Смерть в прямом эфире

Глава 1

Всё случилось внезапно, ужасная трагедия в прямом эфире. Ещё хуже понимать, что я пусть и очень косвенно, но причастен к смерти человека. Это очень холодное чувство внутри тебя, словно лёд поедает твои внутренние органы и с каждым поглощенным сантиметром мир становится тусклее.

Я стажёр на телевидении, вернее мальчик на побегушках у сестёр.

Они звёзды телешоу и мечта большинства мужчин. Старшая высокая, стройная блондинка с длинными волосами, которые она завязывает в хвост. Сексуальностью природа наделила её сполна. Грудь где-то третьего размера, ноги, как в одной из песен «аж от бровей, всё модели завидуют ей». Она всегда одевается так, чтобы подчеркнуть эти достоинства.

Характер мягко говоря «зазвездилась». Если вы знаете много слов, начинающихся на эго- (эгоист и эгоцентрист включены по-умолчанию) то это всё про неё.

Меня она считает за личного раба. Мне неоднократно приходила в голову фантазия, что я принесу ей чай в гримёрку, а она там с кожаной плёткой меня поджидает, чтобы я ей вылизал туфли.

Младшая тоже не обделена красотой. Но её красота не такая вульгарная. Девушка предпочитает образ Лолиты. Наряды в стиле школьной формы с мини-юбкой, прическа хвостики или косичка. Глядя на неё, хочется её защитить, огородить от опасностей. Но это только сначала, потом взгляд падает на её спелые груди, округлую попку и мысли уже о другом.

По характеру, тоже далеко не сахар. Скорее асфальтоукладчик. Встанешь на пути или сделаешь, не так, как она представляла – раздавит. Не в прямом смысле. Когда надо и с кем надо она включала «девочку». После такого мужикам сносило крышу, и они готовы были драться на смерть.

- Эй, ты, мальчик! – Окрикнула меня старшая сестра. – Какой-то урод уронил наш заварочный чайник. К выпуску нового эпизода он должен быть, как новенький, иначе ты будешь оштрафован. – Затем она понизила голос и произнесла – И до конца своих дней будешь мне туфли языком своим чистить.

Откуда она узнала об этом не важно, наш коллектив — это хуже, чем змеиное логово. Если ты что-то про кого-то скажешь кому-нибудь, сестры наверняка узнают об этом. После этого придется выбирать не из двух зол, а из двух кругов ада. Я не удивлюсь, если кто-то специально им сломал чайник.

Единственное моё спасение сейчас было это пасть ниц перед начальником охраны. Он собирал и реставрировал керамические заварочные чайники и только он мог сейчас мне помочь. Кстати, этот чайник он и подарил сёстрам.

Начальник охраны был, как говорят, «мужик свой». Он тоже всё про всех знал, и этим зарабатывал. Стоило ему дать небольшую взятку, и он мог подсказать, как проучить коллегу. Или закрывал глаза на мелкие происшествия. Но никогда не позволял перегнуть палку. Я пару раз слушал его нравоучения попавшимся сотрудникам. Чаще всего разговор сводился к зачитыванию уголовного кодекса, статья, которая могла грозить нарушителю, перегнувшему палку, а также стоимость ущерба, которую необходимо было бы возместить, приписав туда пару вещиц, которые он бы себе хотел.

Узнав о возможном наказание, почти все умеряли свой пыл.

- Фёдор Михалыч, извините, но вы моя последняя надежда. – На самом деле, начальника звали Станислав Смирнов, но из-за его любви к Гоблинскому переводу фильма Властелин Колец и пародированию одного из персонажей за ним закрепилось данное прозвище. По имени к нему обращалось, только руководство.

- Чайник?

- Угу.

- Бьют по больному, изверги. Ладно, оставляй, за ночную смену постараюсь его сделать. Но ты ведь знаешь, что за спасибо я не работаю?

- Сколько я вам буду должен?

- Не сколько, а что. Не хватало мне стажёров обирать. – Он наклонился и понизив голос сказал – Я заметил, что тебе младшенькая нравится, достанешь её трусики, и мы в расчёте.

Мой внутренний голос вопил: «ЧТОООООО???»

Я чувствовал себя героем какого-нибудь аниме или манги, наверное, и выражение лица у меня было такое же тупое.

Ходили, конечно, слухи, что можно обхитрить начальника охраны, но мне в это слабо верилось, скорее всего это были байки, коими любят хвастаться мужики. Вроде тех, какую огромную рыбу поймали, сколько раз кончили за секс и тому подобные.

У меня родился план, предельно простой и дурацкий: купить в магазине новые трусики, каким-нибудь образом сделать так, чтобы они пахли младшей сестрой и отдать их начальнику охраны.

Средняя часть плана мне казалась самой сложной. Может незаметно положить в шкаф с одеждой, а потом достать. Пожалуй, так и сделаю.

Хорошо уметь дружить с девушками, я попросил одну из гримёрш купить мне женские трусики. Спрашивать зачем они мне понадобились, слава всевышнему, она не стала, лишь хитро сверкнула глазками.

Когда я заполучил заветный предмет туалета, то отправился в гримёрку нашей лоли – Алины. По моим прикидкам вернуться она должна была минут через десять. Сейчас она обсуждала сценарий нового эпизода.

К нам на съёмки должны были приехать братья Шельк, недавно ставшие знаменитыми парни из провинции. Слава на них обрушилась сразу после выступления на фестивале Максидром, они исполнили там несколько песен и теперь эти песни можно было услышать из любого «утюга».

Они обладали очень яркой внешностью, высокие, симпатичные с рыжими волосами. Им для полной уникальности не хватало только стать альбиносами. Однако последний год о группе было мало что слышно. Ходил слух, что старший брат пропал без вести. А теперь они приходят на шоу с какой-то сенсацией.

Не долго я радовался, тому, что смог пробраться в гримёрку и даже открыть шкаф. За моей спиной открылась дверь. Первое, что пришло мне в этот момент в голову «я не написал завещание».

- У тебя пять секунд на то, чтобы сказать, что ты забыл в моём шкафчике, с трусиками в руках. Иначе я сейчас закричу, что наш стажёр извращенец. После такого тебе работать в медиасфере не светит.

Пришлось рассказать всё как есть. В ответ она громко рассмеялась и как-то странно на меня посмотрела.

