Проект "Гость"

Глава 1

Никита ещё раз проверил таблицы отчётности. Ошибки нет. Компания пока медленно, но уже абсолютно очевидно двигается к краху.

На что он надеялся? Расчёт был циничный, но верный: создать инкубатор стартапов, часть из которых взлетит. И продавать их, пока они кому-то интересны. Это похоже на огород. Семена стоят совсем дёшево, но и всходят не у всех. Ростки уже немного дороже – понятно, каким будет растение. Правда, и они тоже как правило загибаются. А вот подрощенные деревья, кустарники стоят дороже всего. Они уже достаточно сильные, чтобы бороться за свою жизнь, но пока молоды и готовы к переездам.

В инкубаторе Никиты семян и ростков было в избытке. Только ничего не прорастало. Созданные и финансируемые им лаборатории лишь жадно потребляли инвестиции, ограничиваясь в отчётах туманными обещаниями предъявить результат своего творчества в обозримом будущем. Но будущее никак не наступало.

Изрядно портило настроение и то, что значительную часть денег инвесторов он переводил в наличку. Причин было несколько: ограничения международных транзакций, налоги, возможность покупать оборудование без чеков, необходимость платить некоторым специалистам, не оставляя следов на их счетах. Но при всей привлекательности, наличные деньги – это колоссальные хлопоты. Пережиток. К тому же их приходится где-то хранить. Где-то – это в кабинете в довольно просторном сейфе. К счастью, для большинства коллег источник появления кэша был неизвестен. Про сейф, вмонтированный в стену в личном туалете, кроме строителей знали несколько человек. Доступ же вообще был только у двух: у него и у Валеры.

Валера появился в жизни Никиты на втором курсе института. Он подошёл к нему в курилке, протянул руку и сходу предложил познакомиться.

– Извини, я не из этих.

– Я думал ты тоже с физики квантовых систем. Я видел тебя на лекциях.

– А. В это смысле – да.

– Я Валера.

– Хорошо тебе, Валера. А я Никита.

– Теперь я буду знать, кто ты.

После чего Валера спокойно удалился.

Они встречались на лекциях и на лабораторных. Никита быстро сообразил, что дружба с Валерой может сильно облегчить студенческую жизнь. Нет, за алкоголем, конечно, его посылать не стоит, а вот делать совместные лабораторные – одно удовольствие! Валера не только быстро справлялся со всеми заданиями, что позволяло без спешки переписать ход работ и выводы, но и умудрялся придумать свои эксперименты. Мало что заканчивалось без едкого дыма, хлопков, вспышек и гнева преподавателей, но, сказать по правде, все с любопытством ждали, что же он выдумает сегодня.

Во взрослой жизни они с Валерой встретились на научном стендапе. Никита к тому времени уже создал инкубатор, вложив семейные деньги и отбирал перспективные на его взгляд проекты. Валера был в экспертном совете, давая научную оценку выступающим.

После формальных рассказов о себе Никита поделился теми стартапами, в которые вложился или собирался это сделать. Валера очень быстро и квалифицированно дал оценку каждого. Со многими после этого разговора Никите пришлось расстаться. Кто-то оказалось просто сосал бюджеты, не предлагая ничего нового, у кого-то проекты были интересные, но сложно воплощаемые в ближайшем будущем. Так Валера стал сначала советчиком, консультантом, а потом, когда все прогнозы стали с точностью сбываться, и партнёром.

Валера, казалось, не искал какой-то личный выгоды от знакомства. Это Никита предложил вложить деньги в любую мечту Валеры. И он этим воспользовался. Создал лабораторию, сразу предупредив, что в будущем его разработка принесёт им известность.

В последнее время, как и Никита, Валера заметил неприятную тенденцию к разрушению. Он предлагал избавиться от всех активов, оставив один проект – естественно, свой. Никита не послушал. Ему казалось, что цепочка незначительных, но быстрых стартапов поможет выйти из кризиса. Деньги таяли, результатов ни у кого не было. Учёные, в чьи разработки он инвестировал, начали разбегаться. Чаще всего их перекупали крупные корпорации. Это было обиднее всего. Если возвращаться к сравнению с садовым бизнесом, у Никиты стали воровать ростки. В пугающих масштабах.

Никита закрыл ноутбук. Умение вовремя выйти – один из главных навыков хорошего руководителя. Выйти, желательно, с минимальными потерями.

Первое, что нужно сделать – вывезти из офиса всю наличку. Если начнутся скандалы и обыски, возникнет очень много ненужных вопросов и деньги, скорее всего вместе со свободой, он неминуемо потеряет.

