"Шериф Мари"

Дело #1 - АудиоУтро

Эта ночь, как и многие до неё была безлунной, темной, пугающей... Вот уже какой раз подряд она просыпается от жесткого кашля, который так и разрывает горло. Ни врачи, ни бабки, ни современная медицина, ни народная, никто и ничто не может окончательно вылечить эту болезнь - напоминание о старой травме и борьбе за жизнь, что была в прошлом...

Глаза все еще были закрыты, ей не нужно было их открывать чтобы примерно понимать сколько времени. Не нужно, да и не хотелось. До работы еще несколько часов - можно еще подремать. Но чертов кашель, и темные мысли каждый раз вытягивали из постели раньше времени. Сейчас она попыталась их прогнать размышлениями о том, почему в русском языке пишется "домкрат" через "о", а не через "у" как это было изначально...

Утро начинается не с кофе, и даже не с поглаживания кота, о котором она уже очень давно, слишком давно мечтает... Утро начинается с черного, почти безвкусного покупного чая, такого же черного, как и сердце этого города, такого же безвкусного, как и жизнь почти всех обывателей в нем, и такого же покупного, как и политики этого города.

Несколько долгих минут, она все еще лежала на постели и думала о делах, о том, как еще можно разобраться с грязью в городе, и о том, как прожить еще один проклятый день... Но чертов кашель опять не дал погрузиться в деловой лад. Он мешал, мешал постоянно и неудержимо, и избавиться от него было невозможно, так же, как и от грязи на улицах мегаполиса, так же, как и от тьмы в душе.

" С проснутием" - сама себя сказала девушка. И хоть её работа, да и в принципе вся жизнь была сложной и тяжелой, это никогда не мешало ей в редких моментах побыть милой и нежной. Особенно когда она была одна.

Пока заваривался чай на кухне, она прошла в ванну, где начала приводить себя в порядок. Свет все еще слепил сонные глаза, но минимальный макияж требовал четких и отмеренных движений. Хотя она, наверное, смогла бы сделать этот мэйк-ап даже с закрытыми глазами, слишком привычный и слишком обычный. После утренней гигиены, легкий завтрак: пара бутербродов без сыра, кружка крепкого чая и небольшой кусочек шоколада. "Для сладкой жизни" - как иногда она шутила. Доедая завтрак, она глянула в окно, темнота и тьма. Скорее всего в это время, только у нее горит свет в квартире этого спального района на окраине мегаполиса. В этом районе не было ни ночных заведений, ни каких-либо популярных мест, где могли бы собираться по ночам люди... были только обыватели и грязь. К грязи она причисляла многих: наркоманов, преступников, грабителей, в каком-то роде бешенных лихачей на машинах, самокатчиков и даже безумных соседей сверху. Она очень хотела бы справиться со всеми ними и посмотреть, как те будут получать заслуженное наказание. Но для неё эта грязь была привычна и мелковата, она всегда охотилась на рыбку покрупнее.

Уже прошла половина месяца, как завершилась крупная операция по поимке главы преступного синдиката - Понедельника и его младшего брата - подельника Вторника. Осталась мелкая шушера, еще четверо глав этого синдиката. Непроизвольно заныли уши, воспоминания об этом деле до сих пор вызывали какую-то фантомную боль. Этот синдикат поднялся на разработке новой технологии, как они её назвали - АудиоУтро. Технология по словам разработчиков позволяла утром проснуться и не быть уставшим, так как особые звуковые волны, которые распространяло устройство "АудиоУтро" влияли на отдельные рецепторы в ушах и мозгах обывателей, и те должны были чувствовать в себе силы и энергию на весь день. Сама детектив попалась на эту рекламную уловку и купила себе это устройство, которое сразу же было подключено к домашней помощнице "Алисе". Но через некоторое время выяснилось, что у многих людей куда-то начали пропадать деньги со счетов. И хотя все видели записи в истории своих банковских счетов о переводе этих средств на неизвестный номер, вспомнить, когда они сделали этот перевод никто не мог.

