Ну что ж ты свою смерть просмотрела?

Глава 1

- Ну что ж ты свою смерть просмотрела? - Я сидела перед огромным зеркалом и качала головой и тихо шептала сама себе.

А в зеркале отражался стол, край ковра и моя вывернутая ступня. Так некрасиво рядом валялся стоптанный тапок. Ужас. Не могла тапки нормальные купить. Люди придут и увидят, какие у тебя ужасные тапки. Фу. Что за ерунда вертится в голове. Ты же эти тапки чудом в Турции углядела. Еще с полчаса торговалась с толстым арабом, который брызгал слюной и заламывал просто баснословную цену. Но ты, увидев хитрющий прищур его черных глаз, дралась за каждый цент как львица. Потом, заворачивая в хрустящую бумагу, он цокал языком и восхищенно что-то лепетал на своем тарабарском. А следом, когда ты их надела… Если б ноги могли говорить, они бы пели оды этим тапкам. А сколько ты сокрушалась, когда приходилось брать, уже на родине, обувь, которая то там жмет, то тут саднит. И вечерами снимая неудобные, натиравшие мозоли ботинки или сапоги, с удовольствием влезала в свои любимые тапки. И ни за что на свете не стала бы их менять, с ужасом ждала, когда они совсем изотрутся. Но вон как вышло… Ты умерла раньше, чем твои любимые тапки.

И как я могла просмотреть свою смерть? Снова возвращаемся к первоначальному вопросу… И ведь как я прежде хихикала, да осуждающе качала головой, когда из моих знакомых ведьм, кто-то вот так нелепо погибал. Я всегда недоумевала: ты же видишь, ты же чуешь, ты же знаешь, ты же ведаешь… Как так… А вот так… Я же должна была почувствовать! Я должна была знать! Готовиться!

Ага!

Нервно хихикая, я все не могла оторвать взгляда от отражающегося тапка в зеркале.

Вот, например, тапки себе новенькие прикупить! Позу выбрать поприличней! Платье, в конце концов, надеть. А не этот ужасный халат. Что люди о тебе подумают! Придут совершенно посторонние в твой дом, будут с любопытством тебя разглядывать, качать головами и осуждающе перешептываться. Тьфу, ты, опять не о том думаю!

Это я повернулась к своему нелепо валяющемуся телу. Вот же ж меня угораздило! Медленно двигаясь вокруг него, внимательно осматривала. Это точно я? Мне казалось, что я худее… Вот же блин… Толстая, как корова! Или это смерть так полнит меня? И волосы… Я же гордилась своими густыми, шикарными волосами… И цвет свой считала русо пепельный – необыкновенным! А со стороны цвет серой мыши, со спутанными, кое где поседевшими паклями… Кошмар… Да еще эта мерзкая, застывающая, вязкая алая каша… Фу… Не могли меня убить, как-нибудь поприличней? Хотя, если бы задушили, говорят, что отвратительно опухает лицо и язык вываливается… Бр-р-р… Гадость какая… Уж лучше так! Хотя… Могли бы и поаккуратней шарахнуть меня по голове!

И все-таки! Как я могла не знать? Не почувствовать? А все туда же: лучшая гадалка и экстрасенс! Потомственная ведьма! Я же совсем недавно, четко видела, как моей новенькой клиентке (весьма молоденькой, но жутко-жутко богатой наследнице папенькиной нефтяной империи) весьма ухоженная, с ярко-алыми ногтями, с изумрудным кольцом на безымянном пальце, женская рука подсыпает в бокал с шампанским яд. Так и оказалось – на дне рождения клиентки, ее новая мачеха (надо сказать, не многим старше своей приемной дочери) попыталась ее отравить, но после моего предупреждения, она была схвачена за свою ухоженную ручку и обзавелась, далеко не модными, железными браслетами.

А мой самый любимый пример, я его рассказываю всем своим новым и сомневающимся:

Перебегала дорогу, на мигающий зеленый и на той стороне врезалась в мужчину с дипломатом. Он по инерции ухватил меня, выронив дипломат. А я как дура застыла в его руках. Меня накрыло видение: вот он переходит дорогу, открывает дверь, что бы сесть в припаркованную у тротуара машину и тут несущийся на красный автомобиль, вильнул объезжая люк и влетает в него со всей дури. Грохот, крик, скрежет и пылающий огонь.