***

Ночью на пустой парковке офисного здания обычно никого нет. Несколько машин засидевшихся сотрудников и охранников.

Никита знал, что охранник, как правило, спит, оставив шлагбаум открытым. Раньше, когда он этого не делал, Никите приходилось долго искать его в каморках и скандалить. Логично, если бы после ночных ссор охрана начала нести службу добросовестно, но они просто оставляли калитку открытой.

На взятой в левом прокате машине, с которой предварительно он снял номера, Никита заехал на парковку. В лифте стоит камера. Старая лестница, которой никто не пользуется, оставалась незаметной.

Надев чёрную вязанную шапку с прорезями для глаз, Никита, прислушиваясь к каждому скрипу, поднялся на второй этаж. В коридорах тихо. Громкий стук сердца отдавался пульсом в ушах. Руки дрожали. Стараясь не звенеть ключами, Никита открыл дверь собственного кабинета, не включая свет прошёл в личную уборную. Тщательно закрыл дверь.

В сейфе аккуратными брикетами лежали деньги. Его деньги. Странный диссонанс – ему приходится воровать у себя самого. И ему страшно! Страшно не от того, что он ворует, пусть и у себя самого. Страшно от того, что он понимает все последствия этого поступка.

Всё уместилось в большой туристический рюкзак. С такой ношей можно смело отправляться в любое путешествие. Ему же надо всего лишь добраться до машины и выехать в город. Утром он заявит о краже, сообщит, что похищены документы. Начнётся следствие. Инвесторам он сообщит, что его обокрали и, возможно, выйдет сухим из воды закрыв компанию и оставшись с деньгами.

Идти с рюкзаком оказалось трудно. Он постоянно тянул назад. Руки в перчатках вспотели. Ноги предательски дрожали. Три этажа до парковки по лестнице казались бесконечными.

Никита открыл дверь на лестницу и лицом к лицу столкнулся с Валерой. Тот не узнал его в темноте проёма. «Твою ж мать!» – в отчаянии Никита толкнул друга и тот, грузно спотыкаясь, покатился по лестнице спиной вперёд. Но в последний момент, скорее инстинктивно, чем осознанно, Валера схватил Никиту за одежду, увлекая за собой. Они скатились по ступенькам кубарем. На площадке Никита с ужасом понял, что лежит на друге, прижимая собственным весом, дополненным массой рюкзака.

– Валерка, ты как?

Валера стянул с Никиты шапку.

– Никита! Ты чего здесь делаешь?

Их взгляд упал на рюкзак, из которого вывалились пачки денег.

– Ты чего, Никита!?

– Я объясню! Прости, пожалуйста! Можешь встать.

Никита попытался помочь Валере подняться, но тот заорал от боли. Оба посмотрели вниз. Ноги Валеры вывернуты в неестественной положении.

– Валерка. Брат! Умоляю тебя – не говори ничего! Я помогу тебе.

Дверь на лестницу несколькими этажами выше открылась.

– Кто здесь?

– Помогите! – закричал Валера.

– Валерка! Умоляю, не надо! Я тебе объясню!

Схватив рюкзак, Никита сбежал на парковку, запрыгнул в машину. Завёл её дрожащими руками и вылетел с парковки.

Охранник торопливо спустился к стонущему Валере.

– Ты живой?

– Не очень. Скорую вызывай.

Взгляд охранника упал на пачки денег, забытые Никитой на полу.

– Охрана, первый пост. Нужны люди на лестницу парковки! У нас проникновение.

– И скорую! – взмолился Валера.

– Скорую вызывайте. Пострадавший.

Закончив доклад по рации, охранник сел рядом с Валерой. Снял форменную куртку, расстелил на бетон лестничной площадки, помог лечь.

– Кто тебя так?

– Не знаю. Не понял.

– Терпи, скоро медики будут.

На лестнице начали появляться люди, застёгивая на ходу форменные черные куртки охраны. Воздух наполнился тревогой и короткими командами по рации. Валера провалился в беспамятство.

***

«Никита Олегович, охрана беспокоит. У нас происшествие, можете подъехать?»

Он пытался понять – что это: ловушка или стандартная процедура? Как действовать? Что им рассказал Валера?

«Сейчас приеду».

Лучшее решение. Самое адекватное. Надо отвечать за свои поступки! О чём он думал? На что рассчитывал?

Никита прикрутил номера на арендованную машину, оставил её на платной парковке – завтра заберёт и сдаст. Скажет, ездил к любовнице.

