Наследство

Глава 1

Глава 1

Я застыл, глядя в одну точку и думая о своём. Мир вокруг будто замер. Тишина… Как же хорошо в тишине. Где-то в глубине квартиры ровно жужжал вентилятор, и этот звук словно вёл меня за собой — я плыл, растворяясь в безмолвии. Но даже это состояние не помогало забыть о работе.

Работа… Нет, совсем не то, чего я ждал, когда соглашался стать начальником отдела. Вечное сидение за компьютером. Не понимаю, как это может кому-то нравиться. Некоторые, кажется, готовы проводить так всю жизнь и ещё получать от этого удовольствие. А меня от одной мысли начинает мутить. Не знаю, сколько ещё смогу это терпеть. Конечно, деньги нужны. Но я уже давно решил: поднакоплю — и открою своё дело. Например, мастерскую по реставрации старых автомобилей. Люди любят старину, в этом есть своя магия, а хороших мастеров мало. А я в машинах понимаю.

Мысли снова увели меня в мечты. Я уже видел себя в просторном боксе среди машин начала прошлого века. Они стояли вокруг — изящные, благородные, каждая со своим характером. Где-то блестел хром, где-то мягко ложился свет на плавные изгибы крыльев, и каждая деталь радовала глаз. Мне нравилось представлять, как я возвращаю к жизни то, что почти исчезло, превращая старое железо в настоящее произведение искусства.

И каждый раз в этих мыслях всё было просто: работа — моя, время — моё, никто не дёргает. А потом возвращаешься в реальность — и снова чужие задачи, чужие сроки. И понимаешь: ещё немного — и начнёшь это ненавидеть по-настоящему.

Но из этого приятного мира меня резко вырвал звонок в дверь.

Проклятье.

Именно в тот момент, когда я уже почти окончательно устроился в своей мечте. Звонок прозвучал так неожиданно, что я едва не выронил тарелку, которую собирался помыть.

Вытерев руки о полотенце, я пошёл к двери. Кто бы это мог быть? Я никого не ждал, да и вообще ко мне редко кто заходил. Открыв, я увидел почтальона. В руке у него было письмо.

— Простите за беспокойство, — сказал он. — Но для вас заказное.

Я расписался, вернулся на кухню, сел за стол и вскрыл конверт. Внутри лежало короткое сообщение, из-за которого я перечитал строчки дважды. Это было извещение из австралийской адвокатской конторы о давно потерянном родственнике — брате моей матери.

Воспоминания о нём были смутными. В последний раз я видел его, когда мне было лет семь. Потом он улетел в Австралию, и с тех пор о нём вспоминали всё реже. Иногда родители называли его имя, но без подробностей, будто он был не родственником, а персонажем какой-то старой истории. Со временем он и вовсе превратился в семейную тень.

Когда мне исполнилось восемнадцать, всё оборвалось в один вечер. Автокатастрофа забрала обоих родителей сразу. После похорон дом вдруг стал чужим — слишком тихим, слишком пустым. Тогда я по-настоящему понял, что такое остаться одному. Пришлось очень быстро учиться жить дальше и не надеяться, что кто-то придёт и всё исправит. После этого дядя окончательно перестал быть для меня живым человеком. Он остался только именем, обрывком прошлого, чем-то далёким и уже почти несуществующим.

И вот теперь — письмо.

В нём говорилось, что он умер и оставил мне наследство: дом и какие-то ценные семейные вещи. Мне, как единственному родственнику.

Я медленно опустился на стул.

Если письмо пришло именно мне, значит, у него и правда никого больше не осталось.

Может, он знал о гибели моих родителей, но за все эти годы так и не дал о себе знать. Не написал, не позвонил, не появился. И что я теперь должен о нём думать? И вообще — стоит ли влезать в эту историю?

У меня неплохая работа. Должность, стабильность, нормальные перспективы. Я уже дорос до начальника отдела, и со стороны моя жизнь выглядит вполне благополучной.

Кому я вру?

Самому себе.

Может, это вообще ошибка. Или кто-то перепутал адрес. Или это чья-то глупая попытка вытащить деньги.

Я ещё раз посмотрел на письмо. Бумага, печать, формулировки — всё выглядело слишком настоящим.

Я просто пытался отмахнуться от приключения, которое само постучало ко мне в дверь. Но всё равно чувствовал: отказаться не смогу. Любопытство уже взяло верх над здравым смыслом. Наверное, нужно просто съездить, посмотреть и решить всё на месте. Взять отпуск на две-три недели — тем более что я уже два года никуда не выбирался, — и отправиться в Австралию, чтобы выяснить, что именно оставил мне этот давно исчезнувший родственник.

— Чёрт с ним, — пробормотал я. — Съезжу и посмотрю.

Но сначала требовалось закрыть бытовые дела. Срок аренды квартиры подходил к концу, и, возможно, это был самый удачный момент что-то поменять. За оставшийся месяц я спокойно успевал всё закончить, купить билет и связаться с адвокатом, чтобы заранее понять, как там вообще устроено это наследство.

Мысли быстро начали складываться в более-менее понятный план.

И тут взгляд упал на грязную посуду в раковине, которую я собирался вымыть ещё до письма. Настроение сразу испортилось. Я взялся за дело с какой-то ненужной злостью, бурча себе под нос. Но постепенно снова задумался и пришёл в себя только тогда, когда в раковине не осталось ни одной тарелки.

Я осмотрел результат и с удовлетворением подумал:

Ну вот. Значит, посудомоечная машина пока отменяется.

Глава 2

Спал я неглубоко и потому проснулся почти мгновенно — от неприятного ощущения, будто в квартире есть кто-то чужой. Вокруг было темно. Я приподнялся и прислушался. Сначала решил, что это просто нервы, разыгравшееся воображение, но тут в коридоре тихо скрипнула половица.

Сон слетел сразу.

Я быстро и бесшумно потянулся к стене, где в простенке стояла сувенирная бита. Медленно поднялся с кровати и на цыпочках подошёл к двери, стараясь не издать ни звука.

Шаги приближались.

Ручка повернулась.

Дверь приоткрылась, и в щель сначала вошла рука с пистолетом, на который был навинчен глушитель.

Я ударил сразу. Со всего размаха сбил оружие битой, и оно полетело на пол. Не давая человеку опомниться, ткнул концом биты ему в солнечное сплетение. Он согнулся, шумно хватая воздух, и я тут же попытался добить его сверху, свалить окончательно, но этот тип оказался не из слабых. Он резко взмахнул левой рукой, и я увидел в ней нож. Лезвие прошило воздух у самого лица. Я отпрянул, чувствуя, как по щеке скользнул холод. В этот момент уличный свет скользнул по его фигуре, и я успел заметить маску.

Он начал пятиться к входной двери, отмахиваясь ножом. Я сделал шаг следом, но он резко ударил плечом в косяк, выскользнул в коридор и исчез. Только топот по лестнице ещё пару секунд жил в тишине.

Я сделал шаг вперёд — и остановился.

Догонять? Поздно.

Руки вдруг стали тяжёлыми. Я опёрся о стену, медленно вдохнул. Только сейчас понял, что всё это время почти не дышал.

Я стоял, тяжело дыша, и смотрел на пистолет на полу. В ушах стучала кровь. Квартира снова погрузилась в тишину, но это была уже другая тишина — не домашняя, не спокойная, а чужая и холодная.

Я налил себе воды, но рука чуть дрогнула, и часть пролилась на стол.

Странно. Вроде всё закончилось, а внутри будто только начинается.

Это было не ограбление.

За мной пришли.

Я запер дверь на все замки, налил воды ещё раз и сел на стул. Ничего ценного у меня в квартире не было: одежда, ноутбук, всякая мелочь. Ради этого людей не посылают с пистолетом и ножом.

На что же это похоже?

На устранение.

Если так, значит, цель была одна — убить меня. Но за что? Я не был связан ни с чем криминальным и вряд ли успел так кому-то насолить.

Я смотрел на пистолет и вдруг понял: письмо. Не само письмо, конечно, а то, что за ним стоит. Всё упиралось в наследство. Может, там есть ещё кто-то, кто претендует на это имущество? Может, дядя оставил не просто дом и безделушки? Прийти с оружием — это уже совсем другой уровень. Значит, там что-то действительно ценное. И, похоже, мне придётся это выяснить.

Я набрал полицию.

Объяснил ситуацию, как мог.

— Ничего не трогайте, — сказали мне. — Группа уже выехала.

Я и сам это понимал. Просто сидел и ждал. В какой-то момент вытянул руку вперёд и с удивлением заметил, что пальцы не дрожат. Только внутри всё было как натянутая проволока.

Приехали специалисты, осмотрели квартиру, сняли отпечатки, забрали оружие, нашли капли крови. Я сказал, что это не моя кровь. Мне ответили, что всё проверят, но тут же дали понять, что вряд ли это быстро поможет. Посоветовали запирать двери и быть внимательнее. Один из них даже съязвил, что через окно на седьмом этаже ко мне вряд ли кто полезет, но лучше всё равно смотреть по сторонам.

— Если что-то случится — сразу звоните.

После их ухода квартира снова опустела.

Я снова взял письмо и перечитал его. Внизу были печать, номер телефона и адрес. Я взял мобильный, нашёл код Австралии, набрал номер и стал ждать.

На линии послышался глухой шум, какие-то далёкие голоса. Через несколько секунд кто-то ответил.

Голос был спокойный.

Я сглотнул и сказал:

— Меня зовут Шон Тейлор. Это вы прислали мне письмо?

На другом конце ненадолго замолчали, потом ответили:

— Да. Меня зовут Лукас Уилсон. Я был поверенным вашего дяди.

— Как вы меня нашли?

— У вашего дяди был ваш адрес.

— И всё?

— Для письма — да. Для остального нет. Вам нужно срочно прилететь.

— Срочно — это насколько?

— Как можно быстрее. Иначе вас убьют.

Я на секунду онемел.

— Уже пытались, — тихо сказал я.

На линии повисла короткая тишина, потом Лукас заговорил уже совсем иначе — быстро, жёстко, без лишних слов:

— Тогда времени у вас ещё меньше. Они вас не оставят в покое.

— Кто — они?

— Я не могу объяснить всё по телефону. Просто бросайте всё и летите.

В этот момент в трубке вдруг раздались выстрелы.

— Лукас? Лукас, что происходит?!

— Шон… слушай… Лагас-авеню, двадцать пять… бочки с вином… на одной сбоку надпись… посвети…

Снова выстрелы.

И сразу после них — чужой голос:

— Зачем ты его убил? Я сказал — брать живым.

Другой ответил:

— Я целился в ноги.

Послышался глухой удар, будто кто-то упал.

— Ищите документы и прибор. Быстро. И почистите здесь. Свяжитесь с Альбертом — узнайте, разобрались ли они со щенком Тейлоров. Если нет, скажите, что у них двое суток. Не больше.