Сама же детектив Мария поймала себя за руку, когда совершала перевод своих денег на неизвестный номер ночью. Все тот же кашель заставил её проснуться, а в руке она держала телефон с почти подтвержденным переводом. А по "АудиоУтро" бубнились какие-то слова. Оказалось, что компания "Неделя" использовала новые разработки в нейробиологии и погружала людей ночью в транс, некий гипноз, заставляя отправлять деньги на их счёт. Мария, как очень хороший детектив и следак, быстро смогла раскрутить это дело, и предоставила все доказательства в суде. Но главаря синдиката Игоря Понеделькина, или в узких кругах известно, как Понедельник отпустили, лишь дав подписку о невыезде. Марии выплатили же небольшую премию за хорошую работу и вручили грамоту, а дело замяли. У синдиката была очень хорошая крыша, поэтому больше насолить, чем опубликовать в относительно независимых медиа информацию о вреде "АудиоУтро", не вышло. И вот премия подходит к концу, до зарплаты еще дней десять, холодная темная улица, вдалеке дальше по улице красный значок метро, которое откроется только через пять минут, она всегда выходила раньше большинства обывателей, и тяжелые воспоминания о прошлом.

Раньше, когда детектив была еще в официальном отделе полиции и утром она выезжала на работу со своим парнем, он всегда называл её шерифом. Утро начиналось с "Доброе утро, госпожа шериф". Почему он её так называл? Потому что она работала в полиции, уголовном розыске, и потому что она даже дома забывала снимать значок со своей штатной одежды и тот постоянно звенел, особенно когда она утром шла до метро. Она в принципе тогда многое могла себе позволить забыть, но потом тьма города заставила её начать запоминать всё, даже малейшие детали.

Даже сегодня, когда она проснулась и собиралась на работу, она задала своей домашней помощнице Алисе вопрос о погоде. И хотя ей это было не нужно, ведь за завтраком она сама смотрела в окно и подметила и начинающие заморозки и то, что на небе есть тучи, ведь луна светила очень тускло, а звезд не видно было вовсе. Но разговор, даже небольшой с этой неживой помощницей, давал ей какую-то странную уверенность что в доме остается, тот кто будет её ждать...

- Как же все-таки хочется купить кошку... - уже, наверное, в миллионный раз предлагала она себе. И в миллионный раз отказывалась, ведь кошка — это ответственность, которую сейчас Мария не могла себе позволить. Её главной ответственностью оставался город и его тьма.

Метро... казалось бы место, где постоянно есть народ, контроллеры, сотрудники службы безопасности метрополитена, камеры наблюдения и поезда. Но, кроме этого, всего, даже можно сказать, несмотря на это всё в метро стекалась грязь. И даже этим рабочим утром, вместе с Марией, одним из первых вошел в метро странного вида мужчина. Длинное пальто, широкополая шляпа и даже очки на лице, создавали с одной стороны юмористический образ детектива из фильмов, а с другой стороны настораживали. Тем более Мария знала почти всех детективов этого города, и никто из них так одеваться бы не стал. Хватило лишь двух секунд на размышления, как поступить. Сделав вид, что ей надо оплатить карту прохода в метро, Мария смогла поправить свой шарф, так чтобы прикрыть хотя бы частично своё лицо. Ведь все еще была надежда, что это обычный чудик, как и она отправившийся на работу чуть свет ни заря. Поэтому, когда он прошел, через турникеты, отсчитав несколько секунд, она начал преследование, стараясь выглядеть, как можно более непринужденно. Даже кашель подошел к её образу, ведь кашель так и не прекратился.

Мария незаметно последовала за странным человеком, держась на безопасном расстоянии, несколько вагонов метро разделили их, но детектив все равно ощущала на себе взгляд этого человека. И хотя в течении нескольких следующих станций в поезд уже начали заходить люди, внутреннее чувство детектива заставляло отслеживать цель.