Надо что-то сделать с рюкзаком. Единственный вариант – позвонить жене. Единственному человеку, которому он может теперь доверять.

– Оль, привет, прости, что поздно. Можешь приехать? Я скину адрес.

– Ты же на рыбалку собирался?

– С работы выдернули – у них там что-то случилось.

– Ладно, скидывай точку, сейчас приеду.

Вечером жене он сказал, что поедет на рыбалку. Это объясняло и рюкзак, и ночное отсутствие, и аренду машины – не на своей же ехать по бездорожью. Хоть здесь у него всё логично.

***

В офисном здании горел весь свет. На парковке как попало стояли машины полиции. Охранник подтвердил, что приехал директор и их машину пропустили.

– Что случилось?

– Разбираемся. Можно документы?

Никита дрожащими руками протянул мужчине в форме полицейского паспорт.

– Никита Олегович. Мы подозреваем кражу. Охрана подняла тревогу.

– Что украли?

– Поднимайтесь, вам всё расскажут.

Никита, забыв про жену, на автомате пошёл к лестнице с парковки.

– Никита Олегович! Заходите.

Его окликнул охранник, придерживающий двери лифта.

«Чуть не спалился!» - пронеслось в голове Никиты.

На втором этаже незнакомые люди, в основном в гражданском, фотографировали всё, что попадалось на глаза.

– Вы Никита Олегович, я так понимаю?

Судя по дорогому костюму и пронзительному взгляду, это был следователь.

– Да. А что случилось?

– Во сколько вы уехали из офиса?

– Часов в пять.

– Так рано?

– Я на рыбалку хотел поехать.

– Сочувствую. В вашем офисе совершено преступление. Следственная группа собирает улики. Я старший следователь. Нам нужно поговорить. В вашем кабинете удобно? – за всё время следователь ни разу не отвёл взгляд от Никиты.

– Да, конечно, пойдёмте.

Никита машинально вошёл в свой кабинет, просто толкнув незапертую дверь.

– Вы обычно не запираете?

– Что, простите?

– Вы открыли дверь без ключа. Она была незапертая?

– Я даже не подумал. Да нет, запираю на ночь.

– А сегодня вы её закрывали?

– Думаю да.

– Думаете или да?

– Да, запирал.

«Господи! Какой правильный-то ответ?»

– Дверь была открыта, когда мы приехали. У кого есть ключи?

– У меня, у охраны.

– А у сотрудников?

– Только у Валеры.

– Валера, это кто?

– Мой помощник.

– Не знаете, где он был сегодня вечером?

Вопрос следовать задал настолько между прочим, что Никита не задумываясь ответил:

– На работе.

– А почему вы так думаете.

Цепкий взгляд остановился на Никите. Следователь не торопил. Он «читал» Никиту. Или так казалось благодаря многолетней практике. Таким взглядом обладают многодетные мамы, учителя начальных классов и сыщики. Кажется, что они уже всё давно знают, просто дают последний шанс сознаться во всём самому.

– Он часто засиживается. Но я уже не уверен.

– Хорошо.

Следователь прошёл к туалетной комнате, в которой перед раскрытым сейфом несколько человек что-то тщательно изучали с ультрафиолетовыми лампами.

– Что вы хранили в сейфе?

– Документы в основном.

– Какие?

– Уставные, проекты разработок, патенты…

– А у кого доступ был?

– У меня и у Валеры.

Никита почувствовал себя в ловушке. Ему стало нестерпимо жарко.

– Здесь два набора отпечатков, - доложил один из экспертов.

– Один, я уверен, ваш. Второй, вероятно – вашего друга. Значит, кроме вас здесь никого не было.

– Перчатки.

– Что, простите?

– Вор мог быть в перчатках.

– Мог. Но сейф не взломан. Его открыли ключом. Вы же никому не передавали свой ключ?

– Я – нет.

– Хорошо.

– А где Валера? – Никита, наконец, подошёл к самому тревожному вопросу.

– В больнице. С ним неприятность случилась.

– Какая? – голос подвёл Никиту, сорвавшись на фальцет.

– Сломал обе ноги и, похоже, рёбра.

– Я могу его увидеть?

– Больше скажу – должны. Завтра приезжайте в больницу, я вам дам адрес, проведём очную ставку. А пока я вас попрошу не покидать город.

Домой машину вела Ольга. Никита не мог сосредоточиться – казалось неприятности только начинаются.

***

Через приоткрытую дверь Никита увидел Валеру лежащего на кровати с загипсованными ногами, подключенного к пищащим приборам и капельница. Возле двери палаты дежурил полицейский в форме.

