Не человеческое преступление.

Глава 1

Маленькие перламутровые облачка складывали на лазурном небе причудливые узоры. Только проклюнувшийся свет утренней зорьки осветил изумрудный луг. Роса в первых солнечных лучах смотрелась россыпью драгоценных камней. Пухлые шмели, басовито гудя, спешили опылять разноцветные цветы, в изобилии росшие на лугу. Пение птиц убаюкивало, а воздух пьянил своей свежестью. Вдалеке, на грани видимости, растянулась тёмно – зеленая полоса леса. Идиллия!

Вот и худощавому рыжему парню, стоящему в одном исподнем да сапогах возле странного пятиколёсного транспортного средства, напоминавшего громоздкий гибрид повозки, мотоцикла и автомобиля 30-х – 40 – х гг. 20 века, казалось точно так же. Прохладный утренний ветерок мог бы трепать его волосы – но не судьба. Молодой человек стригся очень коротко. Вообще, он был довольно примечательной наружности: крючковатый нос, тонкий, почти безгубый, большой рот, скулы, о которые, казалось, можно было порезаться, большие, пронзительные голубые глаза, а на щеках – по щедрой россыпи крупных веснушек. Не красавец, конечно. Но женщинам он, почему-то, вопреки всему этому, сильно нравился и беззастенчиво этим пользовался.

- Эх, красота! – восхитился видом парень, и вдруг замер, напрягся.

Его чуткий слух уловил какое-то движение. За спиной. У противоположного борта его странного транспорта. На руле, как будто позаимствованном у мотоцикла, висела потёртая кожаная кобура с внушительного вида и размера револьвером внутри. Мгновенно вытащив который, парень плавно и бесшумно, с пластикой крадущегося кота, обошел своё диковинное средство передвижения.

На противоположном борту сушились постиранные вчера в ближайшей речке штаны. Их меланхолично, но с выражением высшего блаженства на ехидной рогатой морде, пожевывала снежно – белая коза в красном ошейнике. Медно поблескивающий колокольчик на котором, почему-то, хранил гробовое молчание.

- Ну что, вкусно тебе?- спросил, плохо скрывая досаду в голосе парень – Постирал штаны, называется! Чтоб ты…была здорова, да! Отдай! Отдай говорю!

- А? Что? Где? Не брал я ничего! – раздалось сонное бормотание откуда-то из дощатого кузова перемотоцикла – недоавтомобиля, после чего на массивный металлический ящик опёрлась худая жилистая рука с идеальным маникюром. А за ней показалось заспанное лицо с близоруко прищуренными глазами и растрёпанной бородкой клинышком – И вообще, что случилось, Ренар? Который час?

- Да я не тебе, Нестор, а ей! Да отдай ты уже, оно ж невкусное! – Ренар дёрнул штаны на себя за одну из штанин, но коза, видимо, считала, что штаны всё же вкусные, и отдавать их категорически отказывалась.

- Кому - ей? – Нестор на пару секунд исчез за ящиком, чтобы вновь появиться – но уже в круглых очках с тонкой стальной оправой – Ах, вот оно чего… Ну, так она, по всем приметам, домашняя! Значит, мы вчера всего ничего не доехали до Края Земли… Эх, название ж у посёлочка-то… Хотя – подходящее, надо признать. Глушь такая, что тут и медведи, наверное, по улицам ходят!

- Да несносное ж ты животное! – это Ренар, разумеется, обращался к козе, всё ещё героически сражаясь с нею за свои штаны – Насчёт медведей не знаю, но вот воры там точно ходят, и не в меру наглые! Я и гнал-то так, чтоб поменьше следов время уничтожило. В принципе, как только телеграмму от Атти получил, так и… О, ну наконец-то! А, зараза, толку-то… Изжеваны в никуда!

Коза, наконец, отдала Ренару его штаны, но – в таком состоянии, что носить их не было и речи. Если только Ренар не решил бы подработать клоуном на полставочки. Но – ему вполне хватало его работы вольного сыщика. А ещё – его поблескивающие, словно у кошки, глаза, прозрачно намекали на то, что он был не совсем простым вольным сыщиком.

- Надо же! А я думал, к Охотникам нельзя просто так подкрасться, даже если ты – коза! – Нестор уже успел одеться и вылезти из кузова чуда местного машиностроения. Впрочем, ему и одеваться-то было: простецкие штаны из грубой ткани, ботинки, рубашки и синий балахон по колено, выдававший его принадлежность к Летописцам. В Мире Полнолуния они были чем-то средним между историками и журналистами.

- Давай, ещё ты поостри! Вообще, ты ж Летописец, должен бы знать, что мы не можем всё время находиться в режиме обострённых чувств. Даже ночное зрение – и то лишь в темноте появляется, даром, что глаза всегда блестят, как у котейки какого… Тьфу! Только прикупил приличные штанцы, так нет же! Придётся в полевых ходить, старых и потёртых! Найти б их только… Куда ж я положил их? А, нашёл! – он вытащил из вороха тряпок рядом с сундуком…

Да тоже, в общем-то, тряпку, только цвета «сепия». Несколько раз встряхнул её, подняв облако пыли – и тряпка даже стала походить на штаны. Широкие, со вместительными набедренными карманами. Дальше из кучи была извлечена бежевая рубаха из очень толстой нити и с удлиненной спиной, и куртка из точно такой же ткани, но в цвете, опять же, «сепия».

- Нет, я просто думал… У вас же там такой суровый отбор, сперва Лесным стать, потом этот ваш двухдневный кросс через жуткие дебри, Пещеры Сна эти, в которых заснуть легко, а проснуться… А потом вас ещё и муштруют со всей возможной страстью… Сколько лет сейчас? Пять или шесть? Больше, чем во времена жизни Тристы – Спасительницы. И – я подумал, что это уже у вас в крови из-за долгих тренировок, всё эти…штуки. Вот.

- Нестор, мне очень приятно, что ты – думаешь. Это в наше время редкость. Только вот мы – не суперлюди какие-то. И не боги. Вон, даже Борво – и тот сгинул. Хотя казалось бы – сильнейший фехтовальщик Востока, триста лет с гаком прожил, и тем не менее… Вторая Лесная Война даже его прибрала! А Жнец? Тот вообще не человек. Ну то есть, и Охотников-то многие считают какими-то не – людьми, но там-то…

- Что? Давай, раз сказал «А», то уж перечисли весь алфавит!

- Окей. Мало того, что он из Иного Мира пришел, так ещё и … Ну, тут чья бы коровы мычала, конечно, но я по сравнению с ним – чист, аки слеза младенца. Так и что же? А сгинул он. Умудрившись сделать секир – башка Империи Солнца перед этим, да ещё и Небоходов с небес на Астарту спустить. Но – и то, сгинул. Да ты и сам знаешь, ещё и лучше меня, ты ж Летописец! Ладно, давай, по коням, что ли! – сказал Рейнар, потому что за время своего монолога успел не только одеться, но и привести себя в условно – опрятный вид.

Не то длинная куртка, не то укороченное пальто цвета – ни за что не догадаетесь – сепия, надёжно прикрывала поясную кобуру с револьвером на свободном подвесе, а бежевая шляпа, которая должна была защищать от солнечных лучей, сейчас служила просто модным аксессуаром.

- У тебя, хочу заметить, больше … хммм…способностей, чем у прочих Охотников. Я бы даже сказал, что ты больше смахиваешь на Жнеца, чем на просто Охотника, эх! – Нестор запрыгнул на широкое сиденье, на другую сторону которого мгновением позже присел Ренар, которому сравнение со Жнецом явно не понравилось:

- Ну вот, прям с утра – и «комплименты». Слушай, я что – тоже оптом, направо и налево, убиваю людей? Как думаешь, почему его, в отличие от той же Тристы – Спасительницы, практически не вспоминают? Не потому ли, что он пришел сюда не для спасения этого мира, а для личной вендетты?

- Но если тебя так тяготят… Некоторые сходства с этим персонажем 125 – летней давности, то почему же ты ищешь с таким упорством информацию? Информацию о нём, о Ясне этой, его подруге? – вероятно, не в первый раз удивился Нестор. – И, кстати, убийца – то, конечно – убийцей, но если бы он с Ясной не принёс те самые 125 лет назад тот накопитель Знаний из Иного Мира, то… Мы б до сих пор на лошадях ездили, а не на мотовездеходах – это как минимум. И Неогардарика бы третий к ряду искусственный спутник Астарты не запускала. И хирургия так бы и была в зачаточном состоянии. И да – не получил бы ты телеграмму от Атти с просьбой помочь. В лучшем случае – голубиная почта. И в такие сроки, что выезжать, из – за больших сроков доставки, было б бессмысленно. Так что не надо быть таким однобоким. Кстати, ты спальник со всем прочим хозяйством для сна на дорожной обочине не забыл на той самой обочине?

- Нет. Только проснувшись, свернул и в кузов закинул. Ты просто среди прочего хлама не увидел, наверное. И – что я слышу? Начались лекции… А я было испугался – Нестор заболел! Однобок я или нет, это не отменяет факт того, что Жнец – холодный, безжалостный аппарат для убийства. Был. А я в этой истории копаюсь потому, что она может пролить свет на моё прошлое. А то быть загадочным подкидышем в одну из хат Лесных, конечно, очень романтично… Нет, правда, сие обстоятельство мне здорово иногда помогало склеить барышню. Но! Я бы всё же предпочёл знать, кто я и откуда! Итак! – Ренар застегнул на затылке ремешок защитных мотоциклетных очков, повернул ключ в замке зажигания, на что мотор тут же отозвался глухим, басовитым рыком – Он сказал: поехали, он махнул рукой…

***

Странный транспорт, выглядевший, словно плод любви мотоцикла, ретро – грузовика и обычной телеги, был вездеходным. На что прозрачно намекали большие колёса с широкими шинами, которые мягко шуршали по разбитой колее просёлочной дороги, поднимая облака пыли. Этот вездеход был одним из штатных средств передвижения Охотников, да и прочих Лесных, как по Проклятым Лесам, так и по прочим местам. Местам, где дороги были больше похожи на направления. Он назывался «Шарпей», и предоставлял ездокам довольно неплохой комфорт для техники подобного рода.

Но когда почти три дня подряд трясешься по ухабам и колдобинам – даже отличные рессоры «Шарпея» не спасают от крайне скорбных ощущений в месте, на котором обычно сидят. И если Ренар переносил такое испытание стоически, то Нестор беспокойно ёрзал с похоронной миной на лице:

- Интересно, долго нам ещё ехать? А то уже как-то это… Надоедать начинает, скажем так. Пейзажи тут какие-то однообразные: леса да луга, леса да луга…

- Но не от пейзажей ж0па ноет, а от езды, не так ли? Ничего, ещё пара успешных дел и обновлю сидушку-то. А то и меня тоже это достало. – Ренар глянул на часы – А судя по нашей скорости, через полчаса уже должны подъехать. К Краю Света, хех!

- И ещё, я тут пока ёрзал, оглянулся и увидел у нас в кузове козу. Что-то ты сегодня совсем мышей не ловишь, Ренар.

- Да знаю я про козу. Но так как никаких других поселений, кроме Края Света, в округе нету, значит, коза именно оттуда. А раз так – то чего б и не подвезти? Может, её кто потерял…

Через полчаса плавного покачивания на ухабах на горизонте показался большой, покатый холм, густо облепленный невысокими домишками и опоясанный речкой. Через речку был переброшен довольно широкий каменный мост, возле которого, со стороны самого посёлка, расположилась парочка небольших каменных же башенок. Впрочем, подъехать и рассмотреть всё это поближе пока что не получилось.

