Писатель

Глава 1

В уездный город Камышев, названный не то в честь обильно росшего на берегах местного полуосушенного озера камыша, не то в честь протекавшей в нескольких десятках километрах он него реки Камы, приходило лето. Шло оно медленно и неохотно, как часто и бывает на Урале, шло волоча по незримой тропе рукава своего кожаного плаща, оставляя в воздухе обрывки грозовых туч и разводы дождей, готовясь неожиданно выпрыгнуть из кустов, напугав людей обжигающим солнцем и тридцатиградусной жарой. По этой причине и сам город жил тихо и неохотно, словно готовясь к сезонному удару.

Но была у этой тишины и другая причина. Камышев давно прозябал в суете и безвластии. Отдалённый от всех важных центров, он уже четверть века оставался не больше чем контуженным придатком большого и успешного старшего брата, Свердловска.Вот и сейчас он еле копошился, стараясь не привлекать внимания. Город ждал своего героя. И если бы герой не явился, то город несомненно создал бы его сам.

Вечер медленно, опускался над маленькой полустанцией. Дневное тепло, только набиравшее мощь после долгой зимы, уходило в чёрное небо, растворяясь в нём без следа, а свежий, но уже холодный ветер с лёгким завыванием облизывал ржавые рельсы и пустой перрон. Тишина стояла такая, будто весь мир сжался до размеров этой небольшой станции и одинокого телефонного разговора, тишину эту нарушающую:

— Да помню, помню, — говорил Саша, и в голосе его, обычно сдержанном, проскальзывала та редкая теплота, которую позволяют себе только старые друзья. — Ты главное нашим не рассказывай, а то засмеют меня. Опять в неприятности влез…

Из динамика донёсся хрипловатый, но живой смех.

— Да не боись, старина. Я ж тебя уважаю, с-сука! Мы тут тоже не каменные. Папка твой всегда проблемным был. Ничего, потом все соберемся вместе и дружной компанией посмеемся. Все в твоих руках и поступил ты правильно. А пока приезжай — вдвоем отметим. Когда тебя ждать-то?

— Завтра к вечеру. Сначала доехать надо, а там уже как карта ляжет. Еще раз спасибо, без тебя не знаю где остановился бы.

— Понял. И благодарностей мне не надо. Мы же товарищи — если что сочтемся. Звони, когда прибудешь.

Саша помолчал секунду, глядя на то, как ветер гоняет по перрону сухой листок, прибившийся неизвестно откуда летом.

— Я позвоню. Только ты же знаешь — в поезде связи почти наверняка не будет. Так что не теряй. И сам не теряйся. Как выйду, так сразу наберу.

— Договорились. Удачи тебе.

— И тебе не хворать.

Он отнял телефон от уха, глянул на потухший экран и неспешно убрал трубку в карман лёгкой куртки. За спиной, где-то за поворотом, загудел приближающийся состав. Междугородний поезд «Березовая — Камышев» прибыл без опозданий. Саша поднялся со скамейки, поправил лямку рюкзака и шагнул к самому краю перрона.

Поезд вынырнул из сумерек, проскрежетал тормозами и остановился. Двери открылись, выпустили на холодный воздух секундную тишину, забрали единственного пассажира и тут же закрылись снова. Состав дёрнулся, набирая ход, и так же быстро исчез за поворотом, унося с собой свет окон и лёгкий запах мазута.

На перроне снова стало пусто. Только ветер продолжал своё завывание, да мигающая сине-желтая лампа, отбрасывала длинные, пляшущие тени.

Два дня поездки пролетели незаметно. Вместе с ним ехала одна пожилая пара. Они угощали его домашними пирожками, рассказывали о своей поездке к внукам, а он слушал вполуха, кивая. Утром следующего дня они вышли где-то под Калугой и Саша остался в купе один. Он лег на не заправленное сиденье и закрыл глаза. Ехать оставалось еще практически сутки. Столько же осталось позади но он все еще сомневался что стоило принимать приглашение старого армейского приятеля. Бросив отца разбираться со своими тенями прошлого Саша сам не знал куда податься. Одна часть его души предлагала вернуться в Москву и заняться работой, тогда как вторая советовала купить билет куда подальше и уехать хоть за полярный круг — остудить голову. В таком состоянии его и застал неожиданный звонок, и лет пять не слышанный голос Николая Есенина, предлагавшего отложить муки самобичевания и направиться к нему в маленький город Камышев — ради поднятия настроения, морального отдыха и поисков возможного вдохновения.

Вспоминая былое, он уснул и проснулся уже глубоким вечером, когда на небе уже показались звёзды а за окном поезда встал сам Камышев. Свернув так и не использованное покрывало и передав его бодрой проводнице Саша закинул на плечи свой рюкзак и вышел из поезда.

Перрон уже опустел. Основная толпа людей давно покинула стены так приветливого встретившего их здания разбредясь по своим делам. Саша отошёл к дальней скамейке, присел, положив сумку на колени. Уверенный в своих привычках он тем не менее помнил что человек в минуты расстройства может забыть не только разные пустяки но и вещи первой необходимости. Следовало сразу на холодную голову составить список не достающих вещей и как можно быстрее заняться их поиском. Расстегнув молнию, он заглянул внутрь: ноутбук на месте, пауэрбанк, запасной комплект одежды. На первое время хватит, а там уже видно будет. Поправил лямки, затянул потуже.

Рядом с ним, на той же скамейке, сидел старик. Лет под шестьдесят, в потёртом пальто и кепке-восьмиклинке. На коленях у него лежала развёрнутая газета, у ног вальяжно развалился коренастый бульдог с седой мордой. Пёс спал, лишь изредка подёргивал лапой, будто кого-то догоняя во сне.

Саша уже хотел закинуть рюкзак за спину, когда старик отложил газету и уставился на него поверх очков.

— Ты, случаем, не вор? — спросил дед беззлобно, даже с любопытством.

— Что? — спросил удивленный Саша.

— Да так… — ответил старик. — Проходили тут недавно двое таких же не местных, с такими же рюкзаками. Думали просто туристы а оказалось они квартиры чистили. Их дело конечно, видимо что-то такое случилось, но ситуация не приятная. А у тебя лицо такое знакомое…

Саша слабо улыбнулся. Видимо старичок изрядно загулял и теперь искал себе веселой компании.

— Нет, я не вор. — ответил он, немного подумав.

— Ну и ладно, — дед кивнул, снова уткнулся в газету, но через секунду отложил опять. — Обознался я, наверно. Вид у тебя, знаешь, какой-то... бывалый. Не такой, как у всех. Будем знакомы: меня Савелий Аркадьевич зовут.

Он протянул широкую, узловатую ладонь. Саша пожал — рука оказалась жёсткой и удивительно цепкой. Старик, наверно, в молодости тоже не кирпичи на стройке месил.

— Александр. — представился он в ответ.

— Приятно. Ты приехал, значит? — Савелий Аркадьевич кивнул на рюкзак. — Это хорошо. У нас тут молодежи мало. А к кому, если не секрет? Может подскажу.

— К другу.

— Друг — это вообще отлично. Друзья, тусовки, девочки… эх. А я тут в Камышеве давно живу. Город, скажу тебе, раньше лихой был. Бандитов — как собак нерезаных. Весь город держали. С ними тогда многие группировки по всему бывшему союзу сотрудничали. — Он прищурился, вспоминая. — И я сам в ту пору в самой силе был. Многих знал, многих помню. Пацанов, дельцов, авторитетов. Жаль умерли они все. Мне вот теперь, — старик махнул рукой на бульдога, — Только с собачками играть осталось.

Саша слушал вполуха. Вроде обычный пенсионер, но что-то в интонациях, в том, как он держался, выдавало в нём не совсем простого человека. Пёс всхрапнул во сне, будто подтверждая и старик словно очнувшись засуетился.

— Да че я тут сижу-то? Меня, поди, сынки заждались. А я тут с псиной этой загулял, замечтался. Тьфу! Бывай, Александр. Может еще увидимся.

— Спасибо за компанию, Савелий Аркадьевич.

Саша накинул рюкзак, шагнул в сумерки. Дед поднял пинком пса и они вместе потрусили по улицам города в неизвестную Саше сторону. Посмотрев им вслед Саша открыл карту пытаясь понять куда ему идти.

Вечерний воздух был совсем другим, не таким, как за городом. Гораздо мягче, с примесью пыли и едва уловимой сладости от распускающихся в парках цветов и оттаявших прошлогодних листьев. Знакомый запах из детства, неизменный что в Москве, что в Санкт-Петербурге, что здесь — в Камышеве. Он повёл плечами, поправляя лямку рюкзака, и зашагал по бетонной дорожке прочь от вокзала.

Улицы города тонули в сумерках. Старые пятиэтажки, тополя, заборы из профлиста — всё вокруг отбрасывало густые, почти чернильные тени на бетонные плиты дороги. Тени плясали от редких фонарей, и Саша невольно ускорил шаг. В голове всплыл последний разговор с Колей. «Когда прибудешь — позвони».

Он остановился набрал номер. Подождал. Ответа не было. Только автоответчик предложил оставить никому не нужное сообщение. Тогда он пробежался по социальным сетям, но и там Коли не было. Везде горел серый значок — офлайн. Начав беспокоиться Саша тем не менее продолжил путь уже начиная продумывать возможные варианты разворачивающейся ситуации.

Вот и нужный дом. Панелька в четыре подъезда, похожая на тысячи других. Саша толкнул тяжёлую дверь подъезда, поднялся на третий этаж. Квартира тридцать семь. Номер на табличке местами стёрт, будто его тёрли пальцами. Он нажал на кнопку звонка — внутри раздалось механическое дребезжание, и ничего больше. Тишина. Есенин не отзывался. Ещё раз. Ещё — все бесполезно. Ни шагов, ни голосов.

Саша выждал минуту-другую, затем постучал костяшками. Негромко, вежливо. Потом сильнее — уже кулаком. Дверь качнулась и медленно открылась. Она была не заперта.

— Коля? — тихо позвал Саша, приоткрывая створку.

Но ответа не было. Он шагнул внутрь, привычно сливаясь с темной. В полумраке прихожей угадывались силуэты: обувная полка с двумя парами обуви, вешалка с курткой, стопка газет на тумбе. Саша прошёл дальше, в комнату. Здесь окна выходили во двор, и уличного света хватало, чтобы разглядеть общий разгром. Ящики комода выдвинуты, содержимое — какие-то бумаги, старые диски, мелочь — разбросано по полу. Диван сдвинут с места, подушки свалены в кучу. Что-то искали. Причем искали основательно.

Но даже в таком бардаке ощущалось далеко не бедность хозяина. В углу громоздился старый, но добротный письменный стол красного дерева, на стенах висели фотографии, картины и привезенные флаги. Саша пригляделся: Испания, Германия, Аргентина, несколько незнакомых стягов с яркими эмблемами. Между ними — сувениры: деревянные маски из Африки, керамическая черепаха, игрушечная карета из Брюгге, китайский веер. Коля не бедствовал, занимаясь своим небольшим бизнесом.

Саша прошёл во вторую комнату — спальню. Беспорядок здесь был таким же: матрас сдвинут, одеяло на полу, полки пусты. На тумбочке — пустая рамка из-под фотографии. Он чувствовал, как время утекает, как он теряет его без каких-то видимых находок. Ни записок, ни меток. Никаких следов, куда мог деться Коля.

Вернувшись в коридор, Саша толкнул дверь на кухню. Маленькое помещение с газовой плитой у стены. Повсюду такие же следы обыска. Он уже хотел повернуться и уйти, когда луч уличного фонаря, проскользнув в окно, упал на стену возле плиты. На кафеле блестела маленькая наклейка. Саша подошёл ближе. Золотые и фиолетовые полосы —очередной флаг. На этот раз кажется Майорки. Приклеен аккуратно, чуть повыше газовой горелки.

В голове щёлкнуло. Цвета были непростые. Точно такие же маркеры Коля использовал раньше на своих тайниках и в схронах. Фиолетовый – цвет тайны, жёлтый или золотой – как всем известно цвет сокровища.

Саша вытащил из кармана складной нож, одним движением поддел край плитки. Та мягко отошла. За ней открылась небольшая ниша — аккуратное углубление в стене, выложенное изнутри чем-то вроде пластика. Но что лежало внутри и лежало ли он разглядеть не мог. Пошарив рукой по стене Саша нащупал выключатель и не долго думая нажал на него. На кухне зажегся свет и он увидел что в тайнике лежал телефон. Без чехла, не дорогой на вид, носивший лишь одну функцию – помещаться в углубление за плиткой.

Саша взял его повертел в руках и положил в карман. В этот момент через приоткрытое кухонное окно отчётливо донёсся звук. Хлопнула дверь автомобиля. Затем раздались голоса. двое или трое, мужские, напряжённые. Быстрые шаги по асфальту. Они приближались к подъезду.

Схватив рюкзак Саша вернулся в прихожую, но выйти уже не успел.

Сквозь открытую им же дверь он увидел как по лестнице уже поднимаются два спортивного вида человека.

Первый рванул в квартиру, преграждая выход.

— Стой! — крикнул он, пытаясь что-то нащупать в кармане.

Саша молча врезал ему кулаком в ухо. Мужчина пошатнулся, а Саша уже схватил его за затылок и приложил головой к косяку гардеробной двери. Раздался глухой стук. Амбал обмяк безвольно оседая на пол.

Второй рванул следом сжимая кулаки. Драться он умел, но чувствовался недостаток практики. От двух его первых взмахов Саша легко уклонился, парой шагов назад и выждав момент рывком сократил дистанцию и уложил его одним ударом в челюсть. «Спортсмен» привалился к косяку. Пнув его пару раз для профилактики, он вышел из квартиры.

Снизу по лестнице снова застучали шаги. у тех двоих имелись ещё друзья. Не став ждать новой волны Саша бросился вверх по лестнице. Четвертый этаж, пятый, шестой, седьмой.

Перед ним встала лестница из сваренной арматуры, ведущая к системному квадратному люку. Его закрывал небольшой амбарный замок. Вытащив нож Саша взлетел на лестницу и вставив лезвие в душку нажал. Замок с грохотом рухнул на пол. Толкнув дверцу люка Саша выбрался на крышу.

На крыше никого не было. Только пара котов доселе сидевших на вентиляторе заметив человека быстро сбежали в темноту. Оглядевшись он увидел рожки пожарной лестницы. Подбежав ухватился за холодные перила и быстро пополз вниз. У самой земли он спрыгнул, удачно приземлившись в заросли гигантских лопухов.