– Никита Олегович! Я вас ждал.

Следователь не ответил на попытку рукопожатия.

– Проходите.

– Валерий Сергеевич! Как вы себя чувствуете?

– Спасибо. Приемлемо.

Валера посмотрел на бледного Никиту. Прикрыл глаза.

– Расскажите, что произошло ночью.

Валера глубоко вздохнул. Никите казалось, что грохот его выпрыгивающего сердца слышен на всех этажах больницы. Он даже подумал, что надо убежать, но вспомнил про полицейского у дверей.

– Вчера мне позвонили с неизвестного номера и сказали, что хотят обнести наш офис.

– Вы знаете звонившего?

– Нет. Мужчина. Средних лет.

– Что он вам сказал?

– Сказал, что хотят нас обокрасть, я же сказал вам.

– И что вы сделали?

– Я решил, – Валера посмотрел на Никиту, перевёл взгляд на следователя и продолжил, не отрываясь от его лица, – что не успею никуда сообщить, решил вывести всё сам.

– Почему вы никому не сообщили о звонке?

– Телефон сел.

Продолжая записывать показания в протокол, следователь спросил, как будто между прочим:

– А что в сейфе было?

– Документы, – Никита поторопился опередить ответ Валеры.

– Никита Олегович, я разговариваю с Валерием Сергеевичем. Так что там было?

– Документы. – Валера отвернулся к окну.

– Документы, – следователь записал. – Что было дальше?

– Я сложил бумаги в рюкзак пошёл на парковку.

– А почему не на лифте?

– Ночью лифты выключают. Иногда. И я боялся встретиться.

– С кем?

– С грабителями.

– И что произошло на лестнице?

– На меня напали.

– Сколько их было?

– Кажется двое. Я двоих видел.

– Дальше?

– Один меня толкнул, второй забрал рюкзак, и они убежали вниз.

– Рядом с вами нашли несколько пачек денег. Они были в рюкзаке?

– Да.

– То есть какие-то деньги вы всё-таки хранили?

– Небольшие суммы.

– Угу, - следователь продолжал записывать, – Валерий Сергеевич, вы давали кому-нибудь ключи от сейфа?

– Нет.

– То есть открыть его могла только вы и Никита Олегович?

– Выходит так.

– А почему вы решили, что кому-то удастся открыть его без ключей?

Валера посмотрел на бледного Никиту.

– Я в кино видел, что можно открыть любой сейф. Не подумал.

– Получается, вы сами открыли его, изъяли хранящуюся там документацию и наличные средства и передали злоумышленникам?

– Получается так. Я теперь соучастник?

– Возможно. Кому могут быть интересны эти бумаги?

– Конкурентам, я думаю. Там протоколы исследований, инструкции на разработки. Что-то ещё не запатентовано.

– Какой ущерб компании был нанесён?

Валера задумался.

– Никита Олегович? Можете предположить?

Следователь повернулся к Никите.

– У нас часть уставного капитала – интеллектуальная собственность на исследования. Получается, они обанкротили компанию.

– Обанкротили, - следователь записал, – поправляйтесь! С вами будут общаться мои коллеги – очень надеюсь на помощь.

– Спасибо!

Мужчины вышли из палаты.

– Ну, думаю, в ломбардах вашу пропажу искать смысла нет. Подскажите, где могут всплыть бумаги?

– Я не знаю. Честно.

– А вы бы что сделали на их месте?

– Я бы уничтожил.

– А смысл?

– Компания банкрот. Мне придётся закрыть все проекты. Сотрудников легко можно переманить, чтобы они повторили работы и тогда можно запатентовать на другие компании.

– Умно. Вот мой телефон – если захотите что-нибудь рассказать, не стесняйтесь. Мы, кстати, проверили ваши телефоны. Валерию действительно звонили вечером с неизвестного подменного номера. Возможно, он говорит правду.

***

Следствие безрезультатно шло несколько месяцев. Новые дела увлекли следственный комитет и постепенно интерес угас.

Валеру выписали через месяц. Переломы оказались серьёзными – передвигаться сам он уже не мог. Похудевшего его встретил из больницы Никита.

– Я тебе коляску купил. С мотором.

– Никит. Зачем ты это сделал?

Глупо было юлить и что-то выдумывать.

– Я хотел спасти деньги. У меня инвесторы потребовали отчёт, а мне нечего показать. Ты же знаешь, мы наличкой платили, без документов. Я не смог бы обосновать, куда делись деньги. Логично началась бы аудиторская проверка. Если бы нашли наличку, меня обвинили в отмывании бабла. А так – хозяйственные ошибки. Вложил, ошибся. Бывает. Такой бизнес.

