Неполитический детектив

Странная смерть сенатора

Эти два события, проходящие практически одновременно, были связаны между собой только одним: смертью на лужайке перед белым домом сенатора от штата Канзас.

Немного о смерти, а точнее о гибели сенатора. Сенатор прибыл на личную встречу с президентом США. А вот о том, что такая встреча состоится знал не просто ограниченный, а предельно ограниченный круг людей даже в ближайшем окружении президента. Сенатор не успел отойти и пары шагов от лимузина, доставившего его к Белому дому как раздался какой-то неправдоподобный грохот и сенатора не стало. На замедленной съёмке с камер видеонаблюдения, а ими утыкан каждый дюйм вокруг резиденции президента США видно, как какое-то светящееся тело практически под прямым углом к земле бьёт в то место, где находился сенатор и от него остаётся только горстка пепла. При этом сенатор превратился в пепел весь, включая обувь, одежду и кейс, который он держал в руках. Трава же на том месте осталась нетронутой, если не считать едва видимых следов самого сенатора.

Теперь о событиях. Событие первое.

Совет безопасности при президенте США, учитывая обстоятельства произошедшего, проходил в бункере «судного дня». С момента смерти сенатора прошло практически двенадцать часов, а ясности в произошедшем не появилось никакой. Никакой абсолютно.

Далее идут выдержки из стенограммы заседания совета безопасности. Учитывая важность рассматриваемого вопроса, стенограмма ведётся исключительно на бумажном носителе с использованием обыкновенной ручки из магазинчика на территории города определённого методом случайной выборки. Стенограмма ведётся в единственном экземпляре.

Текст стенограммы (фрагменты):

Убийство сенатора совершено с использованием неизвестного оружия. За прошедшее время не удалось выявить каких-либо следов используемого оружия. Съёмки камер видеонаблюдения и их сопоставление позволяют сделать вывод с достоверностью более восьмидесяти процентов, что это было именно оружие и целью его применения был именно сенатор.

Источники в разведсообществе не подтверждают двух фактов:

Факт первый, что велась разработка сенатора с целью его ликвидации какой-либо из стран или группы лиц.

Факт второй, что ведётся разработка оружия сходного по способу воздействия на человека. Разработка не ведётся как во враждебных, так и в нейтральных и дружественных странах.

С достоверностью более девяноста пяти процентов можно констатировать что летательных аппаратов как воздушного, так и космического базирования способных применить какое-либо оружие в заданном районе на момент происшествия не присутствовало.

Выводы на основании анализа личности сенатора и последующего мониторинга информационной активности всех средств передачи и обработки информации позволяют сделать вывод, что следующие мотивы как основание для ликвидации: политические разногласия с влиятельными лицами и группами влиятельных лиц, финансовые незаконные операции в крупных размерах, наличие информации угрожающей стабильности положения отдельных лиц, групп лиц, политических и экономических группировок нет.

Личные качества, финансовое положение, круг знакомых, гендерные пристрастия не могут являться мотивом для ликвидации с вероятностью более семидесяти пяти процентов. Лоббирование интересов лиц и групп лиц осуществлял в рамках существующих норм и правил.

Вероятность того, что сенатор ликвидирован одной из множества недружественных стран практически равна нулю. Небольшой же группе лиц провести операцию такого масштаба не представляется возможным.

Выводы – отсутствуют.

Предложения. Продолжить работу над выявлением лиц, групп лиц причастных к ликвидации сенатора. Рекомендовать сенаторам усилить охрану, сенаторам временно воздержаться от публичного общения.

Событие второе, происходящее параллельно во времени.

Персональная конспиративная квартира директора «Департамента по особым случаям» ФБР была если не роскошной, то достаточно изысканной. Это только в дешёвых фильмах шпионы встречаются в обшарпанных халупах. В наше время тайные встречи происходят у всех на виду и не терпят нищеты. Зачем экономить деньги налогоплательщика, ведь если они не достанутся вам, то будут таким же образом истрачены другими?

Начальник департамента сидел, погрузившись в мягкое кресло на берегу уютного бассейна с кристальной голубой водой и что-то потягивал из цветного фужера изумительной, скорее всего ручной, работы. Этим что-то могло быть что угодно, от обычной воды из глубин Байкала до коньяка из наполеоновских подвалов.

- Понимаешь, - обратился он к гостю расположившемуся в соседнем уютном кресле с рюмкой коньяка в руках, - ты мне нужен.

То, что шлёпнули сенатора ты знаешь. То, что сейчас все копытами роют землю в поисках тех, кто это мог сделать ни ты, ни я не сомневаемся. Просто я хочу тебя попросить убедиться, что за этим не стоит ни какая бытовуха с привлечением потусторонних сил. Я не шучу. Все аспекты жизни сенатора как сенатора сейчас просевают через самое мелкое сито. Но они просевают именно сенатора. Ты же можешь подойти к этому как к странной смерти самого рядового американца. И мне даже не нужен результат. Мне достаточно услышать от тебя: «Дружище, ищи след в политике или финансах. В обычной жизни следа нет».

Они молча пригубили из своих фужеров и стали любоваться лепестком какого-то цветка аккуратно опустившегося на гладь воды в бассейне. Они знали друг друга давно, очень давно. И они понимали друг друга не с полуслова, а с четверти слова, даже если это слово не было произнесено.

Молча посидев ещё пару минут сыщик-одиночка легко, не смотря на возраст, поднялся из глубокого кресла и не прощаясь направился к воротам. директор Департамента смотрел в след удаляющемуся другу и как-то сама по себе в голове родилась сентиментальная мысль: а как долго мы знакомы? Кажется, вечность. А что я узнал о нём за этот немаленькой срок? В принципе – ничего. Или всё. С какой стороны смотреть.

Не было дела, которое Сыщик не раскрыл. Одно его расследование тянулось без малого двадцать лет. Но он всё-таки довёл до конца. Почти двадцать лет! И на вопрос, зачем ты это сделал? Ведь через такое время негодяя даже судить нельзя он коротко ответил: «Дело не в суде, дело в том, что каждое преступление должно быть раскрыто».

