Оливия Флетчер и дело о страшном драконе

Глава 1

Оливия Флетчер уже садилась в свой ярко-красный кабриолет, когда её неожиданно окликнули с тротуара:

– Не могли бы вы мне помочь?

Женщина развернулась на подушках сиденья и увидела стоящего неподалёку невысокого полного коротышку. Человечек был хорошо одет и производил впечатление успешного бизнесмена, но, очевидно, был в полном отчаянии.

– С чем? – спросила Оливия. Мужчина в элегантном шерстяном пальто в тонкую полоску и в высокой тёмной шляпе явно прибыл из Мерсисайда. Или владел роскошным похоронным бюро. Одно из двух.

– Все игрушечные магазины в округе закрыты, – подойдя поближе на несколько шагов пожаловался человечек. – А мне нужен плюшевый дракон. Прямо сейчас. И я не совсем знаю города. Не сможете ли вы подсказать?..

– О, игрушечки так важны! – покивала головой миссис Флетчер. – Особенно в вашем возрасте.

На красивом, утончённом лице Оливии не появилось и тени злорадства или издёвки. Она вообще не была злорадным человеком.Люди редко бывают злыми, когда у них всё прекрасно,а именно так и обстояли дела миссис Флетчер. Все предприятия приносили хороший доход. Верный секретарь Сэмми находился во Франции и не попрекал её перерасходами. Неплохо шли дела, а здесь явно пахло хоть и мелкой, но авантюрой.

Круглое, добродушное лицо невысокого мужчины было глубоко несчастно.

– Мне нужен дракон! – едва не плача повторил он, обойдя капот и подходя к пассажирской дверце. – Сегодня, к четырём часам дня!

– У вас есть полтора часа, – указала на очевидный факт женщина. А потом поняла, что её собеседник на грани отчаяния. – Ладно, – добавила она, – запрыгивайте и поедем охотиться на дракона. Я вижу, вы без него жить не сможете.

Розовая физиономия коротышки просияла, будто у ребёнка, которому вручили леденец. Он быстро забрался на сиденье и, пока миссис Флетчер разгоняла спортивный автомобиль, принялся суетливо объяснять:

– Понимаете, в Лондоне в воскресенье почти невозможно раздобыть дракона. Если бы знал, то привёз бы его с собой из Ливерпуля, я только сошёл с поезда… Конечно, я немедленно позвонил Джулии с вокзала, а она попросила меня привезти дракона для тёти Беатрис. Тётя довольно эксцентрична. Но, кажется, это вопрос жизни и смерти.

Оливия краем глаза окинула своего нового знакомца — мягкое породистое лицо, аккуратно подстриженные усы и серьёзные карие глаза. Одет так, будто управляет банком.

Автомобиль резко остановился у ресторана с вычурным названием «Восточный Дракон Ли Тинга». Ли ухитрился выстроить элегантное здание в стиле модерн, при этом оставаясь китайцем старой закалки. Впрочем, ресторан был не единственной его собственностью — предприимчивому пожилому азиату принадлежал почти весь квартал со всеми его лавочками и заведениями.

Едва Оливия остановила машину её маленький пассажир замахал руками, протестуя:

– Ресторан! О, нет, не змея, не ящерица! Дракон!

– Будет вам дракон, – заверила миссис Флетчер, вышла из автомобиля и направилась к дверям, едва войдя в которые, сразу обратилсь к девушке на гардеробе:

– Где босс?

Старик Ли Тинг нашёлся там, где обычно и пребывал большую часть времени — в кабинете, излучавшем восточную роскошь. Ли был сама любезность. Из уважения к старой знакомой, ввиду срочности и выходного дня он повелел открытьсувенирную лавку и продать любого из драконов — и лишь вдвое дороже, чем тот обошёлся бы в Лаймхаусе.

У Оливии, когда она попала в лавку, разбежались глаза — на полках громоздились драконы из плюша и шёлка, жёлтые и красные, а ещё — ряды драконов из металла, дерева и папье-маше.