— Хорошо, босс.

Я ещё несколько секунд держал телефон у уха, хотя в трубке уже были только шорохи и далёкие голоса. Потом медленно опустил руку.

На кухне всё оставалось прежним: стол, стул, кружка, письмо. Но мир за это время успел стать другим. Человек, который только что говорил со мной, умер у меня на линии. И перед смертью пытался передать мне какую-то тайну.

Сидеть и ждать дальше было уже невозможно.

Было ясно одно: впереди меня ждало не просто получение наследства. Лукас не договорил про бочку. Тот голос упомянул меня — «щенок Тейлоров», — и это означало, что за мной действительно охотятся.

Я понял, что мне нужен совет. И не просто совет — помощь.

Я набрал Майкла, своего друга по армии. Мы служили вместе почти семь лет. Он занимался планированием операций, умел быстро соображать и не паниковал там, где другие начинали метаться. С тех пор как мы ушли на гражданку, прошло уже довольно много времени, но связь мы не потеряли.

Было около половины пятого утра.

Он долго не отвечал, потом наконец взял трубку.

— Алло…

— Майкл, нужна помощь.

— Что случилось?

— Не по телефону. Но серьёзно. Приезжай.

Он помолчал секунду.

— Ты цел?

— Пока да.

— Понял. Буду.

Я знал, что ехать ему далеко — он жил в другом городе, — но сейчас это был единственный человек, которому я действительно доверял.

Я сидел на кухне, уставившись в одну точку, перебирая в голове всё, что произошло за последние часы. Столько всего случилось за одну ночь, что мозг уже начинал отказываться верить.

Когда в дверь постучали, я вздрогнул.

— Это я, Майкл.

Я открыл.

Он вошёл, и мы обнялись.

Мы сели на диван, и я подробно рассказал ему всё, что произошло со мной за последние сутки. Майкл слушал внимательно, почти не перебивая, только иногда задавал короткие вопросы.

Когда я закончил, он помолчал, потом встал и прошёлся по комнате.

— Если за тобой следят, они захотят закончить начатое, — сказал он наконец. — Значит, надо не ждать, пока они полезут снова, а заставить их ошибиться. Я сейчас выйду, посмотрю, какие машины стоят вокруг дома. Далеко они вряд ли ушли. Может, замечу что-то интересное.

— Посмотри ещё на правую руку, — сказал я. — Я его ударил, там может быть травма или кровь.

— Понял.

Он вышел.

Я закрыл за ним дверь и снова сел в кресло.

Минут через двадцать пять Майкл вернулся. Лицо у него было уже не сонное.

— Ну? — спросил я сразу.

— Их двое. Сидят вон в том «Форде», — он кивнул на окно. — У них на панели бинокль. Один пару раз выходил размяться, второй всё это время не спускал глаз с подъезда. Похоже, тебя пасут. Думаю, ночью полезут снова. Днём не станут рисковать. Пока один спит, другой смотрит, потом меняются. Они не уйдут, пока не выполнят приказ. Времени у них мало. Значит, сделаем так…

Глава 3

План у нас появился, но мне он всё равно не нравился. Слишком многое зависело от мелочей, а любая случайность могла всё испортить. Что, если они не войдут в подъезд, как мы рассчитываем? Что, если в квартиру полезет только один? Что, если Майкл ошибся, и это вообще не те люди? Но, с другой стороны, если всё сработает, мы хотя бы избавимся от преследователей. В конце концов я согласился.

День тянулся медленно. Мы вспоминали армию, ржали над старыми историями, но всё равно каждые пять минут возвращались к предстоящей ночи. Иногда замолкали оба. Каждый думал о своём, но, по сути, об одном и том же.

Я даже умудрился поспать несколько часов и проснулся уже в более-менее человеческом состоянии. Вечер подкрадывался медленно. Мы сидели на кухне и ели так, будто это последний нормальный ужин в нашей жизни.

Я сделал яичницу с беконом и луком. На сковороде всё шкворчало, запах стоял такой, что желудок сводило. Когда еда была готова, мы набросились на неё с жадностью. Вкус оказался отличным. Мы смотрели друг на друга и смеялись. Лица у нас были перепачканы, но в тот момент нам было хорошо. В такие минуты особенно остро чувствуешь, как здорово быть молодым и живым.

Ближе к полуночи пришло время привлечь их внимание.

Я подошёл к окну, дал себя заметить, потом снял с себя одежду, будто собирался ложиться спать, и наконец выключил свет. Майкл остался в тени и наблюдал за машиной. Потом я снова оделся. Часы показывали без десяти двенадцать.

Так мы и просидели два часа.

Чем ближе было к двум ночи, тем меньше мне нравился наш замысел.

— А если они не пойдут? — тихо спросил я.

— Тогда завтра будем придумывать новый план, — ответил Майкл. — Но сегодня они придут.

— Откуда такая уверенность?

Он посмотрел на меня и пожал плечами:

— У них тоже нет времени.

И ровно в два дверцы машины распахнулись. Оттуда вышли двое и, стараясь держаться в тени, направились к дому. Я сразу позвонил в полицию и сообщил, что ко мне в квартиру пытаются проникнуть вооружённые люди. Мне ответили, что наряд уже выезжает и мне лучше спрятаться.

Тем временем Майкл отключил лифт и оставил входную дверь квартиры запертой только на один слабый замок. Потом мы поднялись этажом выше и затаились.

Всё шло по плану. Пока.

Они вошли в квартиру. У одного был пистолет с глушителем, у второго нож. Я выждал немного, потом бесшумно спустился к своей двери, вставил ключ и осторожно повернул сначала один замок, потом второй, запирая их изнутри.

Майкл наблюдал за двором.

В какой-то момент показалось, что всё сорвётся — слишком тихо.

Но потом во дворе мелькнули фары.

— Лифт включил? — шепнул я.

— Да. Всё нормально.

Полицейских было четверо: двое пошли по лестнице, двое поехали на лифте. Я быстро спустился к ним и тихо сказал:

— Внутри двое. У одного пистолет, у второго нож.

Дальше всё развивалось очень быстро. Полицейские велели мне подняться на этаж выше, и я сразу ушёл. Бандиты, поняв, что дверь не поддаётся, начали ломать замки. Почти сразу раздались глухие выстрелы. Дверь не выдержала и открылась. Полицейские тут же заорали, приказывая бросить оружие. Тот, у кого был пистолет, начал стрелять и почти сразу получил две пули в ответ. Второго вынудили бросить нож, после чего уложили и надели наручники.

Когда всё закончилось, руки у меня стали ватными не от страха — от отходняка. Слишком долго держался на одном напряжении.

Майкл подошёл ко мне и спросил:

— Что дальше?

Я посмотрел на разбитую дверь своей квартиры, на полицейских, на кровь в коридоре и неожиданно понял: назад дороги уже нет.

— Лечу в Австралию, — сказал я.

— Уверен?

— Да. Иначе я так и не пойму, что за чертовщина началась.

Он кивнул.

— Тогда я с тобой. Без меня ты там долго не продержишься.

Мы посмотрели друг на друга и одновременно поняли, что решение уже принято.

Через секунду я добавил:

— Думаю, нам стоит взять ещё одного человека.

— Кого? — спросил Майкл.

— Фрэнка Малыша, помнишь его?

— Да, но зачем ему это? — удивился Майкл.

— Он любитель приключений. Предлагал мне съездить в Мексику. Это как раз для него.

— А что он умеет? — поинтересовался Майкл.

— Всё, что положено спецназовцу, и даже больше. Надёжный, молчаливый и просто классный. В такого девчонки влюбляются без остатка.

Майкл улыбнулся.

— Попробуй. Помощь не помешает.

Я набрал Малышу.

Он ответил почти сразу.

— Да?

— Хочешь полететь на юг?

— Да, конечно. Когда?

— Приезжай ко мне сегодня к пяти. Всё расскажу.

— Ладно. Но если там очередная ерунда, я тебя придушу.

— Не ерунда. Приезжай.

К пяти часам он действительно был у меня. Мы сидели в комнате и объясняли ему ситуацию. Он слушал внимательно, без улыбки, а потом расплылся в довольной ухмылке.

— Вот это уже похоже на жизнь, — сказал он.

Я не стал расписывать опасность в подробностях. Во-первых, он и так всё понял. Во-вторых, для таких людей опасность была не аргументом против, а скорее наоборот.

Сидя за компьютером, я заказал три билета на ближайший рейс.

— Загранпаспорта у всех на месте? — спросил я.

Оба кивнули.

Закончив с билетами, я сказал:

— Завтра вылет в пять вечера. Лондон — Сидней. Я ещё забронировал номера в Grace Hotel. У нас будет время собраться и добить все дела. Встречаемся у меня в час дня.

Потом я позвонил хозяйке квартиры, предупредил, что съезжаю раньше срока и оставлю ключи в почтовом ящике. После этого сообщил начальнику, что беру отпуск за свой счёт. Тот сначала был недоволен, но потом смягчился и даже сказал, что компания оплатит этот отпуск. Так что формально всё складывалось почти идеально.

Но я понимал: дальше уже ничего идеального не будет.

За мной прилетели убивать. Лукас погиб у меня на линии. Всё это явно не было связано с обычным домом и парой вещей из наследства. Значит, ответ находился только там — в Австралии.

С этими мыслями я и уснул.

Утром меня разбудили первые солнечные лучи. Было восемь. Я сделал зарядку, побрился, почистил зубы, принял душ. Около половины первого приехали оба друга. Майкл привёз с собой хороший кофе и предложил выпить по чашке перед дорогой. Мы согласились.

Когда он заварил его, кухня наполнилась таким ароматом, что даже на секунду захотелось никуда не лететь, а просто сидеть здесь и ничего не менять.

Но менять уже пришлось.

Добравшись до аэропорта и пройдя все формальности, мы наконец оказались на борту самолёта, который должен был унести нас на другой конец света. Нас ждал долгий перелёт, и мы знали, что в Сиднее окажемся только утром.

Глава 4

Наш самолёт приземлился в Международном аэропорту Сиднея имени Кингсфорда Смита. Пройдя контроль и получив багаж, мы вышли на улицу, где нас уже ждало такси. Мы сели и поехали в Grace Hotel.

Город за окнами был совсем не похож ни на Лондон, ни на то, что я видел в Европе. В нём было что-то одновременно деловое и расслабленное. Архитектура, свет, широкие улицы — всё казалось непривычным. Мы добрались до гостиницы, поднялись в номер и на несколько секунд просто замерли, глядя на панораму города из окна.

— Так, — сказал я. — Сначала завтракаем, потом думаем, что делать дальше. К конторе Лукаса пока не суёмся. Если тот тип из Лондона успел отчитаться, за этим местом уже наблюдают. Чем дольше нас не замечают, тем лучше. Значит, сначала едем на Лагас-авеню, двадцать пять. Будем дегустировать вино.

