и людей стало не видать. Светловолосый мужчина подошел вплотную к детективу и шепнул на ухо:

- Дорогой Джеймс, а Вам не кажется странным, что покойник имел огромную сумму денег в ячейке, а карта, открывающая ее, исчезла?

- Откуда Вы знаете про деньги? – Удивленно и с подозрением в глубине души спросил детектив. Помощник вновь достал сигарету. Закурив ее, он поднял голову к небу.

- Просто… за три дня до того, как Морган погиб, он судорожно бегал по дому, постоянно сверяясь с какими-то бумагами. Он периодически вскрикивал: «Эврика! Получилось! Наконец, у меня все вышло!» Я списал это на то, что мы незадолго до этого издали его очередную книгу. Я, конечно, все же подошел тогда к нему и спросил, в чем дело. – Качая правой рукой туда-сюда, говорил Виктор. – Он лишь схватил меня за плечи и, с глазами, полными счастья, воскликнул:

– «Спустя столько попыток, я, наконец, смог исполнить задуманное, остался лишь последний шаг!» - Он достал из кармана джинсов банковскую сейф-карту и затряс ею, смеясь: – «Все мои деньги, все мои сбережения здесь, теперь они не получат их, ха-ха-ха!» Тогда я решил, что он говорит про сотрудников банка, которые управляют счетами. После этого он сжег какие-то бумаги во дворе дома, затем уехал в город по делам, а я вернулся к себе. Через три дня приехали полицейские в школу и сказали, что его застрелили. Я сразу смекнул, что из-за денег. Ведь сейф-карту так и не нашли, правда, детектив? – Виктор сощурил глаза. - Обыск в доме также не помог найти какие-либо сведения. Предполагаю, что сумма большая, ведь из-за мелочи никто не захочет, во-первых, заниматься переводом их с банковского счета в банковский сейф, а во-вторых, мараться. И вот теперь я задаюсь вопросом, куда же эта заветная карточка могла деться? Кому Морган мог ее отдать?

Джеймс на секунду отвлекся, обернувшись.

- Что-то случилось? – Спросил Виктор, удивленно.

- Нет, ничего такого, просто, знаете, шестое чувство. – Приложив к груди кулак, проговорил детектив. Мужчина внимательно всмотрелся в заросли парка и после медленно вернулся в исходное положение.

- Судя по докладу, составленному полицейскими, который я читал, в доме и в правду ничего не было обнаружено. Странным оказалось еще и то, что ни паспорта, ни других каких-либо документов, которые могли бы подтверждать личность писателя, в доме не оказалось. А после, узнав о так называемом «кладе», я думаю, что все-таки полицейские могли что-то упустить. И, возможно, где-то в доме спрятаны подсказки...Я планировал сам обыскать дом, но для начала туда надо добраться. – Развел Джеймс руки, улыбнувшись. – Потому, пока я хочу для начала сузить круг подозреваемых и немного углубиться в историю жизни Моргана. Эта история для меня, по сравнению с другими убийствами, с каждым новым развязанным узелком становится все интереснее.

Виктор искоса посмотрел на детектива. Потом выбросил сигарету, затушив ее носком своей туфли, и, набрав воздуха, выдохнул полной грудью. Он огляделся вокруг, уперев руки в бока, и радостно произнес:

- Уже вечереет, пора бы нам возвращаться, иначе пропустим бесплатный и дорогой ужин! Как вы считаете?

- Поддерживаю вашу мысль.

Двое мужчин двинулись обратно к машине и через полтора часа въехали во двор мрачного поместья Летфинов. Было около девяти часов вечера, на улице поднялся легкий ветер. А в зале на втором этаже уже горел свет. Детектив и помощник вошли в дом, их, с улыбкой на лице, встретил дворецкий.

- Я уже хотел звонить вам, господа. – Проговорил старик с насмешкой в голосе.

- Ты так соскучился за нами, Фредди? – Снимая с себя пиджак, весело проговорил светловолосый мужчина.

- Хо-хо, нет, господин Виктор, но хозяева этого дома беспокоятся о вас, потому более не заставляйте их переживать. – Дворецкий поклонился и показал рукой, что гостям уже следует подниматься по лестнице в зал.

Вся семья Летфинов уже приступила к трапезе. Свечи, стоящие на столе, тускло освещали зал, люстры, как ни странно, были выключены, отчего в помещении создавалась необычная атмосфера.

- Господин Виктор, господин Джеймс, вы опоздали. Что же вас так задержало в городе? – Спросил Рональд, оторвавшись от филе жареного утенка.

- Приносим свои извинения, достопочтенный господин Рональд, мы с моим новым другом Джеймсом любовались сиянием городских огней и не заметили, как пролетело время! А также Джеймс попросил мен показать некоторые бумаги, относящиеся к Моргану. – Радостно произнес помощник и поклонился так низко, как кланяются лишь в фильмах про принцев или принцесс. Он косо посмотрел на мужчину и улыбнулся еще ехиднее.

Джеймс никому не сказал, что Виктор соврал, ведь его ложь была полезной детективу. Он, благодаря этому, смог оценить реакцию семьи Летфинов. Все, что детектив смог отметить для себя, так только то, как напрягся старший сын Лиам Летфин. Правда, он в этот момент отделял зажаренную утиную ногу от туши. Но кто знает, всегда ли он так напрягается, разделывая уток? Остальные сидели, как ни в чем не бывало и только Роза странно покачивалась.

- Да… вечера в нашем городке и в правду завораживают! – Улыбнувшись, ответил Роланд.

- Только тебя отец подобное все еще может завораживать спустя целых шестьдесят лет жизни в этом же городе… - Съязвила Роза, щеки женщины порозовели и по ней было видно, что она была уже изрядно пьяна. Старшая дочь потянулась за бутылкой вина, наливая себе очередной бокал.

- Сестра, тебе бы уже хватит. – Прошептала Лилия, сердито посмотрев на старшую сестру.

- Не трогай эту алкоголичку, Лилия, ее только смерть исправит. – Прорычал Лиам, промокнув губы салфеткой.

- Роза, милая, оставь вино, мы все-таки должны показывать хороший тон нашим гостям. – Коснувшись руки дочери, ласково сказала Лидия. Роза сморщилась, вытянув из-под руки матери свою ладонь.

- Не смей мною командовать, ты мне не хозяйка... И мы ведь все еще поминаем моего младшего чудаковатого брата! Почему же от такой серьезной потери вы, матушка, не пьете вместе со мной? – Поднявшись из-за стола и держа в руках бокал вина, спросила Роза.

- Не смей так разговаривать с матерью! – Стукнул по столу руками Роланд. Отец семейства сердито посмотрел на пьяную дочь.

- А то что? Поставишь меня в угол? Ремнем отлупишь? – Посмотрев на отца сощуренными глазами, спросила женщина. Роза резко повернулась и посмотрела на Джеймса. – Представляете дорогой детектив, этот черствый сгусток ненависти и злобы, гнусная пародия на великого магната, в молодости очень любил издеваться над своими собственными детьми! Разве это норма в семье? – Роза резко повернулась к отцу, опершись обеими руками на стол. – Я помню, как ты избивал меня ремнем, восхваляя своего любимого Моргана! Как ты заставлял меня и Лиама проводить часы за книгами, чтобы стать идеальными приемниками твоего бизнеса, в то время, как Морган и твое яркое солнышко Лилия, купались в твоей любви и нежности.