Потому что шагах в ста от моста разыгралась сцена, которая, в принципе, требовала вмешательства не то, что частного детектива, но и любого неравнодушного прохожего. А именно: три каких-то недоноска, одетые во всё черное и клёпанное, с жалкими подобиями ирокезов на головах, увлеченно лапали невысокую, коротко стриженную блондиночку, отбивающуюся от них каким-то… Чемоданчиком? А, нет, это был кофр для сбора особо деликатных растений, такие были популярны сперва у Лесных, но потом разошлись по всему Миру Полнолуния. Штука довольно прочная, и ей вполне можно было ощутимо приложить кого -то по голове. Но, несмотря на яростность попыток девушки сделать это – они были не очень-то удачны. И один из троицы смог зайти со спины, стиснув в своих грязных лапах руки девушки. Кофр упал в придорожную пыль, а другие два дегенерата начали щупать девушку за всякие интересные девичьи места.

И если бы ей это нравилось – Ренар, скорее всего, проехал бы мимо. Но она истошными криками выражала явное недовольство столь назойливым вниманием, поэтому…

- Молодые люди, вам не помочь? – Ренар смог подъехать очень близко, ведь увлекшиеся насильники не желали замечать в округе ничего, кроме своей жертвы.

Один из них, покрупнее и понаглее прочих, нехотя развернулся, вальяжно сделал несколько шагов до Ренара, и метко да смачно харкнул ему на сапог. Сыщик, тяжело вздохнув, спрыгнул с седла.

- Не, все билеты на это представление уже куплены, проваливай! – и его подельники громко загоготали, поддерживая своего – судя по всему – главаря.

- А я думаю, вам всё же нужна помощь. – на лице Ренара ни дрогнул ни один мускул, да и в целом он сохранил полнейшую невозмутимость – А то, видите ли, какое дело… На каторге насильников не очень любят. Хотя нет, вру: как раз наоборот! Очень любят, даже против их воли. И от такой любви у них потом очень болит задница. А если у вас будет болеть задница, то чем же вы будете думать?

- Ну, сучёныш, ты сам выпросил! Думаешь, если Охотник, то можно выёживаться как тебе хочется? Выкуси, го8на кусок!

Но выкусить, почему-то, получилось совсем не слишком наглому, по мнению придорожного люмпена, Охотника, а ему самому. Вот вроде бы только отправил кулак в полёт, прям в самодовольную рыжую морду. И тут же мир в глазах сделал кульбит, а земля дала под зад так, что аж дух вышибла, выбив из глаз целый фонтан искр!

- Тебе никто не говорил, что невежливо бить человека по морде, даже не познакомившись? А вы чего застыли? У вас есть что сказать?

У двоих оставшихся, может, и не было, чего сказать, но было, что показать. Они оставили в покое перепуганную девушку, достали из-за пазухи ножи, с глумливыми улыбками двинувшись на Ренара. Правда, у того за отворотом длинной куртки тоже кое – что было:

- Мало того, что вы насильники, так ещё и идиоты. Потому что только идиоты приходят на перестрелку – с ножами! – Ренар с сухим щелчком взвёл курок своего массивного, тускло блестящего иссиня чёрным воронением, револьвера, словно по волшебству, мгновенно возникшего у него в руке – Или вы мне хотите эти ножички подарить?

Конечно, едва ли провинциальные бандиты хотели дарить свои ножи Охотнику, но тем не менее бросили их. И бодро побежали восвояси, сверкая пятками. Правда, их предводитель, возможно, от сотрясения того места, которым обычно думает, не понял ситуацию, и решил поиграть в героя. Хотя нет – в особо подлого злодея, попытавшись со спины насадить Ренара на свой нож. Но тот был вполне готов к такому повороту событий и проворно развернулся лицом к нападающему. Развернулся и поморщился, будто съев разом целый лимон, а то и два. Дело в том, что он не любил убивать. В принципе, даже тех, кто этого, казалось бы, заслуживает. Даже Проклятых Тварей.

Его больше увлекал процесс выслеживания, таинство следопытства, скрытное наблюдение, и, главное – напряженная работа мысли при всех этих действах. Которая позволяла ему по мельчайшим следам словно перемещаться в прошлое, видя то, что там некогда происходило. Обычный человек видел неясные отпечатки больших лап на земле и щепки, торчащие из ствола дерева выше роста человека. Ренар же, силой воображения и аналитического ума переносился на неделю назад, и видел матёрого самца медведя, метившего территорию при помощи закуса на стволе дерева. И после этого основательно почесавшего спину о шершавый ствол. Медведь был светлей многих своих собратьев, эдакий блондин. Откуда Ренар это знал? Потому что он заметил шерстинки на коре дерева, а обычный человек на это не обратил внимания. Кроме этого - крупнокалиберные патроны для охотничьего револьвера, рассчитанные, вообще-то, на Проклятых Тварей, были весьма не дёшевы. И тратить их на какую-то мелкую плесень рода человеческого Ренару совершенно не хотелось.

- Неужели ты и правда так сильно хочешь меня расстроить? – вкрадчиво спросил рыжий Охотник, и глаза его внезапно стали чернее самой тёмной ночи – Неужели у тебя так много лишней крови, чтобы лить её понапрасну? Подумай хорошенько!

И дальше Ренар широко и лучезарно улыбнулся. А предводитель придорожной гопоты с криками о злых духах понёсся догонять своих дружков – подельников. Вот какие чудеса таит в себе дружелюбная, белозубая улыбка – если у вас во рту вдруг выросло 8 клыков, четыре сверху, и четыре, поменьше, снизу. Впрочем, девушка, спасённая в том числе благодаря этой улыбке, ни её саму, ни внезапно почерневших глаз Ренара не увидела. Потому что, обернувшись, он был уже практически нормальным человеком. Не считая того, что его глаза отражали свет, подобно кошачьим – ну так это для всех Охотников нормально.

- Что ж вы так, девушка, одна по незнакомым местам ходите? А если б мы мимо не проезжали? – с укоризной спросил Ренар.

- Мне было бы очень плохо, что тут ещё сказать! – низковатый тембр голоса блондинки каким-то образом делал его приятным, чарующим – Я вообще-то не совсем местная. Учусь в Амобрахии на медицинском факультете. Приехала вот бабушке помочь за дедушкой ухаживать. У него трофическая язва на ноге. Мама с папой в командировку отбыли, срочную, они врачи у меня… Так что кроме меня, получается, некому помочь. А эти… Вчера один из них ко мне в местном магазине клинья подбивал. Отшила, потому что _такие_ совершенно не в моём вкусе. Ну а сегодня пошла за каменным грибом, возвращаюсь домой – и тут эти… И откуда они вообще взялись тут? Когда маленькой была, не было тут таких отморозков… Я, кстати, Айрис. И да – чуть не забыла: спасибо за помощь. Но отблагодарить вас мне нечем, денег с собой не взяла. Могу чаем напоить с булочками, если хотите.

- Я – Ренар. Вольный сыщик и, как вы уже, наверное, заметили, Охотник. Этот вечно недовольный всем человек – Нестор, он Летописец. Вообще, мы сюда приехали кражи расследовать, но если не часами чаи распивать… То почему бы и да? – рыжий Охотник лучезарно улыбнулся, разумеется, уже не демонстрируя черноты глаз и остроты клыков, Айрис же улыбнулась в ответ, сказав:

- Кражи? Это хорошо… То есть, это плохо, конечно. Но нас намедни вот обокрали. А местный шериф… Я не хочу его обидеть, конечно, но такое ощущение, что для него такой случай слишком крепкий орешек.

- Вот, значит, как? Получается, можно совместить приятное с полезным. То есть работу с общением с такой приятной особой… Хорошо поездка складывается. Однако же, мадам, позволите вас подвести до вашей скромной обители? – Ренар шутливо раскланялся, указав рукой на «Шарпея», и на щеках Айрис проступил лёгкий румянец. Нестор же, что-то едва слышно пробурчав, перебрался в кузов.

***

Полчаса спустя.

Нестор скорбно вздохнул, сложив руки на груди. Лицо его было печальным настолько, что казалось: ещё немного, и заплачет. Нет, заревёт, как смертельно обиженное малое дитя.

- Вот представьте, мадам Бренна – у нас всегда так. То за какими-то мизераблями по трущобам носимся – вместо ночного сна. То вот такие вот «чаепития»… Так что не удивляйтесь. Впрочем, если б этот человек не находил на свою… На свой неимоверный трудовой энтузиазм приключений с захватывающим сюжетом – я б послал куда подальше и его, и такую жизнь. Всё же летописец – это когда сидишь в уютном кресле у камина и сочиняешь историю древних городов. В том числе и словно бы от лица тех, кто их строил… А не это вот всё!

- Да уж, энтузиазм вашего товарища довольно редок, признаю. Ренар! Вы уверены, что сможете там удержаться? Может, лучше поискать в кладовой стремянку? – миниатюрная пожилая женщина с белыми, как снег, волосами, в узких лекторских очках, прижала руки к груди, а пальцы от волнения стали теребить декоративные розы из тончайшей ткани.

А волновалась она за человека, поднявшегося под самый потолок, к одной из вентиляционных решеток, которая была полуоткрыта. Он изогнулся буквой «Г», встав на плечи старинной статуи какого-то воина с мечом, одной рукой держался за ту самую вентиляционную решетку, а другой, вооруженной небольшим, но цепким пинцетом, что-то из неё вынимал.

- Бабушка, не говори ему под руку! – укоризненно сказала Айрис – Это же как с той историей, в которой не надо думать о синем крокодиле, помнишь, я тебе рассказывала?

- Естественно, помню, но… - бабка Айрис не успела договорить, потому что Ренар изящно и почти без звука, чуть оттолкнувшись от стены, спрыгнул со статуи и доложил:

- Ну всё, сбор потенциальных улик объявляется законченным – он показал дамам маленький контейнер из армированного стекла, на дне которого лежал клочок какой-то … шерсти?

- Вопрос лишь в том, что это нам даёт. Я пока что ничего не понимаю! – пожал плечами стоявший чуть позади всех Нестор – Ну, кроме того, что чай, наверное, уже остыл.

- Я и сам пока не знаю. Но – судя по следам на пыли, открыта эта решеточка была недавно. Не исключено, что во время самой кражи. И – мне кажется, что по самой вентиляции что-то тащили… Награбленное? Но проще было тогда уж в окно выкинуть да во дворе подобрать… Странно. Но, в любом случае, любая информация не помешает. И ещё – странно, что в доме был человек, не заметивший ни проникновения вора, ни то, как тот его личный сейф вскрыл. Может, с ним всё же можно поговорить? Недолго?

- Боюсь, это бесполезно.

- Вы точно уверены, мадам Бренна?

Бабушка Айрис лишь медленно, со скорбным выражением изрезанного морщинами лица, кивнула, сама же Айрис предпочла жестам слова:

- Понимаете, у моего дедушки – деменция. Вероятно, болезнь Альцгеймера - по иномирным классификациям. К сожалению, даже медицина Лесных с далеко зашедшим процессом нейродегенерации ничего поделать не в состоянии. А, когда это всё только начиналось у дедушки, то это ещё не умели лечить и на ранних стадиях. Теперь же… Знаете, если он что-то слышал или видел – он не вспомнит. Он уже и нас-то через раз вспоминает, меня с мамой то и дело путая. Вы просто потеряете время, да и дедушка всё равно сейчас спит… Он вообще очень много стал спать, когда… В общем, ничего полезного от него вы не узнаете.