Он не занимался теми делами где была замешана политика. По его мнению, участвуя в расследовании политического преступления ты волей не волей принимаешь одну из сторон. А он был политически абсолютно нейтрален. И не потому, что он не имел своих взглядов. Именно свои взгляды и привели его к мысли, что в наше время любая власть существует сама по себе и ради себя. Его же работа никак не связана с обеспечением функционирования власти. Поэтому все его расследования были исключительно вне политики. Кстати и сегодняшнее расследование носило исключительно неполитический характер. Точнее он должен был вынести вердикт, что является причиной смерти сенатора, политика или обычный криминал? Если политика присутствует, то как минимум отпадёт половина версий причины гибели сенатора. Если нет, то он найдёт того или тех, кто к этому причастен, пусть и через двадцать лет.

Правильно поставленный вопрос – половина ответа. Пальцы Сыщика, он очень любил, когда его так зовут, наверное, дань времени, когда даму пропускали вперёд, а старшим уступали дорогу, забегали по клавиатуре. Конечно можно было вопрос и продиктовать, но парадокс мышления в том, что говорение мешает думанию. Поэтому клавиши позволяли сыщику не только формулировать вопрос, но и переформулировать отдельные фразы, смыслы и понятия доводя вопрос до идеала. Несколько раз он радикально менял отдельные предложения, а то и целые абзацы, но в конце концов родились две страницы объяснения того, что он хочет добиться от Искусственного Интеллекта. Касание клавиши «ввод» и можно расслабиться.

Сыщик сидел в абсолютной тишине и зрительно представлял, как заданный им вопрос крутится внутри огромной машина, сначала наматывая на себя экзабайты информации, а затем, словно скульптор ИИ отбрасывает в сторону всё, что ему кажется неподходящим. Несколько минут ожидания и короткая мелодия сообщила, что процесс отбора информации завершён.

Итак, это около двухсот тысяч случаев. Сыщик хмыкнул, он думал, что будет хуже. Просмотрев сотню-другую отобранных случаев, он уточнил вопрос и продолжил ждать решения.

А пока он ожидал ИИ, которому не было преград ни во времени, ни в пространстве и языках шерстил мировую паутину: базы данных полиции, местных властей, газеты и блоги, сайты и видеохостинги. Он копался в серверах ФБР, ЦРУ и ещё Бог весть кого, благо допуск Сыщика это позволял. После очередного прочёсывания осталось несколько тысяч вариантов. Сыщик внёс ещё пару уточнений и количество вариантов сократилось до сотен случаев. Ещё уточнение, и ещё уточнение … Так прошёл первый день поиска ответа не вопрос кто и за что так не любил конгрессмена.

И уже к вечеру на руках, а точнее в компьютерных файлах, у Сыщика были данные о чуть больше десятке случаев, которые по мнению ИИ соответствовали запросу. Он взял горсть цветных кнопок и сверяясь с данными компьютера воткнул гвоздики кнопок в карту страны. Отошёл на пару шагов, но какого-либо осмысленного узора в размещении кнопок по карте не рассмотреть не смог.

- Ну что же, в путь так в путь. И, по старой традиции, начнём из далека – вслух произнёс Сыщик.

Трудовой день закончился заказом авиабилета и прокатного автомобиля в аэропорту прибытия.

Мир барханных котов

Самолёт протащил свою тень по выжженной поверхности пустыни и устало плюхнулся на раскалённый бетон. Сыщик ненавидел жару и пустыни. Всякий раз, перемещаясь между закрытыми пространствами с их уютными кондиционерами, ты вынужден оказываться под палящим солнцем, обливаться потом и покрываться мелкой, как пудра, пылью. А затем влетев очередной кондиционированный рай, глотать воду. Сам полёт проходил в комфортных условиях бизнес-класса и поэтому переход в пыльное и жаркое пространство, разделяющее лайнер и перронный автобус, было особо неприятным. Хотя сегодня предстояло совершить ещё достаточно много бросков под палящими солнечными лучами, так что приходилось привыкать.

Он на мгновение задержался возле выхода из аэропорта для пассажиров того самого бизнес-класса, осматривая плывущую в мареве гигантскую автостоянку. Но в это время практически бесшумно подкатил гугломобиль, браслет на руке легонько свибрировал и на экране высветился номер предоставленного авто. Номер подкатившего автомобиля был идентичен присланному, и он с удовольствием плюхнулся на заднее сиденье. На этом осмотр достопримечательностей аэропорта заштатного города завершился, но Сыщика это абсолютно не расстроило. Он здесь по делам, и местный лунный ландшафт ему был глубоко безразличен.

Гугломобиль выкатил на ровную, слегка поношенную дорогу, плавно набрал скорость и устремился в марево асфальтированного пути. В городах сыщик предпочитал автомобили с живым водителем. И это не было снобизмом, из общения с человеком можно почерпнуть массу информации, которую не найдёшь ни в одном справочнике. Тем более таксисты, как правило, любители поболтать. Но здесь, в этой глуши барханных котов, были только роботизированные авто. Хотя и в этом есть свои плюсы. Как минимум к тебе никто не пристаёт с дурацкими вопросами. Уютная кондиционированная кабина и унылый, полупустынный пейзаж за лобовым стеклом вполне способствовали рабочему настроению, и Сыщик погрузился в чтение файлов, готовясь к первой встрече.

- до места назначения десять миль, — проворковал бархатный голос, и Сыщик оторвал голову от экрана. Больше чем за час пути пейзаж практически не изменился. И если бы не чахлые кустики, то было бы крайне сложно определить движется машина или нет. Вот из песка вырос транспарант, уведомляющий, что через пару миль можно перекусить и заправиться. И ещё через пару миль из-за плоского неопрятного бархана показалась заправка.

