Школьная История

Глава 1

Пролог

«Если ты однажды увидел, то никогда, никогда, никогда не перестанешь замечать это повсюду», – так звучит всеобще известное заключение, если не обращать внимания на повторение «никогда». Эти слова – последнее, что сказал мой отец, стоя перед входной дверью. Ничего более он не добавил. Я надеялся услышать хотя бы, прощай, но он поднял левую бровь, как всегда любил делать перед уходом, да кисло улыбнулся. Я ненавижу эту ухмылку. Она меня раздражала как тогда, раздражает сейчас и будет раздражать всегда. Открыл дверь и отправился черти знают куда. Я ненавидел его. Презирал всем, чем только мог, но на моём лице не было улыбки. Я не радовался его уходу. Когда он уйдет навсегда, я был уверен, что в ту же секунду начну танцевать от счастья. Но я окаменел, даже пальцем подвинуть не мог… Он забрал самое важное для меня – последние воспоминания о … За эту подлость я хотел забыть его лицо навсегда, но так и не смог.

Глава 1

Я бегу с девушкой по цветущему, во все просторы, полю, где цветам конца не видно. Мы смеёмся в унисон и пляшем без конца. Это похоже на сладкий сон. Мы находим, где можно отдохнуть и смотрим в глаза друг другу. Отводим их, смущаемся, подтягиваемся чуть ближе, что аж чувствуем дыхание другого. Осталось пару сантиметров. Лучший день в моей жизни! Как я счастлив!

Меня будит какой-то неприятный звук, похожий на скрежет ногтей по доске.

— Я был так близок… — с явной досадой пищу я, едва сдерживая слёзы.

— Эй, Джо, проснись! А тут того и гляди, что продрыхнешь всю юность!

— Юность – это, когда ты полон сил и готов к новым начинаниям. А я скорей страдаю молодостью. Когда тебе невмоготу заняться хоть чем-нибудь, а сил хватает только на то, чтобы встать с кровати, сходить к холодильнику и вернуться. — Мямлю я, не поднимая головы.

— Посмею сказать, что сил на последний пункт у тебя часто не хватает. — Я вроде услышал насмешку в его голосе, но скорей всего, мне просто послышалось. А если нет, то у меня ещё будет шанс отомстить за такое нахальство.

Джо – это моё прозвище, которое прилипло ко мне с самого поступления в старшую школу. Вы не найдёте ни одной души, которая бы называла меня по имени. Раздражает эта кличка, но активного противостояния я никогда ей не оказывал. Пусть называют меня так, как хотят. Зато я пойму, что тот, кто позовёт меня, назвав моё имя, будет «тем самым». Я не до конца осознаю, что это значит, но мне нравится так думать.

Откуда взялось это прозвище? Я не знаю. Когда узнаете, то, пожалуйста, расскажите, но всё же у меня есть одна догадка, которая может быть правдой, если знать мой класс. Изначально все звали меня Полставки. Откуда взялось это прозвище говорить сейчас нет смысла, просто скажу, что людям в перспективе, почему-то, не понравилось так меня звать. Якобы, оно слишком длинное и не звучное. Меня же спросить, как всегда, забыли. Почесав свой затылок они пришли к гениальному ходу. Что это за ход, спросите вы. А я вам отвечу, что даже Гарри Каспаров отдал бы свой титул им за то, насколько они смотрели вперёд. Полставки у всех ассоциировалось с покером, а там главный – Джокер, так? Поэтому меня стали звать Джокером, а через время сократили до простого Джо.

Может они не знали, но у меня есть имя, которое дала мне мать при рождении. Впрочем, опустим мои возмущения и примем тот факт, что и завтра меня будут звать Джо.

Я открыл глаза и увидел перед собой своего единственного товарища по лодырничеству. Это был парень немногим выше меня с длинными, по пояс, волосами. Не то чтобы мне не с кем было общаться, но именно с ним чаще всего завязываются беседы, поэтому можно считать этого парня что-то вроде моим другом.