Однако её новый приятель лишь окинул быстрым взглядом полки с разнокалиберными мягкими игрушками и уверенно указал пальцем:

– Этого!

Оливия выбора не поняла. На полке в другом конце магазинчика, между чёрным драконом из эбенового дерева и нефритовой статуэткой, совершенно не к месту и невпопад примостилось болотного цвета чудище, уныло свесившее вниз хвост, вывалившее красную тряпочку языка и блестевшее криво пришитыми выпученными глазами-пуговицами. Именно к нему, встав на цыпочки, и тянул пухлые руки её новый друг.

Расчитавшись вынутой из толстой пачки десятишиллинговой купюрой, толстячок торжественно вышел из лавки, неся игрушку на вытянутых руках. Миссис Флетчер лишь покачала головой и, покидая лавку вслед за ним, бросила продавцу:

– Спасибо. Надеюсь, эта цена включает жемчуг?

Продавец лишь поклонился:

– Это хороший бизнес.

– Не сомневаюсь, – согласилась женщина.

* * *

– Послушайте, вы чертовски хорошо справились! – коротышка просто сиял. – Боялся, что подведу Джулию, а вы раз — и всё устроили! Кстати, – спохватился он и снял шляпу, – Сайрус Уэллс, из Ливерпуля. И я хотел бы познакомить вас с Джулией. Её тётя Беатрис устривает сегодня что-то наподобие вечеринки. Немного развлечётесь?

– Миссис Оливия Флетчер, – протянула ему руку собеседница. – Я люблю развлекаться.

* * *

Дом находился в Кестоне и выглядел так, будто в него вложили слишком много денег. Здание, видимо, задумывалось в тюдоровском стиле, но архитектор, не имевший ограничений в смете, разошёлся и явно переборщил с балконами.

Дверь открыл седой сухопарый дворецкий с кислым выражением лица. Радостный мистер Уэллс немедленно сунул ему под нос плюшевую игрушку, но и это не стёрло уныние с физиономии слуги, который медленно обвёл взглядом живописную группу, стоящую на крыльце. Зелёный дракон с болтающимся языком в руках широко улыбающего толстячка в синем пальто и за ними — женщина в красном плаще, пристально уставившаяся на стену дома.

«Ещё и цвета не сочетаются», – думала миссис Флетчер, – «сейчас примет нас за коммивояжёров, по которым Бедлам плачет, и придется лезть через окно». Плющ, тянущийся к одному из бесчисленных маленьких балкончиков, выглядел довольно перспективно.

Впрочем, дворецкий очевидно был знаком с её спутником, поскольку не меняя скорбного выражения лица отступил в сторону и с лёгким поклоном пропустил их в дом. По изогнутой лестнице в холл быстро спускалась женщина в розовом шифоновом платье. Ей было, наверное, около сорока лет, но выглядела она прекрасно — яркие голубые глаза, свежая кожа и искренняя белоснежная улыбка.

– Сайрус! – воскликнула она. Но, заметив в руках гостя болотное чудище, обратилась к дворецкому:

– Фрэнсис, отнесите это создание в мою комнату. Я отдам его тёте Беатрис позже, она дремлет в саду. Понятия не имею, зачем ей понадобился дракон.

– Также, как и я, – пробормотал Фрэнсис. – Теряюсь в догадках. – И исчез в недрах дома, унося игрушку.

Джулия была так очевидно счастлива, что настроение начало улучшаться и у Оливии.

– Я привёл на вечеринку друга, – спохватился Сайрус. – Джулия, мисс Рид, позволь представить тебе миссис Флетчер.

– Счастлива, что вы пришли, миссис Флетчер, – приветствовала гостью Джулия, – но, увы, вечеринки не будет. Тётя Беатрис передумала несколько часов назад и мне пришлось обзванивать всех гостей, отменяя приглашения. Впрочем, – повернулась она к вновь появившемуся дворецкому, – Фрэнсис, пожалуйста, принесите шампанское и всё остальное в библиотеку. Сайрус, мы будет праздновать твой приезд.

