Мистики из Скотланд-Ярда. Дело Розалины

Глава 1. Новое дело

Было холодно. Ужасно холодно. Она чувствовала, как этот холод ползёт по спине вверх, и насколько твёрдая земля под её телом. Она сжимала в пальцах руку мужа, но от неё шел такой же ужасный холод... В горле встал ком, который она не могла проглотить. Перед глазами была только тёмная пелена, а тело постепенно леденело и леденело с каждым вдохом. Веки тяжело опустились, плотно смыкаясь, и она с усилием сжала пальцы, уже не чувствуя их, понимая, что её жизнь закончилась прямо сейчас...

×××

Пустой стаканчик из крафтовой бумаги с коричневатыми подтёками на ободке, от которого всё еще пахло кофе, безжалостно смяли и легким движением руки отправили в полёт, прямо в мусорную корзину у двери.

— Трёхочковый, — лаконично резюмировал худой мужчина в квадратных очках с зачёсанными назад, уложенными гелем черными волосами, неотрывно смотрящий в экран пузатого монитора и что-то педантично печатающий. Он проигнорировал полный страданий вздох и недовольно сказал:

— Что ты строишь из себя мученика? Если не хочешь мне помогать, мог бы сегодня не приезжать!

Внезапно скомканный лист бумаги отправился точно в затылок с идеальной укладкой. Только вот шалость не удалась: мужчина в очках резко развернулся и бледными, тонкими пальцами прямо в полёте схватил бумажный шарик, сминая его еще сильнее, будто пытаясь растереть его в порошок. Хмурый взгляд серых глаз сквозь очки направился в сторону дивана.

— Оскар...

Последнюю букву «р» в имени почти прорычали, а широкоплечий мужчина на диване с очень кудрявыми каштановыми волосами выпрямился, поднимая руки, и усмехнулся:

— Не кипятись, не кипятись, Гарри... Я бы с радостью тебе помог, но ты ведь прекрасно знаешь, что я терпеть не могу писать отчёты. Тебе это даётся намного лучше, чем мне...

Гарри фыркнул, отворачиваясь обратно к монитору, отправил бумажку в полёт, попав в мусорное ведро не глядя, и проворчал:

— Как я тебя еще терплю, не понимаю...

В этот момент в дверь кабинета торопливо постучали и через секунду на пороге показался растрепанный мужичок невысокого роста с круглым, приятным лицом и маленькими глазами. Он прижимал к груди какую-то папку. Его тусклые светлые волосы торчали в разные стороны, костюм был чуть помят, а галстук сдвинут в бок и как будто слишком туго затянут. Это был их секретарь и помощник Филипп Тейлор, живое воплощение слова «неуклюжесть». Но это не мешало ему хорошо выполнять свою работу. Он почти что шлёпнулся на входе, прочистил горло и шагнул вперёд со словами:

— Мистер Кейз, Мистер Клиффорд. Тут вот, просили вам передать...

Не успел Филлип договорить, как уже вставший с дивана Оскар выхватил у него из рук папку, открыл и шлёпнул её на стол перед Гарри, наклонившись к нему и схватившись за спинку стула.

— Ну вот и работа! Хватит дуться, бросай этот несчастный отчёт и собирайся быстрее, потом допишешь, — сказав это, он хлопнул своего напарника по плечам, проигнорировав возмущённое цоканье, а потом отошёл, чтобы достать из шкафа их пальто.

Гарри глубоко вдохнул, с усилием ткнул точку на клавиатуре, выключил компьютер и скользнул взглядом по материалам дела, которое им опять так бесцеремонно подсунули.

В протоколе, который был написан мелким почерком и занимал всего половину листа, был указан адрес, общая информация о жертвах и лаконичное описание места происшествия. Гарри перевернул лист и перед ним оказалась фотография, которая сразу же привлекла его внимание. На ней были изображены мужчина и женщина, их кожа была бледной, губы синие. Оба хорошо одеты, ухожены, явно жили в достатке, семья среднего класса. Пара держалась за руки и, даже по фото было ясно, хватка была очень крепкой. На мужчине не было никаких видимых повреждений, а вот у женщины на смятой и чуть задравшейся юбке была видна кровь, которой, казалось, было слишком много... Гарри уже хотел было вытащить остальные фото из файла, но тут Оскар накинул на него пальто и сжал его плечи:

— Ну чего ты стоишь, пойдём, по дороге всё посмотришь, — поторапливал он, уже направившись к двери.

Гарри закатил глаза, надевая пальто, поправил воротник и, забрав со стола папку, вышел из кабинета вслед за напарником, кивнув Филиппу, который всё еще был здесь. Секретарь тоже кивнул, вдруг чихнул и вышел, захлопнув за собой дверь.

×××

Они довольно быстро поймали такси и уже ехали к месту преступления. Машина плавно двигалась по улице, а вот два мистика на заднем сидении вместе рассматривали фотографии. Спустя несколько минут тишины Гарри, поправив очки, пробормотал:

— Странно это... Уже неделя с убийства прошла, а про нас они только сейчас вспомнили...

Оскар, не отрывая взгляда от фотографий, хмыкнул:

— Ну ты же и сам знаешь. Пока разберутся с бюрократией, пока вспомнят, пока установят, пока вскрытие проведут... Могли и через месяц к нам обратиться.

Гарри фыркнул, качая головой. Он прошёлся взглядом по изображению, что напарник держал в руках и, глубоко вдохнув, спросил:

— Да, выглядит это, конечно, странно... Но на кой чёрт мы поехали прямо сейчас? На нём же не было пометки «срочно».

Оскар поднял глаза на своего лучшего друга и напарника, усмехнулся и ответил:

— А чтобы кое-кто не обвинял меня в том, что я совсем не работаю. И тем более, что-то подсказывает мне, что дело будет очень занимательным.

Гарри закатил глаза, не сдержав вздоха. «Опять он со своей интуицией медиума... Ну, она у него действительно превосходная, но иногда и осечку даёт» — думал он, убирая фотографии обратно в папку и откидывая назад голову, прикрывая глаза.

Машина выехала из Вестминстера и уже катилась по улицам Кенсингтона. Они постояли немного в пробке и в итоге через двадцать пять минут добрались до ворот Эрлс-Корт Холланд парка. Оскар расплатился, поблагодарил таксиста и посмотрел на время, постучав по циферблату наручных часов.

— Ну что ж, пошли. И кстати, сегодня у нас преступление в весьма живописном месте.

Гарри цокнул, легонько пихнул напарника в плечо и проворчал:

— Давай уже. Нам еще десять минут до него идти.

И оба мужчины направились по дороге вперёд. На пути им попадались гуляющие парочки, дети и прохожие с собаками. Всё было очень мирно, и вряд ли кто-то из обычных людей догадывался, что здесь произошло странное убийство, и что рядом с ними идут никто иные, как мистики прямиком из Скотланд-Ярда.

Спустя семь минут они дошли до статуи Лорда Холланда, и уже здесь почувствовали изменение энергии... Оскар ощутил холодок и покалывание на кончиках пальцев и на затылке. Это было уже привычное чувство за несколько лет его работы мистиком. Они направились дальше и оказались прямо на том месте, где были обнаружены тела мужчины и женщины. Гарри остановился недалеко от этого места, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям, и через несколько секунд поднял голову, ища глазами напарника. Тот нашелся недалеко, около лавочки. Он сосредоточенно на неё смотрел, затем развернулся и направился к кустам неподалёку. Гарри понаблюдал секунды три и спросил:

— Что ты делаешь?

Оскар поднял голову, его левый глаз чуть мерцал белым светом. Он чуть нахмурился и, постояв в раздумьях, направился к Гарри, говоря:

— Да я чувствую тут что-то... Не просто смерть, как это обычно бывает... Здесь еще что-то есть... Другое...

Мужчина не мог это объяснить, будто здесь смешалось несколько энергий в одну кучу. Одна из них это точно отпечаток чувств их жертв и их смерти. Но тут было что-то еще... Гарри нахмурился и вдруг втянул воздух носом. Сначала был просто обычный аромат деревьев и травы с примесью озона и свежести, но потом к нему примешался чуть прохладный, «мёртвый», специфический запах, который нельзя было описать человеческим языком...

— Здесь был призрак... — произнёс Гарри, чуть щурясь.

Когда в воздухе прозвучали эти слова, левый глаз Оскара сверкнул белым, и мужчина огляделся вокруг, спрашивая:

— Ты сказал «был»? Значит, это не наши жертвы...

Напарники посмотрели друг на друга, и спустя несколько секунд Гарри опустил голову, бросив взгляд на землю, где неделю обнаружили двоих мертвых людей и ни одной существенной улики, и задумчиво прошептал:

— Дело действительно будет занимательным, судя по всему... Люди не умирают без причины... А призраки просто так не появляются...

Он поправил очки и посмотрел на Оскара. Тот, ничего не сказав, кивнул.

×××

«Наш мир держится в хрупком равновесии благодаря тому, что сейчас, когда вы это читаете, многие люди, не щадя себя, помогают найти не ушедшим на другую сторону вечный покой. Они предотвращают более глобальную катастрофу своими деяниями и мы все благодарны им за это. Уже несколько последних веков мы живём в этом мире только благодаря им. Они помогают оставшимся на нашей стороне душам и судят тех, кто начал вредить людям. Мировой порядок должен сохраняться: люди в середине, Эдем закрыт и ждет праведников, а Геенна пытается склонить смертных к греху. А если души будут оставаться в серединном мире, это непременно приведёт нас к ужасному концу. Мистиков со всего света можно назвать героями нашего времени.»

Из предисловия книги «Мистическое вокруг нас» (1968) Харлана Бауэра.

Глава 2. Девочка

После быстрого осмотра места преступления, два мистика вернулись обратно на работу. Затем им пришлось побегать, чтобы разобраться со всей, как её называл Оскар, «душной» бюрократией, чтобы забрать дело себе официально. Они здорово погоняли Филиппа по всему отделу, запросили оставшиеся материалы, которые им пообещали предоставить только завтра, и разъехались по домам, единогласно решив отдохнуть и подумать над этим происшествием со свежей головой уже на следующий день.

Оскар лежал в кабинете на чёрном диване, который всё ещё выглядел презентабельно, несмотря на свой солидный возраст, и со скучающим видом бросал в стену резиновый мячик. Тот со звонким «шлёп» ударялся о стену и через секунду возвращался к нему в руки. Мужчина был настолько погружён в это нетривиальное занятие и свои мысли, что не услышал, как открылась дверь. Очнулся он только тогда, когда бледные пальцы сжались в кулак прямо около его носа вокруг мячика. Он выдохнул и повернул голову, тут же встречаясь взглядом с явно раздражённым Гарри, который очень сильно хотел — Оскар это по глазам видел — отвесить ему подзатыльник.

— Ну и чего ты тут прохлаждаешься? Я тут за материалами дела с Филом бегаю, а кое-кто на диване лежит! — сказал Гарри, чуть вскинув брови и поправив очки.

Оскар лишь хмыкнул, лениво сел и ответил, чуть растягивая слова:

— Ну ты ведь сделаешь всё идеально. Да и к тому же дело это какое-то... Вялое. Может опять какой ревенант объявился? — и он потянулся к мячику, чтобы забрать его из рук напарника, но Гарри резко развернулся, не дав завершить стратегический манёвр по захвату предмета. Он снял пиджак, повесил его на спинку кресла и фыркнул.

— Ты даже еще полного описание дела не видел, а уже говоришь, что оно вялое. Да и ты вчера сказал, что оно «занимательное», так что хватит ломать комедию и быть ленивым засранцем, — мужчина взял со стола папку и протянул её Оскару, неосознанно играясь с мячиком.

— Наши жертвы это супруги Олсопп, Розалина и Роуэн. Семья среднего класса, с хорошим достатком. По словам друзей, знакомых и коллег были просто прекрасными людьми, ни с кем конфликтов не имели. Вечером седьмого числа должны были прийти на новоселье к друзьям, которые переехали в Ламбет, но так и не явились. Были обнаружены утром восьмого числа в Кенсингтоне.

Оскар внимательно слушал голос напарника, ворча про себя, что он не ленивый и тем более не засранец, читая более подробный отчёт. Спустя пару секунд он поднял глаза:

— Ну-с, никаких ножевых ранений, ссадин, уколов и так далее, Роуэн Олсопп полностью здоров... Розалина тоже внешне не пострадала, но... Был только выкидыш. Точнее, преждевременные роды. Тут написано, что она была на тридцать шестой неделе беременности... Но, ребёнка не нашли?

Гарри кивнул, подтверждая:

— Да, ребёнка нигде не было. Они прочесали весь парк вдоль и поперёк, как сказал мне Орбетт. Но ничего.

Оскар закрыл папку и сладко потянулся, подавив зевок.

— Ладно. Это уже нельзя назвать «вялым», признаю. Только кому понадобилось убивать праведников, судя по характеристике? Или тут замешаны твои любимые родственнички?

Гарри внезапно развернулся и с силой швырнул мячик прямо в голову напарника. Но тот, благодаря чутью, быстрой реакции и счастливому случаю, успел нагнуться, поэтому мячик шлёпнулся о стену позади Оскара и вернулся обратно в бледные пальцы. Мужчина, сжав игрушку, снова стал выглядеть невозмутимо.

— Я не знаю, кто и где замешан, но нам нужно раскрыть это дело. Оно выглядит подозрительно, — Гарри, поправив очки, отошёл к столу и сел на неудобный офисный стул, на котором лежала темно-малиновая потрёпанная подушка.

Оскар тихо хмыкнул, встал с дивана и бесшумно подошёл к напарнику со спины. Он наклонился к его уху и прошептал:

— Извини, что разозлил тебя, больше не буду.

Глубокий тон голоса и чужое дыхание заставили Гарри вздрогнуть от неожиданности и застыть.

— Давай тогда через два часа снова осмотрим наше место преступления. С меня сегодня кофе и ужин, — Оскар ухмыльнулся, явно довольный реакцией своего напарника.

Он воспользовался этим коротким замешательством, выхватив мячик из тонких пальцев и выпрямившись с улыбкой победителя на лице. Гарри, пришедший в себя, фыркнул и отвернулся к монитору, чтобы продолжить писать отчёт, даже не отвесив Оскару хорошую оплеуху.

×××

Спустя два часа или около того Гарри уже сидел на лавочке около статуи Лорда Холланда и ждал, когда придёт Оскар. Тот заскочил в кофейню в Музее Дизайна, а его отправил сюда. Мужчина поправил очки легким движением, затем встал и решил пройти ближе к месту преступления. Его шаги были бесшумными, а взгляд направлен на дорожку. Он остановился, глубоко вдыхая через нос, медленно поднял голову и внезапно ощутил прикосновение к спине, тут же развернувшись.

— Ваша светлость, ваш кофе.

Оскар шутливо поклонился с ухмылкой на лице и протянул Гарри розовый стаканчик. Тот фыркнул, взяв его в руки, чувствуя тепло, и сделал глоток. Он уже хотел опять поворчать, посмотрел напарнику за спину и... застыл, так и не отняв губ от кофе. Оскар нахмурился и спросил:

— Ты чего? Что, недостаточно сладкий? Я попросил положить шесть чайных ложек...

