Отравленные растением

Глава 1

Город Волжский.

Волгоградская область.

2008 год.

Звонок посреди ночи заставил с тяжестью открыть глаза. Якушев Олег, медленно перевернулся в кровати. Часы на журнальном столике показывают 2:15. Телефон разрывается вибрациями рядом с подушкой.

— Кто? — хрипит Якушев, не глядя на дисплей. В ответ незнакомый голос, представляется сотрудником полиции. Обращается к Олегу напрямую, по имени и отчеству. Просит приехать по указанному в СМС оповещении адресу.

— Скоро буду.

Он откидывает телефон в сторону, растирает глаза. Давно не было ночных подъёмов. Якушева не вызывают на бытовые преступления несколько лет. С того момента, как он вышел на след преступника по прозвищу Лицедей, карьера резко поменялась. Теперь в руки Якушева попадали дела, в которых прослеживался мистический след. Скептицизм и молодой для детектива возраст не давали разуму открыться полностью перед неизведанным. Якушев искал во всём человеческий фактор, игнорируя даже яркие доказательства потустороннего. Поверить в это не просто сложно, для начала необходимо отвергнуть все свои знания, пересмотреть жизнь с иной стороны. Изнанка мира так сильно выбивается за привычное понимание, что её легче игнорировать, чем дать себе возможность поверить.

Якушев быстро одевается и выходит на улицу. Сырая, пасмурная погода закрывает свинцовыми облаками небо. Глубокая ночь полностью лишена звёзд, только уличные фонари освещают город.

Дорога занимает минут двадцать, Якушев петляет по лабиринтам старых дворов, пока не замечает полицейский автомобиль. Проблесковые маячки окрашивают фасад трёхэтажного многоквартирного дома в синий и красный цвета. Возле машины двое патрульных и несколько гражданских. Все смотрят на прибывшего детектива. Якушев тяжело выходит из машины, но затем быстрым шагом направляется к патрульным.

— Здравия желаю, — произносит первый патрульный, — квартира номер семнадцать на втором этаже.

— Что они тут делают? — Якушев кивает в сторону гражданских.

— Не могу знать, видимо, мы их разбудили. Задают вопросы, уходить не собираются.

— Бояться, — поясняет второй патрульный.

— Чего бояться? — спрашивает Якушев.

— Возвращаться в дом. Мы приезжаем по этому адресу уже не первый раз. Квартира семнадцать, что-то с ней не так.

— Разберёмся, — утвердительно отвечает Якушев.

Он заходит в подъезд, поднимается на второй этаж. На лестничной площадке рядом с открытой дверью ещё двое в форме. Вид у них взволнованный.

— Здравия желаю, — начинает мужчина лет сорока, — поступил звонок от соседей час назад. Они жаловались на сильный запах, исходящий из квартиры. Да вы и сами можете его ощутить.

Якушев кивает, да, он слышит тошнотворный запах, но поначалу не придал ему значения. Олегу доводилось бывать в квартирах, превращённых в настоящий хлев. Горы мусора, дохлые домашние животные, покойники, пролежавшие несколько недель в собственных кроватях, — ему это знакомо.

Патрульный протягивает Якушеву носовой платок.

— Всё настолько серьёзно? — удивляется Олег

— Возьмите, понадобится.

Якушев, берёт платок, заходит в однокомнатную квартиру. Зловонный запах выдавал давность случившегося.

Здесь нет мебели. Отсутствовали обои и напольное покрытие. Помещение выкрашено в белую побелку. Комната в центре разделена полиэтиленовой завесой. Единственное окно заклеено плёнкой. Освещая себе путь светом телефонного фонарика, Якушев отодвинул полиэтилен, полностью сдвигая его к стене. Он несколько секунд смотрел на открывшуюся картину, ощущая, как холодеет от ужаса. Чёрная дыра диаметром в полтора метра. Её края напоминают жуткую, гниющую рану. Она выпуклая, словно холм. Чёрные сосуды разбегаются во все стороны. Из чрева дыры произрастают кривые, почти уродливые корни, они заполняли собой пространство и расползались по стене. На корнях шипы, они не древесные, а костные. Олег приблизился к одному из отростков, замечая, что корни постоянно шевелятся. Движение еле уловимое, но игра теней выдаёт их.

Вся стена заполнена этим чудовищным, чёрным наростом. Якушев смотрел на образование, словно на живой организм. Ему казалось, что он слышит его дыхание. И оно смотрело на него в ответ, чернотой, проросшей сквозь стену панельного дома.

В тот же момент весь скептицизм обрушился, словно карточный домик. Неверие в потусторонние силы отступило перед лицом жуткой реальности. Разросшееся образование не могло быть результатом природных или каких-либо иных, известных человеку явлений. Само его существование выходило за рамки любых пониманий.

Якушев вышел из комнаты, прислонившись спиной к стене. Он ощутил, как по щеке пробежала капля пота. Это его первое столкновение с неизведанным, полностью игнорирующим здравый смысл.

2024 год.

— Здравый смысл, а что это?

Якушев в кабинете обшитым деревом. Богатое убранство, кожаная мебель, большой письменный стол, во главе которого мужчина тридцати лет. На нём дорогой костюм, волосы уложены набок. Вид деловой и в то же время дружеский. Якушев знает его всего два месяца. Они встречаются раз в две недели, и этот человек ковыряется в голове Якушева. Делает это старательно, осознавая, кто его пациент, но в то же время и сам пытается проникнуть в глубины неизведанного. Зовут его Светличный Павел Константинович.

— Здравый смысл, — Светличный откидывается в кресле, — сочетание всех факторов, отвечающих за разумное мышление. Начиная от простого понимания мира и заканчивая умением определить, что реальность, а что вымысел.

— А какова она, реальность?

Якушев смотрит в потолок, а не на своего собеседника. Порой кажется, что это Павел на приёме у Якушева. Олег иногда переводит разговор в иное русло, задавая психологу слишком много вопросов. Но Павел охотно отвечает на них, порой сам задумываясь над словами пациента.

— Реальность многогранна, — отвечает психолог, — но порой, некоторые из этих граней, легко спутать с вымыслом. Они словно преломляются, как это делает поток света, проходя сквозь искажённую призму. Свет, остаётся светом, как и реальность, остаётся всегда собой. Но иногда нам хочется верить, что перед нами проявление иного мира. Мы так сильно хотим в это верить, что согласны принять любую фантазию.

Якушев поворачивается в сторону своего собеседника.

— Что самое невероятное в своей жизни видели вы? — спрашивает Якушев.