Малыш широко ухмыльнулся.

— Вот это уже хорошая мысль. Давно хотел узнать, в чём секрет долголетия аборигенов. Может, они скрывают его не в травах, а в бутылках?

Он подмигнул нам.

Мы не ожидали такого спича от Малыша и расхохотались. Майкл посмотрел на меня, поднял брови и покачал головой.

— А ты говорил, он молчаливый. Ну что ж, будем исследовать секрет долголетия. Начнём сегодня. Хотя, если честно, аборигены Австралии не особо-то долгожители. Скорее наоборот.

Мы с Майклом снова рассмеялись.

Мы уже собирались выходить из лобби, когда я заметил за стеклом, на стоянке, машину, возле которой крутились четверо подозрительных типов. У одного была шея вся в татуировках, у другого — тяжёлая походка человека, привыкшего решать вопросы кулаками.

— Похоже, рано расслабились, — сказал я. — Видите этих красавцев у машины? Им тут явно не за чем торчать.

— Так, может, выйдем и прямо спросим? — предложил Малыш с улыбкой.

— Нет. Сначала проверим, нет ли кого внутри. Расходимся по лобби и смотрим.

Через десять минут мы снова встретились.

— Ну? — спросил я.

— Обычные люди, — пожал плечами Майкл. — Внутри чисто. Но эти четверо мне не нравятся.

— У меня тоже пусто, — сказал Малыш.

— Ладно. Проверим ещё по-другому. Майкл, ты выходишь первым, обходишь их и встаёшь справа. Мы понаблюдаем. Посмотрим, не будут ли они сверяться с телефонами или фотографиями. Потом позвонишь.

Он пошёл. Мы следили изнутри. Он прошёл совсем рядом, но никто из четвёрки даже не повернулся.

Через минуту он перезвонил и сказал, что всё спокойно.

— Теперь ты, — сказал я Малышу. — Слева.

Малыш вышел, прошёл мимо, остановился немного в стороне. Реакции снова не было.

— Значит, пора мне.

Я вышел.

И сразу увидел: один из них отвёл взгляд слишком поздно, второй полез в телефон, третий повернулся, будто проверяя что-то за спиной. Этого было достаточно.

Они ждали меня.

Я пошёл в сторону кустов и деревьев, делая вид, что ничего не заметил. Проходя мимо Малыша, едва заметно дал ему знак не двигаться. За мной тут же двинулись те четверо. Майкл пошёл за ними чуть поодаль. Малыш начал обходить стоянку с другой стороны, прячась между машинами, насколько это вообще было возможно при его росте. Мы тоже не маленькие, но на его фоне казались мелковатыми.

Напряжение росло с каждым шагом.

Я шёл к кустам и чувствовал, как внутри всё собирается в тугой узел. Не знал, чего они хотят — убить меня на месте или взять живым, — но очень скоро это должно было проясниться.

Когда я нырнул в заросли, они уже бежали ко мне. И только тогда я увидел, как в их руках блеснули ножи.

Первым делом я хотел встретить их врукопашную, но взгляд зацепился за короткие поленья, сложенные у земли. Я схватил два.

Как только первые двое ворвались в кусты, я ударил снизу по их коленям. Один заорал, второй рухнул почти молча, но третий уже успел полоснуть меня ножом по рукаву. Ткань разошлась, кожу обожгло. Двое остальных рванулись на меня, и в этот момент в них с боков врезались Малыш и Майкл. Один получил удар сзади, второй успел вывернуться и сцепился с Майклом так, что оба повалились в пыль.

Мне пришлось добивать своего самому. Он был быстрее, чем казалось, и успел дважды ударить меня в плечо и грудь кулаком, прежде чем я всадил ему конец полена под подбородок.

Через несколько тяжёлых секунд все четверо уже лежали на земле. Не красиво, не легко — просто лежали.

Малыш достал пластиковые стяжки и мгновенно начал скреплять им руки за спиной.

Те, которым я повредил колени, уже не стонали, а ругались матом и обещали прикончить меня при первой возможности.

— Всё? — спросил я, переводя дыхание и присев на корточки. — Теперь, может, поговорим нормально?

— Да пошёл ты, — огрызнулся один.

Малыш тем временем обыскал карманы и передал мне права и ключи от машины.

— По одному, — сказал Майкл, вытирая кровь с разбитой губы. — Так надёжнее.

Через пять минут он уже подъехал на их машине.

— Давай одного из хромающих, — сказал он.

Малыш поднял одного за куртку и принёс к машине.

— Залезай, или я тебя засуну туда, — ласково предложил он.

— Да, да, я сам.

Он смотрел на Фрэнка так, будто перед ним стоял не человек, а двухметровый конец света.

Я сел на переднее сиденье и повернулся к нему.

— У тебя два варианта. Либо ты отвечаешь сам, либо тебя отсюда вынесут вперёд ногами. Выбирай. Времени у тебя десять секунд.

Я достал пистолет, и Майкл изумлённо поднял брови, не ожидая его появления.

— Когда тебя отсюда вынесут, твои дружки всё равно мне всё расскажут. Так что не усложняй.

Я опустил ствол ниже, и у бандита сразу дрогнуло лицо.

— Всё скажу, — выпалил он. — Только не стреляйте.

— Зачем вы за мной следили?

— Босс приказал взять тебя живым. Ему нужна была какая-то информация.

— Как вы узнали, что я уже в Сиднее?

— В Лондон полетели трое: двое бойцов и один наблюдатель.

— Кто убил Лукаса?

— Швед. У него руки тряслись.

— Вы банда или просто наёмники?

— Банда.

— Как зовут босса?

— Альбас де Гамма. Кличка Джо.

— Сколько вас?

— Около двадцати.

— Почему без оружия?

— Босс запретил. Боялся, что тебя пристрелят по дороге.

Я кивнул.

— Где ваша база?

— Стейк-авеню, сорок семь.

Я вышел из машины.

— Слишком гладко, — сказал я Майклу. — Надо проверить.

Второй дал уже другой адрес. Третий подтвердил его слова. Значит, первый врал.

Пока мы возились с ними, четвёртый успел сбежать.

— Чёрт, — выдохнул Майкл.

— Ну и пусть, — сказал я после паузы. — Остальных тоже отпускаем.

Майкл посмотрел на меня с сомнением.

— Серьёзно?

— Да. Если я хоть немного понимаю людей, после такого они захотят исчезнуть, а не возвращаться к своему Джо. А если нет — мы хотя бы знаем, где искать.

Мы отдали им ключи. Они поднялись, кое-как сели в машину и уехали.

Я опустился на корточки и на секунду закрыл глаза.

В ушах звенело, дыхание сбилось.

— Нормально? — спросил Майкл.

— Живой, — сказал я. — Пока хватает.

— Ну ты даёшь, — сказал он уже потом. — Взял и отпустил.

— А что было делать? Тащить их в гостиницу?

Он хмыкнул, но спорить не стал.

— Кстати, а пистолет-то откуда?

Я нажал на курок. Из ствола выскочила маленькая собачка, и вспыхнул огонёк.

Майкл расхохотался.

— Дай сюда. Вот это штука. Тяжёлая, зараза. Почти как настоящий.

— И мне такой нужен, — сказал Малыш.

— Тебе лучше сразу пулемёт, — хмыкнул Майкл. — Иначе никто не испугается.

Потом он кивнул на стяжки:

— А это у тебя откуда?

— Я их всегда ношу, — спокойно ответил Малыш. — Армейская привычка. Полезная вещь.

Так, переговариваясь, мы и вернулись к гостинице.

— Нам надо быть ближе к происходящему, — сказал я. — И ещё — пора налаживать контакт с местной шпаной.

Глава 5

Мы взяли такси и поехали в центр. Вышли в двух кварталах от дома хромого и пошли пешком. Неподалёку стояла небольшая кафешка, и мы зашли туда, чтобы наблюдать за домом.

Через полчаса Майкл кивнул в сторону окна.

— Смотри. Наш клиент. Пошли.

Я уже поднялся, но тут заметил возле дома мальчишку — лет четырнадцати-пятнадцати, худого, подвижного, с наглым выражением лица. Он стоял так, словно одновременно следил за улицей и делал вид, что ему нет ни до кого дела.

— Нет, стой. Видишь пацана, который крутится возле дома? Надо его привлечь. Ждите.

Я вышел из кафе и подошёл к мальчишке, которому на вид было лет четырнадцати-пятнадцати.

— Как дела?

Он посмотрел на меня с таким видом, будто заранее не верил ни одному моему слову.

— Ну?

— Хочешь заработать?

Я показал ему пять долларов.

— Что делать?

— Видишь вон того хромого? Надо за ним проследить.

— Двадцать долларов, и я двигаю.

— Десять, — ответил я.

— Пятнадцать, — немного уступил он.

— Ладно. Если всё сделаешь как надо и всё запомнишь — получишь пятнадцать долларов. Вот тебе пять, начинай.

Пацан смял пятёрку и побежал за хромым.

Я ждал его возле кафе. Где-то через полчаса запыхавшийся пацан появился на улице.

— Рассказывай, — сказал я и протянул ему ещё одну пятёрку.

— Мы шли довольно долго по улицам, я чуть не потерял его. Он два раза оглядывался. Потом наконец на улице Кросс, перед перекрёстком с Брэдлис-Хед, зашёл в какой-то двор, вывел оттуда машину, погрузил чемоданы и что-то ещё, после чего уехал. Во дворе больше машин не было.

Пацан посмотрел на свою ладонь, потом поднял глаза на меня.

— Значит, дом номер сто семнадцать, номер машины X6H3X, марка — Volkswagen Touareg, — подытожил он и выдохнул. — Всё.

Я протянул ему третью пятёрку.

— Молодец. А теперь, в качестве бонуса, пошли — угощу тебя в кафе.

Он первым зашёл внутрь. Я подвёл его к нашему столику.

— Это Майкл. Это Малыш. А я Шон.

— Том, — сказал он, продолжая с интересом рассматривать Фрэнка.

— Хорошо, Том. Что будешь есть?

— Капит и колу.

Я не знал, что такое «Капит», но подозвал официанта и заказал. Судя по его лицу, он всё понял.

— Чем занимаешься? — спросил я у Тома.

— Так… шатаюсь туда-сюда. Каникулы, — шмыгнул носом Том.

— Город знаешь?

— Ага.

— Нам нужен человек, который знает город. Справишься?

Он сразу оживился.

— За деньги?

— Разумеется.

— Тогда восемьдесят баксов в день. Если меньше пяти дней. Если дольше — семьдесят.

Я усмехнулся.

— Наглый.

— Умный, — ответил он.

— Ладно. Договорились.

И тут Том задал неожиданный вопрос:

— Зачем вам этот хромой? Он же из банды.

— Не всё сразу, — сказал Майкл. — Откуда об этом знаешь?..

— Не всё сразу, — повторил Том фразу Майкла. — Когда начнём?