Сыщик остановил гугломобиль в паре десятков шагов от заправки и несмотря на унылую жару оставшийся путь проделал пешком. Ему нужно было осмотреться.

Вопреки окружающему пейзажу сооружение выглядела вполне ухоженным. Под навесом расположились несколько топливных и электрозаправок. При этом расположены они были так, что заправляться могли как пустынные поезда, так и обычные легковушки. Одноэтажное здание с крышей из солнечных панелей объединяло магазинчик, небольшое кафе и хозяйское жильё. За домом раскинулся крохотный цветущий садик, который ассоциировался с оазисами из «Тысячи и одной ночи». Дверь гостеприимно распахнулась перед Сыщиком и как только он перешагнул порог стремительно отсекла кондиционированную благодать помещения от изнуряющего песчаного зноя.

Изнутри заправка произвела ещё более приятное впечатление. Небольшое уютное помещение на несколько столиков сияло чистотой и уютом. Огромное зеркальное окно не пропускало зноя с улицы и поэтому пейзаж за ним выглядел не так угрюмо. Из-за стойки бара приветливо улыбалась хозяйка. Именно приветливо, а не стандартной приклеенной улыбкой, когда кроме губ на лице ничто не улыбается. Одета она была по моде пустынных дорог: чуть великоватая рубашка в крупную клетку, несколько поношенный джинсовый сарафан и скорее всего грубые кожаные башмаки жёлтого цвета. И только опытный взгляд сыщика смог уловить, что всё это и даже небрежно зачёсанные волосы были, если так можно выразится, итогом тонкого вкуса, а не небрежности или местечковости.

- Вы из полиции? – неожиданно поинтересовалась хозяйка?

Сыщик был не то чтобы ошарашен, но определённо вопрос привёл его в замешательство.

- Понимаете, — продолжила хозяйка, не переставая по-доброму улыбаться, — я знаю всех, кто в это время мог бы проехать по этой дороге. Вы в их число не входите. Случайных людей на трассе быть не может, не то место. Учитывая, что несколько лет назад у меня исчезла дочь до сих пор её так и не смогли найти. Вот я и подумала, что вы из полиции.

- Не совсем из полиции, — ответил пришедший в себя Сыщик.

- А давайте я вас угощу кофе? Я в это время, как правило, пью турку и мне не составит труда сварить две чашки вместо одной. Тем более, если честно, терпеть не могу кофе из автомата.

Она указала на столик, и Сыщик с удовольствием разместился в углу рядом с окном. Хозяйка принесла две чашки ароматного кофе и продолжила:

- извините, может я что-то не то сказала и вас сюда привела иная цель? Спрашивайте.

Сыщик отпил глоток ароматного кофе с лёгкой кислинкой и едва заметными привкусами клубники и шоколада. Непроизвольно кивнул как бы подтверждая свои мысли: «Чёрт возьми, а это действительно вкусно» и проговорил:

- Вы абсолютно правы. Я по поводу вашей дочери. Я расследую несколько похожий случай и мне важны все мельчайшие детали. Я конечно читал протоколы, но протокол — это просто конспект, и он только в малой мере отражает сказанное. Меня интересует всё. Поэтому я не буду пока задавать вопросы, вы просто расскажите всё, что помните, на свой выбор и считаете нужным сказать. Вы не будете возражать если я буду во время вашего рассказа делать пометки в блокноте?

Сыщик всегда старался избегать голосовую запись. Большинство людей увидев, что включился микрофон перестают общаться с вами, а начинают общаться с «железом» и это зачастую ведёт к потере сути разговора. Короткие же пометки в блокноте как бы подчёркивают вашу заинтересованность в том, что говорит человек, с которым вы беседуете и выступает в роли поощрения говорящему. Учитывая же профессиональную память Сыщика, то он мог восстановить разговор дословно в течение нескольких дней используя свои каракули. Но это он делал только в исключительных случаях.

- Хорошо, тогда я начну издалека. – чуть дрогнувшим голосом произнесла хозяйка.

– Как вы уже заметили, — она опять улыбнулась, — я не из этих мест. В свою бытность я занималась, и довольно успешно, социологией в одном из университетов на Востоке. Муж там же занимался исследованиями в области квантовой механики, точнее – теоретической её стороной. Дела шли неплохо, у нас была довольно неплохая научная и финансовая перспектива. Но неожиданно на меня свалилось наследство в виде этой заправки. Для решения некоторых юридических вопросов мы всей семьёй ненадолго, как нам тогда казалось перебраться сюда, взяв творческий отпуска. И неожиданно пришли к выводу, что здесь здорово работается. Не отвлекает вся эта мишура, которую мы воспринимаем как насыщенная жизнь. Рауты, обязательные посиделки, чтение чужой галиматьи для написания рецензии так, чтобы не обидеть и не подставиться. В общем, мы зависли. Пока документы на наследство кочевало от одного стола к другому я была вынуждена поддерживать жизнь заправки, во-первых, чтобы не потерять бизнес. Ну а во-вторых было просто интересно.

Дочери, а она к этому времени уже ходила в школу, понравился класс и учителя. Здесь всё было по-доброму патриархально и спокойно в отличие от большого города, где не знаешь во что тебя в очередной раз попытаются втащить.

В документах была какая-то проблема и они то приходили, то уходили, но нас это не сильно расстраивало. Всё шло хорошо, пока – она слегка вздохнула – муж не завершил работу. Вдруг выяснилось, что нас давно объединяли только работа и общие университетские проблемы. Мы расстались. Расстались по-доброму, без истерик и битья посуды. Даже остались друзьями.

А вот дочь измены, как она заявила позже, отцу не простила. Она наотрез отказывалась с ним общаться в любой форме. Так прошло несколько лет. Муж успешно трудился в университетской лаборатории, я работала и обрастала, если так можно выразиться, друзьями и клиентами. За несколько месяцев до исчезновения дочь вдруг неожиданно попросила, что бы я пригласила отца. Не знаю, то ли она повзрослела, то ли местный образ жизни, размеренный и спокойный, подействовали на неё. Но встретились они очень тепло. Как будто не было ссоры в несколько лет. Много болтали, смеялись, болтались по барханам.