— Мой жизненный опыт связан с людьми, верящими в происхождение иной стороны мира.

— Таких как я, — поясняет Якушев.

— Да, таких как вы. Стены этого кабинета слышали много невероятных историй. Но все они вызывают множество вопросов и сомнений. Вы пережили сильный эмоциональный стресс. Я бы даже сказал целую цепочку стрессов. — Павел опускает взгляд в записи. — Не так давно вы побывали в больнице после того, как посетили северный полюс.

— Было дело, — согласился Якушев, вновь уставившись в потолок.

— Затем неделя в психоневрологическом диспансере в Карелии, куда попали после отравления природными газами в пещерах горы Кошкулак. И, конечно же, оказались в центре эпидемии, разыгравшейся в Безродном. После этого события, мне пришлось долгое время работать с местными жителями. Многие из них до сих пор говорят про вселившихся в них демонов. Демоны в них вселились, а затем столь же успешно ушли.

— А как вы думаете, что это было?

— В Безродном? — уточнил Светличный, — вирус. Это уже доказано вирусологами и озвучено правительственными органами. Вирус, который удалось победить на ранней стадии. И вы, Олег, знаете это.

Якушев сел на край кушетки. Программа реабилитации сильно его раздражала. В управлении решили, что ему нужна психологическая помощь после того, как на их стол легли рекомендации от Кирилла Жданова, директора доллгауза в который Якушева поместили после посещения тайных гротов. Олег понимал, его личное расследование, проведённое в тайге, могло вызвать недовольство в управлении НСК. Теперь они хотят покопаться в его голове и узнать, что же скрывает самый засекреченный сотрудник.

— И ещё я знаю, что нахожусь в вашем кабинете не по собственной воле, — Якушев поднялся на ноги, посмотрев на часы. До конца приёма осталось несколько минут. — Рад, что мы выслушали друг друга, но ничего нового не узнали.

— Всему своё время, — улыбнулся в ответ Павел.

— Зайду к вам через несколько дней, — пообещал Якушев.

Он вышел из офисного здания, плотно запахнув плащ. Снег шёл с самого утра, погружая город в белые тона. Серые тучи затянули небо, но не испортили этот день. Олег даже на мгновение пожалел, что приехал на приём в своей машине. Ему захотелось пройтись по городу, подышать морозным воздухом. Он кинул взгляд на припаркованный седан, засунул руки в карманы плаща и не спеша побрёл по тротуару. Мимо проходили люди, загруженные сумками с подарками. До новогодних праздников оставались считаные недели. Безродный сумел оправиться после потрясения. Жители, словно позабыли о недавней изоляции. Они вернулись в привычное русло, похоронив воспоминания вместе с десятками своих жителей.

Якушеву нравилось, что жизнь способна пробивать себе путь даже сквозь самые мрачные события.

***

Невероятно резкий, тошнотворный запах, заставил вынырнуть из сна. Борис Ермолов перевернулся в кровати и сполз на пол. Тошнота подступила к горлу так сильно, что пришлось закрыть рот ладонью. Он задержал дыхание, выпучив глаза. Нужно переждать рвотный позыв, но, кажется, не получиться. Спотыкаясь, Борис поспешил из спальной комнаты, чудом успев добежать до уборной. Его вырвало несколько раз. Затем он сполз по стене на пол и, вытирая рот тыльной стороной ладони, тяжело набрал в лёгкие воздух.

Что это было? Что за запах такой? Два дня назад Ермолов уже улавливал какую-то вонь в своей квартире. Он походил по комнатам, принюхиваясь и не обнаружив источника, проветрил все помещения. Но сегодня волна, пойманная обонянием, оказалась слишком резкой.

Он прошёл в ванную, умылся, вытер лицо полотенцем и вернулся в спальную. Запах не исчез, но уже не был столь резким. Павел обошёл всю комнату, проверил углы. Может быть, после наступления холодов в квартиру пробралась мышь и сдохла среди мебели? Теперь её тушка гниёт, притягивая к себе паразитов, а ему приходится вдыхать этот смрад. Завтра нужно обязательно вызвать дезинфекторов, но для начала он найдёт источник.

Первые полчаса Павел двигал мебель. Он отодвинул даже шкаф, но за ним ничего не оказалось. Постепенно мужчина пришёл к выводу, что больше всего зловония исходит от кровати. Это наиболее сильно взбудоражило его. Неужели грызун помер прямо у него под матрасом?

Ермолов скинул бельё, перевернул матрас. Ничего. Но запах оставался. Тогда он поднял взгляд на ковёр, висевший на стене. Старый, слегка пошарпанный, когда-то он лежал на полу, но с наступлением холодов Павел перевесил его на стену. Таким образом, он хотел слегка утеплить помещение. Это было всего три месяца назад, и за это время под ковром вряд ли что-то могло произойти, но проверить необходимо.

Павел забрался на стул и начал снимать ковёр с крюков, когда последний был отцеплен, ковёр упал на пол с гулким стуком, открыв стену и в самом центре чёрное пятно. Оно было небольших размеров, диаметром сантиметров двадцать. Походило на чёрную плесень, равномерно расползавшуюся в стороны.

Ермолов приблизился к странному образованию, оно словно прогрызло обои. Бумага отслоилась вокруг пятна, потеряв свои цвета. И главное, запах, он исходил от плесени. Но при более детальном рассмотрении, Павел увидел в центре образования дырку. Величиной с монету, но она словно проходила сквозь стену.

В эту ночь Ермолов предпочёл досыпать в гостиной. Он лёг на диван, укрывшись пледом и долгое время, смотрел в сторону окна. Ему не хотелось спать, ночное приключение не выходит из головы. Перед глазами стоит это чёрное, заплесневелое пятно. Оно кажется мерзким, хотя в нём нет ничего сверхъестественного. По всей видимости, стена промокла и теперь нуждалась в срочной обработке.

Закрыв глаза, Павел подумал о соседней квартире. Кажется, она сдавалась внаём, но пока что в ней никто не поселился. Завтра утром он обязательно найдёт хозяина квартиры и попросит его осмотреть стену со своей стороны. Дезинсектор обязан будет обработать плесень в обеих квартирах, и тогда зловонии придёт конец.

Утром ему никто не открыл. Ермолов стучался в соседскую дверь, после чего поспешил на работу. Уже в автобусе, он нашёл в интернете специалиста по устранению плесневелых пятен и договорился о встрече. Вечером, вернувшись домой, Ермолов пожалел, что не оставил на день открытым окно. Он шагнул в коридор и тут же выскочил в подъезд. Зловония собралась во всей квартире, превратившись в невыносимую вонь.