- Печально. Мне просто не верится, что Кон Берцелиус, один из величайших химиков, отец медицинской бионеорганической химии, сейчас даже не узнает своих родных. Сюрреализм какой-то! – Ренар тяжело вздохнул.

- Годы. Они не щадят никого! – развела руками Бренна – Знаете, я очень сожалею, что в своё время мы с мужем провели вместе очень мало времени, по сути-то. Он постоянно по уши в химии, а я – в древнем и старом искусстве. Я думала, что, когда мы постареем, то будем вместе гулять по какому – нибудь тихому, провинциальному городишке, перед этим вдоволь покопавшись в саду и огороде, любоваться закатом, обсуждать и осуждать беспутную молодежь, вспоминая, что раньше было лучше. Одним словом, вести тихую, спокойную, размеренную жизнь стариков на пенсии. Но у Матушки – Природы были на нас другие планы. Но это всё лирика. Переходя к прозе жизни, хочу вас попросить об одном – найдите, пожалуйста, Почётную Медаль Современного Химического Общества! Она дорога нашей семье, как память о былом. А остальное – несущественно. Без пары золотых колечек спокойно можно жить.

- Мы сделаем всё возможное. Но нам бы ещё хотелось зайти к вашим соседям – их же тоже обокрали? – Ренар, судя по всему, загорелся азартом, найдя пусть и странные, но первые следы, которые могли бы привести его, чем чёрт не шутит, и к преступнику, а Нестор про себя выругался, потому что чаю, судя по всему, они сегодня так и не попьют.

- Да, да, их тоже. Так давайте, сейчас к ним и сходим? – предложила Бренна – Вам ведь время дорого, правильно понимаю?

- Совершенно верно. – согласился Ренар.

- Что же, тогда не будем его тратить впустую! Я всё равно хотела сходить к Брееде за рассадой. Да и козу надо к ней отвести, пока она не перегрызла веревку, которой я её к яблоньке привязала. Так что – идёмте!

И они вышли из просторного, но мрачного и тёмного дома в небольшой, уютный, залитый солнцем сад. Там, в белой тенистой веранде, стоял столик и четыре стула. И на столике остывал чай, который, видимо, так и не будет выпит. Хотя… Нестор, чуть отстав от остальных, забежал на веранду, глотнул чаю и, быстро завернув в салфетку, положил в карман булочку. Да, не очень культурный поступок, особенно, для Летописца. Но если Ренар увлекается расследованием – неизвестно, когда удастся поесть. Не исключено, что завтра, а у Нестора со вчерашнего вечера и маковой росинки во рту не было. Ещё голодных обмороков только не хватало.

- Нестор! Ну, что ты там плутаешь, давай, догоняй! – окликнул его Ренар, отвязывая козу от самой высокой в саду яблони. Нестор, пару раз обо что-то споткнувшись и чудом поймав собравшиеся было в полёт очки, догнал.

Их дорога пролегала по аккуратно вымощенной природным камнем тропинке, по левую руку от которой росли фруктовые деревья. По правую же расположились парники. Да, сейчас было не то, чтобы жарко, но душновато. Хотя скоро должно быть и жарко, как никак, июль начинался. Но зимы тут были совсем не южными, с морозами, пусть и не очень жестокими, да со снегами по колено. Потому парники в местном домашнем хозяйстве были явно не лишними. Тропинка же была странной. Потому что вела она…

Прямиком в изгородь. Возможно, металлическую, а может, и деревянную. Этого невозможно было понять из-за густо обвивших её ветвей. Среди хитросплетения которых, на уровне груди, висела бронзовая табличка с черной кнопкой посредине. Бренна энергично надавила на неё несколько раз.

- Иду, иду, иду! Я подслеповата, но не глухая же! – через какое-то, непродолжительное, время, стена из ветвей с тихим шорохом отъехала внутрь, затем – в сторону. За ней оказалась высокая, статная седовласая женщина в больших, угловатых очках в роговой оправе. На её щеке красовалось родимое пятно, напоминающее формой сердце. А ещё – она дружелюбно улыбалась гостям золотозубой улыбкой.

- Здравствуй, Брееда! Помнишь, про наш уговор, с рассадой-то? – сразу же спросила Бренна.

- И склерозом я пока что не страдаю, так что помню, конечно. Но, как погляжу, ты не одна, с компанией… А в честь чего? И, может, сперва представимся друг – другу, молодые люди?

- О, простите, за долгою дорогой мы совсем забыли о манерах! Я – Ренар, вольный сыщик, а это – летописец Нестор.

- Нестор, Нестор… А ведь где-то слышала уже это имя… Не могу, правда, вспомнить, где… Видимо, склероз мне всё же приветственно помахивает ручкой-то… Я – Брееда Граш, одна из соучредителей местного молокоза…

- Меее! – подала голос из-за спины Ренара коза, которая всю дорогу до калитки не очень-то хотела идти, и тот уже подумывал взять её на руки, боясь придушить ошейником или сломать шею резким рывком. А перед замаскированной калиткой своенравное животное зачем-то спряталось за спинами людей.

- О как! Княжна! Нашлась! Ну, иди сюда! – Брееда протянула руки и коза – как это ни странно, пошла к хозяйке, будто бы была послушной собакой – Ух ты, козя, козя милая, опять тебя на путешествия потянуло? А ну как съест тебя кто? Эхехех…. Вот хотите верьте, хотите нет – чуть не каждую неделю бегает, путешествует. Есть иномирная сказка про лягушку – путешественницу, так впору из-за неё сесть писать сказку про козу – путешественницу!

- Это, наверное, от того, что тут мало вкусных новеньких штанов, которых можно пожевать в своё удовольствие! – сказал Ренар, отвязывая импровизированный поводок от ошейника Княжны – А вообще, мы с Нестором тут по просьбе моего старого знакомого, Атти. Он попросил посодействовать в расследовании краж. И слышал я, что у вас что-то украли. Могу ли я взглянуть на место преступления?

- Атти позвал вольного сыщика? Молодец какой. А я-то, грешным делом, подумала, что он забыл про нас. Пришел только, несколько вопросов задал, ещё отпечатки поснимал, и всё – молчок. Между нами говоря – он производит впечатление человека, которому интереснее отвешивать пинки каким-нибудь хулиганам, а не расследовать преступления.

- Отчасти так и есть. – Ренар улыбнулся – Когда-то он был специалистом по отвешиванию этих самых пинков. Особый Штурмовой Отряд Городской Стражи Амобрахии – слышали, наверное? Да почти наверняка слышали, они для обмена опытом по многим королевствам ездили. Вот Атти там служил, выбыл по ранению, ну и решил поискать тихое местечко. Ну и работёнку поспокойнее. Только у судьбы на него оказались иные планы.

- Надо же… Даже так. – удивилась Брееда – Однако, проходите, осмотрите место преступления. Хотя украли-то… Смешно сказать: подвески с люстры. Хрустальные. Ну и немного бижутерии. Из гостевой спальни. Я и заявлять-то не хотела, муж настоял… Атти пришел, снял отпечатки, но в нашем захолустье-то их и сравнить нечем, ближайшая картотека, кажется, вообще в Виминале. Так Атти говорил, если я ничего не путаю. Но может, вы ещё чего найдёте, кроме этих самых отпечатков.

- Не исключено. Впрочем, поживём – увидим. – сказал Ренар и прошел, вместе со своими спутниками внутрь дома Брееды. Он был таким же просторным и стремящимся вверх, как и дом Бренны. Да и в принципе был таким же. А ещё – такими же были почти все дома в Краю Света.

- Кстати, а в вашем поселении, выходит, практически все дома – старинные, судя по контрфорсам и прочим деталям, имперской ещё постройки? – спросил Нестор.

- Совершенно верно. – ответила Брееда – Я отнюдь не фанатка имперских порядков, однако и я вынуждена признать, что строили они на совесть. Хотя, конечно, с практичностью у них отношения не всегда ладилось. Помещения с такими высокими потолками довольно непросто протапливать зимой, например.

- Кстати, по поводу потолков. Я просто так до них не достану, а мне бы поближе осмотреть люстру. Не найдётся ли у вас стремянки? – попросил Ренар.

- Дверка слева от входной двери, видите? Там кладовка, стремянка почти у входа. Хрустальные подвески на этой люстре приходится протирать от пыли, поэтому стремянку мы далеко не прячем.

Через минуту стремянка была водружена под люстру, Ренар, проворно по ней вскарабкавшись, начал крутить головой в поисках чего – нибудь, что может его заинтересовать. Вычурность завитушек каркаса люстры немного рассеивала внимание сыщика, но тем не менее через небольшое время он подцепил что-то стальным пинцетом и водрузил в очередной контейнер. Неторопливо спустился, потёр лоб, спросил:

- Госпожа Брееда, а подвесок было много? И какого они размера?

- Нет, немного. Люстра-то тоже имперских ещё времён, просто переделана под электричество, да. А они не любили слишком много камушков – стекляшек вставлять во всяческие свои поделки. Так что штук пятнадцать всего было, и размером чуть меньше чайной ложечки. Где-то у меня был семейный фотографический снимок, как раз в этой зале. Конечно, там их плохо видно, подвески эти. Но – видно. Сейчас, принесу.

- Был бы премного благодарен! – ответил Ренар, слегка склонив голову.

«Сейчас» растянулось ещё минут на пятнадцать, за которые в животе Нестора пару раз отчетливо буркнуло, Ренар же погрузился в светскую беседу с Айрис, которой было любопытно, насколько опасна профессия вольного сыщика. Тот ответил, что:

- Конечно, бывают и опасные моменты. Вроде того, что мы с вами недавно пережили. Но в основном – это кропотливая аналитическая работа. Которая людям, не склонным к ней, покажется удручающе монотонной и скучной. И да, работа Охотника, наверное, опаснее. Да, порой встречаются люди, что опаснее Проклятых Тварей, но Тварей, всё же, побольше будет, чем таких людей. Так что просто по теории вероятности…

- Нашла! Апчхи! Ой, простите, давненько не прибирала в шкафу, и там стало пыльно, каюсь, грешна. Вот, возьмите. Только прошу – с возвратом! – Брееда твердой рукой протянула Ренару фотографию. Большую, с альбомный лист.

- Благодарю. Обещаю вернуть её по завершению дела в целости и сохранности!

- Кстати, вы могли бы остаться на полдник, у меня есть превосходный чай. А вы бы мне в благодарность рассказали, как живёт цивилизованный мир. А то у нас тут – захолустье дремучее. И связь с цивилизацией – только по телеграфу. Представляете, даже телефонов тут не водится, ужас!

Нестор только открыл рот, собираясь сказать что-то в духе: « - Разумеется, мы принимаем ваше приглашение!» Но Ренар его опередил, с вежливым отказом:

- Знаете, мы бы с радостью обсудили с вами свежие новости за чашечкой – другой горячего чая. Однако прошу понять и нас – мы сюда приехали работать. И дела не ждут, ведь преступник может и кого другого навестить с тем, чтоб чего-то украсть, и просто скрыться из городка. А я бы не хотел гоняться за ним по всему Миру Полнолуния.

- Да – да, конечно, понимаю.– Брееда мастерски скрывала своё разочарование – Что же, в таком случае, пожелаю вам удачного завершения ваших поисков!