— Не мог…

…бы ты наконец помыть свою голову. Хотел было сказать я, но ловлю себя на мысли: при каждой нашей встрече, я повторяю, что ему надо помыть голову, потому что снег посреди мая – это не норма, но я настолько часто это говорил, поэтому мне просто надоело. С этого момента я решил, что никогда больше не заикнусь про его голову. Просто сразу оболью водой, чтобы хоть немного помочь его бедным волосам.

— Я бы позволил тебе ещё попускать слюни на парту, но тебя ждёт Староста. — Продолжал он, как ни в чём ни бывало. — Очень настаивала, чтобы ты с ней о чём-то переговорил. Пока просила, мне чуть ручкой глаз не выколола, так что, видимо, сегодня у неё плохое настроение. Не хворай! — Прежде чем удалиться из кабинета, мой попутчик кинул какой-то непонятный жест и подмигнул.

Я бы обрадовался, если бы всё было так, как ты хочешь это выставить. Но чую я, что эта встреча ничем хорошим не закончится, и лучше бы я продолжал спать.

Мне бы очень хотелось просто очутиться дома, но раз уж меня разбудили, то это должно быть что-то важное. Для всех вошло в привычку видеть меня после последнего урока, как я клюю носом свою пару, поэтому я даже не сомневался в этом. Обычно меня оставляют лежать там, пока я не упаду со стула и не проснусь сам.

— Староста, ты чего хотела от меня? — Полностью проснувшись я спрашиваю, пытаясь всем своим видом показать, что явно не хотел, чтобы меня забирали из рук Морфея.

В 10 сантиметрах от моего лица находилась одна из самых красивых девушек школы. Я бы даже сказал всей планеты, если не вселенной. Большие черные волевые глаза, окаймленные необыкновенной длины ресницами. Плотно сжатые розовые губы. Волосы, которые, как мне всегда казалось, длиннее меня во весь рост, были уложены в огромную косу из пяти или шести прядей. Это меня насторожило, ведь она никогда не укладывала их, предпочитая оставлять их свободными. Девушка передо мной очень гордилась своими волосами и постоянно показывала это. Каждый раз, когда говорит с кем-то, то ворошит свои волосы, а потом выносит жестокий приговор, кем бы ни был её собеседник. Когда я вижу Старосту, то всегда в своей голове играю в беспроигрышную, как я думал до сегодняшнего дня, игру, когда должен угадать её прическу. Я был готов одержать очередную победу, но меня ждало разочарование. Нет, не так, ведь я наоборот был рад, что она не будет, как палач, делающий свой ритуал перед снесением головы, озвучивать весь список моих грехов, добавляя даже то, чего я не делал.

— Я бы хотела попросить тебя об одолжении. — Тихим голосом произнес демон в милой оболочке.

Я опешил.

Я мог всё себе представить: задел на перемене и не извинился, занял место в столовой, поэтому я должен расплатиться своими ресницами, но её слова немного шокировали меня.

После недолгой паузы я сказал:

— Что?

За этот обмен молчаниями я ничего не смог придумать, поэтому выдал то, что, на мой взгляд, не следовало говорить, но был шокирован пуще прежнего, когда таким же тихим и вежливым тоном она повторила свою просьбу.

— Я хочу попросить твоей помощи. Прошу, помоги мне.

— Это-то я понял, просто удивился, что ты не решила озвучивать вместе с этим, что вспорешь мне кишки, если откажусь. — С явно выделенным сарказмом произношу я.

— Если ты хочешь предложить вместе посмотреть на твои внутренности, то попроси меня чуть позже. Сейчас у меня нет настроения глядеть на них. — Всё таким же тихим голосом отвечает Староста.

Этот милый голосок я бы слушал вечно, но надо всё же спросить, с чем таким я могу ей помочь.

— Ну, так с чем ты хочешь, чтобы я помог? — Переключившись на более вежливую речь продолжаю я.

Снова тишина.

Я был слегка обеспокоен и не совсем пришёл в себя, но решил повторить свой вопрос:

— В чём заключается твоя просьба?