Было настолько очевидно, что мистер Уэллс жаждет остаться наедине со своей избранницей, что Оливия воскликнула:

– Какие красивые цветы!

И направилась к стеклянной двери ведущей во внутренний двор с раскинувшмся там садом.

– Приходите в бибиотеку через двадцать минут, не забывайте – у нас праздник! – напомнила Джулия.

* * *

Выходя в усаженный цветами двор миссис Флетчер думала, почему эти двое ещё не поженились — настолько явной была их влюблённость. Гуляя по живописным кирпичным дорожками и любуясь буйно цветущими клумбами Оливия вдруг наткнулась на нечто не столь приятное на вид. Худую, морщинистую старуху в монструозном сером пальто — колоритная фигура с буйной седой шевелюрой молча прожигала её глазами.

«Тётя Беатрис», – подумала Оливия и рискнула поздороваться:

– Добрый день.

– Подай мне шляпу, – приказала старуха. Оливия подчинилась. Пожилая женщина водрузила на себя головной убор и проскрипела:

– Ты кто такая?

– Никто, – честно призналась Оливия, – но меня сюда пригласили.

– Сядь.

* * *

Оливия заняла соседнее кресло. Восторга от внезапного знакомства она не испытывала, но, во-первых, нужно было проявить вежливость по отношению к хозяйке, а во-вторых — как-то убить двадцать минут времени до того, как приступить к шампанскому.

– Я — Беатрис Рид, – немного помолчав, произнесла старуха. – Была когда-нибудь в Чили?

– Пока нет, – призналась миссис Флетчер.

Пожилая женщина фыркнула:

– Вот в чём проблема с молодёжью в наши дни. Никто ни черта не делает.

– Так и живём, – согласилась Оливия.

Собеседница скривилась в улыбке и захихикала:

– Ты хоть честная. А скажи мне, ты боялась чего-нибудь по-настоящему? – Тётя Бетрис подцепила крючковатыми пальцами стакан со стоявшего рядом столика, покачала его содержимое, сделала глоток и пояснила: – Лекарство.

Оливия была уверена, что какие-то негодяи подсунули пожилой леди стакан неплохого хереса и убедили её в том, что это лекарство, но комментировать этот факт не решилась.

– Боялась чего-нибудь? – ещё раз спросила тётя Беатрис.

– Конечно, – сказала миссис Флетчер. – И список будет длинным.

Пожилые глаза вспыхнули ярче.

– А я боюсь только одного человека, – призналась старуха. – И этот человек боится только одного.

Затем она закашлялась, закатила глаза, обмякла на спинке кресла и умерла.

Оливия встала и осмотрела бездыханную тётю Беатрис, затем пощупала её пульс. Женщина была мертва. А ведь выглядела так, будто в ней жизни ещё лет на десять.

Миссис Флетчер осторожно понюхала стакан на столике — херес. И что-то ещё. Возможно, лекарство, но Оливия в это не верила — никто не принимает лошадиных доз цианида в качестве лекарства. Тётю Беатрис убили.

Оливии пришлось испортить весьма трогательную сцену, но это было необходимо. Сайрус, к чести его будь сказано, воспринял новость стойко и немедленно предложил вызвать полицию. Джулия выглядела потерянной, но в истерику не впала. Тяжёлый момент прервал внезапно показавшийся в момент дворецкий.

– Пришёл мистер Бартлетт, мэм.

– Просите, Фрэнсис, – сказала Джулия, уже несколько оправившаяся.

Молодая женщина держалась с достоинством, которая миссис Флетчер оценила. Да и Сайрус не отходил от мисс Рид ни на шаг.

В комнату вошёл высокий плотный мужчина в длинном лёгком пальто поверх полосатого костюма — лощёный румяный блондин с голубыми глазами. Сделав несколько шагов в комнату, он огляделся и спросил:

– Я слишком рано? Где же все? Сейчас половина пятого, а в приглашении сказано «от четырёх до семи».

– Разве я не звонила вам? – растерянно спросила Джулия. – Мне казалось, я обзвонила всех.