Профессиональное чутье редко подводило Марию, и сейчас оно буквально кричало об опасности. Человек в шляпе сидел на своем месте в вагоне уверенно, слишком уверенно для такого раннего утра. Иногда вертел головой словно знал, что за ним следят, но старался не подавать виду. На станции "Площадь Революции" незнакомец неожиданно выскочил из вагона, так что Мария еле-еле успела тоже сойти. Лишь край плаща, помог детективу понять, что незнакомец свернул в боковой проход для служебного персонала. Мария тут же остановилась, взвешивая риски. Это могла быть ловушка, но также это мог быть один из подельников Понедельника. Слишком много совпадений – его появление именно сегодня, именно в её часы, именно на её станции. Снова начался приступ кашля, и она прикрыла рот рукой, пытаясь подавить звук. Неожиданно в кармане завибрировал телефон. Сообщение от неизвестного номера: "Доброе утро, госпожа шериф. Соскучились по старым друзьям-лисятам?" Кровь застыла в жилах. Эту фразу знал только один человек, но он погиб два года назад при штурме подпольной лаборатории. Она сама видела его тело. Или ей позволили увидеть то, что хотели показать?

Неожиданно её под локоть взял кто-то неизвестный. Обернувшись, она увидела знакомое лицо. Перед ней стоял её бывший начальник, генерал полиции, Воронов Влад Александрович. Это был человек крепкого телосложения, не сказать, что качок, но явно следящий за своим телом, в глазах же доброта сочеталась с хитринкой. И как знала Мария, тот приехал работать в Россию из другого государства, скорее всего Белоруссии, где не так давно были крайне негативные события, связанные с милицией. Возможно, именно поэтому Воронов никогда не отзывался плохо о работе, потому что знал, что есть работа гораздо тяжелее и опаснее...

Воронов появился словно из ниоткуда, и это могло значить лишь одно. У Марии проблемы, ведь сам генерал полиции также утром прибыл на эту же самую станцию метро. Дело стало принимать еще более серьёзный оборот. "Мария Андреевна, – его голос был непривычно серьезным, без обычной иронии. – У нас проблемы. 'АудиоУтро' – это только верхушка айсберга. Мы обнаружили новую технологию. Они научились не только управлять людьми во сне, но и..." Договорить он не успел. Свет на станции метро начал мигать, а из динамиков раздался знакомый шум – тот самый, который она слышала из "АудиоУтро". Мария инстинктивно зажала уши руками, но было поздно. Вокруг немногочисленные люди, которые уже начали собираться в метро для поездки на работу, начали застывать, как манекены, их глаза становились стеклянными. Человек в шляпе, вышел из-за угла, где скрылся несколько минут назад и направился прямо к ним. Теперь она могла разглядеть его лицо, и от этого зрелища внутри всё похолодело. Это было лицо её бывшего напарника, но какое-то неправильное, словно маска, надетая на манекен. "Знаешь, – проговорил он голосом, в котором смешались механические нотки и знакомые интонации, – технология 'АудиоУтро' была всего лишь экспериментом. Тестом на то, как далеко мы можем зайти. А теперь, моя дорогая Мария, пришло время показать тебе, что такое настоящая тьма этого города." Воронов потянулся к кобуре, но его движения были заторможены, словно он боролся с невидимыми путами. Мария чувствовала, как собственное тело начинает предавать её, но годы тренировок и старая травма, постоянно напоминавшая о себе кашлем, каким-то странным образом помогали сопротивляться воздействию. Она знала – это будет долгий день. И он только начинался.

Дело #1 - Лисята

"Лисята," – эхом отозвалось в голове Марии. Кодовое слово их старой группы специального назначения. Той самой группы, которая была расформирована после неудачной операции два года назад. Той самой операции, где погиб её напарник... или не погиб?

Звук из динамиков становился всё громче, пульсируя в висках. Мария заметила, как глаза Воронова начали стекленеть, но он всё ещё сопротивлялся. Его рука, наконец добравшаяся до кобуры, дрожала.