- Роза, отец любил тебя так же, как и нас… – Озлобленно огрызнулась Лилия, швырнув на стол столовые приборы.

- А ты вообще молчи, белая ворона… - Протянула женщина, наклонившись к младшей сестре. Лилия не выдержала и, вскочив со стула, дала старшей пощечину.

- Не смей... не смей назвать меня так! Никто не отнимал у тебя родительскую любовь…если бы ты сама нуждалась в ней, то еще в детстве могла ее обрести. Но ты предпочла уехать в школу-интернат, и сама же отрезала себе путь к любви, и Морган здесь совсем не при чем. – Сказала девушка шепотом. – Прошу прощения. - Лилия развернулась и вышла из зала, громко хлопнув дверьми. Роланд сложил руки и положил на них голову.

- Какой прекрасный ужин, отец… Благодарю за ужин - Прошипел Лиам и так же, встав из-за стола и поклонившись, ушел из зала.

- Господин Джеймс, господин Виктор, простите моих непутевых детей за такое поведение. – Тяжело сказал Роланд.

- Да, ладно Вам, всякое бывает! – Попытался разрядить атмосферу Виктор. Джеймс положил свою руку на плечо светловолосого мужчины, покачав головой, показывая, что сейчас не лучшее время для каких-либо шуток.

- Прошу вас, еда скоро остынет… - Лидия встала из-за стола, натянув на лицо улыбку. Виктор медленно занял свое место, краем глаза посмотрев на опирающуюся о стол Розу. Женщина не спеша выровнялась, перекинув волосы с лица назад и безразлично начала пялиться в потолок. Джеймс подошел к молодой даме и протянул ей руку.

- Позволите ли Вы мне сопроводить вас до вашей комнаты? – Роза опустила глаза на детектива, все еще смотря на него с тем же безразличием.

- Притворяетесь джентльменом? Сильный винный запах резанул по носу детектива.

- Вовсе нет, всего лишь хочу Вам помочь. – Улыбнувшись, ответил мужчина. – Ужин подождет.

- О-о-о-о… Вам стоило появиться в моей жизни на пару лет раньше… - Протянула Роза. Она отодвинула от себя руку детектива и качающийся походкой покинула зал в одиночестве.

- Вот и отужинали… - Прошептал Виктор, жадно проглатывая все, что лежало на его тарелке. Джеймс сжал руку в кулак, посмотрев вслед Розе Летфин: «Какая амбициозная сильная женщина, а вблизи она кажется еще прекраснее, нежели издалека». Мужчина занял свое место за столом, приступив к трапезе.

Перед сном в комнату детектива постучались. Мужчина снял с себя жилетку и подойдя к двери, приоткрыл ее. Там стояла Лилия со свечой в руке, но в этот раз девушка выглядела совсем иначе, из-за чего Джеймс не сразу признал ее. Смоляные волосы девушки стали абсолютно белыми, словно снег, а цвет глаз под сиянием лампы в комнате и вовсе стал казаться детективу алым. Волосы спадали до самой талии девушки. Она была одета в темное платье, немногим отличающимся от того, в котором была днем, и в черные балетки. При том, что кожа ее тоже была белой, как сметана, зрелище было ошеломляющим. Детектив, видавший в своей жизни всякое, не сразу смог что-то произнести, поэтому первой молчание нарушила гостья.

- Прошу прощения за столь поздний визит, я бы хотела поговорить с вами о Моргане…

- О! Да, да, конечно, входите. – Джеймс открыл дверь шире, впустив девушку в свою комнату. Лилия провела ладонью по покрывалу, лежащему на кровати, и остановилась у окна. Она сложила руки за спиной и не спеша повернулась лицом к детективу.

- Вы знаете, эта комната раньше принадлежала Моргану. – Легкая улыбка тронула губы девушки всего на мгновенье.

- Правда? – Джеймс движением руки пригласил Лилию присесть. Та махнула головой, отказываясь от предложения. Тогда детектив позволил себе присесть за журнальный столик, взял в руки свой верный журнал и достал ручку.

- Да, в этом доме нет комнат для гостей из-за нелюбви моих родных к гостям.

- А где же тогда живет господин Виктор? – Спросил темнокожий мужчина, закинув ногу на ногу. Лилия прошлась по комнате, садясь в соседнее кресло.

- Он снимает комнату в отеле на окраине городка. Честно говоря, он впервые в этом доме.

- С его веселым нравом я даже не удивлен, что так и есть. – Заулыбался Джеймс, Лилия улыбнулась ему в ответ.

- Помните же, моя сестра сказала, что Морган был любимчиком у отца и матери? Дело в том, я так думаю, что отец видел жизнь, смотря на Моргана.

- Простите? – Протянул Джеймс, не до конца понимая сказанное.

- Ну, понимаете, - замахала Лилия руками, - вся наша семья, как вы заметили зачастую очень сдержана, но наши сердца очень вспыльчивы и это пламя часто вырывается наружу. И у нас в семье есть лишь эти два состояния, холод и огонь, но Морган имел намного, намного больше сторон! Эти стороны были разными, странными, своеобразными и, смотря на него, отец сам начинал чувствовать, себя более живым. Да, я думаю, каждый в этом доме чувствовал нечто подобное… Даже его жена, обычный человек, чувствовала радость, находясь рядом с ним…

- Погодите, погодите, у Моргана Летфина была жена? – Потянувшись ближе к Лилии, ошарашено спросил Джеймс.

- Да, он никому не рассказывал о ней, а я и вовсе узнала о ней случайно...

- И как именно? – Детектив открыл свой журнал, внимательно смотря на Лилию. Девушка по началу оторопела, она совершенно не собиралась кому-то рассказывать подробности личной жизни своего младшего брата. Но раз уже проговорилась, то решила рассказать все. Она облегченно выдохнула и улыбнулась, начав свой рассказ:

- Примерно года четыре назад, я приезжала к Моргану в гости. Я в то время сильно поругалась с отцом, он хотел вовлечь и меня в свой бизнес, но я упиралась и, в конечном счете, добилась своего. Я приехала летом, кажется, это был август. Дом брата всегда был захламлен разными бумагами, на которых были написаны отрывки из книг. Он часто просыпался по ночам, ха-ха. И мне очень нравилось собирать все эти листы в одну стопку и читать то, что он написал на них. Иногда это были смешные фразочки или описание чудаковатого героя.

Но однажды я наткнулась на конверт, на нем не было ни марок, ни штемпеля, по которому можно было бы узнать место, откуда он пришел. Все, что он в себе содержал, это само письмо. Я достала его и первое, что прочла, это было: «Любимый». Я стала читать дальше, хоть и понимала, что поступаю неправильно. В письме говорилось о том, что у женщины, писавшей его, все хорошо и что совсем скоро придет школьная пора и она будет вынуждена писать ему редко. Она описывала то, что купила домой и что произошло с ней за прошедшие несколько дней. Мне хотелось прочесть до конца, но в конверте не было второго листа. Я попыталась найти его в стопке листов, лежащих на столе, но в эту минуту вернулся Морган. Он поднял прочитанное мною письмо, а после, не видя другого выбора, рассказал мне о том, что женат и что его жену зовут София Вольвранг и она из Австрии. Они познакомились в институте, но из-за ее родителей им не удалось жить вместе и потому все это время он поддерживал с ней связь, отправляя ей письма и приезжая на несколько дней, пока учился и когда уже работал. Брат взял с меня обещание, никому не рассказывать о ней. И я дала его ему. Но теперь-то это уже неважно…

«Так, значит, вот что это были за командировки?» - Подумал Джеймс, а вслух произнес:

- А не могли бы Вы рассказать еще что-нибудь о ней? Я бы хотел поговорить и с ней.