– Нет, – удивился здоровяк. – По крайней мере, я не получал сообщения. – Он казался серьёзно обеспокоенным отсутствием вечеринки, будто та многое для него значила — очень похожим на ребёнка, которому сказали, что Санта Клауса не существует.

Джулия смахнула набежавшую слезу и пояснила:

– Тётя Беатрис отменила её. В списке было человек пятьдесят и я, должно быть, вас пропустила. Ларри, тетя Беатрис умерла!

Ларри Бартлетт уставился на молодую хозяйку, пару секунд помолчал, а затем медленно произнёс:

– Приношу свои соболезнования, Джулия, я не знал. Пожалуй, мне стоит откланяться.

Уйти ему помешала Оливия.

– Погодите, оставайтесь, – ласково посоветовала она, – тётю Беатрис убили. И полицейские захотят увидеть всех кто был в доме — без исключений. Если вас не будет здесь, когда они приедут — притащат обратно за шиворот. Для них — рутинная процедура.

Ларри согласился, что, в таком случае, благоразумнее будет остаться.

Полицию вызвала Оливия. Сайрус и Джулия уединились в библиотеке, а Ларри, поглядев им вслед, сказал:

– Я, пожалуй, побуду в гостиной.

Вызвав полицию, Оливия присоединилась к паре, предчувствуя, что в ближайшее время покой ей не светит — хотя впутываться в это дело вовсе и не хотелось.

Главным среди прибывших полицейских будет сержант Грант — коренастый мужчина с угрюмым бульдожьим лицом. Неплохой полицейский. И давний знакомый миссис Флетчер. Впрочем, именно потому не питовший к ней особо тёплых чувств.

– У миссис Рид были враги? – спросила Оливия у Джулии.

– Толпы, – ответила та. – Дела свои она вела так, что многие головорезы завидуют. А ещё она обожала приглашать людей, которые её ненавидели, и измываться над ними. А те не могли ничего сделать — у каждого есть скелеты в шкафу, про которые знала тётя.

– У вас есть список приглашённых? – задала второй вопрос Оливия. – Неплохо бы на него посмотреть.

– Ну, да, – сказала мисс Рид. – Он на столе в моей комнате, я принесу. Его составила тётя и, как обычно, оставила на полях весьма едкие комментарии напротив некоторых имён, я не помню, какие именно.

* * *

Как только женщина вышла из комнаты, Сайрус тут же безапеляционно заявил:

– Джулия не убивала тётю Беатрис — она и мухи не обидит. И, к тому же, нет мотива. Она владеет собственным большим состоянием — я знаю, потому что веду финансовые дела мисс Рид. И старую разбойницу любила, а та обожала её.

Разговор свернул на акции и облигации. Личный инвесторский опыт Оливии, которая без советов Сэмми не делала никаких вложений, ограничивался только ставками на бегах, поэтому уже через две минуты она начала скучать. А потом — беспокоиться. Джулии не было достаточно долго, чтобы найти список, составить пяток новых и переодеться. И миссис Флетчер решила взглянуть, в чём дело.

Джулия нашлась в своей комнате на втором этаже. Лёжа без сознания на полу, а рядом с ней на ковре валялась бронзовая ваза для цветов. Оливия схватила телефонную трубку и вызвала «скорую помощь».

Вернув трубку на рычаги аппарата, миссис Флетчер осмотрела комнату в поисках списка — бумаги нигде не было, зато в камине дымился свежий пепел. Очевидно, нападавший подслушал их разговор, поднялся вслед за мисс Рид по ступенькам, ударил её вазой и сжёг список. Сгоревшие клочки бумаги были слишком мелкими для того, чтобы пытаться восстановить написанное,но то, что список явно указывал на убийцу, стало очевидным.

Вскоре примчавшийся наверх Сайрус остался с Джулией до приезда кареты «скорой», а Оливия решила, что ей есть над чем подумать. Может быть, Джулия уничтожила список, а потом ударила себя вазой, чтобы отвести подозрения? У Сайруса было алиби — он всё время был с нею. Но, может, это Джулия убила тётю, а теперь влюблённая парочка разыгрывает невинность?