Но договорить ему не дали. Гарри пихнул его плечо и подбородком указал в сторону. Мужчина обернулся и увидел, что на лавочке сидит... Маленькая девочка лет двенадцати на вид. Точнее, это был призрак маленькой девочки. Сквозь полупрозрачный силуэт ребенка просвечивались лавочка и деревья. Она была в легкой школьной форме, гольфах и туфельках, голова опущена вниз, руки сжаты в кулаки. Оскар посмотрел на Гарри, кивнул, отдал ему свой стаканчик и легкой походкой направился к скамейке. Гарри отошёл чуть дальше.

— Хэй, — тихо позвал Оскар, присаживаясь на лавочку — Что ты тут делаешь одна?

Девочка никак не отреагировала. Она будто и не заметила мужчину рядом с собой, даже не двинулась и не моргнула. Оскар попробовал позвать ещё раз, но реакции не было. Тут ребёнок начал говорить. Медленно, заторможенно и абсолютно бессвязно:

— Больно... Холодно... Больно... Голос тот, такой... Голос... Темно... И холодно... Больно... Больно...

Она проговаривала это снова и снова в разных вариациях. С каждым повтором речь становилась всё бессвязнее и бессмысленнее. Оскар уже было хотел дотронуться до девочки, его глаз сверкнул белым светом, но силуэта и след простыл. Призрак исчез, даже не оставив после себя энергии. Гарри подошёл ближе и протянул напарнику его кофе со словами:

— Запах слабеет... Это была она вчера... И давай пей, остынет ведь.

Оскар взял стаканчик, сделал глоток и произнёс озадаченно:

— С каждым днём все интереснее и интереснее... И я ставлю зарплату Фила, она точно играет в этой пьесе какую-то роль...

Гарри закатил глаза, пихнув Оскара в плечо, понимая, что в деле, возможно, появилась новая переменная.

×××

«Призраки своим существованием нарушают равновесие нашего мира, надеюсь все это усвоили. Но не стоит забывать о том, что они могут быть весьма опасными тварями. Приведу в этой главе общее описание.

Обычный призрак — осознающая себя потерянная душа. Для простых смертных не видны, они могут только заметить их проявления. Нуждаются в упокоении, не причиняют никому вреда. Привязаны либо к месту смерти, либо к своему мёртвому телу. Задерживаться в нашем мире их может заставить сильная эмоция или незаконченное дело. Могут быть и другие причины. На контакт чаще идут неохотно.

Но простой призрак может обзавестись одним или даже несколькими атрибутами (или появится с этими атрибутами изначально), которые делают их весьма проблемными существами.

Атрибут Криант — призраки с этим атрибутом становятся кричащими, могут быть агрессивными, так и нет. Видны обычным людям, зачастую пытаются причинить вред осознанно.

Атрибут Ревенант — озлобленные призраки или же по-другому мстительные духи, видны обычным людям. Чаще всего рождаются из жертв жестоких убийств и пытаются отомстить, весьма кровожадны. После успешного акта мщения не могут остановиться в своей жестокости и начинают убивать невинных людей.

Атрибут Капрент — изворотливые и опасные призраки, достаточно редкие. Механизм их возникновения не изучен до конца, но считается, что эти души сбегают до Небесного Суда в мир смертных. Их цель — захватить чужое тело и обосноваться в нём, буквально украв жизнь у другого. Также видны смертным, их тяжело распознать.

Более подробно поговорим о каждом атрибуте в следующих главах.»

Из первой главы книги «Призраки и духи. История и виды» (1870) Гюстава Гюйона.

Глава 3. Осколок

Сегодня еще с четырёх часов утра в Лондоне шёл дождь. Гарри закрыл чёрный зонт и забежал в двери главного отделения Скотланд-Ярда, быстро поздоровавшись со всеми по пути. Он прошёл мимо знакомых констеблей, помахал им и свернул в коридор, направляясь к их с Оскаром кабинету. Рядом с дверью стоял стол Филиппа, которого на месте пока не было. Мужчина хмыкнул, подумав, что тот, скорее всего, опаздывает, открыл дверь и зашёл внутрь. Его зонт тут же опустился в подставку около двери, а сам Гарри уже стягивал с себя пальто. Он поправил очки и наконец поднял голову, понимая, что как-то тут слишком тихо. И его взгляд сразу же упал на диван, на котором буквально развалился никто иной, как Оскар. У него на лице лежала книга, его пиджак висел на спинке дивана, у рубашки были закатаны рукава и расстёгнуты две верхние пуговицы. Судя по всему, он домой не уходил.

Гарри приподнял брови, подошёл к дивану и громко сказал:

— Эй, птичка, все червяки уже давно разбежались!* Доброе утро! — и Гарри, сдёрнув с лица непутёвого мистика книгу, ткнул его пальцем в лоб.

Мужчина на диване тут же замычал и поморщился, еле как открыв глаза. Первое, что увидел Оскар после не очень комфортного пробуждения, была явно не довольная физиономия напарника, который буквально над ним навис. Оскар, почувствовав, что если он сейчас не встанет, то ему попадёт, сонно ухмыльнулся:

— Доброе утро. И не надо на меня так смотреть, я же не сделал ничего плохого...

Гарри закатил глаза и нахмурился, сверля напарника взглядом.

— Хорош спать! Кто вообще ночует на рабочем месте? Вставай! А потом я подумаю над тем, что ты сделал плохого, а что не сделал! — он швырнул книгу на диван и отошёл убрать своё пальто в шкаф.

Проспавший всю ночь в неудобном положении Оскар мутным взглядом скользнул по фигуре Гарри, собрав волю в кулак, медленно сел, потянулся и почувствовал себя более живым. Не помешал бы ещё кофе, конечно...

Гарри уселся на стул, устроившись поудобнее, резким движением развернулся и, кинув на своего напарника прищуренный взгляд, спросил:

— И что? Стоило оставаться здесь на всю ночь?

Оскар улыбнулся, выпрямился и откинулся на спинку дивана, раскинув руки в стороны.

— Вчерашняя девочка не давала мне покоя... И я решил, что, стоит почитать некоторую литературу и...

Гарри чуть придвинулся к дивану на стуле, немного нетерпеливо покачивая ногой. Он не любил, когда Оскар так тянул, а потому спросил раздражённо:

— И что дальше?

— А то, что я теперь точно уверен, что это не обычный призрак, а осколок души! — мужчина хлопнул себя по колену с уверенной улыбкой на лице.

Гарри нахмурился. Осколок души... Это могло быть правдой... Он выдохнул:

— А ты уверен? Это же ведь очень редкое явление. Они так просто не появляются.

— Абсолютно уверен. По всем признакам совпадает. Она проигнорировала меня, не реагировала на моё присутствие, а потом просто исчезла... И тем более... — тут Оскар встал с дивана, подошёл к напарнику и, схватившись за спинку стула, резко развернул его к столу, пододвинув ближе. Гарри вцепился в подлокотники от неожиданности, нахмурился и поднял голову, чтобы взглянуть на Оскара.

— А теперь посмотри сюда, — тихо произнёс Оскар и взял в руки одну из фотографий, что лежала на столе. Он наклонился ниже и посмотрел на Гарри.

Тот поправил очки, опустил голову и увидел изображение Розалины Олсопп. Бледная женщина с синими губами, длинными кудрявыми волосами и приятными чертами лица.

— Никого не напоминает? — спросил Оскар.

Гарри пригляделся к Розалине на фото и вдруг резко поднял голову, встретившись взглядом с карими глазами, схватившись за руку напарника:

— Ты хочешь сказать, что...

— Я не хочу ничего сказать, я только предполагаю. Но ты видишь то же, что и я. Они действительно очень сильно похожи, — сказал Оскар, не дав напарнику договорить.

Он отложил фотографию в сторону, опёрся руками о стол и продолжил:

— И знаешь что, я предлагаю съездить сегодня в дом Олсоппов.

Гарри выдохнул, отвернулся к монитору и спросил:

— И зачем нам туда? У нас, скорее всего, по городу осколки души девочки бродят... И тем более, эта девочка как-то связана с нашим делом... — мужчина повернулся снова к напарнику и нахмурился ещё сильнее. — Только не говори, что это...

— Да, это моя интуиция. Поехали, лишним не будет, — Оскар выпрямился и мягко сжал плечи Гарри.

Тот покачал головой, втянув носом воздух:

— Ладно, хорошо, поедем туда. Когда?

— Сейчас я выпью кофе, приду в себя, сделаю два мелких дела и поедем. И кстати, я вчера забрал из сервиса свою малышку, так что поедем с комфортом!

После этих слов мужчина хлопнул напарника по плечам, чуть сильнее придвинув его к столу, и вышел из кабинета, насвистывая какую-то мелодию. Гарри закатил глаза, бросив взгляд на дверь, глянул на часы и тихонько произнёс:

— Значит, это примерно через два часа...

×××

Ровно через два часа красивая, черная бентли ехала по улицам Вестминстера к мосту. Машина плыла в общем потоке и выехала на Бридж-стрит. Гарри, сидевший на переднем сидении, повернул голову к окну, по которому медленно скатывались капли дождя, и посмотрел на Биг-Бен, мельком глянул на часы на руке Оскара и спросил, подняв бровь:

— Ты ведь посмотрел самый короткий маршрут до Лорн-стрит?

Оскар, который держал одной рукой руль и смотрел на дорогу, ответил:

— Обижаешь. Конечно, выбрал самый короткий. Только тут могут быть некоторые обстоятельства, которые от меня не зависят, так что не ворчи.

Гарри фыркнул, закатив глаза, чуть вытянул шею, посмотрев в окно в сторону Темзы. Вид серой реки быстро наскучил, поэтому мужчина повернул голову и потянулся к радио. Он нажал на кнопку, и тут же шум дождя, двигателя и машин перекрыло резкое шипение и голос диктора с какой-то радиопередачи. Гарри решил её переключить, так как ничего не хотел знать о проблемах размножения кроликов на фермах в Уэльсе, и покрутил ручку смены волны. Но были только помехи, странные или спортивные передачи и старые песни, которые обычно играли в дешёвом такси.

— Включи девяносто четвёртую, — попросил Оскар, скользнув взглядом по напарнику.

Тот выдохнул и настроил нужную частоту. Салон автомобиля наполнился сухим голосом диктора и небольшими помехами. Двое мужчин слушали криминальную сводку на неделю, не особо вникая в контекст, а через минуту Гарри и вовсе выключил этот белый шум, нахмурившись:

— Да чёрт с ними... Мы скоро приедем?

Оскар взглянул на пробку впереди и хмыкнул:

— Ну, как тебе сказать... Но, может, если ты решишь помолиться, то совсем скоро...

Гарри нахмурился ещё сильнее и отвесил напарнику смачный подзатыльник. Оскар, увы, увернуться не успел, рассмеялся, потерев голову, и надавил на педаль газа, так как наконец поток машин двинулся вперёд.

Совсем скоро два мистика подъехали к одному из аккуратных домиков на Лорн-стрит. Оскар припарковался, провел по рулю рукой и выдохнул. На улице всё еще шел дождь. Гарри глянул на напарника, вздохнул и протянул ему свой зонт:

— Держи, непутёвый.

Мужчина взял зонт с улыбкой на лице, вышел из машины, обошёл её и открыл перед Гарри дверь со словами:

— Ваша светлость, прошу, — и он отвесил поклон.

Гарри не стал это комментировать и выбрался из машины. И вот они под одним зонтиком, перепрыгнув через лужу, зашли на крыльцо. После трех поворотов ключа в замке дверь открылась, и мужчины оказались в полутёмной, но аккуратной прихожей. Оскар включил свет и огляделся, пробормотав что-то про «уют».

— Ну и зачем мы сюда приехали? Что мы хотим тут найти? — спросил Гарри, проходя вперёд.

В доме было тихо. Мужчина заглянул в гостиную. Та выглядела так, будто из нее только что вышли хозяева и оставили всё как есть. Плед на диване, книга на столе, пульт от телевизора... Оскар вдруг подошёл к Гарри, его голос прозвучал прямо рядом с его головой, заставив мистика вздрогнуть:

— Что-то мы определённо тут найдём. Не просто же так приехали. Поэтому давай, расслабляться не будем, осмотрим тут всё хорошенько.

И он мягко ткнул напарника в бок. Гарри шлёпнул его по руке, пригрозив жестом влепить еще и в ухо, направился к шкафу. Им не в первый раз доводилось искать «то, не знаю, что», ведь когда они на «это» наткнутся, то сразу поймут, что «оно» то самое.

Но спустя полчаса или даже больше — Гарри время не засекал — они не нашли ничего. Совсем. От этого мужчина раздражался еще сильнее, во второй раз зачем-то перебрав книги на полке в спальне. Он нахмурился и решил, что больше им тут делать нечего, затем, уперев руки в бока, направился в гостиную, чтобы влепить Оскару подзатыльник за потраченное время. Но не успел он перешагнуть порог комнаты и открыть рот, как вдруг Оскар посмотрел на него страшным взглядом. Его левый глаз горел белым. Гарри застыл, не смея двинуться дальше. Он посмотрел на напарника, который тут же развернулся, и увидел в углу гостиной небольшой полупрозрачный силуэт, сжавшийся в комок. Он сразу всё понял. Тут был ещё один осколок. Но другой. Мужчина втянул носом воздух, ощутив знакомый запах. Оскар в этот момент двигался аккуратными шагами к девочке. Послышался её слабый, явно испуганный голос:

— Нет... Нет... Не надо! Больно... Это больно... Больно! — дальше последовал тихий плач и неразборчивое бормотание.

Гарри практически не дышал, в глубине души надеясь, что этот осколок удастся поймать, ведь тогда другие осколки найти будет гораздо проще. Он немного шумно втянул воздух через нос. Оскар уже было дошёл до девочки, но вдруг та стала говорить быстрее и просто исчезла. Мужчина, сжавший руку в кулак прямо там, где сидел ребёнок, выругался:

— Чёрт! Вот как всегда!

Гарри опустил голову. Ну да, просто так на блюдечке с голубой каёмочкой тебе никогда ничего не предложат. Он посмотрел на Оскара, который уже развернулся к нему лицом, и нахмурился, направившись вперёд, прямо к нему. Тот почувствовал, что надо срочно искать место, куда бы спрятаться, либо готовить зубы заговаривающую речь...

*отсылка на английское устойчивое выражение «The early bird catches the worm» (дословно: ранняя птичка ловит червяка). Аналог русской фразы «Кто рано встаёт, тому Бог подаёт».

×××

«Осколки души. Явление весьма редкое, если возникает самостоятельно. Что это такое? Это нельзя назвать полноценным призраком. Осколок не взаимодействует с окружающим миром и людьми, не реагирует на попытки заговорить, а также его невозможно упокоить. Также они не привязаны к конкретному месту или телу, поэтому их трудно поймать. Есть версия, что они часто возвращаются в связанные с ними места. И, естественно, они нарушают равновесие нашего мира. Механизм их появления разный, как предполагается, поскольку проверить не представляется возможным. Душа может расколоться на части у некоторых самоубийц. Существуют тайные и запретные техники в искусстве Анимаэнтии, с помощью которых можно также расколоть свою душу. И, что довольно предсказуемо, душу могут расколоть на части сильные демоны и ангелы .