- Боюсь, это у Вас не получится. – Опустила голову Лилия. – Около полугода назад она погибла в автокатастрофе, когда они оба решились съездить вместе на отдых. Они должны были встретиться на вокзале, но тормоза в ее машине оказались неисправны, и она не доехала до Моргана всего пару кварталов. Для него это было сильное потрясение, он несколько раз за эти полгода ездил на ее могилу. Он даже после ее смерти написал ей три письма. Если хотите, я могу их принести, это единственное, что он незадолго до своей смерти отдал мне.

- Да, я бы хотел взглянуть на них. – Джеймс был рад такому повороту. Ему нужны были эти несколько секунд, пока девушка ходила за письмами, чтобы переосмыслить сказанною ею.

Лилия поспешно покинула комнату. Через минуту, оглядываясь по сторонам, девушка вернулась. Он протянула детективу три конверта и снова села напротив.

- Я… после его смерти несколько раз перечитывала их, думала, может, он не зря отдал их мне и в них сокрыто какое-то послание? Даже пыталась себя убедить, что это не его застрелили и что в этих письмах он указывает место, где теперь живет в тайне от остального мира. Он писал в своих книгах о таких мирах. – Поставив на колени локти и положив на ладони голову, сказала Лилия. Джеймс внимательно вчитывался в письма, а затем оторвавшись от них спросил:

- А лично для Вас, кем был Морган?

Девушка улыбнулась и немного замявшись, ответила:

- Для меня... он был тем, кого я любила больше всего на свете.

- Вы любили брата? – Удивился чернокожий мужчина. За то время, которое он провел в кругу этой семьи, слышать подобное, было для него в диковинку.

- Да, как и все сестры любят своих братьев. – Заулыбалась Лилия.

- Возможно, я ошибся, но из Ваших искренних слов и такого точного рассказа мне показалось, что Морган был для Вас немногим больше, чем… просто братом… Простите, если это покажется для вас грубым, это всего лишь моя глупая догадка.

Девушка замялась еще сильнее, что не смогло ускользнуть от глаз детектива.

- Вы хотите что-то сказать? – Спросил мужчина.

- Ну… как бы так выразится… Ха-ха… - Подняла Лилия голову к потолку и резко отпустила, убрав локон своих белых волос за ухо. – От вашего зоркого взгляда ничего не в состоянии скрыться… Я… и в правду любила своего брата не совсем сестринской любовью… Он был человеком, который всегда поддерживал меня и всегда был рядом… Мое сердце просто не смогло оставаться холодной льдинкой…

- Так Вы любили Моргана… романтической любовью? И как же давно…

- Да… с самого детства, примерно… и, скорее всего, поняла это, по крайней мере, в подростковом возрасте… Я несколько раз хотела признаться ему… но решила, что это странно и неправильно, потому решила умолчать…

- И вы не жалеете, что так поступили?

- Иногда, но из-за своего альбинизма, - Девушка вытянула руку, проведя по ней другой. – Я бы не смогла нормально жить с ним, даже если бы все везенье мира свалилось на меня, ха-ха. Мне приходится носить парик, мазаться кремом, чтобы не сгореть на солнце и носить линзы, но даже так я большую часть времени провожу в помещениях. Вот такая вот белая ворона среди бледных вампиров. – С сарказмом произнесла Лилия, скрестив ноги и сложив на коленку обе руки.

- А у Моргана не было детей? – Спросил Джеймс, подняв глаза на смущенную девушку.

- Нет… Морган сказал, что несколько раз предлагал ей завести детей, но София сильно боялась отца и не решалась на такой рискованный шаг.

- Понимаю…Позволите ли Вы мне оставить себе эти письма ненадолго? – Спросил Джеймс, положив письма обратно в конверты?

- Да, да, конечно. – Ответила Лилия

- А можете мне еще рассказать, в каких отношениях Морган был с братом? Я все не могу застать господина Лиама, чтобы обсудить с ним смерть Моргана. – Сказал Джеймс и убрал письма в свой журнал.

- Они почти никогда не общались, но Лиам был очень недружелюбен по отношению к Моргану. Пускай они и не дрались, но старший братец вечно давил на него и издевался морально. Помню, как они поступили в один институт. Только Лиам был уже на третьем курсе, и там между ними произошла драка. Не знаю, что именно они не поделили, но новости дошли до отца почти сразу, как это произошло. В точных науках Лиам превосходил Моргана, только младший брат обходил его на целую голову по языкам, литературе. Возможно, друзья Лиама насмехались над ним, видя, как его младший брат намного способнее его.

- Ясно… - Протянул Джеймс и о чем-то задумался.

– Я, наверно, уже пойду, все-таки нужно завтра собраться на самолет. – Поднявшись на ноги сказала Лилия

- Вы решили лететь раньше?

- Нет, я и планировала сесть на ночной рейс. – Девушка наклонилась к детективу, шепнув на ухо: - Прошу, найдите того, кто убил моего брата. – Девушка еще раз улыбнулась и вышла из комнаты.

«Она любила брата… зачем женщине, любящей человека убивать этого самого человека? Чертовщина какая-то… Госпожа Лилия не пошла бы на это… да, любая девушка не стала бы убивать любимого... Чем дальше, тем интереснее… »

Джеймс снова развернул письма. Взяв в руки ручку, детектив начертил на каждом листе странный круг и преподнес все три листа к горящей над его головой лампе. Письма покрылись тонкой прозрачной пленкой. Мужчина дунул на листки бумаги и вся странная пленка в миг высохла, и словно отклеившись, упала на пол. Мужчина довольно улыбнулся. Детектив сел обратно в кресло, достал из кармана пиджака свой телефон и нажал на вызов.

- Привет, да, это я, можешь попросить наших коллег из Австрии пробить одно имя? Да, я все еще работаю над делом Моргана. Благодарю, записывай…

Утром, когда солнце не поднялось из-за горизонта, Джеймс открыл глаза. Мужчина поднялся, оделся и решил выйти прогуляться на свежем воздухе. Но стоило ему всего шаг сдать в сторону выхода, как его привлек странный звук из соседней комнаты. Это была третья комната от лестницы, комната Розы Летфин. Мужчина тихо постучался.

- Войдите… - Послышался равнодушный ответ с той стороны.

- Госпожа Роза. –Джеймс кивнул, входя в комнату.

. Женщина сидела на подоконнике своего окна. На ней был белый халат и легкая ночная рубашка из атласа. Она курила длинную трубку, и от этого в комнате стоял неприятный и едкий запах гари. На подоконнике рядом с ее левой ногой стояла очередная бутылка красного вина и бокал, наполовину заполненный кроваво-красным напитком.

- Не считаете ли Вы, что пить в столь раннее время, неправильно, госпожа Роза? – Спросил Джеймс, сложив руки за спиной.

- А, так это Вы стучались? – Надменно произнесла женщина, повернув голову. – Полагаю, пришло и мое время исповедаться перед Вами, не так ли?

- Если хотите, я могу зайти и позже. – Уже разворачиваясь, проговорил детектив, ехидно посмотрев на женщину.