Малыш положил руку Тому на плечо.

— Ты ешь, сынок. Всему своё время, — затем он повернулся к официанту. — Где кола для моего друга?

Я видел, как у пацана загорелись глаза. Я ошибался: Малыш умел влюблять в себя не только женщин, но и детей.

Тут принесли еду, и Том набросился на неё с такой жадностью, что я невольно переглянулся с друзьями. Было видно: дома у него изобилия не бывает. При этом он всё равно пытался держаться независимо.

— Нам ещё нужна квартира и машина, — сказал я.

— С квартирой могу помочь, — тут же отозвался он. — У моего друга отец как раз сдаёт. Недалеко отсюда. Я отведу.

Он говорил это, всё ещё глядя не на меня, а на Малыша, ища в нём какого-то молчаливого одобрения.

— Доешь сначала, — спокойно сказал тот. — Потом пойдём.

Том кивнул и снова занялся тарелкой, причмокивая от удовольствия. Он был так поглощён едой, что не видел, как мы улыбаемся. Особенно широко улыбался Малыш. Было очевидно, что Том уже оказался под его защитой.

Сам Том в это время, уплетая за обе щеки очередную порцию мяса, думал, что ничего вкуснее в жизни не ел. У него не было отца, а мать, чтобы хоть как-то держать дом, работала на двух работах и почти всё время проводила вне дома. Поэтому Том и его младшая сестра видели её в основном только поздно вечером и в выходной день. Конечно, он мог бы поесть и дома, но это было бы совсем не то. А здесь — кафе, взрослые люди, ощущение, будто он уже свой, и этот добрый великан рядом — всё это наполняло его редким для него чувством спокойствия и оптимизма.

Когда с едой было покончено, он позвонил другу, договорился и повёл нас к дому. У подъезда нас уже ждали хозяин квартиры и его сын. После короткого разговора он показал нам квартиру — обычную, но вполне пригодную, на третьем этаже.

Мы договорились о цене, но я всё равно обошёл комнаты, проверил окна, замки, выходы, посмотрел лестницу и только после этого оплатил десять дней вперёд.

Было уже около девяти вечера. Я сказал Тому прийти утром в девять, и мы разошлись.

Когда Малыш вернулся от подъезда, я сказал ему:

— Ты понимаешь, что он к тебе уже прилип?

Малыш посмотрел на меня спокойно.

— Я по-другому не умею. Пошли спать.

Утренние лучи солнца, пробивающиеся через шторы, напомнили мне, что начинается новый день. Майкл уже брился, что-то посвистывая себе под нос. Малыш ещё спал, похрапывая и бормоча во сне. Я глядел в потолок, раздумывая о чём-то своём.

Раздался звонок в дверь.

Том пришёл точно в девять утра, как и договаривались.

— Все в сборе, — резюмировал Майкл. — Нам нужна машина, неприметная, но сильная. В прокате лучше не брать, могут вычислить. Я думаю, нам нужна промышленная зона. Том, ты знаешь, где она?

— Конечно.

— Тогда поехали.

— Сейчас, — отреагировал Малыш, — только возьму пару бутербродов на дорогу.

Мы поймали такси и остановились возле первой мастерской по ремонту машин. Майкл вышел чтобы узнать и направился в мастерскую. Через короткое время он ввернулся с адресом. Майкл сходил в мастерскую и вернулся с адресом.

— До двести двадцать восьмого, потом направо. Третий гараж. Хозяин — Хуго.

— Так я его знаю, — сразу сказал Том. — Он крадеными тачками торгует.

Я чуть не поперхнулся.

— Ну-ка, Том, вот с этого места подробнее.

— Ну, то, что мне рассказал одноклассник, а он подслушал разговор своего папаши. Тот сказал, что на тачки, которые угнали, он нашёл клиента, но придётся скинуть цену. Вот.

— А он не связан случайно с бандитами со Стейк-авеню? — предположил я.

Но Том возразил:

— Эта зона не под их влиянием. Здесь, скорее всего, каждый за себя.

«Да, — подумал я, — у пацана логика и сообразительность на высоте. Если судить по словам Тома, то здесь ещё немало тайн, о которых нам предстоит узнать. И странно, что полиция бездействует. Краденый товар есть, воры вот они, покупатели имеются, и доказательств выше крыши, даже пацаны знают. Но полиции не за что уцепиться, как в анекдоте. Ну а если предположить, что полиция следит за ними и ждёт удобного момента, и мы как раз подойдём, и нас цап-царап, и пойди доказывай на родине, отвечай на вопросы или ещё что похуже... Гадать не будем».

— Майкл, ты идёшь один, до гаража пройди и осмотрись. По дороге, если увидишь каких-то подозрительно скучающих, возвращайся, но не той же дорогой. Ты, Том, проследи за Майклом и предупреди нас, если что-то не так или кто-то за ним пойдёт или поедет.

— Я понял, — отрезал Том.

— Мы рядом, поддержим тебя, — добавил Малыш.

Они ушли.

— Шон, — вздохнул Малыш, — нехорошо, что мы используем пацана, как-то не очень...

— ...правильно, — помог я ему найти это слово.

— Да, — согласился Малыш, — и это неправильно.

— Подожди, Малыш, вообще-то он нанятый. Мы платим ему деньги, и вообще пацан сообразительный, и в обиду себя не даст. Он наш джокер, и мы будем его беречь.

Через некоторое время Майкл вернулся.

— Там двое в гражданском. В машине. Сто процентов копы. Рация, фотоаппарат. Всё при них.

— И что теперь? — спросил я.

— Теперь ничего, — сказал я. — Светиться рядом с ними не будем.

Том раздражённо пнул камешек.

— Так и уйдём?

— Так и уйдём, — сказал Майкл. — Иногда умный ход — это не лезть.

Повисла короткая пауза.

— Ладно. Не пошло — значит, не пошло, — сказал я. — А давайте-ка вдарим по мороженому. Говорят, это помогает извилинам в голове отдохнуть в ожидании прибытия поезда... — и я подмигнул всем.

— Ага, — засмеялся Майкл, — если поезд придёт по расписанию.

— И если у тебя есть билет на этот поезд, — добавил Малыш, и все дружно засмеялись, даже Том, хотя, скорее всего, он не понял, но знал, что его ждёт мороженое.

Мы двинулись к ближайшей лавке с мороженым, и вскоре у нас в руках были холодные порции разных вкусов.

— Отменное мороженое, — согласился Малыш.

Мороженое действительно помогло нам расслабиться и отвлечься от напряжённой обстановки. Мы сидели, наслаждаясь своими порциями, и обсуждали, какие шаги предпринять дальше. Том и Малыш доедали уже вторую порцию.

В это время произошла авария на дороге. Одна машина въехала сзади в другую. Водители вышли из машин оценить ущерб, и у них началась перебранка. Оба обвиняли друг друга и вызвали полицию.

Том доел мороженое, вытер рот тыльной стороной ладони и вдруг сказал:

— Я знаю, где взять машину.

— Где? — почти одновременно спросили мы.

— Там, куда свозят машины на разборку. Там можно купить тачку дёшево, почти как взять напрокат, только без лишних вопросов. Вы же туристы — всё равно потом бросите её, как будто просто арендовали.

Идея действительно была неплохая.

Через полчаса мы уже были за городом, на большой огороженной площадке, забитой битым железом. Майкл поговорил с каким-то толстяком, тот махнул рукой и отвёл его к старому, но крепкому «Форду Хартина». Майкл всё проверил, послушал двигатель, заглянул под капот, покатался по кругу и вернулся довольный.

— Говорит, собрал её из восьми машин, — сказал он. — Но всё на ходу. Я дал ему четыреста долларов с условием, что потом вернём. Если не сдохнет по дороге.

— Подбодрил, — сказал я.

Мы сели.

— Ну что, колёса у нас есть, — сказал я. — Теперь — дегустировать. Шеф, на Лагас-авеню, двадцать пять.

Глава 6

Мы ехали по Лагас-авеню, медленно приближаясь к нужному адресу.

— Нужна стоянка, — сказал я. — Лучше платная. Вон, слева.

Мы оставили машину и пошли пешком.

— Делимся, — сказал я. — Том с Малышом остаются снаружи и смотрят. Мы с Майклом идём внутрь.

У самого входа висели надписи о дегустации вин, коньяков и экскурсиях по погребам. Майкл посмотрел на меня и усмехнулся:

— Ну что, будем искать нужную бочку среди пары сотен?

Я только пожал плечами.

Дверь открылась, и на пороге появился хозяин — с пышными усами, которые торчали вверх, как у циркового фокусника, и с таким довольным лицом, будто он уже заранее знал, что мы оставим тут приличную сумму.

— Что желаете, господа?

— Хотим посмотреть погреб, — сказал я. — И продегустировать.

Он широко развёл руками.

— Погреб у меня один, но уверяю вас, скучно не будет. Сто пятьдесят две бочки. Этого достаточно, чтобы человек почувствовал уважение к жизни.

Мы вошли.

— Меня зовут Грон. Я хозяин этого места. Экскурсия — по сто долларов с человека. Знаю, цена не скромная, но то, что вы здесь попробуете, вы больше нигде не найдёте. Некоторые бочки ещё мой прадед закладывал.

Сказано это было с такой гордостью, будто прадед лично изобрёл коньяк.

— То есть попробовать можно и самое старое? — спросил я.

— Можно. Но не всё. И не сколько угодно.

Он повёл нас вниз, в длинный погреб. Бочки стояли вдоль стен стройными рядами, чистые, крепкие, с аккуратными надписями. Воздух был прохладный, тяжёлый, пах деревом, вином и чем-то старым, почти музейным.

В самом дальнем конце он указал рукой на двадцать бочек под замком.

— Это прадедовское. Из них наливаю только я. Каждому — по полной рюмке. Не больше.

Мы подошли, он открыл одну из бочек и налил. Напиток был действительно хорош.

— Благодарю за внимание, — Грон развернулся и ушёл оставив нас.

— Вот ушлый дед, — пробормотал Майкл. — Ну и как мы найдём нужную бочку?

Я осматривался и вдруг заметил, что на каждой бочке указано название виноградника. Я спросил у помощника:

— У вас список есть? Чтобы не рассматривать всё это в полутьме.

— Конечно.

Он подал мне журнал. Журнал оказался неудобным — старые записи, часть выцвела, названия были написаны по-разному. Я перелистнул ещё раз, медленнее.

— Что ищем? — спросил Майкл.

— Мою фамилию.

И действительно — через минуту я наткнулся на нужную строчку.

— Вот. Тейлоровский виноградник.

Я показал журнал помощнику.

— Хотим попробовать именно это.

— Хороший выбор, — сказал он. — Пятилетнее вино.

Он подвёл нас к нужной бочке. Я достал зажигалку-пистолет и, наклонившись, просунул руку в щель между бочками. Огонёк скользнул по дереву, и я увидел надпись: «Иди ко мне на могилу».