- Я помогу тебе. Я дам тебе свои трусики, снимай штаны.

- Это ещё зачем?

- Я буду без нижнего белья, и ты тоже, это будет равноценно. Или хочешь, чтобы я закричала?

Жестоко, так вляпаться в историю. Это был какой-то жестокий и извращённый театр абсурда.

- Хороший мальчик. – Она подошла почти вплотную ко мне. – Теперь открой рот и скажи «А».

Едва я открыл рот, как она положила туда свои трусики и прикрыла мне рот.

- Теперь я осталась без трусиков. Хнык-хнык. – Наигранно произнесла Алина. – Ах да, ты же принёс мне замену, какой ты молодец. - Она выхватила у меня из рук те трусики, что я принёс. – Ой, они не в моём вкусе, что же делать. Знаю.

Она через трусики ухватила меня за пенис и начала водить рукой вперёд и назад. Чем больше становился мой член, тем активнее Алина водила рукой. И конечно же я кончил в эти самые трусики.

- Ты хорошо меня позабавил, можешь одеваться и идти. И прихвати эти промокшие недоразумения с собой.

Так быстро штаны я не застёгивал даже в армии. Спрятав трусики по карманам, я пулей выбрался из гримёрки. Мне казалось, что я краснее варёных раков и все смотрят на меня.

- Фёдр Михалыч.

- А, это ты. Знаешь, оставь их себе, будешь ностальгировать вечерами. Я позабочусь, чтобы эту запись никто не увидел.

Так закончился мой очередной день в аду. Но на самом деле это была только прелюдия ада.

***

На следующий день приехали приглашённые гости, вернее один из братьев. Он выглядел очень измождённым, словно на скелет натянули кожу. Наша гримёр привела его приемлемый, для камеры, вид и отправили в студию к близнецам.

- Степан, добрый день. Рады видеть вас на шоу. Вы простите мне мою откровенность? Вы выглядите очень прискорбно, почти скелет.

- Анастасия, день добрый. Да, вы правы, я не восстановился ещё. Понимаете, где-то чуть больше года назад в поездке мне стало плохо. Срочно был госпитализирован, но состояние только ухудшалось.

- Какой кошмар. Как же выкарабкались?

- Для кого-то это может показаться странным, но я обратился к одному знахарю.

Потом в студию пригласили знахаря и тот какое-то время нёс ахинею про какую-то связь с божественными силами, очищение тела и духа и прочее шаманство.

Так закончилась первая часть шоу и ко мне подошла Ася.

- Если к началу второй части ты не принесёшь нам чаю, в моём любимом чайнике, я не знаю, что я с тобой сделаю. – Раздражённо произнесла она.

Утром я заходил к начальнику охраны, насчёт чайника, он просил зайти за ним в обед. Я так понял, что это из-за клея, который должен был высохнуть, а иначе чайник развалится.

Почти перед самым запуском второй части шоу, я забрал чайник и заварил их любимый чай. Уже готовился отнести его в студию, как они начали вторую часть.

Алина обратилась к Асе и сказала, что младший брат Степан скучал и приехал на шоу, повидаться.

Мне в эфире показываться было нельзя, поэтому перед самым выходом на сцену Степана я передал ему поднос с чайным набором.

Моя часть работы была выполнена, пусть не совсем идеально, пуская получу жалобы от девушек, но зато не придётся лизать чью-то обувь.

- Володя, подойдёшь? – Позвала меня гримёрша, которая покупала для меня трусики.

Я полагал, что до конца шоу хуже уже не будет. Но поговорка «Если хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах» работала на все сто процентов.

- Володь, расскажи-ка зачем тебе нужны были женские трусики и чего ты такой смущённый вышел из гримерки Алины?

- Ничего такого, честно, просто небольшой спор среди парней.

- Как интересно. Ей понравилось? – Подкалывала меня Вика.

- Виктория, перестаньте, ничего не было.

- Прям ничего совсем? Молодой симпатичный юноша, на побегушках у двух сексуальных девушек и ничего? А я ведь краем уха слышала, что ты хотел, чтобы старшая сестра тебя отшлёпала плёткой и заставила лизать ножки. Младшая этим с тобой в гримерке занималась или у вас другие игры?

Вспомнив тот случай, я начал возбуждаться, дыхание становилось тяжёлым, а в паху начиналась эрекция.

Внезапно из студии раздался крик, а затем кто-то громко звал врача. Мы тут же бросились в сторону студи и перед самым выходом на съёмочную площадку остолбенели.

На диване в конвульсиях билась Алина, вокруг неё стояли участники шоу. Через какое-то время прибежал врач и начал делать непрямой массаж сердца.

Алина скончалась на глазах миллионов телезрителей, руководство понимая, что передаче пришёл конец решило идти до конца. Они превратили шоу в расследование в прямом эфире. Нас всех заперли на студии, чтобы никто не покинул помещение, а допросы проводились прямо на камеру.

Одним из первых начали допрашивать меня. Сотрудник полиции был предельно вежлив, чётко подбирал вопросы и использовал психологические приёмы. Я провалился ещё ниже на один круг ада.

***

- Добрый день, я следователь Александр Александрович Капысов. Хочу обратить ваше внимание, на то, что наша с вами беседа происходит при помощи средств аудио и видео фиксации. Как вас зовут и чем вы занимаетесь здесь?

- Меня зовут Тарасов Владимир Алексеевич. Я прохожу здесь стажировку от института.

- Владимир Алексеевич, сообщаю вам, что вы являетесь подозреваемым в отравление Алины Климой, а также в попытке отравления других участников программы. Вы имеете право на защиту адвоката, если у вас его нет, тогда вам будет предоставлен социальный защитник. Вы так же имеете право отказаться от показаний. Скажите вам понятны ваши права?

- Да, мне понятны мои права. Я хотел бы получить защиту и готов давать показания, но только после разговора с адвокатом.

Руководство телеканала направила нам несколько своих акул-юристов, скорее для показухи по телевизору, чем для реальной защиты. Бедному студенту выбирать не приходится, пришлось довольствоваться и этим.

Адвокат предупредил, что будет подсказывать, как и на что отвечать, на что стоит соглашаться, а на что нет.

- Опрос продолжается, на нём присутствуют следователь Тарасов, стажёр Тарасов и адвокат Мишалов. Владимир Алексеевич, скажите, как сёстры Климовы относились к вам?