К моменту прихода дезинсектора, Павел сумел проветрить комнаты, хотя запах остался.

— Ещё небольшое пятно, — констатировал молодой мужчина лет тридцати. Он сжимал в руках сумку, набитую химическими препаратами.

— Избавиться от этой гадости можно?

— Придётся провести не одну обработку, но у меня жалоб нет. Всё сделаем на самом высоком уровне. Гарантия.

Дезинсектор поставил сумку, вынул из неё противогаз и комбинезон белого цвета.

— Обработка займёт полчаса, затем в квартиру нельзя заходить в течение пяти часов. После проветрите помещение и будете наблюдать, как плесень исчезает из вашей квартиры.

— Очень на это надеюсь.

Павел вышел в подъезд и вновь принялся стучать в соседнюю дверь. По всей видимости, хозяева до сих пор не сдали квартиру в аренду.

Он покопался в телефонном справочнике. Кажется, где-то был их номер. А вот и он.

Ермолов вышел на улицу слушая гудки. Ему никто не ответил.

Он отключил телефон, осмотрев двор. Уличные фонари разрезали жёлтым свечением сгущающиеся сумерки. Придётся целых пять часов провести на улице. Хорошо, что завтра выходной и возможно в ближайшем баре удастся скоротать время.

Дезинсектор вышел на улицу спустя двадцать минут. Он закинул вещи в машину, взял деньги, обменяв их на договор и пообещав позвонить через три дня, уехал. Павел, убрал договор во внутренний карман куртки и, насвистывая, побрёл в сторону ближайшего бара. В конце концов всё и не так уж плохо.

2008 год

С момента посещения Якушевым квартиры с гниющим наростом во всю стену, прошла неделя. Олег не находил себе места, поскольку помещение полностью изолировали, а жителей трёхэтажки попросили покинуть свои квартиры. Официально дом признали аварийным и опасным для проживания. Всех переселили на время в местную гостиницу, пообещав в самые короткие сроки решить вопрос с жильём. Дом оцепили, поставили несколько полицейский на круглосуточное наблюдение. Но главное, самого Якушева тоже изолировали от этого дела. Он не мог получить никакой информации о происходящем. Это сильно обескураживало, поскольку неизвестность заставляла строить самые нелепые предположения. Скептицизм Якушева в эти дни подвергался самым жестоким испытаниям. Разум бился с логикой, пытаясь найти решение. Но отсутствие какой-либо информации заставляло строить собственные предположения. Единственное свидетельство, которое у него осталось, цифровой снимок, сделанный на дешёвый мобильный телефон.

— Так себе, качество, — подметил Якушев, сбросив фотоснимок с телефона на компьютер.

Чёрное образование во всю стену, теперь на его мониторе. Плохое качество заставило крупные пиксели почти полностью исказить изображение, но общая картина в целом сохранилась.

Неделя полного бездействия казалась настоящим испытанием. Попутно Якушев продолжал вести другие дела, но каждый раз возвращался к уродливому образованию на стене. И когда уже отчаянье полностью овладело им, на стационарный, рабочий телефон поступил звонок.

— Детектив Якушев слушает, — поговорил Олег, не сводя взгляда с монитора.

В ответ знакомый голос полковника Старкова, потребовал от Якушева срочно подняться в кабинет начальства.

В кабинете кроме самого Старкова, ещё двое мужчин. Одеты в гражданскую одежду, только это были строгие чёрные костюмы. Выправка и умение держать себя выдавали в них военных или, может быть даже представителей спецслужб.

— А вот и наше молодое дарование, — представил Якушева полковник, — Олег Якушев, тот самый, что смог вычислить Лицедея.

— Хорошая работа, капитан, — похвалил один из незнакомцев, поднявшись со стула. Мужчина протянул Якушеву руку, — майор Верещагин и мой коллега, Крапивин.

— Вы из какого департамента? — поинтересовался Якушев, присаживаясь напротив коллег.

— Это пока не имеет отношения к нашему делу, — вмешался полковник.

— Так точно, — согласил Якушев.

— Мы наблюдаем за вашими расследованиями, — продолжил Верещагин, — особенно нам понравилось, как вы сумели вывести на чистую воду бывшего сотрудника правоохранительных органов, распознав в нём серийного убийцу. Дело под номером сто двадцать восемь.

— Это вышло случайно, — ответил Якушев, — новая череда похищений вывела меня на предполагаемого преступника.

— Хорошая ищейка всегда возьмёт след, даже спустя годы, — подбодрил Якушева Верещагин. — Не сомневайтесь, ваш труд был замечен. Теперь мы хотим, чтобы вы поработали под нашим началом. Хотим выяснить, насколько вы хорош в своём деле. Полковник Старков, говорит о вашем чутье и умении видеть то, что ускользает от глаз остальных детективов.

— Боюсь, мой труд слегка переоценён, — смутился Олег.

— Не скромничайте, — вмешался полковник, — это хороший шанс проявить себя. Тем более дело, которое вам хотят доверить, вам уже знакомо.

— Квартира семнадцать, — дополнил Верещагин, и Якушев ощутил, как по всему телу прошла дрожь. — Вы ведь хотите узнать, что это было. Не зря же рассматриваете снимок образования каждую свободную минуту.

Олег растерянным взглядом окинул собравшихся.

— Не беспокойтесь на этот счёт, ведь с вашей стороны утечки информации не произошло. Вы умеете хранить секреты. Подобное качество пригодится во время дальнейшей работы. А теперь к делу.

Верещагин раскрыл папку с фотоснимками. Их качество на самом высоком уровне. Детализация образования давала возможность осмотреть объект. Гнойный нарост с прорастающими из центра стволами дерева, вызывал отталкивающие чувство. Ничто в этом организме не могло притянуть человеческий взгляд. Оно словно из другого мира: отвратительное и живое.

— В чём моя задача? — поинтересовался Якушев, перебирая снимки.

— Найти того, кто всё это устроил, — ответил Верещагин, — мы выяснили, что стало причиной появления образования. К тому же выяснили, что оно появилось не само собой.

— Кто-то специально создал его? — Якушев поднял взгляд на собеседника.

— Всё сходится именно к этому.

— Вы сказали, что выяснили причину появления образования, — напомнил Якушев.

— Это вы должны увидеть сами. С сегодняшнего дня вы освобождаетесь от всех обязанностей. Ваши дела передадут другому детективу. Теперь это задание в приоритете.