– А почему мне не сказал?

Никита помог Валере сесть в машину. Убрал в багажник кресло. Сел за руль. Выехал с парковки больницы. Всё это время они не обменялись ни словом.

– Я отвечу за тебя, Никит. Два варианта: не хотел со мной делиться, хотел меня подставить. Ключей-то кроме нас ни у кого не было.

– Прости, Валер. Всё плохо вышло.

– Знаешь, я много думал. Когда ты меня сбил и бросил на лестнице, я хотел тебя сдать сразу. Не потому, что ты сделал, а потому, что бросил. Но потом было много времени. Мне ничего не даст твой арест.

– А что ты хочешь?

– Сейчас – нормально жить. Ты знаешь, где я живу?

– Нет. То есть, адрес знаю, но у тебя я не был.

– Я снимаю однушку в панельном доме на окраине. На пятом этаже. Без лифта. Улавливаешь?

– Хочешь, чтобы я снял тебе квартиру?

– Нет. Я хочу работать над своим проектом, а ты лишаешь меня этой возможности.

– Что я должен сделать?

– Открой финансирование моей лаборатории.

– Мы банкроты. Компания в стадии закрытия.

– Пока не закрыта. Инвесторы всё равно всё теряют. Предложи им сделку – они не подают на тебя в суд. Пока. А ты из собственных средств финансируешь самую перспективную лабораторию. Они пойдут на это.

– На какие деньги я буду финансировать?

– У тебя же есть рюкзак. А могло и не быть.

Никита вёл машину стиснув руль и зубы.

– Хорошо. А при чём здесь квартира?

– Тебе не понять. Ты гоняешься за понтами. Ты не вкладываешь всё время и силы в мечту. Мне не важно, где жить, мне важно чем я занят. Что я принесу в этот мир.

– Так что с квартирой-то?

– Я буду жить у тебя. – Валера сказал это вызывающе буднично. Как забеременевшая содержанка, давно всё решившая за двоих.

– Это невозможно!

– Никит. Ограбить собственную компанию тоже невозможно. Подставить друга, который многие годы тащил твою контору тоже невозможно. А дать мне одну комнату, про которую ты, скорее всего даже не помнишь, вполне возможно.

***

В огромной квартире Никиты царила праздничная атмосфера. Ольга уговорила мужа отметить день рождения с размахом. Во-первых, это шанс отвлечься от неприятностей, во-вторых, можно пригласить инвесторов и немного растопить лёд непонимания. Второй довод Никиту убедил.

Огромную двухуровневую квартиру в центре украшала целая команда нанятых Ольгой дизайнеров. Она подумала, что это едва ли не первый раз, когда их дом по-настоящему наполнился весельем, жизнью.

Даже Валера, обосновавшийся в детской сегодня раздражал её не так сильно.

Детской комната была изначально. Когда они купили эту квартиру им казалось, что ещё чуть-чуть и дом наполнится смехом, прятками и проказами. Но годы шли. Детей так и не появилось и теперь уже, похоже, не появится. Так что у комнаты осталось только название. Можно было переименовать её в гостевую, но это бы значило, что они окончательно сдались. Да и гостей у них почему-то почти никогда не бывало.

Валера бесил её каждый день. Он катался на своей жужжащей коляске по коврам и дорогому паркету, оставляя чёрные полоски следов. Мылся, оставляя после себя не просто лужи, а целые болота. Постоянно сбивал посуду и бытовые приборы. На косяках дверей и стенах появились притёртости, совпадающие с выступающими частями его кресла. Ей казалось, он делает это специально, что частично было правдой.

К праздничному столу Валера выехал в чёрном костюме и под имперский марш на телефоне, чем привлёк внимание гостей. Приглашённые шептались, объясняя друг другу, что это он отдал документы бандитам. А вот Никита – молодец! Не бросил друга. Заботится о нём. Уговорил переехать к нему домой.

Постепенно гости разбрелись по кружкам, обсуждая дела и перспективы. На этом празднике оказалось лишь два изгоя – Ольга, которая воспринималась окружающими лишь как домохозяйка и Валера по понятным причинам.

– Оля, как тебе живётся с Никитой?

– Нормально. Он сильный. С ним надёжно. Кажется, всегда знает, что нужно делать.

Они смотрели на ночной город за окном. Невидимки среди праздника.

– Я вдруг понял, что у меня пропала жизнь.