За пару дней до её исчезновения отец приехал уже во второй раз и уже не на пару дней, а на целую неделю. Привёз каких-то безделиц мне и дочери. Съездил с дочкой в школу. Она очень гордилась тем, что её папа учёный. Опять шлялись по барханам.

И я вдруг поняла, что жизнь наладилась. Мы, все трое, наконец обрели гармонию с миром. Всё, что нас тяготило, исчезло, а трудности можно преодолеть.

Последний день вместе я помню, как сейчас. Отец уехал вечером, а мы, уже вдвоём, засиделись за полночь. Были каникулы, и она решила подольше поваляться в постели. В середине дня я позвала её к столу, хотя бы пообедать. Она заглянула в дверь, в ту которая справа от стойки счастливая-счастливая. Сказала, что на улице жуткая жара, а ей нужно срочно полить цветок. Видите, вон то боковое окно? Оно выходит на дорожку, которая ведёт от задней двери к садику. Я слышала, как хлопнула дверь и машинально стала смотреть в окно дожидаясь, когда она пробежит по дорожке. Меньше чем через минуту я поняла, что что-то произошло. Я вылетела в коридорчик ведущий от двери за стойкой к двери на улицу. В коридоре никого не было, я выбежала на улицу. Но и там не было никого. Вот и всё.

Сыщик задумался.

- можно я задам вам несколько вопросов?

- да, конечно, утвердительно кивнула она головой.

- может вы помните время?

- знаете, когда живёшь размеренно и не торопясь то время имеет немного иной смыл. Это было около полудня, точно. Солнце стояло в зените, и я ещё подумала, что в это время цветы ни в коем разе нельзя поливать.

- а другие двери в коридорчике есть?

- да, конечно. Но я отчётливо слышала стук двери на улицу. На ней стоит доводчик и звук закрывающейся двери абсолютно отличается звука остальных дверей. Тем более из других помещений она не могла выйти на улицу мимо меня. Из дома только две двери, одна мимо стойки к колонкам, вторая в сад. Все окна наглухо закрыты из-за кондиционера. Ну и, конечно, я перевернула весь дом ...

- может когда дочка закрыла дверь возле стойки что-то произошло. Ну, скажем необычно, непонятное, или наоборот что-то абсолютно повседневное?

- да нет, всё было абсолютно обыденно. Хотя нет, был отблеск света, как от ветрового стекла. Я даже удивилась, что отблеск был, а машина так и не появилась. Но это могло и показаться.

- и последний вопрос, могу ли я посмотреть вещи вашей дочери?

- да, конечно. Тем более, что я её комнату оставила так, как она была в день её исчезновения. Знаете, я почему-то для себя решила, что если я там всё уберу, то я оборву последнюю ниточку надежды ...

Что бы не травмировать хозяйку Сыщик осмотрел дом и сад ка бы мельком. Как дань профессии. Но на самом деле его взгляд с точностью макрофотографии запечатлел всё что находилось в доме и вне его. Он мог сказать, где какой цветок растёт в садике, под каким углом к краю стола лежит планшет, какого цвета обратная сторона спинки компьютерного кресла. Он ещё раз перебирал в памяти картинку комнаты девочки: тахта, столик с ноутбуком, планшет на этом же столе, спортивные кубки, фотографии, дипломы, сертификаты. Небольшая уютная комната девочки с навсегда застывшим порядком. Но он точно знал, что здесь что-то есть. Что-то важное, хотя пока он не знает, что.

Натренированная память забудет всё, что не представляет интереса для дела. Но комната будет храниться в неприкосновенности столько, сколько будет идти расследование. Пусть это и будет двадцать лет.

Сыщик взглянул на экран браслета. Ну что ж, он успевает на заранее забронированный рейс к следующей встрече, а пока можно вздремнуть.

Пастораль & Мэм

Салон был практически пустым и это настраивало на лирический лад. Полёт в полупустом самолёте как-то сам по себе сбрасывал темп не только движения, но и мыслей. Учитывая, что предстоял перелёт с побережья на побережье, а это не тридцать минут, можно было не только понаслаждаться бизнес комфортом, но и вздремнуть. Сыщик с удовольствием выпил за счёт конторы дорожащего коньяка и закрыл глаза. Самолёт слегка покачивался, а слабый гул моторов никак не влиял на настроение. За долгие годы жизни сыщик научился спать впрок, чем он и собирался заняться. Но не тут-то было. Браслет дёрнул за руку и высветил на циферблате: «Встреча со вдовой завтра в 16.00, не опаздывай, она этого не любит».

- Проклятье: - лениво подумал сыщик, — теперь придётся перекраивать завтрашнее утро.

Он чертовски не любил, когда кто-то, пусть сам Господь вмешивается в его график. Но за это платят, и платят хорошо. Тем более само дело вдруг показалось странным и интересным. Перекроив график, заказав билет до Вашингтона, состыковав все необходимые контакты он всё-таки улучил минут сорок и вздремнул заботливо укрытый длинноногой стюардессой.

Выйдя на трап Сыщик вздохнул полной грудью ласковый морской воздух. Температура после пустыни, несмотря на свои 26 градусов показалась невероятно комфортной. И главное был вечер и именно то время, когда идти к кому-нибудь уже неприлично, а завалиться спать ещё достаточно рано.

Аэропорт стоял практически на берегу залива поэтому ближайшая приличная гостиница оказалась буквально в десятке минут езды от аэропорта. За шум самолётов можно было не переживать. Во-первых, сам по себе городок был достаточно заштатным. А во-вторых Сыщик мог заставить себя спать даже под стволом стреляющей пушки. Он посидел на веранде пару часов наслаждаясь медленным закатом и местной кухней и отправился в номер. Завтрашний день обещал быть суетным.