Немного похлопав губами, она наконец произносит:

— Злые духи.

Едва сдержав улыбку от этих слов. Меня рассмешили больше не её слова, а то, с каким лицом она их произнесла. Я слегка напряг брови и попросил рассказать мне поподробнее, показывая на парту, которая находится справа от моей. По совместительству она принадлежала человеку с саловыми волосами, который занимает второе место по оценкам в нашем классе… с конца. Кто был на первом, думаю, озвучивать не стоит.

Сев напротив неё я, наконец, говорю своим самым серьёзным голосом:

— Я хочу услышать с самого начала.

То, что она в итоге рассказала мне было больше похоже на байку, которую сочинили в школьной поездке ночью у костра. Я больше не слушал её, а смотрел на губы, которые она иногда закусывала. Формулировка «Злые духи» поначалу вызывала у меня невольную улыбку, но под конец от неё не осталось и следа. Она закончила свой рассказ удручающими словами:

— Я больше не могу спать.

Глава 2

— Это точно то место?

Мы стояли на самом обычном перекрёстке, на котором, правда, я никогда не был. Мне просто никогда не приходилось гулять в этой часть города, ведь она довольно далеко от моей дороги в школу. Оглянувшись я не заметил ничего, что могло бы подходить под определение «Злые духи». Я уже было хотел пойти домой, но посмотрев в сторону моего клиента, я увидел довольно пугающую картину: там никого нет. Как будто там никогда никого не было. Никто не звал меня на этот перекрёсток, а со Старостой я сегодня вообще не общался.

Посмотрев по сторонам я увидел её, стоящую под уличным фонарём. Довольно завораживающая картина, особенно учитывая то, что время подходило к вечеру. Но её там не было. Я смотрю на этот столб, вижу, что там стоит человек, но абсолютно не понимаю это. Как будто сам мир хочет помешать мне увидеть её.

Поборов все сомнения я подошел к столбу, но там не было никакого человека. Никого.

В голове повторяется одна мысль: «Зачем я сюда пришел? Почему я стою около этого фонаря? Чего я жду, продолжая тут стоять? Надо уйти».

«Здесь не может кого-то быть».

Меня не покидает ощущение, что меня кто-то привёл сюда. Кто-то, кто вызывал во мне одновременно и страх, и восхищение.

Что это?

Почему я не могу вспомнить?

Утром была прекрасная погодка. Даже такому лентяю, как я, захотелось выйти на улицу. Сегодня выходной, поэтому никакой школы нет, а это значит, что мне не надо волноваться о прогулах. Хоть это и не редкость в моей школьной жизни, но мне надо начинать меньше прогуливать, потому что на носу университет. Если я не сдам экзамены, то у меня будет одна работа – чинить фонарные столбы.

Кстати о фонарных столбах. Я опять стою возле того фонаря, около которого я бродил вчера. Всё равно не могу вспомнить, что же такое привело меня к нему. Но раз уж я не могу вспомнить, то это, должно быть, что-то не очень важное. Скорей всего я просто забродил, погрузившись в свои мысли.

Хоть я и не любитель лишних телодвижений, но когда начинаю думать о чём-либо, то сам не замечаю, что прихожу в самые разные места. Возможно это просто один из таких случаев.

Я встал на бордюр напротив столба и всё же попытался вспомнить. Я же шатался именно возле этого столба и никакого другого. Что же меня могло сюда привести. Может кошка? Да, я мог просто увидеть бедную кошку, у которой могло не быть уха. Нет, бред какой-то. Я бы не пошел за случайной бездомной кошкой. Что тогда ещё остаётся? Человек? Но я ни с кем не общался вчера, за исключением Салового.

Обойдя столб бесчисленное количество раз, я так и не смог придумать, что меня вчера позвало сюда, поэтому немного огорчённый своей неудачей, я пошагал домой.

— Йо, Джо, что такое, что случилось?

Я обернулся.