- У нас были рабочие отношения, они давали мне поручения я их исполнял. Иногда получал выговор и замечания за то, что не справился с работой так, как хотели бы они.

- Эти замечания вас расстраивали? Вы злились? Они казались вам не справедливыми?

- Само собой мне было не приятно выслушивать это в свой адрес, но я считаю, что таковы издержки человеческого общения и любой работы в целом. Поэтому я старался не принимать их близко к сердцу и выполнять работу ещё лучше.

- Скажите, в ваши обязанности входило заваривать чай для участников шоу?

- Изначально нет, я первые дни был наблюдателем, смотрел, как происходит организация шоу. Как-то раз закончился чай и меня отправили в магазин купить его. Я был наслышан, что сёстры пьют только заварной чай, не из пакетиков и купил чай в специализированном магазине чая. Когда вернулся, то коллеги решили меня разыграть. Сказали, что в комнате для обеда стоит керамический заварочный чайник и что я должен приготовить чай. Я и заварил его по канону китайской чайной церемонии. В этот момент за мной наблюдала Алина, с тех пор заваривать чай девушки доверяли только мне.

- Сегодня тоже вы заваривали чай?

- Да, как и всегда.

- Можете показать, какой чай вы заварили сегодня?

Я показал нашу обеденную зону, наборы чая и умный чайник, в котором выставлялась нужная температура для каждого сорта чая.

- Спасибо это был полезный опыт по завариванию чая.

- Но сегодня я не успел принести чай вовремя, поэтому передал его Аркадию Шельк.

- Хорошо, на этом пока всё

***

- Добрый день, я следователь Александр Александрович Капысов. Хочу обратить ваше внимание, на то, что наша с вами беседа происходит при помощи средств аудио и видео фиксации. Как вас зовут и чем вы занимаетесь здесь?

- Аркадий Григорьевич Шельк, я музыкант.

- Сообщаю вам, что вы являетесь подозреваемым в отравление Алины Климой, а также в попытке отравления других участников программы. Вы имеете право на защиту адвоката, если у вас его нет, тогда вам будет предоставлен социальный защитник. Вы так же имеете право отказаться от показаний. Скажите вам понятны ваши права?

- Я хочу позвонить своему адвокату, и чтобы он по телефону присутствовал при допросе.

Аркадий позвонил адвокату, рассказал в чём дело. Адвокат обещал приехать в ближайшее время, а пока будет слушать допрос по телефону.

- Расскажите обо всём, что происходило перед смертью девушки.

- Мне позвонил продюсер и сказал, что мне необходимо принять участие в этом шоу и что на него придёт мой брат. Деталей я не знал, пока не начались съёмки. Когда началось шоу мой брат обвинил меня в его отравление. А затем Алина начала хвататься за пояс, словно что-то искала или хотела сделать, а потом забилась в конвульсиях и умерла.

- Брата отравили вы?

- Так он считает. А я утверждаю, что ничего об этом не знаю.

- Странно как-то всё получается. Просто выслушайте мои мысли. На шоу утверждают, что вы отравили своего брата, и он бы умер, если бы не чудо. Затем умирает одна из ведущих, похоже, что от отравления. Все в шоке, компания предоставляет всем своих юристов. Но у вас юрист, похоже, на быстром вызове. Вы были готовы к такому раскладу?

Из телефона послышалось:

- Мой клиент имеет право не давать показаний на этот вопрос. Аркадий связался со мной недавно, когда его брат, ещё до шоу, начал обвинять его в отравление. С тех пор я занимаюсь этим вопросом и стараюсь поддерживать связь с моим клиентом.

- Аркадий, вы пробовали чай?

- Нет, при чём тут чай? Вы считаете, что я добавил яд в чай?

- Мы просмотрели запись с камер охраны и шоу. Есть промежуток небольшой, чуть меньше минуты, между тем когда вы получили поднос с чайником и вашим выходом на сцену.

- Мой клиент имеет право не отвечать.

***

Следователю выделили кабинет на студии, где он сидел и пытался взглянуть на произошедшее под разными углами. Пока не было результатов анализов от чего произошла смерть девушки, было ли это убийство. Если убийство, то какой мотив и кто убийца.

Младший брат уж больно хорошо вписывается в историю с отравителем. Не смог раньше отравить брата, значит сможет сейчас. Его брат и так выглядит измождённым, скорее всего он бы не пережил повторного отравления.

Старший тоже какой-то мутный тип. Все эти сектантские разговоры и «чудесное спасение», может это его волшебное средство для очищения. Но как он мог тогда добавить яд.

У студента были все возможности для добавления яда, мотив мог быть местью сестрам за его унижения.

Может сестра на почве ревности к студенту? Иначе, как объяснить то, что произошло, накануне в гримерке, между ним и жертвой. Притянуто за уши. Хотя убивали и за меньшее.

***

Чтобы привести мысли в порядок следователь достал из внутреннего кармана трубку, металлический складной тройник и упаковку ёршиков для курительных трубок. Положил рядом мобильный телефон и включил песню.

What shall we use to fill the empty spaces Where we used to talk? How should I fill the final places? How should I complete the wall?

Пока играла мелодия Александр одним из инструментов счистил нагар в камере трубки, а после ёршиком и прочистил мундштук.

Телефон начал играть уже следующую мелодию What hall we do now, где по мнению следователя перечислялись пороки богатых людей, котором стало скучно, и они искали способы разнообразить свою жизнь.

Следователь неспеша закурил трубку и слушал, как Роджер Уотерс агрессивно поёт:

Чем нам заполнить пустые пространства,

Где звучат отголоски сотен голосов?

Стоит ли нам переплыть море лиц,

В поисках всё больших и больших аплодисментов?

Стоит ли нам купить новую гитару?

Стоит ли водить на более мощный автомобиль?

Стоит ли нам вкалывать всю ночь напролёт?

Стоит ли нам вступить в борьбу?

Уйти в тень?

Во многих строчках он представлял текущих свидетелей и подозреваемых, создавая таким образом их некий психологический портрет.

В дверь постучали.

- Не приёмный день. – Отрапортовал Сан Саныч.

- Простите, я хотела бы узнать что-нибудь о своей сестре.

- Придёт время всё узнаете, так или иначе. Уходите.

Послышалось прокручивание ключа в замке.

«Твою мать!» - Только и успел подумать следователь.

