Мир.

Глава 1

Прошло полтора месяца после знаменательных событий. Сергея затянула рабочая рутина. О мистике он почти не думал, да и она о себе не напоминала, сидела тихо и переводила дух.

За раскрытие резонансного преступления, по убийству детей, все получили премию и рукопожатие. На большее и не рассчитывали, начальник на поощрения был скуп. Он пространно рассуждал, что ловить преступников, это их непосредственная работа, за которую они получают деньги. А дураков и бездарей у себя в отделе не потерпит. И все были, в общем-то, согласны, хоть и в тайне мечтали о звёздочках на погонах.

Да и раскрытое преступление уже никому не казалось сложным. Всё как будто само шло в руки, и только Сергей знал правду. Он с едкой ухмылкой размышлял о том, где были бы они в процессе раскрытия, если бы не его магические способности? И даже не сомневался, что следствие вышло бы на убийцу, рано или поздно, только к тому времени все улики были бы уничтожены, а колдун так и остался бы на свободе, как всегда!

Ни одно слово Шута не оказалось пустым и напрасным. А сам Сергей даже гордился, что смог выполнить поручение Высших сил, и убить тёмного колдуна.

Однако, время шло, и он начинал тревожиться. Что, если волшебство в его жизни запланировано дозированно, редкими вспышками, и следующую придётся ждать через несколько лет? На этот процесс он никак не мог повлиять. И с сожалением вспоминал захватывающие дух впечатления, которые пережил благодаря Магии. Работа следователя тоже не входила в разряд скучных, но качество вибраций, как он это называл, не шло ни в какое сравнение с состоянием настоящего чуда, какое он переживал только в детстве.

По вечерам, после работы, Сергей всё чаще наведывался к тётушкиному комоду. Просматривал старые тетради, где не мог различить ни слова. Должно быть, смысл текстов открывался ему только в особом состоянии. Сергей даже пробовал положить тетрадь в изголовье постели, и всё оказалось напрасно. Сны снились обычные, магия недвусмысленно давала понять, что прикосновение к ней надо ценить, и следует заслужить.

Он задумчиво перетасовывал карты, и даже пытался изучить значение Арканов по интернету, и хоть на память никогда не жаловался, но ничего запомнить не мог.

И вот, однажды вечером, уже по привычке подойдя к комоду, он взглянул на колоду. И сердце ёкнуло. На самом верху красовался Аркан Мир! Сергей был уверен, что не манипулировал картами, и если бы Мир появился сверху, сразу бы заметил! Трепетно взял карту и внимательно рассмотрел. И вдруг, девушка, изображённая в центре Аркана, задорно подмигнула. Сергей вздрогнул от неожиданности, всмотрелся пристальней, но больше ничего не происходило, картинка оставалась неподвижной, как ей и положено.

Неужели чудеса снова начинаются? Его охватило радостное и тревожное волнение. Деловито и вдумчиво изучил Аркан. В центре была изображена девушка в лёгком полупрозрачном платье, по углам за ней присматривали и охраняли лев, орёл, бык и ангел.

Значит, снова следует ждать резонансного преступления, связанное с Арканом. Напрашивалась только одна версия - будет убита молодая женщина или девушка. И радоваться здесь нечему, однако Сергей не мог справиться с чувством довольства от того, что Высшие силы не заставили себя ждать слишком долго.

И видение снова посетит его этой ночью, или следующей, но уж точно не за горами. Хотелось бы, чтобы и в Аркане Мир у него был такой же советчик, как Шут. Так и будет наверняка. Персонажей на карте достаточно, какой-нибудь из них обязательно выйдет на связь!

Для верности он забрал колоду в свою комнату и положил на письменный стол. Сергей завёл будильник и поспешил залезть под одеяло.

Закрыл глаза, однако уснуть долго не удавалось, он уже отчаялся в ожидании волшебства, когда серый туман стал постепенно поглощать сознание. Сквозь него всё ещё рассуждал, что никогда не спал так крепко, чтобы хоть немного не думать и не контролировать себя. Но и туман не торопился, он добивался его полного отключения, и только тогда стал помаленьку рассеиваться.

Видение забросило его на большую торговую площадь, перед какой-то бедной деревней. Прилавки были пустые, ни товаров, ни продавцов, а жители слонялись вокруг оборванные и истощённые от голода. Заметив нового персонажа, они кинулись навстречу с протянутыми руками:

- Подай, добрый человек, мы почти неделю ничего не ели!

Сергей запустил руки в карманы, нащупал горсть монет и стал рассовывать по рукам просящих, но люди разочарованно кивали головами:

- А хлебушка! Хоть немного! Нам не на что потратить твои монеты!

Сергей растерялся, ничем порадовать голодных он не мог. Поняв это, люди теряли к нему интерес, только любопытные дети ещё косились в его сторону.

И тут, посреди площади, прямо из воздуха, возник персонаж в длинных белых одеждах, похожий на Иисуса Христа, и бодро провозгласил:

- Придите ко мне, нуждающиеся и обременённые, я накормлю вас!

- Иисус? - удивлённо пробормотал Сергей, однако отметил, что тому здесь вовсе не рады.

Люди смотрели на Сына Божьего с ужасом, а некоторые тихо заплакали.

Тот занудливо вещал без остановки:

- Вы гнали меня, закидывали камнями, но я простил вас и пришёл, чтобы спасти! Подходите, пейте и ешьте! Придёт день, когда скажу вам: аще не снесте Плоти Сына Человеческаго, ни пиете Крове Его, живота не имате в себе. Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь имать живот вечный, и Аз воскрешу его в последний день!

Сергею показалось, что библейские слова прозвучали как-то зловеще, он нахмурился и продолжал наблюдать со стороны, не ожидая ничего хорошего. А Иисус поднял руки к небу, помолился, в его правой руке появился кувшин с водой, а в левой булка хлеба.

Люди, глотая слёзы безысходности, стали подходить, кланяться и протягивать к нему дрожащие руки. А он, с торжествующей улыбкой, разламывал нескончаемый хлеб, подавая каждому по куску. А в протянутые кружки наливал воду.

- В чём подвох? - пробормотал Сергей, - и почему вода, а не вино?

Он пригляделся внимательно к библейскому персонажу. Когда Иисус в очередной раз улыбнулся, на солнце блеснули острые длинные клыки. Сергей усмехнулся, он всегда считал церковников упырями и дармоедами, обдирающими своих верных овец, а теперь лишь убедился, что был не так уж и неправ.

А между тем, жители деревни, отведав хлеба и воды, вдруг стали чернеть, истлевать и превращаться в живых мертвецов. Кожа их отваливалась клоками, обнажая гниющее мясо, где уже поселились черви, воздух заполнился смрадом. И Сергей с удивлением отметил, что остро чувствует запах. Но понимал, что будь это не сон, а реальность, он сейчас вряд ли бы смог сохранять такое непоколебимое самообладание и не поддаться панике. А с другой стороны, в реальности подобное не могло произойти.

Неожиданно, среди толпы вкусивших Иисусову трапезу возникло движение, крупный гниющий мужик встряхнулся от покорного забытья и утробно зарычал:

- Причастие! - он протянул мёртвые руки к Иисусу и пошёл прямо на него.

Другие услышали. Все, от мала до стара, как по команде повернулись и медленными шагами пошли к Иисусу.

Сергей тихо охнул:

- Сейчас его порвут! Сам предложил!

Иисус встревожено озирался:

- Что с вами, добрые люди? Шуток не понимаете? Я имел в виду хлеб и вино, а не свою плоть! Боже, какие идиоты!

Это было забавно, но Сергей не смеялся, он оцепенел и не мог сдвинуться с места, а только молча наблюдал.

Иисус пока держался, он отталкивал тех, кто подошёл слишком близко и хватал за одежду. Мертвецы, от его прикосновений, падали и становились окончательно мёртвыми. Возле него уже смердела куча трупов. Иисус, несмотря на страх, не забывал однако каждого перекрестить и вознести молитву за упокой.

В конце концов, жители сообразили, что так просто его не возьмёшь. Бойкая баба визгливо закричала:

- Крест! Несите сюда крест!

И несколько тухлых тел приволокли на площадь большой деревянный крест. Иисус, завидя его, обречённо опустил руки, из глаз потекли слёзы.

- У него рефлекс! - обречённо подумал Сергей, - сейчас пойдёт распинаться!

Однако, та же бойкая баба неожиданно возмутилась:

- Вы зачем крест притащили?

Мертвецы в недоумении пожали плечами:

- Сама же велела!

- Несите обратно!

Но Иисус вдруг встрепенулся и громко завопил:

- Куда! Я должен взойти на крест, чтобы пострадать, а в третий день воскреснуть!

Женщина закатила глаза и пояснила:

- Так распинали уже!

- Когда? - опешил Иисус.

- Две тысячи лет назад!

- Откуда ты знаешь, женщина, если тебе от роду сорок лет? - возмутился он.

- Библию надо читать! - язвительно ответила она, - там не написано, что тебя много раз распинать положено, а то мы бы расстарались!

- Что, и правда не надо на крест? - Иисус переваривал эту информацию, и с каждой минутой она нравилась ему всё больше, - ты точно знаешь?

- Увы, Господи, - недовольно ответила женщина.

- А давайте ему голову отрубим! - предложил один из тех, что принёс крест.

Недолго думая, он выхватил из-за пояса острую секиру и рубанул по шее Иисуса.

Перед глазами Сергея возникла мёртвая голова Иисуса на блюде, в глазах её застыли ужас, обида и недоумение.

Сергей вздрогнул и проснулся.

- Что это за сюр!

Он тяжело дышал и не мог прийти в себя. Видение определённо было то самое, которое он так долго ждал. Но какое оно имеет отношение к Аркану Мир?

Взглянул на часы и подскочил как ужаленный. Будильник не прозвенел! Подобное не случалось никогда!

Сергей лихорадочно собирался на работу, мельком взглянул на колоду, на Аркане Мир проступили тёмные капли крови и быстро исчезли. Но его уже ничего не удивляло, да и некогда терять время на удивление.

Опоздал на работу почти на час, сказал, что встречался с осведомителем. Только Аня изучающе осмотрела его с ног до головы и скептически покачала головой.

- Аня, не смотри на меня, как будто я твой пациент, я ещё живой! - возмутился Сергей.

- Ну-ну, все вы ещё живые - пока! - в своём стиле съехидничала она, и вздохнула с притворным сожалением, - а я всё ещё ничего не знаю про ваш богатый внутренний мир!

- Надеюсь, и не узнаешь, - с опаской ответил Толя Снаткин, - да и нет там ничего интересного, уж поверь, обычные потроха, ты много раз такое видела!

- Тоже думаю, что ждёт меня сплошная скука, потому вас не тороплю.

- Слава Богу! - шутливо перекрестился Женя Кузнецов, - а то я уж подумал, что ты спишь и видишь, как запустишь свои белы рученьки в наши дымящиеся кишки!

- Фу, нашли над чем шутить! - брезгливо поморщился Сергей, - что там на повестке?

- Хоть планёрку ты проспал, - ответила Аня, - но не критично, мог спать дальше, у нас обычная рутина, даже бытовухой не порадовали. Заканчиваем старые дела.

- Странно, - вслух пробормотал Сергей и нахмурился.

- А по мне так прекрасно! - отозвался Женя, - я бы даже согласился, если бы нас сократили за ненадобностью. Но, увы, мир всё ещё несовершенен!

- А ты чем с утра недоволен? - с подозрением спросила Аня, - по свежим трупам соскучился?

Сергей пожал плечами, надо было что-то отвечать. Злился на себя, что не держит язык за зубами.

- Предчувствие у меня нехорошее.

- С каких это пор ты как бабка предчувствиям веришь? - Аня презрительно смотрела на него.

- Зря ты так, - урезонил её Толя, - предчувствия, в нашем деле, вещь немаловажная! А у Серёги интуиция! Она нас не раз выручала! Это тебе хорошо - есть конкретный труп, сиди и ковыряйся. А нам - найди то, не знаю что, пойди туда, не знаю куда? Как без интуиции?

Аня закатила глаза.

- Ладно, скучно с вами, а у меня ещё отчёт не дописан.

Она вышла, да и остальные уткнулись в свои бумаги и компьютеры.

Только Сергею было не до работы. Наскоро подшил дела, готовые к отправке в суд, а потом сидел и думал над своим сном, он не давал ему покоя. Почему ему привиделась эта безобразная чёрная комедия, когда он ждал совсем другое? При чём здесь Мир? И ещё, он уже понимал, что помощника, как Шут, в этот раз ему не светит, придётся разбираться самому. Но был и положительный момент, версия о том, что им придётся расследовать убийство молодой девушки, трещала по швам. Больше всего он ненавидел, когда убивали слабых и беззащитных. Пусть бы мужики играли в свои жестокие игры, но зачем втягивать в них тех, кто не может за себя постоять?

Отрезанная голова стояла у него перед глазами, обиженная и потрясённая. Сергей полез в смартфон, чтобы изучить аркан Мир. Рабочий компьютер использовать не стал. Ему бы не хотелось, чтобы кто-нибудь случайно заметил, чем он интересуется? Тогда насмешек не оберёшься.

Проявил всю присущую ему скрупулёзность, но на всех сайтах писали об одном и том же, с небольшими нюансами. Внятного ответа, или хотя бы намёка, как Аркан Мир согласуется с его видением, он не получил.

К вечеру Толя сбегал за пирожками в ближайшую кулинарию. К чаю пригласили Аню. Попробовали бы не пригласить! Отведав халявных пирожков, да ещё и к концу рабочего дня, она становилась определённо добрей.

Но сегодня их чаепитие прервал Валентин Михайлович. Он заглянул в кабинет, строго всех осмотрел. Взгляд задержался на Сергее.

- Зайди ко мне, прямо сейчас.

Больше ничего не сказал, сразу вышел и закрыл за собой дверь.

Все тревожно переглянулись.

- Накаркал беду своими предчувствиями! - укоризненно проворчала Аня.

И неспроста. Все давно знали, если начальник лично вызывает на разговор, а не отправляет посыльного, или не звонит по телефону, то случилось что-то страшное и экстраординарное.

А Сергей подумал - вот оно! Началось! Отложив недоеденный пирожок, выдохнул, как перед прыжком в воду, и шагнул из кабинета.

Глава 2

Вид начальника Сергею сразу не понравился, был он какой-то притихший и подавленный.

- Садись, Серёжа, - тепло и по-отечески предложил Валентин Михайлович.

Сергей опустился на стул, настороженно глядя на начальника.

- Как ты относишься к командировке?

Спросил, как будто у Сергея был выбор. Отправят и поедет как миленький!

- Что случилось то? - без обиняков спросил он.

- В трёхстах километрах от Москвы убили священника, и не просто священника, а настоятеля мужского монастыря.

Он развернул дело, которое уже лежало на столе, открыл, вытащил из него фотографии и подвинул к Сергею.

Тот глянул и вздрогнул. С фото на него смотрела мёртвая голова с густой поседевшей бородой и выцветшими голубыми глазами, продолжавшими сохранять выражение мольбы и ужаса. На щеках засохли дорожки от слёз.

Голова была выложена на серебряном блюде перед алтарём. А само тело валялось в углу, в луже крови, словно с презрением отшвырнутое в сторону.