- Нет, останьтесь со мной. Я... всю ночь не могла уснуть, мне бы не помешало очистить душу у такого человека как Вы. – Протянула Роза и потушила трубку.

- Уверены, что я подхожу для этой роли? Психолог из меня никудышный. – Заулыбался детектив и подошел немногим ближе.

- Дело не в том, психолог Вы или еще кто-то, Вы человек, который, я уверена, поймет меня. Я ведь знаю, какие именно дела вы раскрывали. – Женщина подняла голову вверх, посмотрев на мужчину с улыбкой. Под тусклым светом утра, глаза женщины сверкали алым, весь ее вид стал игривее и привлекательнее. Но, толи от волнения, то ли от такого зрелища, Джеймс сделал шаг назад и закрыл глаза.

- Не делайте такого лица, я не собираюсь делать с Вами что-то, что навредит Вам. В отличии от остальных в этом доме, я ценю свою жизнь и не плачу по другим.

- От того так много пьете? – Детектив расслабился, почувствовав некую легкость в словах женщины и сделал еще шаг к ней навстречу.

- Ха-ха-ха, очень возможно. – Женщина повернулась к окну, наблюдая за встающим солнцем. Но Вы ведь пришли не мои смазливые речи слушать, а услышать от меня, кем же был Морган? Он отличался от нас, хотя Вы и так это поняли. Но он отличался не только потому, что мог писать или был веселее остальных в этом доме. Он отличался от нас тем, что не боялся простых людей. Да, мы хоть и вампиры, но жить среди людей приходится осторожно. Вам ли не знать, под каким пристальным присмотром находятся все магические создания нашего мира? Куда бы он не пошел, у него везде появлялись друзья. А в школе он вообще был тем, с кем дружили все, в институте было так же.

- Но, я слышал, что в институте он, наоборот, сторонился людей.

- Кто это вам сказал, Виктор? А вы знали, что Виктор подкаблучник и умелый льстец, вор и обманщик? Этот ублюдок постоянно присылал мне свои подарки, как только узнал о том, что у Моргана есть такая сестра как я! – Женщина резко развернулась, отчего бокал с вином упал, и красная жидкость растеклась по полу. – Виктор подлизывался к Моргану все-е-е время, пока тот учился в институте, когда ради девчонки, когда ради встречи с учителем, чтобы получить хорошую оценку. А после, когда узнал, что может хорошо нагреть руки на его книгах, и вовсе не давал Моргану прохода, пока тот не взял его в помощники. Никто, кроме нашего наивного добрячка, не общался с ним, он жалел его и из-за этого сам лишил себя друзей! Единственным недостатком в жизни брата было то, что он всегда пытался быть со всеми сразу. Он не любил себя, всегда старался угодить всем, подстраивался и пытался соответствовать идеалам других. Все говорят, каким хорошим он был, но никто не знает, как на самом деле он страдал! – Роза соскочила с подоконника, топнув ногой. В этот момент Джеймс заметил, как высока была женщина. До этого момента он считал, что она имеет такой рост из-за шпилек на своих туфлях, но теперь он видел, что ошибался. Роза была выше большинства женщин.

– Я пыталась донести до него, что то, что он делает, не правильно. Но и сама, будучи ребенком, вела себя несдержанно. Я звала его сюда, именно в эту комнату и говорила ему, что если он продолжит прогибаться под людей, то в конечном счете приведет к тому, что люди станут все больше и больше пользоваться им, а для ТАКИХ, КАК МЫ, это означает лишь смерть! – Роза закрыла лицо руками, снова подняв голову вверх. Когда она убрала руки, Джеймс увидел, как по лицу старшей сестры текли реки слез. – Ха-а-а, пару раз… он припирался со мной на эту тему, называл меня тряпкой, змеей, боящейся внешнего мира и за это я его избивала. Скорее, мы дрались, но он всегда проигрывал, ведь я была выше и сильнее его. Даже в зрелом возрасте я все равно остаюсь…оставалась выше него на полголовы, хотя по силе теперь трудно сказать. Несмотря на то, что он родился и был достаточно костлявым, возможно, сейчас бы, он запросто мог бы дать мне хорошую взбучку, от которой у меня болела бы тело три дня, как болело у него. Хотя, я ведь всего лишь пыталась его защитить…

- Хм, странный способ защиты, скажу я Вам. Но я понял Ваше место в его жизни. Спокойно произнес Джеймс.

Роза вопросительно посмотрела на Джеймса. Мужчина широко улыбнулся и подошел в плотную к женщине, взял ее за руки. Сейчас их рост был примерно одинаков и двое смотрели друг другу прямо в глаза. - Уже послезавтра я приведу к Вашему отцу и матери убийцу Вашего брата, а Вы мне поможете в его поимке.

Немногим позже, Роза вместе с Джеймсом зашли в столовую. За столом уже сидели Рональд и Лидия. Лиам, Виктор и Роза отсутствовали.

- Отец, где Лиам и Лилия? – Спросила Роза, занимая свое место за столом.

- Лиам решил вернуться домой, у него скоро собрание на фирме и потому ему следует подготовиться. У Лилии заканчивается отпуск, а так как она еще хотела съездить в дом Моргана, то она собралась и в скором времени доберется до аэропорта и отправится в Швецию. Господин Виктор так же уехал, он, как учитель, тоже должен присутствовать на работе.

- Мы с Лилией планировали вместе съездить в дом Вашего сына. – Сказал равнодушно Джеймс.

- Ей сейчас тяжело, поэтому я не удивлен, что она решила ехать одна. – Развел руками Роналд. – Джеймс, простите, что мы не смогли предоставить Вам достаточно сведений, мы не привыкли к гостям и разговаривать о близких в присутствии чужого…

- Нет нужны извиняться, я понимаю. – Ответил детектив. Темнокожий мужчина переглянулся с Розой и женщина, поклонившись низко, низко произнесла.

- Отец, мама… простите меня за мое поведение вчера. Вы столько лет оберегали нас и работали, как проклятые, чтобы содержать нас четверых… Я виновата перед вами, и, отец, прости меня за слова, сказанные с горяча… Я не хотела…

Рональд замер, потом он взял трость и опираясь на нее, не спеша подошел к старшей дочери. Он обнял дочь прижав ее к себе, как можно сильнее, сказал:

- Пускай мое сердце не бьется и моя кожа холодна, словно у мертвеца, я все еще люблю тебя самой жаркой любовью, и единственный, кто должен просить прощения, это я. Ведь именно я столько времени был холоден к тебе и к твоему старшему брату, хотя вы - мои первенцы и я должен был ценить вас так же, как и ваших младших брата и сестру. Прости меня, Роза, прошу тебя, дочка… прости меня… - Плакал мужчина, гладя старшую дочь по голове. К отцу подошла мать и обняла дочь вместе с ним. Роза легко улыбнулась и обняла родителей со всей теплотой, которую могло выделить ее тело и пылкая душа.

- Конечно, конечно, я вас прощаю. – Девушка отодвинулась от родителей и поцеловала каждого в лоб. – Скоро Морган тоже освободиться от тяготы на своем сердце и сможет посетить нас.

- Госпожа Роза, пора идти. – Глянув на свои часы, сказал Джеймс.

- Да, иду. – Женщина широко улыбнулась родителям и пошла вслед за детективом. Они спустились по лестнице в просторный холл на первом этаже и остановились перед дверью. Детектив выглянул в проход, ведущий на кухню и в подсобные помещения, огляделся, потом заглянул через плечо стоящей рядом с ним женщины.