И больше ничего.

Я вылез, отряхнулся.

Зазвонил мобильник — Малыш.

— Пока всё нормально, скоро будем.

В это время хозяин с помощником, используя электрическую лебёдку и цепи, повернули бочки с двух сторон. Мы поблагодарили хозяина за интересное зрелище и пошли на выход, не видя, как долго он провожал нас взглядом.

Мы вышли из здания в направлении стоянки. Когда все разместились на сиденьях, я поинтересовался у Тома:

Когда все расселись, я спросил у Тома:

— В Южном Уэльсе много кладбищ?

— Да полно. А что?

— Придётся искать могилу.

— Зачем? — удивился Малыш.

— Затем, что мертвец прислал весточку с того света и попросил найти его могилу. Как именно, я не знаю, что это нам даст, тоже. Мы пока просто идём по следу. Думаю, надо начать с того, кто прислал мне письмо, — с Лукаса. Малыш, ты за рулём, мы немного выпили. Майкл, нам понадобятся твои хакерские способности. Нужно узнать, где похоронен Лукас Уилсон, могила свежая.

Малыш остановил машину и раздал бутерброды. За это время Майкл нашёл кладбище, где похоронен Лукас Уилсон.

— Купим цветы по дороге?

— Не надо, возле кладбища всегда продают.

Некоторое время мы молчали, только голос Тома направлял Малыша, указывая, куда ехать.

— Том, откуда ты так много знаешь про улицы и дороги? — удивился Малыш.

— Так я же развозил пиццу, пока велосипед не сломался.

На входе нам подсказали, где находятся свежие захоронения, и мы пошли по дорожке.

— Зачем мы вообще идём к нему? — спросил Том.

— Потому что этот человек умер, пытаясь сохранить тайну, — сказал я. — А это чего-то стоит.

Мы нашли могилу Лукаса. На памятнике была фотография светловолосого мужчины лет пятидесяти пяти. Высокий лоб, морщины, ясные голубые глаза. Я положил цветы.

И тут услышал женский голос:

— Кто вы? Что вам здесь нужно?

Перед нами стояла молодая женщина в чёрной одежде, бледная, с яркими голубыми глазами.

— Мы друзья Лукаса, — сказал я.

— Нет, — сразу ответила она. — Я бы знала. У папы не было таких друзей.

— Вы его дочь?

Она кивнула.

— Тогда давайте не здесь. Нам нужно кое-что вам объяснить.

Но в этот момент Малыш тихо сказал:

— Нас ведут.

Я обернулся. У одной из могил действительно стоял парень с цветами и с телефоном в руке. Он явно не горевал. Он наблюдал.

— Так значит, мы засветили машину?

— Необязательно. Скорее всего, он тут уже был. Стоянку я осматривал, — кивнул он в сторону парня, который с кем-то говорил по телефону, — и этого там не было. У нас два варианта: либо они приедут сюда, либо мы их опередим.

— Что происходит? — девушка посмотрела на меня.

— За нами следят. Ваш отец погиб от рук этих отморозков.

Мы присели на скамейку. Я быстро рассказал о письме, которое послал нам её отец.

— Теперь нам надо выскользнуть с кладбища незамеченными. Малыш, подойди к парню сзади, а мы пойдём ему навстречу. Если он попытается уйти, то наверняка окажется у тебя, — уверенно предположил Майкл.

— Но если останется на месте... — Майкл щёлкнул пальцами. — Двигаем!

Так и получилось. Парень попытался отойти и через секунду оказался в руках у Фрэнка.

— Привет, — сказал ему Малыш.

Мы подошли.

— Говори, — сказал Майкл. — Зачем следил?

Парень сразу сник.

— Меня просто наняли. Сказали дождаться вас и сообщить, когда появитесь. Всё.

— Кто нанял?

— Не знаю. Он не представился. Деньги отдал вперёд.

Малыш связал его и отвёл в кусты.

— Посиди тут и подумай о жизни, — сказал я.

Я повернулся к девушке.

— Вы на машине?

— Нет. На такси приехала.

— Тогда подвезём.

Мы быстро покинули кладбище. Уже на выезде нам навстречу пронеслись два чёрных джипа. Она заметила это и тоже напряглась.

Уже в городе сказала:

— Я помогу вам найти могилу вашего дяди. Дайте номер телефона. Завтра утром позвоню.

Я дал.

И только потом понял, что всё это время невольно отмечал, какая она красивая.

Глава 7

Утром она действительно позвонила. Сказала, что нашла могилу моего дяди. Мы заехали за ней. Она вышла из дома легко, почти стремительно — в сиреневом платье с белой каймой, в туфлях на низком каблуке и с косынкой на плечах. Майкл уступил ей место впереди.

— Мы так и не познакомились нормально, — сказала она, обернувшись. — Я Виктория. Можно просто Вика.

Я представил всех.

— А Том — наш проводник, — добавил Майкл, заметив её удивлённый взгляд.

Мы поехали на кладбище Роквуд. Ехали где-то минут двадцать, затем повернули уже в сторону кладбища, где и поставили машину на стоянку. По обеим сторонам парковки размещались ларьки с продукцией для могил. Мы осмотрели стоянку на всякий случай, направляясь к кладбищу, купили гвоздики на входе, и нам показали направление, куда идти.

Через какое-то время мы нашли могилу. На плите было выбито имя «Джейсон Тейлор» и годы жизни. Я произнёс вслух:

— Что же я должен здесь найти?

Обойдя могилу со всех сторон, я не увидел ни особого знака, ни надписи. На всякий случай я сфотографировал каждый угол, каждую сторону могилы, но так ничего и не обнаружил. Дядя оставил загадку, которую пока не решить.

Я обратил внимание на годы жизни. Окончание жизни было указано правильно, но дата рождения... Ведь он был младше моей мамы, а здесь дата рождения была такой, будто он старше её на двадцать один год. Здесь написано, что он родился в 1938 году, а на самом деле — в 1962-м. И ещё месяц рождения и число... Мама говорила, что он родился зимой, а тут дата летняя, седьмое июля, и число не то. Про число я точно знаю, потому что мама говорила, что дядя младше её на три года, четыре месяца и три дня, а значит, дата рождения указана неправильно. Но с какой целью?

Всё это я высказал вслух.

— Дело, вероятно, в этой дате. Мне кажется, — предположил Малыш, — что это может быть какой-то код или, может, координаты. Иначе с какой целью он направлял тебя к могиле? Обычно на могилах указывают дополнительные слова, но здесь их нет. Значит, у него не было ни жены, ни детей.

— Похоже на то.

Я стоял у могилы и пытался почувствовать хоть что-то родственное, но не получалось. Для меня он слишком долго был почти призраком.

— Надо идти в дом, — сказал Майкл. — Но тихо. Без оформления наследства и всей официальной возни. Как только ты начнёшь светиться, бандиты вцепятся в тебя снова.

— Согласен, — сказал я.

В этот момент Вика протянула Малышу листок с адресом.

— Вот.

Потом открыла сумочку и показала маленький «Браунинг».

— И да, я никуда не уйду. И не собираюсь быть для вас обузой.

Я посмотрел на неё внимательнее.

— Твоему отцу оружие не помогло.

— Он был один, — ответила она. — А я не одна.

Вот тогда я окончательно понял: характер у неё серьёзный.

Мы отправили Тома и Малыша к дому. Они должны были посмотреть, нет ли слежки. А сами стали ждать звонка.

Ещё недавно я выполнял приказы, и вот уже два года как я не в армии. Хотя полностью армия из меня не вышла, особенно первое время. Просыпаясь, я не сразу понимал, где я, и сны тоже были армейские. Вначале на гражданке я чувствовал себя не очень уверенно, но за два года сумел вернуться к нормальной жизни. Хотя чёрт его знает, что такое нормальная жизнь и что она включает в себя.

К вечеру Малыш сообщил: пока всё спокойно, но кто-то недавно был внутри или снаружи. Следы у ворот свежие. Возвращаемся в квартиру готовиться. развезли всех по домам

Было одиннадцать вечера, когда раздался телефонный звонок. Звонила Вика. Она сообщила, что едет с нами, и никаких отговорок не принимает.

— Лучшее время — около трёх ночи, — уточнила она.

— Твоя правда, но только не в платье.

— Благодарю, я учту это, — ответила Вика.

Без пяти минут три мы уже были на месте. Майкл с Викой остались напротив дома, а мы с Малышом зашли во двор. Оглянувшись раз десять, мы подошли к стене дома. Малыш присел и поднял меня на свою спину, затем на вытянутых руках поднял меня за ноги до окна. Я проверил окно — оно двигалось. Подтянувшись, влез в проём окна, вытянув ноги, постепенно достиг пола. Развернувшись, прикрыл окно, как было изначально, включил фонарик на телефоне и медленно пошёл вперёд, пока не добрёл до лестницы. Опустившись по лестнице, я дошёл до двери и остановился. Дверь была под сигнализацией, и я не знал, что делать. Позвонил Майклу и объяснил ситуацию.

Тот молчал, и вдруг трубку взяла Вика.

— Помнишь даты на памятнике? Попробуй их.

Я задумался, присмотрелся к сигнализации, затем включил интернет и нашёл такую же сигнализацию. Проверил характеристики, которые говорили о шести цифрах. Затем посмотрел на фото: 1938, 7, 7. И, мысленно попросив о помощи, начал набирать шифр. Когда осталась последняя цифра, замер, почувствовав, как тонкая струйка пота устремилась вниз по спине. Надавил на неё — и, о чудо, сигнализация отключилась.

Повернув поворотный механизм, приоткрыл дверь, в которую тотчас проскользнули Вика и Майкл. Малыш остался наблюдать за домом. Дверь закрылась.

— Честно говоря, я не знаю, что мы будем теперь здесь искать.

— Просто исследуем всё, на что глаз ляжет, — сказала Вика.

— Отличная идея, — прошептал я. — Расходимся и ищем внизу.

Но внизу ничего не оказалось. Мы поднялись наверх, где находились ещё три комнаты. Обыскали каждый угол, но ничего такого не нашли. В одном углу даже стоял телескоп — и зачем? Уставшие, мы присели на пол.

— Что делать? Может быть, у него есть подполье? — предположил Майкл.

— Или вообще тут ничего нет, — сказала Вика.

— Если здесь есть что-то важное для нас, оно должно быть где-то рядом, — сказал я.

— А может, это в могиле, и надо её выкопать? — предположила Вика.

— Нет, Вика. Ведь дядю похоронили, когда твой отец ещё был жив. Он бы сказал мне об этом. А он сказал только про бочку. Это и были самые важные слова в тот момент.

Я сел в высокое кресло, стоявшее между шкафом и зеркалом.

— Наверное, пора уходить, уже четыре утра, — заметил Майкл.

Я обессиленно ударил по ручке кресла, и внезапно стена со шкафом сдвинулась и открыла проём.

