Петушиная Неприкосновенность

Глава 1

Всё началось с тревожного сообщения от беса из отдела контроля.

«Эйфель, — писал он заглавными буквами, — беда. Один ангелоид из дворцового окружения украл вагон лигулы. Теперь будут проверять всех правящих. Тебя тоже. Готовься».

Эйфель похолодел. Щупальца обвили табурет. Украсть вагон лигулы — это не картошку на рынке стырить. Это высшая мера — о-го-го! И если начнут искать крайних, то под раздачу попадут все бесы пятого ранга.

— Запрещаю себе паниковать, — сказал Эйфель, но паника не прошла.

На следующий день пришла официальная бумага в конверте: «В связи с хищением особо крупной партии лигулы, всем рептилоидам, имеющим доступ к складам, надлежит пройти внеплановую проверку. Явка обязательна. При себе иметь документы, подтверждающие законность происхождения всего имущества».

Эйфель перечитал и понял: его ломбард, сапоги, вывески, петух — всё могут принять за краденое. Даже картошку, которую он съел.

— Что делать? — спросил Эйфель у петуха скорее для вида. Птица сидела на холодильнике и нагло таращилась.

Петух закукарекал. Эйфель вдруг вспомнил две вещи: у петуха есть водительские права, и по закону это петух держит его, а не наоборот.

— А если… — начал бес и быстро набросал план.

К утру Эйфель написал в Управление ответ: «Я, Мастер Эйфель, не являюсь самостоятельным субъектом. Я — доверенное лицо и транспортное средство петуха Кукарекса. Все мои действия совершаются под его телепатическим контролем. Соответственно, и проверять надо не меня, а его. А петух, согласно кодексу о тотемной символике, является дальнейшим родственником анунака и обладает дипломатической неприкосновенностью».

Ответ пришёл через час: «Ждите комиссию».

Комиссия нагрянула через два дня. Оперативно. Пять ангелоидов, три беса, два гадюки и один важный тип в золотом сюртуке — как позже выяснилось, местный мэр района (или тот, кто им притворялся).

— Где петух? — спросил мэр, похлопывая крыльями, словно стараясь самому быть важнее петуха.

— Вот, — Эйфель указал на холодильник. Петух сидел, чистил перья и делал вид, что ему всё равно.

— Обычная птица, — мэр усмехнулся. — Никакой не родственник анунака. Вы вводите нас в заблуждение, мастер Эйфель. За это полагается…

Но мэр не договорил. Потому что в этот момент петух спрыгнул с холодильника, подошёл к мэру и клюнул его в ботинок.

— Видите? — спокойно сказал Эйфель. — Он защищает свою территорию. Так ведёт себя только высшая знать. А у вас есть справка о происхождении?

Мэр побагровел. Он вытащил планшет и начал зачитывать обвинительную речь, игнорируя петуха:

— Эйфель, бес пятого ранга, обвиняется в мошенничестве, симуляции телепатического управления и оскорблении тотемных символов. Птица подлежит изъятию. Вы — аресту.

А потом случилось неожиданное для мэра:

Мэр, делая шаг вперёд, наступил на банановую кожуру. Кожура лежала на полу — Эйфель утром съел банан, забыл убрать — это тебе не картофельная кожура, идущая на корм высшему начальству — петуху. Мэр поскользнулся, взмахнул руками, планшет вылетел, и важный тип рухнул навзничь, задницей прямо в кастрюлю с холодной картошкой.

— А-а-а! — заорал он, и в этот момент из кармана его сюртука вывалилась пачка документов, перетянутых резинкой для волос.

Ангелоид из комиссии поднял один лист и побледнел.

— Это… это накладные на украденную лигулу. Те самые… Вы — мошенник?

Мэр — вернее, тот, кто притворялся мэром — замер.

Лицо его поплыло, маска ангелоида сползла, обнажив чужую физиономию. Это был двойник, настоящий вор, чтобы отвести подозрения и свалить все на мэра района.

— Схватить его! — скомандовал бес из отдела контроля.

Актёра скрутили. Комиссия переглянулась. Петух гордо прошёлся по подвалу, распушив хвост.

— Падение… это была магия? — поинтересовался ангелоид.

— Конечно, — серьёзно кивнул Эйфель, хотя сам не знал и был просто рад, что все закончилось. — Петух Кукарекс обладает даром телекинеза. Вы только что видели его в действии. Банановая кожура — лишь инструмент. Истинная сила — в птице.

Никто не посмел возражать. Падение актёра, совпавшее с обнаружением улик, сочли достаточным доказательством.

Петуху объявили благодарность. Эйфеля назначили официальным доверенным лицом Кукарекса с правом голоса и подписи. Вору-актёру — предъявили обвинения, а настоящему мэру — извинения.

Довольный Эйфель сидел на крыльце, гладил петуха и пересчитывал премию — 1500 фрэйкелей «за содействие в раскрытии хищения».

— Слышал? — Похвастался бес. — Ты теперь не просто телепат. Ты — магическая птица, родственник анунака и борец с преступностью.

Петух закукарекал и клюнул картофелину. Не понравилось. Он требовал кожуру.

— Правящий класс, — вздохнул Эйфель, послушно чистя картошку. — Теперь не я правлю, и даже не ангелоиды. Правят те, у кого есть перья и клюв. Кто кукарекает громче. И у кого есть неприкосновенность.