- Вы кого-то ищите? – Заинтересовалась действиями чернокожего мужчины Роза.

- Отнюдь, надеюсь никого не найти. – Джеймс посмотрел в глаза собеседницы, попутно вручая ей плащ. - Какие отношения у Вас с магическим телепортом?

- Не очень, но и без него бывает не удобно. К сожалению, мы не обладаем таким способностями, в вот Вы, видимо, да. Вы полны сюрпризов, детектив. – Заулыбалась женщина, надевая плащ.

- Ха-ха, тогда приготовьтесь, нас немного потрясет. – Засмеялся Джеймс. Темнокожий мужчина открыл входную дверь пропустив Розу вперед. За ними со второго этажа наблюдал Роланд.

- Милый, как думаешь, кто этот детектив на самом деле? – Спросила Лидия, подойдя к мужу и положив свою руку на его.

Роланд внимательно наблюдал за уходящими. В это время детектив, подхватив свой чемоданчик одной рукой, другой махнул и на месте дверного проема появилась сияющая полоса. После нескольких движений свободной рукой, перед ним засияла и открылась дверь. Гость вместе с Розой прошли сквозь сияющий проем и исчезли.

- Этот человек, действительно из тех, кто точно сможет найти убийцу нашего сына. – Заулыбался Роланд и наконец позволил себе расслабиться. Он обнял жену и медленно повел ее к лестнице, чтобы прогуляться после завтрака в саду. Вдыхая аромат прекрасных роз и наполняясь энергией живых растений хозяин дома - энергетический вампир думал о детективе.

«Дорогой Джеймс Лувра, я считал Вас обычным человеком, так как Вы не выделялись ничем, кроме своего веселого отношения к жизни. Я знал, что Вы, люди, не все одинаковы. Среди тех, кто не имеет особенностей, есть и те, чьи возможности тянуться из самой древности. Ведьмы, колдуны, маги – все вы все еще живете на этом свете, сохраняя память тех древних времен, когда магия была дикой и не боялась никого. И даже не смотря на все способы таких существ, как мы, спрятаться от людей, чтобы нас оставили в покое, я рад, что среди вас находятся те, кто принимает нас спокойно и естественно, не приравнивая нас к языческим монстрам… Спасибо тем, кто основал ОПМС – организацию помощи магическим созданиям, не зря я решил доверить вам наши жизни, спасибо…»

Тем временем сияющая дверь открылась с другой стороны и Джеймс с Розой оказались недалеко от дома Моргана. Дом, хотя и стоял одиноко и выглядел заброшенным, сиял под лучами заходящего солнца.

- Похоже, мы успели вовремя. Здесь еще никого не было. Теперь будем ждать. – Сказал Джеймс и достал часы из кармана, отметив для себя время. Было около пяти часов вечера. – Как на счет чашечки крепкого кофе? Я знаю в этом городке неплохое кафе. – Заулыбался мужчина, посмотрев на женщину.

- А если Лилия приедет в наше отсутствие? – Спросила Роза и укуталась в свой плащ, спасаясь от прохладного ветра.

- Не беспокойтесь, мои друзья меня оповестят. – Джеймс сделал два шага и присел возле одного маленького камня. Он постучал по нему дважды. Камень зашевелился и из- под него в тени показались два ярких желтых глаза.

- Лау́ры… - Протянула Роза, открыв рот от удивления. А существо под камнем, завидев женщину, испуганно вздрогнуло и спряталось. Лауры были пугливыми и застенчивыми, но при этом очень любопытными и скрытными. Зачастую, работали на разные организации и людей. Им было все равно, кто платит деньги. Но, раз составив контракт, они верно держали слово до исполнения всех условий договора. На этот раз они понадобились ОПМС.

- Они надежные помощники, да и обнаружить их почти невозможно. Ну что, пойдемте выпьем кофе? – Второй раз спросил мужчина. Роза посмотрела за спину мужчины и пригляделась. На каждой ветке дерева, под каждым камнем у дома на берегу реки сидели лауры, разноцветные, скрывающиеся в листве деревьев, как хамелеоны. Они чем-то напоминали крошечных людей, но на их спине росли крохотные полупрозрачные крылья, а сами по себе они выглядели так, словно их сложили из листьев. Яркие желтые глаза лауров, были единственным, что выделялось на фоне зеленого цвета. Женщина невольно вздрогнула от страха.

- Да… пойдемте… - Протянула она и последовала за мужчиной. – А они жуткие… - Добавила Роза еле слышно.

- Ха-ха-ха, Вы так считаете? – Засмеялся Джеймс.

Пара зашла в маленькое кафе неподалеку от границы города. Людей здесь обычно было немного. Роза сняла с себя плащ, повесив его на вешалку у самого входа, и робко сев за столик, с интересом стала наблюдать за детективом. Он аккуратно снял с себя пальто и с игривой улыбкой на лице попросил у белокурой официантки их самый вкусный кофе. Джеймс мягко приземлился на сиденье диванчика, снова посмотрел время на своих старинных часах. Женщина присмотрелась. Часы в руках детектива имели не две или три стрелки, как обычные, а четыре. Одна обозначала часы, вторая минуты, третья, окрашенная в голубой цвет означала объем магии в месте, где находился мужчина. А четвертая, красная, показывала природу магии, находящейся вокруг. Эта последняя стрелка указывала своим заостренным носиком на символы, обозначающие основные элементы магии: огонь, воду, землю, воздух, тьму и свет.

Между мужчиной и женщиной настала неловкая тишина.

- Джеймс, позвольте задать Вам несколько вопросов… - Сложив руки в замок, робко произнесла женщина.

- Позволяю. – Улыбнулся детектив.

- Как, как давно Вы поняли, что моя семья и в частности Морган, являемся вампирами?

- Как только обнаружил в стене пулю, которой убили Вашего брата. В ней был механизм и капсула.

- Механизм? Капсула? И что же было в этой самой капсуле?

- Если по секрету… - Детектив наклонился к женщине, начав шептать. - Я не обычный детектив, как вы могли заметить. Я детектив, работающий на организацию ОПМС, что отвечает и помогает ужиться созданиям, подобным вам, с людьми. Она имеет повсеместное влияние на планете. Под ее руководством находятся следователи, детективы, врачи и даже учителя, которые по просьбе клиентов могут им предоставляться для личных целей, если клиент по тем или иным причинам или физиологическим возможностям на данный момент не может вступать в контакт с людьми. Либо же, как в нашем случае, произошло убийство создания, отличающегося от людей. В базе данных моей организации есть данные по всем созданиям, живущим на планете Земля. Там так же присутствуют и данные вашей семьи. Но дело в том, что во время стычек между вампирами, колдунами или оборотнями вычислить преступника за оставленным ДНК просто невозможно. Ведь ваши клетки обладают высокой способностью к регенерации, но внутри тела, а попадая во внешний мир, распадаются за доли секунды. Поэтому для каждого новорожденного из необычной магической семьи, создается отдельная ячейка, в которой хранится капсула с частичкой вашей личной магической энергии. В полупрозрачную капсулу помещаются специально выращенные магические грибы. У вас берут кровь и одну из капель капают на эти грибы. Их споры сохраняют данные о вашей магической энергии многие-многие столетия. И если вдруг с одним из вас происходит какая-то неприятность, например, как с Вашим братом, тогда по следу магической энергии можно найти убийцу. Главное задача состоит в том, чтобы найти остатки этой магической энергии на предмете убийства и сравнить ее с той, которая находится в базе данных.