2024 год.

Помогла ли обработка дезинсектором или нет, сказать трудно. Ермолов смотрел на чёрное пятно в стене, скрестив руки на груди. Вонь от использованных ядов уже выветрилась, но само пятно словно стало больше. Или может быть, Борису это кажется. Но он сделал всё, что мог, теперь осталось только наблюдать.

Он перенёс все вещи в зал, больше не желая спать в одном помещении с развивающейся плесенью. Придётся на время плотно закрыть дверь в спальную и отставить открытым окно. Морозный воздух может попортить обои и мебель, но зато устранит вонь гниения.

Так он и сделал, перед тем как отправиться спать. Постелив на диване, Ермолов какое-то время смотрел в темноту комнаты.

Дверь в спальную оставалась в поле зрения. Уличные фонари тускло освещали помещение не только гостиной, но и спальной. Тонкая полоска света пробивалась из-под двери желтоватым свечением.

Борис ощутил накатывающую сонливость. Он плавно погружался в дремоту, подумав, что если пятно не исчезнет, то тогда придётся обращаться в жилищно-коммунальное хозяйство. Возможно, всё дело в стенах здания. Может быть, при постройке использовали некачественные материалы, которые с годами подверглись гниению. Если это предположение окажется верным, то тогда придётся проверить и другие квартиры. Во всяком случае, это будет уже не его забота. Всё это он обдумает завтра, а сейчас... Ермолов приоткрыл глаза, глядя на дверь и тонкую полоску света под ней.

А сейчас он будет спать.

Вскоре его разбудил странный звук, не сильный, но достаточный, чтобы вырвать из дремоты. Ермолов посмотрела на часы, ему удалось провалиться в сон всего на четверть часа. Он привстал на кровати оглядываясь. Может быть, кто-то из соседей шумел, но на часах два часа ночи.

Борис поднялся и, шаркая тапочкам по полу, направился в уборную. Теперь сон сломан, но это не проблема, завтра выходной и можно с утра провести больше времени в кровати. Такая перспектива вполне устраивала, и когда Борис вернулся в комнату, ощутил, как по полу скользит холодный поток воздуха. Сквозняк, созданный благодаря открытому окну, нёс с собой лёгкий запах затхлости. Всё же эта плесень не выветрилась. Яды, возможно, и подействовали на тёмное пятно, но не уничтожили его с первого раза. Это вызывало лёгкое разочарование.

Он лёг на диван, глядя в сторону двери. Взгляд скользнул по тоненькой полоске света, и оказалось, что она не вся. Словно что-то препятствовало её проникновению. Лёгкая тень скользнула по полу, преломляя свет, скрывшись из виду.

Борис привстал, ощутив ком, подступивший к горлу. Что-то находилось в спальной. Что-то живое. Он видел движение, но не услышал ни единого звука. Ермолов выскользнул из-под одеяла и приблизился к двери. Прильнул к ней прислушиваясь. Тишина. Надавив на ручку двери, он резко вошёл в комнату, на ходу включая свет. Холод, царящий в помещении, заставил сбиться дыхание, распахнутые створки впускали вместе с морозным воздухом клубы снежинок, таящих на полу. Взгляд Ермолова привлекло в первую очередь пятно на стене. Теперь он мог с полной уверенностью сказать, что оно увеличилось размерах. Стало более выпуклым, а из самого центра появился отросток: длинный и очень тонкий, он тянулся к центру комнаты, слегка закручиваясь в спираль.

Ермолов сделал шаг по направлению к наросту, когда услышал шипение за спиной. Обернувшись, обнаружил возле противоположной стены уличного кота. Животное забралось в открытое окно в поисках тёплого уголка. Но теперь дворовый кот не смотрел на Ермолова, его взгляд зелёных глаз направлен в сторону нароста, при этом животное словно испытывало страх. Шерсть на его загривке вздыбилась, когти впивались в напольное покрытие, а из приоткрытой пасти доносилось глухое, протяжное мяуканье.

Ермолов перевёл взгляд с непрошенного гостя на стену, впервые ощутив, как сильно пугает тёмное образование. Яд, словно и не подействовал на его развитие. Сделав шаг ближе, Ермолов присмотрелся к отростку. Он похож на растение, но подверженное болезни. Отросток нездорового серого цвета с крошечными, чёрными почками, больше похожими на личинки паразитов.

— Что это такое? — прошептал Борис, не решаясь даже прикоснуться к отростку.

Он повернулся в сторону уличного кота. Тот медленно, не сводя взгляда с нароста, продвигался в сторону открытого окна. По всей видимости, бездомное животно предпочло вернуться на улицу, чем оставаться в компании процветающей, чёрной плесени.

— Что ты чувствуешь? — спросил Ермолов у кота, — опасность? Ты боишься этого?

Борис вновь вернулся к наросту. Он решил рассмотреть повнимательней то место, из которого произрастал росток. Что-то должно было давать ему жизнь. Семя прорастает только в благоприятной почве, вот только что это за семя и какая почва ему даёт жизнь?

Росток брал начало из центра плесневелого пятна. Именно там образовалась крошечная дырка, уводящая вглубь стены. Вокруг дырки стали появляться тонкие трещины. Росток, пробивался подобно своим собратьям, способным проложить путь сквозь асфальт, а затем и вовсе разломать его по мере своего роста.

Скривив гримасу отвращения, Борис кончиком пальца дотронулся до ростка, и в тот же момент из дырки в стене брызнуло что-то чёрное. Оно попало на лицо мужчине, заставив его отскочить в сторону.

— Вот блядь! — Борис схватился за лицо, размазывая по коже чёрную, смолянистую субстанцию. Она оказалась вязкой, словно смола, липла к коже и моментально начала застывать.

Чертыхаясь, он поспешил в ванную, даже не заметив, как дворовый кот одним прыжком преодолел расстояние комнаты и скрылся за открытым окном.

***

Сколько раз они могут ему дать право на ошибку? И ошибался ли Якушев за свою карьеру так, чтобы те, кто наняли его два десятилетия назад, смогли теперь усомниться в его трудоспособности. Может быть, всему виной дела, которые он расследовал? Вся эта чертовщина не могла так просто оставить в покое. Якушева не мучили ночные кошмары, и в определённый момент он сумел найти подход к своей работе. Абстрагировавшись от горя и бессилия людей, становящихся невольными жертвами мистических и ужасающих событий, Якушев шёл по своему пути. Порой он опускался в самые бездонные ямы хаоса и всегда выходил из них, сохранив собственный рассудок. И так продолжалось до тех пор, пока однажды события не затронули его самого. Он никогда и не мог подумать, что придётся встать на место своих жертв. А несанкционированное расследование, которое Олег устроил в тайге, оказалось довольно болезненным для руководителей НСК. Именно поэтому они направили Якушева к психологу, хотят узнать, какие тайны он скрывает и можно ли дальше доверять своему агенту.