Существует теоретическое предположение, что душу можно собрать воедино, если найти все осколки. Считается, что это могут сделать ангелы и демоны высоких чинов, но кроме них это может сделать медиум. В этом случае предполагается наличие специального оборудования, но какого именно, пока не ясно. Исследования в этом направлении только начинают набирать популярность. Более подробно механизм раскола души будет рассмотрен в «Дополнении к «Теории Души» У. Кроули.»

Из статьи «Дополнение к «Призраки и духи. История и виды» Г. Гюйона» (1873) Рихарда Экхарта.

Глава 4. Элоиза

Гарри с недовольным лицом сидел в машине, скрестив руки на груди, и смотрел, как по лобовому стеклу стекают капли дождя. Он чувствовал раздражение из-за того, что они по сути зря потратили время, ведь так ничего и не нашли, а осколок девочки и то упустили. Оскар сидел на месте водителя рядом с напарником и потирал затылок. Уговорить Гарри не вышло, и ему всё равно попало. Причем не хило так. Не сработало даже то, что Оскар пообещал ему пирожные из его любимой кондитерской. Он глянул на напарника и спросил осторожно:

— Гарри... Что сейчас будем делать?

Тот фыркнул, поправив на переносице очки:

— Что делать? А интуиция твоя молчит, да?

Оскар понял, что лучше ему помолчать. А то попадёт еще. А он абсолютно не хотел оплеуху снова, потому что Гарри будет бить явно сильнее, чем в прошлый раз. Он отвернулся и посмотрел в окно, бесшумно выдыхая. Гарри в этот момент сидел и думал, что им делать дальше. Они видели уже два осколка маленькой девочки в местах, связанных с убитыми, эта самая девочка была похожа на одну из их жертв, Розалину Олсопп, убийство было в Холланд Парке, исчез недоношенный ребёнок Розалины, которому уже было тридцать шесть недель... Мысли в голове крутились, как колесо, а потом вдруг будто что-то щёлкнуло, и Гарри посмотрел на Оскара.

— Так, хватит тут торчать, заводи машину и поехали обратно!

Оскар аж подпрыгнул от неожиданности:

— Ты чего так резко-то? Что случилось, ты придумал, что дальше делать?

Гарри смотрел на напарника так, будто хотел либо укусить его, либо ударить, но не решил, что выбрать. Он поджал губы.

— Да. И теперь понять не могу, как я раньше об этом не подумал. А тут ты еще со своей интуицией. Призраки ведь просто так не появляются. Осколки тем более... Так что поехали. Я придумал для тебя работу. Будем просматривать старые дела в архиве.

Услышав последние слова Гарри, Оскар застонал. Он терпеть не мог архив. И не мог терпеть искать там что-то, ведь это было очень долго и очень муторно. Но спорить он не стал, потому что это звучало логично. Скорее всего точно было какое-то дело о пропаже ребёнка. Он вздохнул и приложился головой о руль, смирившись со своей судьбой:

— Ладно, сдаюсь... Архив так архив, — Оскар поднял голову, посмотрев на напарника. — Но сюда тоже не зря съездили. Нашли еще осколок...

Гарри бросил на Оскара предупреждающий взгляд, и тот без лишних слов завёл двигатель. Бентли рыкнула, зашумела и, повинуясь повороту руля, выехала на Лорн-стрит, направившись обратно к Скотланд-Ярду.

×××

Спустя сорок минут, двадцать из которых они провели в пробке около моста, они вернулись обратно в родное здание, в котором они работали уже восемь лет. Сначала решили заскочить в буфет и после уже спуститься в архив. Гарри, доедая на ходу какую-то булочку, буквально тащил за собой Оскара, спускаясь к дверям в подвале. Тот мысленно настраивался на то, чтобы перебирать коробки. Гарри, проглотив последний кусочек и сглотнув, сказал внезапно:

— Ты ведь помнишь, что отчёт о Розалине был странным. У неё будто прошлого не было. Она даже девичью фамилию свою «стёрла».

Оскар кивнул, чувствуя на запястье сильную хватку, понимая, что сбежать не удастся. Он тоже вспомнил тот отчёт и действительно, он был странный, будто эта женщина начала жить только после совершеннолетия уже под фамилией мужа. Вскоре они дошли до архива. Гарри толкнул дверь рукой и зашёл в комнату, в которой было бесконечное количество полок с коробками, которые стояли ровными рядами. Оскар почувствовал, что на плечи будто легла гора и вздохнул. А через секунду почувствовал внезапный тычок под рёбра, дёрнувшись.

— Не смей так вздыхать, не мученик. Пошли уже. Нам предстоит много работы, — сказал Гарри, снимая с себя пиджак и закатывая рукава рубашки.

Оскар два раза кивнул и, состроив кислую мину, направился к полкам, услышав голос напарника:

— Просматривай нераскрытые дела десятилетней и более давности о пропаже ребёнка!

Оскар, снимая с полки первую коробку, ответил, нахмурившись:

— Да понял я, понял!

Они сидели в архиве уже третий час, зарывшись в старые и пыльные бумаги по уши, если не по макушку. Оскар всей душой не любил это занятие, как и писать отчёты, но когда рядом раздражённый напарник, хочешь не хочешь, а сделаешь. Мужчина потёр переносицу и со вздохом выудил из неизвестно какой уже по счёту коробки очередную папку и открыл её, пробежавшись глазами. Он перевернул страницу, увидел чуть пожелтевшую от времени фотографию и громко сказал:

— Гарри! Я нашёл то, что нам нужно!

Тот, услышав эти слова, буквально материализовался около Оскара, даже чуть привстав на носочки и заглянув напарнику через плечо. Оскар уложил папку на стол и оба мужчины, склонившись, начали читать материалы дела.

«Элоиза Гарланд, двенадцать лет, утром шестого мая 1989 года ушла из дома в школу, но на занятия не явилась. Была одета в школьную форму серого цвета, состоящую из юбки, белой рубашки, пиджака и галстука. На ногах белые гольфы, черные туфли. Из отличительных черт: русые, длинные, густые и кудрявые волосы, рюкзак в виде Микки Мауса.» — это сухое описание было на первой странице и взято из первого протокола по делу. Оскар перевернул страницу и перед ними оказалась старая фотография, на которой была маленькая Элоиза, точная копия тех самых осколков души девочки, что они видели в парке и в доме Олсоппов, а рядом с ней, обнимая, её за плечи, стояла никто иная, как...

— Розалина Олсопп собственной персоной, — произнёс Гарри, хлопнув напарника по плечу.

Оскар хмыкнул, выпрямился и задумчиво протянул:

— Да. Получается, у нас по городу где-то прячутся осколки души Элоизы... Но это всё равно не объясняет смерть её старшей сестры... Но это определённо как-то связано между собой... Главное понять, как именно...

Гарри взял в руки папку, начав внимательно читать материалы дела. Оскар подошёл к напарнику ближе и тоже начал читать, глядя на пожелтевшие страницы через плечо Гарри. В архиве воцарилась тишина.

— Здесь сказано, что семья Гарланд жила на Холланд Парк-стрит... И то, что Элоиза постоянно ходила через этот парк... И Олсоппов там же убили... — тихо рассуждал Гарри, нахмурившись. Он вдруг повернул голову в сторону и внезапно стукнулся виском о скулу Оскара, причем сильно. Тот ойкнул и отодвинул голову, зажмурившись. Гарри потёр висок, обругав напарника шёпотом, и пробормотал:

— Подставил, блин, голову... Так, о чем я говорил?

Оскар рассмеялся и хмыкнул.

— О том, что Олсоппов убили в Холланд Парке... — мужчина потёр щёку, думая о том, что у напарника не только язык острый. — Получается, случилось что-то, отчего душа девочки раскололась на части в 1989 году... И спустя восемнадцать лет её сестра Розалина была убита неизвестным без видимых повреждений... И у неё забрали недоношенного ребёнка... И оба этих происшествия случились в Холланд Парке...

Гарри слушал внимательно, держа руку у подбородка, и хмурился всё сильнее. Девочку они нашли, выяснили, что они сестры, но это никак не приблизило их к разгадке того, кто убил Розалину... Они в тупике. А собирать осколки души Элоизы это как новый вид пытки... Оскар смотрел на ужасное выражение лица напарника и тихо произнёс:

— Предлагаю заняться делом Элоизы. Ты сам сказал, что осколки просто так не появляются. И вариантов их появления у нас не так много, верно?

Гарри, услышав последние слова, поджал губы, чувствуя, что его завтрашний день будет паршивым...

×××

«Три основные части человеческой души были описаны еще в давние времена, в эпоху Платона и других греческих философов. И эта теория оказалась весьма близкой к правде. Но уже в наше время я её немного переработал и эта новая теория кажется мне более актуальной. Давайте рассмотрим её подробнее.

Первая часть души, Часть Разума, отвечает за рациональное в человеке, за наш разум, мышление и стремление к познанию. Считается высшей частью человеческой души, с её помощью мы можем осознавать этот мир.

Вторая часть души, серединная, Часть Гнева, источник наших благородных эмоций и порывов, мужества, силы воли. Именно она даёт нам способность к творчеству и созиданию, преобразованию этого мира.

Третья часть, низшая, как многие христианские философы назвали бы её, Часть Желания. Эта часть есть вместилище наших страстей, телесных желаний и инстинктов. Она помогает нам выживать, она даёт нам жизнь и энергию.

Эти три основные части составляют человеческую душу. Но они тоже делятся на несколько частей, но о них мы поговорим позже. Но кроме этих трех частей у человека может появиться еще одна часть души, Часть Эфира. Из-за этой части в нашем мире рождаются медиумы, способные видеть то, что скрыто от глаз. Они более чувствительны к эфемерным энергиям потерянных душ и ко всей сумеречной стороне мира.

Это поверхностное представление о человеческой душе, а дальше мы с вами перейдём к более глубокому уровню исследования.»

Из первой главы книги «Теория души» (1764) Сэра Уильяма Кроули.

Глава 5. Старый знакомый

Гарри, зевнув и прикрыв ладонью рот, зашёл в здание Скотланд-Ярда. У него были круги под глазами, а в руке он держал розовый стаканчик из кофейни неподалёку. Он плохо спал и ворочался всю ночь, поэтому спасение было только в бодрящем напитке... Хотя, ему он особо и не помогал. Мистик прошёл дальше и махнул констеблям, которые встретились ему в коридоре — кто-то из них даже пошутил о том, что у Гарри точно была «хорошая ночка». Мужчина это поддразнивание проигнорировал, провёл рукой по волосам, подавил рвущийся наружу зевок и скрылся в коридоре, который вёл к кабинету. Там он поздоровался с Филиппом и после открыл дверь, сделав шаг внутрь и отхлебнув немного кофе.

На диване уже лежал Оскар, точнее, он на нем развалился: одна нога согнута, вторая опущена на пол, в левой руке книга, которую он держал в нескольких дюймах от лица, а правая рука под головой. Волосы взъерошены, а пиджак лежал на полу около стула. Скорее всего, он сполз со спинки. Гарри посмотрел на это, приподняв бровь, с тихим выдохом шагнул к столу и поставил на него стаканчик, где уже стоял другой такой же. Затем он поднял пиджак напарника, накинув его обратно на стул, снял пальто, убрал его в шкаф и спустя секунду сел на подлокотник дивана, посмотрев на напарника сверху вниз.

— Ну и чем ты тут занимаешься?

Оскар наконец оторвался от чтения и посмотрел вверх. Его глаза тут же столкнулись с серыми глазами Гарри. Тот смотрел немного недовольно, но это скорее от недосыпа, а не от раздражения на Оскара. Мужчина захлопнул книгу и отложил её в сторону.

— Да вот решил перечитать «Теорию души» и дополнения к ней...

Гарри взглянул на книгу, узнав в ней старое переиздание «Теории Души» Уильяма Кроули вместе со статьями других авторов. Он хмыкнул и спросил:

— И?

Оскар хлопнул себя по ноге и чуть повернулся к напарнику, смотря на него снизу вверх. Мужчина прокашлялся, а потом начал:

— Ну, как мы с тобой вчера решили, вариантов раскола души не так уж и много...

Гарри нахмурился. Ему сразу не понравился тон голоса Оскара и его слова, но он молчал, ожидая, что его напарник скажет дальше.

— Как известно, душа раскалывается у некоторых самоубийц, но вряд ли маленькая девочка была на такое способна... Как и на то, чтобы заниматься запретными техниками Анимаэнтии... Значит...

Гарри выдохнул и потёр переносицу, отворачивая от Оскара голову. Он знал, что тот скажет дальше, но абсолютно не хотел это слышать. Но спустя пару секунд он закончил это предложение сам.

— Значит, это сделал демон. Больше ведь некому.

Оскар посмотрел на напарника, затем встал с дивана и подошёл к столу. Он взял два стаканчика и протянул один Гарри, а сам поднёс свой к губам и, перед тем, как отпить, сказал:

— Ну-с. Только он и остаётся... — он сделал глоток, но тут же поморщился и закашлялся с восклицанием:

— Чёрт!

Гарри посмотрел на Оскара, чьё лицо выглядело так, будто он хлебнул лимонного сока. Оскар резко выхватил из пальцев напарника другой стаканчик, и выпил его почти залпом, облегчённо выдыхая.

— Господи Боже! Чуть Петра не увидел. Как ты пьёшь эту отвратительно сладкую гадость, я понять не могу! — он смял в руке стаканчик и выбросил через плечо в мусорное вёдро не глядя, а потом отдал Гарри другой стаканчик.

Тот, приподняв бровь, сделал глоток и облизнул губы:

— Это я не понимаю, как ты пьёшь свой отвратительный и горький эспрессо.

Оскар фыркнул сел на диван рядом с Гарри и посмотрел на него.

— Ладно. Вернёмся к делу. Как ты думаешь, могла ли двенадцатилетняя девочка чем-то насолить демону? Ну и... Других вариантов не осталось, да?

— Ты сейчас серьёзно это спрашиваешь? — спросил Гарри, сделав последний глоток кофе, и тоже отправил пустой стаканчик в мусорное ведро. После он повернулся и хмуро глянул на напарника.

— Я понимаю, что тебе это не нравится, но ты же и сам видишь, что без этого никак. А вариант с ангелом, конечно, возможен, но ты лучше меня знаешь, что крылатые праведники ни за что в нашем мире не появятся.

Гарри отлично это понимал. Он сложил руки на груди и хотел уже было что-то сказать, но тут Оскар посмотрел на него щенячьими глазами и начал просить:

— Гарри, пожалуйста. Я потом сделаю всё, что ты захочешь. Абсолютно. Обещаю.

Услышав последние слова, Гарри прищурился, медленно приблизил лицо к напарнику и спросил тихим голосом:

— Всё, что захочу?

— Да, всё, всё, что попросишь, всё сделаю, — ответил Оскар с таким видом, будто уже готов кланяться, прижав сложенные ладони к груди.

Гарри шумно выдохнул.

— Хорошо.

×××

В шесть часов вечера чёрная бентли остановилась на углу Банк-стрит в Канари Уорф. Гарри посмотрел на огромное здание бизнес-центра из окна машины и поправил очки. Оскар выключил двигатель и посмотрел на часы:

— Ну, вроде бы, мы вовремя.