Оглядевшись и не заметив погони, Саша выбрался из зарослей лопуха, отряхивая с куртки прилипшие семена и сухие листья. Он осторожно выглянул из-за угла дома и чуть не столкнулся с компашкой молодых людей, которые стояли у подъезда с банками пива. Те, увидев вынырнувшего из темноты помятого человека в черной одежде, на секунду замерли, а затем, не сговариваясь, быстро зашагали прочь, оставив на асфальте одну недопитую банку. Одна из девушек, перекрашенная в сиреневый панкушка, оглянулась на него широко раскрыв глаза и тоже убежала след за друзьями. Саша проводил их взглядом, свернул за угол и вышел на главную улицу. Фонари здесь горели ярче, но людей почти не было и лишь редкие запоздалые прохожие торопились по своим ночным делам, не глядя по сторонам.

Саша шёл быстро. Рюкзак привычно тянул плечо, в кармане куртки тяжелел найденный телефон. Коля не стал бы прятать его просто так. Значит, там что-то важное. Или опасное.

Он вытащил Телефон Коли, покрутил в пальцах. Экран горел равнодушным приглашением ввести пароль. Пробовать взломать принадлежавший айтишнику аппарат было бы пустой тратой времени, но попытаться стоило. Попробовав дату рождения и получив отказ он сунул мобильник обратно в карман.

Он свернул с главной улицы во дворы, петляя между панельными пятиэтажками, одинаковыми, как солдаты в строю. Где-то лаяла собака, где-то хлопнула балконная дверь. Обычные звуки спящего спального района. Но теперь каждый из них казался подозрительным.

До утра было еще далеко, надо было думать о ночлеге. Сначала он думал вызвать такси и отправиться искать отель, но передумал. Ехать пока некуда. Идти официально — значит подставиться. Гостиницы, вокзалы, автобусные станции — первое, куда полезет любой человек с улицы. По крайней мере в этой части города что-то снимать было бы поступком не самым умным. Те, кто разгромил квартиру Коли, наверняка уже его ищут и для начала было бы неплохо выяснить кто эти люди, а уже потом расслабляться в апартаментах.

«Значит, ночуем на природе», — подумал Саша без особого сожаления. Он ночевал и в худших местах.

Он завернул в очередной двор. Здесь было по-детски уютно: качели-лодочки, две горки, разноцветные карусели, выкрашенные в жёлтый и синий, и несколько скамеек, приваренных к асфальту. Посредине стоял деревянный домик. С крышей, с окошком, с дверью на петлях. Наверно в таком же в сказках жила Баба-Яга. Он выглядел довольно ухоженным, стойко перенесшим бесконечные детские игры.

Саша огляделся. Двор спал. Не горело ни одного окна. Только фонарь у подъезда тускло освещал площадку, выхватывая из темноты край песочницы. Значит никто не будет против его соседства.

Он шагнул к домику, толкнул дверь, та подалась с негромким скрипом. Внутри пахло перегаром, мокрой древесиной и чем-то ещё кислым, что обычно остаётся после подворотен и ночёвок на вокзалах. Следы бомжей: несколько мятых сигаретных пачек, пустая бутылка, какие-то тряпки. Но сейчас никого не было. То ли ещё не наступило их время, то ли сегодня жители улиц облюбовали другое место.

— «Повезло», — подумал он.

Саша присел на встроенную лавку, снял рюкзак, положил его под голову. Стянул куртку, накрывшись ей, как одеялом. Ноги пришлось поджать — лавка оказалась коротковата для его роста. Но выбирать не приходилось.

Он закрыл глаза и сразу уснул.

Глава 2

Районное отделение полиции в Камышеве — серое двухэтажное здание с облупившейся штукатуркой и вечно приоткрытой дверью внушало уважение. Делало оно это правда с большой неохотой, с использованием былых заслуг, но как еще существовать участку тихого городка, где встреча с карманником — уже событие, а тем более с разбойником или убийцей. Хотя если подумать то именно в таких местах и следовало бы скрываться разного рода криминальным элементам, однако в полицию они не приходили и конечно не хулиганили.

Вот и стояло отделение в безвестии и тишине, стояло до сегодняшнего дня, вдруг неожиданно для всех «жильцов» встав на уши как по будильнику ровно в шесть часов утра.

Причина была необычная: посетитель, заявившийся в аккурат с первыми автобусами, не стал терпеливо ждать «открытия» или стоять в очереди, а с порога рявкнул на дежурного, требуя «лучшего следователя».

Заспанный дежурный в чине капитана полиции, допивающий третью кружку растворимого кофе, нехотя оторвал взгляд от монитора компьютера на котором разворачивался турнир по бильярду месячной давности и взглянул на вошедшего. Осмотрел въедливо, с ног до головы изучая потертый рюкзак, дешевую плотную черную куртку и заострённое усталое лицо без намека на щетину. На лице он задержался подольше, попытавшись поймать тяжёлый взгляд незнакомца. Поймать получилось, а вот выдержать нет. Посетитель излучал точность, собранность и сдерживаемую опасность.

Сдавшись капитан вздохнул и махнул рукой в сторону пластикового стула.

Но посетитель не сел. Он остался стоять, положив руки на стойку нервно тарабаня по ней пальцами. Похоже что приведшее его дело было не рядовым и даже такого необычного человека оно заставляла нервничать.

Дежурный потянулся к клавиатуре, открыл шаблон заявления. Начал заполнять форму, думая над привычными вопросами, но заниматься в такую рань розыскными работами ему хотелось меньше всего. Вряд ли тут будет пропажа собаки или кража велосипеда. Он поджал губы, обернулся в коридор надеясь найти какого-нибудь незадачливого коллегу… И к своей радости разглядел сквозь мутное стекло внутреннего окна чей-то знакомый силуэт, только что вошедший в отделение.

— Эй, Горелов! — крикнул он с такой поспешностью, что утреннюю тишину отделения будто разорвало пополам. — Иди сюда, Дело для тебя нашлось!

Силуэт остановился. Потом неторопливо подошел.

В проеме пластикового окна появилось новое лицо. Обернувшись Саша смерил прибывшего оценивающим взглядом. Еще один полицейский. На чистой выглаженной форме он разглядел лейтенантские нашивки. Человек средних лет, с морщинистым лицом, длинным ресницами и узкими черными усиками при всем при этом выглядел куда более готовым к работе чем первый.

— Оперуполномоченный лейтенант Горелов, — представил его дежурный, уже снимая с себя всякую ответственность. — Вот заявитель пришел. Пропажа человека. Оформи гражданина. А мне к начальнику сходить надо.

Найдя как он решил идеальную жертву для утреннего гостя, лейтенант нажал какую-то клавишу, погасил экран, отодвинул клавиатуру, подхватил полупустую кружку и ушел в глубину коридора.

Опер посмотрел вслед старшему по званию презрительно хмыкнул. Затем кивнул Саше, широко улыбнулся демонстрируя нечищеные зубы и спросил:

— Заявление писать будем?

— Будем. — согласился Саша.

— Тогда пройдёмте в мой кабинет. — опер развернулся и повел посетителя по коридору. Остановившись у последней двери он достал ключ, и повернув его в замке запустил Александра внутрь. Зайдя следом он прикрыл дверь и достав из ящика пачку бумаги сел напротив гостя.

— Ваше имя, фамилия? — спросил Горелов взяв карандаш.

— Александр Игоревич Сталев.

— Род деятельности?

— Писатель, консультант.

— В магазине работаете? — он поднял глаза на Сашу.

— Нет. В полиции… Иногда в армии. Я независимый эксперт в нештатных ситуациях, но обычно предпочитаю не покидать стен своей квартиры.

— А живете вы где?

— В Москве.

— Далеко же вас занесло. — опер откинулся в кресле, перечитывая записи. — Что у вас случилось?

— Вчера в двадцать один тридцать прибыл по адресу: улица Строителей, дом семнадцать, квартира тридцать семь, к гражданину Есенину Николаю Аркадьевичу по его личному приглашению. Квартира была вскрыта, хозяин отсутствует, вызвать полицию не успел. Только включил свет как тут же подвергся нападению неизвестных, смог сделать, покинул место через крышу.

— Ого! — лейтенант удивленно посмотрел на молодого человека. — Прямо «Бандитский Петербург». А что сразу к нам не пошли?

— Я впервые в Камышеве. Город плохо знаю. Я днем то вас еле нашел, а ночью и подавно потерялся бы.

— Подавно… — протянул Горелов снимая фуражку и кладя ее на стол. — Описать нападавших сможете?

— Не знаю. Люди как люди. В спортивках, не вооруженные. Один русский, второй кажется татарин.

— Не густо. Ладно поищем. Вы были знакомы с Есениным до вчерашнего вечера?

— Да. Еще с армии.

— Часто с ним виделись?

— нет. Интересы у нас разные. Я в писательство ушел, он — в айти. Но раз в год встречались. Если он в командировки не уезжал.

— Окей... — Горелов собрал записки в стопку. — Зайдете к дежурному и распишитесь в бланке. Ну как говорится, спасибо за бдительность. Сейчас отправим наряд, пусть все осмотрят, а там будем действовать по ситуации. А вы не покидайте город и будьте готовы к повторному вызову. Есть что еще сообщить?

— Да нет. Я бы хотел присутствовать при расследовании.

— Как консультант? — усмехнулся оперативник. — Не знаю что у вас та м в столице за практика, но у нас так не принято. И протисте, доверия вам пока нет. Отдыхайте, любуйтесь городом. Как что обнаружим, если обнаружим — мы вам сообщим…

***

Покинув кабинет улыбчиво лейтенанта Горелова Саша вернулся к стойке дежурного. Уставший человек за ней уже вернулся, вновь монотонно поглощая кофе. Заметив утреннего посетителя он недовольно наморщился, но все же застучал по клавиатуре и сунув руку в ксерокс протянув Саше заявление.

— Вот, подпишите!

Саша подошел взял листок и словно спохватившись хлопнул себя по карманам штанов.

— Командир, тут такое дело… Мне Коля давно папку одну с документами оставил. Думал ему отдать, а тут вот какая оказия случилась.

— И? — дежурный выглядел не слишком впечатленным историей.

— Не подскажете его место работы?

Полицейский вздохнул глянул в компьютер и сказал недовольно:

— Комендантская двадцать три. СвердловХайтек. Давайте подписывайте уже!

Подписав все документы он покинул полицейский участок. Дежурный устало посмотрел ему вслед, поймав себя на мысли что уже не помнит лица посетителя, словно его никогда и не было…

«СвердловХайтек». Саша впервые слышал о такой компании, но по названию виделась некая локальная фирма информационными технологиями. Было бы не подошли сходить туда пообщаться с Которым руководством. Только просто так его не пустят…

На крыльце райотдела он остановился, достал телефон. Подумал секунду, нашёл контакт. Нажал вызов.

— Иннокентий, приветствую.

— Саша, здравствуй. Ты где? — голос в трубке бодрый, чуть хрипловатый. Его знакомый редактор одного интернет-журнала был как всегда в форме. Даже в такую рань.

— В Камышеве. Город такой. — Саша отошёл от дверей, присел на низкое бетонное ограждение. — Слушай, мне нужно официальное письмо на бланке. Для интервью в одной IT-компании.

— Интервью? — Иннокентий удивился. — Ты же говорил, что едешь к другу.

— Работать можно и на отдыхе. — Саша говорил спокойно. — Появилась интересная темка. Сделай запрос на имя руководства компании: мол, редакция просит организовать встречу для подготовки материала о технологических стартапах в регионах. «СвердловХайтек».

— Хорошо…— задумался редактор. — Когда надо?

— Сегодня.

— Саша, ты меня за волшебника держишь? — в голосе появилась усталость. — Фирма не крупная, неизвестно пойдет ли на контакт. Только завтра с утра смогу оформить. К обеду скину.

— Завтра к обеду? — Саша помолчал. — А быстрее никак?

— Никак. Ты бы хоть предупредил за пару дней.

— Обстоятельства так сложились. Ладно. Пусть завтра.

— статью когда ждать?

—Через недельку где-то. Спасибо, Кеша.

— Угу. Береги себя.

Камышев днём оказался не таким мрачным, как ночью. Обычный провинциальный город: пятиэтажки, облупившиеся вывески, редкие прохожие. Ближе к центру города потянулись стеклянные фасады. Только сейчас Саша понял как близко к центру города расположена резиденция Есенина.

Мимо него проехали две полицейские машины. Похоже лейтенант Горелов уже приступил к работе. Саша с завистью посмотрел им вслед. Но раз уж у него сегодня поиски друга откладывались, то он решил просто прогуляться по городу, подуспокоить расшатанные за тяжёлый месяц нервы. Вот за эти он и приехал в затерянный среди лесов России Камышев.

Ноги сами вывели к большому скверу, потом на ближайшую пешеходную улицу с рядами палаток. Народу вокруг прибавилось.

На углу Саша заметил «Книжный мир». Маленький магазинчик с пластиковый вывеской. Он толкнул дверь.

Внутри «Книжного мира» было тихо и пустынно. За исключением скучающе листавшей телефон продавщицы и ещё пары человек. Саша пошел вдоль рядов, с интересом осматривая цветные корешки. Читать он всегда любил, а магазин был хоть не большой но весьма богатый. Он с приятным удивлением увидел не только вечно популярных Толкиена, Ульянова и Корецкого, но и редкие малоизвестные экземпляры. Была даже пара журналов где красовались его статьи.

Колокольчик зазвенел ещё раз и в магазин зашла ещё одна покупательница. Саша узнал ее – это была давешняя дворовая девушка в чёрной толстовке, с короткой розовой прической. Она оглядела полки и ушла в отдел фантастики. Он находился за сашиной спиной.

Его внимание привлекла одна маленькая книжка стоявшая впереди всех, блестевшая «серебряной» вязью по корешку. Саша взял ее, посмотрел название: «Кодекс Бусидо». Раскрыл наугад, прочитал пару строк: «Подлинный самурай не думает о победе и поражении. Он без оглядки бросается навстречу неизбежному.». Хмыкнул и поставил обратно. Не самурай он… не самурай.

— Э… Извините.

Он обернулся. Его окликнула девушка, показывая на верхнюю полку.

— Достаньте книгу, пожалуйста.

Саша взял книгу. Это оказался толстый том Замятина. Молча протянул девушке.

Она повертела книгу и посмотрела на него:

— А что вы так на нее смотрите? Не нравится?

— Не очень, — сказал Саша.

— зависящие

Замятин? Это почему?

— Не мое. Выдумщик он. А что?

Девушка пожала плечами, улыбнулась:

— Да так. Редко встретишь человека, который отвергает классику антиутопии и берёт в магазине бусидо.

— Иногда такое случается. — Саша слабо улыбнулся. — никогда не знаешь когда тебя найдет предназначение.

Она засунула книгу обратно на полку. Потом спросила:

— Я вас раньше не видела. Вы местный?