Ольга с осторожным сочувствие посмотрела на него.

– Я всегда много работал. Казалось, ещё немного и смогу себе позволить ею наслаждаться. Думал – чем больше работы, тем лучше. А сейчас кроме неё ничего и нет.

– А что ты хотел? Чего не будет, как тебе кажется?

– Знаешь, я всегда хотел просто кататься на велосипеде. Просто. Как в детстве. Без цели и времени. Останавливаться, когда красиво или устал. Без достижений. Ощущать, что для счастья ничего больше не надо – ни денег, ни бензина, ни спортивной формы.

– Я любила в детстве кататься на велосипеде. Мама переживала, ругалась. Я могла уехать утром в магазин и оказаться в другом городе. Просто погода хорошая. И дорога под горку. Лето, платьице и велосипед.

Город шумел, переливался ночными огнями за окнами золотой клетки, в которой они оба оказались.

***

Валера стал часто задерживаться в лаборатории. Обычно его привозило специальное такси, но всё чаще водителям приходилось ждать его часами. Постепенно рейтинг падал. На его вызов откликались неохотно.

Ольга привыкла готовить ужин на троих, воспринимая Валеру как нового члена семьи. Никиту это злило. Он не понимал, почему они не могут поужинать вдвоём.

Тогда Ольга уговорила купить ей минивэн вместо спортивного кабриолета, и сама ездила встречать Валеру после работы. Она бы не смогла объяснить даже самой себе, что её вынуждает так поступать. Привязанность, вежливость, желание быть кому-то по-настоящему полезной.

Никита сдерживался долго, пока не завёл привычку ужинать в одиночку, если Ольга с Валерой опаздывали. Но больше этого его бесили электронные финансовые таблицы, из которых следовало, что всё содержимое рюкзака постепенно растворилось в финансировании Валериной лаборатории. Он хотел это остановить, но уже не мог. Слишком много вложено. Слишком высокая ставка перед инвесторами. Деньги уже не вернуть, а если ещё и вскроются истинные подробности происшествия, он потеряет не только оставшиеся деньги и имущество, но и репутацию.

– Валер, ты долго? – она решила позвонить в четвёртый раз.

– Нет, прости, уже почти.

– Пусти в туалет?

Валера задумался. Ольга действительно ждала его уже второй час. Он решил сделать сегодня исключение из правил и пригласить в лабораторию постороннего. Хотя, ну какая она посторонняя?

– Поднимайся.

***

В лаборатории было пустынно. Стерильно, минималистично и пугающе просторно. В огромном зале без перегородок стояли погасшие компьютеры, радом – какое-то оборудование. Часть накрыта плёнкой, часть включено.

– Иди. Налево, увидишь.

Ольга зашла в туалет. Подойдя к умывальнику, она поняла, что ей показалось непривычным – высота. Всё в офисе было ниже привычной нормы. Столы, стойки, шкафы, умывальники были на высоте, комфортной для человека на инвалидной коляске.

Вымыв руки, она вышла к Валере.

– Ты что, один здесь работаешь?

– Нет. Что ты! А, – Валера понял, почему она сделала такой вывод, – нет. Нормальные, то есть полноценные, у меня тоже работают. Умывальник такой только один, а столы могут двигать – менять высоту. Вот оборудование – да. Сделано для меня.

– А что ты делаешь?

– Пойдём покажу.

Валера развернул кресло, поехал в глубину зала. Ольга последовала за ним.

– Я назвал его «Проект Гост».

– «Гость»?

– Нет, «ghost» – «призрак». Хотя, признаться, игра слов мне нравится.

– Что за проект?

Следующие полчаса Валера с вдохновением рассказывал Ольге про теорию струн, квантовую запутанность, темпоральные поля. Ольга ничего не поняла, но она вдруг увидела Валеру совсем другим. Не раздражающим занудой, а влюблённым. В свой проект, в своё дело.

– А в итоге-то что?

Валера задумался.

– В итоге?

Валера подъехал к стойке приборов, включил один из них. На пустой стене появилось радужная плёнка, как будто надули огромный мыльный пузырь.

Ольга хотела было дотронуться до него, но с ужасом одёрнула руку.

– Не бойся. У меня можно трогать. Подумай о чём-нибудь приятном.

Радужная оболочка продолжала переливаться. Если бы не едва уловимое дыхание, можно было бы подумать, что это очень качественная проекция. Но плёнка была физически различима.