Гарри опустил глаза ко входу и хмыкнул:

— Ещё бы. Тем более, нас уже ждут, — и после этих слов мужчина вышел из машины, поправив воротник пальто.

Оскар вздохнул и тоже вышел, заблокировав двери автомобиля. Они сразу почувствовали холодный ветер, который шёл на них со стороны воды. Гарри поплотнее укутался, глубоко вдохнув. Напарники переглянулись и направились ко входу. Там стояла группа мужчин в идеально выглаженных костюмах. В руках они держали свои пальто и дипломаты, переговаривались о чём-то с улыбками на лицах, и каждый из них выглядел статно и уверенно. Это были ведущие адвокаты из Clifford Chance, и предметом их беседы было очередное дело, которое им удалось выиграть с оглушительным успехом. И один из них, увидевший, что к ним приближаются двое мужчин, вежливо попрощался со своими коллегами и с широкой улыбкой направился к Гарри и Оскару.

— Неужели, мои старые глаза меня не обманывают! — громко сказал мужчина.

У него была черная, короткая щетина на лице, черные и густые волосы чуть ниже плеч, похожие на львиную гриву. В шевелюре, если приглядеться, можно было заметить тонкие седые пряди. На плечи наброшено серое пальто, а под ним находился черный, явно дорогой костюм в тонкую вертикальную полоску серого цвета и на шее идеально завязанный бордовый галстук. Он раскрыл руки и сказал с явной радостью в голосе:

— Мой дорогой сын пришёл навестить меня первым!

И он потянулся к Гарри, но тот отошёл на шаг и сказал, потерев переносицу:

— Я тебе не сын, Роберт.

Мужчина опустил руки и притворно обиженным голосом протянул:

— Вот вечно ты такой... Колючий... — он сделал небольшой шаг вперёд. — Ты моя кровь, она гуще воды. И тем более, ты же такая пышечка...

Внезапно, рассекая фразу мужчины, в воздухе раздался холодный и низкий голос:

— Diligenter cogita antequam loquaris, Eligos.*

Услышав эти слова, Роберт тут же заткнулся, посмотрев на тёмное лицо Гарри, затем глянул на Оскара, словно ища поддержки. Но Оскар, чувствуя, как шевелятся на голове волосы от потустороннего холода, знал, что лучше сейчас стоять и молчать, ведь вмешиваться в разговор двух демонов себе дороже. Даже если один из них твой лучший друг... Поэтому он лишь стоял и смотрел то на одного, то другого, пока продолжалась эта безмолвная конфронтация отца и сына. Роберт выдохнул и спросил:

— У вас ко мне какое-то дело?

Вопрос был риторическим.

Через семь минут минут трое мужчин уже сидели в ресторане Brothers Marcus. Роберт медленными и элегантными движениями ел, выслушивая краткую характеристику дела от Оскара. Гарри всё это время молчал и с непроницаемым лицом откусывал заказанный Робертом для него миндальный круассан, периодически делая глоток чая. Как только Оскар закончил говорить, Роберт отложил вилку и нож, вытер губы салфеткой, кивая головой:

— Вот как. Довольно интересно, интересно. Ну и раз мой сын просит у меня помощи, то я обязательно ему помогу...

Гарри стукнул фарфоровую чашку о блюдце и вцепился взглядом в Роберта.

— Нечего медлить. Говори уже, что ты хочешь за то, что поможешь нам?

Демон тут же расплылся в улыбке.

— Назови меня папой.

Гарри закатил глаза и раздражённо выдохнул через нос. Но в итоге произнёс:

— Pater...**

Роберт всё еще смотрел на него с ожиданием. Гарри нахмурился.

— Хорошо... Папа. Этого достаточно?

— Вполне. Остальные требования пришлю позже. Как и то, что мне удастся выяснить.

Он протянул к Гарри руку, но тот откинулся на спинку стула. Роберт прищурился и хмыкнул, затем встал из-за стола, поправив пиджак лёгким движением:

— Если на этом всё, то мне пора. Закажите ещё что-то, счёт оплачен. Я напишу. И не забудь про свои обещания, сынок.

И после этих слов Роберт, он же Герцог Элигос Старший испарился, словно его и не было. Гарри тяжелым взглядом посмотрел на то место, где тот стоял, пытаясь проклясть его взглядом, а вот Оскар почувствовал, что ему будет ой как несладко в ближайшее время... Похоже, теперь ему придётся выполнять желания напарника не день, не два, а целую неделю... Если не месяц...

*(лат.) Хорошо подумай, прежде чем говорить, Элигос.

**(лат.) Отец.

×××

«Демоны. Коварные, ужасные создания, созданные Творцом... Хотя, некоторые считают, что они создали себя сами. Их много, их происхождение отличается друг от друга, но цель у них одна. Собирать в Ад людские души. Есть легенда, что когда Геенна накопит достаточно душ, то её врата смогут открыться в земной мир. Но, сейчас давайте не будем говорить о старых сказках, поговорим о тех, кто равен ангелам.

Демоны разговаривают на мертвых языках, весьма коварны и всегда знают, что хотят. В их мире существует жесткая иерархия, где слабые подчиняются сильным. Шесть основных чинов, и первые те, кто правит Адом: Семерка Грехов, страшных пороков. Далее дьявольская аристократия во главе с Королём Баалом, что правил Геенной до Люцифера. Третий чин — Псевдобоги. Они родились из верований людей и обрели такую мощь из их веры, что вытеснили Архидемонов, что стали четвертыми. Каждый архидемон — слуга кого-то из Грехов или членов фамилии Инферналис, но не стоит их недооценивать. Они могут занимать достаточно высокие посты при дворе у того или иного Порока или Аристократа. Далее идут обычные демоны, их есть несколько видов, и они уже служат как и высшим чинам, так и Архидемонам, поэтому предпочитают Геенне мир людей, ведь там свободнее. Совсем низший чин — бесы. Безмозглые твари разных форм и размеров, даже сами демоны не слишком их жалуют.

Демоны забирают души грешников и заключают сделки с живыми, чтобы получить их души в личное пользование. Призраки их ужасно боятся. А люди могут быть легко обмануты... И могут даже влюбиться в них. Дети, рождённые от союза демона и человека, именуются антихристами. Такие дети становятся полноправными демонами после совершеннолетия, но редко доживают до него.

Также считается, что демоны создали Анимаэнтию, магию души. Но это уже материалы для другой книги, а сейчас давайте поговорим об этих созданиях подробнее»

Из предисловия книги «Демонология Виита» (1899) Чарльза Виита.

Глава 6. Казино в Чайна-тауне

В кабинете тихо тикали часы и раздавался стук пальцев о клавиатуру. Гарри сидел за столом и с бесстрастным выражением лица печатал отчёт по делу супругов Олсопп. Его осанка как всегда была безупречной, а светлый лоб чуть хмурился, черные брови сведены к переносице. Как только на часах стрелки показали половину девятого, дверь приоткрылась, но никто не зашёл. Да и Гарри не обратил на это внимание. Оскар аккуратно просунул голову внутрь, уже готовый к незамедлительному отступлению, если в него полетит какой-нибудь предмет. Такое часто бывало, особенно если Гарри был в очень скверном настроении. И, конечно же, причиной такого настроения чаще всего был Оскар. Но, вроде, сейчас в него не собирались ничего кидать, поэтому мужчина немного успокоился и проскользнул внутрь, прикрыв за собой дверь.

После ужина в Brothers Marcus Гарри не произнёс ни слова, только попрощался, когда Оскар отвёз его домой. А всю дорогу он смотрел в окно, сложив руки на груди. Мужчина покачал головой. Если Гарри начнёт его игнорировать, то это будет гораздо хуже, чем если он закидает его чем-то или даже врежет хорошенько. Оскар убрал своё пальто в шкаф, а затем медленно начал подходить к столу. В этот момент Гарри поставил точку в отчёте и резко развернулся прямо к напарнику. Оскар застыл посреди кабинета, смотря в серые глаза за стеклами очков. Гарри со вздохом потёр переносицу.

— Ты ведь знаешь, почему я терпеть не могу Роберта?

Оскар всё прекрасно знал, а потому кивнул и осторожно спросил, делая шаг вперёд:

— Он уже прислал тебе что-то по поводу дела?

Гарри покачал головой и поправил очки:

— Нет. Только написал час назад, чего хочет.

Оскар почесал затылок, опустив глаза, но немой вопрос в них утаить от напарника не смог. Гарри раздражённо фыркнул.

— Он хочет, чтоб я две недели называл его «папой», а также на выходных сходил с ним в океанариум и поужинать. И там ещё по мелочи, — мужчина провёл по лицу руками, попытавшись таким образом стереть усталость.

Оскар сжал губы. Он всё понимал, ведь заставлять себя находиться с тем, кого ты ненавидишь всей душой, это такое себе удовольствие.

— Ты пойдёшь со мной, — внезапно сказал Гарри, убрав от лица руки и развернувшись обратно к монитору.

Оскар, вынырнувший из своих мыслей, не понял, а потому спросил:

— Что?

Гарри, не поворачиваясь, ответил:

— Ты пойдёшь со мной и Робертом в океанариум, а потом на ужин. Ты ведь обещал мне делать то, что я хочу. А это то, чего я хочу.

Оскар сразу же поднял руки, показывая, что не намерен спорить, хоть и напарник на него не смотрел, сделав шаг вперёд.

— Я ни в коем случае не собирался отказываться. Я ведь тебе обещал.

Он наконец оказался прямо у стула, положил руки на плечи Гарри и спросил:

— Может, тебе что-нибудь принести?

Оскар понимал, что задабривать этого бледного, с идеальной укладкой демона нужно как можно скорее, ведь от этого зависит его дальнейшая судьба. Но не успел Гарри ему ответить, как вдруг на его телефон пришло сообщение. Оба мужчины синхронно повернули головы, чтоб посмотреть на экран.

«Я чувствую, как горят мои уши. Неужто мой дорогой сын думает обо мне? До того, как ты начнёшь злится из-за этих слов, прочти дальше. Я выяснил, что случилось с душой Розалины, а также что произошло с маленькой Элоизой. Сейчас отправлю адрес, где тебе всё расскажут и отнесутся с должным почтением. Надеюсь, это поможет моей дорогой пышечке справится с этим загадочным делом.»

Прочитав это сообщение, Гарри поджал губы, а затем отправил скупое «Спасибо», через секунду добавив слово «Папа». Судя по выражению его лица, он почти принял неизбежное. Оскар выдохнул и чуть сжал плечи напарника, посмотрев в окно. Роберт же в этот момент прислал сыну адрес. Гарри взглянул на сообщение, выключил телефон и постучал пальцем по столу, привлекая внимание напарника.

— Как всегда всю работу придётся делать нам. Ничего никогда не расскажет нормально, — мужчина фыркнул, откинувшись на спинку кресла.

Оскар опустил голову и спросил:

— Может, принести тебе печенье из буфета? И чай? А ближе к вечеру поедем туда...

Гарри поднял глаза и медленно моргнул, молча соглашаясь. Оскар кивнул и без лишних слов пошёл выполнять поручение, которое сам же себе и выдал. Гарри проводил напарника глазами, после чего вернулся к отчёту, который ещё писать и писать.

×××

Вереницы машин тянулись по дорогам Лондона, а в одной из них на Чаринг Кросс Роуд тащилось бентли Оскара. Кто-то сзади нетерпеливо сигналил, но мужчины не обращали на это никакого внимания. Гарри не сказал точного места, куда они едут, но указал, где надо будет остановиться. Оскар, конечно же, не спорил. Он посмотрел на наручные часы, стрелка которых подползала к семи, а потом глянул в окно. Небо было темное, с тяжёлыми тучами, будто совсем скоро начнётся гроза. Хмыкнув, мужчина заметил, что ряд наконец начал двигаться, и спустя две минуты повернул на Шафтсбери-авеню. И вот, заехав на небольшую улочку между двумя зданиями, Оскар заглушил двигатель и хлопнул по рулю.

— Приехали, — выдохнул он и посмотрел на Гарри.

Тот поправил очки и, взяв с заднего сиденья своё пальто и пальто Оскара, глянул на напарника:

— Пошли, тут недалеко. И рубашку застегни.

После этих слов Гарри вышел из машины, а Оскар без возражений застегнул две верхние пуговицы и тоже покинул автомобиль, заблокировав двери, подошёл к напарнику и огляделся. В Сохо уже становилось оживлённо. Вечерняя жизнь этого квартала была как всегда бурной и уже начала кипеть, как горячий котёл. И Чайна-таун не был исключением. Вывески кафе и ресторанчиков светились неоном, а из открывающихся дверей сувенирных магазинчиков то и дело доносился звон. Оскар посмотрел на Гарри, лицо того было спокойным, с плотно сжатыми губами. Мужчина выдохнул, потому что знал, Гарри не очень любил Сохо и ему здесь не нравилось.

Они прошли к повороту, вышли на Шафтсбери-авеню и вскоре остановились около небольшого казино. Минималистичная неоновая вывеска светилась белым и красным цветами, а рядом с буквами было несколько китайских иероглифов. Оскар кашлянул, глазами спросил разрешения у напарника, и после кивка подошёл к дверям, потянув их на себя. Как только они оказались внутри, хорошенькая девушка небольшого роста тут же подошла к ним. Она сложила маленькие руки у груди и, склонив голову, поприветствовала:

— Добро пожаловать, Мистер Кейз.

Из-за спины Оскара вышел Гарри и девушка сразу же переключила на него всё внимание, поклонившись намного почтительнее и ниже:

— Добро пожаловать, Ваша Светлость Господин Клиффорд.

Гарри ей кивнул и отдал ей пальто, которые держал в руках. Оскар осмотрелся: интерьер сочетал себе элементы китайского стиля и минимализма, люди то тут, то там общались и заказывали блюда со сложными названиями, некоторые вели беседу о том, кто больше из них выиграет, а за столами, покрытыми красным сукном, уже сидело приличное количество человек с картами в руках. В этот момент к ним подошла еще одна девушка и вежливо попросила следовать за ней. Напарники переглянулись и направились вниз, на нижний этаж заведения.

Атмосфера здесь, внизу, была соответствующая. Теплый свет настенных ламп, создающих полумрак, запах дорогого алкоголя и флёр из табачного дыма. Китайские элементы декора отлично сочетались с европейским интерьером, дизайнер явно постарался. Некоторые посетители за столами явно были немного навеселе, но всё равно продолжали делать ставки. И вот прямо сейчас кто-то из них ошибётся, пойдёт ва-банк и проиграет не только все деньги, но даже свою душу. И после Геенна примет его в свои объятия. Оскар посмотрел на Гарри. Лицо того было холодным, губы плотно сжаты, а его серые глаза казались в этом теплом свете намного темнее. Он старался не вдыхать глубоко, ведь здесь смрад человеческих грехов был более насыщенным, густым. Гарри ненавидел его и еле держался от того, чтобы не упиваться им. Оскар практически слышал, как скрипели зубы напарника, и пододвинулся ближе к нему.