Сергей потрясённо молчал, а Валентин Михайлович рассказывал:

- Преступление совершено пять дней назад, за расследование взялась местная полиция, но вскоре поняли, что не справляются. А дело то резонансное, сам понимаешь! Вспомнили про нас, и рекомендовали поручить его тебе, - при этом Валентин Михайлович многозначительно посмотрел на потолок.

- Так что, сегодня отдыхайте, а завтра, с утра, отправляйтесь на место всей группой, включая Аню. Она вам там пригодится, не думаю, что местные эксперты справятся лучше неё.

Сергей тоже не сомневался, пусть Аня и треплет нервы порой, но специалист она ценный и надёжный.

- Я заберу? - кивнул он на дело, - перед сном почитаю.

- Забирай, конечно, - согласился Валентин Михайлович, - сейчас всё оформим, чтобы утром в отдел не возвращаться, как проснётесь, сразу поезжайте. Мне доложите, как будете на месте.

Сергей мысленно усмехнулся, начальник не отпускает контроль. И обмануть и подольше поспать не получится, с него станется, позвонит местным узнать, явились они, или нет? Значит, вставать с постели придётся ни свет, ни заря.

Прежде чем уйти, всё же спросил:

- Я всё-таки не понимаю, зачем мы им понадобились? Насколько я помню, подобные преступления совершают бомжи, или религиозные экстремисты, начитавшиеся оккультной чепухи. Объявили бы план-перехват, и просеяли бы всех через мелкое сито. Там же не большой город, всех видно как на ладони.

- Всё не так просто, Серёжа, - вздохнул Валентин Михайлович, - дело в том, что на момент совершения преступления, на территории монастыря посторонних не было. И это подтверждают камеры видеонаблюдения. Следователи пришли к неутешительному выводу, что убили настоятеля свои, особо приближенные, можно сказать. Или один из них.

Сергей нахмурился.

- Монахи? И сколько их там?

- Пятнадцать человек, и пятеро трудников, это те, кого монастырь приютил для воспитания, или по милосердию, бомжи, в основном. Но бывают и нормальные, проходят испытательный срок, чтобы в монахи записаться. Но в том то и дело, что барак, где они проживают, тоже попадает под обзор камер, и они, в тот момент, спали и никуда не выходили. Проскользнуть незаметно до крестилки, где совершалось преступление, аж на другой конец территории, практически невозможно. А значит, преступник кто-то из монахов. Не сомневайся, местные хорошо поработали, никаких претензий к следствию нет, но и результатов тоже нет.

- Детектив в стиле Агаты Кристи, - хмыкнул Сергей.

- Ну всё, иди, - нетерпеливо заторопил полковник, давая понять, что аудиенция закончена.

Коллеги встречали Сергея в напряжённом молчании, вперив тревожные взгляды.

- Ну, что там? - нетерпеливо спросила Аня.

- Завтра всем в командировку, - невесело объявил Сергей, - в мужском монастыре настоятеля убили.

- В командировку? Далеко? - переспросил Женя.

- Триста километров от города.

- На месте что ли не разберутся? - фыркнула Аня, - поди у какого-нибудь бомжа крышу сорвало.

- Хуже, Аня, всё гораздо хуже и страшнее, - возразил Сергей, - судя по материалам следствия, настоятеля убил кто-то из монахов, и нас попросили разобраться - кто именно?

Толя поражённо присвистнул, и другие притихли.

- Местное следствие зашло в тупик, - продолжил Сергей.

Аня вытаращила глаза:

- Это что же получается! У них же исповедь! Это же тяжкий грех, и все молчат? За это время никто не покаялся?

- Ну, об этом я ничего не знаю, в тонкостях не разбираюсь, - пожал плечами Сергей, - наше дело приехать и провести расследование. Совершено уголовное преступление, и преступник должен быть наказан, кто бы он ни был. Все по домам, сбор в семь часов утра!

И сам первым покинул кабинет, завершил свои дела и вышел на улицу. Сел в машину, перед глазами стоял образ головы на блюде, но не убитого священника, а виденный во сне. Опять сон сбывался практически буквально. Он тронулся с места, поехал, и в задумчивости едва не пропустил нужный поворот, чертыхнулся, заставил себя сосредоточиться. Правда что, становится как бабка старая, увлечённая предчувствиями. А он следак, и не должен терять головы, потому, раз сновиденного помощника не предвидится, лучше забыть о своём видении, пока оно только мешает.

Уже находясь во дворе, возле своего дома, Сергей огляделся, и заметил знакомую фигуру в чёрном пальто, одиноко стоявшую посреди детской песочницы.

- Ты то мне и нужен, - тихо пробормотал и решительно направился к странному персонажу.

Теперь он был один, и никто не помешает взять за хобот этого колдуна, в том, что это не обычный человек, он нисколько не сомневался, и выяснить, с какой целью тот толкётся возле его дома? А может, получится привлечь на свою сторону, это было бы кстати, когда ему поручили резонансное дело, явно подброшенное магическими помощниками, а проводника, подобного Шуту, ждать не приходится.

- Что тебе от меня надо? - без обиняков спросил он.

Мужчина был темноволос, с тонким нервным лицом, высок и прекрасно сложен.

Он любезно улыбнулся и ответил:

- Это хорошо, что Вы решились со мной поговорить. Сам я, признаться, не определился, как к Вам лучше подойти?

- Когда не знаешь как, подходи прямо, - жёстко ответил Сергей.

- Пожалуй, - согласился мужчина, - меня зовут Самуил, - он не протянул руку, а старомодно поклонился, - можете не трудиться называть своё имя, я его прекрасно знаю.

- Да я бы не перетрудился, - усмехнулся Сергей, - может всё-таки выйдешь из песочницы?

- Конечно! - мужчина растерянно огляделся, как будто только что понял, где стоит? И смущённо пояснил, - видите ли, для меня здесь некое место силы, если Вы понимаете, о чём идёт речь?

Сергей озадаченно посмотрел на песочницу.

- И мне правда необходимо с Вами поговорить.

- Тогда зайдём ко мне? Или ты предпочитаешь в песочнице?

- Нет-нет, не предпочитаю! - спешно ответил мужчина.

Сергею он показался забавным , хоть и понимал, что впечатление может быть обманчивым, и даже не был уверен, правильно ли поступил, пригласив его к себе? Но отступать было поздно.

В общем-то, Сергей даже догадывался, что Самуилу нужно что-то из тётушкиного наследия, и собирался воспользоваться его интересом.

Когда они уже сидели на диване в гостиной, гость, изрядно смущаясь, проговорил:

- Сергей, Вы должно быть догадались, что я не простой человек, в известном смысле слова. Да и Вы тоже, можете не сомневаться. А что касается Вашей тётушки, она была признанным мастером в самых высоких кругах, - он вздохнул, не потому, что стало жаль тётушку, а от волнения, - в Вашем доме есть то, что мне очень нужно, это касается её интеллектуального, если можно так выразиться, наследия.

- А давай на ты, что ты всё время выкаешь, как не родной!

- Ну хорошо, если Вы.. ты так хочешь, то можно и на ты, - пробормотал Самуил.

- Хочешь, чтобы я тебе отдал? - Сергей склонил голову на бок и рассматривал собеседника как диковинное насекомое.

- Ну почему же сразу отдал? Я могу заплатить! Столько, сколько скажешь, и я удвою сумму!

Сергей рассмеялся:

- Думаю, надо просить миллиард!

- В разумных пределах, разумеется.

Сергея пробрало любопытство:

- И что ты хочешь получить?

- У Вашей тётушки должна остаться тетрадь в чёрной кожаной обложке.

Сергей посерьёзнел, он помнил такую тетрадь, но пока в неё не заглядывал.

- Я Вас.. тебя уверяю, всё равно ты ничего там не разберёшь!

Сергей хмыкнул:

- Зря ты так! Не разберу сегодня - разберу завтра!

- Может быть, - Самуил сник.

- Не кисни, просто смирись с мыслью, что тётушкина тетрадь тебе никогда не принадлежала, и дальше принадлежать не будет.

- Но может мы всё-таки сможем договориться? - кажется, ему в голову пришла спасительная мысль, - я могу просто сфотографировать страницы, а тетрадь пусть останется у тебя.

Сергей молча смотрел на гостя.

- Если не хочешь денег, я могу предложить что-то другое, полезное для тебя! Я знаю, ты уже ступил на путь познания магии, значит тебе понадобится помощник, я обещаю, что всегда буду к твоим услугам!

- Хм.. - Сергей задумался. Что ни говори, а предложение гостя оказалось очень кстати. Да и будет с кем просто поговорить и поделиться впечатлениями, его друзья для этого не годились. Но сначала ему самому нужно было посмотреть, что в этой тетради?

- Сиди здесь, я сейчас, - он поднялся, припечатал гостя взглядом к дивану, хоть тот вряд ли рискнул бы последовать за ним, и направился в комнату тётушки.

Чёрная тетрадь быстро нашлась. Все листы её были разрисованы непонятными формулами, чертежами и пентаклями. От них веяло потусторонней силой, но Сергей и правда не смог ничего понять, однако ценность тетради и у него не оставляла сомнения.

Зато теперь встал вопрос - может ли он поделиться информацией со странным гостем? Вдруг эти формулы опасное оружие в руках посвящённых, кем Самуил определённо являлся? Что, если он воспользуется ими во вред окружающим, или даже ему?

Да, дилемма! Однако гость ему определённо необходим. Что же делать?

И тут в голову пришла спасительная идея - а если спросить у карт? Это же инструмент ответа на вопросы!

Взял карты и перетасовал, мысленно рассуждая, вот вытянет карту, и что? Как он поймёт, положительный ответ получил, или нет, если нисколько в них не разбирается? Хотя, есть же интернет! Вытянет, и посмотрит значение.

Сергей уверенно вытянул карту из колоды, в руке оказался Туз Посохов, и сразу почувствовал, без всякой подсказки, что карты дали добро. Всё равно решил свериться, чтобы убедиться наверняка. Нашёл в интернете расклад - да-нет, посмотрел значение карты, так и есть, ответ был самым что ни на есть положительным. Больше он не сомневался, вздохнул с облегчением и вернулся в комнату к Самуилу.

- Я дам тебе тетрадь, разумеется, только сфотографировать, но, с одним условием!

Самуил напряжённо подался вперёд.

- Ты поможешь мне разобраться в одном деле.

Он рассказал ему о своих вещих снах, и о том, что это тётушка перед смертью зачаровала колоду Таро. Сергей надеялся, что Самуил прольёт свет на загадочное видение.

- Никак не могу разобраться, при чём тут Аркан Мир? Там же ясно нарисована девушка и животные с ангелом по краям!

Самуил беспечно пожал плечами:

- Всё просто! Ты когда-нибудь видел православные иконы?

Сергей конечно видел, в общих чертах, но особо не приглядывался.

- Есть немало икон с Богородицей в центре, и теми же персонажами по углам. На частоте Двадцать Первого Аркана находится Христианство.

- Ах вот оно что! - воскликнул Сергей, - а я то думал, что на Мире меня ждёт какой-нибудь маньяк, который будет зверски убивать девушек! Значит, Шут, это дети, образно говоря, а Мир, это христиане? Недалеко же они от детей отошли!

- Будьте как дети, и достигнете Царствия Небесного, - процитировал Самуил.

- Хорошо, с этим разобрались, а теперь так: завтра мы, с оперативной группой, едем в командировку, и мне надо, чтобы и ты поехал туда же, негласно, и помогал мне на месте. Но того, что ты со мной, никто не должен знать! Дело не из разряда обычных, раз ему предшествовало видение, значит, без магии там не обойдётся. И мне понадобится сведущий помощник.

- Хорошо, я всё понял, сделаю как скажешь, - легко согласился Самуил.

- А ты и правда можешь превращаться в кота? - с любопытством взглянув на него, спросил Сергей.

- Могу. Так ты всё понял уже тогда? И пнул меня специально? - Самуил смотрел на Сергея с упрёком.

- А ты как думал! Скажи спасибо, что не убил! Другу моему! При нём я не решился. Шастает тут всякая нечисть с нечистыми намерениями! - Сергей и не думал смущаться, - ну ладно, было и было. Лучше скажи, сколько времени ты можешь продержаться в кошачьем обличии?

- Без ущерба пару дней, а если дольше, то станут появляться странности в поведении, - он замялся.

- Ухо почесать, зад вылизать? - хохотнул Сергей.

- Типа того, - согласился Самуил.

Сергей посерьёзнел и сказал:

- Раз так, то для тебя будет оперативное задание. Проникнуть на территорию монастыря, втереться в доверие к монахам, в образе кота, подсматривать и подслушивать, о чём говорят? Надеюсь, будучи котом ты разум не теряешь?

- Что ты! Коты очень умные, и даже гениальные животные! Они гораздо талантливей людей, в своём роде! И разум остаётся со мной, не беспокойся, я всё понял. Но ты должен подтвердить обещание, что как только преступление раскроется, ты дашь мне тетрадь для копирования.

- Не сомневайся, я умею держать слово, - твёрдо заверил Сергей.

- И всё же, не мешало бы расписочку, - как-то вкрадчиво попросил Самуил.

- Кровью писать? - хмыкнул Сергей.

- Ну зачем же так усложнять? Напиши ручкой, а крови нужно совсем чуть-чуть, для закрепления силы договора, - ответил Самуил.

Сергей спорить не стал, вырвал лист из тетради, и написал однако условия, что Самуил, со своей стороны, поступает в его распоряжение на время проведения следствия. И приложит максимум усилий, чтобы преступление было раскрыто.

- Не сомневайся, - удовлетворённо произнёс Самуил, - я и сам заинтересован, чтобы тетрадь поскорей попала ко мне в руки. То есть, её содержимое, разумеется.

Сергей, как истинный юрист, не забыл указать, что тетрадь останется в его доме, без права выноса. А Самуил получит доступ только к информации, и право фотографирования всех страниц.

Когда документ был подписан и одобрен обеими сторонами, ноготь Самуила, на указательном пальце правой руки, вдруг удлинился, и превратился в острый коготь. Он быстро цапнул им по руке Сергея. На коже выступила кровь, потекла и аккуратно капнула на лист, как раз в конце написанного, изобразив пятно, наподобие печати. А после этого, рана мгновенно затянулась.

Не успел Сергей опомниться, как документ перекочевал за пазуху Самуила.

- Ну ты даёшь! - изумился Сергей.

- Ну, так я пойду? - робко спросил Самуил.

- Конечно! Пойдём, провожу. Выдвигаемся рано утром, не опаздывай.

Прежде, чем он ушёл, обменялись номерами телефонов.

Глава 3

В семь часов утра, к дому Сергея подъехал служебный автомобиль, все уже были в сборе, Аня, как обычно, за рулём. Как только Сергей разместился в салоне, она надавила на газ и ни в чём себе не отказывала, ловко обруливала путавшиеся под колёсами автомобили, лавировала между ними с огромной скоростью, а водители только бледнели и ошалело крутили головами.

Чтобы сохранить нервы, в окно старались не смотреть, сосредоточились на изучении материалов дела.

Только один раз, когда Аня выехала на встречку, а из-за поворота вдруг показался камаз, Толя тоскливо произнёс:

- Мне одному кажется, что убитый батюшка ещё даст нам фору? Мы будем выглядеть куда непрезентабельней!

Все невольно покосились на фото, где с серебряного блюда взирала мёртвая голова.

- Брось, проскочим, - беспечно возразил Сергей, - Аню что ли не знаешь?