Мы все вздрогнули одновременно.

Я первым подошёл к проёму и осторожно заглянул внутрь. Это была комната, небольшая, но с тахтой, умывальником, столом и стулом, и даже с холодильником. И рядом с ним стоял высокий и мощный сейф.

— Это потайная комната, — прошептала Вика. — Давайте откроем его.

Я начал набирать полный год рождения дяди, но ничего не произошло. Какие цифры он мог зашифровать? В мою голову ворвалась догадка: моя мама, его сестра, её год рождения. Я набрал цифры 1959, и раздался щелчок. Я провернул выступающее колесо вправо и потянул за ручку к себе. Дверь сейфа медленно открылась.

Перед нами открылись богатства дяди: множество пачек стодолларовых купюр, часы Patek Philippe в коробке, золотые перстни, золотые монеты и два тяжёлых мешка, килограмма по три каждый, рассыпного золота с прииска, и ещё много всяких коробочек и нейлоновых мешочков. Внизу лежали альбомы с марками и монетами. А в углу — пистолет с патронами в коробке.

Но не это я искал. Мне не хватало ответа на главный вопрос: куда и как мой дядя исчез. И наконец в маленьком отделении я обнаружил незаметный конверт, прикреплённый к стенке сейфа. Я с жадностью оторвал его, вскрыл и начал читать, подсвечивая себе телефоном. Ребята сгрудились вокруг меня.

Я дочитал письмо до конца и ещё несколько секунд просто стоял, не в силах опустить руку. Мне казалось, будто комната стала теснее, а воздух — тяжелее. Всё, что до этого выглядело странностью, тайной, загадкой, вдруг обрело страшную реальность. Дядя не умер. Он ушёл. Сам. Навсегда.

В комнате было тихо. Настолько тихо, что я слышал собственное дыхание.

«Дорогой Шон, сегодня я ухожу в другой мир. Мне там проще, чем здесь. Всю жизнь в Австралии я жил на два мира: настоящий и прошедший, и я понял, что в прошлом мне жить комфортнее. Поэтому я ухожу из этого мира навсегда. Я остаюсь в 1950 году и захлопываю за собой двери и больше никогда не смогу вернуться. Я позаботился о тебе, всё это твоё. Пользуйся с умом и прости меня, если сможешь. Моя могила, ты, конечно, понял, фиктивная. У меня не было другой возможности снять со своих плеч бандитов, которые угрозой вымогали мою тайну. Они уже близко. Прощай, твой дядя Джейсон. Постскриптум: не ищи меня».

Наконец Вика сказала:

— Твой дядя полон тайн. В какой прошлый мир и как? Что это, машина времени или шутка?

Ей вторил Майкл:

— Эти слова в конце, «не ищи меня», — то есть он где-то в нашем мире...

— Если так рассуждать, — согласился я, — то да, в этом мире. Но если посмотреть на его слова под другим углом... Что, если действительно портал?

— Ну какой портал, Шон? Очнись, это всё фантастика! — с ноткой иронии усмехнулся Майкл.

— А как же бандиты? Они искали бумаги и какой-то прибор у твоего отца, вспомни, Вика. Они не пытались нажиться, они искали документы.

— Но, может быть, — выразила сомнение Вика, — они искали другие документы, не связанные с твоим дядей.

— Не знаю, портал это или нет. Но дядя исчез не просто так, и бандиты искали именно это.

Вдруг мы услышали звон ключей, открывающих входную дверь. Майкл вошёл в потайную комнату.

— Нам надо закрыть эту дверь, или нас обнаружат.

Мы лихорадочно начали искать защёлку. Вот она, и я надавил на неё. Дверь начала закрываться, пока не осталось даже щёлочки, и на ней была защёлка, которая перекрывала даже случайное прикосновение к ручке кресла.

Мы уже слышали тяжёлые шаги, поднимавшиеся по лестнице. И тут я услышал тот самый голос из телефона:

— Ищите, ищите, тут должен быть сейф. Он его купил пять лет назад у Джека, а Джек не мог соврать, царствие ему небесное.

Это продолжалось минут двадцать, пока все, кто искал, не подошли к главарю.

— Нет сейфа, нигде нет.

Один высказал мысль:

— Он ведь был не бедный. Возможно, у него ещё была где-то квартира. Зря ты, Бен, убил Джека, сейчас бы могли спросить.

— Закрой пасть! — рявкнул чей-то голос.

Потом раздался голос главаря:

— Будем искать и найдём. А найдём — замутим бизнес с мертвецами, — и он жутко рассмеялся.

Они потопали по ступеням вниз, дверь захлопнулась.

Мы ещё посидели немного для верности и открыли дверь.

— Вы слышали? С мертвецами, то есть с прошлым. Если они найдут этот прибор, то смогут перетаскивать добычу оттуда сюда и прятаться в том мире от полиции, творить беззаконие там и прятаться здесь, и так далее. Поэтому нам надо найти их первыми и с помощью портала отправить их к динозаврам заниматься бизнесом. Кстати, нам повезло, хорошо, что Малыш не позвонил.

Майкл набрал его.

— Да, — ответил Малыш в трубку сонным голосом. — Чего-то меня разморило.

— Ничего, лучше проверь, нет ли каких-либо посторонних рядом.

— Ага, сейчас.

Через минуту он позвонил:

— Всё чисто, можно выходить.

— Ребята, все мы устали. Едем домой, встретимся сегодня, но после отдыха, — предложил я.

— Да, да, конечно, — все дружно согласились.

— Майкл, возьми пачку денег, а то мы поистратились.

Я вытащил два ключа, которые лежали в сейфе. Дверь в тайную комнату закрылась. Мы спустились и благополучно вышли из дома.

— На сигнализацию ставить нельзя, вдруг они явятся ещё раз и сразу поймут, откуда ноги растут, — отметил Майкл, закрывая дверь.

Малыш вёл машину, я проводил Вику до самого дома. Она вспорхнула на лестницу и исчезла.

— Хорошая девушка, — одобрил Майкл.

Мы просто упали на кровати, никто о помывке даже не заикнулся. Через пять минут раздался храп трёх богатырей, и никакие пушки такому сну не могли помешать.

Проснувшись от постоянного звонка, я увидел, что телефон разрывается и стонет. Часы показывали десять часов.

— Алло, — еле ответил я.

— Это Том, откройте дверь, — нетерпеливо попросил Том.

— Минуту, — отозвался я.

Том ворвался, весь возбуждённый.

— Где вы были? Почему пропали?

Я не был настроен на длительный разговор и, видя, что Малыш проснулся, отправил его к нему за ответами, сам же пошёл мыться. Вот теперь душ — как раз.

Постепенно все встали, собрались и вышли.

— Я думаю, нам нужно посмотреть всё при дневном свете. Может быть, мы что-то упустили.

— Но бандиты там всё облазили, — возразил Майкл, — они тоже искали.

— Они искали сейф, и мы их опередили. Теперь надо определить, как исчез дядя.

— Может быть, он просто улетел, — предположил Майкл.

— Я думал об этом. Не сходится, слишком много движений и тайн вокруг него. Чего-то не хватает для полного понимания. Поэтому мы идём сегодня днём, чтобы заполнить пробелы и найти ответы, — объявил я.

Позвонила Вика.

— Шон, привет. Как дела?

— Планируем вторжение.

— Я с вами, — тут же заявила Вика.

Я даже не спрашивал, хочет ли она, и так было понятно.

— Хорошо, договорились, через час заедем за тобой.

Захватив Вику, мы подъехали к дому и осмотрелись. Люди шли по своим делам, никто не задерживался, и ничего подозрительного замечено не было. Проехали чуть дальше, поставив машину на стоянку. Вернувшись к дому, быстро открыл дверь, и мы все вошли внутрь.

— Том, на тебя большая надежда, у тебя глаз острый, замечай всё, что тебе непонятно.

— Например, что? — он слегка поднял брови.

— Ну, допустим, какой-то выступ из стены не по делу, или гвоздь, или слова, ну, вообще что-то необычное. Кстати, это информация для всех.

Все занялись поисками. Мы с Викой поднялись наверх и зашли в потайную комнату. В комнате не было окна, и я включил свет. Облазив и осмотрев всё в комнате, пришли к выводу, что в ней ничего необычного нет, ну, кроме того, что мы уже знали.

Все собрались на втором этаже, расселись кто где. Я рассматривал кресло. Оно было прикручено к полу. Я повертел всё, что мог, на кресле, но это не дало результатов. Зеркало было высокое и прикручено к стене, но зачем так стараться, ведь можно просто повесить? Значит, зеркалом хотели что-то прикрыть.

Я опустился на четвереньки, осматривая половицы вдоль стены, и заметил, что одна из них как будто покрыта лаком гораздо лучше. Я протянул руку и нажал на край половицы. Она поддалась и опустилась, в то же время зеркало с частью стены сдвинулось внутрь, и вновь открылся проём.

Все смотрели, задержав дыхание. Я поднялся и надавил на стену, и она поддалась, открывшись более широко. Осторожно вглядываясь внутрь, я вошёл.

На стене висело электронное табло, на котором светились цифры 1950. От него шли провода к странному прибору, похожему на армейский радар. На панели были ручки, колёсики, переключатели. Рядом к стене был привинчен большой металлический круг — выпуклый, гладкий, будто не отсюда.

У меня мелькнула дикая мысль, и я сам не захотел произносить её вслух.

Несколько секунд мы просто смотрели.

— Только не говорите мне, что это машина времени, — тихо сказал Майкл.

Том нервно усмехнулся, но как-то неуверенно.

— Нет. Так не бывает.

— После всего, что было, я бы уже не зарекалась, — сказала Вика. Голос у неё был тише обычного.

Малыш подошёл ближе, потом остановился.

— А если эта штука и правда работает, то что?

— Вот именно, — отозвался я. — Сначала поймём, что это.

Я сам слышал, что голос у меня уже не такой уверенный, как минуту назад. Искать тайну — это одно. Стоять перед ней — совсем другое.

— Бандиты искали не деньги, — сказал Майкл. — Они искали документы и прибор. Значит, знали, что он существует.

— Если это правда... — Вика не договорила.

Никто не переспросил. И так было понятно, что она имеет в виду.

— Главное, ничего не трогать руками, — сказал я.

Никто и не рвался. Мы осторожно обошли прибор кругом.

— Это вроде то, о чём ты говорил, — сказал Майкл. — Похоже на портал. Беру свои слова обратно.

— Не знаю, портал это или нет, — сказал я. — Но дядя исчез не просто так. И бандиты искали именно это.

Все опять замолчали.

— А обратно? — вдруг спросил Том. — Если туда войти, обратно-то вернуться можно?

Вот это был уже правильный вопрос.

— Не знаю, — честно сказал я.

— Значит, никто пока никуда не идёт, — сказал Майкл. — Сначала надо понять, как эта штука включается и как потом выключается. И можно ли вообще вернуться.