Но их мнение мало волновало Якушева. Он продолжал делать то, что считал нужным, и имел полное право на собственное расследование, тем более, если оно касалось его семьи.

По ночам, во снах, он часто возвращался в пещеру горы Кошкулат. И каждый раз находил себя возле подземного озера в гроте с крутящейся над водой железной сферой и телевизором стоявшем на камне. А на экране — изображение Марии, его сестры, повзрослевшей, но не потерявшей проникновенный взгляд. Часто Якушев просыпался, выкрикивая её имя, и это было страшнее любого другого кошмара.

Стук в дверь заставил выпрямиться в кресле. Он тяжело вздохнул, посещение психолога всегда заставляло какое-то время приходить в себя. Якушева тяжело расколоть и заставить говорить, но это не обозначало, что подобные разговоры не пробуждают в нём мучительные воспоминания.

— Зайди, — ответил Олег, и на пороге кабинета появилась Каролина.

Помощница держала в руках блокнот, на её лице лёгкое волнение вперемешку с яркими искрами в глазах.

— Как прошёл приём у психолога?

Якушев махнул рукой.

— Как обычно, ничего нового они от меня не узнали. И вряд ли узнают. Считают, что после того, как я надышался газа в пещерах, моё сознание может повредиться. Ты представляешь? Я заглядывал даже по ту сторону нашего мира и смог сохранить рассудок, но, видимо, НСК считают по-иному.

— У нас появилось новое дело, — продолжила Каролина, — сообщение пришло от Жилина. Он оставил адрес, это в Самаре. Я уже заказала билет на самолёт, отправление сегодня в половине девятого вечера.

Якушев откинулся на спинку кресла, глядя на Каролину.

— А ты как считаешь, я сильно изменился после возвращения с тайги?

— Мне кажется, психолог навязывает вам своё мнение.

Олег взглянул на часы, времени осталось только на сборы и поездку в Волгоградский аэропорт.

В Самару Якушев прилетел поздно вечером. Вызвав такси, он продиктовал нужный адрес, это оказалась городская больница. На месте его встретил главврач. Высокий мужчина, одетый в белый халат, был сильно обеспокоен случившимся. Его сопровождали ещё двое врачей, мужчина и женщина.

— Вы специалист в какой области? — поинтересовался главврач.

— Я детектив, — ответил Якушев.

— Детектив? — удивление отразилось на лицах всех троих работников больницы, — зачем нам прислали детектива? У нас здесь не убийство.

— А что тогда? — поинтересовался Якушев.

Главврач пожал плечами.

— Разрешите мне самому разобраться в этом вопросе. Если окажется, что моё присутствие лишне, я сразу же уеду. А пока проведите меня в палату к пострадавшему.

Палата полностью изолированная от остальных. На ней табличка «карантинная зона». Олегу предложили халат, марлевую повязку и резиновые перчатки. Когда все нормы безопасность были соблюдены Якушев вошёл в палату.

В центре стояла всего одна кровать. На ней мужчина с подключённой капельницей.

— Борис Ермолов, — проговорила старшая медсестра, — поступил два дня назад. Вначале мы решили, что у него на коже химические ожоги. Но мы никогда не видели, чтобы подобные раны имели такое интенсивное развитие. Словно что-то продолжает воздействовать на его организм.

Олег приблизился к пострадавшему. Мужчина тяжело дышал, правая сторона лица полностью покрыта чёрным пигментом. Пигмент походил на плесень, разросшуюся прямо на коже. Под плесенью оказался правый глаз, часть носа и краешек губ. Щека и височная часть полностью скрыты.

Якушев слегка отодвинул одеяла, осматривая шею.

— Это вещество продолжает распространяться, — пояснила старшая медсестра.

— Оно растёт, — подметил Якушев.

— Но разве такое возможно? — спросил главврач, — мы никогда не сталкивались ни с чем подобным. А вы, детектив? Видели подобные вещи?

— Да, — ответил Якушев, — всего один раз в своей жизни.

— И что тогда предприняли врачи?

— Ничего. Похожее образование мы обнаружили на трупах.

Медсестра, тяжело выдохнув приложила руки к груди, не сводя взгляда с пострадавшего.

— Мне срочно нужен адрес, по которому забирали пациента и машина с мигалками.

С этими словами Олег вышел из палаты, снимая маску и перчатки. Нет, это не вирус и не просто чёрная плесень. Это что-то другое, и оно вернулось из далёкого прошлого.

2008 год

Его допустили к месту происшествия, но в этот раз Якушев был готов. Надев респиратор и облачившись в костюм химзащиты, Олег посмотрел на двоих людей, сопровождавших его. Специалист в области судебной медицины и вирусолог. Их имена Олег не знал, мужчины даже не представились, по всей видимости, сохраняли инкогнито.

— Само образование вы уже видели, — пояснил медицинский эксперт, обращаясь к Якушеву, — но мы обнаружили, с чего всё началось.

— Вы нашли его источник? — поинтересовался Якушев, — и что же это?

— Увидите всё сами.

Они поднялись на второй этаж и остановились возле двери с номером семнадцать, но входить не стали, вместо этого Якушеву указали на соседнюю дверь. Квартира оказалась просторной, но полностью пустой. Вместо мебели и обоев, только бетонные стены. Комнат в квартире всего две, и Олег прошёл в дальнюю, одна из стен которой соседствовала с семнадцатой квартирой.

— Постойте, — вирусолог, остановил Якушева, дотронувшись до его плеча, — постарайтесь ни к чему не прикасаться и не наступать на плесень. Это важно. Мы ещё не знаем, с чем имеем дело.

— Я вас понял, — заверил Якушев и толкнул дверь.

Благодаря респиратору он не почувствовал той зловонии, что царила в комнате. Окна, затянутые фольгированной плёнкой, не пропускали свет, но в двух углах комнаты разместили мощные световые приборы, они освещали даже мелкие детали. Олег замер в дверном проходе, на мгновение, лишившись решительности. Он смотрел на стену, в центре которой находились вросшие в бетон тела людей. Скопление рук, ног, туловищ и голов, сконцентрировано в самом центре в полуметре от пола. Тела покрыты чёрной плесенью, буквально въевшейся в плоть.