Женя тоже беспокойно ёрзал на сидении:

- Хоть бы гаишники нарисовались!

- Плевать я хотела на твоих гаишников, - отвлеклась от дороги Аня, и проворчала, - что за трусливые пошли мужики!

Долгожданные гаишники, всё-таки, встретились по пути, но не тут то было! Аня из окна, ещё загодя, выставила раскрытые корочки, а скорость так и не сбавила. Гаишники уважительно закивали, да и кто из них всё ещё не знал Аню?

Впрочем, стоило отъехать от города, как дорога почти опустела, машин попадалось мало, с основной трассы пришлось съехать. И Ане стало скучно, так скучно, что она сбросила скорость почти до приемлемой.

На неё смотрели укоризненно, на языках вертелся упрёк, который высказать, однако, никто не решился.

- Всё-таки жуткое зрелище - тело без головы, - морщился Женя, глядя на фото.

- Да и голова без тела не лучше, - заметил Толя, - так он пьяным был?

- Немного, - ответил Сергей, - в рамках причастия, они всех причащают, а потом допивают остатки вина, так положено. Выливать его нельзя, это святыня.

- Не верится, что это свои, - сказал Женя, - надо проверить, может есть какая-нибудь лазейка в монастыре, или подземный ход? Старинное здание, наверное там много тёмных уголков, где можно спрятаться, а потом незаметно выйти, убить и улизнуть тем же способом. Можно даже затаиться до времени, в суматохе никто не заметит.

- Но это означает, что преступник был там частым гостем, и знал все лазейки, - заметил Толя.

Сергей распорядился:

- Сначала едем в местный полицейский участок, познакомимся с следователем, послушаем, что он скажет? Мне самому не по себе от мысли, что это кто-то из монахов.

Аня заметила:

- И не просто порешили настоятеля, а самым жутким и сатанинским способом! Это у исламистов мода головы резать, но я смотрела фото и видеоматериалы со службы, перед совершением преступления, специально обратила внимание! Все там русские люди, в основном женщины, старики и дети. На первый взгляд, убивать батюшку было некому. И среди монашеской братии инородцев нет.

- А ведь верно, - согласился Сергей, - но ты, Аня, всё же не отвлекайся от дороги!

- Я не отвлекаюсь, ещё десять минут, и мы на месте, возле полицейского участка, как велено.

- Поразительная женщина! - болезненно выдохнул Женя, - Аня, я не перестаю восхищаться, как тебе удаётся совмещать нервотрёпку всех и вся, и при этом контролировать ситуацию?

В ответ Аня плотоядно улыбнулась.

Они и правда въезжали в небольшой посёлок, и Аня совсем сбросила скорость. Наверное потому, что дорогу то и дело перегораживали то медлительные коровы, то стайка гусей неслась наперерез, или опрометью бежала неосторожная кошка. Все давно заметили, что к животным Аня относится с большей нежностью, чем к людям.

Местный отдел полиции представлял из себя крепкий деревянный дом, за высоким забором. Если бы не табличка на воротах, то он ничем бы не отличался от соседних, вполне обычных жилых домов. Навскидку, в нём было не больше четырёх комнат.

- Что, и преступников здесь держат? - Женя в недоумении почесал затылок.

- А им много места надо? - хмыкнула Аня.

- И то верно.

Калитка на воротах была заперта на железную щеколду, нужно было повернуть грубое кольцо, чтобы открыть. Ни для кого эти ворота не запирались.

Во дворе стоял видавший виды уазик, и мотоцикл с коляской, тоже не новейшей модели, но чистые и явно в хорошем состоянии.

Зашли, представились, их уже ждали.

Отдел их встретил всем составом - двое крепких не худых сотрудников в форме, один с погонами майора, другой капитана, и молодой сержант, ещё не успевший обзавестись авторитетом в районе ремня, потому и выглядевший, на фоне коллег, жидко и несолидно.

Начальник районного отдела полиции представился Головиным Василием Романовичем, его коллегу капитана звали Куликин Фёдор Константинович, а сержанта просто Шаповалов Андрей.

Головин пояснил:

- Отчество он пока не заслужил, - впрочем, смотрел на парня с отеческой теплотой.

Все отметили основательность районных коллег, их умные лица и житейскую мудрость. Уже знали, что этот полицейский участок курирует семь окрестных деревень, и на хорошем счету у начальства. Раскрываемость здесь почти стопроцентная, и профилактика преступлений на должном уровне. Всех своих потенциальных подопечных участковые знали в лицо, и не ленились бдить неустанно. И близость крупного монастыря способствовала воспитанию граждан, потому, в целом, преступлений на вверенной им территории было не так уж и много.

Другими словами, участковые сразу всех расположили к себе. И даже Аня выглядела задумчивой, и никакая гадость не срывалась с её языка, она вообще была удивительно молчаливой.

Гостей тут же пригласили к обеду. Сержант быстренько подсуетился, на столе, в кабинете начальника, возникла нехитрая трапеза - свежие огурчики, помидорчики, картошка, жареная на большой чугунной сковороде, ещё горячая, и обильно заправленная зелёным луком и укропом. А на другой сковороде одуряюще пахло жареное мясо. Хлеб, из местной пекарни, был нарезан крупными ломтями, и выглядел необыкновенно аппетитно.

Бутылка самогона тоже оказалась уместной, по чуть-чуть, чтобы смочить трапезу и знакомство.

Когда все расположились за столом, сержант отправился на дежурство - участок не должен быть оголён, пока начальство на совещании.

А обезьянник в доме и правда имелся, для него расширили и так просторные сени, и огородили решёткой. Там находился уголок с туалетом и раковиной без двери, как положено. И в этом усматривался заботливый подход хозяев. Никто не сомневался, что подопечное население их не только уважает, но и относится с любовью и доверием.

Случившееся в монастыре злодейство стало для всех настоящим шоком.

- Поведайте нам, что это за монастырь такой? - попросил Сергей, когда все расположились за столом, и с удовольствием приступили к трапезе. О деле, однако, никто не забывал, антураж был всего лишь небольшим отступлением от казённой атмосферы рабочего совещания.

- Да нормальный монастырь, - Головин растерянно пожал плечами, - по крайней мере был, до недавнего времени. Всё там чинно и открыто. И с нами охотно сотрудничали, вернее сказать - мы с ними. Отправляли им своих потенциальных клиентов на воспитание.

- И как? Справлялись? - спросила Аня, и впилась в него змеиным взглядом.

Но кожа у Василия Романовича была слоновья, он спокойно выдержал этот взгляд, и бровью не повёл, и ответил доброжелательным и уважительными тоном, которым располагал к нему всех, без исключения:

- А ведь справлялись! После курса послушания совсем другими людьми становились! Религиозными, конечно, но как без этого? Но о рецидивах уже речь не шла! Все наши бывшие подопечные исправно посещали воскресные и праздничные службы. Только в монахи никто из них податься не захотел. Может не доработали братья, а может, не их судьба.

Сергей насторожился:

- А не мог кто-нибудь из них затаить зло? Если они жили при монастыре, то и ходы и выходы там знали?

- Их мы в первую очередь проверили, - ответил участковый, - всех по списку, но оказалось, что кто-то из района в тот день уехал, кто-то работал, а несколько отдыхали на свадьбе. Так вышло, что свадьба в тот день приключилась, у одного из сельчан, на ней пол района гуляло. И съёмка на видео велась до самого утра. Оператор-затейник, снимал народ в его непотребно пьяном виде. И с пяток наших подопечных в тот сюжет угодили, как раз в то самое время, когда убивали батюшку, - он нахмурился.

Куликин подхватил:

- Вы не думайте, что раз мы провинциалы, то дураки и лодыри. Мы там каждый куст обшарили, все материалы с видеокамер много раз просмотрели, включая видеорегистраторы на машинах. Проверили каждого, кто входил и выходил после службы. Была мысль, что кто-нибудь мог остаться внутри и спрятаться, тем более, что есть где. Очень хотелось думать, что батюшку убил посторонний, но от этой версии пришлось отказаться.

- Да-да, - поддержал Василий Романович, - мы из кожи лезли, чтобы найти посторонний след! По проделанной работе все отчёты аккуратно составлены и подшиты. Запись велась, посмотрите потом, если ещё не успели. А когда мы окончательно убедились, что злодей находится среди своих, в монастыре, то решили, что надо просить помощь извне. Мы то местные, ни дай Бог что не так, население нам не простит. Да и жить, я думаю, не плохо бы внутри, в самом монастыре, пока ведётся следствие. Так будет проще разобраться. А нам несподручно. Кто будет за районом смотреть? Нас всего трое, сами знаете. Потому, уважаемые коллеги, мы вам чрезвычайно рады, и благодарны, что быстро откликнулись на наш запрос! Ну а мы, со своей стороны, окажем любое содействие.

- Спасибо, - сдержанно поблагодарил Сергей, - список монахов, и тех, кто там обитает, в деле есть?

- Конечно есть! Обижаете! В первую очередь составили, сейчас вам всё передадим, в отчёт, который мы отправили в Москву, вошло не всё, мы ещё продолжали работать. А монастырь мы закрыли, все его обитатели сидят взаперти, мы их каждый день поимённо проверяем, чтоб никто не сбежал. Выпускаем только эконома и завхоза, за провизией по магазинам, и лично сопровождаем.

- А вчера к ним нового настоятеля прислали, - подхватил капитан, - ох и строгий батюшка, молодой, но поблажки никому не даёт! Говорят, он всех заставил круглосуточно молиться и поститься, пока преступник не будет найден.

- А спят когда? - уточнила Аня.

- По очереди, четыре часа в сутки, и опять на молитву. Не сказать, что лёгок труд монаха!

- И настоятель не спит? - продолжала выпытывать Аня.

- Кто его знает? - развёл руками Головин, - он начальник, как решит, так и будет. У них дисциплина почище армейской.

Следователи задумчиво пережёвывали пищу. Чем-то невыразимо жутким веяло от этого преступления.

Сергей заявил:

- Нам надо отдохнуть, с делом ознакомиться как следует, к местности присмотреться, а потом двинем на место, всё равно не к спеху, раз уже неделя прошла. Вашим отчётам мы доверяем, я мельком просмотрел, работа проведена добросовестно.

Местные участковые удовлетворённо закивали.

Василий Романович произнёс:

- Мы это предвидели, даже дом вам приготовили, можно и в гостинице, конечно, но она паломниками загажена, ничего там толком не работает, ни канализация, ни воды горячей не бывает. Так что - не вариант! Тем более, что дом у нас служебный, там всегда командировочные останавливаются, - он многозначительно посмотрел наверх, - и про женщину нас предупредили, - он кивнул на Аню, - комнат хватит всем, с благоустройством всё в порядке. Местную женщину попросили для вас готовить и прибираться, ей уплачено, об этом не беспокойтесь. До конца следствия дом в вашем распоряжении, даже если вы все решите поселиться в монастыре, всё равно не лишне. Вещи оставить, в порядок себя привести, уединиться, наконец, чтоб ваши разговоры стены не слушали. Да и вообще, отдохнуть от этой святой обители. Сами разберётесь, наше дело предоставить условия.

- Спасибо! - Сергей был приятно удивлён такой заботе. Свой угол и правда пригодится. И подумал про Самуила. Как устроился он, и приехал ли уже?

После трапезы, отягощённые всеми материалами следствия, заехали в дом, добротный, чистый, где каждому досталось по комнате. Аня заняла себе самую уютную и скрылась в душе. А Сергею хотелось прогуляться по местности, его никто не поддержал, все уткнулись в папки с делом. И он пошёл один, нисколько не огорчившись. Надо было встретиться с котом.

Глава 4

Сергей направился в сторону монастыря, заблудиться невозможно, его синие со звёздами купола было видно со всех сторон. Красивый, слов нет! Высокие выбеленные стены, с зубцами бойниц, делали его похожим на неприступную крепость. Сергей оценивал возможность незаметно перелезть вовнутрь по стене. И если бы не видеокамеры, натыканные по всему периметру, то теоретически это сделать было можно. Но вряд ли незаметно. Пришлось бы подставлять высокую лестницу, и проделывать это в компании хотя бы одного подельника. И всё для того, чтобы зверски убить батюшку? Но и здесь могла возникнуть накладка, батюшку ещё нужно найти, а значит, пройти мимо хотя бы нескольких служителей и обитателей монастыря. Он мог оказаться в каком угодно месте. Площадь обители была довольно обширной.

Лишь для того, кто находился внутри, задача упрощалась. Убийца, или убийцы, могли заранее договориться с настоятелем, и вызвать его на место преступления под благовидным предлогом, и он ничего бы не заподозрил. Так оно и было, скорее всего. Под утро в крестилке делать нечего. В это время, никто из братии туда не заходит, потому её и выбрали местом преступления. Значит, круг подозреваемых, хоть и не малочисленный, сужался до личностей самих монахов. И все они сейчас заперты в монастыре, можно спокойно работать без опасения, что кто-то улизнёт. Значит, нужно проверить каждого на предмет взаимоотношений с настоятелем, прошерстить их прошлое, и провести обычные следственные мероприятия. Дело сложным не казалось, и Сергей почти не сомневался, что они быстро со всем справятся и пробудут здесь недолго.

Задумавшись, чуть не пропустил уютный сквер, где на низкой скамейке удобно устроился Самуил, и мечтательно следил за движением облаков.

Сергей присел рядом. Место было удобное, закрытое зарослями кустов, но тропа, петляющая вдоль стены, просматривалась как на ладони.

- Привет, - поздоровался он, - давно ты здесь?

- Давно уже, монастырь инспектирую, - ответил Самуил.

- В смысле инспектируешь?

- В прямом. Это ты вокруг да около, а я успел заглянуть вовнутрь.

- И как тебя пропустили? - удивился Сергей.

- Пришлось, конечно, потрудиться, лазейки поискать, - ответил оборотень, - их оказалось немало. На территорию я проник через щель под воротами, а в самом монастыре ходов сколько угодно. Строили его, что ли, для котов?

- Ага, индивидуально для котов и под котов! - съязвил Сергей.

- Подвал там огромный, не для котов, конечно, но вентиляция повсюду дырами в стене. Местами они землёй засыпаны, но многие открыты. Стены больно толстые, старая кладка, до метра толщиной. Я блуждал какое-то время, но всё же сориентировался, и вышел аккурат в трапезную. Там как раз все собрались, за небольшим исключением. Исключение покаянный канон читает, и поклоны отбивает. Это у них православной дискотекой называется. Но их всего человека три.

- Не погнали тебя взашей?

- Э, друг, плохо ты меня знаешь! Я паинькой прикинулся, со всеми на молитву встал, мяукал где надо, потом лапу поднял, всех как бы благословил. Умилил братию, мне даже постной баланды налили. Я давился, но хлебал добросовестно, получил ещё плюс в карму. Так что теперь я в монастыре желанный гость!

- Молодец, нечего сказать! - похвалил Сергей, - о чём говорят монахи, слушал?

- Потёрся я конечно между ними, но мало они говорят, на молитву силы берегут. Новый настоятель на круглосуточную всех поставил. И себя не жалеет, поклоны отбивает тысячами! А это, брат, не так уж и просто!

- Про круглосуточную я слышал. Недовольство новым начальством проявляют?