Роботакси плавно затормозило, и сыщик оказался рядом с пряничным домиком. Термин родился сам по себе, без каких-либо посторонних подсказок. Район был патриархально тих и каждый их домиков был будто из сказки. Но этот был особым. Аккуратная гравийная дорожка аккуратно извиваясь вела к миленькому, по-другому просто нельзя сказать, крыльцу. Цветы, кусты и деревья росли в заботливо организованном беспорядке и только человек с высоким чувством вкуса мог понять сколько терпения времени и труда вложено в этот цветущий гармоничный хаос.

Хозяйка в лучших традициях старой доброй Англии встретила сыщика перед крыльцом и улыбкой истинной леди после взаимного приветствия предложила выпить по чашечке чая. Тем более, - сказала хозяйка, - именно в это время я предпочитаю пить чай.

Сыщик так до конца и не разобрался, что это было, истинное лицо или напускная чопорность. Но, по большому счёту его это и не интересовало. Беседа прошла в достаточно откровенной обстановке, и он получил ответы на все вопросы которые планировал задать.

Если коротко полученную информацию можно было представить следующим образом. Работа, которой занимался супруг была абсолютно неконфликтной, но достаточно прибыльной. Здесь сказывались как высокий уровень профессионализма покойного, так и его авторитет. Прожили они вместе более пятидесяти лет, детей не было, такова воля судьбы. «Конфликты были, но попробуйте прожить пятьдесят лет вместе и ни разу не поругаться. Это же жизнь, а не клиника для душевнобольных». Перед происшествием, именно происшествием, у него было большое дело. Как он говорил: «Большое, последнее и прибыльное». После него он планировал уйти на покой. В этот день он решил поехать в контору к обеду. Все дела были закрыты, но босс просто попросил приехать попрощаться. Коллеги его уважали. А может и даже любили. Они выпили свой двенадцатичасовой чай на веранде. После этого супруг заглянул на несколько минут в кабинет, вышел на крыльцо, помахал рукой, спустился по лестнице и на мгновенье скрылся за цветущим кустом. Он должен был появиться спустя пару секунд, но не появился. Хозяйка выбежала вслед за ним практически сразу, «что вы хотите, возраст», но за кустом никого не было. Яркое солнечное пятно и брелок в виде кубика, который супруг любил подбрасывать на ходу, когда у него было хорошее настроение. Из необычного за последнее время. Хозяйке показалось что, когда муж зашёл за куст она видела блик, как будто кто-то фотографировал со вспышкой. И сказанная по какому-то пустяшному поводу странная фраза «звёздочка звёздочке». В молодости он часто называл жену Звёздочкой, но последнее время это происходило крайне редко.

Быстрый, но тщательный, с разрешения хозяйки осмотр ни дал ничего. Всё аккуратно, чисто и предсказуемо. Мебель, фотографии на стенах, поздравительные адреса и дипломы на стене. Всё, как и должно быть.

Сыщик плюхнулся в такси и рванул в аэропорт. Успел он практически к отъезжающему трапу. Но всё же успел. И только утонув в кресле и по привычке перелистывая в памяти визит он вдруг почувствовал, что упустил что-то важное. Но вот что?

Полёт прошёл, говоря армейским языком, штатно. В полудрёме. Злоключений на пути не оказалось поэтому в пятнадцать сорок пять он уже нажимал кнопку звонка у ворот особняка в викторианском стиле. Раздался звук гонга и дверь открыл слуга больше внешней чопорностью похожий на представителя древнего рода, чем на специалиста по открыванию двери. Хотя кто их знает. Жестом он пригласил Сыщика следовать за собой. Пройдя через какие-то дворики, анфилады и коридорчики они оказались возле огромной двери из морёного дуба.

- к Вам Сыщик по договорённости с Вами. – Эту фразу слуга произнёс так, словно на приёме у короля извещал о прибытии заморского гостя.

Скорее всего это был кабинет покойного сенатора. Он был по-мужски дорог и пуст, и опять же чопорен. Спиной к огромному окну за обширным столом, аккуратно устланным какими-то бумагами, сидела дама в викторианском, здесь Сыщик про себя хмыкнул, дама. Не поднимая головы и вполголоса, она произнесла:

- У вас двенадцать минут. Обращайтесь ко мне мэм. Я вынуждена вас слушать, так что будьте как можно короче и яснее. Я Вас слушаю …

Приглашения сесть не последовало, хотя в кабинете было достаточно кресел и стульев. Сыщик бегло осмотрел комнату и зацепился взглядом за столик для приватных бесед. Не торопясь, прошествовал к нему и сел в одно из рядом стоящих кресел так, чтобы лицо скрылось в полутени.

- Мадам, давайте расставим все точки над “i” до начала разговора.

Сыщик сделал небольшую паузу и продолжил:

- Мы оба заинтересованы в том, чтобы разобраться в произошедшем. Меня не интересуют, во всяком случае пока, отдельные детали личной жизни сенатора. Поверьте, я знаю достаточно, однако на данном этапе следствия — это немаловажно. Я умею хранить тайну. Это доказывается тем, что я ещё жив, хотя приходилось разбираться в делах щепетильных и немаловажных. Судя по тому, что вы сидите за столом мужа, папки на нём аккуратно разложены сейф открыт и на мониторе текст слова вроде «я в делах мужа не разбираюсь» не проходят.

Жена покойного конгрессмена подняла голову и с любопытством взглянула на Сыщика.

- Ну что ж, задавайте ваши вопросы. Сколько вам понадобится времени?

- Не мне, а нам. Сколько – не знаю, всё будет зависеть от того, что я услышу. – Ровным голосом произнёс Сыщик. – На данный момент меня интересует только один вопрос. Что необычного или нетипичного произошло за последние пару недель?