— Что это? — прошептал Якушев, делая шаг. Яркий свет прожекторов давал возможность рассмотреть, как конечности жертв окутывают длинные ростки. Уродливые растения, обвили собой тела, впиваясь в кожу костными шипами. Казалось, что стебли и плесень состоят из одного природного материала.

В центре комнаты на треноге видеокамера, фиксирующая круглосуточно происходящее.

— Вы пытались выяснить, что это? — спросил Якушев, поворачиваясь к сопровождавшим его экспертам.

— Мы проводим анализ каждый час, — пояснил вирусолог, — если отмотать запись и пересмотреть на быстрой перемотке, то видно, что стебли, понемногу втягивают тела в эту черноту. Они поглощают их словно паразиты.

Якушев сделал ещё один шаг ближе к месту действия.

— Осторожно, — порекомендовал вирусолог, — мы ещё до конца не знаем с чем столкнулись.

Олег присмотрелся к телам людей, заметив, что пальцы на руке одной из жертв медленно сжимаются.

— Они ещё живы?

— Не многие из них, — ответил медицинский эксперт — мы стараемся следить за их жизнедеятельностью, но люди находятся в состоянии глубокой комы. Иначе...

— Что иначе? — Якушев обернулась на собеседника.

— Иначе они бы кричали от боли, — закончил вирусолог. — Их тела в постоянной трансформации. Представьте, что каждого из них пытаются протащить сквозь крошечное отверстие в стене.

Якушев вышел из комнаты, ощущая сильное удушье. На какой-то момент ему показалось, что кислород кончился совсем. Уже в подъезде он стянул с лица респиратор, глотая воздух.

— Это от адреналина, — пояснил вирусолог, выходя следом за Олегом, — шок от увиденного. Но мы пригласили вас не для того, чтобы вы пытались строить предположения о том, как подобное возможно.

— Я понимаю, — ответил Олег, переводя дух, — моё дело найти того, кто всё это устроил и привёз всех этих людей сюда.

— Совершенно, верно, нас интересует исполнитель. Только он может дать ответ на всё, что здесь происходит. И вопрос, как он это сделал, интересует нас ровно на столько же, как и вопрос, зачем.

— Люди, все они должны быть объявленными в розыск их родственниками, — пояснил Якушев, — начнём с этого. Может быть, мне удастся найти связь между ними.

2024 год

Но связь между жертвами Якушев так и не нашёл.

Шестнадцать лет назад им удалось установить пять личностей, при помощи анализа крови. Все жертвы были не знакомы друг с другом, отсутствовали и родственные связи. Никаких совпадений, к тому же несмотря на все попытки виновник не был найден.

Хозяином квартиры, оказался пожилой мужчина, сдавший жилплощадь несколькими месяцами ранее, его впоследствии обнаружили среди жертв. Таким образом преступник замёл следы. Никто не знал, как он выглядит. Всего пара соседей уверяли, что видели человека в балахоне с покрытой капюшоном головой, но он ни с кем ни здоровался и не пытался поддержать разговор. Всегда старался ускользнуть как можно скорее, а из-за редких появлений в квартире, сложилось впечатление, будто арендатор вовсе съехал.

Машина скорой помощи пронеслась через город, мигая проблесковыми маячками. Якушев за это время успел сделать несколько телефонных звонков, в первую очередь он дозвонился до Николая Жилина, ставшего в последнее время его куратором. Объяснил ситуацию и попросил переслать все материалы шестнадцатилетней давности. Жилин пообещал, что менее чем через час документы будут на электронной почте Якушева.

— Высадите меня в квартале от нужного адреса, — попросил Якушев водителя.

Якушев поспешил через тротуар, в сторону арки. Шестнадцать лет назад им не удалось поймать преступника, не удалось разгадать и его мотивы. Разросшееся образование они пытались изучать ещё какое-то время, но вскоре ростки начали увядать. Как только тела людей были высушены, образование погибло. Когда Олег увидел его в последний раз, то оно уже не выглядело таким зловещим. Оно стало тёмным, жирным пятном на стене с торчащими из центра сухими ветками.

Олег уже был в центре арки, когда ему навстречу вышел мужской силуэт. Человек в тёмном, зимнем пальто с высоко поднятым воротом. Голова закрывает капюшон, надвинутый до кончика носа. Незнакомец, не обратив внимание на Якушева, прошёл мимо, но от чего-то Олег остановился и проводил его взглядом. В груди всё сжалось от предчувствия, но хватать человека посреди улицы Олег не собирался. Чёрная одежда и капюшон, ещё не могут быть причиной подозревать незнакомца. Сейчас многие молодые мужчины носят подобные вещи, но Якушев замешкался всего на пару минут, а затем продолжил поиски нужного адреса. Вначале необходимо осмотреть квартиру пострадавшего самому, чтобы убедиться в правильности выстроенных подозрений. Но подозрения рассеялись в тот же момент, как Якушев вошёл в квартиру Бориса Ермолова. Олег ощутил уже знакомый, тошнотворный запах, прошёл в спальную комнату, и тут же перед ним появилось чёрное пятно с тонким ростком в центре гниющей раны.

Затем Якушев вышел в подъезд и остановился возле соседней двери. Прильнул к ней, прислушался. Нажал на звонок, но тот не работал, тогда Олег несколько раз постучал. В ответ тишина. Якушев вынул набор отмычек, выбрал нужную и через пару секунд вскрыл замок. Вынув пистолет, он шагнул в тёмную квартиру. Выставив пистолет, начал осматривать помещения. В одной из комнат мебель, но отсутствовали вещи, словно в квартире уже давно никто не живёт. Окна завешаны тонкими шторами и пропускали скудный свет уличных фонарей. На кухне практически нет посуды, — Якушев заглянул в пустой холодильник, потрогал газовую плиту, она была холодной. Осталось осмотреть последнюю комнату. Набрав в лёгкие воздух, толкнул дверь плечом и погрузился в темноту. Вынув телефон, включил фонарик. Возле стены сидел мужчина, прислонившись к ней спиной. Голова низко свешена, руки вдоль туловища. За спиной, несколько уродливых ростков, они поднимаются примерно на метр и врастают в бетон стены. В глаза сразу же кинулась пульсация, идущая по росткам, словно жидкость, медленно выкачиваемая из тела человека.

— Эй? — прошептал Якушев, обращаясь к мужчине. Опустившись перед ним на колено, проверил пульс, — вы можете со мной говорить?