- Нет, как можно! Только перешёптываются о тяготах служения. Но о новом настоятеле отзываются исключительно одобрительно, даже хвалят за строгость. Наверное потому, что времени прошло мало, не устали ещё. Но скоро они взвоют от такой жизни, может языки и развяжутся, и кто-нибудь сболтнёт что-нибудь лишнее. Можешь не сомневаться, я этот момент не упущу! Если рядом конечно буду. Сам хочу, чтобы побыстрее всё закончилось.

- Понимаю, - ответил Сергей. Он оценил, какого незаменимого союзника приобрёл. И спросил, - ты как устроился? Может помощь нужна? Я не хочу тебя рассекречивать, но что-нибудь придумаю.

- Устроился в местной гостинице. Нормально всё, не беспокойся.

- Ну хорошо, - он взглянул на Самуила с любопытством, - я вот всё думаю - куда ты одежду деваешь, когда в кота превращаешься?

Самуил, одетый в строгий чёрный костюм и белую сорочку, загадочно улыбнулся:

- Хороший вопрос! Это моя гордость, собственная разработка! Я придумал, как одежду тоже оборачивать. Она превращается в шерсть, и никаких проблем! Но это только я такой уникальный, у других оборотней всё непросто.

- Так может и мобильник во что-нибудь превращается?

- Нет, с мобильником не получилось, его приходится оставлять, - вздохнул Самуил, - так что помни об этом, если я не на связи, значит ответить не могу. Я автоответчик поставил характерный, ну, ты поймёшь.

- Мобильник сейчас с тобой? - спросил Сергей.

- Нет, в укромном месте.

Сергея разобрало любопытство, и он набрал номер. Через несколько гудков включился автоответчик и раздалось звонкое "Мяу".

- Понятно! - хмыкнул он, - ну что ж, продолжай наблюдение, если кто-то нас видел, говорили о вере, всё-таки обитель Божья.

- Конечно! Об этом не беспокойся! Сейчас тоже в гостиницу подамся, надо бы полноценно перекусить, а то у меня от постной еды изжога. Всё равно сейчас вся братия на службе. К ночи я снова в монастырь проникну, попробую устроиться в келье, у кого-нибудь из самых говорливых.

- Хорошая идея! Успеха тебе! Скоро и мы в монастырь подтянемся, будем прямо в нём обустраиваться, пока следствие идёт. Надеюсь, кельи там есть пустые?

- Сколько угодно! Монастырь рассчитан на несколько десятков человек.

- А как с тобой связываться?

- Я сам тебя найду, - ответил Самуил.

Сергей кивнул и поднялся со скамьи. Ещё немного прошёлся, и решил всё-таки заглянуть в монастырь, представиться и осмотреться. Подошёл к воротам и постучал, но сколько ни ждал, никто не подошёл. - Вымерли там что ли? - недовольно пробурчал он, однако вспомнил, что Самуил упоминал про службу. Должно быть и дворник сейчас в храме, и стук его не слышит. Ему нет нужды постоянно находиться у ворот, раз прихожан всё равно не пускают. - Ладно, никуда вы от нас не денетесь, - недовольно пробурчал Сергей и направился к дому. А там все возбуждённо обсуждали преступление, на Сергея никак не отреагировали. И он тихо присоединился. - А вдруг это какие-то старые криминальные разборки? - высказался Толя, - в монастырях большинство контингента из бывших сидельцев, грешки свои замаливают. - Но зачем голову отрезать? - возражал Женя. - Для антуража! И чтоб вывести на ложный след! Аня добавила: - Или пытали его! Может награбленное спрятал? - В голове награбленное искали? - не унимался Женя. - Нет, следов пыток на трупе не обнаружено, - согласилась Аня, - но и сам процесс отрезания головы ещё какая пытка! ему же живому отрезали, когда он был в сознании! - Эх, банальные мы! - сокрушался Женя, - банальные как дорожные столбы! Ну чувствую я, не простое это дело! А мы всё меряем по своим лекалам, как будто других причин нет! Ну подумайте, это же монастырь, убит настоятель, не алкаш в пьяной потасовке! Сергей вмешался: - Но версии не лишены основания. Аня, когда снимешь у монахов отпечатки пальцев, не забудь прогнать по базе. Вдруг всплывут уголовные связи? Что ещё удумали, пока меня не было? - Да ничего! - с досадой отмахнулся Женя, - упираемся как бараны в уголовные версии, на другие у нас ума не хватает! - Знаешь что, а пожалуй возьмись ка за религиозное прошлое обитателей монастыря! Узнай, кто и где крестился, обстоятельства ухода в веру, перемещения по обителям. И самое главное, смотри, не пересекались ли где с убитым? Может в одну церковь ходили, или Богу вместе служили, учились, посетили одно и то же религиозное мероприятие. Если связь найдётся, будет за что зацепиться. Вдруг преступник прежде держал камень за пазухой, а здесь представилась возможность поквитаться? Тебе, Толя, задание выяснить подробности жизни, так сказать, до Христа. Где родились, учились, сидели, если таковые найдутся. В том числе, проверь самого убитого. Делай запросы, если надо, съездишь в командировку. Мы их всех по косточкам разберём! - Как всегда, - кивнул Толя. Сергей продолжил: - Аня, тебе тоже задание будет. Проверь, может наши подопечные в прошлом засветились где-нибудь среди адептов деструктивных сект? Вполне может быть, что не так уж они и покаялись, а проникли сюда обманом, чтобы творить свои чёрные дела. Вдруг у них задание - осквернить христианский монастырь? Глупо звучит конечно, но чем чёрт не шутит? В деле заметили что-нибудь необычное? Все пожали плечами, Женя ответил: - Если не считать, что само дело необычное, то пока ничего. Мы не успели углубиться, ознакомились поверхностно. А ты как сходил? - Да никак, - отмахнулся Сергей, - прогулялся. Двери монастыря мне не открыли. Расслабились, раз прихожан не пускают, к воротам можно не подходить. - Ничего себе! - возмутилась Аня, - а как мы туда попадём? Через стену что ли лезть? Кстати, ты проверил, на самом деле пролезть нереально? Сергей покачал головой: - Да нет, при желании можно! Обладая навыками альпинизма. Но незаметно точно нет. Я обошёл вокруг, там возле стены даже кусты не растут. Только чуть поодаль довольно уютные скверы, и хорошее место для прогулок, но всё равно, незаметно к стене не подойти, камеры тебя срисуют. - Ты, Аня, не волнуйся, - успокаивал Толя, - если что, у нас телефончики записаны, попадём мы в монастырь! А если что, подгоним трактор и снесём ворота, к чертям собачьим! - Ну-ну, не чертыхайся! - шутливо одёрнула Аня, - мы, можно сказать, в святом месте! Подумаешь, батюшку в жертву принесли, так может это для них дело житейское! - Точно! - воскликнул Женя, - жертвоприношение! Никто до этой версии не додумался? - Или подделка под жертвоприношение, - охладила его Аня, - а нам надо сегодня же туда попасть. Чем быстрей приступим к расследованию, тем лучше. Я не собираюсь тут полгода торчать! И надо бы распорядиться, чтобы мне там помещение под лабораторию выделили. - Прямо там? - Женя взглянул на неё с упрёком. - Нет, знаешь, буду бегать туда-сюда со своими реагентами и микроскопами! Пусть привыкают, что они теперь не святые, а обгаженные по самые уши! - Аня права, - поддержал Сергей, - и на ночь нам следует устроиться в монастыре. Вдруг что увидим или услышим? Местные коллеги правы, на месте проще ориентироваться. Что ни говори, а фигурантов у нас многовато, сходу всех не запомнишь. - Особенно если учесть, что все одеты в одинаковые платья, - добавила Аня, - когда выступаем? - Как только будем готовы. Уже сегодня надо хоть что-то успеть.

Глава 5

Уже через полтора часа все выдвинулись в сторону монастыря на машине. Хоть и близко, но тащить Анину лабораторию в руках никто не собирался. Тем более, что и у остальных были при себе личные вещи, готовились сразу обустроиться на месте.

В этот раз, ворота для них гостеприимно распахнулись. Старый седой сторож изобразил приветливую улыбку и сразу отошёл в сторону, сильно прихрамывая.

А их встречал высокий статный священник. Было ему не больше тридцати лет, лицо, обрамлённое немного вьющимися тёмными волосами и аккуратно подстриженной бородой, сохраняло выражение религиозного экстаза. Движения резкие и размашистые, что не соответствовало положенному статусу умиротворению.

- Мир вам! - он слегка поклонился, и не услышав традиционного ответа продолжил, - ждём вас с нетерпением! Меня зовут отец Арсений.

Все по очереди представились.

- Ну и сторож у вас, - критически глядя на старика, произнесла Аня, - какой с него толк?

Священник развёл руками:

- Выгонять его никто не будет. Куда он пойдет, инвалид бездомный? Богу все нужны!

- Поди пенсию и пособие по инвалидности монастырь прикарманивает? - едко спросила Аня.

Отец Арсений смущаться не думал:

- Порядки у нас такие! И всё исключительно добровольно.

- Ладно, - вмешался Сергей, - мы сюда не реформу проводить приехали, у нас другая задача, а начнём мы с обустройства в вашем монастыре. На время проведения следствия мы будем жить здесь, среди монахов.

Отец Арсений растерянно взглянул на Аню, а она бойко заявила:

- Лично мне требуется две комнаты. Одна для отдыха, а другая для работы.

- Но как же, негоже женщине жить в мужском монастыре! - дрожащим голосом возразил батюшка.

- А я вам не женщина! - резко ответила Аня, - я при исполнении! Про негоже раньше надо было думать!

На удивление, отец Арсений спорить не стал, вздохнул и смиренно попросил:

- Покройте голову хотя бы, нельзя с непокрытыми волосами.

Аня с вызовом полезла в свою необъятную сумку, пошарила в ней, и вытащила смятую бейсболку. Встряхнула и напялила козырьком назад.

- Так хорошо?

Священник сдержанно кивнул. Однако все заметили, что когда он смотрел на Аню, то взгляд теплел, и это делало его настоящим красавцем сердцеедом. Однако, стоило ему отвернуться, как девушка будто переставала для него существовать, и облик его неуловимо менялся, становился сухим и сдержанным.

Заговорил с Сергеем, как со старшим группы:

- Исповедь сегодня вечером, для всех. Накануне я дал послушание Покаянный канон читать и усердно молиться, если не за свои грехи, то за того, кто злодеяние сотворил. Уверен, что Господь тронет его сердце!

- А как же тайна исповеди? - вмешалась Аня, - если он признается, Вы ведь обязаны молчать?

- Если признается, я грехи ему отпущу, ибо благ и милостив Господь, но после накажу идти к вам с повинной, и чистосердечно каяться уже перед законом. И получить положенное наказание. Богу - Богово, а кесарю - кесарево!

- Сомневаюсь, что признается, - высказался Толя.

- И помышлять об этом нельзя! - горячо возразил священник, - вы здесь люди новые, и духовной жизни не знаете! Грех рвёт человека изнутри, и покоя не даст, доколе он не покается!

- Хотелось бы верить, что всё так просто, - сказала Аня, однако всем видом показывала недоверие, - ну а пока преступник не покаялся, и не пришёл к нам с повинной, мне срочно нужно рабочее помещение. Все находящиеся в монастыре должны подойти ко мне, буду отпечатки пальцев снимать. И Вы тоже!

- Почему я? - опешил священник, - меня же не было, когда злодеяние вершилось!

- Чтобы исключить, если Ваши отпечатки обнаружатся где не надо.

- Хорошо, я понял, - смиренно ответил он, - я тотчас распоряжусь. А вы ступайте пока в трапезную, брат Николай вас проводит и накормит.

Сергей напряжённо вспоминал, были ли в деле отпечатки пальцев? Не могли не быть! Но Аня или решила перепроверить, или лишний раз потрепать всем нервы. Мысленно похвалил и одобрил.

Довольно скоро им всем показали кельи, где они будут жить и работать. Это оказались мрачные полутёмные помещения с полукруглыми сводами потолков. Окон было мало, и те оказались маленькие и узкие, и тонули в толщине стен. Повсюду висели иконы, а в углу располагался небольшой иконостас с лампадой и подсвечниками.

Но в целом вполне удобно, пусть душ и туалет находились в коридоре, зато имелась раковина с водопроводной холодной и горячей водой. Вся необходимая мебель, и даже вай-фай.

Свечи и масло для лампадки можно раздобыть в церковной лавке. Сергей подумал - почему бы и нет? Может такая обстановка поможет ему лучше сосредоточиться? Хотя электрическая лампочка тоже присутствовала.

Бросив сумку с вещами в шкаф, Сергей прихватил папку с документами и направился помогать Ане. Её лаборатория располагалась в конце коридора.

Но оказалось, что помощь уже не нужна, мебель доставили монахи, а аппаратуру занесли Толя с Женей.

Одно из ценнейших Аниных достоинств состояло в том, что она была на редкость неприхотливой, и жизненные удобства ценила очень мало. Практически могла работать на коленке и приносить результат.

Как только она расположилась за столом, сразу дала распоряжение отцу Арсению:

- Через пятнадцать-двадцать минут начинайте присылать своих для снятия отпечатков, и пусть паспорта с собой прихватят! Один заходит, два за дверью, чтобы я за вами не бегала!

Священник степенно кивнул и скрылся за дверью.

Вся опергруппа собралась здесь же. Аня недовольно оглядела их и проворчала:

- А вы что здесь трётесь, заняться что ли нечем?

На что Сергей спокойно ответил:

- Мы уже и занимаемся! Сейчас нам представится первая возможность посмотреть на каждого. А к тебе небольшая просьба, поговори со всеми, хоть немного. Важно увидеть их реакцию, для общего впечатления.

Аня многозначительно кивнула:

- Ну ладно, поговорю, мне не трудно.

Толя с Женей переглянулись, изобразив ужас на лицах. Никто не сомневался, что Аня что-нибудь отчебучит, в своём репертуаре.

Сергей строго проговорил:

- А вы не ехидничайте! И не сидите просто так, записывайте, запоминайте, кто и что? А то потом не разобрать их, все одинаково одеты и бродят не понять где.

Парни кивнули с важным видом и приготовили блокноты.

- И прекратите гримасничать, ещё не хватало в присутствии монахов не удержитесь! - продолжал ворчать Сергей.

- Да ты что, в самом деле! - возмутился Толя, - как будто нас не знаешь!

Сергей и правда знал, что коллеги умеют держать лицо, и всё-таки не нравилось ему их отношение к Ане, пусть у неё и был отвратительный характер, но стоило ли так откровенно ёрничать?

Ровно через двадцать минут, в кабинет вошёл невысокий худой мужичок неопределённого возраста и встал возле двери, смущённо переминаясь с ноги на ногу. Ему могло быть и тридцать пять, и пятьдесят. Сильное жилистое тело угадывалось через чёрный подрясник и выдавало человека, привыкшего к тяжёлому труду. А небольшая лысина, обрамлённая вьющимися светло-русыми волосами, окладистая борода и ясные голубые глаза делали его похожим на Николая Угодника.

Он робко огляделся, неуклюже поклонился и сказал:

- Мир вам. Куда идти?

- Ко мне, - Аня кивнула на стул. А когда он устроился, спросила, - имя!

- В миру Карпов Анатолий Сергеевич, вот мой паспорт, - он положил на стол потрёпанный документ, Аня раскрыла его и с любопытством изучала.

- А здесь меня именуют брат Николай, я уже принял монашеский постриг.