Там был парень лет двадцати в джинсах и футболке с каким-то неизвестным мне существом. Особенно выделялись очки на его голове, которые, как мне тогда казалось, служили просто украшением, и там не было даже линз.

— А, точно, моя промашка. Мы с тобой ещё не знакомы.

Ещё не знакомы, это как? Он знает, кто я такой? Он знает моё прозвище? Откуда? Пока я задавал себе в голове эти вопросы, он продолжил:

— Иди отсюда. Ты же не хочешь быть забытым?

— Забытым? Ты о чём? И кто ты вообще такой?

— Сейчас не так важно кто я, а важнее тот, кого ты ищешь.

— Я… ищу?

Точно. Я ищу человека. Определенно человека. Но как он выглядит?..

— Ты ничем не сможешь помочь ей. Ты не найдёшь её.

Её? Так я ищу девушку?..

— Староста! — Кричу я во весь голос.

— Надо же, так ты вспомнил как её звать. Может, еще не поздно. — Парень явно повеселел после моего крика.

Бесполезно спрашивать кто он. Отвечать тот не собирается.

— Ты спасёшь её? — В моём голосе слышится заметное облегчение.

Он сможет спасти Старосту. Не зря же он тут появился. Кто ещё может спасти её? Я даже не понимаю, что происходит. Староста спасена.

— Нет, нет, нет. Ты ошибаешься. Спасать надо того, кто в беде. Она же сама этого захотела.

Сама захотела? О чём это он?

— Ты можешь лишь помочь ей осознать истину. Когда человек в отчаянии, то он готов поверить во всё, что хоть немного похоже на спасение. Если люди тонут в своих бедах, то они заберут тебя с собой. Приглядись на место под столбом. Ты там никого не видишь?

Я смотрю на фонарь, потом перевожу глаза на место под ним. Там стоит Староста. Нет, это была не она. Определённо не она. У этого нет глаз — они пустые. Эта пустота смотрит мне прямо в душу.

— Смотри, Джо. Какой бы ни был соблазн не своди глаз. Ты же не хочешь её забыть навсегда, правда? — Навеселе парень прерывает недолгое молчание.

— Что, это? — Растерянно спрашиваю я.

В ответ я лишь слышу привычный мне уже задорный тон:

— Химера. Ничего особенного. Это будет просто. Вреда оно тебе нанести не может. Его единственная цель – поедать чужие воспоминание о человеке, в чёьм обличии оно находится. Изгнать его очень просто. Нужно лишь чтобы с химерой поговорил человек, который был близок к тому, в кого оно объято.

И каким образом это просто? Если я отведу взгляд, то оно исчезнет. Где я найду человека, который был к ней близок?

— Староста, нет, химера. Отпусти эту девушку. Не за чем тебе питаться воспоминаниями об этом человеке. Я не знаю, близок я к ней или нет, но если она обратилась ко мне за помощью, то хоть не безразличен. А если я не тот человек, который ей нужен, то стану им.

Я очень надеюсь, что она не слышит этого, иначе потом проблем не оберусь.

Химера смотрит прямо на меня. Эти бездонные глаза пугают, но если я отвернусь, то все мои усилия будут тщетны.

Чёрные глаза. Я вижу их. Я снова вижу их. Из них льются слёзы.

Глава 3

— Я не могу больше спать. Это же твои слова, да? Что на самом деле произошло?

Мы сидим на лавочке напротив фонарного столба, где всё произошло. Парня в футболке не стало буквально в ту же секунду, как я увидел её глаза.

Сидеть рядом с самой красивой девушкой школы. Еххуууу. Вскрикнул бы я, если бы её тут не было. Но тогда теряется смысл, ведь я бы сидел один. Лучше буду наслаждаться этими минутами спокойствия.

— Я тебя люблю.

Интересно, что у неё случи… А? Что?!

— Пардон?

У меня начинает кружиться голова. Что происходит? Она любит меня? К чему это? Зачем она это сказала? Она обманывает меня? Она хочет, чтобы я сказал: «Я тебя тоже, любимая», а потом мы будем кружиться в страстном поцелуе? Или она хочет просто подшутить надо мной.