— Но если это правда, — тихо сказала Вика, — тогда у нас есть шанс.

— На что? — спросил Малыш, хотя и так всё понял.

— На отца и на Лукаса, — ответила она.

После этого в комнате снова стало тихо.

— Ладно, — сказал я. — Тогда без геройства. Сначала разбираемся, что здесь для чего. Потом решаем, лезть туда или нет.

Майкл указал на механизм, висевший на цепочке у стены.

— Начнём с этого.

Он осторожно снял его и повертел в руке.

— Бандиты не просто так говорили про бизнес с мертвецами, — сказал он. — Значит, они уже поняли, что эта штука может работать.

Он посмотрел на прибор, потом снова на механизм.

— Но мы пока ничего не знаем. Видно ли портал с той стороны. Можно ли выбрать место. Сколько он держится открытым. И главное — как вернуться обратно.

Он немного помолчал.

— Думаю, дядя знал, когда ему возвращаться. Значит, здесь должен быть или таймер, или что-то вроде него. И ещё что-то, что помогает найти дорогу назад.

Майкл поднял механизм чуть выше.

— Может, это как раз оно. Похоже на часы. Или на компас.

— И он оставил это здесь, потому что не собирался возвращаться, — сказал я.

— Похоже на то, — кивнул Майкл.

Взяв его в руки, он высказал новую догадку:

— Похоже, он может быть действительно чем-то вроде портального компаса. Что, если механизм не просто считает время, но и сохраняет координаты портала? То есть, приближаясь к порталу, он показывает оставшееся расстояние до него. И таймер мог бы действовать как обратный отсчёт до момента, когда портал закроется. И, судя по содержимому сейфа, он был не один раз где-то и даже в разные годы. Мне кажется, мы должны опробовать этот прибор, — продолжил Майкл.

— Я согласен. Начнём с включения. Похоже, это кнопка? Ну что, нажимаем? — я посмотрел на Майкла, он махнул рукой.

Я надавил.

Прибор зажёгся индикаторными лампочками и тихо зажужжал. На приборе появились цифры года, месяца, числа и времени, когда в последний раз он был задействован. В то же мгновение включился механизм, похожий на часы, и показал последнее время и место, куда было направление.

— Видишь, теперь мы знаем точно, где твой дядя, и время, и день, когда он это осуществил, — сказал Майкл.

Часы показывали: Сидней, 1950 г., 18:00.

— Интересная мысль, Майкл. А что, если у нас действительно есть шанс что-то изменить?

— Значит, тогда мы можем вернуться в прошлое перед тем, как твой дядя покинул этот мир, — пошутил Майкл. — И остановить его или помочь ему справиться с бандой. И, кажется, мы можем помочь Лукасу не умереть. Тогда надо выставить новые данные. Мы должны появиться часов за шесть до его исчезновения, на разговор нам хватит. На приборе выставлена точная дата его отправления.

Я посмотрел Майклу в глаза.

— Но идём только мы втроём. Значит, сначала остановим моего дядю от бегства, а потом вытащим Лукаса из беды.

Глава 8

Выйдя из тайной комнаты, я хотел рассказать, что мы собираемся делать дальше.

— Мы всё слышали, — опередила меня Вика. — Это нечестно, мы всё делали вместе, а теперь ты бросаешь нас.

Том тоже сидел и смотрел в пол.

— Погодите, для вас тоже есть задание. Вы наша последняя надежда.

Вика и Том подняли головы.

— Если мы не вернёмся, то вы будете открывать портал каждые два часа на одну минуту. Сейчас идёмте, я вам покажу, как это всё работает. Судя по всему, когда всё включится, с этим выпуклым кругом что-то произойдёт. Если это то, о чём я думаю, мы пройдём этот круг и окажемся в этом же доме. Поставим на выход таймер на тридцать секунд, на возвращение — минуту. Вам понятно? Вы останетесь здесь и, возможно, проведёте много времени. Вот деньги, идите и купите продукты. Чтобы вам не было скучно, мы подождём, после этого сидите здесь как мыши. Ключи от дома я забираю.

Теперь надо было подготовиться к переходу. Я вытащил из сейфа пистолет и патроны, пачку денег на всякий случай.

Через двадцать минут они вернулись.

— Майкл, Малыш, — я позвал, — заходим в комнату. Сейчас я нажму на кнопку повтора, и, если портал откроется, мы все шагнём туда.

Я обернулся. Вика стояла, прижав руки к груди. Том бросился к Малышу.

— Спокойно, — сказал Малыш. — Мы вернёмся.

— Давай, — он тихонько подтолкнул Тома в сторонку. — Все готовы? Я жму.

Послышались новые звуки. Из круга донёсся будто вздох, и открылась панорама.

— Вперёд! У нас тридцать секунд!

Один за другим мы прошли через круг. Я оглянулся: портала не было видно. Ещё несколько секунд я видел Вику и Тома, и видение исчезло.

В следующий момент мы обнаружили себя в квартире дяди, снова в тайной комнате. Выйдя из неё, проверили вторую комнату — никого в квартире не было.

— Что же, подождём, — я присел на кресло, вытянув ноги.

В последующие четыре часа ничего не происходило. Наконец мы услышали, как кто-то снаружи открывает дверь. Человек вошёл, поставил дверь на сигнализацию и начал подниматься по лестнице наверх. Когда он вошёл в комнату, я включил свет. Наше неожиданное появление не ввергло дядю в шок: он выхватил пистолет, такой же, как из сейфа, и направил его на меня.

— Кто вы?

Он водил пистолетом в направлении каждого из нас. Я быстро произнёс:

— Я твой племянник, дядя. Я Шон.

— Шон? — он посмотрел недоверчиво на меня.

— Да, дядя, мы шли за тобой от твоей могилы и обнаружили все твои знаки, которые ты оставил нам. Мы из будущего и пришли помочь тебе разобраться с бандой, чтобы ты мог дальше жить в наше время. Ещё мы хотим помочь Лукасу. После твоего исчезновения его убили. И ещё я тебя давно простил, дядя.

Дядя подошёл ко мне, всматриваясь в лицо так, будто искал в нём черты моей матери, моего отца, того мальчишки, которого когда-то видел в последний раз. Потом обнял меня крепко, неожиданно крепко, и я вдруг понял, что всё это не сон, не догадка, не игра воображения. Он был живой. Тёплый. Настоящий.

— Шон, как я рад тебя видеть, — с теплом произнёс он.

— Дядя, я понимаю твоё желание перебраться в 1950 год, — взволнованно начал я. — Но что можно сделать, чтобы ты передумал?

— Слушай, Шон, — ответил он с задумчивым выражением лица, — я инженер с большим опытом, но в нашем времени никто этого не ценит. А бандиты лишь добавили остроты моим размышлениям. В 1950-х меня ждёт тёплый приём; там мои навыки будут весомы как золото. Сил и желания сражаться с Джо у меня нет, так что не стоит меня уговаривать. Там, в прошлом, мне будет лучше. Оставайся здесь, но, если захочешь, можешь меня там навестить. Самое важное — не дать машине времени попасть в руки этих бандитов.

— Но как всё дошло до такой точки?

— Когда я прилетел в Австралию, связей у меня не было. Искал их и наткнулся на Джо. Сначала мы дружили, я даже рассказал ему кое-что о машине. Но потом всё пошло криво. Становилось хуже и хуже. Он стал жадничать, требовать от меня всякие артефакты из прошлого. Начал шантажировать и угрожать жизни. Вот тогда-то я и решил сделать временной переход, — завершил дядя.

— Как этот механизм появился у тебя?

— О, это долгая история. Это случилось, когда я жил в Англии. Я встретил человека, который был совершенно не похож ни на кого из тех, кого я знал до этого. Он был при смерти и передал мне её с условием, что я отнесу её на Тибет к монахам и оставлю там навсегда. Он боялся, что машина попадёт не в те руки, и выбрал меня. Он стоял перед выбором: разбить её или нет. И в этот промежуток времени мы с ним встретились. Я тоже задавал ему вопросы; ему она досталась ещё в 1890 году, также от человека, который выбрал его, — рассказал дядя.

Майкл взглянул на меня, потом на часы на своём запястье.

— Сколько времени?

— Пять минут осталось, — коротко ответил он.

Дядя подошёл ко мне.

— Шон, я понимаю, что у тебя много вопросов. Но познакомь меня со своими друзьями.

Я представил их:

— Это Майкл и Малыш Фрэнк. Нам пора, переходим в нашу реальность. Осталось две минуты.

Мы обнялись с дядей ещё раз, словно пытаясь уловить последние мгновения, прежде чем разойтись, возможно, навсегда.

— Знаешь, где меня искать, — прошептал он на прощание. — Там, где шахты.

Мы заняли позиции перед загадочным кругом в скрытой комнате. На мгновение воздух наполнился электричеством, и открылась панорама. Один за другим мы переступили порог между мирами. Как только последний из нас прошёл, панорама исчезла.

Перед нами, взволнованные, наполненные трепетным ожиданием, стояли Вика и Том.

— Сейчас, сейчас, мы всё расскажем. Малыш, начни ты.

— Мы видели его дядю, но он отказался возвращаться. Короче, ребята, дядя решил остаться в 1950-х. Сказал, что там он очень нужен. Не собирается возвращаться, и, наверное, он прав. Почему бы и нет? Если он там чувствует себя на своём месте, пусть остаётся. Все мы ищем место, где будем нужны. Он нашёл своё.

— Да, Малыш сказал всё верно. Теперь мы сосредоточим силы для помощи твоему отцу, Вика. Уже вечер, давайте пойдём поужинаем и подумаем.

Мы спустились и осторожно вышли по направлению к машине. Уже подходя к стоянке, услышали грубый голос:

— Ну-ка, всем стоять на месте.

Обернувшись, мы увидели направленное на нас оружие. Вооружённые люди, их было пятеро, медленно подходили к нам, помахивая пистолетами.

— Вот вы и попались. Я же говорил тебе, Рыжий, что кто-то там лазает, босс всё предвидел. Ничего, скоро он здесь будет. Не зря мы выжидали столько времени, — изрёк один из бандитов.

Я посмотрел на Малыша. Он задвинул за свою спину Тома. Вика положила ладонь в сумочку. Майкл улыбался; он всегда улыбался, когда предстояла стычка.

Бандит среагировал на его улыбку:

— Чего ты лыбишься, урод?

— Да нет, это ты урод, — Майкл специально его злил, чтобы тот подошёл чуть ближе.

Так и случилось. Майкл быстрым движением выхватил у него пистолет и повернул его в сторону бандита. Левой ногой произвёл удар по второму. Малыш схватил двух сразу и ударил их головами друг о друга. Я и Вика направили своё оружие на оставшегося бандита.

Все пятеро лежали на земле, изумлённые нашим сопротивлением.