Очнулась я и увидела перед собой удивленные и непонимающие глаза. Я, заикаясь, сбиваясь, попыталась ему рассказать о своем видении, как вдруг именно тот автомобиль со свистом пролетает мимо, виляет и с ревом врезается в припаркованную машину. И! Именно в его машину. Я слышала тот самый грохот, скрежет и чувствовала впивающиеся в меня его пальцы. Полыхнуло тогда знатно!

А потом мы с ним друг друга отпаивали кофе в ближайшей кофейне. Меня мелко трясло от растраченных сил, а он все ни как не мог поверить, что остался живым. Дипломат, грязный, да жалкий, сиротливо притулился на соседнем стуле. Мы с незнакомцем медленно приходили в себя.

Именно он мне помог обрести в себе уверенность и организовать свой небольшой, но вполне устраивающий меня бизнес.

Сарафанное радио (устроенное моим покровителем) быстро сформировало приличную базу клиентов и я ни разу… Да, да ни разу! Не промахнулась со своими гаданиями и пророчествами!

С первой моей товаркой я познакомилась не случайно! Я четко видела, где мы с ней пересечемся, и шла на эту встречу намеренно. Она меня ввела в свой небольшой клан, и мы жили мирно, помогая друг другу. Хотя…

Я вдруг стала вспоминать… Медленно поднялась под потолок… А ведь если подумать и отбросить свое восприятие своей смерти и вспомнить последние события, то…

Я стала мысленно вызывать перед собой картинки недавнего прошлого: вот я бегу по улице, спеша на заседание клана и передо мной мелькает тень.

Что это? Ой, какая интересная функция у видений после смерти, во время жизни такой не было, замораживаю картинку, увеличиваю. Что это? Вернее кто?... Не успев сделать застывшую тень четче, я догадываюсь - заяц. Да, блин! Чуть-чуть внимательности и я его, увидав, развернулась бы на все сто восемьдесят градусов и неслась с той же скоростью обратно! Как я его могла не заметить? Пускай и в сумерках, но в городе, среди высоток, да фырчащих машин я должна была его увидеть!

Алым всполохом застыла картинка с той безобразной сценой в туалете, куда я забежала, перед тем как войти в кабинет на совещание с Верховной. Я еще увернулась от брошенной в меня туфли. И она попала острым каблуком четко в центр висящего за моей спиной зеркала.

Где были мои глаза раньше? Зеркало, в которое я смотрелась, улыбаясь своим мыслям и торжеством победы над нахалкой, уже расходилось паутинками. И как я не услышала звонкого, резкого звука за спиной, когда закрыла дверь, и оно осыпалось на пол?

А это еще что? Я четко вижу их взгляды! Сажусь по правую руку от Верховной ведьмы, а они… кто покачивая сочувственно головой, кто ехидно улыбаясь, а вот и взгляд полон ненависти… Куда мои глаза смотрели? Вот куда надо было смотреть так это - в их глаза! А я, наполненная своей значимостью и упиваясь своей важностью, была занята чужими жизнями. Меня в тот момент очень сильно волновало, позволим ли мы молоденьким ведьмочкам применять свои знания и умения тренируясь на обычных людях. Мы с Верховной были категорически против. А вот наши товарки, в основном строгие и мудрые преподаватели различных магических курсов для юных ведьм, они доказывали и приводили примеры о необходимости таких практических тренировок.

Вот с одной из них я и сцепилась. В принципе она мне очень нравилась. Милая такая, огромные лучистые глаза, почти детские ямочки на щечках, тонкие запястья, да ладная фигурка. Даже пару раз, до конфликта, мило беседовали.

Но именно ее девчонки-ученицы попались на практиковании, пускай и такой ерунды, как любовный приворот, но на совершенно не магическом пареньке. И именно из-за этого случая я полностью, четко и твердо определилась, что такие тренировки непозволительны. И действовать надо по старинке - тренироваться друг на друге. Мы все так выросли и ни чего! С открытием своих практик, все чему обучились, применяя на своих однокурсницах, вполне работало на клиентах.

А парнишке пришлось чистить не только память, но и возвращать к жизни, причем экстренно. А эти две свистушки, только и бормотали в свое оправдание, что они не предполагали, что он шагнет с моста. Это еще повезло, что я оказалась рядом и смогла вернуть парню искру жизни. И в больнице, куда его быстро доставили, после долгого лечения, сохранили почти все конечности. Я успела вмешаться в память и стереть кусок о глупых экспериментах над ним.