— Нет, не так. Я полюбила тебя.

Полюбила? Что она имеет в виду? Она хочет сказать, что раньше не любила, но теперь любит? Это сказать хочет? Я ничего не понимаю.

Она нарушает паузу:

— А ты?

Я? Что я? Люблю ли я её? Я откуда знаю, то есть, никто кроме меня знать, конечно, не может, но она сказала это слишком резко. Что мне ей ответить?

— Дашь мне подумать?

Не думаю, что это лучшие слова, которые можно сказать девушке, которая признается тебе в чувствах, но на большее я не способен.

— Да.

Ответила она не изменив выражения лица.

— Подумал? — Резко говорит она.

— Даже двух секунд не прошло!

— И ладно. Чем меньше думаешь, тем больше чувств вложишь в свой ответ. Ну?

И что я должен на это ответить? Отказывать я точно не собираюсь, ведь такой шанс предоставляется не часто, но как я могу вложить чувства, если никогда не думал об этом.

— Разрешишь использовать пробный период отношений?

— Конечно, но по его окончанию, ты будешь моим парнем.

После паузы, которая, по моим ощущениям, длилась часами я ответил:

— Да, люблю.

Я заметил, что она на мгновение улыбнулась.

Мы встали и пошли к школе.

— Ты предлагал посмотреть на твои кишки.

Она достает канцелярский ножик и резким движением подносит его к моему животу.

— Предложение ещё в силе? — Продолжает она.

— Нет, нет, нет, мне ещё нужны эти внутренности, чтобы встречаться с тобой.

От испуга я чуть не кричу.

— Хорошие слова, так уж и быть.

Она ложит ножик обратно в куртку.

— Зачем ты носишь канцелярский ножик с собой?

— Как зачем? Чтобы защищать себя, конечно. Зачем же ещё?

— Тогда зачем ты мне чуть живот им не вспорола?!

— Потому что ты покушался на мою гордость, когда предлагал это. Тут либо ты, либо я. После этого я, конечно, вспорола бы живот себе.

Я даже не знаю, шутит ли она или говорит это всерьёз.

Меня будит какой-то неприятный звук, похожий на скрежет ногтей по доске.

Передо мной стоит человек с длинными волосами.

— Эй, Джо, проснись! А тут того и гляди, что продрыхнешь всю юность!

— Юность – это, когда ты полон сил и готов к новым начинаниям. А я скорей страдаю молодостью. Когда тебе невмоготу заняться хоть чем-нибудь, а сил хватает только на то, чтобы встать с кровати, сходить к холодильнику и вернуться.

— Посмею сказать, что сил на последний пункт у тебя часто не хватает.

Ко мне обращается девушка необыкновенной красоты. Это была Староста. Я до сих не могу прийти в себя от мысли, что человек передо мной – моя девушка.

Глава 4

Концовка или, лучше сказать, эпилог этой истории.

Как Староста потом мне рассказала, она решила пройтись до дома по нехоженой ранее ею дороге. Под фонарным столбом она увидела кошку. Так как был дождь, она хотела хотя бы накрыть кошку зонтиком, чтобы та не простудилась. Как дождь закончился, она пошла домой.

Не знаю, что именно привело к такому ходу событий: дождь, место, фонарь или кошка.

Но я знаю одно – в том месте точно что-то произошло.

— Как выглядела кошка?

Я решил спросить, чтобы просто поддержать беседу.

— А? Ну, у неё не было одного уха.

— Ясно.

А как бы поступил я, будь в той же ситуации? Помог бы я той кошке? Изменилось бы моё решение, если бы я знал, к чему это приведёт?

К чёрту все эти вопросы. Вместо этого лучше подумаю, что буду делать дальше. Староста теперь моя девушка, а я не могу выбросить из головы одну мысль: она очень на кого-то похожа. На кого, я, правда, не помню, но я точно любил того человека. Это единственное, что я могу сказать.