- Благодарим! – Ренар откланялся и покинул гостеприимный дом. За ним семенил и шептал проклятия Нестор. Когда они вышли за калитку, то летописец уже полным голосом сказал всё, что думает о своём спутнике:

- Знаешь, Ренар, а ведь медики сейчас считают, что трудоголизм – это тоже болезнь. Что это – зависимость, Ренар. Как у алкоголиков от выпивки или у наркомана – от наркотика. Но это ещё ничего! Проблема в том, что от твоей зависимости мои кишки сейчас морским узлом от голода завяжутся!

- Страдалец! Хочу напомнить тебе, что ты сам стал со мной путешествовать, я тебя не неволил! Впрочем… - Ренар мельком глянул на наручные часы – Минут через пять мы заедем в участок к Атти. И там ты сможешь сжевать булочку, что стащил у матери Айрис.

- Ну, спасибо! И технически не стащил, ибо и так нас угощали!

- Ну да, ну да! – Ренар залез на «Шарпея», которого, сам не ведая того, припарковал ближе к дому Брееды, чем жилищу Айрис – Давай, загружайся, мученик!

Кстати, об Айрис: пока Нестор занимал своё место, она покинула дом Брееды и подошла к «Шарпею» почти вплотную. Точнее, к его водителю.

- Ренар, а вы не могли бы оказать мне одну услугу? Вопрос жизни и смерти!

- Даже так? – удивился тот – Что же, излагайте, тем более, если вопрос жизни и смерти.

- Могу я понаблюдать за вашим расследованием? Просто… Мне тут очень скучно, смертельно скучно, что уж скромничать! В Амобрахии я постоянно занималась делом: или практика в лазарете, или чтение литературы, питающей ум. А тут… Тут закуток, где не происходит ничего, кроме застоя и деградации. Местная библиотека… Одно название, а не библиотека. А с вами должно быть интересно. Я, кстати, могу помочь вам в исследовании образцов, вами найденных. Судебная медицина мне немного знакома.

- Немного знакома… - эхом повторил Ренар – Это похвально, правда. Как и ваша тяга к знаниям и новым впечатлениям. Но со мной вам может быть опасно.

- Да это же всего лишь воры! Не маньяки – убийцы какие-нибудь! Не думаю, что там может быть что-то очень опасное! – парировала Айрис.

- Всего лишь воры? Но кто знает, что у них на уме? Может, они психически не уравновешены? Такие люди могут быть опасны в силу непредсказуемости. Да и кажущаяся простота – она бывает именно что кажущейся. Хотите историю? Я же Охотник, и вольным сыщиком был не всегда. Так вот, как-то мы с квадом выслеживали непонятную тварь, которая в одном городке, тоже небольшом, как и ваш, но намного старше, таскала туши коров с местного мясокомбината. Следы привели нас в катакомбы. А там… Там оказались мозгохваты. И оболочек с два десятка. Сюрприз, на все сто, верно? Только я из квада и выжил, потому что вот к такому мы не были готовы.

- Ужас... Как же так вышло? – всплеснула руками Айрис.

- Да как… Одни чудаки на букву «м», хотели восстановить Солярную Империю. И решили делать это террористическими методами. И мозгохватов думали использовать, как биологическое оружие. Но, как это часто бывает с Проклятыми Тварями – что-то пошло не так. Но и без Тварей тоже бывает, знаете ли, «весело». Например, меня как-то чуть не зарезал серийный насильник и похититель. Он выслеживал в барах молоденьких девушек, подсыпал им кое – какие препараты в напитки, и… Так вот, случилось так, что он меня нашел раньше, чем я его выследил. И во вполне обычной столовке отравил. Будь я обычным человеком – то насмерть, а так – просто глубоко уснул… Потом он вывез мою спящую тушку за город, чтоб избавиться от сомнительного бонуса в виде вольного сыщика. Но не вышло – его огрел по маковке лопатой один летописец с шилом в пятой точке. Которое заставило его путешествовать по миру. И в благодарность за это мне теперь приходится этого мастера древнего искусства боя лопатой всюду возить с собой. И за двумя гражданскими я едва ли услежу, так что…

- Ну пожалуйста! Я не буду лезть на рожон, честно – честно! – взмолилась девушка. Ренар взглянул в её большие, жалостливые зеленые глаза, глубоко вздохнул, немного подумал и ответил:

- Ладно. Но только при первых же признаках опасности – убегайте и прячьтесь. Ну и вам придётся во всём меня слушаться, это, думаю, тоже понятно?

- Более чем!

- Держите! – Ренар протянул ей защитные очки – консервы и, недолго покопавшись в одном из ящиков снаружи прицепа, дал ей в довесок ещё и шлем – Безопасность превыше всего!

Нестор, скорбно вздохнув, перебрался в кузов вездехода, Айрис заняла его место и, маслянисто рыкнув двигателем, «Шарпей» мягко тронулся вперёд.

- Насколько я помню азы имперской планировки поселений, тут должно быть две главных улицы, которые пересекаются крест – накрест, а на месте пересечения – форум, так, Айрис? – спросил девушку сыщик.

- Да. – она показала рукой на возвышающийся вдали силуэт двух башень – Вот видите? Та, что с острой крышей, это каланча. Там и форум рядом, и, понятно, пожарная часть, и – участок городской стражи. Быстро доедем, даже если не гнать – тут практически нет ни автомобилей, ни мотовездеходов, как у вас с Нестором… Захолустье…

Доехали, действительно, быстро. Единственная остановка была вызвана… Стадом коров, переходивших улицу. Ну а что вы хотели? Захолустье… Участок стражи оказался… Нет, не избушкой на курьих ножках, но – не намного больше оной по размерам. Хотя – чистенький, аккуратный, видимо, недавно побеленный, с массивными решетками на окнах. Над главным входом, на стене, красовался барельеф в виде щита с рельефной надписью: «Служить и защищать!» Ещё – у участка имелся внутренний дворик, но в него было не пройти и не проехать. Он был огорожен черной, ажурной металлической оградой, а ворота оказались заперты на внушающий уважение своими габаритами висячий замок. Впрочем, учитывая то, что автотранспорт по улицам Края Земли ездил исключительно редко… Да и ездил ли вообще? Можно было парковаться прямо на обочине, не опасаясь конкуренции за стоянку. Что Ренар и сделал.

Троица спешилась с «Шарпея», рыжий сыщик скользнул к двери участка и постучал в неё кулаком. Ещё раз, погромче. И ещё раз, уже оглушительно. Но ответом была только тишина.

- А может, ехать сейчас было дурной идеей. Атти-то сова, всем совам – сова. А времени едва за десять утра перевалило. М – да… И позвонить тут не откуда, да? – Ренар покрутил головой в поисках телефона – автомата, но – тщетно.

- Тут у нас из средств связи – только телеграф. – пожала плечами Айрис – И на том спасибо. Местный градоначальник – тот ещё консерватор и ретроград. Эх, и это в то время, как в Амобрахии уже есть портативные телефоны, которые в карман помещаются, представляете? А тут… Печаль и скука.

- Если посмотреть на ситуацию с оптимистической стороны, хочу отметить, что ни один властитель не вечен. Даже Император Солярии – и тот … Закончился в своё время. – внёс свою лепту в разговор Нестор, а Ренар ещё раз отмолотил дверь, на сей раз – ещё и ногами. И это возымело эффект: из-за двери раздалось раздраженное ворчание и шаркающие шаги. Потом глухо лязгнул замок – раз, другой, третий. Массивное полотно двери быстро отъехало наружу, и Ренару пришлось прыгнуть вбок, чтобы не быть им ушибленным.

- Ну и кому тут не имётся? Что, снова на лесопилке кто-то кого-то на нож усадил? – заспанным голосом, энергично потирая глаза, спросил тот, кто открыл дверь.

- Нет. Тут кто-то просил помочь воров поискать, но если мы не ко времени, то, наверное, поедем… По грибы, например, я не знаю.

- О! Ренар! Ну ничего себе… Человек – метеор, я ж только два дня тому телеграмму отослал и то – на удачу, а ты тут уже.. Ну ты даёшь. Не ожидал. Ну, заходи тогда, чего через порог – то здороваться!

- Ай, Атти, ты мне сейчас все кости переломаешь! – сдавленно пискнул сыщик, когда зашел за дверь и давний знакомый его по – дружески обнял.

Оно и не мудрено – Атти был ростом метра в два, а то и выше, с широченными плечами и кулаками с пивную кружку величиной. Атлетичность телосложения несколько портил пивной животик, правда, совсем не выдающихся размеров. А густая черная борода и черная же повязка на глазу делала его похожим на пирата. Как и левая рука – которая ниже локтя была металлической.

- Ну-ну, заливай! Вашу охотничью братию так просто не проймешь! – не согласился с Ренаром Атти – Тем более ты, старый лис, обязательно вывернешься, если припрёт.

- Кстати, ты когда успел без глаза остаться?

- Да ты что, Ренар, окстись, какое – без гла… Ах, это! Это повязка для сна. Ну, чтоб свет не мешал. – Атти сгрёб полоску чёрной ткани своей лапищей и затолкал в нагрудный карман форменной куртки. – А так у меня только рук – недокомплект, вот. Ну, ещё недели с две как на лесопилке ножом тыкать пытались, но на пузе был броник, а то, что по бедру снаружи чиркнуло – то не считается.

- С протезом-то как, осваиваешься?

- А то! Не боги горшки обжигали и не сразу сказ сказывался, но – о! Гляди, Ренар! – протез Атти пошевелил стальными пальцами, сложившись во всем известный неприличный жест – Прогресс налицо, ха – ха! Ну да ладно. Пойдёмте, что ли, чай пить. А то я последний раз делал это вчера. И это – можешь свою лабораторию сюда тащить, взял же её, наверное? Там просто тряпка одна есть – с места преступления, но тут с оснащением такая жо… Жесткая ситуация, да, что… Захолустье, короче!

- Чай пить? О это прекрасно! – аж возликовал, потирая тощие руки Нестор.

- Ну вы проходите, а я сейчас из ниши отстегну. Лабораторию-то. – Ренар сделал приглашающий жест рукой, а сам направился к «Шарпею».

Легко, будто невесомый, запрыгнул в кузов, сгрёб багаж от левого борта к правому. Надо сказать – борта были чуть больше фута толщиной, потому что включали в себя отсеки для всяких необходимых в пути инструментов и припасов. Руки Ренара, быстро ощупав борт, чем-то металлически щелкнули и, ухнув, он вытащил из борта секцию в половину своего роста длиною. Такой «чемодан» без ручки было бы очень неудобно нести, потому сыщик, порывшись в объемных карманах своей одежды, извлёк оттуда короткий отрезок толстой верёвки с металлическими бусинами на концах. Который тут же был продет в специальные проушины – вот вам и ручка к «чемодану», получите и распишитесь. Спускался Ренар уже плавно и осторожно – в ящике была техника, требовавшая довольно деликатного обращения.

Вновь войдя в участок, пройдя тёмным коридором в кабинет Атти, он увидел Нестора, уплетающего что – то за обе щеки, и Айрис, рассматривавшую стенд с ориентировками.

- Фу, какая отвратительная рожа!

- Чья? А, Джек - Костолом-то… Уже должен быть на каторге, я его месяц, как выловил. Гонорар, правда, был более, чем скромен, но это мелочи, главное, одним психопатом меньше на свободе стало. – Ренар приподнял вверх свой «чемоданчик» - Атти, тут есть проектор? С ним было бы удобней!

- Проектор? Да в подсобке должен быть! Я сейчас!