— Малыш, стяжки у тебя?

Он качнул головой.

— На всех не хватит, зато у них наверняка есть что-нибудь, — и он взял за ухо одного из бандитов. — Дай-ка мне, дружок, стяжки, да побыстрее.

У Малыша был очень устрашающий вид. Бандит, еле приходя в себя от потрясения, медленно вытащил из кармана несколько пластиковых стяжек. Малыш выхватил их у него, не меняя своего угрожающего выражения лица. Он моментально начал связывать бандитов одного за другим, в то время как Майкл и Вика остались стоять начеку, направляя своё оружие на шайку.

— Чёрт, как такое могло случиться? — пробормотал один из бандитов, пытаясь понять, как их так ловко перехитрили.

— Плохо подготовились, — с сарказмом отреагировал Майкл.

Вика, увидев, что все бандиты надёжно связаны, положила пистолет обратно в сумочку и вздохнула с облегчением.

— Что будем с ними делать? — спросила она.

Майкл задумчиво поглядел на своих товарищей, потом вернул взгляд на лежащих бандитов.

— Думаю, надо выполнять свои обещания.

Я посмотрел на Майкла.

— Ты серьёзно?

— Да. Отправим их к динозаврам.

— Тогда давай дождёмся главаря. А этих — в дальний угол стоянки, и кляпы им в рот.

Так и сделали. У нас было пять пистолетов и элемент неожиданности. Вика и Том остались их охранять. Я предупредил шайку:

— Если кто-то попытается выкинуть фокус, она выстрелит в ноги или в пах. Подумайте, прежде чем дёргаться, — и отдал револьвер Тому. — Держи их на прицеле. Мы в засаде.

Все были напряжены. Сейчас всё решится.

Подъехала машина. Хлопнули двери. Раздался властный и низкий голос:

— Где ты, Дик?

Майкл, как мы и договаривались, вышел на пару шагов из тени.

— Здесь, босс, — прохрипел он и намеренно закашлял, искажая голос. — Тут небольшая заминка вышла...

Из темноты показались трое: главарь и двое его телохранителей. Но они не спешили подходить. Главарь, Джо, остановился в десяти метрах; его силуэт в полумраке казался вылитым из чугуна. Он был осторожен.

— Заминка? — переспросил он, и в его голосе прозвучал лёд. — Дик, у моей покойной собаки была кличка. Назови её.

Мы замерли. Этого в плане не было. Секунда тишины, в которой Майкл молчал, растянулась в вечность. Она была громче любого крика.

— Я так и думал, — спокойно произнёс Джо.

Его реакция, как и подобало профессионалу, была мгновенной:

— В укрытие!

Трое бандитов рухнули за ближайшую машину. Мы — тоже, за нашу. И тут же по нашему укрытию ударила автоматная очередь. Стёкла со звоном посыпались внутрь. Наш план по-тихому захвату превратился в катастрофу. Теперь мы были не охотниками, а дичью, запертой в ловушке.

— Чёрт! — прошипел Майкл, вжимаясь в асфальт. — У них автоматы, мы с пистолетами долго не продержимся! Нужно было что-то делать. Немедленно. Импровизировать.

— Малыш! — крикнул я, перекрывая треск выстрелов. — Создай шум, самый громкий, какой сможешь! Отвлеки их!

— Понял! — кивнул Фрэнк. — Вика, дай нам прикрытие, но не высовывайся! Том, лежи и не двигайся!

— А мы? — спросил Майкл, перезаряжая пистолет.

— Мы выйдем им навстречу. Когда Малыш начнёт, они отвлекутся. Это даст нам пару секунд.

Это был безумный план. Шанс один на миллион.

Неподалёку раздался оглушительный грохот — Малыш швырнул в груду мусорных баков какой-то тяжёлый ящик. Автоматные очереди тут же сместились в ту сторону.

— Сейчас! — крикнул я Майклу.

Мы вылетели из-за машины, стреляя в сторону противника. Один из телохранителей, отвлёкшийся на шум, обернулся слишком поздно и получил пулю от Майкла. Но второй успел среагировать и дал очередь в нашу сторону. Пули взрыли землю у моих ног. Я упал, перекатился за старый дуб и выстрелил в ответ.

Джо, увидев, что мы вышли, крикнул оставшемуся бойцу:

— Обойди их!

Это была его ошибка. Он разделил силы. Пока его человек пытался нас обойти, из-за нашей машины ударил точный выстрел — Вика ранила его в ногу. Бандит взвыл и упал.

Джо остался один. Он понял, что проигрывает, и, отстреливаясь, бросился к своей машине.

— Не уйдёшь! — зарычал Малыш, выбегая из-за мусорных баков.

Он был похож на разъярённого медведя. Он не стал стрелять. Он просто побежал наперерез машине, и, когда та рванула с места, Фрэнк с нечеловеческой силой метнул в лобовое стекло обломок садовой скамейки. Стекло треснуло, покрывшись паутиной. Джо на мгновение отвлёкся, и машина вильнула, врезавшись боком в дерево.

Мы подбежали через секунду. Майкл вытащил дымящегося от ярости Джо из-за руля. Всё было кончено.

Мы стояли, тяжело дыша, посреди разгромленного места. Мою руку слегка обожгла пуля, у Майкла была ссадина на щеке. План провалился, но мы победили. Эта победа, вырванная на грани провала, ощущалась гораздо весомее.

— Неплохо для ночной работы, — улыбнулся Майкл, убирая пистолет. — Теперь отведём их в дальний угол стоянки.

Те пятеро так же лежали на земле. Майкл уже приготовил кляпы для всех троих. Главарь пытался нам угрожать, но ему быстро закрыли рот кляпом.

— Теперь идём в дом и покажем вам то, что вы так долго искали.

Я открыл дверь, и все вошли в дом. Поднявшись по лестнице, я указал на пол.

— Размещайтесь, господа, — и я с Майклом отошли посоветоваться в сторону.

— Что ты думаешь, Майкл?

— Их надо отправить по отдельности в разное время на Дикий Запад, который ещё не был исконно прожит; как раз подойдёт для них: там все вопросы решают с помощью пули. Отправим их по одному, начиная с 1700 года, с разницей в 25 лет, и начнём с главаря первым.

Я кивнул в знак согласия.

— Время без возвращения; портал будет открыт всего семь секунд.

Майкл вышел из комнаты и поднял главаря.

— Ты хотел увидеть действие прибора. Сейчас увидишь.

Он подвёл его прямо к порталу и нажал на несколько кнопок, активировав его. Портал вздохнул, и перед нами открылась панорама. Майкл помог ему пинком вылететь наружу, а затем портал закрылся.

— Один убран, — бросил Майкл, когда мы вернулись в комнату, где оставались преступники.

Их глаза были полны страха. Они не понимали, как их главарь исчез, и ожидали, что и их ждёт нечто невообразимое, и в этом была наша победа. Завтрашний день начнётся без них, и город станет чуть безопаснее.

Всё, я выключил машину и вышел. Все были отправлены.

— Не слишком ли жёстко мы поступили? — спросила Вика.

— Абсолютно нет. Я бы сказал, что мы поступили с ними милосердно. У твоего отца такого шанса не было, как и у многих других несчастных. Иногда жестокость сама по себе является наилучшим учителем. Мы просто дали им возможность оценить последствия своих действий — это почти как космическая карма. Я надеюсь, что они что-то из этого вынесут, что-то, что, возможно, изменит их к лучшему. И надеюсь, что их будущие версии смогут исправить некоторые из своих ошибок, даже если это будет в другой временной линии. А пока что нам нужно помочь твоему отцу, и мы снова можем столкнуться с теми же бандитами в прошлом. К счастью, я знаю точное время, когда это произошло.

Единственное, чего Шон не знал, — это то, что человек, который умер, даже если ему помочь, всё равно уйдёт именно в то время, когда он умер. Остановить смерть невозможно, но Вика сможет попрощаться, и это очень важно. Это, безусловно, имеет свою ценность. Поэтому мы с оптимизмом взялись осуществлять задуманное.

Глава 9

Мы появились за час до убийства. Вика увидела отца и сразу пошла к нему. Что она ему сказала, я почти не запомнил. Помню только, что через минуту он уже шёл с нами. Портал открылся, мы быстро прошли, и через несколько секунд он закрылся.

Мы сели, думая, что успели.

Вика держала отца за руку и что-то тихо ему говорила, когда он вдруг замолчал. Лицо его на секунду изменилось — будто он прислушался к чему-то далёкому, недоступному нам.

Всё произошло страшно быстро.

Я посмотрел на часы. Это было то самое время.

— Нет, — тихо сказала Вика.

Потом громче:

— Нет. Папа.

Она сжала его руку.

И в следующую секунду его не стало. Просто исчез.

Я даже не сразу понял, что всё.

В комнате стало тихо. Вика сначала не плакала. Просто смотрела в одну точку. Потом резко согнулась, будто её ударили. Я поймал её.

— Вика…

Она вцепилась в меня и заплакала. Без слов. Просто вырвало.

Я не знал, что говорить. Наша попытка ничего не изменила. Но Вика хотя бы успела увидеть отца и попрощаться с ним. Она плакала, уткнувшись мне в плечо. Я держал её и понимал, что любые слова сейчас будут чужими и пустыми. Но молчать тоже было нельзя.

— Слушай… — тихо сказал я. — Он тебя увидел. Ты была рядом.

Она только сильнее вцепилась в меня.

— И пока у нас есть эта машина, ты сможешь его видеть. Я не знаю, хорошо это или плохо. Может, даже жестоко. Но это правда. Он всегда будет таким. А ты будешь меняться.

Я замолчал.

— Может, когда-нибудь он тебя уже не узнает. Но всё это время он всё равно будет где-то рядом.

Я и сам понимал, что слова звучат странно. Но другой правды у меня не было.

Прошла неделя, в течение которой я оформил наследство и наконец на правах хозяина открыл входную дверь. Хотел войти важно, но друзья, весело толкаясь, втолкнули меня внутрь. Мы накрыли стол и заполнили его всем, что принесли с собой, открыли бутылку вина.

— За друзей, — произнёс я, поднимая бокал.

— За возможность изменять историю, сохраняя лучшее, — добавил Майкл, сверкая глазами.

— За новые начинания, — поднял бокал Малыш.

— За любовь и преданность, — подняла бокал Вика.

— И я хочу сказать, — воскликнул Том, — вы — самое лучшее, что произошло в моей жизни.

Все улыбнулись, а Вика потрепала Тома за волосы.

— Как вы думаете, что нас ждёт в следующем приключении? — спросил Майкл.

— Что-то захватывающее, без сомнения, — ответил я. — Мы ведь специалисты по выходу из затруднительных положений.

Вика смеялась.

— И специалисты по попаданию в них!

Все засмеялись. Мы столкнули бокалы. Всё было просто: стол, вино, смех и люди рядом. Иногда этого достаточно для счастья.