Самой Оливии эта версия не нравилась, поэтому она решила проведать Фрэнсиса и Ларри Бартлетта.

* * *

Дворецкий сидел на кухне и пил пиво. Его выцветшие глаза были розовыми,как у кролика, когда глядя на вошедшую миссис Флетчер он сказал:

– Хозяйка была злобной ведьмой, но мы вместе через многое прошли…

Потом заметил, что женщина смотрит на пиво и заявил:

– Это из моих запасов, я не краду у семьи. К тому же, они не держат пива, а я только его и пью.

– А где вы были последние полчаса? – поинтересовалась Оливия.

– Ну, это ж не домовые выпили, – ответил старый слуга, указывая на полдюжины пустых бутылок.

Допросдворецкого новых сведенийне принёс. Фрэнсис ничего не видел, не слышал и вообще был полностью и исключительно занят поглощением пива.

Ларри Бартлетт удобно расположился на диване в гостиной и слушал радио. Кажется, всё его внимание было приковано к призовому бою.

– Ну сколько можно, – раздражённо потребовал мистер Бартлетт, – долго мне ещё здесь торчать? У меня полно дел, а бой — полный отстой. Они оба должны были уложить друг друга ещё шесть раундов назад. Устроили бальные танцы на ринге.

Затем Бартлетт занудным голосом пересказал всё, по его мнению, безобразие, что творилось на ринге в течение последних сорока минут. Неплохое алиби, но требующее проверки.

* * *

Когда прибыла «скорая» и полицейские, Сайрус умолял Гранта отпустить его в больницу с Джулией, но сержант был неумолим.

– Чертовски долго вы добирались, – поприветствовала миссис Флетчер знакомого, – участвовали в параде?

– Заехали по неверному адресу, – прорычал полицейский, – там закатили скандал. А теперь будем работать. Давайте свою версию, миссис Флетчер, а потом рассказывайте правду.

Грант раскурил сигару, зажал её стальными челюстями и стал слушать. Когда сержант прояснил для себя обстановку и отправился в дом, Оливия заняла телефон на кухне и связалась с Эмилией — приятельницей, занимавшей небольшую, но крайне важную должность на радиостанции.

– Эмилия, привет, дорогая! – начала миссис Флетчер. – Хочу попросить тебя об услуге.

– Нет, больше я с тобой туда не пойду! – немедленно отозвалась подруга.

Наконец после трёхминутных препирательств до собеседницы на другом конце провода удалось донести цель звонка, а ещё через пять та зачитывала вслух полный транскрипт сегодняшнего боя «Таннер против О'Шонесси». Судя по меткам времени, у Ларри Бартлетта было твёрдое алиби — ему не удалось бы даже подслушать весь разговор, не говоря о том, чтобы подняться по лестнице, ударить Джулию и сжечь список. Оливия почувствовала разочарование, но затем Эмилия добавила:

– Если все говорят, что бой отстойный, смысл было передавать его через релейную сеть. Потеря денег.

– Что это значит?

– Ну, в Лондоне бой транслировали в полуденном эфире. Признали отстоем. А затем всё равно поставили его транскрипт в четырёхчасовой эфир пригородных станций.

* * *

Оливия поблагодарила подругу, попрощалась и повесила трубку. Наконец что-то начало вырисовываться. Женщина быстро поднялась по лестнице и вошла в комнату Джулии. На кровати сидел и таращил глаза зелёный дракон.

– Здорово, приятель! – обратилась к нему миссис Флетчер. – Ну и рожа у тебя, – покачала она головой, – ты и Грант друг друга стоите. Тоже сержант, поди?

Дракон настороженно молчал и Оливия продолжила излагать:

– Короче, земноводное, будешь наживкой. Тётя Беатрис боялась кого-то, кто боялся чего-то. И вдруг старуха требует дракона — зачем? Есть у меня мысль, что она собиралась напугать кого-то чем-то, и это «что-то» — ты.

Кроме того, ни Джулия, ни Сайрус, ни Фрэнсис не обнаруживали страха при виде игрушки. Следовало испробовать дракона на Ларри — теория нуждалась в подтверждении.