Ольга протянула руку. Задумалась, решаясь на что-то и приложила ладонь. Плёнка не лопнула. Она оказалась на ощупь как будто шёлковой. Нет, не так! Представьте, что вы подносите руку к наэлектризованной ткани. Вы начинаете её чувствовать ещё не дотронувшись.

На несколько мгновений оба увидели призрачную картинку: по просёлочной дороге, мимо колосьев на велосипеде едет девочка в лёгком белом платье в синий горошек.

Пузырь лопнут. Видение вместе с ним.

Валера и Ольга какое-то время стояли перед светлой пустой стеной, как будто ещё видели остаточный свет летнего солнца.

– Что это?

– Это сложно объяснить. Я знаю, как, но пока не понимаю зачем.

– Это похоже на сон наяву.

– Пожалуй.

– Но это невозможно! Ты же тоже видел девочку?

– Видел, конечно. Всё когда-то казалось невозможным. Знаешь, сколько открытий не случилось потому, что фантазёров сжигали на кострах? А сейчас им просто не верят, не дают денег. Это то же самое. Такая же казнь, только на медленном огне.

– Никита великий уже потому, что в тебя поверил!

– Хм. Поехали домой.

***

Никита ждал Ольгу и Валеру за накрытым столом с остывшей и заветренной едой.

– Никит! Ты не представляешь… – с порога начала Ольга.

– Оль. Сколько можно? – перебил он жену.

– Послушай… – Валера решил немного смягчить напряжение.

– Валер, ты заколебал! Ты решил всё забрать у меня? Тебе денег и квартиры мало, тебе ещё Ольга нужна?

– Ну зачем ты так… - попытался успокоить его Валера. Ему не хотелось сегодня ругаться. Впервые за много месяцев он не испытывал к Никите отвращения. Ему хотелось, чтобы Ольга рассказала об увиденном и потом он бы расписал всё другу в красках.

– Оль, выйди, нам надо поговорить.

Ольга выбежала из столовой.

– Я больше не дам тебе ни копейки!

– Да мне не надо…

– Я хочу, чтобы ты сегодня же съехал из моего дома. Господи, зачем я с тобой связался! – Никита уронил голову на сложенные на столе руки, – Зачем я вообще начал вытаскивать эти деньги. Почему ночью? Откуда ты на этой дурацкой лестнице оказался? Почему я вообще дал тебе всё это? – Никита встал, взмахом руки обводя дом.

– Поехали со мной, – сказал Валера тихо.

– Куда?

– Я отдам тебе то, за что ты заплатил. Может, ты поймёшь, что получаешь значительно больше?

***

Ехали на минивэне Ольги. Никита всю дорогу молчал. Он думал о том, сможет ли вернуть хоть часть потраченного, если продаст всё купленное Валерой оборудование. Кстати, что за оборудование он купил?

– Не хочешь объяснить, чем ты занимался?

– Нет, Никит. Это лучше увидеть. Знаешь. А вот я ни о чём не жалею. Я на самом деле тебе благодарен. Хотел ты или нет, но ты помог мне реализовать самый удивительный проект в моей жизни. Кстати, он же твой юридически. Мне даже любопытно, что ты придумаешь с ним делать.

– Посмотрим.

Пока Валера включал свет в лаборатории, Никита прикидывал, как быстро он сможет всё распродать. И что, чёрт побери, он скажет инвесторам.

Валера включал радужную плёнку на стене.

– И что это?

– Это что-то вроде окна. Ты можешь увидеть любое событие твоей жизни.

– Для этого есть фотографии.

– Это по-другому. Это не то, как было, а то, как тебе хочется, чтобы было. Дотронься.

Никита подумал, что Валера затеял весь этот цирк с единственной целью – убить его каким-нибудь высокотехнологичным способом. Всё встало на свои места – они с Ольгой договорились. Сначала они вытащили все его деньги. Потом квартиру. А сейчас он им стал не нужен и от него решили избавиться.

Никита попятился от переливающейся плёнки.

– Ты боишься. Ничего плохого не случится, смотри.

И Валера дотронулся до стены.

Они увидели закат в высокогорье. Солнце вот-вот скроется за макушками голубых гор. Где-то внизу шелестит речушка, пробивающая себе путь между камней. Высоко в небе медленно кружится хищная птица, высматривая ужин. Рядом с небрежно лежащими у тропы велосипедами стоят, обнявшись, двое – Валера и Ольга.

Пузырь лопнул. Мужчины, казалось, оба поражены увиденным.

– Что это за кино!?

– Это не кино, Никит. Это реальность. Возможно, другая, но не менее настоящая, чем наша. А может, и правда, мираж, иллюзия. Я ещё сам не разобрался до конца.