Копысов даже не подумал встать со стула, убавить песню или потушить трубку. Этот ритуал для него был едва ли не священен.

- Анастасия… - Не успел следователь договорить, как его перебили.

- Ася, можно просто Ася.

- Анастасия! Вас я опрошу завтра, пожалуйста пока отдохните.

- А вы знали, что здесь запрещено курить? – Кокетливо спросила девушка.

- А вы знали, что есть такая статья «нарушение личной жизни». Если вы сейчас не закроете эту дверь с той стороны, вы окажетесь там, но уже в наручниках.

- Вы похоже недопонимаете, какое у меня здесь влияние.

- Срал я на твоё влияние, срал я на это место, моего начальника, твоего начальника, твоего любовника, любовницу, собаку или морскую свинку. Меня интересует только узнать, умерла твоя сестра естественной смертью или была убита. В первом случае я отсюда свалю, во-втором случаем фразу «срал я на …» вы будете слышать у меня регулярно.

Девушка какое-то время обдумывала сказанное, затем вышла, громко хлопнув дверью. Сан Саныч откинулся на спину стула и стал слегка раскачиваться на стуле, наслаждаясь ароматом табака.

Курение трубки для следователя был очередной способ бросить курить. До этого он перепробовал множество способов: пластыри, вейп, лёгкие сигареты, системы нагревания табака, кодирование, гипноз, даже сходил к «знахарке». Трубку курить он начал около года назад, после ряда странных случаев.

Считалось, что в городе появился «мститель». Он спасал людей, на которых нападали хулиганы, насильники, воры. Однако такое спасение очень часто заканчивалось сильными травмами для нападавших. Разорванные связки, выдранные куски плоти, откусанные пальцы и другие увечья. Что жертвы напавших, что пострадавшие от мстителя, все, как один утверждали, что это был оборотень. Более реальная характеристика звучала так:

«Человек в длинном балахоне, спадающем на лицо и закрывающем конечности, вероятно носит грим волка. При нападении использует неустановленного вида оружие, имитирующее челюсть с зубами. Принцип действия оружия не известен. От человека исходит запах, характеризующийся свидетелями и пострадавшими, как «дым и шоколад». Вероятно, запах исходит от неустановленных табачных изделий.»

Описание этого самого запаха и не давало покоя следователю. Одно только упоминание об этом запахе вызывало жгучее желание курить.

Когда кончилась песня, следователь выключил плеер и набрал номер.

- Следователь Копысов, лабораторию пожалуйста. – Послышалась раздражающая мелодия режима ожидания.

- Лаборатория.

- Копысов. Я сегодня вам направлял чайник с чаем. Вы провели анализ?

- Сан Саныч, у вас прям нереальная чуйка. Чуть ли не минуту назад закончили анализы.

- И?

- Обычный чай. – Послышались прихлёбывающие звуки. – Уммм, вкусный, может конфискуете нам пачку?

- Если только скажешь, что готова гистология.

- Увы, не раньше завтра.

- Понятно, как будет готова, сразу звоните мне.

- Что насчёт чая?

Следователь повесил трубку.

«Надо будет завтра попробовать, может действительно стоит забрать».

Было уже начало ночи, но следователь всё сидел, откинувшись на стуле, курил трубку и в голове продумывал произошедшие события. Пока не было отчёта о вскрытии и результатах гистологии тканей, Копысов не мог однозначно сказать было ли это убийство.

Но его опыт ему подсказывал, что это именно оно, причем очень убийство. Смерть выглядела очень естественно, но она была подстроена четко по времени. Девушка умерла во время прямого эфира, а значит убийца хотел показать всем её смерть.

Александр Александрович продумывал множество вариантов: предупреждение кому-нибудь, хвастовство, наказание, месть. Чтобы понять мотивы, нужно было выяснить как смерть Алины повлияла на остальных.

***

Следователя разбудил телефонный звонок. Проснувшись Копысов, понял, что он уснул ровно в том положение, в котором сидел вчера – откинувшись на спинку стула и упершись ей о стену.

Телефон раздражающе вибрировал рядом на столе, вызывая ассоциации о сотне насекомых, скребущих своими лапками по этому столу.

- Следователь Копысов слушает. – Лениво и сонно произнёс Сан Саныч.

- Пришли результаты вскрытия и гистология.

- Слушаю.

Следователь резким движение оттолкнулся от стены и стул щёлкнул ножками об пол.

- Гистология чистая, никаких отравляющих веществ обнаружено не было. Причиной смерти был инфаркт миокарда из-за оторвавшегося тромба. Её сосуды и некоторые нервные окончания были порождены. Девушка болела диабетом первого типа.

- Чай со студии вчера был сладкий?

- Что? Да, был сладкий немного.

- Какая концентрация глюкозы была в чае. – Послышалось, как собеседник кроет себя матом и шуршит какими-то бумажками.

- Я бы сказал, что в чайник засыпали прилично сахара.

Сомнений теперь не было – это убийство в прямом эфире.

«Это грёбанный студент, только у него было время насыпать столько сахара. У младшего Шелька не было столько времени, чтобы добавить сахар и размешать его.» - подумал следователь.

***

- Станислав Станиславович, здравствуйте. Могу я переговорить с вами. – Обратился следователь к начальнику охраны.

- Да, чем могу быть полезен?

- Расскажите мне о стажёре, что он за человек. Не хочу беспокоить отдел кадров и читать сухие характеристики на бумаге. Вы, как начальник охраны, наверняка знаете всё обо всех.

- Спасибо за такие слова, если кто и знает всё обо всех это Анастасия, все слухи стекались к ней с сестрой, в конце концов мы и вращаемся вокруг них. Что касается стажёра. Парень исполнительный, никогда не кому не пытался отплатить в нашем коллективе. У нас просто очень жёсткая борьба ведётся за внимание сестёр, велась по крайней мере. Но парень в прошлом подмочил себе репутацию. Он в девятнадцать лет проходил по делу об ограбление компьютерного магазина. Дело было завершено мирным соглашением, но тем не менее запись осталась.

- Понятно, а он с кем-нибудь тесно дружит из коллектива?

- Если только с девушками, некоторые тоже не прочь были бросить вызов сёстрам. Не открытый, конечно же, но пофлиртовать с личным помощников наших идолов и обратить его внимание на себя – такое тоже практикуется. Оставить следы помады, надушить духами, «случайно» оторвать пуговицу, чтобы потом пришить и прочие мелкие шалости.