— Нет. Проездом ищу Москвы.

— Ни разу не видела туристов в нашем болоте ещё и из Москвы. Не скучно одному?

— Нормально, — сказал он удивляясь такой открытости. В современном мире, где одинокое существование стало нормой такой повышенной интерес к чуду персоне казался чем-то из ряда вон. Но альтушку казалось такое положение дел нисколько не смущало.

— А мне кажется скучно. Не составишь компанию даме? А то город маленький, все друг друга знают. А вы — новый человек. И человек похоже не глупый. — она улыбнулась и хитро подмигнула.

Саша подумал. Дел нет, занятия до завтрашнего утра совершенно нечем. Так почему бы и нет?

— Почему нет, — кивнул он.

Она задрала нос мотнув прической, поправила сумку, и они вышли из магазина. Колокольчик на двери звякнул на прощание.

— Куда пойдем? — спросил он.

— Разберёмся по ходу. — ответила девушка. — С утра я намеревалась просто бродить по городу и думать о космонавте. Теперь же когда в моём распоряжении есть такой… — она внимательно посмотрела на него, — самурай без страха и упрека, можно заняться чем-нибудь интересным.

— Например чем? — спросил Саша. —И что за «самурай без страха и упрека»? Обычно такие рыцари.

— А чем самурай хуже? Да и не тянешь ты на рыцаря. — она рассмеялась. — Героев нуара сейчас принято сочетать больше с японской культурой, чем с западноевропейским колоритом. Вот скажи что-нибудь!

— Что же? — улыбнулся Саша, через меры заинтригованный своей спутницей.

— Ну не знаю. Что-нибудь киношное. Не поверю что такой эстет как ты не понимает что имеет ввиду ветренная и ранимая девушка.

— Могу попробовать. — Саша остановился и взъерошив рукой волосы сказал:

— «My car – кирдык… I go to Chicago… »

— М-да. — Аля казалось была не сильно довольна его экспрессией. — Образ Брата будет тебе ближе. Окей, го в твое Чикаго —идем в парк.

Они пошли в сторону сквера. Аля болтала — про город, про то, как здесь скучно, про то, что все друг друга знают, и каждый новый человек — событие. Саша слушал вполуха, иногда кивал, иногда отвечал односложно.

Они вышли на улицу Ленина — главную в городе. Широкий проспект со скамейками, клумбами и живой изгородью. На белой решетчатом заборе, прикрывающего бок круглосуточного магазина висели афиши. У одной из них Аля остановилась.

— Смотри, концерт завтра концерт на стадионе. Группа местная, играют пост-панк. Мы давно его ждали. Сходить не хочешь? У вас такого в Москве и не увидишь!

Саша глянул на яркую бумажку, прочитал название: «Картонный дом». Знала бы Аля сколько в столице таких групп создается и распадается за день.

— Подумаю, — сказал он.

— Ну подумай, — она не настаивала. — Я всё равно там буду. И вообще что ты такой скучный? Бухгалтером работаешь?

— Нет. Писателем.

— Ого! — Аля уважительно посмотрела на него. — Обычно когда такое говорят то надеются на какое-то особое отношение или похвалу, но знаешь… Мне это нравится…

Они гуляли долго. Зашли в кафе у небольшой речки, девушка долго ходила выбирала, но вскоре остановилась на двух бургерах и соке. Саша оплатил не великий их заказ и взяв поднос сел за столик с живописным видом на декоративной мост. По нему ходили люди, играли дети. Раздался рев мотора и по глади реки проехала небольшая моторная лодка. Взглянув на это Аля рассказала, ему что раньше тут рек было много, но, со временем большую часть из них закрыли в трубах и спрятали под городом.

К вечеру они свернули в знакомый район. Те же пятиэтажки, те же дворы. Совсем близко от дома Коли.

— Сюда, — сказала Аля, сворачивая к скамейке у подъезда. — Познакомлю тебя с моей компанией.

Возле скамейки стояло несколько человек. Парни и девушки, кто-то сидел на корточках, кто-то курил. Пахло табаком и дешёвым пивом.

— Это Саша, — представила Аля. — Писатель. Заблудился в нашем городе.

Ребята засмеялись. Назвали свои имена — Саша запомнил только Толика и Васю. Остальные слились в единую балагурную массу.

— Садись, не стой, — сказал один парень. — Составь нам компанию.

Саша сел на край скамейки. Ему предложили сигарету — отказался. Предложили пиво — взял, чтобы не выделяться. Сделал глоток, поставил бутылку на землю. Разговор шёл о своём — о ком-то, кто уехал, о ком-то, кто остался, о музыке, о том, что в городе корову задавили. Саша не встревал. Аля сидела рядом, иногда поглядывала на него, улыбалась.

Вечерело. Кто-то предложил перебраться в квартиру. Толик позвал всех к себе. Компания потянулась к подъезду.

Саша встал, отряхнул джинсы. Аля дотронулась до его рукава:

— Ты же с нами? Самурай не бросит свою тян?

— Если приглашаете, — ответил Саша.

Они поднялись на четвёртый этаж. Дверь открылась, в коридоре запахло котлетами и старыми обоями.

— Проходи, не стесняйся, — сказал Толик.

Саша перешагнул порог. Внутри уже включали музыку, гремели посудой, кто-то нашёл на кухне пельмени и довольно включал газ. Кто-то побежал в гастроном за добавкой, кто-то доставал из комнат дополнительные стулья и подушки. Шумная, бестолковая вечеринка. Но Саша вдруг подумал, что это лучше, чем ничего.

Он сел на расшатанный стул у окна, глядя, как зажигаются фонари за стеклом и в соседних домах то гаснут то вновь загораются вечерние огни квартир. Люди играли, пили, болтали. Кто-то принес из дальней комнаты гитару и играл на потеху публике. Многие песни Саша знал. На звуки музыки приходили новые люди, другие навеселившись уходили – толик лишь успевал закрывать и тут же вновь распахивать дверь. Республика объединённых этажей жила своей жизнью и во всем ее величии и древности Саша был не более чем еще одной неинтересной песчинкой. Как он сначала думал.

Через полчаса парень с гитарой устал и сунув инструмент за диван вышел на балкон. к нему присоединились еще несколько курильщиков. Тишина не продлилась долго и по комнатам поплыл разговор.

К нему подсела Аля.

— Как тебе у нас? — спросила она.

— Уютно. Только поздно уже.

— Да что, поздно-то. Время детское. Ты кстати где остановился?

— Да у друга остановлюсь. — сказал Саша вспоминая вчерашнюю ночь в домике. — На Строителей семнадцать кажется.

— О-о-о — обрадовался Вася — так мы соседями будем! Вдвоем не скучно. И Аля к нам часто заходи… — он поймал злой взгляд Али и сбившись продолжил — Только ты у нас осторожен будь. Там вчера ночью драка какая-то произошла говорят. Вроде даже убили кого-то. Сегодня полиция весь день у дома стоит расследует. Отвечаю вам — это всё Камышевкий маньяк!

— Маньяк? — удивлённо переспросил Саша.

—Ага. Бродит по округе лохматый верзила, винтовкой прохожих пугает. Зубами скрипит и люди пропадают.

— А полиция?

— А полиция ничего сделать не может. И люди пропадают. Кстати о пропавших…. — Вася задумался. — А ведь у нас человек то и пропал в доме. Тоже на маньяка думаем.

— Неужели? — нейтрально ответил Саша заметив на себе пронзительный взгляд Али. Ему показалось будто она ждала что он ответит. Это было подозрительно. — Так может поэтому и полиция стоит, что человек пропал? Кто-то ответственный вызвал.

— Слышу разговор опять зашел маньяках. — в комнату вошел запыхавшийся Толик. — Вася, не нагнетай обстановку. Ты же знаешь… — он бросил взгляд на Алю. — А ты писатель, не торопись. У нас заночуешь. Нечего тебе ночью шастать. А то и правда какая-нибудь хрень случится. Кому еще пива?

Глава 3

Следующее утро встретило Александра в квартире толика. В конце вечеринки практически все отмечающие остались ночевать на хозяйской квартире. Пока старожилы занимали кресла и пустые кровати, Саше, в знак особого уважения выделили целый диван. Он правда был довольно узким, твёрдым и поеденным молью, но кому-то досталось и того меньше. Аля хотела пристроится рядом, но он отверг ее навязчивые ухаживания, отпарив в пустующую комнату и опустив голову на одинокую подушку забылся спокойным, особенно после деревянной скамьи, сном. Снов не было. Да и признаться не было их уже давно. Последний раз что-то снилось ему кажется еще дома. Вот и сейчас он будто закрыл глаза и тут же открыл их. Но не смотря на такой странный отдых силы вернулись к нему и мысли в голове вновь забегали с привычной скоростью.

Проснулся он раньше всех. Встал когда на часах было не больше семи, собрал вещи и радушно попрощавшись с полусонным хозяином квартиры покинул вечеринку. Пока собирался из своей комнаты выглянула Аля. Девушка выглядела растрепанной, на щеках виднелись потеки туши. Однако заметив уже стоявшего в дверях Сашу она напросилась пойти вместе с ним. Отказываться он не стал и дождавшись небыстрых женских сборов вышел во двор.

На улице было свежо. Солнце только поднялось над крышами, двор ещё лежал в тени разросшихся тополей, но небо на востоке уже розовело. Саша достал телефон, посмотрел на экран. Увидел сообщение от Иннокентия. Редактор не обманул и справился ровно за день. В письме без текста лежал один файл документа: «Редакция журнала «Контекст» просит организовать встречу для подготовки материала о технологических стартапах в регионах». Адресат — руководство ООО «СвердловХайтек». Подпись, печать. Всё чинно и официально, как и всегда. Иннокентий уже не первый раз помогал ему с частными расследованиями, всегда доставая самую неочевидную информацию или предоставляя мощности своей редакции.

— Мне документ распечатать надо, — сказал Саша. — Где тут ближайший копировальный центр?

Аля задумалась.

— За углом, на Ленина. «Копирус» — подойдет? Отсюда минуты три. Двигай за мной.

Они свернули за дом, прошли мимо спальной пятиэтажки и уткнулись в маленький серый вагончик с яркой вывеской.

— «Печать, сканы, документы. Работаем круглосуточно!» — прочитал Саша и дернул на себя легкую дверь. Он попал в маленький офис. Большую часть которого занимала приемная стойка, полки с бумагой, какие-то витрины. В воздухе, разносился, не разгоняемый даже кондиционером, химический аромат из смеси тонера, краски и нагретого пластика. Сонный парень за стойкой принял файл, щёлкнул мышкой, через минуту отдал тёплый лист на плотной бумаге. Саша сложил его вчетверо, убрал во внутренний карман.

— Теперь в «Хайтек», — сказал он. — Знаешь, где это?

— Конечно, — обиделась Аля. — Мы же местные.

Она повела. Саша шел позади вновь невольно любуюсь утренним городом и своей прекрасной спутницей. Через пятнадцать минут они стояли перед трёхэтажным зданием из стекла и серого металла. Редкая новостройка. Сверху красовалась вывеска на которой английскими буквами было выведено: «СвердловХайтек». Рядом за забором располагалась небольшая парковка.

— Дальше я сам, — сказал Саша.

— Ага, — Аля кивнула. — Я подожду тут.

Саша взбежал по плоским ступенькам и толкнул тяжелую деревянную дверь. За ней начинался холл здания. Проход был перекрыт турникетом. У однйо из стен обнаружился «пост охраны». Одинокий охранник, плотный мужчина в форме, с планшетом в руках занял потрепанный диванчик и скрестив ноги смотрел куда-то в даль ситая не то ворон, не то овец. Услышав хлопок двери он поднял голову.

— Вы к кому?

Саша протянул распечатанное письмо.

— Журналист, представляю интернет-журнал «Контекст». У меня назначена встреча с руководством.

Охранник изучил бумагу, пожал плечами, Достал мобильник, кому-то позвонив. Пока он говорил Саша бесцельно оглядывал помещение. Он не сомневался что его имя найдут в записях. Иначе Иннокентий бы не написал. Будто подтверждая его слова охранник кивнул, соглашаясь с кем-то в трубке и сбросив звонок повернулся к нему.

— С утра вас ждем. Проходите, вас встретят. Третий этаж, кабинет триста семнадцать.

Он достал из кармана карточку, приложил к турникету. Аппарат пиликнул т разблокировался. Саша шагнул внутрь.

Внутри оказалось чисто и уютно. белые стены, ламинат, таблички с названиями отделов на дверях. Никакого офисного гула, тишина, только кондиционеры гудят. Даже находясь далеко от крупных городов фирма блюла лоск и дисциплину присущую ее направлению. Он поднялся на лифте, нашёл кабинет. Дверь была открыта.

Навстречу ему приветственно встала женщина лет сорока. Короткая стрижка, строгий костюм, очки в тонкой оправе. Человек преданный своей работе и положению.

— Здравствуйте, я Елена Викторовна, руководитель отдела развития. Вы по поводу статьи?

— Александр Сталев, — представился он. — Да, пишу материал об IT-стартапах в регионах, с точки зрения внегражданских направлениях. Камышев при всем своей красоте не популярный у писателей город. Читатель заинтересуется, чем вы живете.

Он задал пару дежурных вопросов — о направлениях работы, о кадрах, о планах. Записал для вида несколько фраз в телефон. Женщина отвечала охотно, видимо, ей было приятно внимание.

Потом Саша как бы невзначай добавил:

— Знаете, я заинтересовался вашей компанией после разговора с одним вашим сотрудником. Есениным Николаем. С ним мы обсуждали как раз технологические тренды. Я хотел бы поговорить с ним для статьи — под запись.

Елена Викторовна недовольно нахмурилась.

— Николая сейчас нет на работе.

— В командировке? — спросил Саша.

— Да кто его знает. — ответила она. — последнее время он совершенно не блюдет график. Теперь вот вообще не появляется. Три дня его не видели.

— Неподобающее поведение. — посетовал он. — Но и вы меня поймите. Он же мне обещал материала дать. Может Николай что-то оставлял вам? Или спрашивал накануне? Готовился, может быть, к докладу, презентации…

— Собственно, да, — сказала она. — Неделю назад Николай подошёл с необычным вопросом. Спрашивал про каку-то новую систему шифрования. Про тонкие места, уязвимости.

Саша сохранял спокойное, заинтересованное лицо.

— Интересная тема, — сказал он. — А он объяснил, зачем ему?

— Сказал, что для собственного проекта. Я-то думала, а это для вас наверно. Но я тут мало что подскажу.

— Жалко, — ответил Саша. — Но всё равно спасибо.