– А какой смысл во всём этом?

Никита оглянулся на лабораторию.

– Я не знаю, – Валера пожал плечами, – ты же продавец. Я обещал тебе дать то, чего ещё никогда не было – я сдержал обещание. Когда-то электричество было весёлым развлечением, пока не научились делать лампочки.

Они постояли молча. Никита повернулся к выходу.

– Хочешь увидеть место, где твои чувства?

Никита остановился. Подумал несколько секунд.

– Давай, шарманщик. Удивляй.

Валера вновь включил машину.

Никита подошёл к радужной плёнке в нерешительности.

– Смелее, Никитка!

Валера с силой толкнул Никиту прямо в переливающуюся мембрану.

***

В глазах потемнело, и Никита упал, обо что-то споткнувшись. Он был в каком-то помещении, похожем на камеру. Перед ним закрытая дверь с зарешётчатым грязным окном. Над головой тусклая лампочка. Он подошёл к окошку, чтобы позвать на помощь и увидел за ним парковку. Из машина без номеров вышел мужчина с пустым рюкзаком и быстрым спортивным шагом пошёл прямо к нему.

Никита попятился и вновь обо что-то споткнулся. Он обернулся и понял, что стоит на лестнице, ведущей с парковки на офисные этажи.

Мужчина открыл дверь и Никита прямо перед собой, лицом к лицу увидел себя.

– Не ходи! Я умоляю! Останься!

Но мужчина его не слышал. Он воровато заглянул вверх между пролётов лестницы. Отошёл на шаг назад.

Никита вспомнил тот вечер в мельчайших подробностях. Как поднимался, надевал шапку, искал ключи, собирал из сейфа деньги. У него не было недоверия, он не знал как и почему здесь оказался. Он просто хотел, чтобы того вечера никогда не было в его жизни.

Молодой Никита уже надел вязанную шапочку. Сейчас он поднимется на второй этаж, и вся история повторится с трагической пунктуальностью.

Никите не хватает воздуха, задыхаясь он сел на ступеньки и его осенила простая мысль – он невидим для себя из прошлого, но может взаимодействовать с физическими объектами – он же не проваливается через ступени. Никита подпрыгнул и разбил лампочку.

Мужчина в чёрной шапочке, уже надетой на голову, уронил ключи на бетонный пол. Чертыхаясь, встал на колени в попытке их нащупать.

Несколькими этажами выше хлопнула дверь. Никита из прошлого в испуге замер и прижался к стене. Никита из будущего побежал вверх, перепрыгивая через ступеньки.

По лестнице неторопливо шёл Валера. Никита попытался предупредить его, но и для него он оказался невидим. Всё, что ему остаётся – следовать за другом в надежде, что в самый решительный момент появится хоть какая-то идея.

Валера зашёл в кабинет. Прошёл его насквозь. Открыл туалет. Отпер сейф и переложил из него все деньги в огромную сумку.

Никита не мог поверить своим глазам. Как зомби он вышел за Валерой из кабинета, по-прежнему оставаясь невидимкой.

Валера открывает дверь на лестницу и со словами: «Твою ж мать» исчезает за ней.

Никита почувствовал, как у него подкосились ноги. Он упал на пол от невероятной боли, которая усиливалась каждый раз, когда он пытался встать. В какой-то момент перед глазами всё потемнело, и он потерял сознание.

***

Через закрытые глаза пробивается яркий свет. Никита, жмурясь, медленно их открыл. Он попытался сориентироваться, но понять, где он никак не получается. Он попробовал встать, но тоже безрезультатно.

– Милый, тебя укачало? Ты уснул?

Он увидел склонившуюся над ним Ольгу.

Опустил взгляд и понял, что сидит в инвалидной коляске.

– Что это было?

– Ничего. Сморило на солнышке. Сейчас Валеру дождёмся и домой поедем.

Никита повернул кресло и понял, что они стоят перед знакомым зданием лаборатории. Навстречу шёл счастливый Валера. Он нежно обнял Ольгу, поцеловал её в губы. Повернулся к Никите.

– Здорово, Никитос! Как ты сегодня?

– Нормально.

– Супер.

Валера взял Никиту на руки и пересадил в минивэн.

– Я уберу кресло, Валер.

Ольга отвезла кресло к багажнику, опустила подъёмник.

Убедившись, что Ольга не слышит, Никита обратился к Валере:

– Валер, всё хочу спросить, как там твой проект?

– Отлично, Никит! Всё благодаря тебе. Хочешь, покажу завтра?

– Очень.