- И как на это реагировали сёстры? Они как относились к нему.

- Несмотря на всю строгость, звёздную болезнь и тугие короны на голове они его любили, как мы любим домашних животных. Они даже звали его «мальчик», что уже было большим прогрессом. Многие стажёры до него и этого не удостаивались.

- Говорите так, словно ревнуете. – Усмехнулся следователь.

- Я ж говорил, мы все боролось за внимание сестёр. Всё здесь вращается вокруг них, и хотите вы или не хотите, постепенно принимаешь эти правила борьбы и тебя накрывает с головой. А я стараюсь, чтобы особо не увлекался народ и не перегрыз друг другу горло. И мне до злости обидно, что я не заметил того ублюдка, что навредил нашим девочкам.

- С чего вы считаете, что им намеренно навредили?

- Ваше присутствие, ваши вопросы. Если бы это была естественная смерть, вас бы и след простыл уже.

- Всё так, спасибо за информацию.

***

- Владимир, добрый день, напоминаю вам, что допрос ведётся с применением средств аудио и видео фиксации, вы имеете право на защиту, а также не свидетельствовать против себя. Вам понятны ваши права?

- Да понятны, от защиты я отказываюсь. И я хотел бы попросить вас, перейти сразу к делу, сэкономим время друг другу, а ещё лучше поможем.

- Похвальное рвение. Тогда откровенно опишу ситуацию. Алина умерла от повышения сахара в крови, у неё был диабет. Сахар был обнаружен в чае, который ты приготовил перед эфиром, что скажешь?

- Я не знал, что у Алины диабет. Но я знал, что сестры пьют несладкий чай. Если бы подал сладкий чай, то с вероятностью 99,9% я был бы уволен в тот же миг. Прошлый помощник в свой первый день положил кусочки рафинада на блюдце и подал так. До конца дня он не доработал, Настя его едва со всеми потрохами не съела. У нас есть камеры в обеденной зоне, чтобы никто не свинячил. Можете проверить камеру.

- Ты мог смухлевать, в прошлом ты ведь уже совершал преступления.

- Именно поэтому и не мог. Большинство преступлений совершается импульсивно, не мне вам рассказывать. Когда мне грозил срок, пусть и условный, я понял всю свою дурость и с тех пор, максимум, что могу выкинуть - забыть оплатить проезд. А вы мне пишите убийство. Если бы я его задумал, то сначала удостоверился, что Алина не вколет себе инсулин, чтобы нейтрализовать действие глюкозы. Иначе бы я не просто вылетел со студии, я ещё и на таблетки всю оставшуюся жизнь работал.

- В каких отношениях ты состоишь с сёстрами?

- Ахах-хах. Хорошо пошутили. Вы уже спрашивали, и я отвечал, но скажу ещё раз – в чисто профессиональных.

- Я видел, чем вы занимались накануне в гримёрке с Алиной.

- Ну, тут скорее она со мной играла, чем я с ней занимался. В нашем коллективе каждый сходит с ума по-своему. Я пью пиво, выдержанное в бочках из-под бурбона, операторы приторговывают удачными кадрами девушек, начальник охраны реставрирует чайники, типа нашего, а у сестёр есть пунктики насчёт подчинения. Это видимо был один из них.

***

Следователь пока отпустил стажёра, он чувствовал, что тот не врёт. Но уж больно хорошо подходит.

Александр решил проверить гримёрку, если девушка действительно страдала от диабета, то почему не воспользовалась инсулином.

Гримерка Алины была образцом порядка. Всё было рассортировано по своим правилам.

Вещи в гардеробе были сразу собраны в комплект, зарядка от телефона лежала с краю стола, а её шнур был аккуратно собран, в ящике лежал ежедневник, визитница, несколько запасных ручек и разноцветные стикеры.

Намёка на шприцы или флакон не было. Последняя надежда была на мусорное ведро. Среди открыток, фотографий членов, видимо от неравнодушных поклонников, нашлась маленькая пустая ёмкость.

Поискав похожие изображения в интернете, со своего телефона, следователь узнал, что это картридж от автоматической инсулиновой помпы.

В голове внезапно всплыли, воспоминая о допросе младшего из братьев Шельк.

«...Алина начала хвататься за пояс, словно что-то искала или хотела сделать, а потом забилась в конвульсиях.»

Следователь чувствовал себя идиотом, он тут же набрал номер телефона:

- Копысов, лабораторию срочно. – В случае с Сан Санычем, если лаборатория не реагировала на его «срочно», она вполне могла лишиться чего-нибудь из инвентаря. Александр мог влететь пулей в лабораторию, метнуть первое попавшееся под руку оборудование в любого, кто попадется на глаза. В случае серьезного ущерба Сан Саныч умудрялся его возместить, но делал это не сразу, а это доставляло некоторые неудобства лаборатории.

- Лаборатория слушает. – Ответил запыхавшийся голос.

- Что находилось в инсулиновой помпе? Точно инсулин? Какого хера мне нужно всё из вас клещами тянуть? Чая захотели? Я куплю вам чай в пакетиках, засуну их вам в жопу и через рот за ниточку вытащу!

- Какой помпе? К нам не поступало никакой помпы.

Копысов повесил трубку, лаборатория могла косячить, но такую улику точно не пропустила бы.

Следователю стало немного стыдно, за то, что он наорал на лабораторию.

«Ладно, так и быть возьму им чай».

***

Следователь вернулся к себе в кабинет, снова достал трубку и начал раскачиваться на стуле.

Его внутри переполняла злость. Он злился на себя, что столько времени потеряно со свидетелями, а развязки этого дела не видно.

Александр предполагал, что в помпе, которая была на Алине в день убийства был не инсулин.

Вероятнее всего там была глюкоза. И когда помпа среагировала на сладкое, она начала вкалывать инсулин, но на самом деле глюкозу. И чем выше поднимался уровень сахара в крови, тем больше его вкладывала помпа.

Из-за столь высокого уровня сахара началась гипергликемическая кома и в итоге смерть.

Ядом оказывается был практически обычный сахар.

«Очень изощрённое убийство.»

Следователь достал телефон и связаться с руководством телеканала и попросил, чтобы они прислали на допрос врача, который прибыл на помощь.

- Возможно это и не связано, но нам сказали, что врач заболел. Мы его с самого происшествия не видели.