Кончиками пальцев Якушев приподнял ему подбородок, чтобы рассмотреть лицо. Глаза оказались открытыми, но затянуты белой пеленой. Из ноздрей выглядывали отростки, ещё один пробивался из уголка рта.

Олег осмотрел комнату, больше здесь никого не было, только пустые стены и пол. Вернувшись к двери, он вышел в коридор, вновь набрав номер Николая Жилина.

— Это он, — проговорил Якушев, — без сомнения, всё один в один, как шестнадцать лет назад. Не удивлюсь, если первая жертва и есть хозяин этой квартиры.

— Что собираешься делать? — поинтересовался Жилин, — я могу вызвать тебе на подмогу целую гвардию.

— Нет, — твёрдо уведомил Якушев, — так мы вновь спугнём преступника. По всей видимости, в этот раз мы успели, в квартире только одна жертва. Устрою ему засаду.

— Неплохой вариант, только учти, он нам нужен живым.

Якушев устроился возле окна, заняв позицию незаметную с улицы. Он просматривал двор, изо всех сил борясь с удушливым запахом, царящим в квартире. Но нужно найти в себе силы и потерпеть. Кто знает, сколько подобных образований было создано за последние шестнадцать лет и были ли они до того, как Независимая Служба Контроля обнаружила образование в две тысяча восьмом году. Олег сомневался, что тогда им довелось увидеть самый первый опыт по скармливанию людей дьявольскому наросту.

Ближе к полуночи всякая жизнь во дворе прекратилась. Люди, приехав с работы, оставляли машины на парковочном месте и спустя время выключали свет в своих квартирах. Город медленно погружался в сон, давая право лишь фонарным столбам провожать островками света редких прохожих.

К часу ночи Олег начал разминать плечи. Ему уже давно не доводилось сидеть в засаде. Изнурительное занятие, которое обязывает оставаться начеку. Но не успел Олег испытать первые симптомы сонливости, как в квартире начали появляться звуки. Они доносились из комнаты с прорастающим в стену образованием, были слышны стрекотания, словно в помещении проснулись цикады.

Олег прошёл по тёмному коридору и светом фонарика осветил комнату. Тело мужчины оставалось на прежнем месте. Но уродливые вьюны ещё больше проросли в его теле. Теперь они вылизали и левого уха и, спускаясь вниз по скуле, опоясывали шею, словно удавка. Помочь бедняге не представлялось никакой возможности, Якушев понимал, стоит ему только попытаться высвободить пленника, как тот тут же погибнет. На его теле виднелись серьёзные раны, несовместимые с жизнью, чего стоило только тот росток, что торчал из левого глаза. По всей видимости именно это растение поддерживало жизнь в теле, которое оно воспринимало не иначе как собственный источник пропитания. Они питались его соками, словно вампиры. К тому же звук стрекотания исходил именно от стеблей, на которых прорастали крошечные, похожие на угли цветки.

Замок во входной двери щёлкнул, и Олег, отстранившись от жертвы, отключил телефон. Он пропустил момент, когда преступник вернулся в квартиру. Теперь покинуть комнату не было никакой возможности, пришлось отойти в самый дальний угол и держа пистолет наготове, ждать.

Входная дверь открылась, и кто-то вошёл в коридор. Затем послышался звук тяжёлого падения на пол и стон, больше похожий на мычание.

Входная дверь захлопнулась, вновь шаги, но не в комнату, а в ванную. Скудный свет осветил крошечное помещение, послышался звук воды из-под крана. Олег прошёл по комнате, выглянул в коридор. Возле входной двери лежала связанная по рукам и ногам молодая женщина. Её рот туго затянут скотчем. На лице следы побоев, её похитили без всяких церемоний, возможно, затолкали в машину, где, применяя грубую силу, связали.

Она посмотрела на Якушева испуганными глазами, и Олег, приложив указательный палец к губам, подошёл к двери ванной комнаты. Тёмный силуэт в чёрном пальто, не снимая капюшона, склонился рядом с раковиной и жадно пил воду. Он поглощал жидкость огромными глотками, словно не в состоянии утолить жажду.

— Не двигайся, — приказал Якушев, выставив пистолет перед собой, — ты арестован.

Силуэт медленно выпрямился, приподняв руки вверх. Олег увидел длинные, худые пальцы с почерневшими ногтями. На коже язвы, чёрные, водянистые, похожие на болезнь. Такие же следы остались и на теле Бориса Ермолова. На правой кисти тату в виде круглого символа с песочными часами в центре.

— Медленно повернись ко мне лицом.

— А не испугаешься? — прохрипел голос, — таких как я тебе ещё не доводилось видеть.

— Повернись! — приказал Якушев.

Силуэт медленно развернулся вокруг своей оси, и Олег увидел изуродованное язвами и наростами лицо. Они так обильно распространялись по коже, что местами лишили внешность пропорций. Губы почти полностью высохли, обнажая зубы, кожа на носу ввалилась в пазухи, туго обтягивая хрящ. Зато глаза оставались живыми и подвижными, на исхудавшем теле они казались слишком большими.

— Оу, — усмехнулся незнакомец, — так ты не из пугливых.

— Видел и похуже, — ответил Якушев, — теперь на пол лицом вниз и руки за голову.

Мужчина опустился на колени, не сводя с Олега взгляд. На его изуродованном лице не отображался страх, незнакомец с ухмылкой смотрел на Якушева, но затем его взгляд переместился за спину Олега. Улыбка в этот же момент стала ещё шире, и Олег услышал над самым своим ухом лёгкое стрекотание.

Резко развернувшись, он увидел мужчину, которого посчитал уже давно лишённым всяческих сил. Ростки перемещались по его лицу, царапая кожу, его единственный целый глаз открылся, уставившись на Олега.

— Тяжело дышать, — простонал мужчина, схватив Олега за руку ледяными пальцами.

— Не отпускай его!

Прогремел голос из ванной, и Якушев ощутил, как хватка на его запястье усилилась. Он попытался вырваться, но оказался слабее жертвы. Олег тут же развернулся в сторону преступника, рука, сжимавшая пистолет, была ещё свободной, он направил ствол на преступника.

— Прикажи ему отпустить меня!

— Ты думаешь, что поймал меня, — усмехнулся тот, — нет, ты просто оказался в моём логове.

— Даю последний шанс, — предупредил Якушев, ощущая, как росток начал скользить по руке. Он был холодным и извивался змеёй. Олег машинально переключил взгляд на сжатую руку, увидев, как из-под кожи жертвы на него перебираются ростки. Они цеплялись костными шипами за кожу, подтягиваясь и продолжая свой путь.