- Вижу, чем-то похож ты на своего тёзку, - задумчиво произнесла Аня, кивнув на икону святителя Николая.

- Так в честь него и назвали!

- Давно в монастыре? - Аня не торопясь переписывала данные паспорта, и говорила между делом.

Брат Николай задумался и ответил:

- Давненько уже, семь с половиной лет! А в этом не так чтобы давно, два года всего.

- Ну и зачем тебе это? - Аня скривившись огляделась по сторонам, - жил бы, да и жил нормально.

- Так нормально и живу! - он развёл руками и улыбнулся, и улыбка оказалась такой доброй, что будь на месте Ани другая женщина, то наверняка бы растаяла. Но Аня была не из таких!

- Это не ты случайно батюшку порешил? - она впилась в него своим фирменным змеиным взглядом.

Брат Николай отшатнулся, улыбка сползла с лица:

- Я? Зачем мне?

- Ну, кто вас тут знает? Может не поделили чего?

- А что мне с ним делить? Бога на всех хватит! Нормальным он был, без закидонов. Я, знаете ли, в своей духовной жизни на разных насмотрелся. И то их никто пальцем не трогал. А с этим жить можно было!

- А если не ты, то кто?

- Вот уж и впрямь! Без меня вроде и некому? - он простодушно рассмеялся.

- Поди теперь то уйдешь из монастыря?

Брат Николай помрачнел:

- Куда я уйду? В миру меня никто не ждёт. Жена умерла, а дети выросли давно, я уже им и не нужен.

- А по профессии кем был? - Аня продолжала задушевную беседу, не торопясь с отпечатками.

- Строитель я, всю жизнь работал. И здесь так же, что построить или отремонтировать, все ко мне идут.

Аня, словно спохватившись, быстро откатала ему пальцы и миролюбиво произнесла:

- Позови следующего.

Брат Николай кивнул и быстро выскользнул за дверь.

Почти сразу в келью-лабораторию вошёл высокий молодой парень с густыми светлыми волосами. У него было красивое нервное лицо и отрешенный взгляд, явно демонстрирующий отвращение к суетности мира. Присел на стул и равнодушно смотрел на Аню большими голубыми глазами.

На вопрос представиться ответил:

- Никита Владимирович Климкин. А сейчас брат Иоанн.

Аня фыркнула:

- Совсем одно и тоже!

Однако новоприобретённое имя парню определённо шло, он и правда напоминал любимого ученика Иисуса.

Она вдумчиво рассматривала его паспорт и неожиданно спросила:

- А ты чего такой опущенный? Обижают?

Вопрос имел явный неприличный подтекст, но парень и бровью не повёл, однако собрался, и вдруг сделался жёстким:

- Нет, с чего бы? А радоваться особо нечему. Сами знаете, что здесь произошло?

- Как к тебе убитый относился?

Брат Иоанн равнодушно пожал плечами:

- Обыкновенно, как ко всем. Он никого особо не выделял.

- Я смотрю, ты из Питера. После случившегося что намерен делать? Домой вернёшься?

Парень опустил глаза и тихо ответил:

- Поеду. Думал, что здесь святость найду, а оказалось, здесь ещё хуже, чем в миру.

- Так ты ж монах поди? Разве так можно, встать и уйти?

- Я не монах, инок. Дали мне время подумать, перед постригом. Теперь я этому рад.

Аня удовлетворённо кивнула и молча откатала ему пальцы.

- Следующего зови!

А следующим вошёл степенный породистый священник с массивным крестом, висящим на толстой золотой цепи.

У него было важное, и даже презрительное выражение лица, черные брови и густая курчавая борода. Округлый живот выпирал под рясой. В келье сразу стало тесно.

- Мир вам! - с достоинством поклонился.

- Заходи, присаживайся, - ничуть не испугавшись его грозного вида, ответила Аня.

Тот взглянул на неё так, словно рассматривал диковинное насекомое, с брезгливостью и презрением. Следователи, сидевшие в разных углах, замерли от предвкушения.

- Садись-садись, что встал?

Священник уже не так уверенно приблизился к стулу и опустился на него осторожно, словно ожидая какого-то подвоха, в виде кнопок на сидении.

- Имя! - коротко потребовала Аня.

- Иеромонах Отец Георгий, - важно заявил он.

- Какой ты мне отец? Имя, фамилия, отчество.

- Синельников Юрий Константинович, - не теряя достоинства ответил отец Георгий и протянул паспорт.

Аня раскрыла его, бормотала и записывала:

- Нижний Новгород, сорок шесть лет.. Семейное положение? - она в упор посмотрела на него.

Священник укоризненно покачал головой:

- Какое семейное положение? Вы, барышня, в монастыре находитесь! Здесь семьи не положены!

- Что, и любовницы нет? - с наигранным изумлением спросила Аня, - а ведь молодой ещё. Не стоИт что ли?

Священник задохнулся от возмущения, огляделся на следователей в поисках поддержки, но те сидели с каменными лицами. Потому, густо покраснев, произнёс с упрёком:

- Вам бы о спасении Души думать, а Вы только о плотских утехах радеете!

Кажется, он собирался продолжить гневную проповедь, но Аня его оборвала:

- Так это ты о спасении Души думал, когда настоятелю голову отрезал?

- Не я это! Христом Богом клянусь! - он быстро и испуганно перекрестился, - Дьявол рыщет среди нас, как волк в овечьей шкуре!

- Так может ты и есть тот самый Дьявол? - Аня смотрела на него не мигая, и отец Георгий дрогнул, вся важность слетела, и теперь он смотрел на Аню с осторожностью, словно ждал удара, и старался его не пропустить.

- Вы все для меня преступники, - жёстко заявила Аня, - пока следствие не закончено, все под подозрением, и ты в том числе.

- Ну что ж, это понятно, работа у вас такая, собачья, - поморщившись ответил он, и с затаённым ехидством произнёс, - я слышал, вы и жить у нас, в монастыре, намерены?

- Тебе что-то не нравится? - невозмутимо спросила Аня.

Священник развёл руками с благодушной улыбкой:

- Да нет, отчего же, милости просим! Только должен предупредить, что для женских персон монастырь не приспособлен, туалет общий, и душ тоже, по коридору, не обессудьте!

- Ничего, мальчики отвернутся! - едко ответила Аня.

- Дак, само собой! Грех то не попустят!

- Можете их разочаровать, ночевать я буду в поселке, так что пусть слюни подберут. Руки давайте! - Аня резко перешла на Вы, и быстрыми профессиональными движениями взялась за его руки.

- Аня, ты превзошла саму себя! - укоризненно произнёс Женя, когда батюшка скрылся за дверью.

- А что такое? - Аня невинно захлопали глазами, - вывела святошу из зоны комфорта, вы сами просили. Неплохо получилось, по-моему, - она взглянула на Сергея ища поддержки, и он одобрил:

- Всё правильно сделала. А вы кажется забыли, что любой из них может оказаться жестоким убийцей? А вот Аня помнит! И всем надо равняться на неё! Зато мы кое-что узнали.

- Что например? - язвительно спросил Толя.

- Да хотя бы то, что убитый держался особняком и близко никого к себе не подпускал. Но и врагов кажется не имел. Но это только на первый взгляд, посмотрим, что скажут другие?

Но больше им не повезло. Следом вошёл пожилой крепкий монах и сходу заголосил речитативом:

- Богородице дево радуйся, благодатная Мария, Господь с тобою, благословенна ты в женах, и благословен плод чрева твоего, яко Спаса родила еси душа наших.. - когда текст заканчивался, он начинал снова, и так до тех пор, пока не вышел из кабинета.

На стол перед Аней лёг паспорт и лист бумаги. Сергей подошёл и прочитал. "Брат Севастьян, принял постриг четырнадцать лет назад, в этом монастыре. Семьи нет. "

Аня пыталась что-то спросить, но её голос потонул в громогласной молитве, монах специально усиливал звучание, как только она открывала рот. Пришлось ей работать молча и быстро.

И следующий с порога завёлся:

- Да воскреснет Бог, и расточатся врази его, да бежат от лица его все ненавидящие его..

Но тут Аня собралась и свирепо воскликнула, перекрыв жидкий голос вошедшего:

- Это ты меня тут за чёрта принял, паскудник?

Монах, высокий и худой, лет сорока, с безбородым лицом и большими карими глазами, вздрогнул и растерялся. Однако быстро перекрестился и изменил текст молитвы:

- Свят, свят, свят, еси Господи, Богородицею помилуй мя!

Так же, как и с предыдущим монахом, листок бумаги с паспортом перекочевали на стол.

- Брат Димитрий, значит, - Аня мстительно посмотрела на него, - ну что ж, я тебя запомню!

И он вдруг зычно заголосил:

- Го-спо-ди по-ми-луй, Го-спо-ди по-ми-луй, Господи поми-и-луй!

Аня откатала ему пальцы и зло произнесла:

- Пошёл вон!

Монах попятился к двери, продолжая креститься и бормотать "Господи помилуй"!

- Чем тебе молитва не понравилась? - удивился Толя.

- Этим псалмом они нечистых духов изгоняют, - пояснила Аня.

Не выдержав, Толя с Женей прыснули, Сергей тоже едва держался от смеха.

Другие обитатели монастыря уже не рисковали таким тонким образом высказывать своё отношение, но вели себя одинаково, продолжая троллить Аню своими молитвами.

Вскоре остались только трудники.

- Вы уверены, что они ни причём? - уточнила Аня.

- Уверены, - уныло подтвердил Толя, - я тщательно просмотрел записи с камер видеонаблюдения, опросил всех, и сторожа в том числе, они в то время спали. И лишь ненадолго выходили в туалет или покурить, крадучись, чтоб никто не видел. Да и крестилка, где совершалось преступление, находится довольно далеко, незаметно не пробраться.

- Надо у них одежду забрать на экспертизу, вдруг она использовалась негласно? - сказала Аня.

Сергей кивнул:

- Занимайся. Неплохо бы их вообще отправить из монастыря, если бы они были прописаны в поселке, так бы и сделал, под подписку о невыезде. Но они же разбегутся кто куда, потом не найдешь. Плохо, слишком много их тут всех, нелегко нам придётся.

Глава 6

После того, как Аня закончила с отпечатками, стала выпроваживать и своих:

- Всё, мальчики, расходимся, мне работать надо. И вы тоже займитесь чем-нибудь полезным.

- Утром планёрка, - заявил Сергей, - в нашем доме, не опаздывайте.

Коллеги кивнули и разошлись. Сергей, глядя на них, с удивлением отметил их деловитый озабоченный вид. Они явно знали, что будут делать? А вот сам он всё ещё пребывал в прострации, это никуда не годилось, нужно было собраться и начинать работать. И подумав решил, что на сегодня нужно как следует осмотреться и проникнуться атмосферой монастыря. Что ни говори, а он рассчитывал на кота, что тот принесет какие-нибудь полезные сведения. А может и сама исповедь, на которую так надеялся отец Арсений, всё-таки даст ожидаемый результат.

Шёл по коридору со сводчатым потолком, решил, что полезно будет посетить службу, посмотреть на монахов со стороны. Кто как молится, какое выражение лица, позы, кто где стоит? Вдруг что-то почувствует?

Одна из дверей оказалась приоткрыта, через неё доносился голос, слов было не разобрать, только понятно, что это текст какой-то молитвы.

Сергей остановился, открыл дверь шире и увидел небольшой молебный зал, где пятеро монахов стояли к нему боком, повернувшись к иконам. Они не могли не заметить, что кто-то вошёл, однако никто не пошевелился, чтобы полюбопытствовать.

Один читал звучным высоким голосом:

- Помилуй мы, Боже, по велицей милости Твоей, и по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие мое. Яко беззаконие мое аз знаю, и грех мой пред Тобою есть выну..

Сергей слушал заворожённо и не мог пошевелиться.

- Аллилуйя, Аллилуйя, Аллилуйя, Слава Тебе Боже!..

Все монахи размашисто перекрестилась, встали на колени и опустили головы до пола. И выглядело это красиво и величественно. Никакого раболепия и унижения, мало того, Сергею вдруг нестерпимо захотелось к ним присоединиться, он даже почувствовал щемящее чувство зависти, но быстро пришёл в себя и поспешил выскользнуть за дверь.

А монахи всё продолжали падать и падать на колени, бесчисленное количество раз.

Закрыв дверь, Сергей воровато огляделся, поняв, что в коридоре безлюдно и вряд ли кто-то неожиданно появится, тоже перекрестился и опустился на колени, чтобы понять, каково это? Сделал вывод, что с десяток раз он выдержит без труда, но сотни, и даже тысячи вряд ли!

А заодно проникся пониманием силы молитвы, отец Арсений был прав, когда уверял, что трудно грешнику не покаяться. Сергею вдруг на ум стали приходить случаи, когда он был не прав, и его охватил нестерпимый стыд.

- Тоже, что ли, на исповедь сходить? - пробурчал он. Набрал воздух в лёгкие, словно готовясь к прыжку, и искренне произнёс, - прости меня, Господи!

Выдохнул и прислушался к себе. Удивительно, ему и правда стало легче.

Нет, надо это прекращать, - журил он себя, - ещё не хватало самому впасть в религиозность!

Спустился в храм. Удивительно было наблюдать за службой без прихожан, где стояли одни строгие монахи. Они все казались удивительно красивыми, но различить, кто есть кто, Сергей не мог, хотя многих уже запомнил.

И всё же, одна женщина здесь появлялась. Аня заявлялась бесцеремонно, выхватывала монахов по одному и уводила за собой. Через некоторое время приводила и забирала следующего. Кепка со сдвинутым набок козырьком придавала ей задиристый вид.

Аня развернула бурную деятельность, значит к утру будет хоть какой-то результат.

Сергей поискал взглядом кота, но не нашёл. Или он не смог проникнуть в храм, или где-то затаился.

Решил, что лучше вернуться в келью, и дожидаться окончания службы там. Кто знает, может грешник покается, и они вместе, надев на него наручники, вернутся домой.

Но прежде, дошел до церковной лавки и купил пару десятков свечей, чтобы устроить у себя мистическую атмосферу.

Вошёл в келью, расставил их в медных подсвечниках и зажёг. Тут же вспомнил, что давненько не курил, но и не тянуло, что удивительно.

Сергей лёг на жёсткую постель, прямо на грубое, хоть и чистое покрывало, собрался подумать и разложить по полочкам события прошедшего дня. Но в голове, вместо этого, зазвенел высокий сильный голос:

- Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй мя! Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй мя! Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй мя!

И на автомате Сергей вдруг оттараторил скороговоркой:

- Слава Отцу и Сыну, и Святому Духу, и ныне, и присно, и во веки веков! Аминь! Тьфу ты! Наслушался! Уже в печёнках застряло!

Отмахнулся от назойливых голосов в голове, и снова попробовал сосредоточиться на деле, но вдруг в келье стало происходить что-то невообразимое. Огонь в свечах колыхнулся, а лики на иконах словно ожили и разом повернулись в его сторону, и сами иконы пришли в движение, и стали раскачиваться, каждая в своём ритме и в разные стороны.

- Что за чертовщина? - пробормотал Сергей, ему стало жутко.

Какая-то неясная тень приблизилась к изголовью его постели. Сергей вскочил, тень метнулась к выходу, приоткрыв дверь.

Сергей ринулся следом, стремительно догоняя по коридору тёмный силуэт, тот убегал в сторону лестницы и по пути уменьшался в размерах. И вот, Сергей увидел на стене знакомую тень.