Атти тяжело утопал куда-то в коридор, а Ренар тем временем стал раскладывать на большом, монументальном Т – образном столе тускло блестящее стеклом и сталью содержимое чемоданчика: штативы с пробирками, разноцветные флаконы, бинокулярную лупу и ещё…

- Ух ты? У вас и микроскоп есть? Ого! С электрической подсветкой! О, да тут даже конденсор тёмного поля есть! И какой маленький! – в голосе Айрис слышался…восторг?

- А ещё он – как конструктор, его можно под текущие потребности пересобирать. Правда, суммарное увеличение максимум 1000, но выше-то, да на оптике, и не целесообразно. – Ренар отщелкнул крышечку небольшого металлического контейнера – А тут у нас набор для приготовления микропрепаратов. Кто-то там говорил, что учился медицине? Айрис, сможете парочку препаратов из того, что я нашел у вас дома сделать? Мне бы желательно отдельно шерсть и отдельно – вот эти желтоватые пылинки на ней. Справитесь?

- Ещё спрашиваете! – усмехнулась девушка – Единственное, я тут покровных стёкол не наблюдаю.

- А вот! – Ренар вытащил из контейнера миниатюрную копию…старинной сторожевой вышки?

- А это что? – Айрис удивилась, увидев такое неуместное среди лабораторного оборудования изделие.

- А это такое хранилище для покровных стёкол. Крышу башенки сперва поворачиваете против часовой, потом нажимаете – и она вам на препарат стёклышко аккуратно и положит. Странно выглядит, но – удобно. Стекла не бьются, не пачкаются. А я пока что этим займусь – Ренар достал из внутреннего кармана парочку небольших пробирок.

В их черные крышечки были вставлены палочки с намотанной на их концы ватой. Вата была в чем-то тёмном.

- А ты когда успел? – проглотив очередной кусок пирожка, выказал удивление Нестор.

- Когда – когда… Болтать меньше надо было, а наблюдать – больше. Тоже мне, летописец! В доме у Айрис, пока вентиляцию осматривал. Там лист жести завернулся, и острый угол в просвете оказался. И вот на нём – пятна Я их этими ватками и потёр… Так, да где же оно? – Ренар осторожно перебирал содержимое своей мобильной лаборатории – А! Вот и они! Да, эти пятна похожи на кровь, и запахом в том числе, но надо бы убедиться…

Он взял чистую пробирку, слил туда немного содержимого двух флаконов из тёмного стекла, потом небольшими ножницами отрезал немного ваты с одной из палочек, кинул в пробирку, энергично встряхнул, и бесцветная жидкость стала фиолетовой.

- Ага! Кровь тут точно есть! А если группу попробовать определить? – Ренар достал из плоского отделения в крышке вместилища для своей лаборатории какой-то планшет с лунками, и, покопавшись ещё в недрах этого немаленького ящика – очередной флакон, только из зеленого стекла.

В пробке которого, на этот раз, была встроена пипетка. Из штатива на столе была взята другая пробирка с какой-то голубоватой жидкостью, куда Ренар погрузил две палочки с ватками, которыми он брал пробы с пятна. Как выяснилось только что – кровавого. Через полминуты он энергично помешал содержимое пробирки этими самыми палочками, мурлыкая себе под нос какую-то песенку. «Strangers in the night exchanging glances, wondering in the night, what were the chances? We'd be sharing love before the night was through…» - судя по языку и словам – иномирную, но этим сегодня в Мире Полнолуния мало кого можно было удивить. Закончив перемешивать, он разлил то, что было в пробирке, по лункам в планшете. И в заключение – в каждую лунку пипеткой по капле жидкости из зеленого флакона. Всё эти манипуляции Ренар проделывал с удивительной деликатностью, сноровкой и точностью – что слабо вязалось с его обликом человека, который будто всю жизнь провел на лоне дикой природы.

- О как! Интересно, интересно… - Ренар задумался, вытянувшись в струну и упершись кулаком в подбородок.

- Что там не так? – спросила Айрис – Кстати, микропрепараты готовы. Я не специалистка, конечно, но это явно чья-то шерсть. И пыльца. Пыльца мне знакома – это зверобой крапчатый. Полвека назад выведен в Амобрахии, и из него делают очень недурное средство от энтероколита.

- Даже так? А не так тут то, что это – не человеческая кровь. Группу не определить… А где растёт этот зверобой?

- В природе он практически не жилец, этот вид. Максимум – на городской клумбе найти можно. И то – скорей всего, только в Амобрахии. Атти!

- Ась!

- А что там с отпечатками?

- Да хрень там с отпечатками. Щас, в проектор слайд вставлю с ними. Полюбуешься… Да влезай ты, зараза! Ну, наконец! О, любуйтесь, люди добрые!

Ренар аж присвистнул. Каких только отпечатков он в жизни не повидал, но чтоб таких, с волнистыми папиллярными узорами вокруг трех трирадиусов на каждом… Или… Или всё же он что-то подобное уже видел? Просто очень давно, ещё в отрочестве, учась в Школе Охотников? Да, да, тепло! Где он мог это видеть? На кинологии и следопытстве скорее всего… Уже горячо. Ренар вынырнул из действительности, погрузившись в закрома своей памяти…

На его потоке эти, очень важные будущему Охотнику, предметы, преподавал сам Кун. Единственный выживший из послежнего квада Борво, знаменитейший кинолог, лично знавший Тристу - Спасительницу… Кладезь весьма интересных и поучительных историй из стародавних времён. И он рассказывал, что иногда очень не очевидные следы могут помочь выяснить, что за существо побывало в этом месте до Охотника. Например, отпечатки ладоней и ступней. Тогда он показал отпечаток руки пламенеющей игрунки. Мало того, что он был маленький, меньше детского, так ещё и…

- Ренар, ты вообще в этом мире, или уже нет? – Атти поводил рукой перед устремленным в никуда взглядом вольного сыщика.

- А? Да, да… Атти, у вас тут есть цирк? Со зверинцем, желательно?

- Ну, что же, не просто есть. Тут живут артисты, которые, правда, чаще в разъездах и гастролях. Но сейчас у них, как бы, побывка или как оно зовется. Зная тебя, не думаю, что тебе захотелось развлечений. Нащупал что-то, по-любому.

- Ага, Атти. И знаешь, это оказалось не так уж и скучно! Погнали-ка в цирк!

Ренар бегом выскочил на улицу и оседлал «Шарпея», все остальные едва успели залезть на посадочные места и – сыщик от души газанул. Айрис показала, где именно расположились на постой циркачи, едва перекрикивая рык мотора и свист ветра, бьющего в лицо. Ренар, кивнув, выехал на объездную – путь лежал в трущобы на окраине Края Света. Но, может быть, это не так и плохо.

Цветастые цирковые фургоны были прекрасно видны издалека. Они образовали полукруг, в центре которого скопилась очень пестрая публика. Как в прямом смысле, из-за цвета их одежды, так и в переносном: мужчины, женщины, старики, детишки, южане, жители Великой Равнины, северяне, экватарианцы… А перед ними стоял, оживленно жестикулируя, весьма колоритный персонаж: бородатый карлик в высоченном цилиндре, красной рубашке, чёрных брюках, кожаном жилете и с револьвером на поясе.

Пестрая публика что-то очень громко и наперебой кричала, и что именно – разобрать было невозможно, даже когда Ренар заглушил двигатель «Шарпея». Наверное, поэтому карлик, всплеснув руками, неимоверно быстро вынул револьвер и пару раз бабахнул в воздух. Все сразу замолчали, только эхо выстрелов ещё немного погуляло по окрестностям.

- Друзья мои! Да позвольте же договорить! Да, ситуация у нас тяжёлая, да, пока турне отменяется. Но – уверяю вас, ненадолго! Как раз на такой случай я завёл счетец в банке Виминала, под неплохие проценты. С голода точно не умрём!

- А голода мы не боимся! – прогудел неимоверно огромный мужчина с головой, напоминавшей пушечное ядро из-за того что она была выбрита налысо, если, конечно, бывали пушечные ядра с пышными бакенбардами – Но сидеть в глуши да тухнуть? Выступления – это наша жизнь!

- Так и моя тоже! И моя! Но наших лошадок, увы, не воскресить, а пока новых купим, пока объездим! Это время! Не поделать ничего!

- Вы, я так понимаю, начальник этого цирка? – поинтересовался Ренар у карлика.

- Начальник? В какой-то мере да, хотя я часто в этом сомневаюсь, видите, что творится? Короткий Джо, к вашим услугам. И что вас сюда привело?

- У вас же есть дрессировщик, верно? Не может не быть. А с игрунками он выступает?

- Ну, да, есть у Эдгара игрунка. Люссия, смышленая такая малáя, знаете… А вы, собственно, кто? С какой целью интересуетесь?

- Мы, собственно, вольный сыщик, со служебной целью интересуемся.

- О, вольный… Ну так как вы – вольный, а не официальный, то можете идти интересоваться в вольную же степь.

- Хах! – крякнул Ренар – Я предвидел такой вариант развития событий. Потому со мной приехал вполне официальный местный шериф. Атти, твой выход!

- А чего тут, собственно… Гражданин Короткий Джо, либо вы предъявляете нам вашего дрессировщика на блюдечке с голубой каемочкой, либо вы все будете проходить как банда воришек. Оно вам надо?

- Воришек? Нет, оно нам не надо. Вот он, в зеленой куртке, Эдгар-то. – показал рукой карлик.

Впрочем, и без этого дрессировщика можно было опознать без особых усилий, ведь на его плече сидела оранжево – зелёная, черномордая обезьянка размером с крупную кошку. И – дрессировщик оказался каким-то неразговорчивым, со всех ног бросился бежать. Ренар, выругавшись про себя, рванул с места, и в два счёта догнал бы беглеца, но…

Лысый человек-гора притормозил его, схватив за грудки, да спросил:

- Минутку, а доку́мент имеется, что вы «законники»?

- Ага, щас! – сказал Ренар и отвесил здоровяку хлесткую, тяжелую пощечину.

Вроде бы, сущая ерунда, но тот, почему-то, мигом обмяк и завалился набок. Толпа в ужасе расступилась, и Ренар вновь сорвался в стремительный бег. Эдгару не повезло – бегал он гораздо хуже Охотника. Да, он успел добежать до трущоб, но и только: сыщик схватил его за шиворот тогда, когда тот, натужно пыхтя, силился перелезть через забор. Резко сдернул вниз, при этом обезьянка в ужасе спрыгнула с плеча хозяина. Сила её лап сложилась с силой рывка Ренара, и бедное животное зацепилось шлейкой за близстоящее дерево. Высоко – без малого, метрах в четырёх от земли.

- О, боги, Люссия сейчас задохнется! Сделайте что-нибудь!

- Да что за день такой сегодня! Атти, держи этого спринтера – неумеху! – крикнул Ренар пригрохотавшему тяжелыми ботинками напарнику, а сам сложил пальцы в Знак Концентрации, и…

Коротко разбежавшись, пробежал немного вверх прямо по забору, мощно толкнулся назад и в бок да прямо в этом коротком полёте срезал ветку с повисшей на ней игрункой невесть откуда появившимся в руке ножом. При этом другой рукой Охотник умудрился подхватить животинку за шлейку. Пружинисто приземлился, спрятал нож куда-то за пазуху, другой рукой придерживая вцепившуюся маленькими чёрными пальчиками в его воротник игрунку. Которая, видимо, была в полнейшем шоке от произошедшего.

- Ну что, особо опасная рецедивистка, жива? Тогда имеешь право хранить молчание. – сказал Ренар обезьянке – Вы тоже, Эдгар. Но чистосердечное признание облегчает понимание. В суде.