— Побори вначале его, — раздался голос, и Якушев понял, что так просто ему выбраться не удастся.

За спиной преступник свободно вышел из ванной. Краем глаза Якушев заметил его силуэт. Он не старался убежать, шёл, не спеша, повернув в комнату.

Якушев со злостью приставив ствол к голове жертвы, процедив сквозь зубы:

— Отпусти.

— Тяжело дышать, — прохрипел в ответ голос, и изо рта полезли ростки, они заставили мужчину запрокинуть голову и начали распространяться по всему лицу, прорывая кожу на щеках и шее.

В тот же момент из коридора донеслись стоны. Преступник не обращая внимание на Якушева, поволок новую жертву в своё логово. Действовать нужно было незамедлительно. Преступник был слишком уверен в своей безнаказанности, его совершенно не смущало присутствие постороннего, он продолжал своё дело с маниакальным рвением. Женщина начала биться в истерике, пытаясь вырваться.

— Чёрт бы вас побрал, — проговорил Олег, но ростки уже начали впиваться в его кожу. Якушев стиснул зубы и выстрелил.

Пуля, пробившая голову, заставила мужчину удариться о стену и сползти на пол. В тот же момент растения, словно сбесились, они начали извиваться подобно змеям и всё ещё тянулись к ногам Якушева. Те, что впились в его кожу, были выдернуты и их кончики покрылись капельками крови Олега.

Он несколько секунд смотрел на тело мужчины, затем уверенным шагом вошёл в комнату. Преступник уже был возле стены, он стоял к ней лицом, упираясь ладонями на поросший чёрной плесенью бетон. Голову туго окутывали ростки, идущие из стены. Они заползали под капюшон со стрекочущим звуком.

Женщина стояла прямо перед ним, упираясь спиной к стене. Она была развязана и рот уже не закрывал скотч.

— Пожалуйста, пожалуйста, — шептала она перепуганным голосом, — не надо.

— Последний раз предупреждаю, — сказал Якушев, подходя ближе. Он ткнул стволом пистолета мужчине в затылок. Но в ответ растения ещё сильнее притянули мужчину к стене, так что он почти прижал своим телом и женщину.

— Нет, — простонала она. Несколько растений скользнули по её рукам.

Стрелять вплотную опасно, пуля могла пройти с такого расстояния сквозь тело преступника и задеть женщину. Якушев обхватил шею мужчины, прижав его к себе, и рванул. Несколько растений оборвались, но ему удалось оттащить своего соперника от жертвы. Женщина тут же ринулась в сторону, срывая с себя чёрные, вьющиеся побеги.

— Ты не сможешь противостоять этому, — прохрипел мужчина. Стебли тянулись от стены под капюшон, и чем дальше Якушев оттаскивал соперника от стены, тем громче становился хруст рвущейся кожи.

— Что ты такое? — прошептал Олег в ухо, ткнув пистолет сопернику в спину, теперь ничто не мешало ему произвести выстрел.

— Всего лишь, часть эксперимента, — преступник взял Якушева за руку, который тот сжимал шею и совершенно спокойно отодвинул её в сторону. Сил у соперника оказалось слишком много.

— Я выстрелю, — предупредил Олег, но его слова не были восприняты всерьёз. Соперник повернулся к Якушеву. Их взгляды встретились, и в темноте глаз Олег не смог разглядеть ни единой искорки жизни.

— Убей, — прошептал незнакомец, — только так ты сможешь остановить это.

Растения из-под его капюшона потянулись к лицу Якушева и у Олега больше не осталось вариантов, как остановить этот кошмар.

***

Они сохраняли молчание какое-то время. Якушев лежал на кушетке, глядя в потолок. Его мысли витали очень далеко от кабинета психолога. Павел Светличный делал какие-то записи, иногда поглядывая на монитор ноутбука. Вскоре он сверился с часами и закрыл записную книжку.

— Начнём, — предложил Светличный.

Олег посмотрел в его сторону.

— Мы пропустили прошлый приём, — Павел поднялся со своего кресла, пройдя по кабинету, — на это есть уважительная причина. Но именно она в корне изменит наши с вами дальнейшие встречи.

— Мы больше не будем говорить о моём пребывании в тайге?

— Возможно, и поговорим, но позже. Меня больше интересует произошедшее в Самаре. В вашей практике бывали случаи, когда жертва, которую вы пытались спасти, погибала?

— К сожалению да, — Якушев вновь перевёл взгляд на потолок, затем приподнял левую руку. Его кисть покрыта затянувшимися ранами. Скорее всего, останутся тонкие шрамы. В памяти ещё оставалась боль от проникновения растений под кожу.

— Что вы испытывали в тот момент?

— Ничего.

Павел с удивлением вздёрнул вверх брови.

— Вы говорите мне правду?

— Я делаю всё так, как того требуют обстоятельства.

— И убийство этого мужчины, которого вы нашли в квартире, — оно, по-вашему, оправдано?

— Не стоит пытаться пробудить во мне чувство вины. На кону стояла не только его жизнь. Мы не знаем, как много было у этого маньяка жертв за шестнадцать лет. Возможно, по всей стране подобных квартир насчитается не один десяток. Я выстрелил этому парню в голову, и если в нём оставались хотя бы крошечные зачатки рассудка, то, уверяю вас, мне удалось избавить беднягу от страшной участи.

Якушев тяжело вздохнул, закрыл глаза.

— Я сделал то, что был должен.

Павел некоторое время стоял в полной тишине, затем, посмотрел на дисплей сотового телефона.

— Мне нужно выйти, — оповестил он, — постарайтесь, пока меня не будет подумать над произошедшим. Гибель жертвы, это тяжёлое бремя, даже для такого стойкого духом человека, как вы.

Когда Павел вышел из кабинета, Якушев приподнялся на кушетке. Каролина была права, психолог пытается навязать ему свои мнения. Но чёрта с два у него это выйдет. Олег всегда знал абсолютно точно, когда и в кого ему стрелять. Обстоятельства диктуют условия.

Он прошёл по кабинету, окинул взглядом рабочий стол. В центре — записная книжка Павла. Олегу нет смысла читать его записи он, и так знает, чего именно добивается психолог. Но Якушев, поддев кончиком пальцев обложку, открыл первую страницу. В самом центре гравировка рисунка, изображавшая песочные часы, обрамленные в круг. Такие же, как и на руке человека, управлявшего чёрным образованием в квартире Ермолова Бориса.