— Как-то невежливо вас так отпускать. Погодите, я позову коллегу вашего Николая. Они из одного отдела, может что расскажет вам интересного. — женщина нажала на кнопку громкой связи, сказав — Смирнова, зайди ко мне!

Через минуту в кабинет вбежала молодая девушка.

— Елена Викторовна, что случилось? Елена Викторовна спросила она поправляя сползшие очки и пряча перекинутую через плечо русую косу.

— Да вот, журналист статью пишет. По вашим разработкам. Не расскажешь ему чего-нибудь стоящего?

— Чего не рассказать? — прищурившись девушка оглядела журналиста с ног до головы. — Пошли, писатель.

Покинув офис директора отдела, Саша невольно улыбнулся. Елена Викторовна сама того не ожидая дала ему не мало важной информации, а что не рассказала она, скорее всего расскажет его новая спутница.

— Вот уж не думала что буду репортеру интервью давать — щебетала девушка ведя его по коридорам компании. — Особенно такому. Ты военный корреспондент?

— Нет. Наука, техника, история. Но бывает и про военное дело пишу. Без этого никуда.

— Понятно… — закивала она. — Ты меня как записывать будешь?

— Все пойдет на диктофон. — Саша положил перед ней телефон. — Просто говори, а я потом выпишу нужное.

Пообщавшись с девушкой он выяснил, что зовут ее Валя, что работает она уже не первый год и хорошо знает не только свое дело, но и его друга. Правда и она не видела его уже несколько дней.

— Может уволился он, сказала она задумчиво размешивая кофе, в перерыве между описаниями программ, потоков информации и направлений развития. — Хотя не понятно что тогда вещи оставил.

Проследив за ее взглядом Саша увидел небольшой офисный закуток с компьютером, канцелярией и парой фоток в рамках. На одной он увидел знакомое лицо. Шагнул ближе поднял фотографию. На ней стоял Коля а рядом с ним Аля...

— не знаешь кто это? — спросил он у девушки.

— Х-м… — Валя задумалась наморщив аккуратный носик. — Да кто ее знает. Может сестра, может девушка. Ты ж вроде его друг, тебе лучше знать.

— А я вот не знаю … — сказал он, складывая вместе вчерашнюю череду совпадений. Посидев с Валей еще с примерно час, он наконец выключил диктофон, завершая опрос.

— Ладно, спасибо красавица. С меня причитается.

— Конечно. — она кокетливо улыбнулась. — тогда номерок свой оставь. Я девушка одинокая — может еще созвонимся.

Распрощавшись с Валей Саша направился на выход. Он быстрым шагом спускался по лестнице «СвердловХайтека». Лифт ждать не хотелось, да и мысли надо было проветрить. Бетонные ступени гулко отзывались на каждом шагу. Наверно эта лестница видела многое и носила по себе не один десяток работников прогресса.

На втором этаже, поворачивая за угол, он почти налетел на человека. Тот выходил с лестничной площадки, разговаривая по телефону, и не заметил Сашу. Удар был несильным, плечом в плечо, но телефон выскользнул из пальцев мужчины, звякнул об пол и откатился к стене.

— Ой, простите, ради бога, — мужчина нагнулся, подхватывая трубку. — Я невнимательный…

— Бывает, — сказал Саша.

Он мельком оглядел собеседника. Бело-жёлтый костюм, дорогой, в тонкую полоску. Красный галстук, пара блестящих запонок. Волосы чёрные, зализанные назад, тяжелые от геля. Лицо гладкое, чисто выбритое, лет тридцати. На вид обычный менеджер или заказчик.

Только когда человек поднимал телефон, Саша увидел на запястье бледную татуировку: синяя лучистая звезда.

— Ещё раз прошу прощения, — мужчина улыбнулся, пряча телефон в карман пиджака, и пошёл наверх.

Саша проводил его взглядом. Постоял секунду, провёл ладонью по лицу и продолжил спуск.

На улице его встретил уже забытый в теплом помещении утренний холод. Аля сидела на лавочке, грея руки в рукавах толстовки.

— Долго ты, — сказала она. — Ну что?

Саша подошёл к ней.

— Я уверен что ты мне что-то недоговариваешь.

Она посмотрела на него с наигранным удивлением.

— Это что же?

— Ты ведь знаешь моего друга. Николая Есенина.

— Откуда? — вновь удивленно подняла глаза девушка. — Ты что самурай, на солнце перегрелся?

— И вся твоя компания знает.— Саша сел на скамейку прямо смотря на нее. — Боитесь что я ему зла желаю? Это зря. Что бы с ним не случилось я друга не брошу.

— Ты!.. Не знаешь во что ввязываешься. — она зло посмотрела на него и замолчала задумавшись.

Саша не собирался на нее давить. Невольная агрессия лучше всяких слов говорила что попал он в точку. Теперь оставалось только дождаться результата. Он сидел на нагретой солнцем скамейке, гоняя ногой собиравшихся вокруг них голубей и ждал. Ждал, когда девушка примет такое сложное для нее решение.

— Я не знаю, могу ли тебе доверять. — сказала она наконец. — Ты должен понимать. Ты очень своевременно приехал в город.

— Тем не менее довериться тебе придется. — пожал плечами Саша. — Я уже замешан в ваших играх по самую макушку. Ты была на квартире Коли? Как я понимаю нет. Думаю он предупредил тебя о возможной слежке. Вот только мне он об этом сообщить не успел.

— Так вот что за драка была позапрошлой ночью… Мы то думали бандиты что-то не поделили.

— Если бы. Чудом ушел. Зато нашел нечто важное. — достав Колин телефон он показал его девушке. — думаю эта вещь тебе известна.

Она недоверчиво посмотрела на треснутое стекло устройства сказав, — Похож на его секретный. Где ты его нашел?

— На кухне за наклейкой. — Саша улыбнулся. — Николай всегда умел делать хорошие тайники. Я хочу ему помочь. Хватит играть комедию. Мне нужна информация. Иначе мы его не спасем.

Девушка замолчала, обдумывая его слова. Ее пальцы нервно теребили одну из цепочек на куртке.

— Хм… — она задумалась. — Умный ты Александр. Видно я в самом деле друг ты. Хочешь информации? Пойдем. Только я тебе ничего говорить не буду. Да я и не знаю ничего. Если сможешь то сам решишь загадку. А если нет…

— Пойдем прогуляемся. — кивнул Саша.

Они вышли со двора. Аля вела его переулками, через заборы и железнодорожные рельсы. Двигалась она быстро, часто переходя на бег и ему было не легко поспевать за ней в незнакомом городе.

— Куда он исчез? — спросил на ходу Саша.

—Не знаю. — Аля резко свернула у высокого забора. — Просто в один день перестал выходить на связь. Мы его искали но так ничего не нашли. Не отставай!

Шли они так около получаса, пока не вышли к старым кварталам. Зданий здесь было больше чем в центре и стояли они гораздо плотнее, создавая маленькие защищенные от ветра закутки дворов и парков. Со всех сторон смотрели белые панельки с чёрными провалами окон.

— М-да. — сказал он оглядываясь. — Тихое место. А что там вчера говорили про Камышевского маньяка?

— Да. Сказки всё. — отмахнулась Аля. — Иди за мной. Пришли мы.

Нужный двор был заставлен машинами, на скромной площадке ржавели турники, вокруг песочницы стояли облупившиеся скамейки. Типичная спальная окраина. По траве бегала пара ребятишек. Дети играли в свою игру не замечая взрослых. Аля прошла через площадку к угловому подъезду, достала из кармана связку ключей, открыла электронный замок.

Внутри подъезд тоже был абсолютно непримечательным. Они поднялись на четвёртый этаж. Подошли к одной из дверей. Аля зашуршала ключами и выбрав один вставила в замочную скважину. Открыв дверь пропустила Сашу вперед.

— Заходи, — сказала она.

Саша шагнул через порог.

Девушка зашла следом, захлопнув дверь и повернув защелку. Прихожая была маленькая, заставленная старой обувью и зонтами. Девушка прошла в комнату, жестом приглашая следовать за собой. Они вошли в гостиную.

— Чья это квартира? — спросил Саша.

— Раньше тут жила его мать. — девушка потянувшись развалилась на диване. — Месяц назад Антонина Семёновна умерла и квартира перешла Коле. В тот день когда она пропал мне пришла смска, что все ответы спрятаны здесь. Надо их только найти. Так что, давай самурай. — Аля посмотрела на Сашу. — Ищи свои подсказки. Где-то здесь Коля спрятал секрет, который расскажет нам всё что мы хотим знать. Я найти не смогла. Может ты справишься. Прояви военную смекалку.

Саша окинул комнату внимательным, цепким взглядом. Небольшая гостиная: старенький диван с пёстрым пледом, журнальный столик на гнутых ножках, этажерка с книгами и безделушками. На подоконнике — засохший кактус и кружка с отбитой ручкой. Он начал методично, по кругу, как учили когда-то на сборах: сначала видимые поверхности, потом укромные углы.

Прошёлся пальцами по корешкам книг — вытащил пару томов, потряс, ничего не выпало. Заглянул под диванные подушки, нащупал там только закатившуюся монету и старую заколку. Присел на корточки, осмотрел нижние полки этажерки — за стопкой журналов обнаружил пустой конверт и сломанную зажигалку. Не то. Поднял плед, проверил, нет ли надрезов на обивке дивана. Тишина. Коля не стал бы прятать улику в очевидном месте, но и слишком глубоко зарывать — тоже не в его характере. Саша выпрямился, перевёл взгляд на стены. Рамки на стеллаже, на полке, несколько на стене. Старые снимки: Коля маленький с портфелем, Коля с Алей, потом групповые. Четыре парня в камуфляже, на фоне казармы. Саша узнал себя — молодой, стриженный почти под ноль, улыбается в объектив. Рядом Коля, ещё двое — Сева и Павел, позывные «Боцман» и «Белорус». Саша невольно улыбнулся. Перешел к следующей — Большой деревянный дом, с разноцветными ставнями на его фоне стоит Коля в военной форме и пожилая женщина. Наверно это и была его мать. Саша помнил по рассказам своего друга что тот тоже деревенский. Наверно фото было сделано сразу после возвращения из армии. В углу фотографии как и у других была подписана дата съемки. Выходило четырнадцатого октября. Но что-то было не так. Саша пригляделся. Рядом с кривой датой совсем недавно подчёркнутой жирной черной ручкой красовался небольшой рисунок — тройная дуга. Символ Wi-Fi.

Вот оно! Саша замер, потом, лихорадочно, сунул руку в карман, нащупал Колин телефон. Включил экран. Телефон вновь запросил пароль. Саша ввел четырнадцать-десять. Телефон отрицательно запищал. Саша удивленно заморгал, но не падая духом ввел цифры наоборот. Телефон пиликнул и открылся.

Саша радостно улыбнулся. Первая победа. Успел увидеть пустой рабочий стол, несколько иконок.

— Ну что? — Аля вышла из гостиной вопросительно взглянув на него.

Саша перевернул телефон экраном в ее сторону, увидел как на ее лицо возвращается вчерашняя радость…

И услышал резкий звук дверного звонка.

Глава 4

Раздался звонок. Саша посмотрел на Алю и приложил палец к губам. Скользнув в прихожую прислушался. За дверью стоял человек. Один. Стоял нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Интересно было бы узнать кто это пришел. Случайный гость, почтальон или новый противник?

— Ты кого-то ждала? — спросил Саша.

— Нет. — ответила Аля.

— Тогда подождем.

Неизвестный решил не затягивать тайну долго и вскоре звонок сменился на лёгкий скрежет металла. Дверь начали вскрывать.

«Вот как.» — подумал Саша — «А он настырный!». Значит это точно не курьер. Разве что абсолютно преданный процессу доставки. Если судить по точности нажатий и легкому свисту отмычки вскрывали не банальной шпилькой, а серьёзным приспособлением. Замок в двери стоит не самый надёжный, опытный человек справится с ним за несколько минут, а значит времени у них осталось не много.

— Тихо! Залазь в шкаф! — он схватил Алю за руку и потянул к большому шифоньеру занимавшему половину гостиной. Девушка молча послушалась спрятавшись среди разноцветных платьев популярных в конце прошло века. После небольшой перетасовки вешалок нашлось место и для Александра. Достав из кармана нож он осторожно прикрыл за собой дверцу, оставив небольшую щель и начал слушать.

А взломщик как раз закончил свое чёрное дело. Замок щёлкнул последний раз и наконец поддался. Дверь открылась, раздались лёгкие быстрые шаги и в комнату зашёл неизвестный. К своему удивлению Саша практически сразу узнал неожиданного посетителя. Это был мужчина в бело-жёлтом костюме, которого он случайно встретил в СвердловХайтеке. Однако теперь Саша уже не верил в случайность этой встречи.

Остановившись посреди гостиной он осмотрелся потом шагнул к окну что-то или кого-то высматривая. Не обнаружив слежки или еще чего он прикрыл шторы и направился проверять шкафы и выдвигать ящики, проводя тщательный обыск и превращая в руины уже вторую квартиру.

Саша выждал, пока он окажется спиной к шкафу. Перехватил нож поудобнее, отворил дверцу, бесшумно вышел, и зверем метнувшись к мужчине прижал острое лезвие к его шее. Он не сопротивлялся.

— Здравствуйте, Александр. Прошу без лишних движений. Мы цивилизованные люди, — спокойно сказал тот, ни единым мускулом не показывая удивление.

— Откуда ты меня знаешь? — Саша прижал нож чуть сильнее. Лицо Пиджака немного побледнело.

— Нам не обязательно начинать бессмысленное кровопролитие. Дайте мне пять минут и я все вам расскажу.

— Аль! — Саша обернулся к шифоньеру. — Тебе данный персонаж знаком?

Двинувшись на голос девушка неловко вывалилась из шкафа, потянув за собой несколько вешалок и кое-как выбравшись из-под завала отрицательно замотала головой. Значит надо будет познакомиться.

— Ну давай поговорим. — согласился Саша. — Только устроимся поудобней.

Быстро скрутив человека найденным в том же шкафу парой ремней и посадив на принесенный Алей с кухни стул, они приступили к допросу.

— Кто ты и что ищешь здесь?

— Сергей Серебрянников. Адвокат, юрист и консультант. Веду небольшую практику в этом чудесном городе.

— Консультант? Да неужели? Мы коллеги получается? — Саша тяжело взглянул на Сергея. — Только вот я обычно в своей практике двери не вскрываю. А ну, правду говори!

Юрист жалобно посмотрел на него, перевёл взгляд на девушку и не найдя ни у одного из них ни малейшей капли сочувствия вздохнул и решив не рисковать начал рассказ.