Девушка остановилась около большого стола с рулеткой, поклонилась и ушла. Здесь уже сидели игроки, делающие ставки. Из них выделялся немолодой китаец с квадратным лицом и сигарой во рту. На нём был синий костюм в тонкую чёрную полоску, на запястье дорогие часы, волосы с проседью, короткие. Он заметил Гарри и Оскара тогда, когда те появились на лестнице. Китаец улыбнулся, прищурился и жестом пригласил мужчин присесть за стол. Те так и поступили.

— Удивительно, что столь занятой господин снизошёл до такого, как я, — китаец хрипло рассмеялся и выпустил изо рта дым. — И чем же я могу помочь вам, Ваша Светлость?

Он смотрел исключительно на Гарри, который сидел ровно, сложив руки на коленях. Мистик вдохнул глубже, изучая этого китайца и относительно понимая, кто может быть перед ним. Архидемон, кто-то из слуг Маммона, собирал здесь согрешившие души для своего господина и давал им повод грешить еще больше. От него несло этим запахом денег и разлагающей жадности... Гарри сдержал себя, чтоб не вдохнуть глубже, и перешёл сразу к делу:

— Что ты знаешь про Розалину и Элоизу Гарланд?

Китаец прикусил во рту сигару, повернулся к игрокам и, прежде чем ответить на вопрос, сказал:

— Господа, делайте ставки без меня, мне нужно обсудить одно дело с моим уважаемым гостем.

Сидящие за столом люди, словно зачарованные, кивнули и перестали обращать на них внимание. Китаец повернулся к Гарри, выдохнув дым.

— Что я знаю? Что ж, как я могу не знать чего-то о том, кто заключил со мной сделку, верно? — он рассмеялся, откидываясь назад.

— Вы говорите про Элоизу? — спросил Гарри, нахмурившись.

Китаец отмахнулся и ответил, снова чуть приблизившись:

— О нет, Ваша Светлость. Про старшенькую, Розалину. Она была весьма хорошенькой, такой наивной, такой грустной, что я просто не смог пройти мимо и не помочь бедняжке.

Гарри немного прикусил язык во рту.

— И каков был тот контракт? Что она попросила?

Китаец положил сигару в пепельницу, сложил руки в замок и посмотрел на Гарри.

— Эта девочка попросила меня избавить её от самой большой проблемы в её жизни. От своей младшенькой сестрички...

×××

«Сделка с демоном это то, что никто и никогда не должен совершать. Ни под каким предлогом. Как бы не было трудно, как бы не было плохо, никогда не ведитесь на уговоры и сладкие речи, понятно?! В ином случае никто вас уже не спасёт. Ваша душа достанется демону и станет для него либо пищей, либо пополнит количество собранных им душ. Запомните, все дьявольские сделки заключаются только с согласия обеих сторон, но все демоны отлично владеют даром убеждения. Они легко найдут ваши слабые места, легко раскусят вас, как маленькое зернышко, и вы станете плясать под их дудку. Но если с вами такое произошло, запомните: ни один мистик не занимается дьявольскими сделками, поскольку это не в их компетенции. Помощи будет ждать неоткуда. Только принять судьбу для своей души. Эту сделку нельзя уничтожить, нельзя нарушать обязательства сделки, иначе ваша душа расколется на части. Отмена сделки может произойти только тогда, когда заключивший с вами контракт демон умрёт. Но такое бывает крайне редко. И чем сильнее демон, тем и сильнее сделка и его влияние на вас после. Так что вы никогда не должны соглашаться на то, что вас предлагает демон. А теперь перейдём к классификации. Есть несколько вариантов сделок: материальные, когда человек просит материальных благ, и нематериальные, когда требуют качеств, таланта или чего-то невещественного. Последние делятся еще на несколько: благие (если, конечно, это слово вообще уместно) и неблагие, действительно. О них мы поговорим после перерыва, а сейчас отдых пять минут!»

Из расшифровки стенографии лекции демонолога Альфреда Купера, 1977 год.

Глава 7. Кто убил Розалину Олсопп?

Кудрявая девушка в укороченном пальто и сапожках на каблуках сидела на лавочке в парке и тихо плакала. Красный беретик на её голове чуть помялся и сполз в бок. Она была очень красивой, на вид ей было лет семнадцать. Некоторые прохожие на нее поглядывали с любопытством и сочувствием, а одна особо сердобольная пожилая женщина в смешной шляпе и клетчатом пальто даже подошла к ней, чтоб спросить в чем дело. Но девушка лишь качала головой, говорила, что всё в порядке, что не стоит беспокоиться, и... Продолжала плакать. Слёзы просто текли из ее глаз. Старушка вздохнула, пожала плечами и всё же решила оставить девушку там, где она сидела, перед этим напомнив, чтоб она не оставалась здесь долго и скорее шла домой. Та ей кивнула и закрыла лицо руками, не в силах успокоиться.

Розалина не знала, сколько уже просидела здесь, в этом чёртовом парке, но вставать она не хотела. Как и идти домой. Слёзы через какое-то время полностью закончились, и поэтому девушка просто сидела на лавочке, шмыгала носом и смотрела либо куда-то в землю, либо на статую Лорда Холланда, блуждая в своих мыслях, иногда покачиваясь. В этот момент прямо перед ней появилась широкая фигура. Розалина от неожиданности испугалась и откинулась на лавочку, приобняв себя руками. Перед ней стоял немолодой китаец с морщинами на лице, в распахнутом пальто и тёмно-синем дорогом костюме. Он немного наклонился к ней и спросил:

— Отчего такая красавица сидит здесь совсем одна и плачет?

К удивлению девушки у мужчины оказался чёткий и правильный британский акцент. Розалина чуть приподняла голову и глупо моргнула, не зная, что и сказать. Будто за всё то время, что она здесь просидела, она потеряла способность говорить. Мужчина вдруг достал из кармана носовой платок и протянул его девушке:

— Ну же, вытри лицо и глаза.

После этих слов китаец сел на лавочку рядом с ней.

Розалина осторожно взяла платок и вытерла влажные щеки, шмыгнув. Тут она почувствовала, что немного замёрзла, а от рядом сидящего мужчины шло тепло. Девушка суть подвинулась, сжала платок в руках, а потом снова услышала от китайца вопрос о том, что же с ней случилось. И тут, дивясь самой себе, она охотно решила рассказать всё абсолютному незнакомцу. Она сказала, что у нее просто паршивая удача, сказала про проблемы на учёбе, про проблемы дома, и конечно же, про корень всех ее бед — младшую сестру по имени Элоиза. Этот дьявол с лицом ангела мерещился ей даже в кошмарах, видимо, было мало того, что она видела это лицо каждый день. Почему, почему все лучшее в этом мире должно быть только ее? Почему она вообще родилась? Всё из-за мелкой паршивой девчонки... К концу своего рассказа Розалина не выдержала и снова начала плакать, хоть и думала, что ни слезинки больше из себя не выдавит.

Китаец похлопал ее по плечу и спокойно подождал, когда она наконец успокоится. Девушка выплакалась, вытерла красные глаза платком и шмыгнула носом, рвано выдыхая. Тут мужчина ей сказал:

— В мире действительно много несправедливости, но...

Розалина повернула к нему голову и увидела на его лице приободряющую улыбку. Его глаза изогнулись в небольшие полумесяцы.

— Для того, чтоб бороться с несправедливостью, существуют такие, как я.

Девушка не совсем поняла его слова, но почему-то поверила в них, словно они были какими-то волшебными. Тут китаец встал и подал руку, чтоб помочь ей подняться с лавочки.

— Не волнуйтесь, миледи. Если вы захотите, я тут же смогу вам помочь, вам стоит только лишь попросить! — мужчина помог ей встать и тут же обеспокоенно воскликнул, чуть крепче сжимая её руку. — О Боже, милая, да вы дрожите! Пойдемте скорее, вас нельзя тут оставлять!

Розалине абсолютно не хотелось ему перечить, а потому она держалась за руку странного китайца и кивала ему, шагая с ним в ногу.

— Как вы относитесь к блюдам китайской кухни?

×××

Демон закончил свой рассказ, откинулся на спинку стула и, зажав сигару во рту, поджёг её. Гарри нахмурился еще больше, глянул на Оскара и после спросил:

— И в тот же день ты заключил сделку с Розалиной Гарланд?

Китаец выдохнул дым изо рта и усмехнулся.

— Да. Это оказалось весьма простой задачей. Малышка Рози была в отчаянии и нуждалась в моей помощи, Элоиза буквально не давала ей жить, ведь, по словам Рози, она «забрала всю удачу»... Ну а я по доброте душевной не смог пройти мимо и не помочь бедняжке.

Мужчина улыбнулся. Гарри, увидев эту улыбку, почувствовал отвращение в глубине души, в том числе и к самому себе. Но он не мог с этим ничего сделать, ведь кровь действительно была гуще воды. Мистик также понимал, что этот китаец ему не врал. Он бы не посмел, ведь правило демонов, которое не нарушали даже безмозглые бесы, это «слабые подчиняются сильным». Так что сейчас архидемон был более покладистым, чем спящий ребёнок. Гарри потёр переносицу, возвращая мысли к делу, и спросил:

— Каковы были условия?

Китаец выпрямился и, прочистив горло, улыбнулся.

— Как я уже говорил, Ваша Светлость, Розалина попросила меня избавиться от Элоизы. Это я и сделал. После этого малышка Рози наконец вздохнула спокойно... — он замолчал на секунду. — А её душа досталась мне.

Гарри хмыкнул, сложив руки на груди. Оскар же внезапно спросил:

— А зачем было раскалывать душу ребёнка?

Китаец посмотрел на Оскара, оценивая его внешний вид, снисходительно и немного пренебрежительно махнув рукой.

— Молодой человек совсем забыл о манерах...

Гарри внезапно поднял руку, посмотрев на демона холодным взглядом. Тот всё понял без слов и ответил на вопрос:

— Да, Ваша Светлость. Моя дорогая Рози пожелала, чтобы Элоиза исчезла, испарилась, была уничтожена и не смогла достать её даже после смерти. И я сделал то, что велели, расколол её душу, чтобы девочка не смогла упокоится, не уже говоря о посмертном существовании. И после этого я как порядочный джентльмен ушёл в тень и стал ждать. Но я не думал, что малышка Рози покинет этот мир так скоро... Думал, смогу посмотреть на ее очаровательных детей...

Китаец выдохнул дым с грустью в глазах. Гарри посмотрел на него и подавил желание оскорбить архидемона, затем перевел глаза на игроков и спросил скорее себя:

— Тогда кто мог убить Розалину Олсопп и её мужа, если Элоиза это всего лишь осколки...

— Ну вы же прекрасно знаете, Ваша Светлость. Причины для убийства могут быть разные, но суть одна: Homo homini lupus est*. Люди делают это сами, даже без нашего участия.

Гарри еле удержал за зубами рвущийся наружу язвительный комментарий и посмотрел на Оскара. Тот понял всё только по одному взгляду, ведь от него зашевелились на голове волосы. Через пять минут, обменявшись любезностями с китайцем, напарники встали из-за стола и направились на выход, попрощавшись с девушками, которые отдали им пальто и пожелали хорошего вечера. Как только мужчины оказались на улице, Гарри глубоко и шумно вдохнул вечерний воздух Лондона, сразу же после быстрым шагом направившись по улице обратно к машине. Оскар буквально побежал за ним.

И вот спустя две минуты Гарри уже сидел на пассажирском кресле, глубоко и ровно дыша, чувствуя наконец спокойствие и никаких ненавистных, порочных ароматов, только запах кедра и кожи с легкими нотами бергамота и чего-то пряного. Оскар сидел за рулём, стучал по нему пальцем и смотрел на напарника, ничего не говоря. Гарри наконец полностью успокоился, открыл глаза и спросил вдруг:

— Кто убил Розалину Олсопп?

Оскар поднял брови и вздохнул:

— Элоиза Гарланд.

Гарри хмыкнул. Всё получалось именно так, ведь больше было некому. Действительно некому. Олсоппы в глазах остальных людей были праведниками, Роуэна в принципе можно назвать святым... В отличие от Розалины, что желала своей сестре смерти и даже заключила сделку ради этого. Но как душа, расколотая на части, могла это сделать? Тут совершенно ничего не сходилось. Внезапно Гарри почувствовал прикосновение к плечу и услышал голос Оскара:

— Гарри!

Оскар, увидев, что напарник вышел из своих мыслей, произнёс:

— Я тебя секунд двадцать звал. Я знаю, о чем ты думаешь...

Гарри поднял руку, заставляя Оскара замолчать.

— Меня раздражает, что мы явно чего-то не знаем. Но одно ясно точно. Элоиза убила свою старшую сестру и забрала её недоношенного ребенка... Но как?..

Оскар поджал губы и сжал рукой руль.

— Давай завтра проверим Холланд парк и дом Олсоппов. Мы ведь видели там два осколка...

Гарри потёр переносицу.

— Хорошо, давай... А сейчас поехали домой. Надоел мне этот смердящий словно выгребная яма квартал...

Оскар без лишних слов завёл двигатель, а Гарри сделал глубокий вдох и закрыл глаза.

*(лат.) Человек человеку волк.

×××

«Анимаэнтия — магия души, созданная демонами. И только демоны могут пользоваться всеми знаниями этой страшной и загадочной науки. Но нам, смертным, особенно тем, кто называет себя медиумами, также доступны частички этой магии. Демоны создали её забавы ради, но для нас Анимаэнтия это ключ к более глубокому пониманию человеческой души. Но не стоит забывать: Анимаэнтия искусство Дьявола и использовать её следует с особой осторожностью. Рекомендуется использовать самые безобидные техники магии души, чтобы не навредить себе и окружающим, и не в коем случае не притрагиваться к запретным знаниям.

Анимаэнтия способна открыть в неспособном человеке Часть Эфира, способна разделить душу на части и собрать воедино, а также даже перекроить саму душу. И это лишь только малая часть того, на что способная эта магия. Как однажды сказал ныне уже покойный, всем известный деятель, сэр Уильям Кроули: «Человек, использующий техники магии душ, что углубляется в запретные знания с головой, добровольно заключает сделку с Дьяволом». А теперь перейдём к истории данной науки.»

Из предисловия книги «Искусство магии душ: Анимаэнтия» (1857) Винсента дэ Жако.

Глава 8. Девочка во сне...

Было раннее утро. В Холланд парке в это время на удивление совсем мало людей, и стояла такая тишина, что любой бы невольно задумался. Но вот девочку с пышными кудрявыми волосами лет двенадцати, которая мирно шла в школу, это не очень волновало. На ней была серая форма, а на спине висел очаровательный рюкзачок в виде Микки Мауса. Она шла и насвистывала себе под нос песенку, думая о том, что старшая сестра вчера была от чего-то очень счастливой и даже не злилась на неё... А она обычно постоянно злилась... Элоиза не любила свою старшую сестру. Ведь та всегда была... Девочка свою мысль так и не додумала. Внезапно на её пути оказался высокий, она бы даже сказала огромный мужчина. У него были узкие глаза, лицо в морщинах, а одет он был в синий костюм и пальто. Он выглядел дружелюбно, но что-то в нём было не так. Элоиза медленно моргнула и вспомнила, как родители учили её не разговаривать с незнакомыми людьми... Она сжалась, и вдруг незнакомец ей мягко улыбнулся и сказал:

— Здравствуй, малышка.