Он, если кого-то преследовал, двигался со скоростью и неотвратимостью беспощадного охотника, и в несколько шагов настиг жертву и схватил за шкирку.

- Мяаа! - истошно завопил лазутчик.

- Ты пошло животину мучаешь! - раздался грозный голос поднимавшегося по лестнице монаха, - а ну отдай!

Брат Николай вырвал кота из рук Сергея.

- Нашего Тропаря мы в обиду не дадим!

Кот таращил на него испуганные глаза и дрожа всем телом прижимался к груди.

- Переигрываешь, скотина, - чуть слышно процедил Сергей. Монах его не услышал, он гладил кота по вздыбленной шерсти и старался успокоить.

- Что сделала тебе тварь Божья, беззащитная, что ты кинулся на него аки зверь лютый? - с упрёком проговорил монах.

- Гадить повадился, - объяснил Сергей.

- Ну что ж, на то он и кот! Не понравился ты видать ему, ещё ни разу не слышал, чтобы Тропарь где-нибудь нагадил.

- Да ладно, не убил бы я вашего кота, - примиряюще ответил Сергей, - носом натыкал бы в назидание, ничего бы с ним не случилось.

Он повернулся и пошёл обратно, оставив монаха в обществе оборотня. Снова лёг в постель, и не заметил, как задремал. Однако вскоре его словно подбросило. Исповедь! Нельзя спать! Он первым должен узнать, есть ли результат? Посмотрел на часы и вздохнул с облегчением, прошло всего десять минут. Сел на кровати и увидел Самуила, тот, как ни в чём не бывало, сидел на стуле и подпиливал ногти маленькой пилочкой.

- Спи дальше, что подскочил? - невозмутимо произнёс он.

- Ничего не хочешь мне сказать? - Сергей жёстко смотрел на оборотня, - с какой стати ты вздумал меня пугать?

- А почему бы и нет? В договоре сказано, что я обязан помогать в расследовании, но не про то, как я должен обходиться с тобой в свободное время.

Сергей подскочил стремительным рывком и схватил оборотня за горло:

- А ещё, в договоре не сказано, что я не имею права тебя придушить за каверзы. Тогда он расторгнется сам собой, тетрадь давать будет некому!

- Перестань! Задушишь! - захрипел Самуил, как он ни барахтался, но не мог вырваться из мёртвой хватки Сергея.

Тот отпустил руку и пригрозил:

- Запомни, кошак драный, будешь ещё пакостить, я тебя за хвост и об угол!

- Всё-всё, я понял, - испуганно запричитал Самуил, - обещаю, я больше не буду!

- И кровью подпишется? - Сергей смотрел на него, склонив голову набок.

Оборотень побледнел:

- Не веришь?

- А есть повод тебе верить? Я не знаю, какие колдовские гадости у тебя ещё в арсенале!

- Подпишу, если надо, только моё слово и так закон. Это вам, людям, доверять нельзя, особенно ментам.

- Ну-ну, - Сергей усмехнулся, его гнев уже остыл, - кстати, я так и не спросил, что было бы, если бы я нарушил договор?

- Ничего особенно страшного, для тебя. Это не та клятва, которая способна забрать жизнь или лишить здоровья, - Самуил кисло усмехнулся, - но власть над тетрадью ты потеряешь, и мне достаточно зайти в твой дом и забрать её.

- Вот оно что! Выходит, мне не выгодно нарушать договор, хоть я и не собирался. Но где же логика? Выходит, это тебе выгодно, чтобы я сорвался?

Самуил неожиданно смутился:

- Нет, я тоже кое-что теряю.

- Что например?

- Магические способности сроком на два года, и это неприятно. Но это если я решусь забрать тетрадь.

- А если не решишься?

- Тогда нет, но к чему тогда вся эта заварушка? А за два года может произойти что угодно, я вообще могу погибнуть, у меня, видишь ли, есть серьезные враги. Да и ты можешь забрать тетрадь обратно. Словом, всё сложно. И всё-таки, я бы забрал, риск оправдан. Зачем эти разговоры? Давай просто выполним договор, и не будем создавать друг другу ненужные проблемы. Так лучше для нас обоих!

- Да я, в общем, не против, чисто теоретически интересовался. Ладно, постараюсь тебе поверить, что пакостить не будешь. Давай лапу! Мир?

Сергей протянул руку, и Самуил был вынужден её пожать.

- Я уже не буду спрашивать, почему ты не в храме и не подслушиваешь, что говорят на исповеди?

Самуил виновато потупился:

- Не смог пробраться, как ни старался, ни одной щели там нет! А в двери меня не пустили. Извини!

- Ладно, ничего не поделать, хоть и жаль.

- А знаешь, ты легко мог бы стать оборотнем! - Самуил смотрел на Сергея с тревогой, - только кошачья шкура тебе бы не подошла, скорей волчья.

- Это уж точно! - с удовлетворением согласился Сергей, - не кошак я нисколько!

- Зря радуешься!. В городе волку не прожить, придётся в лес уходить. Да и в лесу не сахар.

Сергей задумался, Самуил был прав. А тот продолжал:

- Дам тебе добрый совет - не читай заклинания оборотничества даже мельком, ты на грани!

Внутри Сергея похолодело и бросило в жар одновременно:

- А что, есть такие заклинания?

- Конечно! В арсенале твоей покойной тётушки есть что угодно!

- И как их узнать?

- А вот об этом ты думай сам!

- Не знаешь, или не хочешь говорить?

Самуил неопределённо пожал плечами. И Сергей понял, что ответа не добьётся, этим зверем нельзя управлять, он гуляет сам по себе, и держится рядом только из-за контракта. Но вывод сделал - рассматривать тётушкины тетради следовало с осторожностью.

Пока он думал, Самуил легко и незаметно превратился в кота и исчез в углу кельи, там оказалась небольшая дыра в полу.

- Ну и ладно! - немного обиженно произнёс Сергей.

У него появился новый повод для раздумий. Что ни говори, а мысль, что он может превратиться в волка, захватила. Неужели правда? Раньше бы он посмеялся, но сейчас рассматривал её более чем серьёзно. Однако, рассудив здраво, понял, что Самуил всё-таки его обманул, в отместку за своё унижение. Тётушка обязательно предупредила бы, если бы увидела в нём задатки оборотня. Уж она то знала о нём всё!

А жаль! Ради такого случая, он бы не поленился заехать куда-нибудь в глушь, чтобы проверить действие заклинаний. Если есть заклинание оборотничества, то есть и рецепт обратного превращения, иначе и быть не может!

С досадой подумал, что привлечь кота на свою сторону оказалось сложней, чем он в тайне надеялся. Чем-то Сергей и правда ему не понравился, раз тот взялся гадить в тапки. И битьём не поможешь, вообще сделается врагом. С котами можно только лаской. Значит, стоит сделать всё возможное.

Сергей взял телефон и набрал номер Самуила. На удивление, тот сразу откликнулся и холодно произнёс:

- Чего тебе! Вроде виделись недавно.

- Хочу извиниться, может я в чём-то был не прав, и сам не заметил.

- Подлизываешься? - усмехнулся Самуил.

Сергей не стал юлить:

- Вроде того. Могу я чем-то загладить?

- Да ладно, всё нормально.

- Раз нормально, поставлю тебе задачи, чтобы ты не просто так по монастырю шастал. Попробуй узнать, кто с кем из монахов дружен? Какие высказывают подозрения? Как друг к другу относятся?

- Хорошо, я понял, - не слишком любезно, но и не грубо ответил Самуил, - я к обеду подтянусь, отец Арсений всё-таки позволил всем спать с двенадцать до семи. Значит будет у них время для общения. А утром всё равно ранняя служба, опять в храм не попаду.

- Ладно, отдыхай, - миролюбиво произнёс Сергей, - устал поди?

- И тебе спокойной ночи, - ответил оборотень и положил трубку.

Сергей вспомнил про исповедь, время уже было позднее, хоть бы успеть! Быстро подскочил и поспешил в храм. Там, на входе, встретил своих друзей, даже Аня не теряла надежды. Из ворот вышел отец Арсений, все напряжённо смотрели на него. Но у того было измученное лицо и потухший взгляд, он отрицательно кивнул головой и пошёл мимо.

- Вот и всё, - вздохнула Аня, - работаем!

Глава 7

На удивление, спалось Сергею в келье спокойно и хорошо. Даже снились какие-то интересные сны, но проснувшись, он ничего вспомнить не смог.

Взглянул на монитор телефона, было восемь часов утра. Пора вставать и выдвигаться на планёрку, которую сам же и назначил.

Быстро поднялся, привычными движениями заправил постель, и вышел в коридор умываться. Надеялся, что в душе конкурентов не будет, однако очень удивился, встретив там монахов. Они были молчаливы и подавлены.

- С добрым утром! - бодро поприветствовал Сергей, - что не на службе?

В ответ они промолчали и хмуро опустили головы, разговаривать явно не хотели, не только с ним, но и между собой.

Сергей решил, что у них уже языки опухли от молитв, у него бы точно опух, и не стал навязываться с разговорами.

Быстро ополоснулся и пошёл одеваться. По пути его догнали Толя с Женей.

Они вышли на улицу и озадаченно огляделись. С вечера погода испортилась, дождь лил всю ночь не переставая, и сейчас серое небо сыпало мокрыми брызгами монотонно и уныло.

Женя поёжился:

- И зонты не взяли. Кто ж знал, что понадобятся?

- Да ладно, не сахарные! - бодро откликнулся Толя.

Все посмотрели в сторону машины, а потом оценили разбитую дорогу, где ямы уже до верха заполнились грязной водой, и поняли, что лучше пешком

- Идём, что стоим? - скомандовал Сергей, - тут всего минут десять, правда что, не растаем.

И они пошли, чвякая ботинками по липкой грязи и осторожно обходя глубокие лужи.

Когда пришли в дом, Аня их встречала свежая после душа, одетая в короткий махровый халатик, и выглядела очень мило и по-домашнему.

На её фоне все почувствовали потребность сбросить с себя промокшую от дождя форму, пропахшую ладаном.

Однако, Сергей собрал их не для того, чтобы расслабляться.

- Что скажешь, Аня? - деловым тоном спросил он.

И Аня сразу подобралась, снова превратившись в эксперта и стерву.

- По существу могу доложить, что пока вы слонялись по коридорам и бездельничали, я успела заглянуть к каждому обитателю монастыря, и проверить их обувь и одежду на наличие следов крови. Как известно, все они утверждали, что на место преступления не заходили, и в кровь никто не вляпался. Однако кровавые следы в крестилке всё же были. Об этом свидетельствуют снимки с места преступления.

Все слушали в напряжённом молчании, никто не перебивал и не переспрашивал. Знали, что Аня этого не выносит и обязательно устроит базар, который затянется надолго.

- Так вот, мальчики, вынуждена вас разочаровать! Нигде ни кровиночки! Ни на одежде, ни на обуви, ни в кельях. Возможно, что-то было на земле, но теперь искать бессмысленно. Дожди здесь льют уже неделю, с небольшими перерывами.

Аня замолчала и пытливо уставилась на коллег.

- Что скажете? - спросил Сергей.

Женя тяжело вздохнул и произнёс:

- Только то, что мы имеем дело не с сумасшедшим, а с умным и расчётливым преступником, который заранее и тщательно всё продумал. Значит, готовился к преступлению. Совершив которое, спокойно переоделся и наверняка успел уничтожить окровавленную одежду и обувь.

- И времени у него было достаточно, - заметил Женя.

- Точно! - подтвердил Толя, - тут у них, под монастырём, такие катакомбы, что до времени можно спрятать что угодно!

- Ты что, там был? - оживилась Аня, - а там случайно нет подземного хода в другой конец города?

- К сожалению, нет! - Толя развёл руками, - и да, я там был, и не слонялся по коридорам без дела, как ты изволила выразиться. А взял сторожа за жабры, и заставил мне всё показать. Он все ходы и выходы знает. Уже известно, что никаких потайных коридоров за территорию монастыря не существует, и до нас это проверили, но я как раз искал возможные спрятанные улики. И если они там и находились, то уже нет. Всё тщательно осмотрел и даже обшарил - увы! А ты ещё надеешься, что преступник кто-то посторонний?

- Да все они такие святоши, аж противно! - фыркнула Аня, - я даже представить не могу кого-то из них хладнокровным убийцей!

- На этой положительной ноте изложите мне свои версии, - потребовал Сергей.

Все изрядно приуныли, преступление без улик оказалось гораздо сложнее, чем они рассчитывали.

Первым заговорил Женя:

- Я всё-таки склоняюсь к версии, что среди монахов затесался лазутчик, чтобы совершить громкое жертвоприношение, и осквернить святую обитель. Конечно, он готовился заранее и всё предусмотрел. В этом отношении, его нельзя назвать сумасшедшим.

Но Аня возразила:

- А я считаю, что это месть! Кому-то наш батюшка изрядно насолил, кому-то, кто плевать хотел на покаянные молитвы и исповеди. И это сильно! Преступник с железной волей и такими же намерениями. Он нисколько не сомневается в своей правоте.

Сергей спросил:

- Аня, ты успела проверить их на деструктивные секты?

- Пока нет. Но лично я убеждена, что те же сатанисты не способны на такое! Нет, убить то они могут, и даже с сатанинской жестокостью, но чтобы иметь такие железные нервы, и нигде не проколоться, это вряд ли! Видала я таких, как правило, все наркоманы!

- А ведь верно! - согласился Толя, - мне тоже доводилось! Истерички и наркоманы, и у половины диагноз из психушки. Поднимаю руку за Анину версию! - он демонстративно поднял руку.

- Пожалуй, и я соглашусь, - заявил Сергей и тоже поднял руку.

- Наверное, ты права, - неуверенно произнёс Женя, - логика есть, - и тоже поднял руку.

- Резюмирую, - произнёс Сергей, - с этого дня начинаем тщательно копаться в прошлом монахов. И общаться с ними надо! Кто-то о ком-то наверняка знает и может невольно выдать ценную информацию. Кто-нибудь уже установил контакт?

- Да как его установишь! - возмутился Женя, - у них же рот не затыкается, всё время молятся, молятся! Невозможно работать!

Сергей задумался:

- Что-то они с утра какие-то пришибленные, и не на службе. Позвоню ка я отцу Арсению!

Аня прыснула:

- Этот отец младше тебя лет на пять, если не больше!

Сергей строго посмотрел на неё:

- Как положено, так и будем обращаться! Если к тебе подойдёт молодой генерал, тоже будешь хихикать и кривляться?

- Ну так это же.. - Аня смешалась.

- Что это же? Есть порядок и этикет, в конце концов! И неплохо бы тебе научиться вести себя прилично в чужом доме.

- Всё-всё, я поняла! - прервала его Аня, взмахнув руками, - отец, так отец, мне всё равно!

И Сергей решил, что воспитательная работа проведена, и набрал номер настоятеля.

Через несколько гудков тот поднял трубку, Сергей поставил на громкую связь.

- Доброе утро, отец Арсений!

Тот ответил глухо и безрадостно:

- Доброе утро.

- Мне нужно кое о чём Вас попросить, это важно!

- Я слушаю.

- Не могли бы Вы, пока идёт следствие, ослабить молитвенные бдения? Нам надо общаться, наблюдать за людьми, но как это осуществить, если они постоянно молятся?