Как и думал Саша, Сергей был не простым адвокатом. Не имея высоких моральных принципов, он зато обладал связями с местным криминалом, работая на некоего господина по прозвищу «Одесса» — человека, уважаемого в городе и за его пределами.

— На вора работаешь. — заключил Саша.

— Ну что за категоричность. — Сергей закатил глаза. — Да, когда-то у него были проблемы с законом, но это давно в прошлом.

— Ну-ну. В прошлом. — сказал тихо Саша вспомнив отца. Он как бандит старой закалки мог бы многое рассказать о таких вот «отошедших от дел» товарищах. Особенно хорошо Саша помнил последнего такого гостя, десять человек которого чуть не снесли отцовский дом вместе с участком и старым автомобилем. Каким чудом они тогда отбились он не знал до сих пор.

— В прошлом. Сейчас он всего лишь бизнесмен. А ваш друг работал на моего нанимателя. О, вижу, что для вас Александр это новость. — Сергей широко улыбнулся глядя на Сашу. — Да работал. И не только работал но и за это время украл у него кое-что. Суть кражи не существенна ни для вас ни для меня, но мне кажется, что украденное нужно вернуть хозяину.

— Нет у преступника ничего своего. — Аля зло посмотрела на юриста. — А ты такой же бандит как и хозяин твой. Зачем дверь мою взломал? Честные люди так не делают.

— Это демагогия. — пожал плечами Сергей. — я признаю, что в квартиру вашу я попал не совсем честно. Но все мы любим эксцентричных следователей. Мне немного не повезло…

Саша слушал, не перебивая. Он видел, что этот человек всеми силами пытается сойти за непутевого героя, но чувствовал, что в нем есть стержень и повадки, никак не подходящие пародируемому им Тин Тину. Оставалось всего пара вопросов.

— Что Коля украл у вас? – спросил он наконец.

— не знаю. — не задумываясь соврал Сергей. Врал он не краснея, но Саша и сам часто отвечал на вопросы похожим образом. Привитая с детства привычка.

— А меня откуда знаешь?

— Ну Александр, — Сергей расплылся в широкой улыбке. — Мы же пересекались с вами в одной местной фирме. Как думаете, сколько надо времени чтобы узнать имя человека только покинувшего стены дома полного скучающих людей?

Выяснив все, что хотел, Саша достал телефон и набрал Горелова. Коротко объяснил ситуацию и назвал адрес. Горелов звучал не очень дружественно, но все же пообещал приехать с нарядом и повесил трубку.

Пока полиция ехала, появилось время заняться разблокированным телефоном. Саша сел на подоконник и достав аппарат вновь ввел пароль. Экран приветственно мигнул и засветился. Ничего не изменилось.

Аля встала рядом, заглядывая через плечо. Даже связанный Сергей вытянул шею, пытаясь что-то разглядеть. Александр почувствовал, что разгадка тайны исчезновения Коли близка как никогда.

Но к сожалению реальность оказалась куда как прозаичнее. Телефон был пуст. Саша не веря несколько раз подряд пролистал рабочий стол в обе стороны. Ни папок, ни файлов, ни заметок. Ничего. Даже галерея чиста, словно только с завода. Только не удаляемая камера, диспетчер и цветная картинка на основном экране, с которой огромными буквами читалось: «Казино, казино, казино!». Строчка легендарной песни с ошеломляющей точностью описывала судьбу всех их надежд, только что улетевших в трубу.

Если это телефон и использовался для чего либо, то сейчас не представлял для них ни малейшего интереса. Он заглянул в сообщения и смски но и там было пусто. Идеальное, практически философское отсутствие, которое мог создать только профессионал своего дела.

— Это всё? И ради чего мы старались? — недовольно спросила Аля.

— Не знаю. — ответил Саша и уже было отложил телефон в сторону как вдруг тот завибрировал от только что пришедшего сообщения. Саша посмотрел на номер — тот был иностранный, но это и не удивительно. Разве кому-то сложно повернуть такой фокус? Медленно открыл сообщение:

«Привет Сталев. Вижу, ты нашел телефон. Если ещё у месте, то ищи меня на фотографии».

— Это от него! —Аля ахнула. — Он знает, что ты здесь!

— Знает, — согласился Саша. — И знает, что телефон у меня.

— Поделитесь со мной, Александр? — спросил Сергей улыбнувшись.

Саша не обращая на него внимания попробовал ответить Коле. Он задумался чтобы такое написать. Прямые вопросы задавать опасно, выдавать информацию тоже. Решив он написал: «Не бойся, я с тобой». Перечитав текст он нажал «отправить». Сообщение ушло, но продолжения общения не последовало. Человек по ту сторону провода сообщил все, что считал нужным.

— Ищи меня на фотографии, — повторил Саша вслух.

Галерея телефона пуста, а значит надо снова возвращаться к рамкам на стенах. Он перебрал в памяти все фото, что видел у Коли. Вряд ли имелись ввиду фотографии времен службы и вряд ли снимки родственников разной степени отдаленности. Искать его у давних друзей? Только где они сейчас? Павлик где-то под Минском, а Сева, наверное, как и хотел, купил яхту и теперь бороздит акваторию у японских берегов. Что там еще было? Школа? Вряд ли. Места отпуска? Возможно, но сколько прошло с их разговора? День? Два? За столь короткое время купить билет, собраться, разложить подсказки и улететь на Багамы? Звучит как бред. Значит вновь остается деревянный дом и еще живая, веселая мать, радующаяся возвращению сына.

— Это деревня. — сказал он. — Родительский дом. Ты знаешь адрес?

— Нет. — Аля покачала головой. — Его давно забросили. Вряд ли кому-то требовалась эта развалина. Вроде бы она какой-то тетке дальней перешла, но ей из Москвы сюда точно не резон ехать.

Внизу заурчал мотор, хлопнула дверца машины, по асфальту строго застучали сапоги. – Полиция прибыла. Саша выглянул из окна. Внизу стояло два служебных автомобиля. Из них выгружались трое полицейских. Один посмотрел вверх, увидел его. Это был Горелов. Он покачал головой и сложив руки рупором крикнул:

— Всё в порядке?

Саша молча показал большой палец и задернув шторку пошел открывать. Через несколько секунд в квартиру влетел Горелов. Четко печатая шаг, он прошел в комнату. Убедившись, что прямой опасности нет, он спрятал пистолет в кобуру и грозно сдвинув брови, оглядел Сашу с Алей.

— Ну и бардак вы тут устроили, — сказал он без улыбки. — Я же просил без самодеятельности, а получилось как всегда! Всё, собирайтесь. Поедем в участок. — потом повернулся к связанному Сергею. — Надо же, Сергей Владимирович, какая встреча, какие люди. Вы задержаны за незаконное проникновение. Права свои вы знаете.

Юрист не сопротивлялся. По лестнице поднялись еще двое сотрудников, взяли его под локти, подняли его со стула, заковали в наручники и повели вниз.

Горелов бегло осмотрел квартиру и кивнул всем идти следом. Они вышли во двор, сели в успевшую нагреться на солнце одну из машин и поехали в участок. Горелов лично сел за руль и включив мигалку, ловко маневрировал между потоками машин. Даже без сирены ему старались уступать дорогу, так что добрались они быстро.

В отделении Сергея сдали дежурному, тот, ухмыльнувшись, заполнил протокол и, кивнув на камеру, сказал:

— Наконец-то, Серебрянников. Мы то все думали когда вы к нам загляните. Заждались вас нары!

— Может и заждались. Но занимать их долго я не намерен. Не настолько я плохой человек. Прошу поторопится, меня еще ждут дела. — сказал юрист и его увели.

Посмотрев ему вслед, лейтенант раздосадовано покачал головой и увёл Сашу и Алю в свой кабинет, закрыв за ними дверь. Сев в кресло, он устало откинулся на спинку, потирая переносицу.

— Садитесь, — кивнул он на стулья. — И давайте, рассказывайте, что за цирк происходит?

— Да, собственно, ничего существенного. — Саша коротко, без лишних деталей, пересказал события прошедшего дня: о интервью, прогулке до квартиры и поимке Сергея. О цели посещения квартиры Колиной матери он разумно умолчал.

— Дела, все запутанней и запутанней. — сказал лейтенант, задумчиво накручивая ус на палец. — Просто так не разберемся… Ладно, что уж тут делать. Хотите чаю?

Аля утвердительно закивала головой. Саша не стал спорить. Ему тоже требовалось выпустить пар.

Пока грелся старый электрический чайник, лейтенант встал, подошёл к окну, что-то разглядывая с высоты третьего этажа. Помолчал.

— Интересно, в какие дела влез ваш дружок. Мы провели обыск его квартиры, сняли отпечатки, изучили камеры. Посмотрели на твои… геройства. — он взглянул на Сашу. — Похоже московские коллеги не врали о твоих навыках. Так же смогли опознать нескольких нападавших. Ранее судимые, нигде толком наработавшие. По нашим данным принадлежат к команде некого «Спортсмена», Владимира Вольфовича. Он же в свою очередь имеет близкие отношения с нашей местной братвой. Арестовать этих двоих можно уже сегодня, но пока мы только установили слежку. Понятно, что действовали они не по своей воле, а по чужому распоряжению… Вот только ни на Спортсмена, ни на заказчика выйти скорее всего не получится. А хотелось бы.

— Про заказчика, это вы про Одессу? — спросил Саша, вспомнив разговор с Сергеем.

— Про него про него. Савелий Аркадьевич, старый вор, ещё с девяностых. Раньше ворочал всей областью. Сейчас позиции сдал, но всё ещё опасен. У него нелегальное онлайн-казино, пара лесозаготовительных фирм и ещё всякая мелочь. Умный, хитрый, давно не подставляется. И мы к нему подступиться уже сколько лет не можем. Явных дел на нем нет. А за косвенные улики и догадки у нас пока не сажают. Вам чай с сахаром?

— Без. Савелий Аркадьевич? — Саша нахмурился, вспоминая. — Знакомое имя. Где-то я его слышал… — он сосредоточился. Память услужливо подсветила позавчерашний день, вернее вечер. Перрон, легкий летний ветер, пустую улицу, скамейку и старичка с бульдогом. — Я встретился с ним в первый день отпуска.

— Сахар для мозга полезен. — хмыкнул Горелов. — Но встреча знаменательная. Может тебе повезло. Но предположу, что следил он. За квартирой, за жителями, за ситуацией в целом. Рассказал бы ты мне о нем раньше, быстрее бы дело пошло. Такие совпадения редки.

— Рассказал бы раньше, может и бандиты меня нашли быстрее бы. — сказал Саша, смотря прямо в глаза Горелову.

— На что ты намекаешь? —лейтенант сдвинул брови.

— Прости, опер, но в моей ситуации никому доверять нельзя. — Саша встал со стула, ставя кружку. — К тебе у меня претензий нету, но в тихом омуте часто черти водятся. Сам говоришь, что долго поймать вора не можете.

— Ах вы…— по лицу полицейского пошли пятна, он сжал зубы, но резко успокоился и махнул рукой к двери. — Идите. Вы свободны.

Они вышли в коридор, прошли мимо дежурного. На крыльце Саша остановился. Новая информация требовала обработки.

— Что такое? — Аля удивлено посмотрела на него.

— Позвонить надо.

Он достал телефон и набрал номер.

— Иннокентий!

— Ну, что еще? — сейчас редактор звучал не так жизнерадостно как вчера.

— Найди мне человека в Москве.

Из трубки раздался долгий горестный вздох, а потом вопрос:

— Какого?

Саша посмотрел на Алю:

— Ты имя тетки знаешь? — девушка отрицательно покачала головой. Саша вздохнул и начал перечислять.

— Женщина среднего или пожилого возраста, имя с отчеством неизвестны, фамилия — Есенина или бывшая Есенина, уроженка Камышева, недавно получившая в наследство дом на малой Родине. Как найдешь —попытайся узнать адрес этого дома. Это всё, о чем прошу.

— Пу-пу-пу — Иннокентий задумался. — Нет, Александр, ты точно меня волшебником считаешь. Ладно, сделаю, что смогу, в счет нашей дружбы и твоей полезности. Посмотрю по объявлениям о продаже или сдаче — может что и найду. Но тут дел — сам понимаешь…

— Спасибо еще раз.

— Да, не за что. —в трубке раздался смех. — Но статью я жду сногсшибательную. Давай, до связи.

Редактор положил трубку. Саше хотелось верить, что Иннокентий справится с поставленной им задачей и справится, как можно раньше.

— Позвонил?— спросила Аля.

— Позвонил. Можем идти.

— Что дальше будем делать?

— Ты будешь думать и ждать — ответил Саша. — Вспоминай, спрашивай у знакомых, дойди до справочного бюро. Тебе, как местной, будет проще, найти нужный дом. Это наша главная задача. Я уверен, что мой друг постарается, но и он не всесилен.

— А ты чем будешь заниматься?

— А у меня дело найдётся.

Сзади них послышались шаги, дверь участка качнулась и на улицу вышел еще один человек. Это снова был Сергей. Как видно уже на свободе. Саркастически поклонившись кому внутри он обернулся вдохнул полной грудью воздух и вальяжно направился к ним.

— Вижу и вас не долго держали? — сказал он с лёгкой улыбкой. — Меня вот отпустили буквально через полчаса. Спасибо связям. Под залог выпустили и подписку о невыезде.

В этот момент к крыльцу подкатила чёрная иномарка. Сергей повернулся к Саше. — Спасибо за приятно проведенный день. Еще ни разу не приходилось играть заключенного. А вас, Александр, я буду вынужден забрать от вашей прекрасной спутницы. Мой патрон выразил желание поговорить с вами. Думаю вам это будет не безынтересно. Так что, не составите мне компанию?

— Я могу отказаться? — спросил Саша.

— Конечно нет, — улыбнулся Сергей.

Глава 5

Чёрная иномарка плавно тронулась с места. Саша сидел сзади, между двумя крепкими мужчинами в тёмных куртках. Сергей расположился на переднем сиденье, отвернулся к окну и воткнув в уши наушники тихо с кем-то заговорил. Саша слышал как между юридическими сленгом встречались такие милые слова, как — рэкет, мошенничество и убийство с особой жестокостью. Адвокат работал постоянно, уверенно сглаживая острые углы обслуживаемого бизнеса. Саша не переставал корить себя, что во время обыска квартиры не запер его в дальней комнате, безответственно дав ему подслушать их с Алей разговор. Оставалось только надеяться что не имея визуального контакта с нужной картиной Сергей не догадается о их находке.

Бандиты слева и справа о чём-то переговаривались вполголоса, не обращая на него внимания. Обсуждали какую-то общую знакомую, которая как понял Саша, часто привечала у себя как первого так и второго ухажёра, принимала подарки, но упорно отказывалась думать о замужестве. Так любимая режиссёрами бандитская любовь вновь опутывала своими петлями новых солдат любви.