Элоиза моргнула:

— Здравствуйте...

Мужчина рассмеялся:

— Оу, детка, не стоит так скромничать. Я лишь подошёл узнать, сколько сейчас времени.

Девочка снова моргнула, чувствуя смущение, опустила голову на наручные часы и ответила:

— Сейчас... Восемь часов и тридцать три минуты, мистер...

Элоиза не успела договорить, как вдруг незнакомец коснулся её подбородка пальцами, приподняв голову, и сказал с улыбкой:

— Значит, восемь часов тридцать три минуты...

И в этот момент Элоиза почувствовала, как что-то касается её груди. Она опустила голову и замерла. Рука мужчины прошла сквозь неё, и внезапно девочка ощутила сильную боль. Она не понимала, что это такое, почему же это так больно, будто тело рвёт на части. Словно кто-то резко вознил тысячи мелких иголок прямо в кожу, и причем делал это постоянно, с каким-то тошнотворно ровным и быстрым ритмом. Это была агония, только агония и ничего больше. Она потеряла зрение, утратила чувства и ощущала одну только адскую боль. Она кричала, громко, пронзительно, но её голоса никто не слышал, даже она сама. Мужчина почти играючи вытянул из груди Элоизы её душу и... Сжал в кулаке. Сгусток светлой энергии в его пальцах разделился на множество частей, бесшумно раскололся, а тело Элоизы сразу же начало превращаться в прах... Китаец улыбнулся и удовлетворённо вздохнул. Он выполнил свою работу и уничтожил Элоизу Гарланд, как и обещал. Он разжал руку, позволяя осколкам души выскользнуть из его пальцев и разлететься в разные стороны, как испуганные насекомые. Он позаботился о том, чтобы от девочки не осталось и следа, затем посмотрел на небо и сказал с нежной улыбкой:

— Моя маленькая Рози... Надеюсь, ты будешь счастлива.

И мужчина развернулся, сделал два шага вперёд и исчез...

×××

— Малышка, просыпайся...

Нежный голос раздался будто внутри головы, и Элоиза резко открыла глаза, но ничего не увидела... Если честно, она даже не почувствовала, что её веки приподнялись. Она ничего не понимала... Почему ей совсем недавно было так больно?.. Вокруг темно, и эта тьма окружала её со всех сторон. И ей стало очень страшно... Её тело ощущалось пугающе лёгким... А этот странный голос...

— Не бойся, детка, не бойся. Я тебя не обижу.

Элоиза слышала этот нежный тон. И он... Не был похож на голос того мужчины... Он был мягче... И... Не делал ей больно.

— Кто... Вы? — тихонько спросила девочка, не услышав собственного голоса.

— Кто я? О, это не имеет значения. Важно лишь то, что твоя сестра сделала тебе больно...

Элоиза затаила дыхание, хотя не была уверена, дышала ли в действительности.

— Моя сестра... Сделала мне больно?

Неизвестный голос издал смешок.

— Да, детка. Твоя сестра сделала тебе больно... И пожелала, чтобы ты умерла. И ты умерла.

Мысли Элоизы рассыпались на множество частей. Умерла...

— Ты вряд ли поймёшь, как ты умерла и почему... Но это уже неважно, потому что я заново собрал твою душу, детка. Конечно, нашел не все осколки, но по крайней мере ты можешь осознать себя...

Элоиза действительно ничего не понимала. Ей хотелось просто сжаться в комок и оказаться в руках у матери. Больше ничего. Но... Она поняла, что это невозможно... А также она поняла, что не может заплакать.

— Но я не из тех, кто делает что-то просто так... Ты должна принести мне кое-что взамен... Понятно?

Девочка согласилась. Принести что-нибудь взамен... Но что?

— Я скажу, что тебе нужно будет мне отдать... И даже научу тебя кое-чему, когда твоя душа более менее восстановится... Тебе надо быть послушной девочкой, ясно?

Элоиза ответила, что согласна, хотя снова не услышала своего голоса. В её голове послышался тихий смех и одобрительное:

— Отлично. Хорошая девочка...

×××

Черная бентли стояла на парковке недалеко от Музея Дизайна. Гарри, сидящий на пассажирском кресле, немигающим взглядом смотрел на снующих туда сюда прохожих и методично стучал пальцем по опущенному не до конца стеклу. Сегодня был прелестный солнечный день, но вот мистика это не радовало совсем и по правде говоря даже немного бесило, потому что это выглядело как какое-то издевательство. Хорошая погода в Лондоне как раз тогда, когда их дело буквально разваливается на части. Гарри посмотрел на небо и шумно втянул носом воздух, чувствуя аромат кедра и кожи с нотками пряного бергамота. Внезапно прямо у Гарри перед лицом появился небольшой бумажный пакет, он ощутил сладкий запах молочного шоколада и поднял глаза. Перед ним у дверцы машины стоял Оскар с двумя стаканчиками кофе и тем самым пакетом. Гарри поймал себя на мысли, что напарник как-то слишком легко держит два стаканчика в одной руке, но тут его отвлек голос Оскара:

— На, держи, хватит киснуть. Свежий круассан с двойной порцией шоколада и твой любимый латте.

Гарри тихонько вздохнул и взял в руки свою «сахарную бомбу». Оскар кивнул и обошёл автомобиль, сев на место водителя. Гарри открыл пакет и достал оттуда большой круассан, тут же аккуратно откусив его. Сладкое сделало своё дело, он немного успокоился и посмотрел на напарника.

— Ну и чего теперь будем делать? Осколка в парке нет, даже следов его нет. В квартире пусто. Там пахнет, как в больнице... Всё стерильно.

Оскар отхлебнул немного кофе и посмотрел на то, как Гарри ел круассан, и приподнял брови:

— Ну... Мы действительно в тупике.

Гарри посмотрел на него недовольно, но ничего не сказал. Оскар продолжил:

— Значит кто-то взял да собрал её душу воедино...

— Но кому это в принципе понадобилось!? Зачем?! — взвился Гарри, чуть не пролив на себя кофе.

Он глубоко вдохнул и откусил круассан, качая головой. Оскар постучал пальцем по рулю, посмотрел на часы и задумчиво проговорил:

— Ну... Причины ведь бывают разные... Но нам главное сейчас найти Элоизу, разве нет? Потому что если над её душой поколдовал демон, то мы вряд ли сможем его найти...

Гарри сжал зубы. Демонам никогда не нужна причина делать что-либо, будь то заключать сделки со смертными или играться с их душами как вздумается только из-за того, что скучно... Мужчина доел круассан, чуть размазав по нижней губе шоколад, и отпил кофе.

— Ну да. Нам нужно найти Элоизу, ведь равновесие нарушает именно она... Ну а ты? Ничего не чувствуешь?

Оскар посмотрел в серые глаза напарника.

— Нет. Ничего, что могло бы нам помочь... Но, может быть, это вопрос времени?

Гарри фыркнул. Он не стал дразнить Оскара и, постучав его по руке пальцем, сказал:

— Ладно, поехали домой... Завтра решим, что делать дальше.

Оскар кивнул и завёл двигатель. Машина рыкнула и загудела.

Спустя некоторое время Оскар вернулся к себе домой, на Фрогнал-уэй. Он отвёз Гарри в его съемную квартиру, пожелал ему спокойной ночи и уехал. Дома было всё как обычно пусто и тихо. Оскар снял пиджак, оставляя его в гостиной на кресле, и пошёл на кухню. В холодильнике почти повесилась мышь, но... Можно было собрать простой сэндвич. Собственно, мужчина это и сделал. Быстро поужинал и после подошёл к окну в гостиной. Оттуда было видно большой и старый особняк, который построили чёрт знает когда. Сейчас он был на реставрации и там уже больше пяти лет никто не жил. Оскар тихо выдохнул, ощущая тишину дома неприятной. Всё же в кабинете даже чуть лучше... Он снова посмотрел на особняк в окне, в глубине души надеясь, что Клиффорды не забросят свой семейный дом, в котором жили не одно поколение. Мужчина покачал головой и решил, что пора спать. Если он завтра опоздает, Гарри будет недоволен, а злой напарник это не то, что Оскар хотел бы видеть с утра... Тем более, его ещё и успокаивать придётся. С этими мыслями мужчина направился готовиться ко сну, стараясь игнорировать тишину своего большого дома.

...Оскар приоткрыл глаза, осознавая себя стоящим на заднем дворике небольшого и очень знакомого таунхауса. Вокруг не было звуков, всё было стерильно тихо. Недалеко от него в плетеном кресле сидела девушка лет семнадцати с длинными кудрявыми волосами. Она читала книгу. И вдруг к ней подошла девочка, очень на неё похожая. Она что-то сказала, но Оскар не услышал слов, лишь увидел, как девочка протягивает какую-то игрушку... Вроде это была кукла. Мужчина хотел сделать шаг ближе, но понял, что не может двигаться. Перед ним были Розалина и Элоиза Гарланд на заднем дворе собственного дома. Старшая же подняла от книги голову и посмотрела на свою младшую сестру спокойными глазами. А затем даже взяла в руки ту самую куклу и... Улыбнулась. Но Оскар чувствовал, в этой улыбке не было любви к Элоизе... В ней было какое-то странное облегчение. Девочка затем осторожно забрала игрушку, смотря на Розалину с некоторой опаской и удивлением. Оскар моргнул и сцена перед ним поменялась. Он оказался посреди парка, а под его ногами лежало два тела. Розалина Олсопп, истекая кровью, судорожно сжимала руку своего мужа, делая последний вдох и закрывая глаза. Оскар почувствовал, как у него начала болеть голова. Перед глазами всё расплылось и он схватился за левую сторону лица. Левый глаз обожгло резкой болью, словно кто-то приложил к нему свечу или провёл лезвием. Оскар пришёл в себя и понял, что он на кладбище... Вокруг стоял туман, прямо перед мужчиной был небольшой склеп. Старый, заросший плющом, из потемневшего камня и с металлической дверью сбоку. Также здесь была небольшая статуя ангела, чье тело было покрыто драпированной тканью, а глаза, полные скорби, устремлены в небо. Перед этой статуей стояла прозрачная девочка, она что-то шептала, но Оскар не слышал и вдруг... Лицо статуи медленно опустилось, немного дерганно, не по-человечески, её рука медленно поднялась, постепенно превращаясь из каменной в живую, бледную, с тонкими пальцами... Сначала эта рука бережно коснулась щеки Элоизы, а затем опустилась к её шее и... Крепко её сжала.

Пронзительный крик оглушил Оскара резко, и он открыл глаза, вскакивая в кровати, ощущая дикую боль в левом глазу, который горел белым светом. Он глубоко вдохнул, чувствуя, как легкие немного жжёт, будто во сне он совсем не дышал. Звуки к нему вернулись, он наконец слышал собственное дыхание. Оскар поднял голову и посмотрел в окно, на темную Фрогнал-уэй и подумал, что Гарри это не понравится... Мужчина откинулся обратно на подушку и перевернулся, уткнувшись в неё носом, чувствуя прохладный аромат чая от постельного белья и постепенно успокаиваясь.

×××

«Медиумы. На самом деле, для меня это такое странное слово. Те люди, способные видеть то, что недоступно другим. Их душа содержит Часть Эфира, что связывает их с сверхъестественной частью нашего мира. Я с детства помню, как впервые увидел призрака около церкви. Я тогда очень испугался, а наша матушка долго меня успокаивала. Я постоянно слышал разные звуки, видел призрачные души. И я помню, как впервые увидел демона. Он выглядел как обычная молодая леди, которая продавала цветы на улице. Но я чувствовал от неё странное чувство холода, «потустороннего» холода, и какой-то странный сладкий запах... Он был похож на гнилые яблоки, дурманящий, приятный и неприятный одновременно. Ну и конечно, эта сила опредилила мою дальнейшую судьбу. Стать мистиком меня подтолкнул случай с моим другом, который чуть не погиб, когда встретился с призраком-криантом... А дальше я полностью погрузился в этот мир призраков, демонов, странных преступлений. Я помню, ты спрашивал, каково это, но я не знаю, как тебе ответить. Я вижу то, что немыслимо для обычного человека, прошлое, немного будущее... Анимаэнтия для меня была как для тебя рисование, поначалу совсем не давалась, но... Опыт. Но знаешь, Генри, я бы многое отдал за то, чтобы просто родится без четвёртой части души...»

Из писем мистика Патрика Стэнли к своему младшему брату, 1931 год.

Глава 9. Кладбище Бромптон на Олд-Бромптон-роуд

Оскар заглушил двигатель машины на парковке Скотланд-Ярда и посмотрел на часы. Почти девять утра. Гарри наверняка уже в кабинете, пришёл к восьми и сейчас сидит за отчётом... Мужчина почесал затылок и, взяв пакет с пассажирского кресла, вышел из автомобиля, заблокировал двери и направился в здание. Там он со всеми поздоровался, кое-как отделался от назойливой Мисси, секретарши Орбетта, и наконец добрался до двери их кабинета, махнув рукой Филлипу. Тот как всегда был занят какими-то бумажками. И после этого он наконец открыл дверь. Гарри как обычно сидел за столом перед компьютером: спина ровная, укладка идеальная, а его бледные и тонкие пальцы быстро летали над клавиатурой. Оскар хмыкнул, закрыл дверь и сделал шаг к столу.

— И сколько ты уже настрочил? — спросил мужчина, поставив на стол пакет. Его руки легли на спинку кресла, и он наклонился, заглядывая в монитор.

Гарри, допечатав предложение, поставил точку и ответил:

— Достаточно.

Он взглянул на пакет, прищурившись, увидел на нём логотип кондитерской и поднял голову, чтобы посмотреть на напарника.

— Ты сегодня какой-то тихий, — Гарри поправил очки. — А это что такое, м? — он указал на пакет и приподнял брови. — Ты уже успел что-то натворить за те тринадцать часов, что мы не виделись?

Оскар усмехнулся, хмыкнув, потянулся к пакету и выудил оттуда шоколадный маффин в обёртке, протягивая его Гарри.

— Да так... Решил заехать, ведь по пути было. Ну и ты же обожаешь эти маффины, так что...

Гарри взял в руки сладость, распаковал её и прежде чем откусить, произнёс:

— Так, давай выкладывай уже, что случилось?

Оскар выдохнул и опустил голову, затем наклонился еще ниже, опираясь грудью на спинку кресла и начал рассказывать про сегодняшний сон, изредка поглядывая на напарника. Тот с нейтральным выражением лица ел маффин, изредка облизывая губы, и вроде был спокоен. Оскар рассказал Гарри всё: и про двух сестёр, и про умирающую Розалину, и про тот самый старый склеп со статуей ангела и Элоизу. После того, как он закончил и выдохнул, он посмотрел на Гарри, который уже доел десерт. Мужчина аккуратно сложил обёртку, а потом чуть повернулся на кресле, чтобы видеть лицо Оскара полностью.

— Значит, сон... — Гарри смотрел на напарника снизу вверх. — Значит, склеп.

Он повернулся к монитору, а затем сжал губы в тонкую линию и спросил:

— Ты ведь никаких техник не использовал, верно?