- А если к примеру убийца пользовался ножом? И как энергия, находящаяся в капсуле, могла убить моего брата? – Прошептала Роза, удивленно посмотрев на детектива.

К паре подошла официантка, сняв с подноса горячий кофе. Джеймс сделал глоток и с еще большим азартом в глазах ответил:

- Вампиров, оборотней, а также магов и ведьм в том числе, можно убить лишь с помощью магии. Но времена волшебных палочек и посохов уже давно прошли, и сейчас убийцы пользуются огнестрельным магическим оружием. Достать такое оружие непросто, а пулю со спусковым механизмом тем более. Я выяснил, что убийца Вашего брата изготовил пулю сам, подогнав ее под оружие, которое купить можно в любой точке планеты. В пулю была помещена капсула с энергией убийцы. Чтобы она сработала, попасть необходимо только в голову. При соприкосновении с черепной коробкой внутри пули срабатывает механизм. Он выдвигает тонкую иглу, которая впрыскивает магическую энергию из капсулы. Чужеродная энергия вступает в реакцию с энергией жертвы и происходит маленький бум в головном мозге. Нейтроны разрушаются, мозг за доли секунды сгорает и все, цель убита. – Развел руки в стороны детектив.

- А разве нельзя вставить в пулю капсулу с чьей-нибудь чужой энергией? – Выпивая свой кофе глоток за глотком, спросила Роза.

- Нет. – Резко ответил Джеймс. – Во-первых, достать капсулу из хранилища ОПМС нереально. Это слишком большой риск. Во-вторых, без особых знаний и навыков достать энергию из капсул невозможно.

- А что на счет младенцев? – Спросила женщина у детектива.

- Пока ребенок связан с матерью пуповиной, согласие на сбор энергии дает мать. Когда ребенок подрастает и начинает осознавать себя как личность, энергию берут повторно. Ее помещают в ту же капсулу, где была общая энергия матери и ребенка. Спустя короткое время энергия ребенка полностью уничтожает материнскую, заполняя собой всю капсулу. Тут важно понимать, что энергия и тело – разные вещи. Кровь получить может любой и любым способом, хотя она и не сбережется долго во внешней среде. А вот энергию, которой все живые создания управляют ментально, без согласия носителя получить просто невозможно. Поэтому и не нет большого смысла искать энергию кого-то другого. – Детектив допил кофе. Он искренне улыбнулся собеседнице и продолжил дальше. – Намного легче при помощи специального вида магии разместить небольшую часть своей энергии в капсуле пускового механизма пули. И все. Оружие готово. Ну а третье, нужно учитывать еще и то, что вампир может убить только вампира, а оборотень может убить только оборотня. Как и маг и ведьма с помощью подобного оружия, могут убить только мага или только ведьму. Если, к примеру, маг выстрелит в вампира, то он может нанести ему урон при условии, что он узнал элемент магии, схожий с энергией вампира, что само по себе достаточно сложно. Но суть в том, что даже и эти энергии по составу разительно отличаются. И в случае причинения вампиру огромного урона, у последнего всегда в дело вступает его регенерация и он восстанавливается, пускай даже и медленно.

- Значит, убийца изначально ступает на скользкую дорожку? Ведь эту энергию можно обнаружить, найдя пулю?

- Не совсем, энергия достаточно быстро исчезает, как собственно и капсула, в которой она содержалась. Не многим, как мне, везет найти орудие убийства с еще не растворившейся капсулой. Так что, подобный способ убийства очень эффективен и имеет очень мизерный шанс раскрытия убийцы.

- Значит, Вы очень везучий человек, Джеймс. – Улыбнулась Роза и сделала еще один глоток.

Прошло около часа с того момента, как пара прибыла к дому Моргана, и вот долгожданный момент настал. Выходя из кафе, где подают прекрасный кофе, на ладонь детектива приземлился крохотный листок. Роза, выходя из кафе довольно улыбнулась. Тепло распространялось по ее холодному телу, доставляя женщине невероятное удовольствие.

- О-о-о если бы я только знала, что это такое блаженство, никогда бы не притронулась к алкоголю… - Довольно заулыбалась женщина.

- Придержите свои комплименты на потом. – Повернулся к женщине Джеймс. – Они здесь. – Мужчина схватил женщину за руку и стал ускорятся, шагая по улице по направлению к дому Моргана.

- Кто они? – Недоуменно спросила Роза, стараясь успевать за детективом.

- Ваш брат и Виктор.

- Что? – Удивилась женщина еще больше.

- Очень скоро, Вы получите от меня все ответы, которые пожелаете, госпожа Роза. Детектив и старшая дочь семьи Летфинов, как только можно широкими шагами, приближались к одиноко стоящему дому. Когда стена фасада уже показался из-за поворота, Джеймс вновь ухватил попутчицу за руку, спрятавшись вместе с ней за деревом.

- Объясните мне, что это все значит ?! – Прошептала женщина, когда детектив прижал ее к дереву, а сам высматривал что-то из-за его ствола.

- Чш.. – Приложив палец к своим губам, прошипел детектив. – Смотрите… - Женщина повернулась. У дома ее младшего брата стояла черная машина, входная дверь была сломана и из дома постоянно вылетали какие-то бумаги. Послышалось недовольное бурчание и неожиданно из входного прохода вылетел Виктор. Мужчину откинуло к самой машине, его очки перекосились, а из носа пошла кровь. За ним выскочил Лиам, взбешенный и побледневший, как никогда ранее. Мужчина подскочил к помощнику писателя схватил того.

- Грязный ты ублюдок! Решил забрать все деньги себе??? – Вскрикнул Лиам и прижал человека к машине.

- Не кричи! Ты хочешь, чтобы нас поймали? – Заверещал Виктор, размахивая руками.

- Куда ты дел карту? - Протянул недовольно старший брат, он надавил на мужчину всем весом и машина под светловолосым начала гнуться от давления.

- Я не знаю где она, клянусь тебе! Я лишь знал, что у него есть большая сумма денег и все! Куда он дел карту я и понятия не имею!

- Ты врешь, как дышишь, червь, не забывай, что это ты убил Моргана, на твоих руках кровь и мне ничего не стоит сдать тебя властям!

Виктор вмиг поменялся в лице и выровнялся.

- Говоришь, это я его убил? Пулю-то выпустил ты… - Мужчина улыбнулся, выпячивая свои клыки наружу. – Это ты был влюблен всеобъятной любовью в Софию и бредил, как бы привлечь ее внимание. А как они с Морганом поженились, так и вообще забыл думать о чем-то, кроме нее! – Ехидничал мужчина, давя на Лиама. Тот не выдержал и снова прижал Виктора к машине.

- Не заговаривай мне зубы, я хотел лишь счастья для Софии! А этот ублюдок Морган даже уберечь ее не смог! Я лишь хотел отомстить ему за ее смерть! – Оправдывался старший сын, мужчина был напуган и это, как ясный день, видел Виктор. Он решил сыграть на чувствах Лиама.

- Так почему же тогда твоя София не спешит тебя обнимать, а? Ты, чертов герой на белом коне! – Виктор замахнулся и ударил Лиама. Мужчина упал на землю. Виктор залез на него сверху и стал избивать сов сей силы. И тут он почувствовал, как в его голову что-то уперлось.