А потом долго удивлялась, что эти самые свистушки совершенно не понимали и все твердили, что «ничего такого» они не делали и зла ему не желали. «Просто так получилось!» эта их фраза вообще бесила меня. Мне даже кажется, что они так и не поняли, за что их наказали.

Еще долгое время сокрушалась, что вот видите, как ломает людей осознание собственной силы. Особенно если не смогли в юные головы донести хоть каплю ответственности за свои действия. Не вкладывая понимания о хрупкости чужой жизни и ответственности за наложение на любого человека заклятия, как вообще можно начинать учить заклинаниям. А те, две нахалки, возгордились и решили, что им теперь все можно и они имеют право не считаться с простыми людьми. Гордыня - самый страшный грех для ведьмы. Как только ты уверишься в своей исключительности, возгордишься, так сразу жизнь, сама судьба тебя накажет. А ты, как истинная ведьма должна понять и принять, за что тебе послан урок.

И хорошо, что девчонкам есть еще время сделать правильные выводы и исправиться. Я уже исправить ни чего не могу. А вот понять «за что» я должна.

Перво-наперво надо к Верховной наведаться.

И вдруг раздался звонок в дверь. Боже! Даже мертвая я дернулась от неожиданности. А вот и она. Да, ее чуйка работает сильней, чем моя.

Я выглянула на лестничную клетку. Она стояла у двери, нажимая снова и снова на звонок.

- Я тут! – попыталась я сказать ей.

Она скосила глаза вниз в правый угол и замерла.

Что-то чувствует, но не слышит. Это я поняла. Задумалась, и, зажмурившись, послала ей видение своего валяющегося тела в квартире.

Она вздрогнула, покачнулась и закрыла глаза. Я следом отправила картинку висящей себя между ней и дверью.

- Значит ты здесь? – еле слышно, бледнеющими губами пошептала она.

- Как тебя угораздило? – чуть громче прошептала она.

Картинка со мной пожимающей плечами была отправлена тут же.

Мда… Тяжело так общаться.

- Кто тебя убил, видела?

Картинка с отрицательно качающей головой.

- Мда… Не вовремя! Пойдем к Лилит, через нее поговорим.

Хорошая идея, Лилит является проводником между мертвыми и живыми. Она позволяет умершим пользоваться своим телом для общения с родственниками.

Я потихонечку плыла следом за Верховной. Та спускалась по лестнице вниз. Мы с ней вышли на улицу, дошли до ее машины.

В машине Верховная достала телефон и созвонилась с медиумом. Они с Лилит договорились, и мы поехали к ней. Я тихо сидела на пассажирском сидении. И все прикидывала, кто же мог меня убить. Пыталась вспомнить сам момент убийства. И, почему то не могла этого сделать. Я четко помню все утро, что делала, как проснулась, приняла душ, выпила кофе и все… Дальше только момент, как сижу перед зеркалом и вижу в отражение тапок. Не нравится мне это.

Лилит приняла нас в своем офисе. Я не бывала раньше у нее и поэтому с любопытством перелетала от одного угла к другому. Пока Верховная рассказывала медиуму о том, как съездила ко мне.

Много пространства, и небольшой стол, самый обычный, как у всех нас, хрустальный шар… Кресло медиума, напротив обыкновенный стул. И много, много странных картин. Они то и добавляли мистицизма в обычный офис. Хотя ни каких, как у нас – ведьм, благовоний, скляночек, пучков трав, необычных предметов. И только необычное кресло у стола. С высокой спинкой мягкое, с удобными подлокотниками. Оно и понятно, ее орудие труда это ее тело. А телу должно быть удобно.

Лилит села в кресло и закрыла глаза. Меня долго упрашивать не надо. Я уселась ей на колени. И тут же провалилась в нее. Если бы я могла чувствовать, я бы, наверное, почувствовала чужое тело, спинку кресла под спиной, или лежащие руки на подлокотниках… Но увы. Я только видела темноту. Почему-то, я жутко расстроилась. Наверное, Лилит и я не совместимы и у нас ни чего не получится. Мысли, что медиум шарлатанка я допускать не хотела, хотя та предательски кружилась на краю сознания.