Женщина за столом задумалась. По её лицу было видно, как она тщательно перебирает в голове имеющуюся информацию. Молчание несколько затянулось, но в конце концов она заговорила:

- Я бы выделила две вещи. Во-первых, приглашение Президента. Обычно его помощник предупреждал супруга об их встрече где-то дней за десять. У обоих был очень плотный график, как вы понимаете. И, во-вторых, странный чек на пятьсот долларов.

- Сумма.

- Я ничего странного в чеке на пятьсот долларов не вижу.

- Как сказать. Но такой мелочью мой супруг лично не занимался. Есть секретарь, помощники. Да мало ли кто. И ещё, в столе я нашла вот это. – И она протянула Сыщику аккуратный светлый прямоугольник, визитку. – Видите ли, чек был отправлен именно её владельцу.

Визитка была анахронизмом. Информация состояла из стандартного набора: имя и фамилия, адрес, пара телефонных номеров, и вид деятельности: «вселенская торговля недвижимостью». С молчаливого согласия хозяйки кабинета сыщик аккуратно положил визитку в карман, задал ещё пару вопросов и учтиво распрощался.

Сыщик шёл по коридору, когда телефон в кармане несколько раз требовательно несколько раз сработал на вибрации. Сыщик достал телефон и на экране высветилось сообщение: срочно посмотри и ссылка. Клик по ссылке перевёл на запись новостей CNBC.

Прямой эфир. Скалистые Горы и море солнца. В правом верхнем углу экрана таймер отсчитывает местное время. Полдень. Бегущая строка «Прибытие сенатора … на ракетную базу …». Вертолётная площадка. Мачта с полосатым колдуном. Колдун висит как мешок. Значит штиль. Вертолёт в стиле лимузин на мгновение зависает над бетоном площадки и мягко опускается на землю. Дверь сползает в сторону, откидывается трап и в проёме появляется конгрессмен. Нарочито бодрой походкой он направляется в сторону небольшой группы встречающих. Диск вращающегося винта над головой сенатора. Мгновенная, на уровне «может показалось», вспышка. Сенатор исчез.

Телефон ещё раз вздрогнул в руке и появился очередной текст: «Есть запись 8К. Выслал на домашний.»

Дело становилось всё интереснее.

Три подряд и профессор физики

8-К не дали ничего. Как модно стало выражаться, ничего от слова совсем. Впервые исчезновение произошло столь публично и при таком техническом контроле, всё-таки стратегическая ракетная база, что говорить о том, что что-то оказалось упущенным не имело смыла. Однако …

Залитая солнцем посадочная площадка. Полдень. Вот над посадочной площадкой проносится вертолёт сопровождения и зависает метрах на ста чуть в стороне. Вот появляется китовая туша вертолёта сенатора. Вертолёт касается стриженого газона и практически сразу распахивается дверь и выскакивает алюминиевый трап с противоскользящей поверхность. По трапу молодцевато спускается сенатор и мелкими шажками, прижав к бокам согнутые в локтях руки трусцой направляется в сторону встречающей толпы. Лопасти вертолёта рисуют над головой сенатора серебристый круг. Сенатор пересекает лёгкую тень от работающего винта, немного спотыкается. Бейсболка сваливается с головы сенатора и … сенатор исчезает, а бейсболка продолжает полёт. Падает на траву и по инерции прокатывается ещё пару метров. Всё. Все камеры наблюдения, а их по пирометру стоит множество. Все камеры репортёров зафиксировали одно и тоже. Сенатор спотыкается, вспышка похожая на вспышку фотоаппарата, только короче, и катящаяся по пустому газону бейсболка.

Ещё пару недель пролетели в перелётах, беседах и допросах. Разные люди, разные места. Пожалуй, единственным, что могло связывать исчезновения, Сыщик принципиально не использовал слово «убийство» это были время и погода. Исчезновения происходили в районе полдня, плюс-минус полчаса, и в солнечную погоду. И это было всё, что хоть как-то объединяло эти события.

Очередной звонок застал Сыщика дома за фужером с коньяком. Фужер с коньяком стоял на журнальном столике, и Сыщик даже не помнил, прикасался ли он к нему или нет. Он думал. Хотя думать было практически не о чем. Солнце, полдень. Всё. Правда в запасе было какое-то агентство с визитной карточки. Но хозяина отловить никак не удавалось. Пару раз к агентству подъезжали машины доставки, выгружали нехитрую офисную технику и мебель и уезжали. Встречала их молодая женщина, она же командовала расстановкой мебели и подключением офисной техники. Хозяина она видела один только раз, когда устраивалась на работу. Суть работы – секретарь. Но на данный момент этой работой она ещё не занималась. Старую мебель вывезли ещё при хозяине, остался только один проводной телефон. Папки и ноутбук хозяин забрал домой. Как он сказал «пока всё здесь не оборудуется».

В разговорах не было ничего необычного. Хотя пару моментов можно выделить. Не точная цитата, а смысл фраз:

- наконец то я смогу не отвлекаться на эту ерунду. – такое впечатление. Что он говорил о работе своего агентства.

- неожиданно стали появляться не только деньги, но и влиятельные знакомые. – это тоже в контексте работы агентства.

- поеду к японцам в Атакаму. Сто лет там не был. – Эта фраза звучала так, будто он здесь был в отпуске, а туда едет работать.

Фотографий нет. Селфи не делали. Приезжал в джинсах и клетчатой рубашке. Марку машины не знаю, светлая. Слушает что-то старинное. Кажется, называл Пинк Флойд. Но могу и ошибиться, есть ли такая музыка.

Звонок был предельно коротки.

- Кажется интересное. Адрес сбросил.

Адрес был, если так можно выразиться, буквально под боком. Несколько часов и вот сыщик стоит перед типичным домом «одноэтажной Америки». Практически провинция. Полицейский, стоящий на тротуаре после взгляда на удостоверение, проводил Сыщика в дом, где представил местному представителю ФБР.