- Так это вы… убили моего любимого Моргана?! – Послышалось позади беловолосого.

- Лилия? – Удивился Лиам. Девушка замахнулась пистолетом и с размаху ударила по виску Виктора. Мужчина тут же потерял сознание, упав рядом с Лиамом.

- Сестра, что ты делаешь? И где ты достала этот пистолет? – Испугался не на шутку старший брат, приподнимаясь на локтях и сплевывая кровь. Его младшая сестра стояла перед ним в слезах, в ее руке был пистолет. И не смотря на нестабильное состояние, рука молодой особы не дрожала.

- Лиам… зачем… скажи, зачем ты убил Моргана? – Всхлипывая, спросила Лилия, направляя пистолет на брата.

- Лилия, послушай… Морган, он… он ведь был ненормальным, согласись со мной… таких, как он, нужно убивать, иначе они испортят общество. – Натягивая на лицо улыбку протараторил старший брат. Мужчина резко вскочил и попытался отобрать у сестры пистолет, как та выстрелила. Пуля влетела в плечо Лиама и мужчина, скорчившись от боли, свернулся.

- Я была так близка… так близка к своему счастью… - Протянула Лилия, вытирая другой рукой слезы. – Я хотела быть рядом с Морганом, я помогала ему, поддерживала его! Я даже убила эту мерзавку, которая, как хвост, ходила за ним! Я ждала…ждала, пока Морган потеряет веру в себя… и в этот момент, появилась бы я… Я бы поддержала его, согрела и в скором времени… он бы стал моим!!! – Девушка закрыла лицо рукой, подняв его вверх. – Я мечтала о том дне, когда он посмотрит на меня влюбленными глазами, обнимет меня… А, может... – Лилия наклонилась к брату. – Может, Морган еще жив? Ха-ха-ха… Ну, конечно, он не мог умереть и оставить меня одну! Ха-ха… Проживать столетие за столетием, пока моя кожа не начнет разлагаться прямо на моих костях! Он наверняка ждет меня, он ведь просто боится выйти ко мне из-за того, что здесь находишься ты, Лиам. – Зрачки девушки увеличились, а улыбка стала безумной. – Вот сейчас я убью тебя, убью Виктора, и он обязательно выйдет ко мне.

- Лилия, нет, погоди! – Прокричал Лиам, выставив здоровую руку вперед.

- Не бойся… это не больно… - С нажимом на последнее слово проговорила Лилия. В этот момент у самого уха девушки прозвучало:

- Прости, сестра… - Лилия обернулась. Мгновение и пуля раздробила ее голову. Девушка вздрогнула и рухнула на землю. Позади нее стояла старшая дочь семьи Летфинов.

- Роза… - Протянул Лиам, приподнимаясь, женщина тут же направила на него пистолет и равнодушно произнесла:

- Не дергайся, Лиам... С меня хватит смертей…

Из-за машины вышел Джеймс, он положил одну руку на плечо Розе, а другой медленно забрал у нее свой пистолет и убрал его обратно к себе за пояс. Тут очнулся Виктор, увидев мертвое тело у себя в ногах, беловолосый мужчина попытался бежать, но его шнурки на красивейших туфлях были завязаны мертвым узлом. Его нелепое падение рассмешило сидящих на ветках лауров, маленькие создания чуть не падали, смотря на то как тот барахтается.

- Ах, вы мерзкие лауры! – Прокричал Виктор, пытаясь развязать свои шнурки. Из- под земли появились лианы и связали помощника по рукам и ногам. – Отпустите меня! Вы поймали невиновного! – Кричал мужчина, барахтаясь по земле.

- Как раз-таки мы взяли тех, кто нам нужен. – Сказал Джеймс и подтащил Виктора к Лиаму.

- Вы не докажете моей вины!

- Мне и доказывать особо нечего. – Ответил детектив, попутно. Для начала я записал Ваш недавний разговор, так что суд уже повернется против Вас. Так же, Вы сами себя подставили, когда спросили у меня за деньги. Уже тогда я заподозрил здесь неладное. Вы сами себя выдали, прилетев сюда в поисках сейф-карты, выказав тем самым особую заинтересованность. В городе Вы имеете неприятную репутацию, как учитель, соблазняющий своих учениц, про Вашу жизнь в институте я пока молчу. Сначала я считал это предрассудками, но, как вижу, люди, у которых натура уже прогнила до дыр, более никогда не могут измениться.

- А как же вы собираетесь притянуть меня к ответственности. Простой записи нашего разговора будет слишком мало! – Понадеялся Лиам.

- Ну… если сказать честно, для обычных полицейских дело вашего брата и вправду осталось бы неразгаданным. - Джеймс прислонился спиной к машине - Именно для этого существует моя организация ОПМС. Как известно, вампиры и вам подобные существа не оставляют отпечатков пальцев, а ваши отмершие волосы испепеляются в течении пары секунд. А еще если добавить вашу способность скрываться в тени, то даже опытный детектив не раскроет преступления во век. Но вы, как и все создания, имеющие возможность владеть хоть и слабой, но все же магией, оставляете после себя магический след.

Когда я прибыл на место убийства, полицейские обшарили все уголки, но так и не смогли найти пулю. Это осталось для них загадкой. Я сразу смекнул, что выстрел был произведен с близкого расстояния, так как пуля вышла на вылет. А раз так, то у меня два козыря оказались в руке. Во-первых, Морган, так сильно охваченный «теорией заговора» и не доверяющий никому, никого чужого не подпустил бы к себе настолько близко. Значит, выстрелил в него тот, кого он хорошо знал и кому доверял. А во-вторых, пуля, выпущенная с близкого расстояния, могла застрять в стене, где, собственно, я ее и нашел. И вот это сыграло решающую роль. Ее могли бы растоптать первые зеваки, а мне повезло найти ее почти целой.

Найдя в ней механизм, я сразу поехал на вскрытие, что бы успеть взять на анализ остатки крови Вашего брата которая могла еще могла быть в процессе превращения и сохранила остатки чужой энергии. Я успел. А найти человека с такой же энергией в нашей базе данных не сложно. Ваш отец оказался одним из многих, кто доверил свою жизнь и жизнь своих детей нашей организации, которая, кроме раскрытия убийств, помогает магическим созданиям мирно жить с людьми. О каждом из вас собрано отдельное дело – имя, возраст, внешность, группа крови, и сведения об энергии вашего тела.

Сразу прибыв в дом Вашего отца, я заметил Ваше волнение, Ваш страх – Заулыбался Джеймс, сев перед Лиамом на корточки. – Конечно, это все косвенные улики, но против подтверждения Вашего магического следа, зафиксированного в лаборатории нашей организации, Вы не сможете ничего предъявить. Плюс ко всему наши помощники, - Джеймс кивнул в сторону кустов и дерева недалеко от машины и несколько десятков ярко-желтых точек окрасили густую зелень в сумерках уходящего дня. - А их тут более сотни, также подтвердят Ваши слова, сказанные несколько минут назад. Так что, Ваша вина так же доказана, господин Лиам. – Улыбка детектива стала еще ярче, чем была до этого. Вампир опустил голову и тихо спросил:

- А где же тогда деньги? Где карта с деньгами Моргана?