Оскар сразу же покачал головой. Он бы не посмел прикасаться к анимаэнтии без Гарри, тем более после не очень удачного опыта шесть лет назад. Гарри хмыкнул, в какой раз думая, что Оскар чертовски сильный медиум, и спросил:

— Больше ничего важного там не было?

Оскар задумался.

— Нет, только моменты из прошлого и тот склеп. Ну и тот самый ангел с Элоизой.

Гарри постучал по столу, опустив голову:

— Этот ангел многое может означать, как и всегда. От правосудия до демона... Ладно, для начала нам нужно отыскать этот склеп.

Гарри протянул руку к телефону и нажал на кнопку интеркома:

— Филлип, запроси информацию о семье Гарланд, был ли у них в собственности склеп. И лучше как можно скорее.

После этого мужчина потянулся и выдохнул. Оскар хмыкнул, смотря на него, а потом перевёл взгляд на часы. Ровно девять и пятнадцать минут. Тут он услышал голос Гарри и шуршание пакета:

— Сейчас найдём этот твой склеп. А кстати, ты купил тот трайфл с фруктами?

Спустя три часа почти все вкусности, купленные Оскаром, были уничтожены, а информация о семье Гарланд находилась у них в руках. Оба мистика сидели на диване и смотрели в отчёт, который принёс Филлип. И, конечно же, склеп у семьи Гарланд всё-таки был, они приобрели его еще очень давно, поколения три назад, а оказался он на одном из кладбищ Магической Семёрки, в Бромптоне, отчего Гарри поморщился. Эти кладбища в их кругу обладали своей определенной славой, а особенно их катакомбы, но... Работа требует, значит поехали. Мужчины решили не тратить время и, собравшись, направились прямо на Олд-Бромптон-роуд. Проторчав в пробках около часа, они наконец припарковались у входа. Оскар глянул на часы и вздохнул:

— Ну-с... Пошли?

Гарри взял своё пальто и кивнул, выбравшись из машины. Сегодня было тоже на удивление солнечно, а людей не особо много. Оскар захлопнул дверь бентли, заблокировал и подошёл к напарнику.

— Несёт смертью... Как и всегда, — произнёс Гарри, оглядываясь.

Оскар хмыкнул, чувствуя холодок на затылке и покалывание в пальцах. Его левый глаз сверкнул белым светом.

— Надеюсь, в этот раз нам не придётся лезть глубоко под землю? Мне хватило прошлого раза, — ухмыльнулся Оскар, осматриваясь, но пока не замечая ничего.

Гарри фыркнул, поправил очки и направился дальше по дорожке. Было тихо, посетители переговаривались шёпотом, а впереди их ждала небольшая часовня. Оскар всё время осматривался по сторонам, проходясь взглядом по могилам. Они свернули влево и вот наконец Оскар заметил тот самый склеп. Заросший, небольшой, с металлической дверью сбоку и со статуей ангела, смотрящего в небо. Он потянул Гарри за рукав и указал в ту сторону.

— Значит, здесь... Готов поспорить, что дверь не заперта, — и Гарри направился прямиком к склепу, скользнув взглядом по каменному ангелу.

Мужчины подошли к тяжелой двери и осторожно потянули её на себя. Раздался скрип петель, и их встретили полумрак и отверстие в полу с лестницей. Мистики переглянулись и без лишних слов стали аккуратно спускаться вниз.

Первое, что почувствовал Гарри, это запах пыли. Он осторожно опустил ногу на последнюю ступеньку, но чуть поскользнулся и резко зажмурился, но так и не упал, потому что Оскар среагировал быстро и подхватил его. Они кивнули друг другу, затем выпрямились и осмотрелись. Тут было достаточно темно и свет, который проникал с улицы через небольшие отверстия, не очень спасал ситуацию. Но это было не так важно. Гарри медленно втянул носом воздух, а Оскар осматривался по сторонам, уже различая очертания табличек, полок и урн с прахом. Гарри вдруг потянул напарника за руку.

— Она точно здесь была. Причём совсем недавно... Но... Как будто тут что-то еще есть, я не могу понять, что именно...

Оскар же опустил голову, чтобы посмотреть на Гарри, его левый глаз светился белым светом.

— Что-то ещё... Знаешь, мне это не нравится. Кому всё же пришло в голову собирать осколки души Элоизы воедино? И с какой целью... Но самое непонятное, где она сейчас...

Гарри покачал головой и хотел уже было что-то ответить, как вдруг Оскар рядом с ним резко согнулся, схватившись за левый глаз. Гарри тут же схватил его за плечи, начиная звать по имени, но мужчина явно не слышал, только сжался в руках у напарника, почти навалившись на него. Оскар чувствовал боль, а затем его зрение прояснилось и он увидел... Ангела перед склепом. Вокруг было темно, а он сам не мог пошевелиться. Звуков снова не было. И тут он увидел Элоизу. Она что-то держала в руках, похожее на какой-то свёрток, и преподносила этому ангелу, поднимая вверх. Каменный ангел начал двигаться, его лицо опустилось вниз также дёрганно, как во сне. Руки приподнялись и из каменных стали живыми, бледными, с тонкими пальцами. Они коснулись головы девочки, мягко огладили её. Губы ангела шевельнулись, он то ли что-то сказал, то ли просто улыбнулся. Но через секунду бледные пальцы снова обхватили шею Элоизы и безумный крик вернул Оскара в реальность. Мужчина глотнул воздуха, чувствуя себя так, словно только что вынырнул из воды, и вцепился в первое, что попалось под руки — в Гарри. Тот оказался в судорожных объятиях, крепко прижатый, ощущающий тяжелое дыхание у своего уха и небольшую дрожь тела напарника. Мужчина осторожно обнял Оскара в ответ и тихо спросил:

— Оскар... Ты как? Что ты увидел?

Оскар пытался отдышаться, зажмурив глаза от внезапного звука голоса, который показался ему очень громким, и через несколько секунд произнёс шёпотом:

— Я... В порядке... — он глубоко вздохнул. — И я видел Элоизу... И того ангела. Она что-то принесла ему, а тот схватил её за шею... Ну и я очнулся.

Гарри кивнул, продолжая обнимать напарника, позволяя за себя цепляться.

— Что-то еще было? Отличалось ли что-то? Или ничего больше не было?

Оскар прикрыл глаза и ответил:

— Вроде нет... Но... Было темно... Вокруг было темно...

Гарри уперся лбом в плечо Оскара, нахмурившись. Видения медиумов всегда было трудно интерпретировать. И этот ангел... Что он мог значить? Элоиза что-то ему давала... Но что... Вопросов как всегда было очень много, а ответов им давать никто не собирался. Гарри сжал губы и сказал тихо:

— Поехали обратно в Скотланд-Ярд... Вернёмся сюда ночью. Ведь ты сказал, что было темно...

Оскар кивнул, прикрыв глаза. Его левый глаз всё еще светился белым.

— Да, поехали... По пути заедем за кофе...

Гарри мягко выдохнул и спорить не стал.

×××

«...Сила медиума измеряется в его способности ощущать и видеть потустороннее, а также воспринимать события прошлого и будущего в виде видений и снов, и уровнем его эмпатии. И чем медиум чувствительнее, чем больше он ощущает, чем больше он видит, тем он сильнее. Все медиумы рождаются с разным уровнем способностей и, поверьте мне, лучше уж родится обычным человеком и не знать страданий, чем проявиться невероятно сильным медиумом. А всё из-за чего? Верно, мистер Харрисон, из-за четвертой части души, Части Эфира, которая и наделяет нас этими способностями. И поэтому мы с вами можем видеть то, что не могут обычные смертные. И также мы можем пользоваться техниками анимаэнтии, коих огромное количество: техники разделения, взращивания, кражи, вызова, поиска и так далее! Но, как вы все знаете, пользоваться ими крайне опасно, ну кроме относительно безопасных, таких как техники поиска и вызова, ими могут даже воспользоваться обычные люди при большом желании... Но эту тему оставим на другой раз. Ах, у вас вопрос, мистер Харрисон?

М. Х.: Если обычный человек при помощи медиума или демона воспользуется техниками взращивания души, может ли он пробудить Часть Эфира?

Отличный вопрос, Мистер Харрисон, на который я не могу дать ответ, ведь подобного никто никогда еще не делал. Но! Как и всегда! Даже медиумам не стоит использовать техники взращивания душ для усиления собственных способностей! Запомните это! Ведь, повторюсь, гораздо лучше быть слабым медиумом, для вашего же блага!»

Из расшифровки стенографии лекции медиума Честера Мортимера, 1954 год.

Глава 10. На четвёртую ночь

Оскар и Гарри вернулись на кладбище Бромптон, когда стемнело. Смотритель, увидев удостоверения, спокойно их пропустил, не смея мешать работе. Мужчины поблагодарили его и направились прямиком к склепу. Ночью здесь было куда более жутко из-за тишины, ауры смерти и отпечатка тяжелых эмоций. Оскар осматривался по сторонам, чувствуя, как холод ползёт по спине от шеи к пояснице. Они наконец дошли до склепа и осмотрели его. Всё было нормально, ничего не изменилось с их дневного визита. Оскар взглянул на свои наручные часы, после чего потянул Гарри к ближайшей лавочке, с которой хорошо было видно того самого ангела. Гарри сел на холодную скамейку, посмотрел в сторону склепа и сказал:

— Я надеюсь, что она здесь появится... Иначе мы никогда не раскроем это дело.

Оскар хмыкнул, не став ничего говорить. Он вроде пришел в себя после того видения и очень надеялся, что Элоиза придёт сюда. И они стали ждать. Через четыре часа Оскар задремал, привалившись к Гарри, а тот, укутавшись в пальто и шарф, не сводил глаз со склепа. И так прошла вся ночь, но... Никто так и не появился. Гарри в пять утра растолкал Оскара, шлёпнул его по лбу и сказал, что пора по домам, а следующую ночь они проведут здесь. Оскар, потирая лоб, не стал спорить и после этого отвёз сначала Гарри в его квартиру, затем уехал в свой дом на Фрогнал-уэй привести себя в порядок и нормально поспать. И этой ночью они пришли на кладбище снова... И их снова ожидала неудача. Они даже никакого присутствия призрака не уловили, не то что увидели Элоизу. А склеп как стоял, так и стоит нетронутый. Мужчины решили вернуться на третью ночь, но и в этот раз никого не дождались. Это ощущалось уже как какое-то издевательство или очень плохая шутка. Оскар с трудом уговорил Гарри приехать в четвёртый раз. Для этого потребовалось всё его терпение, ещё одно обещание выполнять желания напарника и большой шоколадный торт, который Оскар еле нашёл в восемь утра, отдав за него немаленькую сумму. Но Гарри согласился, а это того стоило, ведь если бы Оскар пошел караулить Элоизу один, ему бы в лучшем случае поставили синяк под глазом, а в худшем открутили голову. Поэтому в восемь часов вечера они снова заявились на Бромптонское кладбище. Смотритель сочувствующим взглядом проводил их и тихонько вздохнул, сетуя на тяжёлую жизнь и работу мистиков. Они сели на ту самую лавочку, что за последние три ночи уже для них стала какой-то родной. Гарри укутался в пальто, сжавшись. Его лицо было ещё бледнее в окружающей темноте и казалось сделанным из мрамора. Оскар перевёл взгляд с напарника на склеп и сказал шёпотом:

— Я обещаю, это в последний раз мы здесь. Если этой ночью она сюда не явится, то мы оставим эту затею.

Гарри тихо фыркнул.

— Ну ещё бы. Мне бы не хотелось проторчать тут вечность... Ты только не спи, понятно!

Оскар снова посмотрел на Гарри и кивнул, чуть улыбнувшись. Честно, он не знал, чего ждать от Элоизы. Но если она смогла убить двоих людей и при этом забрать недоношенного младенца, то она явно была не слабой. Нужно подготовиться к встрече с ней, благо техники упокоения и изгнания он знал отлично. Оскар устроился на холодной скамейке удобнее, если это вообще было возможно, и посмотрел на часы. Почти половина девятого... Гарри скосил глаза в сторону руки напарника и втянул носом воздух. Пахло смертью и болью. Как и обычно... Но вот вроде было что-то ещё... Оба мистика вдруг одновременно вздохнули.

Стрелка на наручных часах Оскара приближалась к трём ночи. Они так и сидели на лавочке, прижимаясь друг к другу. Гарри совсем не двигался и практически не моргал. Оскар же был с закрытыми глазами, прислонив голову к макушке напарника, тихо дышал и немного завидовал Гарри. Хоть тот полностью выглядел как человек, и восполнял практически все человеческие потребности, на самом деле ему это было не нужно. Он был демоном, самым настоящим, но вёл себя неотличимо от человека. И потому, что привык, и потому, что терпеть не мог быть демоном. И из-за этого он практически никогда не пользовался своими настоящими способностями, отчего многие медиумы даже не понимали, кто он такой. Оскар приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть вокруг, и тут почувствовал, как Гарри схватил его за руку, сильно её сжав. И он увидел. К склепу приближалась небольшая полупрозрачная фигурка. Элоиза. Она пришла. Оба мужчины застыли, будто попытавшись слиться с окружением и превратиться в памятники. Оскар медленно наклонил голову и начал шептать прямо в ухо Гарри, смотря на Элоизу, не моргая:

— Делаем как всегда?

Гарри молча кивнул и вдруг произнёс:

— Только не вытворяй глупостей.

Оскар улыбнулся и встал с лавочки, бесшумно направившись к Элоизе. Гарри же отступил в тень. Призрак девочки двигался к склепу, осторожно, то и дело оглядываясь. Оскар шёл прямо за ней, думая, как вывести её на диалог, и как только Элоиза хотела пройти в склеп, мужчина её окликнул:

— Хей, подожди!

Девочка резко обернулась, не ожидая здесь никого увидеть. Её лицо на долю секунды исказилось в гримасе гнева от того, что её прервали, но затем вернулось в норму. Она настороженно спросила:

— Ты кто? И что тебе от меня нужно?

Элоиза явно отличалась от обычных призраков. Она точно куда сильнее, чем обычная душа. Оскар уже мысленно приготовился использовать техники.

— Я... Тот, кто возможно мог бы тебе помочь...

Оскар медленно приближался к Элоизе. Та отходила назад, к склепу.

— Мне не нужна никакая помощь! Нет! Не подходи!

Мужчина остановился и спросил:

— Ты знаешь, кто ты такая?

Девочка застыла. Она смотрела на Оскара секунду и ответила бесстрастно:

— Элоиза. Элоиза Гарланд.

— Ты помнишь своё прошлое? И что произошло? — снова спросил Оскар. Он сделал ещё шаг вперёд.

Лицо Элоизы показало раздражение. Она явно торопилась зайти в склеп и ей не нравилось, что кто-то её отвлекает.

— Помню. Я помню многое. И что тебе от меня нужно?

Мужчина сделал ещё шаг и решился:

— Ты убила свою старшую сестру и забрала её ребёнка?

Девочка сжала кулаки. Её лицо снова исказилось в нечто ужасное. И она зашипела нечеловеческим голосом:

— Да! Да! Это я! Я её убила. Ведь она убила меня! Из-за неё я умерла! Умерла! Умерла!