- А кто сообщил?

- Сказали, супруга, я постараюсь всё выяснить.

- Хорошо.

«Дело пахнет жаренным. Кто ещё знал о помпе и заболевании, и мог подменить её? Студент говорит, что не знал. Однозначно знала сестра, надо будет с ней переговорить. Кто ещё? Начальник службы охраны? Ему-то какое дело до болезни? Гримеры и костюмеры, надо будет допросить и их. Но сначала попробую просмотреть записи с камер.»

***

- Станислав Станиславович, нужна ваша помощь. Я хочу просмотреть записи с камер в гримерке Алины, мне кажется, я напал на след.

- Рад бы помочь, но наши записи хранятся сутки, и вы уже ту запись видели.

- Чёрт! Хорошо, ответьте тогда на такой вопрос: кто кроме вас и её сестры знали о том, что у Алины диабет?

В глазах начальника на мгновенье пронеслось какое-то чувство смирения и досады. Обычно такой взгляд следователь видел у пойманных преступников.

Он говорил о том, что человек понимает, что врать и юлить смысла больше нет, что его раскрыли и всё знают, что всё пошло не по плану.

- Отдел кадров и некоторые люди из руководства. Остальным всё равно, лишь бы была прибыль. Рядовые сотрудники вряд ли знали наверняка, операторы скорее всего замечали помпу во время съёмки, но я слышал, чтобы они этим особо интересовались. Меньше знаешь, чего не нужно, больше шансов сохранить работу.

- У Анастасии тоже диабет?

- Нет, её Бог миловал.

- Кто может получить доступ в гримёрку в отсутствии девушек?

- Зайти и выйти, по-быстрому, может любой. Но он попадет на камеру, а если попадется на глаза девушкам или что-то натворит – это равносильно смертному приговору. Не думаю, что кто-нибудь рискнул.

- Но стажёр же рискнул.

- Ха-хах, да есть такое дело. Но это скорее исключение.

***

Следователь уже пятый раз пересматривал запись того рокового шоу. Копысов внимательно следил за каждым участником, за их взглядами и действиями.

Его очень интересовало поведение медика. Ни его лица, ни действий на камеру не было видно. Он всё время был обращён к ней спиной, так что неясно было он снял помпу или нет.

Было уже поздно, и следователь постепенно клевал носом при очередном просмотре записи, а на седьмом прогоне и вовсе уснул.

Через какое-то время дверь в кабинет распахнулась с тихим скрипом и в комнату вошёл человек.

Он резким движением накинул на шею Копысова удавку и начал душить.

Сан Саныч проснулся и упал со стула, но преступник поддерживал его в полусидячем положение, при котором невозможно было опереться ногами об пол, а руки едва доставали до душителя.

Внезапно в кабинет вбежал ещё один человек, он как пушинку отбросил преступника.

- Сан Санычем, вы в порядке? – Прозвучал озабоченный голос стажёра.

- Да, держи его!

Преступник уже убежал и скрылся в тёмных павильонах студии.

- Твою ж дивизию, упустили. – Гневался следователь. – Ещё поймаем, спасибо, что спас меня. Но как чёрт возьми, ты в темноте добрался сюда и смог так легко отшвырнуть нападавшего?

- Следователь в любой ситуации следователь! – Рассмеялся стажёр. – Как вы там говорили: вы имеете право не свидетельствовать против себя. Шучу, я просто хожу на фитнес, а эти лабиринты знаю, как свои пять пальцев, неоднократно приходилось ночевать прямо на работе.

- Хорошо, допустим. А как ты узнал, что мне нужна помощь?

- Сан Саныч, это уже перебор какой-то допрашивать своего спасителя. – Всё отшучивался Владимир.

- Ты прав, я твой должник.

- Тогда у меня будет просьба, а то я скоро озверею без своих сигарет, выходить вы нам не даёте, а они продаются только в одном месте в городе.

- Странная просьба, хорошо достану я тебе твои «особенные» сигареты. Напиши потом, утром, какие надо и парни всё достанут. А сейчас не мешайся под ногами, здесь могли остаться следы, которые выведут на убийцу. Ты его разглядел или что-нибудь особенное успел заметить?

- Кроме того, что это мужчина? Больше ничего, он был в маске из лыжной шапки. Постарался слиться с темнотой.

- Не густо…

***

Утром следователь позвонил коллегам и попросил их найти те самые сигареты, привезти сменную одежду и проведать доктора.

Ближе к обеду один из коллег привёз, всё, что просил Сан Саныч и доложил о докторе:

- Доктор дома не появлялся, родные думают, что он, как и остальные заперт здесь пока идёт расследование.

- Дурдом какой-то с этим шоу.

- А я думал, что мне пора в дурдом, когда искал эти сигареты. Они продавались в каком-то музыкальном магазине. И на мгновение мне показалось, что продавец ниже пояса козёл. Шерсть, копыта, рога, бородка всё такое. А потом раз и человек полностью. Странно как-то. А у вас тут чёртики ещё не бегают?

- Нет, спасибо за помощь и отдохни, а то сам козликом станешь, будешь такие вещи рассказывать.

Перед тем, как переодеться следователь решил выкурить трубку. Он не хотел, чтобы свежая рубашка пропахла дымом.

«Я уже близко к разгадке, преступник начал нервничать и совершать ошибки. Братьев можно, наверное, исключить. Вряд-ли они так хорошо знают студию, чтобы бегать сломя голову по ней в темноте. Стажёра тоже можно пока в расчет не брать. Но он всё же какой-то мутный и слишком часто попадает в центр внимания. Гримёрша не подходит под нападавшего. Большая часть персонала тоже, ещё молодые. Остаются доктор и начальник охраны. Но у начальника нет мотива.

Лять! Точно! Я так увлекся тем, кто убийца и чем убил, что забыл про мотив.

И почему только одну сестру? Если бы хотел обеих, то уже сделал бы это или хотя бы попытался.

Ладно, отдам пока сигареты, порошу чай, а потом допрошу Анастасию и этого «Достоевского», может они прольют свет на место, где может прятаться доктор.»

— Вот держи сигареты, как обещал. И у меня будет просьба. Парням в лаборатории понравился очень чай ваш. Могу я попросить у вас его немного.

- Спасибо за сиги! Я уже прям чувство, как без них звереть начал. Ещё бы чуть-чуть и волком выть начал. – Пошутил стажёр. – А чаем, конечно, поделюсь.