Закончив перемывать косточки жгучей красотке перешли на машины, а именно на ремонт случайно поцарапанной иномарки.

Саша молчал. Окна были тонированы, и что происходило снаружи было никак не разглядеть. Только изредка в щель между шторкой и стеклом влетали полосы света — фонари, витрины и окна домов, редкие зеленые всплески деревьев. Вскоре потянулись поля, мелькнула одинокая заправка. Они покинули город, но все ещё находились в его окрестностях. Он мог предположить что везли его в некий поселок или загородный дом.

Олин из сопровождающих вдруг дёрнул за шнур пластиковой шторки, задвинул её до конца, закрывая обзор на происходящее снаружи. Такая осторожность была к месту. Через несколько минут машина остановилась.

— Приехали, писатель. — бандит подмигнул Саше. За шторкой раздались голоса людей и звук отворяемых автоматикой тяжёлых ворот. Иномарка снова двинулась, но теперь медленно. Под колесами затерлась фигурная плитка. Вскоре,водитель заглушил мотор и вышел, бросив кому-то ключи.

— Александр, прошу! — Сергей тоже покинул автомобиль и Саша последовал за ним. На улице он огляделся.

Двор выглядел богато. Высокий забор из профнастила с коваными вставками. Фигурные ворота с дистанционным управлением, на створках которых красовались медные птички — то ли соколы, то ли цапли. Вся земля от ворот до постройки покрыта разноцветной плиткой, составлявшей красочный узор.

Дом был большой, из жёлтого и белого кирпича, с эркерами и мансардой. Внушительный коттедж, построенный по лекалам начала второго тысячелетия, но до сих пор впечатлявший своей монументальностью. Наш крышей веранды поднимались верхушки фруктовых деревьев.

— «Тьфу, — подумал Саша. — Живут же люди».

На крыльце их встретил ещё один охранник, молча открыл дверь.

Внутри оказалось просторно. Под из темного дуба, лакированная лестница с резными перилами, несколько картин в рамах. Никакой вычурной роскоши —только дорогая добротность.

Миновав коридор с прихожей они прошли под овальной аркой и попали в гостиную.

Ещё одна большая комната. Длинный стол, накрытый белой скатертью. На стенах —ковры, несколько икон и пара старых фотографий. У камина — два плетеных кресла с высокой спинкой.

За столом сидели двое.

Во главе старый вор, Савелий Аркадьевич. Без кепки, с зачесанными назад седыми волосами, в рубашке, на плечи накинута простой, вязаный свитер в цветочек. Онпосмотрел на гостей, кивнув Сергею.

Рядом с ним, чуть поодаль, сидел грузный мужчина, с широким красным лицом и тяжёлой челюстью. В расстёгнутой спортивной кофте и джинсах. Из-под рукава выглядывает край наколки. Он взглянул на Сашу исподлобья, хмуро и недобро.

— Александр, — Савелий развёл руки в приветственном жесте. — Проходи, садись.

Саша шагнул к столу, сел напротив. Сергей сел по правую сторону от Одессы, скрестив руки на груди. Все Трое глав банды собрались вместе.

— Спасибо за приглашение. — сказал он.

— Видать судьба нас позавчера свела.— усмехнулся Савелий. — я редко встречаю людей бесполезных. Рассказали мне что а городе появился такой мастер, а я с ним и знаком уже.

— Так и я не думал, что встречусь с таким человеком. — ответил Саша сузив глаза. — но раз уж мы с вами уже знакомы, зачем эта встреча?

— конечно поговорить. Я знаю, что ты отпинал людей Спортсмена. — Савелий кивнул в сторону качка. — И Сергея поймал…

Мордатый, видимо, он и был Спортсменом, ещё сильнее нахмурился, сжал зубы. Пальцы невольно заскребли по столешнице. Саша мог его понять. Кому приятно слышать о своих провалах. Только интересно зачем Савелий ему это рассказывает?

— …Ловкий ты парень. Такие люди мне нужны. — продолжил старик. — не хочешь ко мне пойти? У нас здесь не Москва конечно, но хорошую жизнь мы тебе обеспечим. И делать ничего серьёзного не придется. Все по твоему профилю.

Саша покачал головой.

— По моему профилю говорите? Пожалуй откажусь. Работа — это хорошо. Только методы мне ваши не нравятся.

— Зря. — Савелий не обиделся. — Ты думаешь, я не знаю, зачем ты в Камышев приехал? Друга ищешь. Николая Есенина. — он сделал паузу. — так и я его ищу. Дело у нас общее.

— И я смотрю мы оба в этом не слишком успешны. Вряд ли бы вы меня выдернули не будь вы так же как и я в тупике.

— Правильно ты говоришь. Но мне кажется ты к нему ближе. По этому поводу ест у меня к тебе одно предложение. Знаешь ли, Коля взял чужое. Украл у меня деньги. Ты должен понимать, что деньги для людей самое дорогое. Такое не прощается. — Савелий помолчал. — но я готов смириться с небольшим компромиссом. Если мне вернут украденное и сверху ещё… ну предположим миллион рублей, за моральный ущерб, я готов отпустить знакомого нам всем айтишника с миром. В городе конечно ему лучше не задерживаться, но с моей стороны любое посягательство прекратиться. Что скажешь?

— Выглядит честно. — Саша пожал плечами. Входить в сношение с преступным элементом он всегда считал неблагоразумным, но в данной ситуации предложение звучало как выход. Оставалось только найти Колю.

— Вот. И я так думаю. Так что если вдруг ты встретишь его раньше меня — передай ему. А то ситуация получается не удобная всем нам. Он увидел как Сергей, до этого что-то сосредоточенно думавший, вдруг несильно хлопнул себя по лбу и посмотрев на хозяина предложил палец к губам. Кажется что-то начиналось.

— Я передам ему, если найду.

— Передашь, — кивнул Савелий. — Я в тебя верю. С этим разобрались.

Бульдог, до этого мирно лежавший у камина сорвался с места и уткнулся головой в руку хозяина. Одесса откроется в кресле и прическа пса за уши посмотрел на Сашу.

— Вот, знаешь, Александр... Смотрю я на тебя и все понял не могу. Что-то ты мне с самого начала знакомым показался. И лицо, и повадки. Как про фамилии звать тебя?

— Сталев.

В комнате повисла тишина. Спортсмен перестал скрести стол, уставился на Сашу. Глаза у него стали колючие, хищные.

— Сталев, Сталев… А батеньку твоего наверно Игорь звали. Понятно. — сказал Савелий медленно, словно пробуя каждое слово. — Вот кто ты такой. Давно я гирю не видел. — Он усмехнулся, но усмешка вышла невесёлой. — Мы с ним старые... недруги. Говорят умер он недавно. На бомбе подорвался что ли …

— Савелий Аркадич, есть мнение что, такой человек нем не нужен. — сказал мужчина слева.

— Мнение, твое Владимир, мне понятное — согласился Одесса. Кивнув он повернулся к Сергею, — А ты что скажешь?

— Он опасен… Вы сами знаете. К тому же…

— И тут я согласен, но к врагу нашему он ближе. Придётся опустить с миром. Добрый я сегодня. Готов дать айтишнику шанс откупиться. Кто-то против?

— Савелий Аркадьевич, послушайте, есть у меня пара мыслей. — сказал Сергей. Он наклонился к Савелию, наклонился и что-то зашептал тому на ухо. Савелий слушал, не меняя лица.

— Вот оно как, — сказал он после паузы. — Молодец, Сергей. Ладно. Значит не судьба по-доброму договориться. — он повернулся к Спортсмену. — Давай, Владимир. Делай что должен. Покатайся с нашим гостем. А потом возвращайся — поедем его дружка навестим.

Спортсмен разулыбался и направился, тяжело поднялся, и зашагал к выходу.

— Александр, — Савелий снова улыбнулся, но глаза остались холодными. — Приятно было с вами пообщаться. Прошу простить за такой исход.

— Пошли, писатель. — Спортсмен, поднялся из-за стола и не оглядываясь пошел в сторону выхода. Сзади к Саше кто-то подошел, положил руку на плечо, попытались поднять. Он на автомате ударил противника куда-то в область живота. Сзади раздался вскрик. Саша обернулся и увидел скрючившегося одного из подручных Спортсмена, знакомого по квартирной стычке. Второй раунд тоже остался не за бандитом. На секунду писателя выпустили, но тут же схватили вновь уже втроем. Он попытался сопротивляться, но нападавших было слишком много. Бандиты вывели его из дома.

На улице к нему присоединились ещё два человека, один вышел за ворота и к ним подъехала машина. Уже не черная, но серая. Они сели и поехали. Автомобиль выехал за ворота. Как и в прошлый раз шторка задернулась, в салоне снова стало темно.

Саша сидел в центре, опять зажатый между двумя мордоворотами. Единственная разница, что впереди вместо Сергея сидел Спортсмен.

— В лес. На Сосновую дорогу, давай.

Машина съехала на обочину. Бандиты удивлённо посмотрели на своего лидера.

Водитель помедлил секунду, потом кивнул и развернул машину.

Машину летела по пустой трассе. Бандиты ехали молча. Левый что-то смотрел на в телефоне, правый щёлкал семечки, выбрасывая шелуху в окно.

Через десять минут поездки по автостраде машина свернула на грунтовую дорогу, направившись в сторону леса.

Пассажиров затрясло на ухабах и выбоинах. В салоне запахло лесной свежестью и мокрыми листьями. Недавно над лесом прошел мелкий весенний дождь.

лес вокруг сгустился, дорога сжалась до двух полос заросших травой. Машина остановилась. Водитель заглушил двигатель, выключил фары. Сразу на людей навалился мокрый холод, еще не согревшегося после долгой зимы леса. Подуло тленом, нерастаявшим инеем и будто бы помойкой — лес был не из заповедных. Левый вылез из машины оглядываясь, доставая из-за пояса пистолет.

— Выходи давай, Сталев. — правый вытолкнул Сашу наружу.

Ноги увязли в прелой листве, пахло грибами, холодом и сырой землёй. Как бы не удержавшись он повалился в грязь. Его подняли, но он успел осмотреть поле действий. Они остановились недалеко от проселочной дороги, на границе леса и поля. Вдалеке можно было разглядеть маленькие огоньки окон сельских домов. Можно попытаться добежать, но бегать по слякоти от огнестрела было бы делом неблагородным. Пока что самым оптимальным казалось не рыпаться и ждать момента.

Водитель хлопнул дверью, нажал на ключ заблокировав машину. Спортсмен достал из кармана пачку сигарет, вынул одну, закурил, подсвечивая лицо красным огоньком. Один из бандитов достал из багажника лопату и проверив местность на отсутствие свидетелей они повели Сашу в глубь леса. Метров на пятьдесят от дороги.

Остановились на маленькой поляне. Чёрные стволы сосен уходили вверх, касаясь туч закрывавших солнце.

Спортсмен молча кинул на землю лопату.

—Давай, копай. — сказал он пустив в сторону Саши струйку дыма.

Саша посмотрел на лопату. Потом на бандитов. Те стояли полукругом: двое сзади по бокам, главный — позади. У двоих в руках пистолеты. Спортсмен все так же курит. Три противника ау него одна лопата. Выйти из боя победителем вряд ли получится. Убежать? Можно попробовать. Но попозже, когда товарищи устанут.

Саша нагнулся, поднял лопату. Вот и оружие ему дали. Инструмент конечно был старый: черенок гладкий от множества рук, лезвие начавшее покрываться ржавчиной, но для удара годится. Осталось только дождаться момента. Взявшись за черенок воткнул остриё в землю.

И в этот момент сзади, со стороны дороги, грохнул выстрел. Короткий, сухой, без предупреждения. Левый охнул, схватился за ногу и рухнул лицом в листву, крича от боли. Спортсмен с оставшимся подручным развернулись как по команде, выхватывая пистолеты.

Саша не стал ждать. Противники допустили ошибку выдав ему оружие, пуст и такое простое. Он шагнул вперёд и со всего плеча врезал лопатой по голове главарю. Тот даже не вскрикнув, упал потеряв сознание.

Оставшийся повернулся теперь к Саше, успел поднять пистолет, но что-то сказать или выстрелить ему не дали. Из темноты переплетения ветвей уже бежали люди. Спешила подмога. На поляне появились четверо в полицейских форме, с пистолетами на перевес.

— Лежать! — рявкнул один. — Лицом в землю! — бандит, поняв что находится в меньшинстве, не стал спорить и бросив оружие опустился на колени в мокрую землю.

Саша отшвырнул лопату, поднял руки. Пусть в данной ситуации он был скорее жертвой чем преступником, но безосновательно злить нервных людей с пушками было бы опрометчиво.

Из-за спин полицейских вышел Горелов. Усики его топорщились, но не от улыбки, а от злости. Лейтенант обошёл поляну, посмотрел на раннего бандита и оглушенного Спортсмена, спрятал пистолет в кобуру и подошёл к Саше.

— Ну, здорово, бедокур, — сказал тихо, без насмешки. — Все ещё веришь что я человека продам?

— Как вы меня нашли?

— Увидел как ты отъезжаешь с этим бандитом Серебрянниковым и решил проследить. Взял ребят, машину и поехали. А когда тебя повезли в лес, понял что не зря все это затеял.

Горелов сунул руку в карман куртки, достал упаковку влажных салфеток и открыв протянул их Саше.

— На вот, вытрись. А то всю машину мне запачкаешь.

Пока Саша кое-как приводил себя в порядок он продолжил читать нотации.

— Ты, Сталев, живучий, как таракан. Но это конец твоих похождений. С меня хватит. Всего за день ты весь Камышев на уши поднял. Везде где ты не появляешься кого-то бьют, стреляют и вяжут. Я начинаю думать что закон для тебя — не больше чем оправдание для насилия. Ты плохо влияешь на всех. На своих друзей, на меня, на нашу до этого тихую мафию — на весь наш город. Я принял тяжелое решение. Мы едем в Свердловск. Тебя я сдам под стражу, чтобы никто больше тебя не похитил, а сам сложу с себя это дело и возьму отпуск.

— Но, Я ничего не нарушал.

— А я ничего и не говорю про нарушение, — Горелов скрестил руки. — Я говорю: едешь со мной. В центральное отделение. Будешь сидеть в кабинете у майора, под присмотром, пока всё не кончится. Потому что если ты опять пропадёшь, мне же потом отдуваться. При любом раскладе виноватым останусь я.

— А как же Коля?

— Есенина будем искать. Но будем легально, по закону. Ты мне не помощник. Ты у нас свидетель. Не следователь и не герой. И попытайся хоть пять минут не выходить из этой роли. — Идём, — Горелов взял Сашу за локоть, повёл обратно к дороге.