"Не трать силы, Влад Александрович," – механический голос бывшего напарника звучал почти снисходительно. "Новая версия намного эффективнее. Мы учли все ошибки 'АудиоУтра'. Теперь сигнал действует даже на тех, кто пытается сопротивляться."

Кашель снова подступил к горлу, и Мария почувствовала, как от него заслезились глаза. Но именно эта боль, эта постоянная пульсация в горле помогала ей оставаться в сознании. Травма, полученная во время того злополучного штурма, стала её якорем в реальности.

"Как?" – единственное, что она смогла выдавить из себя.

"О, сестрёнка," – он усмехнулся, и это выражение выглядело неестественным на его изменившемся лице, - "Помнишь, ты всегда говорила, что я слишком увлекаюсь технологиями? Что нужно больше доверять старым добрым методам? А я всё твердил о будущем... Так вот, будущее наступило."

Он сделал шаг вперёд, и в тусклом мигающем свете станции Мария заметила, что его движения были слишком плавными, почти механическими.

"Понедельник и его брат были просто пешками. Мы использовали их компанию, как прикрытие для настоящих исследований. 'АудиоУтро' – детская игрушка по сравнению с тем, что мы создали. Представь себе технологию, которая может не просто контролировать людей во сне, а полностью переписывать их сознание. Создавать новую личность, новые воспоминания..."

"Что ты сделал с собой, Никита?" – Мария почувствовала, как к горлу подступила тошнота, и это было не от кашля.

"Я? Я стал лучшей версией себя. Знаешь, смерть – отличный способ начать всё заново. Особенно если у тебя есть доступ к экспериментальным технологиям и армия послушных подопытных."

Воронов рядом с ней наконец перестал сопротивляться и замер, как и остальные люди на станции. Только его глаза всё ещё двигались, выражая немой ужас.

"А теперь, дорогая моя, – Лис достал из кармана небольшое устройство, похожее на старую модель 'АудиоУтра', но с какими-то новыми модификациями, – пришло время и тебе измениться. Знаешь, я всегда завидовал твоей способности видеть детали, замечать мелочи. Представь, каким прекрасным инструментом ты станешь, когда мы объединим твои природные таланты с нашими технологиями?"

Мария почувствовала, как немеют ноги. Звук становился невыносимым, проникая, казалось, в каждую клетку тела. Но кашель, чёртов кашель, который мучил её столько лет, снова начал подниматься из груди. И с ним пришло понимание. Она не была невосприимчива к сигналу. Она просто научилась жить с постоянной болью, с постоянным дискомфортом, с постоянным треском в ушах. И сейчас эта боль была её единственным шансом.

"Знаешь, Лис," – она улыбнулась, чувствуя металлический привкус во рту, – "ты всегда был хорош в технологиях, но никогда не понимал людей. Ты забыл самое главное правило нашей работы...и группы." Её рука метнулась к поясу, где под курткой был спрятан старый шокер – единственное оружие, которое она могла носить как частный детектив.

"Какое?" – он склонил голову, всё ещё уверенный в своём превосходстве.

"Никогда не недооценивай отчаяние загнанного в угол лисёнка!"

Дело #1 - Технологии против системы

В следующее мгновение всё произошло одновременно. Мария активировала шокер, направляя его в сторону Лиса, но тот двигаясь с нечеловеческой скоростью, перехватил её руку, Воронов упал плашмя на пол станции, шокер заискрил в руке Лиса. Именно этот небольшой разряд прошёл по касательной к коже Никиты, заставив того лишь на миг, но всё же отшатнуться. И в тусклом свете станции метро Мария заметила, как по шее бывшего сослуживца пробежали синие электрические искры, на миг обнажив что-то металлическое под кожей. "Неплохо, сестрёнка," – его голос стал ещё более механическим, словно повредились какие-то схемы. "Но технологии всегда побеждают."