- Тебе кто разрешение давал налево и направо раздавать чай? Надоело работать? – Раздался голос Аси.

- Анастасия… - Сан Саныч не успел договорить, как девушка повернулась к нему.

- Ася, для вас просто Ася. – Мило пролепетала девушка.

- Анастасия – Следователь демонстративно сделал акцент на полной форме имени. – Я решил обойтись без лишних формальностей. Весь чай может считаться уликой по делу, и я могу его конфисковать официально, устроить здесь полномасштабный обыск если вы не пойдёте на сотрудничество и не расскажите мне некоторые моменты.

Взгляд Анастасии изменился с недовольного, на хищный.

- Я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы, пройдём ко мне в гримёрку?

- Приду через минуту, только решу вопрос с конфискацией чая.

Ася ушла походкой, напоминающей брачный танец павлина, когда тот виляя хвостом, в данном случае попой, привлекает внимание партнёра.

- Она всегда такая? – Поинтересовался Александр.

- Такая злая? Да. Такая похотливая? Только с теми, у кого есть власть. Я бы на вашем месте был осторожен, может она вас будет ждать в кожаном прикиде с плёткой наперевес.

- А?

- А это я так, мысли в слух.

***

«Сигареты, родненькие, я уж думал всё – конец мне. Копысов, хороший человек, но мне уже надоело в этих стенах и вечно быть в прицеле камер. Какое-то «за стеклом» ver. 2».

Настя скорее всего сейчас будет пытаться соблазнить следователя, чтобы ещё больше власти взять в свои руки.

Я заварил чай и себе, а потом принялся размышлять над тем, как бы вывести следователя к трупу доктора.

После пары глотков прекрасного чая в голове начала вырисовываться картина. Труп доктора лежит в одном из складов реквизита, в которое вряд ли пойдут, как минимум до окончания расследования. Надо кого-нибудь туда отправить, под каким-нибудь предлогом. Бедолага наткнётся на труп и позовут следователя, возможно это приведёт к развязке убийства.

«Нужно сделать так, чтобы меня не сдал, когда начнётся допрос на тему за каким чёртом он туда полез»

- Вован, приём! Ты чего как повис, как битый винчестер? – Прервал мои размышления Колёк.

Колёк был из отдела безопасности и увлекался компьютерами, когда он начинал что-то о них рассказывать, уши сворачивались в трубочку, от обилия терминов.

Помимо всего прочего он приторговывал фотографиями девушек с камер безопасности. Я всех деталей не знаю он, вроде как, смог поставить какую-то программу на сервер и дома вытаскивал пикантные кадры с камер, а потом торговал ими через интернет. На вопрос «как тебя ещё не спалили» он отвечал, что каждый кадр он делает в единственном экземпляре и продаёт через анонимную площадку, с помощью не отслеживаемых платежей.

- Колёк, привет. Прости я задумался. Наконец-то следовать слез с меня, аж не верится. И вот я думаю, как без палева забрать свой «трофей».

- Какой трофей?

- Трусики Алины, которые она мне…пожаловала.

Колёк изменился в лице, было ощущение, что если сейчас заглянуть ему в глаза, то можно увидеть, как в них нули сменяются единицами и образуют компьютерную программу.

- Слушай, а ты не хотел бы на них заработать? – Заговорщическим тоном произнёс Колёк.

- Каким образом и сколько? – На самом деле я наврал, что думаю о них и что мне интересно заработать.

- Я продам их через даркнет за биткоины, после вычета комиссии за обналичку, распилим прибыль пополам.

- Семьдесят мне, я могу и в открытую продать, зачем мне столько отдавать тебе.

- А что скажешь, если я тебе биткойнами отдам? Их курс растёт постоянно и можно будет через какое-то время продать гораздо дороже.

- Шестьдесят на сорок в биткойнах. Но тебе придётся самому их достать со склада.

- Ладно, где они лежат?

Я направил Колька на склад, где лежал труп доктора, надеюсь, это ускорит закрытие этого следствия.

Сделав ещё один глоток, я увидел, как наша гримёрша, выходя из-за поворота, налетела на следователя. Зрелище было забавное.

Зная её характер, я предполагал 3 исхода событий. В первом варианте она следователя заболтает, и скорее всего получит от Аси нагоняй, когда та их увидит, недожавшись Сан Саныча.

Во втором же следователь отошлёт её, устав слушать. Что чаще всего и происходило, когда она разговаривала с коллегами.

В третьем, самом маловероятном, варианте она сможет заговорить следователю зубы. В этом случае ему сочувствовать будут все.

Виктория Владимировна была ещё одним человеком, кто знал всё обо всех. Она была воплощением женского коллективного разума, обрабатывающего слухи.

Было в ней, что-то такое, от чего даже самый далёкий от слухов и сплетен человек начинал внимательно её слушать, а потом и поставлять информацию. Чтобы узнать у Виктории что-то нужное тебе, необходимо было рассказать что-то новое ей.

От удивления я прыснул чаем, когда увидел, как Копысов жестом приглашает Викторию пройти в зал для допроса.

«Жопой чую, будет что-то интересное»

Словно подтвердив мои слова, где-то вдалеке раздался крик.

«А вот и доктора нашли».

Допив чай, я тоже пошёл в сторону криков, делая вид, что ориентируюсь на впереди идущих людей.

Вокруг склада толпились люди, каждый пытался понять, что же там нашёл Колёк, который теперь сидел перед открытой дверью и был бледен, как полотно.

- Расступитесь, что вы тут, слетелись, как мухи. – Ругался начальник службы безопасности. Он знал, что нашёл Колёк на этом самом складе, поскольку сам доктора туда и спрятал.

- Никому ничего не трогать и всем оставаться на местах. – Послышался, с другой стороны, голос следователя.

Убийца и ищейка на месте преступления и оба хотят понять, что тут произошло. Но у каждого своя цель, одному надо обезопасить себя, а второму не дать напортачить другим

Фёдор Михалыч держался, но всё же мелкие, едва уловимые, детали выдавали его нервоз. Он ещё не был так близок к разоблачению.

«Интересно, он только доктора убил или Алину тоже?»

Вся эта толпа людей, запахи страха вызывали во мне дрожь, первый признак близкого перевоплощения.