И тут отец Арсений сорвался и закричал в трубку:

- Какие ещё молитвы этим нечестивцам! Это не слуги Божьи, а сброд, бомжи с помойки! Им только задницы свои пристроить, чтобы жить тихо-мирно, и ни о чём не заботиться! Вот как можно всеобщей непрерывной молитвой чёрную душу не высветить! Да они недостойны переступать своими грязными ногами порог святой церкви! Больше никаких служб, делайте с ними что хотите!

- Ну-ну, батюшка, что-то Вы погорячились! Вы же воинство Христово! А любая война, это не только победы, но и поражения! И от вас ждут силы и упорства воинов, а Вы при первой трудности сдались и лапки сложили? Нехорошо! - Сергей понял, что просто обязан успокоить слишком горячего священника, - подумайте над этим. Но и нам, всё-таки, надо уладить этот вопрос, чтобы всему было своё время, и молитве, и следствию.

В ответ настоятель напряжённо молчал, а потом растроганно произнёс:

- Спасибо Вам, хоть Вы с Мира, а оказались мудрей меня. Эх, вспыльчивость моя, доколе меня ещё мучить будешь! Я конечно помогу вам, вместе мы одолеем Дьявола!

- Вот и прекрасно! Не сомневался, что мы договоримся. А что касается Ваших подопечных, Вы могли бы что-нибудь о них рассказать?

- Да нет, - с досадой проговорил священник, - я с ними так и не успел толком познакомится, к своему стыду, даже по имени не всех запомнил. Не до того было.

- Понятно. Ну что ж, будем сами разбираться. Удачного Вам дня!

- Благослови Вас Господь! - искренно ответил священник.

Сергей отключился.

- Ну и темперамент у батюшки, однако! - хихикнула Аня.

- Горячий! - подхватил Женя, - для служения в самый раз! Или холодный, но лучше горячий, а не рыба, ни мясо, такие им не нужны!

- Ладно, мальчики, вы тут завтракайте, а я сейчас переоденусь, и поедем в морг. Кто со мной?

- Я, конечно же, - со вздохом ответил Сергей.

- Да что уж там, всем полезно, - заявил Толя.

Но Женя попросил:

- А можно я не поеду?

Его нелюбовь к посещениям морга все знали, Аня с презрением фыркнула:

- Боишься опять?

- Просто дел много, - оправдался Женя, - и что мы там будем толпиться? Вы и так мне всё расскажете.

- Можешь не ехать, и правда, работы невпроворот, - позволил Сергей.

Глава 8

До местного морга, в подвале больницы, их с ветерком и брызгами докатил служебный автомобиль. За рулём сидел Андрей Шаповалов, а его старшие коллеги сослались на занятость. Однако все понимали, что сержант у них на подхвате, для мелких и неприятных поручений.

Возможно поначалу с его стороны и были попытки бунта, всё-таки он успел получить крепкое юридическое образование, но куда худосочному молодому юристу против таких тяжеловесов, как участковый и его помощник? Всё равно что с рогаткой против танка!

И всё же, сержант не роптал, а к старшим коллегам относится с теплотой и уважением.

Докатив столичную опергруппу до морга, остался в машине. Там гостей уже ждали.

Патологоанатома, пожилого невысокого мужчину, с обширной лысиной и внимательными серыми глазами, скрытыми за стеклами очков, звали Николай Степанович.

Он встретил их вежливо, но сразу переключил внимание на Аню, как на коллегу. И по пути успел перекинуться с ней фразами, которые никто, кроме неё, не понял.

Покойника вынули из холодильника. Обретя порядок, тот выглядел уже не так зловеще, как на фотографии, только рубец на шее напоминал о том, что с ним произошло.

Аня склонилась к нему, осматривала профессионально и сосредоточенно. Минут десять она что-то прикидывала, измеряла, порхала вокруг трупа как неугомонная пчела, и делала свои выводы.

Все молча и терпеливо ждали. И наконец, она сняла перчатки и заговорила:

- Ну так вот, мальчики, что я могу сказать. Начну с того, что убийца, к сожалению, самого обычного среднего роста, как большинство подозреваемых монахов. С экспертизой орудия я согласна, скорее всего, это охотничий нож, и орудует он им мастерски. Первый удар был нанесён сюда, - она показала на шею убитого, там и правда рубец был немного шире, - перерезал артерию, кровь хлынула фонтаном, что подтверждается по фото. Вся крестилка была залита кровью, брызги даже достигли потолка. Сам убийца действовал со спины, и кровь на него, скорее всего, не попала. Он перерезал настоятелю голосовые связки, тот был ещё жив, но кричать и позвать на помощь не мог, а безмолвно и мучительно умирал. Убийца не стал ждать, когда он умрёт от потери крови, и продолжал отрезать голову не торопясь, усиливая мучения.

- Верно, коллега! - подал голос Николай Степанович, - разрез нанесён будто слоями, но не хаотично, а спокойно и уверенно, а кость перерублена ровно, одним ударом. Я тоже считаю, что действовал профессионал - мясник, хирург, охотник.. Обычный человек действовал бы более спонтанно.

Сергей спросил:

- А что Вы можете сказать по поводу следов? Вы же были на месте преступления?

- Был, конечно, - закивал патологоанатом, - следы смазаны, рисунок подошвы не просматривается, и с размером обуви ничего не ясно. Я предположил, что убийца был в целлофановых бахилах.

Толя вмешался:

- Так может он орудовал в целлофановых плаще? А что? Тот практически невесомый и кровь через него не просачивается. Потом снял и сжёг, дел на пару минут. Горсть пепла мог смыть в воду и отнести в отхожее место.

- Не исключено, - согласился Сергей, - такие плащи закрывают всю поверхность одежды. Потому Аня следов крови ни у кого не нашла. Есть что добавить? - спросил он у экспертов.

Те пожали плечами.

- То, что настоятель был немного пьян, я указал в отчёте, - сказал Николай Степанович, - убитый был крепок и здоров, но питался скромно, как и подобает настоятелю монастыря.

- Ну что ж, - сказал Сергей, - раз это всё, мы пойдём, и первым вышел из помещения, остальные потянулись следом.

- А ведь не все монахи попадают под определение - среднего роста, - с ехидной улыбочкой заметил Толя. Он конечно вспомнил о брате Димитрии, на которого Аня точила зуб.

Кроме него, выше среднего оказались брат Севастьян, отец Георгий и брат Иоанн. А трое из пяти трудников были ниже, что только укрепило уверенность в их невиновности. Да и сторож не мог убить, его хромота сразу выдала бы по следам, и скрученные артритом пальцы не могли принадлежать сильному и хладнокровному убийце. На него и сразу никто не подумал, его ослабленный и безобидный образ не вязался с таким жестоким преступлением.

- Мы можем исключить высоких братьев, если убийца был один, а не орудовал с помощником, но если так, то все по-прежнему под подозрением, - заметил Сергей.

- Точно! - Аня многозначительно кивнула.

- Трудно с такими подозреваемыми, социального статуса у них нет, можно сказать. Мы проверим, конечно, трудовые книжки, и будем надеяться, что в прошлом кто-то был профессиональным врачом, или охотником, но я почему-то сомневаюсь, что что-нибудь найдём.

- Интуиция подсказывает? - ехидно спросила Аня.

- Подсказывает. Ладно врач, но что если это специалист по резанию кур или свинок в деревне, или когда-то занимался фехтованием?

В машину они сели озадаченные не меньше, чем когда вошли в морг.

- Как вам наш морг? - жизнерадостно спросил сержант.

- Морг как морг, - проворчала Аня, - нашёл достопримечательность!

- Не скажите! - немного обиженно возразил Андрей, - в морге у нас полный порядок! И сотрудники квалифицированные и непьющие!

- Это есть! - согласился Сергей.

- Куда вас теперь?

- В монастырь давай, - со вздохом ответил Толя,- куда же ещё?

Через пять минут машина остановилась у ворот монастыря.

А там царило радостное оживление. Монахи приветствовали их с улыбками и почтительно кланялись.

- Чтой то с ними? - с подозрением оглядываясь, спросила Аня.

К ним прямым ходом направлялся брат Севастьян:

- Мир вам! Слава Богу, что послал вас к нам в помощь. К нашему стыду, среди нас не нашлось мудрых успокоить и вразумить отца Арсения! Но Господь действует через кого захочет, видать показывает, что обязаны мы всеми силами вам помогать.

- Что решили с вашими молитвенными служениями? - спросил Сергей.

- Каждый день вечеря и литургия, хоть и без причастия, - он взгрустнул, - а в остальное время, мы в вашем распоряжении.

- Вот и отлично! - порадовался Сергей, - а пойдём ка, брат Севастьян, в мою келью, проговорим!

Тот кивнул и направился следом за Сергеем и Толиком. Аня с ними не пошла, свернула в свою лабораторию, а Женя всё ещё работал с компьютером у себя.

А в келье у Сергея, на куске картона, уже был выложен список обитателей монастыря:

1) Александр 47 лет

2) Андрей 39 лет

3) Афанасий 27 лет

4) Варфоломей 36 лет

5) Владимир 34 года

6) Варсонофий 41 год

7) о.Георгий 46 лет

8) Димитрий 42 года

9) Иоанн 24 года

10) Матфей 29 лет

11) Михаил 52 года

12) Николай 44 года

13) Пётр 33 года

14) Сергий 31 год

15) Севастьян 60 лет

- Присаживайся, - Сергей гостеприимно указал монаху на стул и кивнул на доску, - как видишь, мы тут всё немного структурировали, чтобы лучше вас запомнить. А теперь неплохо бы что-нибудь узнать о каждом. Ты давно живёшь в этом монастыре?

Брат Севастьян степенно кивнул.

- Вот и расскажи нам обо всех по порядку. Когда пришёл в монастырь? При каких обстоятельствах? Чем здесь занимается? Какой имеет характер? С кем больше всех подружился? Вопрос понятен?

Тот задумчиво кивнул.

- Торопиться не надо, рассказывай подробней всё, что вспомнишь. Уж извини, я наш разговор буду записывать на диктофон. Так надо. Есть возражения?

- Да нет, я всё понимаю! Надо, так надо. Вы всех будете расспрашивать?

- Всех. И молитвами вы теперь от нас не отделаетесь.

Монах добродушно улыбнулся:

- Уж простите нас, девушка у вас больно резкая и забавная.

- Девушка, между прочим, отличный специалист в своём деле, - сухо заметил Сергей.

- Да и ладно, за характер её мы потом помолимся, нам бы злыдня найти.

- Начинайте!

- В алфавитном порядке, значит? - Севастьян потирал бороду и сосредоточенно смотрел на доску, - а может с себя начать?

- Собой закончишь, ты в конце списка, - пресёк Сергей, он видел, что брату Севастьяну трудно говорить о товарищах за их спиной.

Монах скорбно произнёс:

- Я всегда думал, что раз покаялся человек, то нет на нём греха. Но выходит, не все искренне покаялись? Ладно, раз обещал помогать, то уж исполню!

Он задумчиво посмотрел на список монахов и начал по порядку:

1) Брат Александр в монастыре уж лет пятнадцать как. Раньше меня пришёл, а что его к Богу привело, я не ведаю, он никогда об этом не рассказывал. По характеру тихий, спокойный, его вроде не видно и не слышно. А может это я мало с ним общаюсь? - он потрясённо произнёс, - а ведь никто о нём ничего и не знает! Да похоже и знать не хочет! Вот так живёт человек рядом, а как помрёт, и нечего о нём вспомнить будет. Он только с отцом Георгием разговаривает, по хозяйству озабочивается. И разве что с братом Николаем, но с ним все рады поговорить. Светлый человек!

2) Брат Андрей наш иконописец. Лет пять назад к святой обители прибился. Он художник, решился иконы писать, да так и остался. Чтоб иконы писать, мало быть хорошим художником, надо чтоб душа была чистая и воцерковлённая. Он женат был, когда в монастырь пришёл, но видать в семье лада не было, а вскоре жена его и вовсе бросила, так и остался у нас, и постриг принял.

3) Брат Афанасий из Сибири. Говорил, что родители его верующими были. Но сам он закончил биологический факультет в университете. В Новосибирске учился. А теперь гоняет нас по огороду, спуска никому не даёт, - монах беззлобно рассмеялся, - ленивых страсть как не любит! К нам пришёл год назад. Кроме светского образования, он ещё и духовное получил, Томскую семинарию закончил. Очень ревнует по Богу. Но из Сибири все такие. Вера у них крепкая, они и на смерть за неё пойдут.

4) Так, Варфоломей - Севастьян немного помолчал, собираясь с мыслями, или подбирая слова, чтобы не сказать лишнего, - ничего плохого о нём не скажу. Только привели его сюда насильно. Брат очень от греха маялся. Наркоманом он был. Отец его сильно просил, чтоб взяли его на послушание, и молились. И денег кажется не пожалел. Брат Варфоломей поначалу бегал из монастыря как заяц пугливый. Но потом, осознавая, что с Богом легче, сам возвращался, каялся. Его опять принимали, молились. И в конце концов, грех от него отступил. Голос у брата Варфоломея уж очень хорош! На клиросе так поёт, что заслушаешься! Но по характеру суетлив и неугомонен. Господи, прости мою душу грешную! - он перекрестился, повернувшись к иконе.

- Потом покаешься, - оборвал Сергей, - продолжай!

5) Владимир перевелся к нам пару месяцев назад, из Ярославля. Там монастырь на ремонт закрыли, а братьев распределили кого куда. Я редко с ним общаюсь, молодой, не по возрасту мне. Да и он не сильно разговорчивый.

6) Теперь, значит, Варсонофий. Этот брат с Крайнего Севера. Там он дальнобойщиком был, пока не надоела жизнь пустая и бессмысленная. Вот Бог его и подобрал, и к нам привёл. Характер у него удивительный! То готов весь мир обнять и согреть, и все к нему тянутся, и греются от его силы и любви великой. Но как пост, так он становится злой и раздражительный. Бегите кто может! - он развёл руками, - не может брат Варсонофий в пище себя смирять!

Следователи с пониманием кивнули. Все запомнили сильного широкоплечего красавца, постная пища такому противопоказана!

А Севастьян тем временем продолжал:

7) Про отца Георгия что сказать? Пришёл он к нам после окончания духовной академии, в Москве учился. И был там на хорошем счету. Думаю, долго у нас не задержится, в Москву опять переведут. Он и сам на это надеется. Но, на всё воля Божья!

- Давно он у вас? - уточнил Сергей.

- Недавно. Полгода всего. Хороший батюшка, устав и службу назубок знает. А это, я вам скажу, большое дело, не каждому по плечу, даже после многих лет службы! Память у него превосходная, и ум острый. С нами в меру строгий, в меру снисходительный, никого попусту не тревожит.

- Такое бывает?

- Всякое бывает, - неопределённо ответил брат Севастьян.

- А про Димитрия что можешь сказать?

8) Брата Димитрия все любят, можно сказать, пылинки с него сдувают! Он у нас регент!

- Это ещё кто? - спросил Толя.

- Хором руководит. Музыкант! Заканчивал Петербургскую консерваторию. Голос у него хоть и не такой зычный, как у меня, но красивый! И братьев петь научил! - на лице Севастьяну появилась светлая улыбка, - хор у нас маленький, шесть человек всего, не всех Бог голосом и слухом одарил. Вот он с ними репетирует, на службах и праздниках прихожан радуют. И всем хорошо. Три года как он у нас.