Внезапно раздался оглушительный свист тормозов – на станцию прибывал очередной поезд метро. Лис на секунду отвлёкся на звук, и этого хватило - Мария всегда умела пользоваться временем. Она вырвалась из захвата каким-то невероятным способом, который в обычный жизни бы даже не повторила, и, превозмогая сопротивление собственного тела, бросилась к застывшему Воронову. Одним движением она выхватила пистолет из его кобуры. "Технологии, говоришь?" – она прицелилась в устройство в руке Лиса. "А как насчет старой доброй баллистики?"

Но выстрелить она не успела. Из прибывшего поезда вышли люди – десятки людей с такими же стеклянными глазами, как и у остальных на станции. Они двигались синхронно, как единый механизм. "Вот она, настоящая сила технологии," – Лис развел руками. "Не просто контроль разума, а создание единого коллективного сознания. Все эти люди сейчас – часть нашей сети. И скоро весь город, а потом и мир будет таким."

Мария почувствовала, как по спине пробежал холодный пот. Она насчитала не менее тридцати человек, и все они медленно окружали её. Кашель снова подступил к горлу, но сейчас он был как никогда кстати – боль помогала сосредоточиться.

"Зачем всё это, Лис? Ради чего?"

"Ради порядка, конечно," – он улыбнулся, и в этой улыбке не было ничего человеческого. "Разве не об этом ты всегда мечтала? Город без преступности, без грязи, без хаоса. Город, где каждый знает своё место и выполняет свою функцию."

"Это не порядок," – Мария покачала головой. "Это тюрьма."

В этот момент свет на станции снова замигал, но теперь по-другому. Три коротких, два длинных сигнала. Старый и многим знакомый код на азбуке Морзе – "SOS". Мария заметила, как дрогнули веки Воронова. Он всё ещё был там, внутри, всё ещё боролся.

"А знаешь, что самое интересное?" – Лис, казалось, не заметил изменения в освещении. "Твоя сопротивляемость сигналу – это не из-за кашля. Это потому, что ты уже была частью эксперимента. Помнишь ту операцию два года назад? Когда ты получила травму? Это был не просто штурм, это было первое испытание технологии."

Воспоминания нахлынули волной – темный подвал, странные приборы, свет, который слепил глаза, и голоса, много голосов в голове...

"Ты была идеальным подопытным образцом, Мария. Единственная, кто пережил первую фазу тестов. Мы просто ждали, когда технология достаточно разовьётся, чтобы завершить процесс."

Мария почувствовала, как что-то внутри неё меняется. Звук из динамиков начал резонировать по-новому, словно находя отклик где-то глубоко в сознании. Но вместе с этим пришло и что-то ещё – воспоминания, которые были заблокированы, детали, которые она не замечала раньше. Она вспомнила код доступа к системе безопасности метрополитена. Код, который она видела мельком два года назад, в той лаборатории. Код, который она неосознанно запомнила.

"Знаешь, Лис," – она медленно отступала к служебной двери, – "ты прав. Я действительно была частью эксперимента. И именно поэтому я знаю его слабые места."

Её рука нащупала панель управления рядом с дверью. Три цифры, потом буква, ещё четыре цифры... "Система активирована. Протокол очистки запущен," – механический голос из динамиков заставил Лиса впервые проявить настоящую эмоцию – страх.

"Что ты делаешь?!" – он рванулся к ней.

"То, чему ты меня научил," – Мария улыбнулась. "Использую технологии против системы."

Станцию метро залил ослепительно яркий свет, и воздух наполнился высокочастотным гулом – тем самым, который использовался для очистки систем от вредоносных программ и который Мария когда-то слышала. Только сейчас он был направлен на очистку человеческих мозгов от чужого контроля.

Дело #1. Конец?