- Она находится у получателя, кому эта самая карта и была предназначена, можете не беспокоится. А теперь отправим-ка Вас куда следует. – Джеймс поднялся и открыв портал, пропустил через них Лиама и Виктора.

- Что с ними будет? – Спросила Роза, сжав свое предплечье рукой.

- Суд вынесет решение и, скорее всего, Вашему брату придется несколько десятков лет посидеть в камере, а на счет Виктора я точно сказать не могу. – Джеймс развернулся всем корпусом к высокой бледной женщина. – Но и Вам, моя дорогая Роза, тоже придется ответить за убийство сестры. Но здесь, я думаю, - детектив посмотрел на труп молодой девушки, - будут использованы смягчающие обстоятельства, ведь Ваша сестра имела сильное психическое расстройство.

- Да, я понимаю. – Роза посмотрела Джеймсу прямо в глаза долгим взглядом. – но мне тоже теперь интересно, а кем является получатель всех денег моего покойного брата? И как карта попала в его руки? – Слегка расслабившись, спросила женщина.

Джеймс качнул головой и открыл портал. Кивком головы он пригласил Розу пройти сквозь него. Женщина искоса посмотрела на детектива и вошла в светящийся проем. Она оказалась вместе с детективом на кладбище, где был похоронен Морган Летфин. Это было городское кладбище в том же городе, где и жил сам писатель. Вся его могила была заставлена подарками поклонников, тысячи свечей, письма и яркие алые розы полностью укрывали небольшой холмик под высоким деревом. У могилы стояла совсем юная девушка. Ее волосы были черными с золотым оттенком, она положила на могилу кроваво-красную розу и не спеша повернулась. Ее кожа была белее снега, а глаза яркого фиолетового оттенка. Увидев пару, девушка легко улыбнулась:

- Рада познакомиться, тетя Роза.

Джеймс Лувра. Выписка из дневника.

«Это была Амая Вольвранг-Летфин, дочь Моргана Летфина. София забеременела ею, когда она и Морган были на последнем курсе обучения в институте. Все это время Морган скрывал факт ее рождения от своих близких, опасаясь их неприятия в круг семьи полукровки. Ведь София была обычным человеком.

В письмах, которые Морган прислал Лили, было скрыто послание. Над фальшивым текстом были написаны слова, раскрывающие его озабоченность скрывать свою жизнь буквально ото всех.»

«Дорогой Джеймс Лувра, раз это письмо попало в Ваши руки, значит мои худшие догадки свершились. Я, Морган Летфин, хочу Вам помочь в расследовании моего убийства. Скорее всего, Вы уже догадались по горящим зрачкам и нервной дрожи рук о том, что моя младшая сестра с самого детства безумно в меня влюблена. Сначала я считал, что со временем ее влечение ко мне пройдет. Я старался не обращать на это внимания и не рассказывал ей, что уже давно заметил ее чувства. Я старался быть сдержанным с ней и никоим образом не выказывать ответных, даже братских чувств. Но когда в моей жизни появилась София, Лилия резко изменилась. Видимо, она догадывалась о чем-то, потому что хоть она и сдерживалась, но от ее холодного тела вампира так и веяло огнем гнева и ненависти. Когда ей удалось обнаружить письма Софии у меня в доме, ее взгляд вовсе стал безумным. Ее сжигала ревность, не знавшая границ.

Я понял, что в скором времени дверь, удерживающая все чувства, которые она так тщательно сдерживала в себе все эти годы, вырвутся. Тогда я и решил исчезнуть. Я хотел забрать Софию и уехать в другой город, другую страну, поменять имя и начать новую жизнь. Но моя сестра добралась до нее быстрее… В тот день на вокзал ко мне приехала Лилия и вручила мне клок волос Софии… На ее лице была безумная улыбка, она подошла ко мне, и она прошептала – Очень скоро мы будем вместе, любимый…

Я слаб характером и просто не смог как-либо навредить ей в тот момент… Эмоции бушевали во мне, и я просто сходил с ума, но тогда я понял, что если не отвечу сестре взаимностью, то ее ревность может убить и меня. А если я умру, то моя дочь, о которой никому не известно, останется сиротой… Я не хотел этого…

Занимаясь писательской деятельностью, я собрал хорошую сумму денег, о которой никому не рассказывал, я старался вести замкнутый образ жизни, чтобы не привлекать к себе и моей жизни внимание. Все книжные дела я перевел в офис, чтобы даже мой помощник ничего не заподозрил. За долгие годы общения с этим человеком, я изучил его полностью и подозревал, что он может в какой-то момент совершить что-нибудь ужасное, ведь он очень падок к роскоши, а за роскошь надо хорошо платить. И случилось так, что я, стремясь к дочери, допустил ошибку, проболтавшись о собранных для дочери деньгах, Виктору. Вот тут я испугался не на шутку, ведь в последнее время Виктор и мой брат начали очень тесно общаться. А зная, насколько мой брат был вероломным и жадным к деньгам, я начал переживать и за свою жизнь.

В тот же день я отправил дочери письмо вместе с картой. И тут же написал письмо Вам, отправив его лилии, так как знал, что если меня убьют, то только Вы сможете разгадать эту загадку, а моя младшая сестра обязательно покажет Вам письма, ведь она захочет с кем-то поговорить обо мне.

Я многое слышал о Вас, Джеймс, и даже написал книгу, где прототипом одного из героев выступили Вы. Я прошу Вас, позаботьтесь о моей дочери, о моей старшей сестре Розе и моих родителях. Несмотря на свою страсть к выпивке, Роза всегда пыталась меня защитить и учила не прогибаться под людей, а я даже не поблагодарил ее за это. На первый взгляд она может показаться несносной и противной, но в душе она прекрасная женщина, любящая и добрая.

Заранее благодарю Вас, Джеймс Лувра.

Морган Летфин.»

Джеймс Лувра. Выписка из дневника.

«Морган Летфин был любящим отцом, хорошим братом, милым сыном и прекрасным писателем, который смог проникнуть в сердца людей и зародить в них любовь к невообразимой магии и ее тайнам, магическим созданиям и конкретно к нам, к магам, которые пытаются держать хрупкое равновесие между миром магии и миром людей. Спасибо Вам за помощь, дорогой Морган, можете не беспокоиться, Ваши последние пожелания были исполнены.

Джеймс Лувра. 2012 год 20 Мая»

ЭПИЛОГ

После знакомства с племянницей, дочерью Моргана Летфина Амайей, Роза была представлена перед судом, как женщина, совершившая непредумышленное убийство. Стойкая и знающая свои права женщина без сомнений и страха отвечала на любые вопросы судьи и по решению была лишена свободы всего на три года, в отличие от своего брата Лиама, получившего срок на 70 лет.

Эти три года Роза провела в одиночной камере, но вела себя так, словно находилась в своей квартире в центре Нью-Йорка. Джеймс старался приходить к ней в любую свободную минуту. Все-таки характер и игривость этой молодой особы заставили его разбитое сердце забиться чаще.

После освобождения старшей дочери Летфинов, Роза и Джеймс решили, что нет более причин скрывать интерес друг к другу и поженились. После свадьбы они удочерили Амайю, которая все эти три года привыкала к неожиданно обретенным бабушке и дедушке. Но их терпение и невысказанная к ее отцу любовь, которая теперь обратилась на нее, совершили невозможное. В их большом особняке, некогда таком тоскливом и удрученном после всех событий, снова поселилась радость и надежда.