Пришлось изображать, что мне стало нехорошо и бежать в курилку, чтобы остановить трансформацию.

«Надеюсь Копысов найдёт отпечатки и арестует этого ублюдка»

Знакомый вкус табак окутал курилку, никотин и другие вещества, от закуренной сигареты, начал проникать в кровь, останавливая мою трансформацию.

Обоняние притуплялось, рефлексы и инстинкты стали замедляться.

Быть человеком хорошо, но это не сравнится с ощущениями, когда происходит трансформация в волка. Словно пелена слетает с окружающего мира, и он предстает в новом невероятном виде. Звуки становятся многограннее, цвета наполняются новыми оттенками, запахи глубже и порою нестерпимее, особенно запах крови.

***

Едва следователь подбежал к толпе он почувствовал знакомый запах мертвого тела.

В голове сразу же промелькнула фраза «всегда бывает второе убийство, чтобы тот, кто много знает не успел выдать тайну».

Копысов понимал, что это очень деликатное дело и что нужно поскорее что-нибудь предпринять, иначе многие лишаться своих мест, привилегий и полетят головы.

Он, как мог, обезопасил место преступления от посторонних и вызвал криминалистов.

Специалисты установили, что смерть произошла в пределах 3х дней, так же в кармане была найдена инсулиновая помпа. Как позже сообщали лаборатория на картридже были найдены частичные отпечатки. Чтобы установить чьи нужно было снять отпечатки у всех сотрудников. Это грозило завалом лаборатории и остановкой других дел. Данный вариант отмели сразу, необходимо было сузить круг подозреваемых. Учитывая, что у основных подозреваемых были юристы, которые с радостью уцепятся за любую возможность сожрать следователя, действовать надо было наверняка и с осторожностью.

Предварительная причина смерти была удушение с использованием удавки. Таким же способом пытались задушить и Сан Саныча, если бы не стажёр, то было бы уже три трупа.

«Скорее всего преступник паникует и начинает совершать ошибки, значит убийства не были настолько хорошо спланированы. Надо действовать быстро, но осторожно, иначе можно получить ещё трупов или стать им. Алина была убита изощрённо, почти все ниточки хорошо обрублены. Доктора же убили впопыхах, но при этом тоже почти без явных следов. Может допрос свидетеля даст какую-нибудь информацию.»

Копысову уже порядком надоело быть постоянно в объективе камер и что каждый его шаг можно едва ли не в прямом эфире увидеть. После рассказа о правах и небольшой перепалки с адвокатом Колька, который сделал замечание следователю, что тот груб со свидетелем, начался допрос.

- Вот скажи, какого хера тебя понесло в это хранилище?

Колёк немного поёрзал на стуле, не хотелось ему признаваться, что он туда пошёл за трусиками, да ещё по наводке. Он в спешном порядке пытался придумать какую-нибудь правдоподобную историю, но на ум ничего не приходило.

- Там у меня заначка. Немного дорого коньяка. Хотел вечером с девчонками выпить. Мы уже все на пределе от пристального внимания камер. Думал может расслабимся чутка.

- Ты убил доктора?

- Угораете что ли? Я едва понял, что это настоящий труп, а не манекен, едва в штаны не наделал и завизжал, как девчонка, а вы про убийство говорите.

- Кто мог оставить там тело?

- В теории кто угодно, а на практике на двери стоит цифровой считыватель. Если добраться до логов, то можно узнать всех посетителей. - Копысов загорелся этой идеей, появилась возможность стать ещё на шаг ближе к разгадке, кто же убийца.

- Карту ведь можно передать другому человеку?

- Да, можно. Но там над входом ещё висит камера наблюдения, можно с неё посмотреть кто на самом деле входил.

- Хорошо бы если бы они ещё сохраняли инфу больше чем за три дня. – Следователь произнёс мысли вслух.

- Ну так они и хранят, вернее, записи за всё время хранятся в архиве, а здесь у нас только оперативное хранение за сутки.

Сан Саныч тут же вспомнил беседу с начальником службы безопасности и как тот сказал:

«Рад бы помочь, но наши записи хранятся только сутки, и вы уже ту запись видели.»

- Где находится архив?

- Архив за месяц находится у нас на студии, а за более долгое время мы отправляем уже на склад.

Когда Колёк объяснил, где находится архив, операторы едва успели заснять спину убегающего следователя.

***

Вопреки всем ожиданиям, следователя на складе не было, вместо этого он уже ломился в кабинет начальника службы безопасности.

Фёдр Михалыч стоял возле шредера и скармливал ему очередной диск, по всей видимости из архива.

Чуйка Копысова не подвела, сунься он вначале на склад, то об уликах можно было бы забыть.

Двое мужчин пристально смотрели друг на друга, от этого поединка глазами завесила их дальнейшая судьба.

- Вы арестованы по подозрению в убийстве врача, нападение на сотрудника правоохранительных органов, уничтожение улик. Лучше сдайтесь по-хорошему. – Следователь медленно потянулся за пистолетом, который висел у него под пиджаком.

- Много же на меня вешаете. Не пойду я в тюрьму. Товарищ следователь, сейчас или ты или я.

В следующую секунду раздались два выстрела. Вся студия встала на уши и побежала в сторону выстрелов.

Когда толпа практически подбежала к кабинету раздался третий выстрел.

В полумраке помещения, освещаемого только мониторами компьютеров, лежало тело начальника службы безопасности, а над ним стоял следователь, зажимаю кровоточащую рану в боку.

Как позже стало ясно, Фёдр Михалыч, практически одновременно со следователем вытащил пистолет. И в следующее мгновение они выстрелили в друг друга.

Выстрел следователя попал в плечо, а пуля начальника службы безопасности попала Копысову в бок.

Третий же выстрел был сделан из пистолета Фёдора Михалыча, он выстрелил себе в голову, унося с собой в могилу ответы на многие вопросы.

Дальнейшее расследование выявило, что частичные отпечатки на инсулиновой помпе не принадлежат начальнику службы безопасности, но проверять всех сотрудников по-прежнему не стали. Этот факт в официальные отчёты не вошёл. Зато на удавке, следы которой были найдены на теле доктора и на шее следователя, «волшебным образом» были найдены отпечатки Фёдора Михалыча.

Причиной совершения преступлений назвали психологическое расстройство. Доказательства в этом деле были в основном косвенные, поскольку большинство улик было уничтожено.