Высокочастотный гул нарастал, отражаясь от стен станции метро и создавая почти невыносимый резонанс. Люди вокруг начали приходить в себя, словно пробуждаясь от глубокого сна. Кто-то падал на колени, кто-то хватался за голову, не понимая, где находится. Воронов, пошатываясь, сделал шаг вперед, его взгляд постепенно прояснялся. Лис - Никита издал нечеловеческий крик – помесь механического скрежета и агонизирующего вопля. Его тело начало содрогаться, а кожа на лице пошла рябью, обнажая металлическую конструкцию под ней.

"Ты не понимаешь, что делаешь!" – его голос теперь полностью утратил человеческие нотки. "Система нестабильна! Ты можешь уничтожить не только программу, но и всех носителей!"

Мария почувствовала, как её собственный мозг пронзает острая боль. Старые импланты, о существовании которых она даже не подозревала, реагировали на сигнал очистки. Картинка перед глазами начала двоиться, воспоминания смешивались – реальные с искусственными, прошлое с настоящим.

"Мария! Отключи систему!" – голос Воронова пробивался сквозь шум. "Ты можешь повредить свой мозг!"

Но она не могла остановиться. Не сейчас, когда появился шанс уничтожить то, что превратило её напарника в чудовище. Даже если ценой будут её собственные воспоминания, её собственные мысли, даже её собственная жизнь.

"Прости, Лис," – прошептала она, чувствуя, как по щеке течет что-то тёплое – то ли слеза, то ли кровь. "Но ты был прав в одном – я действительно всегда хотела очистить город от грязи. И начну с этой технологии."

Она ввела последовательность команд, увеличивая мощность сигнала, исходящего из установленного в метро датчика до максимума. Боль стала невыносимой, перед глазами поплыли черные пятна. Краем сознания она заметила, как Лис рванул к ней, но его движения стали дергаными, неконтролируемыми. Воронов перехватил его, удерживая на месте. Сейчас человек оказался сильнее этого механизма. Последнее, что помнила Мария перед тем, как потерять сознание – как механическое тело Лиса оседает на пол, а из динамиков раздается системное сообщение: "Очистка завершена. Выявлены остаточные элементы программы в секторах города. Требуется полная диагностика системы."

...

Очнулась она в больнице. Белые стены, запах лекарств и тишина – блаженная тишина без механического гула в голове. Рядом с кроватью сидел Воронов, просматривая какие-то документы. "С возвращением, госпожа шериф," – он улыбнулся, заметив, что она открыла глаза. "Как самочувствие?"

"Голова раскалывается," – Мария попыталась сесть. "Сколько я была без сознания?"

"Три дня. Врачи говорят, твой мозг пережил серьёзную травму, но каким-то чудом основные функции не пострадали. Хотя некоторые воспоминания могут быть... неправильными."

"Лис?"

"Его тело изъяли для исследования. Оказалось, что это был не совсем он – гибрид человеческого мозга и машины. Технология зашла намного дальше, чем мы думали."

Мария закашлялась, и впервые за долгое время этот кашель показался ей почти приятным – напоминание о том, что она всё ещё человек.

"А остальные? Те, кто был под контролем?"

"Приходят в себя. Но мы обнаружили, что сигнал распространялся не только через динамики станций метро. В городе есть целая сеть передатчиков. И где-то там, – Воронов постучал пальцем по документам, – всё ещё работает главный сервер системы."

"Значит, это ещё не конец?" – Мария почувствовала, как внутри снова просыпается охотничий азарт.

"Нет," – Воронов встал и подошел к окну. "Это только начало. Кстати, пока ты была без сознания, я взял на себя смелость сделать кое-что..."

Он открыл дверь палаты, и внутрь проскользнула маленькая черная кошка с белым пятном на груди.

"Решил, что тебе не помешает напарник, пока ты восстанавливаешься. Её зовут Юта. Уж очень она любит командовать."

Кошка запрыгнула на кровать и устроилась рядом с Марией, мурлыча. За окном начинало светать, и где-то вдалеке был слышен шум просыпающегося города – города, который всё ещё нуждался в своём шерифе.