Оливии доводилось читать книги по психологии и она знала, что люди могут бояться не только высоты или пауков, но и довольно странных вещей. О своих фобиях она тоже знала. Что ж, может быть, этот здоровенный мужчина боится игрушечных плюшевых драконов — скажем, его напугали подобной игрушкой в детстве. Описание таких случаев в книжках отсутствовало, но чего только не может случиться с человеком, верно?

Грант вёл допрос Сайруса, Ларри и Фрэнсиса. Тихо подошедшая к ним миссис Флетчер быстрым движением вынула игрушку из-за спины и показала присутствующим. Сайрус посмотрел на плюшевое страшилище с любопытством. Фрэнсис отвечал на вопрос сержанта, и взглянул на дракона лишь мельком. Ларри простонал: «О боже!», но признаков страха не обнаружил.

– Она в безопасности! – радостно сообщил Сайрус. – Сержан Грант звонил в больницу, и там сказали, что с Джулией всё в порядке, уже очнулась.

– И не знает, кто огрел её вазой, – недовольно процедил полицейский, не вынимая сигары изо рта.

Но Оливия, хоть первая попытка оказалась провалом, знала, кто. Вызвав Гранта из комнаты, она изложила свой план, но продать его сержанту оказалось нелегко.

– У вас нет доказательств! – рычал тот. – Если парень наймёт хорошего адвоката, нас в суде на тряпки изорвут.

Миссис Флетчер вздохнула:

– Это я знаю… Поэтому и прошу помочь устроить ему ловушку.

– Вы и ваши ловушки! А знаете, почему бы вам не поехать пожить, скажем, в Ирландию? Скажем, навсегда? – Сержант мечтательно посмотрел вверх, очевидно, представляя себе этот светлый день.

Но, в конце концов, он сдался. Фрэнсиса, окончательно размякшего от пива, заковали в наручники и увезли в участок.

– Но я невиновен! – заплетающимся языком твердил он.

– Очень на это надеюсь, – кивнул полицейский. – Тогда я смогу повесить убийство на миссис Флетчер.

* * *

Когда полицейские машины отбыли, Оливия пошла разыскивать Ларри. Мистер Бартлетт надевал пальто и выглядел очень спокойным, даже довольным.

– Ну, вот всё и кончилось, – сказал он.

– Не совсем, – проинформировала его миссис Флетчер, оглядываясь по сторонам. – Знаете, я нечто вроде детектива-любителя. У тёти Беатрис была копия списка приглашённых, и я знаю, где она. Но копам я ничего не сообщила. Нет, сэр! Я раскрою убийство сама!

Женщина задрала нос и надула губы.

– Вы? – удивился Ларри. – И где он?

Оливия попыталась прикинуться совсем тупой и поняла, что это не так уж и трудно.

– Я никому не сказала, – громко прошептала она и снова заговорщицки оглянулась. – Но собираюсь достать его прямо сейчас. – И звонким голосом добавила. – До свидания, мистер Бартлетт. Приятно было познакомиться.

* * *

В доме стояла мёртвая тишина, а лестница на второй этаж казалась бесконечной. Открыв дверь в комнату Джулии и войдя внутрь, Оливия наткнулась взглядом на дракона, которого вернули сюда и он снова восседал на кровати.

– Значит, так, – обратилась к мягкому чудищу миссис Флетчер, перенося его в кресло и глядя прямо в глаза-пуговицы. – Если ты не напугаешь Ларри Бартлетта до полусмерти, я тебя в грелку для чайника переделаю. Своими руками. Это будет очень уродливая грелка для чайника, ещё и криво пошитая — уж поверь мне.

Затем женщина притворилась, будто достала из нижнего ящика стола лист бумаги и внимательно его читает. Дверь за спиной медленно открылась. Закрылась. Оливия осталась в комнате один на один с убийцей.

– Мне нужна эта бумажка, – раздался за спиной зловещий шёпот.