Из леса вышли быстро. Оказалось Спортсмен не так далеко ушел «по грибы». Пять минут и меж деревьев показалась полицейская машина и припаркованный сине-красный «Урал» — невеликое средство передвижения Горелова. Рядом с ней стоял еще один полицейский, охраняя связанного водителя. На лице бандита виднелся свежий синяк, но он не выказывал никакого недовольства.

Горелов кивнул Саше на коляску своего старого мотоцикла.

— Садись.

Горелов вскочил на сиденье, резко прибавил газу. «Урал» заревел, развернулся, фара выхватили из полосу грязной лесной дороги. Выбрался на асфальт, водитель прибавил скорость. По сторонам потянулись посёлки, поля пшеницы, просеки, пустые остановки. Камышев приближался.

Горелов обернулся назад, глянул на Сашу.

— Сам как? Живой? Не ранен?

— Живой.

— И ладно. А то мне отчёты писать — запаришься.

Ехали молча. Саша смотрел на убегающие назад столбы, на тёмные дома, на редкие фонарные столбы и линии электропередач. Потом сказал, будто между делом:

— Они знают, где Коля.

Горелов не повернулся.

— Откуда?

— Сергей узнал. Когда на квартире был.

— А ты знаешь где он?

— Нет. Скорее всего где-то в области.

— Плохо. — ответил Горелов. — Установим патрулирование по всей округе. Может что и узнаем.

Он на секунду задумался, потом хмыкнул.

— Умный ты больно. Практически все дело сам раскрыл.

— Не жалуюсь.

— Но и мы не дурнее будем. До центрального управления мы всё равно поедем. Сейчас нам все равно ничего не изменить. Знал бы ты где Есенин…

— Вы власть. — Саша пожал плечами. — Но я бы не стал принимать такие резкие шаги без особой необходимости. Я бы сказал у нас возник неплохой тандем.

Горелов резко обернулся.

— Ты мне зубы не заговаривай, понял? Я закон нарушать не буду. И тебе не советую.

— Я и не нарушаю. Как вы решите так и будет.

— Вот и сиди. Поедем на поезде. До Свердловска путь не близкий.

Глава 6

На вокзале Горелов остановил свой драндулет, пристегнул его ремнем к фонарному столбу да так и оставил. Как потом узнал Саша, лейтенант пользовался в округе повсеместной любовью и уважением, так что далее самый заядлый угонщик не позарился бы на его допотопную технику.

Полицейский снял с пояса наручники и защелкнул одно кольцо на руке Саши, другое надел на себя.

— А то знаю я насколько ты прыткий. — прокомментировал он.

Они прошли в здание вокзала, Горелов взял два билета ближайшую электричку до Свердловска. Она отходила через десять, так что он не стал ждать и сразу проверил Сашу в купе.

Вагон был почти пустой, оно и было понятно — мало кто поедет в город в самый разгар дня. До вечернего потока оставалось ещё пара часов. Им достались места практически в центре вагона. Горелов сел у окна, Саша кое как пролез напротив — наручники сильно мешали. Снял одной рукой рюкзак.

Электричка тронулась. Поддавшись движению Саша откинулся спиной на сиденье, невольно дёрнув Горелова за руку. Тот недовольно на него посмотрел и потянул на себя, возвращая его в ровное положение. Так они и ехали, на каждой кочке перетягивая цепь.

За окном поплыла желтизна полей, иногда перебиваемая редкими красными всполохами тракторов. Горелов смотрел прямо перед собой, покусывая ус.

— Что ты молчишь? — спросил он взглянув на Сашу.

— А что говорить? Вы делаете свое дело, я своё.

— Даже не будешь пытаться меня разжалобить или не попытаешься сбежать?

— Не привык я умолять. И драться с полицией не люблю. Обычно я с вами на одной стороне.

Горелов хмыкнул и замолчал.

— Далеко ещё до Свердловска?

— Часа два с небольшим. А что?

— Спать буду. Есенина мы уже не спасём, а мне ещё домой потом ехать.

Опять замолчали. Саша отвернулся к окну, бесцельно наблюдая проносящуюся за ним пастораль. Было в ней что-то волшебное: поля, перелески, берёзы с ещё прозрачной зеленью, редкие избы с наличниками, тёмные силуэты тракторов на пригорках. Саша смотрел на эту негромкую, выверенную веками гармонию и с грустью думал, что такую красоту давно уже не снимают в кино и не пишут в романах; она осталась где-то у Бунина, у Левитана, в забытых альбомах с видами русской провинции. А ведь сама пастораль никуда не делась, она всё ещё здесь, надо лишь остановиться и взглянуть.

Горелов смотрел в глубь вагона. Пальцы его лежали на колене, нервно постукивали. Кажется он что-то сильно и тяжело думал. Взвешивая на весах логику и интуицию.

На очередной маленькой станции — подросшей травой и лопухами бетонной платформой, накрытой жестяной крышей и покосившейся надписью: «Белая», Горелов вдруг встал. Лицо его было бледнее названия станции, но в глазах прыгали буйные искорки.

— Выходим, — сказал он.

— Так две часа ещё.

— Я сказал выходим. Не заставляй меня разувериться!

Электричка затормозила, двери открылись. Они вышли на гравий. Платформа была пуста, только ветер шевелил сухую траву.

— ну, писатель что дальше? — спросил Горелов.

Саша задумался, но ничего ответить не успел. Зазвонил телефон. Не думая он ответил. В трубке раздался голос Иннокентия.

— Возрадуйся, Сталев.

— Кеша? что случилось?

— Мне повезло. Не прошло и дня как я нашел твою мадам. Вернее не дом.

— так быстро? Кеша — ты бог.

— ну не надо так. Мадемуазель Панкратова, в девичестве Есенина и вправду решила продать нежданно свалившуюся на нее недвижимость и была безмерно счастлива, когда я согласился его купить.

— я же говорил тебе только узнать адрес.

— ну ты говорил, а земля лишней никогда не будет. Особенно с домиком. Адрес: деревня Ставрово, дом десять. И прошу, будьте осторожны с моей новой собственностью.

— спасибо, Кеша. Постараемся. — ответил Саша и положил трубку. — Деревня Ставрово. — сказал он Горелову. — мой информатор все выяснил.

— Ему можно доверять?

— я в нём уверен.

— Тогда иди за мной, — лейтенант поправил кобуру, огляделся и шагнул в траву, на жилую тропинку, уходящую за деревья. — Я местный. Дорогу знаю.

Саша подхватил рюкзак и пошёл следом. Все таки не зря он поверил этому человеку. И Горелов в свою очередь не зря доверился ему.

Они углубились в лес.

За их спинами уходил вдаль хвост электрички, огни таяли, и снова стало тихо — только, только мокрая трава, крики лесных птиц, шуршание кустов и дыхание леса впереди.

Тропа, которую выбрал Горелов, была едва заметна — старая, заросшая, присыпанная прошлогодней хвоей. Даже бычков или осколков стекла не было. Будто станция стояла не для человеческой пользы, а лишь по умыслу сил природы. Сосны стояли плотно, почти не пропуская солнечный свет; корни вылезали из земли, цеплялись за ботинки да над ухом пищали комары.

Горелов двигался уверенно, как человек, который ходил здесь сотню раз. Иногда оглядывался, проверяя, не отстал ли попутчик. Но Саша и не думал теряться. Ему не раз приходилось много бродить по лесам не только великой необъятной, но и бывать в Европе, Африке, северной и южной Америках.

— Хороший у вас лес, — сказал он. — Это тут у вас маньяки бродят?

— Лес как лес. — ответил Горелов. — Грибов много, зверей разных. Маньяков нет. Но места конечно глухие. Люди пропадают часто по своей дурости.

— Туристы?

— Когда туристы, а когда и из местных кто запьёт и уйдёт с горя в чащу. Потом ищем. Да и какие тут туристы? У нас все местные. Либо бывшие, либо настоящие. Вот недавно деда одного искали. Ушел на охоту, на медведя, понимаешь, а домой не вернулся. Ну мы собрали отряд пошли искать. Так оказалось что медведь нашел его быстрее чем, он его и загнал нашего деда на дерево. Так пенсионер два дня на суку просидел. Ружье уронил, сумку тоже, остался в одной куртке и шляпе. Благо залез на старый кедр. Было и что поесть и чем от зверя отбиться.

Лес кончился внезапно, как будто его ножом отрезали. Впереди раскинулось поле — огромное, до самого горизонта. Колосья стояли в воде, под ногами хлюпало.

— Погода радует… — сказал Саша, глядя на свои намокающие кроссовки.

— Нормально. — ответил Горелов и шагнул в траву. — Тут недалеко.

Они пересекли поле по диагонали. Ветер дул в лицо, холодный, с запахом мокрой земли и далёкой полыни. Солнце висело низко, будто можно достать рукой, начиная неслабо припекать. Среди пшеницы они были как на ладони. Но Горелов шел вперед не обращая внимания ни на влагу, ни на нагревающуюся фуражку. Он был в своей стихии.

— Ты здесь каждую кочку знаешь? — спросил Саша.

— Почти. В первую неделю службы облазил все окрестности. Многое узнал, много с кем познакомился.

— из любопытства?

— Да какое там. Зарплата — двигатель любого прогресса. Долг требовал знать все и всех. И как видишь не зря. Вот например, есть тут место одно…

На краю поля, где начинался редкий осиновый лесок, Горелов свернул вправо и повёл Сашу на небольшую опушку. Среди стволов проступили очертания маленького деревянного домика. Избушка без окон, с односкатной крышей, похожей не то на сторожку, не то на старый сарай.

Горелов подошёл к левой стене, нагнулся, ухватился за что-то рукой и отодрал две доски. Они подались с сухим треском. В крыше оказалась пустота.

— Держи, — сказал он и полез внутрь.

Через секунду из темноты появилась двустволка. Старая, но ухоженная, с деревянным прикладом и длинными стволами.

Горелов протянул её Саше.

— Зачем? — спросил Саша, принимая оружие.

— Затем, что я человека опытного, в пекло без ствола не потащу. — Лейтенант задвинул доски обратно. — Здесь местные охотники свои пушки прячут. Постреляют и трофеи здесь хоронят. А потом в безопасности забирают через день-два. Некоторые и арсенал свой тут же прячут чтобы до дома не таскать. Так что бери. С браконьеров не убудет. Патроны тоже где-то должны быть.

Саша повесил ружьё на плечо ремнём.

— А ты с чем пойдешь?

— А у меня своё, — Горелов похлопал себя под курткой. — Мне с пистолетом спокойней. Пойдем зайдем внутрь.

Они зашли в избушку. Места в ней почти не было. Все жилое помещение занимал дубовый стол, пара лавок. По стенам висели полки с разной сушеной травой, старыми банками и что удивительно книгами. За столом сидел человек. Человек увлеченно чистил ружье, не обращая на них никакого внимания.

— Здравствуй Пашка, — сказал он не поднимая головы. — Давно тебя не видел. Все работаешь?

— И вам не хворать Диоген Валентинович. — Горелов коротко, но с явным уважением кивнул знакомому. — Дела у нас в твоем лесничестве. Одного человека спасаем. Разрешите винтовку взять?

— Конечно берите. — лесник поднял взгляд и Саша увидел немолодое заросшее седой щетиной интересное лицо. В серых поблекших глазах Диогена Валентиновича читалась честность а в морщинах лба недюжинный разум. Благостное впечатление портила черта — через все лицо, проходили три широких неровных шрама. Они перебивали правую бровь и искривляли рот в щербатой безжизненной улыбке. Заметив оценивающий взгляд Саши он улыбнулся обнажая редкие зубы. — И чего вы смотрите, Александр Игоревич? Неужели медвеборцев ни разу не видели? Всё, идите. Вам еще человека спасать.

— Удивительный человек. — заметил Саша, когда они покинули сторожку старого лесника, направившись к уже видневшимся вдалеке крышам деревенских домов.

— Удивительный. — согласился Горелов. — С детства его знаю, а все никак не привыкну. Зато теперь можешь всем рассказывать что видел Камышевского маньяка.

— Так это он?

— Он, он. Только не маньяк он никакой. Жертва неприглядной внешности и дурной славы. Лучший следопыт и знаток местных лесов. И мухи без причины не обидит. В молодости когда тут леса были страшнее нарвался на медведя. Зверь его и подрал. Тут уже не до карьеры или семьи. Вот и ходит днями и ночами по округе, стережет покой граждан. А они о нем слухи распускают...

Они вышли на просёлочную дорогу, за ней — первые дома. Деревня Ставрово спала. Узкая улица тянулась меж заборов и палисадников, кое-где лаяли собаки, но глухо, сонно. Луна освещала покосившиеся крыльца, старые колодцы, ржавые калитки.

Горелов пошёл медленнее, всматриваясь в номера домов.

— Здесь, — сказал он тихо.

В конце улицы, у пруда, стоял нужный дом. Двухэтажный, тёмный, с заколоченными окнами. Рядом с ним стояли два автомобиля. Джип и чёрная, знакомая Саше иномарка. Сергей тоже нашел нужный дом.

А у ворот замерли двое. Коротко стриженные, в тёмных куртках. Руки в карманах. Не курили, не разговаривали, смотрели по сторонам.

Укрывшись от внимания охранников за выступающим углом забора они остановились.

Горелов задумчиво посмотрел на бандитов.

— Точно этот дом?

— Адрес правильный. Опоздали мы.

— Вряд ли. Думаю твой друг им живой нужен. Надо вызывать подкрепление.

— Вот с ним точно не успеем. — Саша посмотрел на начавшее движение к закату солнце. — Не до ночи же они торчать здесь собираются. Самим надо действовать.

Полицейский вновь выглянул из-за забора, пытаясь заглянуть в грязные окна.

— А если их там десяток? Что мы сделаем?

— За одним человеком? Думаю не больше пяти.

Горелов огляделся, словно ища аргумент, потом махнул рукой и расстегнул кобуру.

— Стой здесь. Я пойду поговорю с этими. А ты обойди дом. Заборы там высокие, но думаю перелезешь. Найди лестницу и проберись наверх. Ударим с двух сторон.

Саша кивнул. Горелов поправил воротник, выдохнул и, не оглядываясь, широким шагом направился к воротам.

Бандиты забеспокоились но мент выглядел совершенно ими не заинтересованным, спрашивая их лишь о всякой ерунде типа рыбалки и ориентирования на местности.

Саша не стал ждать. Скользнул в тень забора, пригнулся и бесшумно пошёл вдоль дощатой ограды. Та оказалась выше человеческого роста, но доски кое-где покосились, некоторые выпали. Он нашёл место, где сверху торчал кованый гвоздь, ухватился, подтянулся, перебросил ногу и спрыгнул на мягкую, неухоженную траву.