"Знаешь," – Мария погладила кошку, чувствуя, как внутри растет решимость, – "кажется, мне придется взять отпуск подлиннее. У нас много работы впереди."

В кармане халата завибрировал телефон. Сообщение с неизвестного номера: "Система ждет ребута. Среда."

Дело #2 - Среда

"Система ждет ребута. Среда."

Это сообщение уже неделю заставляло Марию дрожать, хотя в палате, где ей все еще приходилось лежать было достаточно тепло. Значит, Понедельник и Вторник были только началом. Среда — это новый уровень угрозы, возможно даже более опасный. Юта, снова почувствовав тревогу хозяйки, прыгнула на кровать к хозяйке и мяукнула. Юта единственное животное, кому разрешили находиться в больнице, и то потому, что глав-врач был хорошим другом шефа полиции. Мария погладила кошку, размышляя уже в сотый раз о том, что "Неделя" — это целая сеть преступников, которая все больше и больше охватывает город. А она, шериф, лежит здесь и ничего не может сделать.

"Нужно проверить серверные центры города," — произнесла она вслух.

"Уже в процессе," - отозвался Воронов, который лишь приоткрыл дверь в палату своей подопечной, но сразу же понял о чем она думает, - "Но есть проблема - половина наших технарей до сих пор приходит в себя после того сигнала."

"Возможно..."- Кашель снова напомнил о себе, и Мария почувствовала, как старые раны начинают ныть с новой силой. Этот кашель, эта ноющая боль давали понять, что битва за город еще не окончена. И на этот раз ставки могут оказаться еще выше. Ведь Лис...

В дверь постучали. Вошел молодой лейтенант с папкой документов:

"Мария Николаевна, Владислав Александрович, как вы и просили по связи, мы проверили несколько IT компаний. И есть подозрения..."

"Подозрения знаешь где бывают?" - перебил молодого лейтенанта Воронов, - "И какого черта ты вламываешься в палату к красивой девушке без стука?"

"Но..." - тут же покраснел служащий и с надеждой посмотрел на Марию.

"Ворон, хватит уже пугать новичков, у нас итак с кадрами проблемы," - Мария хоть и находилась в палате, но мыслями уже гоняла новобранцев, хватала преступников на улицах и раскрывала дела. Она никогда не любила сидеть дома, даже когда болела всегда рвалась на работу, - "Так какие подозрения то?"

"Вопросы возникают в финансовых потоках нескольких IT компаний..."

Лейтенант протянул папку с документами. Мария взяла её дрожащими руками - последствия, перенесённого накануне технологического шока, ещё давали о себе знать.

"Они все имеют общий источник инвестиций," - продолжил лейтенант, - "Но самое интересное, что эти средства проходят через множество офшорных зон, прежде чем попасть на счета компаний."

Юта, словно почувствовав напряжение в комнате, запрыгнула на стол и уставилась на бумаги своими большими зелёными глазами.

"Знаете, что объединяет эти компании?" - лейтенант сделал драматическую паузу, - "Все они занимаются разработкой нейротехнологий."

У Марии по спине пробежал холодок. Неужели система "Неделя" не была полностью уничтожена? Возможно, Лис был лишь одним из звеньев более масштабной сети?

"Продолжайте копать," - распорядился Воронов, видя состояние Марии и выгоняя лейтенанта, - "И сверьте данные с информацией, которую мы получили после операции в метро."

Кашель снова напомнил о себе, но теперь он казался предупреждением - где-то в городе оставались ещё участники заговора. И сообщение "Среда" было явно не случайным.

"Я хочу, чтобы вы проверили всех сотрудников этих компаний," - добавил Шеф, глядя на Юту, которая задумчиво мурлыкала под отстранённые поглаживания шерифа, - "Особенно тех, кто работает над проектами, связанными со звуковыми технологиями."

В этот момент телефон Марии снова завибрировал: "Пора начинать новую игру. Среда наступила."