- Да какой суд уже… Всё пропало, мне 3,14здец!

- Если это в первый раз, то много не дадут, и если будешь хорошо себя вести – выйдешь досрочно. Так что давай, исповедуйся в своих грешках. – посоветовал Эдгару Атти.

- Вы не понимаете! Он меня найдёт и убьёт. И ладно бы меня! Он всю труппу грозился перебить, понимаете? Уже лошадей перестрелял ночью, чтобы я поторапливался!

- Да кто «он»? Не говори загадками! – потребовал Атти.

- Каин. Я ему в картишки продул. Много. Отдавать сразу было нечем, я по частям… А он проценты ещё потребовал. А потом лошадей цирковых пострелял. Сказал, что потом труппу постреляет, а там жена да сынишка мои… Боги, зачем я вообще эти карты в руки взял! – выкрикнул Эдгар и… Разрыдался, как ребёнок.

- Ну, ну, ты же мужчина, чего в соплях утопаешь! – Атти похлопал циркача по плечу, но тот ещё пуще затрясся в рыданиях.

- Именно, что мужчина. А… А ничего сделать не могу. Даже семью защитить, понимаете? Ну я и научил Люссию воровать… А Каину всё мало, проценты, говорит, с тебя проценты… сс4ка!

- М-да, мало нам было игры в жука, так карты ещё эти окаянные из другого мира завезли… Но не суть. Где искать этого Каина? – Ренар погладил мартышку по голове и та что-то довольно промурлыкала – Надо бы с ним потолковать по душам.

- Он у Блохи в ломбарде частенько бывает. Всё, что знаю.

- Ну, уже хлеб. Значит, так поступим. Мы тебя пока в участке закроем – ну, сам понимаешь, почему, да? А сами твоего Каина поищем. И молись, чтоб нашли. Тогда отделаешься легким испугом. Всё, нечего тут рассиживаться, пошли! – Атти легко, словно невесомого, поднял на ноги циркача, а Ренар спросил так и не проронившую ни единого слова Айрис:

- Ну, не жалеете, барышня?

- О чём? Всё пока что круто!

- Ну, смотрите. Про осторожность не забыли?

- Ага.

Когда они шли обратно, то дорогу им вновь преградил лысый человек-гора.

- Ты ещё хочешь? – вкрадчиво и медленно проговопил Ренар – Так получишь. И срок тоже. За воспрепятствование следствию.

- Я это… Извиниться хочу. Вот. Я вас за бандюков ведь принял, что стражами порядка прикинулись. Что хоть этот цуцык натворил опять? Снова карты, поди?

- Извинения приняты. А что, не в первый раз тут такое?

- Так ведь это… Я друг детства этого болвана. Покойному батюшке его обещал за ним приглядывать, ведь вечно на свою ж0пу приключений находит. И карты эти, поганые… Что, Эдгар, снова они, да?

- Да я всего партеечку, кто же знал, что так оно всё вывернется!

- Ух, вот как намылю я тебе шею, укротитель ты мартышечный, так сразу будешь знать! А коль этот бандюк твой не лошадей, а нас бы положил? Об этом ты думал?

- Прости, Марсель, демоны Нижнего Мира попутали…

- Тьфу!

- Бандюк? А выглядел он как, ну, примерно? – попытался перевести разговор в более конструктивное русло Ренар.

- Ну, как… Ростом с вас, примерно. Чуть-чуть ниже, может быть. Чёрные кожаные портки, черная кожаная куртка, бандана с черепом, глазки такие… Змеиные, что ли. Щеки впалые, нос кривой, на подбородке шрам такой… как буква U.

- Благодарим за содействие, Марсель.

- Да пустяки! Вы этого дурика, главное, живым сохраните, я его бате обещал!

- Сохраним, сохраним…

***

Вечер этого же дня, у ломбарда Блохи.

Ренар и компания уже несколько часов наблюдали за входом в ломбард. Громоздкая стальная дверь с выцветшей вывеской на которой было написано, как ни странно, «ломбард» была совсем рядом, через дорогу. Сам ломбард был на втором этаже, потому к двери сбоку тянулась видавшая виды деревянная лестница с массивными перилами и какими-то резными узорами. Наблюдать же сыщикам и их добровольным помощникам было довольно комфортно, ведь для этих целей они расположились в квартирке местного кочегара, которого Атти как-то здорово выручил в одном щекотливом дельце.

Сейчас хозяин отбыл на ночную смену в котельной, но – оставил гостям внушительный мешок печенья к чаю. Да и вообще сказал, чтоб те не стеснялись пользоваться едой из холодильника. В гробовом молчании сидеть было скучновато, особенно – Айрис.

- Ренар, а как так получилось, что ты стал вольным сыщиком?

- Не сразу получилось. Мы уже на «ты»?

- Ой, прости… Те.

- Да ничего, можно и на «ты», почему нет? А сперва я хотел прожить типичную жизнь типичного Охотника: скитаться с квадом туда-сюда-обратно по трактам, в 9 из 10 случаев с задачами типа «принеси – подай – иди нафиг не мешай» да «посмотри, что там за фигня и отметь на карте». Ну и в 1 из 10 случаев прихлопнуть какое-нибудь страшилище… И то, обычно понимая, что если бы не людская глупость – не пришлось бы.

- Ты как будто… Разочарован?

- Нет, не то, чтобы так. Разочаровался бы – ушёл, не знаю, в травники. Сегодня не времена Тристы – Спасительницы, это тогда Охотники даже не задумывались над тем, чтобы не быть Охотниками. Хотя никто за отказ от этого всего не наказывал. Просто времена другие были, люди – тоже. Но это лирическое отступление. А я… Меня, представь, Лесным просто подкинули.

- Ой. Прямо как в стародавние времена! – заметила Айрис.

- Ага. И я всегда хотел найти родителей. Ну или хотя бы узнать, кто они были… Или есть. Как-то вот не устраивает меня быть Ренаром из Ниоткуда. Так меня частенько звали в кругу своих. И, оставшись без квада… Ну, я рассказывал… Решил сменить профессию. На более полезную в поисках родителей.

- Вообще, странно. Что так мало Охотников пошли в сыщики. Ведь работа их чем-то схожа. – заметил Нестор.

- Ну, да, странно. На всю Амобрахейскую агломерацию, получается, один лишь я… Такой. Слышал ещё, где-то в районе Твердыни Брадена есть сыщик из Охотников… Лиса ещё, но та – не пойми, что, где и с кем. – Ренар сразу посмурнел и сморщился, будто зажевал целиком свежий лимон.

- Лиса? – переспросила Айрис.

- Что, скучаешь по той чертовке? – хохотнул Атти.

- Не знаю, жива ли она. Впрочем, если и жива, я ей не интересен, а потому – закроем тему.

- Как скажешь, Ренар. О! Смотрите! Идёт кто-то, в чёрном. Не он ли? – Нестор придвинулся поближе к окну, чтобы лучше разглядеть идущего по улице человека, Ренар же, цыкнув, оттащил летописца за плечо:

- Сдурел? Ты б ещё из форточки крикнул, что мы его ждём. И да – он. Под описание подходит, по крайней мере. Так, Атти, у него ствол, куртка оттопырена. Должен быть с глушителем, хотя прям сейчас это особой роли не играет. Значит что?

- Значит, берем быстро и внезапно, без всяких: стойте, вы задержаны, имеете право хранить молчание и прочей лабуды.

- Вот именно. Айрис! Останешься тут.

- Но…

- Никаких «но»! Нестор – тебя тоже касается.

- Слушаюсь и повинуюсь!

Человек в чёрном долбил в дверь громко и долго, он явно был на нервах, голова его вертелась из стороны в сторону так быстро, что казалось – ещё немного и открутится с плеч. Наконец, стальной прямоугольник отъехал в сторону, и человек в чёрном нетерпеливо нырнул в проем. Атти с Ренаром же немедленно выбежали из квартиры. Добраться до другой стороны узкой улицы – дело нескольких секунд, и вот они уже у затертых ногами посетителей деревянных ступеней.

Как ни старались они подниматься тихо и осторожно, лестница всё равно пару раз скрипнула. Плохо, но, может быть, не смертельно: железная дверь должна была в известной мере приглушить скрипы, да и из-за неё доносились неразборчивые крики. Не поделили что-то человек в чёрном и владелец ломбарда по кличке Блоха…

Вдруг – всё стихло. Резко, словно все эти крики были аудиозаписью и кто-то выключил магнитофон. Ренар с Атти озадаченно переглянулись – не к добру это. Атти потянул на себя дверную ручку. На этой двери не было закреплено никаких колокольчиков. Но хитромудрый хозяин, видимо, соорудил какой-то простейший электрический звонок, срабатывающий на открывание этой самой двери. Довольно громкий звонок.

И сразу же после весьма противного электронного звука раздался ещё один – тихий, металлический, очень зловещий, от которого у Ренара тут же пробежала волна январского морозца промеж лопаток. Потому что это «клац – клац» хорошо знакомо любому, кто умеет пользоваться огнестрельным оружием. Реакция Охотника даже без Концентрации куда живее просто человеческой, а Ренар, судя по иногда чернеющим глазам и иногда же отрастающим клыкам, был ещё и не просто Охотником. Наверное, поэтому он успел буквально выдернуть Атти из дверного проема за какую-то долю секунды до того, как перила напротив двери брызнули фонтаном щепок. А вечернюю тишину разорвал злой треск очереди.

- Ох, нихрена ж себе! – Атти, сделав перекат назад, прямо через спасшего его Ренара, достал из-за пазухи пистолет и лег на лестницу около двери – А ну, сложили оружие, живо! Это местный шериф! Даю пять секунд, которые истекли пять секунд назад!

- А не пойти бы тебе нах3р, шериф? – спросил кто-то изнутри и разродился новой очередью, продырявившей, на этот раз, деревянный пятачок перед дверью.

- Если я туда пойду, то ты на кладбище окажешься. В гробу! Оно тебе надо?

Снова очередь, на сей раз пули пробили стену как раз над головой Атти. Тот выругался и несколько раз выстрелил в дверной проем, туда, где, по его прикидкам, мог быть преступник.

- Ах ты, сукаааа! – взвыл тот и снова выстрелил.

Один раз. Почему-то только один. А потом из глубины ломбарда разлетелся звон разбитого стекла.

- Этот гад из окна утекает, я – в обход! – сказал прямо в ухо напарнику Ренар и, что было мочи, припустил оббегать дом. Он успел. И успел бы, даже если бы не бежал так быстро. Потому что Атти оказался везучим: умудрился продырявить злостному нарушителю ногу, стреляя, по сути, наугад. И теперь нога категорически отказывалась идти нормально, и её приходилось подволакивать.

- Дядя, а с вами всё нормально?

Ренар грязно выругался, но – про себя. Потому что дети. Во дворе, за ломбардом, были дети. Кучка детишек, от совсем маленьких до тех, кому, навскидку, весен восемь – десять. И вот один из таких, постарше, белокурый, вихрастый мальчишка, решил справиться о самочувствии подстреленного мизерабля. И, словно этого было мало, подошёл к нему близко. Слишком близко, просто руку протянуть - и, считай, поймал.

- Слышь, ты! Подойдешь ближе – я ему башку отпилю, усек? – негодяй в черепастой бандане крепко схватил мальчишку, притянул вплотную к себе и вынул из кармана «кожанки» нехорошего вида выкидной нож, кончик клинка которого тут же уперся в детскую шейку. Остальные детишки, хвала мировой гармонии, бросились в рассыпную и исчезли где-то во дворах.