Со слов представителя закона картина была следующая. Неожиданно исчезает глава семейства. Да, до недавнего времени в доме жили четыре поколения, что по нынешним временам практически аномалия. Старику было за девяносто. Можно было бы предполагать что угодно, но исчезновение оказалось в поле камеры видеонаблюдения. Полдень, тень вспышки и старика нет. В наследство вступает сын. Проходит какое-то время и история повторяется. Видеонаблюдение: полдень, тень вспышки и всё. В наследство вступает внук. И опять всё то же самое. Самое странное – время и место практически одни и те же. Сейчас в наследство вступил внук. Сидит со всеми поколениями женской половины в своей комнате и боится выходить.

— Вот копия завещания. Всё как у всех. Любопытное я выделил.

Действительно, любопытного в завещании было ровно столько, сколько выделил агент ФБР.

«… а также мои участки земли … координаты … штат Техас, … координаты … штат Аляска, … и планета номер два звезды Китальфа созвездия Малый конь …»

- А к этому прилагается. – И агент протянул Сыщику рамку, внутри которой находилось свидетельство о том, что владелец сего сертификата является владельцем планеты номер два звезды Китальфа созвездия Малый конь и перечень оснований федерального законодательства о законности сделки по приобретению недвижимости.

Сыщик даже не сильно удивился, когда в тексте со звёздными атрибутами он прочёл не только знакомую фразу «вселенская торговля недвижимостью», но обнаружил адрес конторы с визитки неуловимого торговца, как оказалось, галактической недвижимость.

- заберу?

- да, конечно, — кивнул фэбээровец.

Семья выглядела предельно испуганной, и беседа с её членами не дала ничего нового. Сыщик порекомендовал никому, на всякий случай, не выходить на улицу в солнечную погоду, как бы этот совет не выглядел странным и откланялся.

Тот же самый полицейский, что встретил Сыщика, стоящий у дверей жестом попросил Сыщика остановиться и полушёпотом, наверное, в тон обстановки в доме, произнёс:

- Вас ожидают, сэр – и кивнул в сторону человека стоявшего в тени огромного дерева на противоположной стороне улицы.

Человек под деревом не стоял, а прятался. Это Сыщик понял практически сразу, как только к нему приблизился. Сыщик не был Шерлоком, но всё же кое-какими дедуктивными способностями обладал. Несколько испуганный человек был преподавателем. Вероятно профессором. Свои открытия делал «на кончике пера» и у него была небольшая собака. Скорее всего такса. Страха, а тем более ужаса, в глазах профессора не было. Скорее всего это был взгляд человека, осознающего опасность.

- давайте пообщаемся в машине, — произнёс профессор, энергично пожимая руку Сыщика. Сыщик принял предложение без возражений и подогнал машину так, чтобы визитёр оказался на переднем сиденье, не покидая тени кроны дерева.

- предлагаю следующее, я выскажу всё что собрался, а вы потом зададите мне вопросы. Я так понимаю, вы здесь если не главный, то, как минимум обладаете значительно большим количеством информации и полномочий. После утвердительного кивка головой профессор, а говоривший именно им и оказался, продолжил:

- Я работаю в одном очень интересном проекте и занимаюсь … здесь он слегка ка бы поперхнулся, — в общем это не столь важно. Важно другое. В своей работе мне приходится иметь дело с различными видами излучений. Так вот, как-то рассматривая результаты записи я обратил внимание, что на самом краю диапазона присутствует какая-то размытая запись. В общем то это нормально. Земля окружена таким уровнем волнового мусора, что порой просто сложно сквозь него пробиться. Однако, когда я обнаружил то же самое излучение третий раз оно меня заинтересовало. Я покопался в архивах и выяснил, что оно появилось не вчера. Имея доступ, так скажем, со стороны силовиков, я запустил поиск корреляции параметров излучения к чему-нибудь на земле. Знаете, есть такая не шутка, что миграция креветок в мексиканском заливе имеет те же параметры, что и скачки курсов некоторых акций на Нью-Йорской бирже. И это, несмотря на абсолютную абсурдность, работает в краткосрочной перспективе. Но я не об этом. ИИ неожиданно выдал три вещи. Первая. Записи излучения сопоставимы со случаями похожими на случаи исчезновение двух сенаторов. Что подобный результат уже отправлялся вам. И что вы будете в этом месте. В последнем случае ИИ ошибся всего на двадцать мину.

- Старею, — подумал про себя Сыщик. – становлюсь предсказуемым. Но вслух он произнёс естественно другое – Продолжайте.

- Что ж. Я не буду рассказывать все перипетии запросов и все средства, которые я задействовал в поисках результата. Результат следующий. Люди исчезали в полдень по астрономическому времени, не путайте с поясным. Небо должно быть предельно ясным и главное, в это время в зените должна находиться звезда HR 8131. Вот и всё. Я не знаю, насколько вам помог, но HR 8131 это единственное, что можно пощупать. К сожалению, излучение это тень, даже скорее рябь в волновом мире и какую-либо информацию выудить из него практически невозможно.

Сыщик автоматически ввел в поисковике "звезда HR 8131" и всезнающее устройство практически мгновенно выдало: Китальфа, созвездие Малый Конь.

Финал или только начало?

- Шеф! Мы его нашли!

- И где он? – мгновенно отреагировал Сыщик?

- Направляется в контору

- Ок, сейчас буду. Если попытается скрыться – задержите. А так не высовывайтесь. Я сам с ним разберусь.

Сыщику хватило получаса, чтобы оказаться рядом с уже знакомой конторой в не самом престижном углу города. Полицейская машина с двумя копами стояла недалеко от интересующего места и была припаркована так, что могла включиться в погоню в считанные секунды.

Сыщик потянул дверь на себя, колокольчик, которого раньше не было, старомодно звякнул и он оказался внутри офиса. Если при первом посещении офис был демонстрацией образца переезда: коробки, мебель не на своих местах, ничем не закрытые окна, голые розетки и прочее, то теперь это было вполне современное помещение. Со вкусом подобранная мебель гармонировала с цветом стен. Жалюзи на окнах пропускали света ровно столько, сколько было необходимо. Кондиционер не выпячивался, а делал свою работу. Мебель была лаконична и функциональна.