- Марьяна, ты меня слышишь?

Я вижу, что Верховная сидит напротив.

Собралась было послать картинку, что, мол, типа ни чего не получилось, как в голове возникла чужая мысль: «Говори!».

- Я тут, - неуверенно сказала я.

И услышала звук голоса. Да! Классно! Получилось!

- Да! Получилось! – раздалось рядом и я понимаю, что это мои мысли звучат. И не важно, что голос не мой. У Лилит низкий грудной голос, но мысли-то мои!

- Кто тебя убил?

- Я не знаю! Я почему-то не помню. Точно помню все утро и как я душ принимала, и как пила кофе, и пошла одеваться, и все. Дальше только очнулась у зеркала в отражении, которого вижу свое уже лежащее тело.

- Как тебя убили?

- Ударом по голове. У меня огромная дыра в голове, Это ужасно!

- Ты хоть догадалась выглянуть, хотя бы в окно посмотреть, кто выходит?

- Нет, конечно. Я только переживала, что меня в таком виде найдут чужие люди и будут на меня смотреть. А еще мысль мучила: как я могла свою смерть просмотреть.

- Мда… Надо думать. Кто тебя убил, а главное за что надо нам точно знать. Уж больно не вовремя.

И она замолчала.

«Кстати, тебе не обязательно на мне сидеть», - снова я услышала чужую мысль. Сначала растерялась, а потом сообразила, что это Лилит мне подсказывает, - «Ты можешь просто рядом находиться и говорить». Я тут же оказалась рядом с креслом. Медиума лучше слушаться. Мало ли что.

Лилит задумчиво сидела в кресле, Верховная вышла из-за стола и медленно подошла к окну и застыла у него. Я стала прокручивать в голове, все что вспомнила, пытаясь припомнить еще хоть что-нибудь.

Воцарилась тишина.

- А если Маричку пригласить? – глубокий голос Лилит вырвал нас из тишины.

Маричка была Верховной всех кланов. О ее могуществе ходили легенды и многие из них были правдой. Я это точно знала. Маричка была моей родной теткой. Как я могла сама не догадаться? Совсем меня моя смерть разума лишила.

Я тут же представила себя в загородном доме тетки.

- Привет, - моя тетка сидела за столом и мерно помешивала ложкой чай, - что, настигла тебя смерть? Что ж ты ее просмотрела?

А я тупо уставилась на то, как кружится ложечка в чашке. И медленно прозревала.

Я так гордилась тем, что мне защиту на мое жилище ставила сама Маричка. И я жила, совершенно не боясь ни случайных воров, ни мелких бесов, ни нежданных товарок. И только один человек мог ко мне прийти. Только один. Кроме меня.

«За что?» - возник вопрос в голове.

- Ну, милочка моя, - тетка хмыкнула и пожала плечами, - слишком непримиримую позицию ты заняла в важном вопросе.

«Так это твоя идея пробовать заклинания на обычных людях?» - ужаснулась я.

- Милочка моя, - она гневно поджала губы, - излишняя мягкость вот к чему привела…

И она махнула своей наманикюренной рукой в мою сторону:

- Моя кровь, сильная ведьма, а занимается ерундой и попсятиной! Не для этого сама Ягиня открывала нам Веды, а Мара силу дает! Хватит! Пора вернуться к истинной роли ведовства!

Тут скрипнула дверь, и в комнату вошел тетин помощник. Неся в руках блюдце с пирожным.

И тут же перед глазами встала картина: вот я сижу перед зеркалом, стараюсь быстро скрутить волосы в хвост, чтоб завязать резинкой и бежать на кухню, где ждет меня моя тетушка. Пришла проведать меня и поболтать. И тут в зеркало вижу, как быстро ко мне подходит ее помощник и заносит над головой молоток. Я удивляюсь, но не успеваю повернуться. А дальше уже вижу в отражение свой тапок.

- Спасибо, - тетка поблагодарила его за принесенное пирожное.

И тут же, больше не глядя в мою сторону принялась поглощать его, запивая чаем.

Я собралась уже обратно к Лилит и Верховной, как вдруг моя тетка захрипела, попыталась встать, только чашку скинула на пол, рухнула рядом с осколками и замерла.

- Ну, что ж ты свою смерть просмотрела? – пробормотала я и исчезла.