- Погоди! Погоди… Давай поговорим. Скажи – оно тебе надо? Ты и так себе настрелял, наверное, на десяток лет каторги. Неужели хочешь ещё больше?

- Я хочу ширнуться да бабёнку какую, молодую да сладкую, под бочок! А не с пид0рмотами, вроде тебя, тёрки тереть. Золотой порошок есть? Нет? Так 3,14здуй отседа, и пока не раздобудешь – не приходи. А то башку мальцу отрежу!

Сзади кто-то подбежал. Не Атти, у того шаги куда тяжелее.

- Порошок не обещаю. Но я - медичка. Найду способ, как тебе здоровье подправить! Возьми только меня вместо мальчика!

- Айрис, не стоит! - странно пискнул прибежавший тотчас следом за девушкой Нестор. Бежать было недалеко, но бедолага - летописец явно находился не в лучшей физической форме, жадно глотая ртом воздух.

«- Да что за день такой сегодня! Как будто бы е6аное небо решило меня свести с ума!» - подумал Ренар, но вслух сказал другое:

- Айрис, не думай даже!

- Ты мне кто? Папа? Мама? Может быть, бабушка? Нет? Ну так не указывай!

- Зараза! – прошипел Охотник, будучи не в силах сделать ничего… Или не совсем?

Айрис на негнущихся ногах обошла его по левую сторону и направилась к наркострелку, который аж дрожал от нетерпения.

- Ну, давай, шевели булками, красавица… Кстати, они у тебя прям офигеть, какие… А ты – 3,14здуй к мамке, личинка челове..

Сперва Айрис, запястья которой уже коснулась грязная пятерня с обломанными ногтями, не поняла, что случилось. Просто у бандита куда-то исчезла голова. И лишь потом за спиной что-то грохнуло. Неописуемо громко. Безголовое тело кулем осело на землю. Айрис оглянулась: Ренар стоял сзади недвижимо, словно статуя, у пояса его дымится чёрный зрачок дула монструрзного револьвера. Нестор коротко, но в высшей степени грязно и нецензурно, выругался.

- Ничего себе! Ты ж ему башку снёс! Ну и мощь! Никогда такого не видела! – девушка начала внимательно разглядывать тело.

- Айрис…

- Мозговое вещество шагов на пять, наверное, разлетелось… Опознать будет сложно.

- Айрис!

- А?

- Там мальчонка этот сейчас в обморок свалится.

- Да, что-то и вправду, бледненький! Ренар придержи-ка е…

Ренар еле успел подхватить лёгкое детское тельце, Айрис же мигом проверила дыхание и сердцебиение.

- Да просто синкопа на фоне нервного потрясения. Ничего серьёзного. Хотя вот по психологической части я бы не была так уверена. Надо бы потом чтоб родители его психологу показали.

- Айрис.

- Да?

- Ты зачем сюда полезла?

- Стреляли.

- Я тебе что говорил про осторожность и про «слушаться меня»?

- Что-то точно говорил. Но видишь ли – среди вас я единственный медик. В приемном покое практиковалась, и всяких не предусмотренных природой отверстий в человеческом теле навидалась изрядно. Огнестрельных тоже. А если бы ты был ранен? Или Атти? Кстати, что с владельцем ломбарда?

- Всё! Череп проломлен! Статуэткой какой-то! – крикнул Атти, показавшись из выбитого бежавшим бандитом окна ломбарда – И допрашивать-то особо некого… Жо-па, дамы и господа!

- А награбленное? - бесцветным голосом спросил Ренар.

- В ломбарде. Причём - не только отсюда. Они из-за него, наверное, и сцепились. Сейф открыт, что-то по полу раскидано...

- Блоха не смог сбыть хабар вовремя, а у этого... Каина началась ломка. Он психанул, и ...

- И теперь, Ренар, у меня нет подозреваемых, кроме циркача этого. Жо - па, говорю же. Задолбаюсь отписываться теперь...

- Где жопа? Почему это слово есть, а жопы – нет? – спросил кто-то перед тем, как выйти из-за угла – Ой, нет, беру свои слова обратно. Знатно вы тут настреляли, ребята. А тот, безголовый, твоя работа, Ренар?

- О, Енот! А ты тут какими судьбами?

- Да всё теми же, поисковыми. Так уж бывает, так уж выходит, кто-то теряет, а кто-то находит. Сейчас вот Бетховен нашёл. Ребят, выходите, чисто всё.

Ребята и вышли. Точнее, две девушки и один парень. Девушки – экваторийки цвета эбонита, близняшки. Парень – высокий пепельный блондин с пышными бакенбардами. Всё, включая самого Енота, разумеется, Охотники с весьма характерным блеском в глазах. Что касается самого Енота: небольшого роста, взъерошенный, с тёмными кругами под глазами и манерой держать руки возле груди при любом удобном случае, всегда энергичный, даже немножко суетливый… Понятно, почему к нему прилипло это прозвище. Правда, в отличие от настоящих енотов, этот Охотник не имел привычки красть всё, что не приколочено.

И вообще – его квад специализировался на поиске пропавших людей. В основном в Проклятых Лесах, поэтому они ходили по-старомодному, с гросс – мессерами. Правда, висели они на специальных крепежах на разгрузках, а не на кожаной портупее, как в стародавние времена. И ножны были из пластика, с более совершенным механизмом, раскрывающим оные продольно на две половины что позволяло обнажить клинок практически мгновенно. Несмотря на появление огнестрела в Мире Полнолуния, такие клинки всё равно не ушли в прошлое, пусть и встав на вторые роли. Но Енот и компания нередко искали «потеряшек» и в землях Залесья. Особенно в захолустье, как тут. И их работа была бы в разы сложнее, если бы не Бетховен. Который…

- Ух ты, какой милаха! А он не укусит, если я его поглажу? – спросила Айрис.

- Нет, что вы, барышня. Это же медвежья собака. Они дружелюбные. Потому мы их в поисках и используем. – заверил девушку Енот.

Бетховен действительно напоминал небольшого медведя: буро-серая, пышная шерсть, короткий хвост, смешно переваливался при ходьбе. Но лапы были длиннее и не косолапые, уши острые, да и в, спячку Бетховен, конечно же, даже не думал никогда впадать. Сейчас пёс сам подошел к Айрис, обнюхал сперва её, стоически вынеся поглаживания, потом – мальчика, все ещё не пришедшего в сознание. Присел рядом с ними и отчетливо гавкнул три раза.

- О! Так мы, получается, свою работу сделали. Наполовину. Сделали же? Ребят, у кого фотокарточка! Ну, давайте, давайте! – Енот аж подпрыгивал на месте от нетерпения, и, получив вожделенное фото, удовлетворенно кивнул – Как – чество снимка, мягко говоря, дерьмо. Но! Расположение родинок и, главное, форма ушей… Наш беглец.

- Беглец? - Айрис явно немного удивилась.

- Ну да. Он и от бабушки ушёл, и от дедушки ушёл. Как Колобок прям, только тот один уходил, а этот – сестрёнку прихватил. О, а вот и она из дырки в заборе выглядывает! Агрона, не бойся! Мы от бабушки с дедушкой, потеряли они вас!

- Серьёзно? - не спешила верить на слово незнакомцу девочка.

- Более чем, коль нас за вами послали. Мы, знаешь ли, по пустякам не ходим! Давай, иди сюда, только на того дядю на земле лежащего не смотри, незачем тебе…

Ренару пришлось подвести девочку за ручку. Не потому, что та не хотела идти. А потому, что послушно зажмурилась, и сыщик сделал так просто, чтобы она, сослепу, не упала.

- А почему Воган лежит? Воган, вставай давай, ты что! – она подергала брата за рукав – А он чего?

- Испугался сильно. – сказал Енот – Но ничего, проснётся.

- Тююю… Подумаешь, дядька без головы. Что он сделает, если он.. без головы? Вот то ли дело вриколак! Вот это страшно, он кровь высосать может. А безголовый дядька – ерунда.

Все взрослые многозначительно переглянулись между собой, чувствуя себя полными идиотами: «не смотри на дядю», ну, конечно. И что удивительно – старший брат от такого зрелища изволил распрощаться с сознанием, а ей вроде как и ничего. Хотя так ли это на самом деле – только время покажет.

- Ух ты, какая классная собака! – Воган пришёл в себя и, конечно же, сразу стал гладить Бетховена.

- Ну, молодой человек, а вы что скажете, в своё оправдание? – навис Енот над мальчиком.

- В смысле?

- В коромысле! Ваши бабушка с дедушкой места себе не находят, а вы тут… В истории влипаете. Вот будь я на их месте, я бы вам ремня-то отсыпал!

- Неправда!

- Это почему же?

- А потому, что Лесные даже лет триста назад детей не били.

- О. Начитанный, значит. А чего ж тогда глупенький такой? – спросил Енот.

- И вовсе я не глупенький, с чего вы, дяденька Охотник, так решили?

- Ну как же: не предупредив родных, уперся на пять дней… На Край Земли аж, не подумав, что этих самых родных удар хватить может!

- Отчего же! Я письмо написал и в почтовый ящик положил. Мол баба, деда, не волнуйтесь, мы у Марии в гостях, на недельку.

- Так почтальон приболел. Наверное, местное хулиганьё просто объявление содрало. – Атти, наконец, убрал пистолет в кабуру.

- Ну, считайте, оправданы. Но домой вам всё равно придется поехать. С нами. Возражения не принимаются, понятно, почему?

- Да, понятно.

- Ну, Вотан, хорош дуться, ты как девочка! – укорила его Агрона.

- А и вправду. Ты хоть понимаешь, как тебе сегодня повезло? Если нет, то подумай над этим, пока домой будешь ехать! – посоветовал мальчику Ренар.

- Устами Ренара из Ниоткуда глаголет истина. Слушай, а ты что, так понимаю, отработал тут?

- Правильно понимаешь, Енотище! Правда, как видишь, не по плану всё пошло.

- Да ладно, ещё по бандюкам переживать. Часть ваших разговоров-то я слышал. Черепа… Фу, гадость. Три человека минимум. Которых без них мы бы нашли живыми. Только на моей памяти. Нечего сожалеть.

- Я сыщик, а не палач, Енот.

- Как тебе угодно. Но я, собственно, чего хотел предложить – а айда с нами? Денег много не обещаю, но и мочить, скорее всего, никого не придется. На нас работы просто навалилось… А ты искать людей умеешь не хуже нашего.

- Хммм… Слушай, даже и не знаю… А вы куда после того, как детишек на родину вернете?

- К Виминалу подрейфуем, наверное. Там возле скульптуры «Борво и Жнец» офис «Искателей». Ну и хостел их. Там отдыхаем, после заказов.

- Я подумаю. Но ничего не обещаю. Работа меня частенько сама находит.

- Да это просто твоя ж0па вечно ищет приключений. Ну, даст Матерь Лесов, свидимся ещё, а мы – погнали, путь не так, чтоб и близок, а нас там заждались родственники этих юных путешественников!

***

Они уютно устроились на заднем дворе полицейского участка. Развели жаркий костерок, на котором поджарили ароматные шкворчащие жирком шашлыки. Атти прихватил пару пинт пива ( « - А то вдруг животик исчезнет!» - не упустил случая подколоть доброго знакомого Ренар) а остальные удовольствовались бутылкой красного вина. Потрапезничав, все, кроме Атти, расположились на паре карематов, что Ренат принёс из кузова «Шарпея». Шериф же притарабанил из своего кабинета кресло – качалку, да раскурил трубку.