Дело #2 - Маленькая Пятница

Мария сжала телефон в ладони так, что костяшки пальцев побелели. Сообщение светилось на экране, словно насмехаясь над её беспомощностью. Юта беспокойно заурчала, уткнувшись мордочкой в её руку.

"Ворон," — голос Марии был тихим, но стальным, — "Достань меня отсюда. Сегодня же."

Воронов, стоявший у окна, резко развернулся:

"Ты с ума сошла? Тебе ещё неделю минимум лежать! Врачи сказали..."

"Чёрта с два!" — она швырнула телефон ему в руки. — "Они уже здесь. Они знают, что я слаба. И если я не выйду первой на охоту..." — её прервал новый приступ кашля, более сильный, чем прежде. Юта испуганно отпрыгнула.

Воронов молча подошёл к двери, запер её на ключ и достал из внутреннего кармана пиджака самый обычный карточный пропуск.

— Так и знал, что долго ты валяться здесь не будешь. Это твой пропуск на территорию полицейского участка. Я решил немного вернуться в прошлое и убрал все электронные пропуска," — Ухмыльнулся Владислав Александрович. — "Так что участок сейчас наиболее безопасное место в городе. Кто-бы мог подумать, что наши допотопные технологии могут стать нашим спасением. Вот если бы как в мэрии нам бы поставили все новые машины. Ух, тогда бы мы... Но мэрия это прям центр, середина города, а мы так..."

Ворон сразу заметил, как изменился взгляд Марии при этих словах.

"Шеф, что ты сейчас сказал?" - чуйка детектива, которая множество раз давала Марии подсказки взвыла и на этот раз. Вот оно... Мария замерла. Ей потребовалось лишь несколько секунд, чтобы наконец-то понять смысл послания. Теперь сообщения обрели смысл:

— В сообщениях код для преступников, откуда стоит держаться подальше. "Среда" — это не день недели. Это указание места. Центральный сервер прямо в середине города.

Внезапно свет в палате мигнул. Юта вздыбила шерсть. Из динамиков больничного радио донёсся лёгкий, едва уловимый гул — тот самый, что был в метро.

" Они здесь," — прошептала Мария, хватая со столика скальпель. — "Решили еще раз до нас добраться, Ворон."

В коридоре раздались шаги — слишком ритмичные, механические. Дверная ручка дёрнулась. Замок, который Воронов запер минуту назад, щёлкнул, будто его открыли снаружи ключом.

"В окно!" — прошипел Воронов, доставая пистолет.

Но было поздно. Дверь распахнулась. На пороге стояла медсестра — та самая, что приносила Марии лекарства последние три дня. Только теперь её глаза были стеклянными, а в руке блестел шприц с чёрной жидкостью.

"Госпожа шериф," — голос медсестры звучал как наложение десятков чужих голосов, — "Неделя просит передать: вы опоздали на приём."

Юта прыгнула медсестре в лицо с диким воплем, а Мария, превозмогая боль, бросила скальпель. Лезвие вонзилось медсестре в шею, но... крови не было. Только искры и потёки серебристой жидкости.

"Что за черт? Киборг?", — успел крикнуть Воронов, прежде чем стена палаты взорвалась. Через дыру в облаке пыли шагнули три фигуры в чёрных комбинезонах — с такими же мёртвыми глазами и неестественно плавными движениями.

Мария покатилась с кровати, прикрывая собой Юту. Последнее, что она увидела перед тем, как Воронов взял её на руки, — это надпись, светящуюся на груди у одного из нападавших: "ЧЕТВЕРГ".

Ворон не зря был начальником полиции, поэтому смог быстро сориентироваться и вместе с Марией на руках прыгнуть в окно - хорошо, что это был первый этаж. Но теперь пришлось им, троём - бежать не оглядываясь. Юта не отставала от своей хозяйки.

Больница, город, весь мир сузились до одного инстинкта — выжить. И где-то в этом хаосе Мария осознала страшную правду: "Неделя" — не заканчивается средой.