И тут Элоиза закричала. Так громко и пронзительно, что Оскару показалось, что из ушей потекла кровь. Он согнулся, закрыв уши руками, но успел заметить, как кричащая девочка ринулась к нему. Адская боль мешала мыслить, но Оскар успел понять, что Элоиза стала ревенантом-криантом. Он не мог пошевелиться, этот вопль сковал его и сводил с ума! Девочка почти приблизилась к нему, почти коснулась, всё стало ощущаться намного медленнее и... Внезапно бледные пальцы схватили Элоизу за шею, и она тут же перестала кричать, извиваясь, призрачными руками пытаясь оттянуть от себя руку, словно действительно думала, что могла задохнуться. Но тут она застыла, ведь почувствовала нечто знакомое, ауру, из-за которой обычно трепетало всё её тело. Её лицо разгладилось, осветилось счастьем, и она, перестав сопротивляться, сказала:

— Господин...

Она чуть повернула голову, ожидая увидеть знакомую улыбку, но... Наткнулась на бесстрастное выражение лица Гарри. Тот держал её крепко и, услышав слово, нахмурился и повторил:

— Господин?

Его рука непроизвольно сжалась сильнее. Значит, её действительно «опекал» демон...

— Кто твой господин? Отвечай.

У Гарри был спокойный и холодный голос, а его аура стала еще тяжелее. Оскар, который пришёл в себя, даже почувствовал себя дурно. Элоиза вцепилась в пальцы Гарри и истерично произнесла:

— Я не знаю! Не знаю! Господин! Он помог мне! Помог отомстить!

Гарри нахмурился ещё сильнее. Он приподнял девочку чуть выше, чувствуя, её страх, еле сдерживая себя.

— Он ведь попросил у тебя что-то взамен, ведь так?

Элоиза извивалась, пытаясь избежать этой хватки.

— Да! Да! Ребёнка! Ребёнка моей сестры! Я взяла её ребёнка!

Гарри сжал зубы, глубоко вдохнув, и посмотрел на Оскара.

— Оскар, запечатай её душу. Семь печатей будет...

Он не смог договорить, так как Элоиза взвизгнула и закричала:

— Господин! Господин просил принести ещё... Одно! Не ребёнка! Другое!

Гарри посмотрел на Элоизу и хотел уже было что-то спросить, как вдруг призрак в его руке взвыл в агонии и... Разорвался. Гарри непроизвольно сжал кулак. Душа Элоизы была полностью уничтожена, стерта с лица земли. Он секунду пытался осмыслить, что только что произошло, ощущая пустоту в своей руке. Оскар посмотрел на Гарри, а тот вдруг резко обернулся к склепу.

— Твою мать!

И Гарри сорвался с места. Оскар, ничего не поняв и не успев даже подумать, бросился следом за ним.

Глава 11. Дело закрыто...

Гарри подбежал к металлической двери склепа и открыл её, спустившись по лестнице вниз настолько быстро, что Оскар даже не видел, как это произошло. И когда мужчина догнал напарника, то увидел в темноте его очертания.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Гарри выругался, со злости стукнув по каменной стене склепа. Он тяжело дышал, скалясь.

— Он только что был здесь! Здесь, чёрт побери! Как я его не заметил!? Я его не заметил!

Оскар тут же подошёл ближе, притягивая напарника к себе ближе, крепко сжав его за плечи. Он опустил голову и тихо произнёс:

— Гарри, успокойся. Иначе ты потеряешь контроль. Что произошло? Кого ты не заметил?

Гарри, услышав голос Оскара, закрыл глаза и глубоко вдохнул. Его разбушевавшаяся аура притихла, он закрыл глаза и сжал руки в кулаки.

— Элоиза... Её душу уничтожили. И в этот момент я почувствовал... Чье-то присутствие. Другого демона. Он всё это время сидел здесь. И именно он уничтожил её душу, чтобы не дать нам узнать что-то важное... Именно его следы здесь были...

Оскар кивнул, выдыхая, сжимая руки чуть сильнее.

— Но как я его не заметил?! Каким образом?! Теперь мы его никогда не найдём!

Гарри продолжал извергать проклятия и злиться, а Оскару ничего не оставалось, кроме как вздохнуть и вытащить напарника из склепа. Элоиза была уничтожена, её души больше не существовало, и она больше не угрожала равновесию этого мира. Но это было не главное... Какой демон восстановил её душу и с какой целью? Как он вообще наткнулся на Элоизу... Или это был чёткий план? Ответы на эти вопросы они вряд ли получат. Оскар посмотрел на время и повел Гарри к машине, чтобы отвезти того домой, сетуя на то, что в ближайшую неделю тот будет злее бешеной собаки... Они медленно ушли, не заметив, как каменный ангел у склепа чуть дёрнул головой в их сторону...

×××

Прошло пять дней после тех событий на Бромптонском кладбище. Гарри лежал на диване в кабинете, читал книгу и наслаждался сладкой карамельной трубочкой. Оскар же в этот момент сидел за столом и печатал отчёт по делу супругов Олсопп. Официально дело уже было закрыто, так как убийцы больше не существовало, а того, кто стоял за всем этим, было отыскать невозможно. Но обоих мистиков оно всё еще не отпускало. Оскар набирал текст на клавиатуре и изредка поглядывал в сторону напарника. Последние пять дней он даже дышать громко боялся, но сладости и безропотное выполнение желаний работали безотказно, поэтому Гарри вроде как успокоился. Оскар был даже не против дописать отчёт, чем сейчас и был занят. Он поставил точку, после развернулся на кресле и посмотрел на напарника, который был погружён в книгу, держа в руке наполовину съеденную трубочку. Гарри перевернул страницу и спросил:

— Ты уже закончил?

Оскар скользнул взглядом по строчкам на мониторе, затем посмотрел на Гарри и ответил:

— Нет ещё. Но можно же мне отдохнуть хотя бы чуть-чуть?

Гарри повернул голову к напарнику и аккуратно откусил карамельную трубочку.

— Хорошо. Чуть-чуть можно.

Оскар мысленно помолился за хорошее настроение для Гарри, после встал и опустился на подлокотник дивана, смотря в книгу, что тот читал, складывая руки на груди.

— Знаешь... Я до сих пор не могу понять, с какой целью тот демон восстановил душу Элоизы...

Гарри поднял голову, раздражённо цокнув языком.

— Ну что ты в самом деле? Разве им нужна причина? Это может быть просто от скуки, хотя...

Гарри вдруг резко замолчал и сжал губы, нахмурившись. Оскар посмотрел на него и спросил:

— Что такое?

Тот раздражённо фыркнул, откусывая трубочку.

— Молись, чтоб это было просто от скуки, а не с какой-то определённой целью. Потому что цели у них обычно такие, что мало кому понравятся.

Оскар согласился и вздохнул.

— Думаю, ты прав...

— Кстати, — вдруг вспомнил Гарри, — на выходных мы идём в океанариум вместе с Робертом. Ты ведь не забыл?

Оскар усмехнулся.

— Ну конечно же не забыл. Ты только скажи во сколько, я тебя заберу и поедем. Мне стоит взять с собой Liber exorcismorum* или не нужно?

Гарри нахмурился и шлёпнул Оскара по ноге, садясь на диване.

— Не неси чушь! И вообще, давай садись дальше пиши, нечего прохлаждаться.

Оскар рассмеялся и встал с подлокотника.

— Слушаюсь и повинуюсь, Ваша Светлость, слушаюсь и повинуюсь.

Гарри хмыкнул, а затем развернулся к окну, чувствуя, что что-то в этом деле всё равно было не так. Он доел карамельную трубочку, посмотрел на часы и глянул на стоявший на столе календарь, где было выделено черным «24 сентября». Демоны действительно делали многое от скуки, например от неё же давным давно создали подвиды человека Homo Cupiens и Homo Versipellis, и лучше бы если этот демон, что собрал душу Элоизы и получил недоношенного младенца действовал от скуки... Гарри покачал головой и, закрыв книгу, встал с дивана, подходя к столу. Сейчас надо было заняться бумажками, мысленно подготовиться ко встрече с Робертом и сосредоточится на других делах. Оскар посмотрел на напарника, а затем подтащил его к себе и спросил, что писать об их встрече с китайцем. Гарри влепил тому лёгкий подзатыльник и наклонился к монитору.

*(лат.) Книга обрядов экзорцизма.

Экстра. В океанариуме

Красивый и большой аквариум с медузами чуть подсвечивался изнутри, из-за чего всё выглядело магическим. Из хорошо спрятанных колонок лилась мягкая музыка, которая погружала разум в состояние умиротворения, и поэтому созерцание прелестных созданий становилось почти сакральным, если так можно выразиться. Оскар, одетый в серый джемпер и черные брюки, наблюдал за большой красной медузой, которая плыла мимо и вслушивался в музыку. Люди то и дело сновали рядом, но они ничуть не мешали рассматривать удивительных морских животных. Оскар повернул голову и опустил взгляд. Около него стоял Гарри и совсем не выглядел умиротворённым. На нём был кремовый свитер, брюки шоколадного цвета, руки скрещены на груди, а лицо со сжатыми губами и нахмуренными бровями явно говорило о его настроении. Он был очень недоволен. И понятно, почему. Оскар перевёл глаза выше и тут же увидел буквально сияющего от счастья Роберта. Он напоминал начищенный до блеска металлический таз, отчего Оскар ощутил резкое желание сощуриться. Он мысленно посочувствовал Гарри и тихонько вздохнул. Тот же в свою очередь пытался сосредоточиться на красивых зверушках и игнорировал существование Роберта настолько, насколько это было возможно. Внезапно что-то действительно привлекло его внимание — маленькая и очаровательная медузка розового цвета, проплывающая прямо перед ними. Гарри тут же потянулся к своей сумке, что висела на плече у Оскара, и выудил оттуда небольшой фотоаппарат, чтобы запечатлеть это невероятно красивое создание. Вдруг раздался голос Роберта:

— Я сейчас вернусь, только вы далеко не убегайте.

Гарри закатил глаза, продолжая фотографировать медузу, а Оскар просто кивнул. Роберт хмыкнул, ухмыльнулся, а затем куда-то ушёл. Оскар проводил его глазами и тихо сказал, посмотрев на напарника:

— Ещё немного, и твоя ненависть к нему станет осязаемой.

Гарри сделал еще один снимок, фыркнул и выпрямился.

— Да? Ну и пусть. Мне-то какая разница?

И он положил фотоаппарат обратно в сумку и достал оттуда бутылку воды, сразу же открывая её. Оскар понаблюдал за напарником и подумал, что Роберт на самом деле действовал как-то странно... Зачем пытаться сблизиться с Гарри, если тот последние десять лет тебя так ненавидит? С какой целью? Оскар подавил неприятные мысли и не стал их озвучивать, а затем посмотрел, как Гарри недовольно закручивает бутылку, с ворчанием закидывая её обратно сумку.

— Вот когда он уже поймёт, что я не хочу с ним общаться?

Пробормотал Гарри, уперев руки в бока и подняв глаза к Оскару. Тот лишь пожал плечами и сказал, что у Гарри из укладки выбилась прядь волос. Тот снова заворчал, поправляя её, и в этот момент рядом с ними материализовался Роберт. Он держал руки за спиной и позвал:

— Гарри, повернись пожалуйста.

Тот почувствовал что-то неладное, но повернулся, и спустя секунду на его голове красовался черный ободок с кошачьими ушами. Оскар еле удержался от смешка, прикрыв кулаком рот, а Гарри, судя по выражению лица, отрёкся от этого мира насовсем. Спустя несколько мгновений молчания, Гарри спросил:

— Роберт, что это?

Мужчина его проигнорировал, выглядя так, словно выиграл в лотерею. Гарри спросил снова, сжав зубы:

— Что это, папа?

— Ободок. С кошачьими ушками, — сразу же ответил демон.

Оскар был готов поклясться, что услышал, как скрипят зубы напарника. Он посмотрел на него и понял, что Гарри просто попытался быть выше этой ситуации. Но, стоило отметить, что эти ушки ему невероятно шли. И тут Роберт словно прочитал мысли Оскара:

— Пышечка, они тебе очень идут. Надо позже будет сделать фотографию.

Гарри, мысленно проклиная своего отца, легонько кивнул и перевел глаза на аквариум, а Оскар подумал, что это фото можно будет использовать для шантажа Гарри... Хотя, на самом деле шантаж на нём никогда не работал. Но Оскар не переставал пытаться и получать за это оплеухи.

— Кстати, ты уже выбрал, куда поедем ужинать? — спросил Роберт, разглядывая медленных прекрасных медуз, с улыбкой поглядывая на сына.

Гарри сосчитал про себя до десяти и сказал:

— Нет еще, но не сомневайся, я выберу отличное место.

После этих слов он резко схватил ручки сумки, а тем самым и Оскара, а затем направился к другому аквариуму с акулами. Оскар чуть не завалился вперёд, но покорно повиновался, стараясь не смеяться, и последовал за Гарри. Когда они отошли чуть подальше, то мужчина наклонил к напарнику голову и шёпотом спросил:

— Ты же уже выбрал ресторан, разве нет?

Гарри фыркнул, сжав пальцы на ручках сумки сильнее.

— Конечно. Но планы поменялись. И видит Бог, я его сегодня разорю.

Оскар ухмыльнулся.

— И куда же мы поедем?

— В Le Gavroche. Тем более я давно хотел туда сходить и попробовать их муссы и суфле. А Роберт не посмеет мне отказать, — Гарри злорадно улыбнулся.

Оскар приподнял брови в удивлении. Гарри действительно размахнулся. Но он был абсолютно не против попробовать французскую кухню, особенно такого уровня.

— Как же я предусмотрительно забрал костюм из чистки сегодня, — Оскар хмыкнул.

Гарри резко затормозил около аквариума с акулами, отчего Оскар чуть не упал, и посмотрел на большого серого хищника, проплывшего мимо. Роберт подошёл к ним и мягко спросил:

— Кстати, как там Магдала?

Оскар почувствовал, как напарник напрягся и вместе с ручками сумки сильно сжал ещё и его руку. Он легонько ткнул Гарри в плечо, привлекая его внимание, заглянув ему в глаза. Гарри дёрнул головой и ответил сухо:

— В порядке.

Роберт просто кивнул и не слал продолжать эту тему. Оскар тихо вздохнул и поднял голову, натыкаясь взглядом на кошачьи уши, сдерживая хихиканье. Он глянул на Гарри — тот вроде заинтересовался акулой — и медленно поднял руку, чтобы коснуться кончиками пальцев ушка. И когда задуманное было почти совершено...

— Только попробуй, — ледяным тоном пригрозил Гарри. — Иначе я откушу тебе нос.

Оскар тут же убрал руку за спину и уставился на акулу, которая в этот момент посмотрела на него. Ему показалось, что та даже ехидно оскалилась. Вдруг Роберт потянул Гарри за руку и сказал:

— Кстати, там весьма милые пингвины. Как насчёт них?

Гарри закатил глаза, надеясь, что этот день скоро закончится и стараясь думать о «Швейцарском суфле», а Оскар тихо пробормотал:

— Пусть они не подерутся, во имя отца, сына, и злого духа. Аминь.