- М-да, с одной стороны, технологии с Земли нам здорово помогли. А с другой – принесли странные вредные привычки.

- Чём же странные, Айрис? Курит сейчас довольно много кто. Хотя, наверное, это и неправильно.

- Ну, как минимум тем, что у нас, в Мире Полнолуния, не растёт табак.

- Но есть никотинсодержащие растения!

- И рак легких. – с укоризной заметила девушка.

- Так он и раньше был, ещё когда рыцарь Маркагор по трактам нечисть гонял. Просто люди не знали, что это такое! И выглядело это в их глазах как порча, сглаз, может, проклятие. – Нестор встал с каремата и потянулся – Ох, так хорошо поел, как бы теперь не заснуть. Не хочу, ибо ночью толком не поспать будет, если днём почивать. Кстати, Ренар, тебе не кажется, что ты нам кое-что не рассказал? До сих пор?

- Что? – удивился Охотник.

- Где ключ от квартиры, где деньги лежат.

- Нестор, что ты несёшь? Вроде вина совсем чуть-чуть было, но чёт оно на тебя как-то уж очень сильно подействовало…

- Ох, чудак – человек. Как ты догадался вообще про это всё. Что это обезьяна и циркачи.

- Ах, это! Так простая задачка - все было перед глазами. Воришка заходил в дома через окна или вентиляцию. Притом даже тогда, когда можно было зайти через дверь. Я заметил, что у Айрис родня двери даже не запирает, например. Но какой смысл рисковать переломать себе кости, если можно спокойно зайти и выйти через дверь? Это помимо того, что даже вентиляция имперской постройки - слишком мала для человека. По крайней мере, для взрослого - точно.

- Так а чего запирать? - пожала плечами девушка - Тут особо и не от кого. Хулиганьё как-то по домам особо и не лазит. Ну, то есть не было от кого до сегодняшнего дня, ага.

- Воришка брал как ценности, так и просто блестяшки, вроде подвесок с люстры. Что тоже как-то… Странновато. Настолько, что я вспомнил о нескольких таких кражах в других городах, посёлках и деревнях. В Амобрахии, кстати, из квартиры на десятом этаже свистнули серебряный купол и – стеклянный шар. Такой, где внутри всякие домики и искусственный снег.

- А ведь верно! Я как-то сразу не подумал про это! Нелогично это, рисковать жизнью, залезая на верхотуру и свистнуть безделушку! И вот ещё: а кому воришка продаст медаль эту, Современного Химического Общества? Ещё и не оставив жирную ниточку к себе при том. Хотя, я как-то большей частью про отвешивание тумаков плохим ребятам. А думать – только учусь. Вот и позвал Ренара. – Атти шумно отхлебнул пива из большой кружки – Но с отпечатками-то! Мне даже в голову не пришло, что это может быть…

- Мне бы тоже могло не прийти. Если бы я не припомнил свои школьные годы. Один из преподавателей говорил, что принадлежность живого существа, включая и Проклятых Тварей, порой можно установить по сущим мелочам. Включая и папиллярные узоры на коже. И на лекции он тогда показал как раз ладошку пламенеющей игрунки.

- Да уж, у них отпечатки интересные. Запоминающиеся. Один раз увидишь – и надо сильно постараться, чтобы забыть. – Айрис на секунду задумалась – Да и с группами крови у них… Уже не помню, что конкретно, но там не система АВО. Так что не удивительно, что цоликлоны не сработали. А пыльца – чтобы установить, где обезьянка была?

- Люссия, я бы всех попросил! Серьёзная особа! Такой объем добра вынести при таких скромных размерах, это вам не… - Ренар поднял вверх палец – Это вам не то. От пережитого намедни ничего путного в голову не приходит. Но да, пыльца – именно для этого. Вообще, паллинологический анализ много чего интересного рассказать может. Даже о событиях многовековой давности. А уж тут – и подавно. Уверен, что и с самого Эдгара можно было бы намыть пыльцы, но с Люссии – намного проще.

- Что теперь, кстати, с ним будет? – спросил Нестор.

- Ничего хорошего. Но и ничего особенно плохого. Скорее всего, отделается лёгким испугом и условным сроком. Раз под давлением это делал. И кого! Черепов, однако! - Атти почему-то помял пятернёй ногу после этих слов.

- Ренар, ты же, вроде, говорил, что эта банда – всё?

- Говорил, Нестор, говорил. А она – не всё. Что же – все ошибаются, кроме тех, кто ничего не делает.

- А это не могут быть какие-то подражатели? – предположил летописец.

- Маловероятно. Черепа ж не только банданы с черепами носят. У них ещё татуировки весьма характерные. Очень профессионально сделаны, кроме того – там есть куча мелких деталей, которые человек несведущий не набьет правильно. Так что как минимум татуировщик у них – в теме. – заверил Атти.

- Странно, конечно, что они стали терпеть в своих рядах наркоманов. Ещё и «золотушников». Это же… Ну, как кокаинщики на Земле, только раз в десять хуже. Да вы сами видели – на ровном месте скупщика прибил, по нам палил, мальца чуть не зарезал… А раньше «черепа» - отличались военной дисциплиной.

- Так сам знаешь, Ренар, там в основном бывшие вояки и были. Кстати, первую в жизни пулю я схватил именно от «черепов». От этого гаврика бы тоже мог свинца откушать. Но у него пистолет-пулемет заклинило. И, кстати, действительно, был глушитель в кармане куртки. Ясно, чего никто тут пальбы по цирковым лошадям не слышал. До сих пор моя ляжка, которую тогда продырявил "череп", на погоду ноет. Дерьмово это, что они вновь объявились. Надо усиление сюда выписывать.

- Боюсь, не только сюда. – Ренар тоже поднялся с каремата – У этих ребятишек планы всегда отличаются размахом. И отмороженности – хоть отбавляй. С другой стороны – мы не останемся без работы. Цинично, но – правда жизни.

- Кстати, о работе… - Айрис подошла к сыщику почти вплотную и взглянула на него снизу вверх с особым выражением – Она выполнена. Куда теперь?

- Скорее всего, в Виминал. Куда-то в пригороды, пока ещё не знаю, куда.

- Интригуешь и говоришь загадками? Куда уж тебе ещё загадочности. – улыбнулась девушка.

- Нет, правда. Я тут среди того, что этот, ныне покойный, Каин, притащил к скупщику, нашёл фамильные часы графа Росслина. Впрочем, не думаю, что его самого, потому что… - он достал из внутреннего кармана куртки массивные часы на цепочке, которые были розового цвета, за исключением черного ободка по краю.

- Ну, или граф Росслин большой оригинал. Хотя для военной аристократии такая оригинальность – какая-то уж слишком оригинальная. Но с чего ты решил, что мы отправимся в пригороды Виминала из-за украденных часов с монограммой этого почтенного рода? В конце концов, их можно отправить специальной почтой… - Нестор явно устал от дороги, точнее, только та его часть, на которой он, обычно, сидел, но признать это публично ему, разумеется, совсем не улыбалось.

- Потому что, если мы их откроем, то увидим с другой стороны крышечки что? – Ренар открыл их и поднес к самому носу Нестора.

- Хмм… Какие-то точки да штрихи. Ничего не понимаю. – ответил тот.

- Эх ты, а ещё – летописец! Это же азбука Морзе. Да, иномирная, но и у нас ею пользуются. Удобная ведь штука. Тут написано: sos. Что в переводе с одного из языков Земли означает: спасите наши души.

- О, так будешь заказ графа выполнять? По-белому завидую, честно. Как почётный в дыре сиделец! – хохотнул Атти.

- Строго говоря, пока не ясно. Я отправил телеграмму от тебя. Нескольким знакомым в Виминале. Посмотрим, что они ответят. Кстати, должны бы уже и ответить, пойду, проверю.

Ренар зашёл внутрь здания, завернул в кабинет Атти, глянул на угловатый телекс, мостящийся на отдельном столике в углу. Да! Мигает красный огонёк. Что-то пришло! Он открыл прямоугольный лоток, торопливо вытащил оттуда несколько листков, пробежался по ним глазами, несколько раз удовлетворенно кивнув.

- Айрис, подкрасться ко мне не так просто, как тебе кажется!

- Да вовсе я не кралась. Просто не хотела тебя отвлекать от чтения. И… когда?

- Что «когда»?

- Когда уезжаешь в Виминал?

- Уехал бы уже сегодня. Но дело, хотя и не из тех, что можно отложить в долгий ящик, но не прямо экстренное. А мой друг Нестор мается, пардон, задницей.

- Геморрой?

- Нет, он её отбил на местных ухабах. Хотя, может быть, и геморрой тоже, как-то не интересовался, я ведь не доктор. Так или иначе, пусть человек немного отдохнет.

- Завтра… Ну, не так уж плохо. Я просто хотела тебе тут кое-что показать. Только это у меня дома. Тебе может быть интересно. По судебной медицине. Вот.

Айрис выстрелила эти фразы в темпе автоматной очереди, и на щеках её проступил легкий румянец. Ренар и раньше замечал кое-какие странности в поведении девушки, но не был до конца уверен в их причине. Теперь же…

- Знаешь, я отнюдь не против немного позаниматься… Судебной медициной. Такой досуг будет полезен нам обоим. Если ты до конца осознаёшь все риски.

- Например?

- Тебе коротко и цинично, или длинно и печально – романтично?

- Честно сказать, романтика вызывает у меня аллергическую реакцию первого типа. Так что первый вариант мне ближе.

- Окей, окей… Видишь ли, с такими, как я, нет ни малейших перспектив того, что длительное совместное изучение судебной медицины приведёт к счастливому финалу. Хотя бы потому, что я теоретически бессмертен, а ты, к сожалению, нет.

- А ещё – я старею, и лет через сорок со мной будет… Не очень интересно изучать судебную медицину. – подхватила Айрис – Я всё понимаю. Но я, по крайней мере, в ближайшее время, не планирую ни с кем изучать судебную медицину на долговременной основе. Сперва – карьера, а потом – всё остальное. Но иногда, эпизодически, можно немножко ею позаниматься с теми, кто особенно импонирует. Ведь потребности никто не отменял.

- Никто не отменял. Что же… Прогуляемся для начала, сударыня, узнаем друг друга чуть-чуть получше?

- Учитывая, сколько шашлыков мы поглотили, это хорошая идея… Тяжесть в животе растрясти. Только надо сказать Атти и Нестору, чтоб нас не теряли.

Ренар сбегал и сказал, а потом, когда он с Айрис под руку, отошёл достаточно далеко от участка, Нестор, прыснув в кулак, сказал Атти:

- Похоже, твоя сотня теперь моя!

- Эх, это да! Зараза, да как у него это удаётся?

- Загадка. Думаю, он и сам не знает. Просто есть люди, рождающиеся с талантом к музыке. Или к математике. А наш рыжий друг – появился на свет с талантом сыщика и бабника.

- Что же… Предлагаю, в таком случае, пожелать ему удачи и в том, и в том, а что до нас – может, на рыбалку?

- А чего бы и нет? Всё не на этом тарантасе зад-то отбивать!

- Ну, это с лихвой компенсируется тем, что с Ренаром, определенно, нескучно. Боюсь даже представить, сколько вам пришлось пережить всяких приключений, веселых, и не очень!

- Ох, Атти, а я - боюсь представить, сколько их ещё ждёт нас впереди. Но ты прав - это, воистину, нескучно...

Июнь 2022 г.