Увидев Сыщика, секретарша повернулась к человеку, который сидел за большим начальственным столом и произнесла: — Сэр, это тот, о котором я вам говорила буквально несколько минут назад.

Человек поднял голову, и Сыщик сразу же обратил внимание на глаза. Они просто по-доброму улыбались. И учитывая свой опыт в физиогномике он сразу сделал вывод, что этот человек если и имеет хоть какое-то отношение к исчезновениям, то оно настолько опосредованное, что даже сложно представить.

Человек поднялся, широко улыбнулся уже не одними глазами, а всем лицом и приятным голосом старомодно представился:

- профессор от астрономии, академик и доктор наук Джеймс К. Портер. Чем могу быть полезен?

Сыщик достал жетон и непроизвольно улыбнулся в ответ:

- могу ли я задать вам пару вопросов?

-- конечно, — профессор указал на столик для бесед возле окна, и через пару минут они разместились в удобных креслах.

- чай? Кофе? – и увидев отрицательный жест Сыщика поинтересовался

- так чем могу быть вам полезен?

- Просто расскажите, чем вы занимаетесь, а если понадобится уточнение я вас спрошу.

- Хорошо. Ещё раз представлюсь – я астроном и надеюсь хороший. Специализируюсь на разработке методов изучения космоса.

Коль вы нашли меня здесь сразу поясню, это так сказать побочный бизнес. – и он обвёл рукой помещение. Как то, шутки ради, я подарил коллеге сертификат на владение астероидом. Всех присутствующих это позабавило. Но насколько я был удивлён, когда на следующий день меня попросили продать «что-нибудь из космоса». Ну, знаете, как «Лунное посольство». Там вы можете приобрести участок на видимой стороне Луны размером от одного акра до нескольких. При этом вы получите официальный документ на владение куском поверхности ночного светила.

Я, чтобы не попасть в какую-нибудь юридическую коллизию, оформил патент на торговлю недвижимостью в далёком космосе.

Но это в моей жизни не главное. Недавно мы с коллегами сделали открытие, которое может очень серьёзно повлиять на дальнейший ход развития человечества. Скажем так – мгновенная связь.

Понимаете, проблема космических полётов связана не только с самим аппаратом, но и со связью с ним. Так запустив спутник в дальний космос, мы вынуждены надеяться, что искусственный интеллект управляющий аппаратом не подведёт. Конечно, мы поддерживаем с ним связь, но что это за связь? Недавно мы потеряли спутник, практически достигший пояса Койпера. Банальная причина, подвис бортовой компьютер и его надо было перезапустить. А теперь представьте, информация до Земли шла четырнадцать часов и столько же обратно шла команда. Что произошло за двадцать восемь часов и куда сместился спутник мы понятия не имеем. Итог – спутник потерян. Следующий спутник к этому месту мы можем доставить лет через восемь-десять. И это при условии, что мы его отправим немедленно.

К сожалению, мы ещё не умеем формировать сигнал, но зато уверенно принимаем. Однако если вспомнить сколько времени прошло с момента приёма сигнала от грозы до полноценной радиопередачи вы поймёте, что всё не так пессимистично.

Что ещё… Обследуя космос новым методом мы столкнулись с очень прелюбопытной ситуацией. Мы обнаружили звезду, вокруг которой вращается порядка двух десятков планет. И что очень любопытно они все приблизительно одинаковые. До недавнего времени было три планеты, которые висели на одной орбите образуя как бы равносторонний треугольник. Но и это ещё не всё, буквально пару месяцев назад этих планет стало четыре! Кстати, именно это послужило причиной моего срочного отъезда в обсерваторию в горах Чили.

- и я думаю, что звезда эта называется Китальфа – пробормотал Сыщик.

- как вы догадались? – удивился профессор.

- у меня к вам профессор один вопрос, сколько планет в районе Китальфы вы продали?

- порядка тридцати … А в чём дело?

- можно получить список? – проигнорировав вопрос поинтересовался Сыщик.

- да, конечно

И уже через пару минут Сыщик держал в руках список с несколькими десятками фамилий и адресов, часть из которых были печально известны.

- Большая просьба, постарайтесь не появляться на улице в районе полудня. И отнеситесь к этому серьёзно. – проговорил, прощаясь и пожимая руку удивлённого профессора Сыщик.

Сев машину он немедленно позвонил директору департамента. Разговор занял минуты три четыре.

Два дня спустя Директор и Сыщик сидели в неудобных креслах напротив Президента и говорили. Точнее говорил Сыщик, а Директор своими кивками предавал важности повествованию.

- Господин Президент! Я думаю, что причины загадочных исчезновений высокопоставленных чиновников и обычных граждан выявлены. Проблема в том, что наше законодательство почему-то разрешает распоряжаться чужой собственностью, например Луной. То, что пока никто не высказал претензий не означает, что Луна принадлежит исключительно нам.

Профессор Портер строго в рамках нашего законодательства начал продавать космические объекты гражданам США. К несчастью, одна из звёздных систем попавшая под распродажу оказалась населена высокоразвитой цивилизацией. Эта цивилизация предприняла упреждающие шаги. Я думаю …

Но договорить Сыщик не успел. На территории страны из всего, где только был динамик: телевизор, колонка, телефон, ноутбук и прочее вырвался дребезжащий металлический голос.

Мы внимательно изучили историю вашей страны и последствия действий вашей цивилизации на другие народы в связи с этим мы берём на себя право не допустить присваивания наших территорий и всякий кто посягнёт на наши земли будет стёрт так же как будут стёрты все потенциально опасные для нас объекты.

Сообщение было повторено четыре раза после чего Президенту доложили, что ЦОД Пентагона перестал существовать при странных обстоятельствах.