На участке было темно и запущенно: старые яблони, кусты сирени, между ними — покосившиеся сарайчики. Саша быстро огляделся. В дальнем углу двора, у стены дома, он заметил деревянную приставную лестницу. Длинную, почти до крыши.

Он подхватил её, приставил к карнизу, проверил на устойчивость. Лестница скрипнула, но выдержала. Он полез наверх. На высоте второго этажа оказался чердачное окно. Квадратная дыра, прикрытая фанерой. Саша надавил плечом, фанера с тихим треском отошла. Он влез внутрь.

Чердак пахло пылью, старой соломой и птичьим помётом. Лунный свет пробивался сквозь слуховое окно, выхватывая из темноты балки, тюки с сеном, старый хлам. А ещё — человека. Тот сидел на перевёрнутом ящике, прислонившись спиной к печной трубе, и курил. Пистолет лежал на коленях. Бандит был один, в чёрной вязаной шапке, с обрюзгшим лицом. Он не увидел, как Саша поднялся, не услышал легких шагов и наверно очень удивился получив удар прикладом по затылку. Тело обмякло, завалилось вперёд, врезавшись головой в оконную раму. Раздался треск, стекло посыпалось вниз.

На первом этаже раздались удивленные возгласы.

Саша выругался про себя. Оглядел чердак — в дальнем углу виднелся квадратный люк в полу. Он подбежал, встал сбоку от него, прижался спиной к стропилу. Ружьё держал на изготовку, стволами вниз.

Через секунду люк приподнялся. В щель просунулась сначала рука с пистолетом, потом голова. Еще одна цель.

Бандит не успел ничего понять. Саша снова занес свое оружие обрушивая его на очередную дурную голову. Бандит мешком провалился вниз. Саша прыгнул следом.

Мягко приземлился на безвольное тело, вскидывая ружьё.

Он оказались в гостиной. Наверно когда-то уютной, теперь захламлённой, с ободранными обоями, заколоченным окном и единственной лампочкой под потолком, болтавшейся на скрученном проводе.

В углу стояла продавленная кровать, на ней сидел человек в бело-жёлтом пиджаке. Сергей сидел откинувшись на подушку покачивая в руке пистолет.

Слева от кровати, оперевшись на тумбочку, стоял ещё один бандит.

У дальней стены, за неожиданным в такой обстановке компьютерным столом работал ботаник — тощий парень в очках и растянутом свитере.

А по середине комнаты на стуле, сидел Коля. Живой, если не считать пары синяков и разбитой губы. Заметив Сашу, дерзко улыбнулся. Значит надежда еще есть.

Саша выстрелил. Дробь в упор снесла бандита с тумбочки. Его отбросило к стене, он сполз, оставляя кровавый след.

Сергей скучающе перевёл ствол на Колю.

— Он мне никогда не нравился. Брось ружье, Александр. Мы закончим и уйдем, а ты не будешь нам мешать.

В этот момент дверь в комнату с грохотом распахнулась. Вместе с ней в комнату влетел один из стоявших на улице бандитов. На его груди Саша заметил четкий след от офицерского сапога. Следом за своей жертвой в проеме возник Горелов с пистолетом на изготовку.

— Ага, а вот и герой явился. — Сергей бросил взгляд на полицейского. — Но вам тут делать нечего. Отойдите к стенке!

Горелов какое-то время сверлил адвоката неприязненным взглядом, потом все же послушался. Отошёл в угол и замер скрестив на груди руки.

Сергей встал, поднял Колю и прерываясь им как щитом направился к выходу. Не глядя толкнув дверь ногой он вышел спиной вперёд.

— Прошу простить меня слуг закона, но я ещё хочу жить — сказал он, резко захлопнув дверь.

— Что будем делать? — спросил Горелов.

— Верить. — сказал Саша, глубоко вздохнул и нажал на курок. Дробь прошла сквозь доски с тонким свистом. На улице раздался крик и звук падения тела.

Полицейский толкнув дверь выбежал наружу. Посреди огорода лежал лицом вниз Сергей Серебрянников, адвокат и бандит, когда-то в белом а теперь в красном от крови костюме. Рядом стоял связанный Коля. Он обернулся и подмигнул Саше.

***

Он сидел на ступеньках дома уперев голову в приклад ружья. Горелов ушел вызывать экспертов, скорую и автозак, по пути разгоняя собиравшуюся толпу зевак. Впрочем безуспешно. Бандитский хакер и двое избитых Сашей бандитов сидели на кровати в доме, пристегнутые наручниками. День начавшийся с перестрелки и ею же закончившийся подходил к концу. Солнце медленно уходило за горизонт, просвечивая сквозь почерневшие ветки сосен и кроны берез. Дверь хлопнула и рядом с ним присел Коля. Есенин все еще носил следы избиения, но хотя бы смыл с лица кровь и грязь, стараясь выглядеть к приезду полиции как можно более презентабельно.

— Куда ты теперь? — спросил он.

— В Москву. Закончу с парой дел и сегодня же уеду. Здесь у тебя и без меня проблем достаточно будет.

— Как знаешь. Меня ты нисколько не стесняешь. — Коля рассмеялся, — Да ты же видел мою берлогу. Туда пять таких как ты поместятся. Оставайся. Я с полицией дела быстро решу.

— Что ты вообще сделал?

— А! Подсел на азартные игры и проигрался. История как говорится до слёз. Смог выйти на какого-то менеджера, он переговорил со своими и предложил мне работу. Вернее возможность отработать долг. Надо было всего лишь смотреть за игрой, проверять поступления и отслеживать клиентов. Если что-то не так сообщать. Месяц я честно «работал». Но ты же знаешь — противно мне в противозаконном участвовать. Да и за свою безопасность я беспокоится стал. Город у нас маленький. Сразу конечно не обнаружат, но когда схватят то уже не спрячешься. Во т и решил я выйти. Перехватил управление подконтрольной мне части сервера да и сбежал. Начал переговоры с полицией, но сам знаешь — такие дела быстро не делаются. Мне нужны были гарантии. Вот и догарантировался…

— Все ты правильно делал. Ну кроме первоначальной игры.

— Да я понимаю. Ничего, передам данные в полицию и пусть дальше сами землю роют.

— Пойдешь на сделку со следствием?

— Не просто пойду. Я его возглавлю. Почитай, моя информация будет самой весомой среди всех их улик по Одессе. Развалю банду, посажу злого старичка и будет мне счастье и спокойствие.

— И Аля будет рада. — сказал улыбнувшись Саша и посмотрев на удивленно воззрившегося на него Николя продолжил. — Ты же не думал меня так просто не обмануть. Не верю я в любовь с первого взгляда. Ни у людей ни у животных. Можно было не проверять меня. Так что…

— Аля будет рада. — закончил рассмеявшись Коля. — Ладно Штирлиц, раскусил. Школа у нас одинаковая была. Эх, не знаю чтобы я делал без нее. И без тебя. Спасибо вам.

Эпилог

Сад в это утро был сырым и необычно тихим. Савелий Аркадьевич стоял на стремянке, подрезая секатором сухие ветки старого ореха. Конечно он мог бы занять этим садовника, но ему всегда нравился процесс кронирования. Смотреть как под твоими руками из дикого, хаотичного переплетения побегов, ветвей и листьев рождается благородная, опрятная форма. Щёлкая ножницами он чувствовал себя творцом, человеком создающим нечто прекрасное. И в конце концов надо же чем-то заниматься, когда дела совсем плохи.

За один день он потерял двух своих лучших людей. И если верному дураку Владимиру ещё можно было как-то помочь, то Сергея ему уже никто не вернёт. А всё этот Александр. И откуда он вообще появился? Казалось народный мститель появился из ниоткуда. О таком госте не сообщали ни старые друзья, ни коллеги из Москвы. Наверно не встреть он его в тот вечер на полупустом перроне, то и не узнать ему было такого противника, практически в одиночку разрушившего многолетнюю практику.

Сзади хрустнула ветка.

Он обернулся, ожидая увидеть садовника или быть может повара, но это был не слуга.

За спиной, метрах в трёх, стоял Саша. Стоял, пряча руки в карманах куртки. Утреннее солнце просвечивая сквозь остриженный орешник бросало на его хмурое лицо пёструю тень, создавая иллюзию камуфляжа.

Савелий вцепился в перекладину. Старое сердце ёкнуло, сбившись с привычного ритма. Как он попал сюда? Как его пропустила охрана? Вооружен ли вторженец и успеет ли он, Савелий, позвать на помощь? Последний вопрос волновал его больше других. Но показывать слабость даже перед таким врагом было бы опрометчиво.

Он попытался взять себя в руки. Заставил себя улыбнуться, натягивая привычную ласковую старческую маску.

— Здравствуй, Сашенька. Рад тебя видеть целым и здоровым. А расскажи старику: что ты здесь делаешь?

— Я? — молодой человек не изменился в лице. — Да вот пришел исправить некоторые исторические неточности.

— Да какие у нас могут быть неточности? Я ведь ещё твоего отца знал. Хороший был человек... Настоящий. Он никогда не мстил. Никому. Жил только настоящим. Пока не умер. Царствие ему небесное. Я вот тоже мстить не люблю. Кто знает — подтвердит.

— Ну конечно. Вот и первая неточность. Мой отец жив. И уж точно не твоими молитвами.

— Жив? Ну слава богу. Врали значит…

— А вот и вторая неточность. Мстить ты любишь. За это и поплатишься.

— Помогите! — закричал Савелий, видя, как Саша направляется к нему.

— Никто не придёт. — сказал он. — Ты это и сам знаешь. Прими смерть с честью!

Савелий упал, пытаясь отползти подальше, но не смог. Он открыл рот в немом крике. Глаза его расширились, сердце ёкнуло во второй раз, в груди заболело, непривычно, страшно и одиноко. Его будто пронзали тысячи маленьких иголок. Лицу вдруг стало очень холодно. Он хотел что-то сказать, спросить, может начать искренне молить прощение, но вместо этого схватился за грудь.

Перед глазами потемнело, душу обдало ветром и последним, что услышал старый вор стало чье-то гнусавое пение и незнакомый голос, громко сказавший: — «Его роль исполнена…».

Саша присел на корточки, прижал два пальца к холодной шее. Подержал, зачем-то проверяя наличие пульса. То, что дед умер было понятно и без экспертизы. Бросив это бесполезное занятие убрал руку, поднял голову и посмотрел в небо — высокое, весеннее, полное облаков и несбывшихся желаний и надежд каждого жителя этого города, области, страны.

Там, в вышине, медленно парил одинокий орел, да мерцали ещё различимые редкие звезды. И ничего больше не происходило.

***

На стадионе города Камышев было непривычно много народу. Обычно такая толпа собиралась либо во времена волнений, либо и что происходило гораздо чаще — на концерт. Вот и сейчас причина была благоприятная. Играла местная группа «Картонный дом». Играла умело и толпа колыхалась в такт бойкому ритму, не слишком буйно, но с душой. По периметру сцены висели гирлянды и красные флажки, воздух благоухал недавно скошенной под машинку травой, дымом от многочисленно натыканных где-то за кортом шашлычных и шаурмечных, а на губах чувствовался терпко-кислый вкус дешёвого сидра мерно качающегося в пластиковых стаканчиках, которые молниеносно разносили по всему концерту активные лавочники.

В отдалении от самой давки, там, где людей было поменьше, стояли, держась за руки Коля и Аля. Есенин всё ещё заметно прихрамывал, а на скуле желтела заметная но уже заживающая гематома однако на его весёлом настроении это совсем не сказывалось. И его девушка в этом ему нисколько не уступала.

— Доволен, что наконец на улицу вышел? — спросила с усмешкой она.

— Не то слово. Знаешь, как трудно мне было сидеть неделю в четырех стенах. Ни выйти, ни с людьми поговорить. Если ты не ты…

— И если бы не ты… — Аля лукаво толкнула его плечом. Коля охнул, но не обиделся.

Тут в топе началось какое-то движение. Коля осмотрелся в поисках причины. Ловко обходя танцующих и размахивающих пивом людей, к ним двигался Горелов. Сегодня он был без фуражки, в одной лишь белой рубахе, но с, как всегда, топырящимися усиками.

— Живы-здоровы? — спросил он, останавливаясь перед ними.

— Не жалуемся. А вы как? — отметил Коля. — Не сильно за свое геройство по шапке получили?

— рамки закона нарушены не были. И совесть моя теперь спокойна. —уверенно улыбнулся Горелов. — Но речь сейчас не обо мне, а о вас, дорогой мой свидетель. Вот… — он вытащил из внутреннего кармана сложенный лист бумаги. — Держи, Есенин. Справка. Все обвинения с тебя сняты. Выезжать из города не запрещено, дышать свободно — разрешено. Подпись районного прокурора, печать… И моя благодарность.

Коля выпустил руку Али, взял справку, развернул. Прочитал раз, другой. И улыбнулся — широко, по-настоящему, впервые за много дней.

— Спасибо, — сказал он Горелову. Пробежав освобождающий его текст, он свернул листок, спрятав в карман куртки. — Ну как там дело вообще-то? Одессу похоронили уже?

— Ой, тьфу на тебя. — Горелов махнул рукой. — И не напоминай мне об этом геморрое. Дело закрыто и будет. Главный гад от правосудия, конечно, ушел, но зато вся оставшаяся банда сядет. А старика, видать, кто-то сверху забрал за злодеяния. Но это уже метафизика.

— А нас не посадят за компанию? — спросила Аля.

Опер расхохотался:

— Вас, молодёжь, вообще сажать нельзя. Вы — единственное, что тут ещё не развалилось! — он поправил воротник. — Дадите показания, составим акт. А так вопросов к вам больше нет. Самооборона и действия по обстоятельствам. Всё как по книжке. Ладно, бывайте. Мне ещё бумажки подшивать.

— Спасибо вам, товарищ лейтенант.

— Не за что, — буркнул Горелов. Развернулся и пошёл прочь, расталкивая толпу плечами. Его узнавали, здоровались, предлагали остаться или выпить, но страж порядка не поддавался и, вежливо откланявшись со всеми, покинул концерт. Через несколько шагов, когда его уже почти скрыли спины и гирлянды, он тихо, почти про себя, пробормотал:

— Писатели, блин…

Коля и Аля переглянулись. Аля фыркнула. А Коля обнял её за плечи, поправив портфель, в кармане которого лежали два билета на Москву. Они оба повернулись обратно к сцене, где гитарист наконец попал в нужный аккорд, и толпа весело выдохнула вместе с вновь поднявшейся над площадью музыкой.

Конец книги.