Миссис Флетчер медленно повернулась и едва узнала Ларри Бартлетта — дородное румяное лицо побледнело, покрылось испариной и превратилось словно в кусок влажного сырого теста. Впрочем, женщину тоже начал пробирать озноб — в руке у мистера Бартлетта был револьвер, направленный ей в живот. А ведь она готова была поклясться, что оружия у него не было.

– Где вы это взяли? – кивнула Оливия на револьвер. – Выскочили в магазин?

– Он принадлежал тёте Беатрис, – ответил Ларри. – Одолжил в её комнате.

– А ключ от сада вы одолжили там же, или слепок делали? Впрочем, это не важно, я знаю, зачем вам список, – решила удивить его миссис Флетчер.

– Давайте его сюда! – в ярости зашипел убийца.

Женщина протянула ему сложенный листок, но он выскользнул из её пальцев и упал на ковёр. Она присела, чтобы подобрать бумагу и, поднимась, достала из кресла спрятанную за подлокотником игрушку.

– Хорошо-хорошо, с оружием не поспоришь. – Согласилась миссис Флетчер и, держа бумагу в одной руке, а дракона — в другой, повернулась лицом к мистеру Бартлетту. Тот при виде дракона и в ус не подул.

– Вам больше никогда и ни с кем не придётся спорить, – последовало холодное заявление от мужчины в то время, как Оливия сделала два шага вперёд, чтобы вручить ему список.

Рука женщины непроизвольно сдавила бесполезное мягкое тельце, и дракон громко взвигнул скрытой внутри пищалкой. Руки Бартлетта задрожали. Миссис Флетчер подняла дракона на уровень груди мужчины и ещё раз несколько раз сдавила, вызвав ряд крайне противных писков.

– Уберите это! – явно нервничая быстро сказал Ларри.

Оливия опустила дракона, но стояла так близко к мужчине, что тот коснулся носом его пиджака. Мистер Бартлетт заорал, будто его укусила кобра.

– Уберите это от меня! – вопил он, отступая к двери.

Миссис Флетчер следовала за ним, помахивая драконом и время от времени попискивая им.

– У тёти Беатрис не получилось навести на вас страху драконом, потому что вы сыпанули ей в стакан цианид, пока она спала.

Бартлетта, казалось, настиг припадок. У него тряслись губы, дрожали руки, лицо пошло какими-то пятнами, а изо рта вылетала какая-то бессмыслица. Но в дрожащих руках был всё же револьвер, а не плюшевая игрушка. Отступив до самой двери, мужчина, наконец, выкрикнул что-то, имеющее смысл.

– Мне пришлось убить её! – взвыл Ларри Бартлетт, дёргая ручку двери, открывавшейся наружу. – Она бы меня уничтожила! Чёртова вечеринка – кто знал, что она её отменит, я же не был приглашён! Проклятая вечеринка!

Теперь стало ясно, отчего был так важен список — он был доказательством, что Ларри Бартлетта в этот раз не звали. А ведь, едва прийдя, он заявил, что приглашён. И попал бы под подозрение, будучи пойман на лжи.

Дракон пискнул ещё раз и загнанный в угол убийца в ужасе захрипел:

– Уберите это от меня!

А потом, вскинув оружие, выстрелил в дракона. И промахнулся. Мистер Бартлет уже навёл револьвер на Оливию, когда появившийся из стенного шкафа сержант Грант скрутил его.

* * *

Позже, внизу, в библиотеке, полицейский, признавая правоту миссис Флетчер, сказал:

– Надо же, он действительно боится драконов. Но, так или иначе, мы имеем признание.

И, глядя на зелёное создание, рассевшееся в кресле, сказал:

– Может быть ты и вещественное доказательство, но не имеешь права занимать лучшее место в доме, да ещё с таким видом, будто сам раскрыл это дело.

Сержан Грант повернулся и плюхнулся в то же кресло. Дракон оглушительно заверещал и полицейский подскочил в воздух на добрых три фута.

На лице миссис Оливии Флетчер расплывалась широкая улыбка — к ней снова вернулось хорошее настроение.

КОНЕЦ