9) Как раз брат Иоанн у него поёт. Он там самый активный. Нашёл себя, можно сказать. Скучно ему было бы в монастыре, если бы не музыка. Я и сам не понимаю, что его в монастырь привело, такого молодого? А сам не рассказывает. В монахи его пока не постригли, испытательный срок дали. И правильно, лучше так, чем передумает, когда поздно будет.

10) Вот с Матфеем он больше всего и дружит. Это понятно, оба молодые, им общий язык проще найти. Матфей Новосибирскую Духовную семинарию закончил. Но уж больно легкомыслен, и духовное образование вроде как на спор получил. Ну что ж, Господь к Себе разными путями приводит, и не нам судить. Кто знает, может брат Матфей до конца жизни будет Ему служить ревностней, чем другие? Он тоже пока инок, в монахи не пострижен.

Он вздохнул, как будто устал от тяжелого труда, и жалобно посмотрел на Сергея:

- Что-то устал я, люди добрые! Может о других вы потом спросите? Или кого другого?

- С чего это такая усталость? - удивился Сергей, - молиться сутками можете, рот не закрывается. А тут немного поговорил и выдохся!

- Так на молитву Бог силы даёт! Отпустите, Бога ради!

Сергей и Толей в недоумении переглянулись.

- Ну иди, раз устал. В другой раз договорим, - Сергей дал понять, что так просто от него не отстанет.

А сам взглянул на доску. Оставались четверо, и сам Севастьян, и о ком-то из них, исключая Николая, тот явно не хотел говорить. А может и правда утомился.

Когда монах вышел, Толя предложил:

- Может пойдём пообедаем? А то живот сводит.

- Ну пойдём, - согласился Сергей. Он тоже вдруг почувствовал усталость.

Глава 9

Когда вышли из монастыря, заметили в сквере, как раз возле крестилки, тех самых троих монахов, о которых не рассказал Севастьян - Сергия, Михаила и Петра.

На коленях у Сергия пристроился чёрный кот, жмурился на солнышко и шевелил ушами. Увидев Сергея, принялся старательно вылизывать лапы.

Сергей замедлил ход и прислушался. Хоть расстояние до монахов было большим, но до него каким-то неведомым образом донеслись слова Михаила:

- Эх, закончилась наша спокойная жизнь!

- Значит Господу угодно послать нам испытание, - строго произнёс Сергий в ответ.

Пётр, тяжело вздохнув, сказал:

- Или Дьявол никак не отступит.

- Ты чего там застрял? - окликнул Толя.

И Сергей поспешил следом.

А в доме уже все собрались за обедом. Сергей рассказал о странном поведении Севастьяна.

- А я знаю, почему он свинтил? - вдруг заявила Аня.

Все смотрели на неё с ожиданием, но Аня не торопилась, сначала с удовольствием доела вкуснейший наваристый борщ, и все за ней заворожённо наблюдали, и только потом изволила пояснить.

- Эта троица - Синицын Пётр Валерьевич, Проскудов Михаил Иванович и Воронцов Сергей Андреевич вместе отбывали наказание в колонии общего режима под Астраханью. Проскудов рецидивист, пять раз привлекался за мелкие кражи, он из тех, кто только выйдет, украдёт сумку на вокзале и сразу в тюрьму, это его дом родной. Справедливости ради стоит заметить, что другого дома у него нет, а бомжевать не любит, вот и пристраивается на казённых харчах. Синицын сидел за сутенёрство, мало ему дали, в приговоре указано, за сотрудничество со следствием. А Воронцов отбывал за хулиганку. Он дольше всех. Вышли в разное время, однако все оказались вместе. Последним освободился Воронцов, четыре года назад.

- Но статьи то не мокрушные, - Толя задумчиво потёр висок, - такие кадры редко идут на убийство, разве что по бытовухе.

Но Женя возразил:

- Но именно они могли сговориться и организовать убийство, это самые реальные кандидаты в подозреваемые! Кто знает, может батюшка им сильно насолил?

Аня поморщилась:

- Не вижу логики. Если бы был хоть какой-то корыстный мотив, я бы сама ухватилась за эту версию! Но чтобы эти чморики оказались коварными мстителями, верится с трудом.

Сергей предположил:

- А может их кто-то заставил? Проигрались, или должны кому-то, или поддались на шантаж? Да мало ли мотивов?

- Это точно, - поддержал Толя, - будем выяснять. Не плохо бы их задержать поначалу, чтоб не сбежали.

- А пусть бегут! - азартно воскликнула Аня, - поймаем и тогда уж спросим по полной, считай, приговор себе подписали!

- Я согласен, - сказал Сергей, - а пока, не плохо бы связаться с начальником колонии, где они отбывали. Аня, в деле есть телефон?

- А то! Вот, я тебе выписала, и имя начальника. Так что дерзай!

Она покопалась в своём Айфоне и переслала Сергею данные.

Он не надолго задумался, глядя на экран смартфона, а потом набрал номер. Никто не ждал, что получится сразу дозвониться, тем более, что номер был служебный, стационарный, а не сотовый. Однако, через пару гудков, из трубки послышалось хриплое:

- Слушаю!

- Константин Сергеевич?

- Ну, - не слишком приветливо ответил голос. Сергей поставил на громкую связь и представился. Голос немного потеплел.

- Чем могу помочь?

- Мы расследуем убийство настоятеля мужского монастыря. И среди подозреваемых фигурируют трое монахов, они все отбывали у вас наказание.

- Вот оно что! - поражённо воскликнул Константин Сергеевич, - и кто эти герои?

Сергей назвал, и в трубке повисло тягостное молчание, Сергею даже пришлось его прервать.

- Вы меня слышите? Можете что-нибудь о них рассказать?

-Да, конечно, - словно выйдя из ступора ответил собеседник, - помню я эту святую троицу. У нас до сих пор их помнят.

- Почему святую? - уточнил Сергей.

- В прямом, самом хорошем смысле. Ходит тут к нам батюшка местный, мы ему даже помещение по церковь выделили, чтобы службы проводил, крестил желающих, ну и для других церковных нужд. Так вот, эти трое не просто к нему пристроились, а по-настоящему уверовали. Даже стали примером для других. Знаете, многие просто от скуки ходят, или из выгоды. Батюшка бывает угощает, и передачи благотворительные приносит. У нас много кто ошивается, каких только религиозных культов нет! Мы не препятствует, в воспитании они помогают, а вреда никакого. А про эту троицу уже было понятно, что они к церкви надолго примкнули. Первым освободился Михаил, до освобождения товарищей он жил при храме, на поселении. Его освободили по амнистии, а последним Воронцов. Его ждали уже вдвоём, они все с батюшкой в церковных службах участвовали, у нас, тут. Но когда все оказались на свободе, то уехали и выпали из поля зрения правоохранительных органов. Значит, монахами стали? Не удивлён! А точно они убийцы?

- Не точно, - вынужденно признал Сергей, - подозреваемых целый монастырь, слишком много фигурантов, но только они сидевшие. Сами понимаете, таких прежде всего проверяем.

- Это я понимаю, - согласился Константин Сергеевич, - но не думаю, что это они, ищите кого-то другого. Не потому, что святошами прикинулись и смогли меня обмануть, но характер у них не тот. Слишком мягкотелые что ли, такие не убивают, даже по пьяни. Поверьте моему опыту, я много убийц на своём веку повидал.

- Понятно, - немного разочарованно ответил Сергей, - сейчас я отправлю Вам фото убитого, посмотрите, может заезжал в ваши края?

Он переслал фото убитого настоятеля. Но начальник колонии сказал, что никогда его не видел.

- Тогда может дадите мне телефон вашего священника? Вдруг он сможет нам помочь?

- Конечно, я спрошу, но быстро не обещаю, батюшка в схиме сейчас, молится. До завтрашнего утра его бесполезно тревожить, он и на звонки не отвечает.

- Ладно, до утра мы подождём, спасибо за содействие!

Они попрощались.

- Я же говорила! - воскликнула Аня, - помню я их! Они больше на бомжей похожи, чем на монахов! Кишка у них тонка на такое серьёзное дело! Могли случайно убить, но чтобы так зверски и хладнокровно - не верю!

- Аня, ты забываешь про обстоятельства, - строго напомнил Женя.

Но Аня пренебрежительно отмахнулась:

- Зарезали бы из-за угла, а потом ныли бы и каялись.

Сергей тоже не был так уверен, что они напали на след, и с досадой поморщившись произнёс:

- Ладно, будем проверять, выяснять, вдруг что-нибудь всплывёт? Работаем как обычно.

- А вдруг они и правда сбегут, пока мы тут трапезничаем? - с надеждой подхватил Толя.

Они спокойно приступили к еде.

- Кстати, - сказал Толя, - вы помните кота, который по монастырю шастает?

- Ну и что? - все посмотрели на него удивлённо, а тот обратился к Сергею, - помнишь, у твоей двери тёрся, в точности такой же! Ты тогда пнул его с лестницы. Всё время смотрю на него, и не могу отделаться от мысли, что это тот же самый кот.

- Я его не сильно разглядывал, - Сергей равнодушно пожал плечами, - и тем более отпечатки лап не снимал. Тебе что, делать больше нечего, кроме как за котами следить?

- Да нет, просто удивительно, - растерянно ответил Толя, - монахи его так странно назвали - Тропарь! Наверное это что-то означает по церковному?

Аня пояснила со знанием дела:

- Так называется короткое песнопение, посвящённое празднику или какому-нибудь святому.

- Откуда ты всё знаешь? - удивлённо спросил Женя.

- Да так, - Аня неожиданно смутилась, - бабушка у меня была религиозная, и меня пыталась приобщить.

- Ключевое слово - пыталась! - хмыкнул Сергей.

И остальные ехидно заулыбались.

- Зато я здесь хоть что-то понимаю, в отличие от некоторых! - огрызнулась Аня.

- А коты, кстати, часто бывают похожи, - заметил Женя сменив тему, - у меня когда кот умер, я часто видел на картинках, и даже вживую, в точности таких же. Может он мне так весточку с того света подавал? Коты, они же очень таинственные существа, - он погрустнел.

Аня посмотрела на него с сочувствием и бодро произнесла:

- Ладно, мальчики, не будем о грустном, доедаем, и едем задерживать святую троицу!

Они так и сделали, но прежде связались с местным полицейским участком, чтобы там приготовили камеру для задержанных.

К большому сожалению, монахи и не думали сбегать или оказывать сопротивление, а покорно понурившись побрели вслед за представителями власти.

Только Михаил обернулся на сгрудившихся рядом монахов, потрясённо наблюдавших за задержанием, и крикнул:

- Молитесь за нас, братья! Не виноваты мы!

- На всё воля Божья, - Севастьян степенно их перекрестил, - если нет на вас вины, то испытание во благо будет.

- Спаси Господи, брат! - крикнул в ответ Пётр.

К Сергею стремительно подошёл отец Арсений:

- Это они убили? Вы уверены?

- Нет, не уверены, - хмуро ответил Сергей, - задержали до выяснения.

- Жаль! - настоятель болезненно поморщился, - я уж было обрадовался, хоть и грешно это. Но всем уже хочется, чтобы поскорее закончился этот кошмар, уже не важно, кто окажется убийцей? Значит, наши испытания продолжаются?

- Посмотрим, - неопределённо ответил Сергей.

Глава 10

Поздно вечером, когда все обитатели монастыря стояли на службе, Сергей уединился в своей келье. День был напряжённым, и ему хотелось отдохнуть и подумать в тиши.

Однако, не тут то было! Едва он зажёг свечи в медных канделябрах, как всегда делал, и прилёг на постель, как через щель в полу проскользнул кошачий силуэт. Устроился на стуле, согнулся пополам, и стал расти.

- Привет, - недовольно поздоровался Сергей, - принесла тебя нелёгкая.

- Разве ты не рад меня видеть? - невозмутимо ответил Самуил, - а я всегда счастлив пообщаться с приятным человеком.

- Что-нибудь узнал?

- В этот раз я думал, что это ты меня порадуешь! Вы же нашли убийц?

- С чего ты взял? - Сергей недобро прищурился.

Монахов успели допросить, но толку не добились, и потому он был раздражён. Выяснили, что в тот день, когда убили настоятеля, они выполняли послушание колоть дрова. Очень устали и спали без задних ног. Аня пыталась предположить, что из-за тяжелого труда на священника затаили обиду. А может настоятель был несправедлив, и спровоцировал агрессию? Но в ответ Сергий спокойно возразил, что колоть дрова гораздо приятней, чем ковыряться в огороде под грозные окрики брата Афанасия. А работы они не боятся. И рады были остаться одни, когда им никто не мешал и не контролировал, в том числе, сам настоятель.

Охотничьих ножей у них не обнаружили. Так или иначе, оставили до утра, в камере.

Самуил удивлённо пожал плечами:

- А зачем тогда арестовали? Просто так? Это у вас так принято, всех подряд в камеры кидать?

Сергей терпеливо пояснил:

- На основании того, что они вместе отбывали наказание, и могли совершить преступный сговор. А задержали до выяснения, чтоб не сбежали.

- Только из-за этого? - разочарованно ответил оборотень, - теоретически, кто угодно мог совершить преступный сговор.

- Теоретически, монахи могли совершить сговор на совместную молитву, а не на совершение зверского убийства! Но мы тоже сомневаемся в их причастности, слишком не в их характере такое преступление. Но надо же с чего-то начинать, и ворошить это болото! Надеюсь, преступник начнёт волноваться и совершит ошибку. А им к камерам не привыкать.

Самуил покривился.

- А ты бдительности не теряй! - наставлял Сергей, - подслушивай и подсматривай! Ничего не закончилось! Кстати, о чём они говорили, когда ты на коленях сидел?

- Да ни о чём, - презрительно отмахнулся оборотень, - спор вели как им кажется великоумный, с упоминанием Дьявола и Бога, кто в их жизни правит? Уже в монастыре, а всё сомневаются!

- Кстати, если всё-таки мы докажем, что преступники они, то польза от тебя в расследовании сомнительная, мягко говоря.

- Не окажется, - твёрдо заявил Самуил, - не они это, вот увидишь!

Сергей отмахнулся и демонстративно повернулся к стене, дав понять, что разговор окончен. И Самуил ушёл так же тихо, как появился.

Сергей, так и не раздевшись, не заметил, как задремал. Атмосфера кельи успокаивала и умиротворяла. Каких-то светлых мыслей, касаемо дела, в голову не приходило, но по крайней мере, ему удавалось хорошо отдохнуть. Тоже хлеб для нервной работы.

Но этой ночью отдохнуть не довелось. Когда сон был особенно крепким, его грубо прервал громкий стук в дверь.

- Сергей Николаевич! Откройте! Беда, беда у нас!

Сергей подскочил как ужаленный.

На пороге стоял брат Александр, его бесцветное лицо исказили страх и страдание. Сергей сразу понял, что произошло что-то ужасное, сродни убийству настоятеля.

- Что случилось? - жёстко спросил он.

- Брат Варфоломей повесился! - слезы душили монаха и не давали говорить.

- Как повесился? Где?

- В келье у себя! - задыхаясь и всхлипывая ответил Александр.

Сергей взял его за руку, завел в келью и посадил на стул. А сам присел напротив и приготовился слушать.

Брат Александр рассказал:

- На службу сегодня не пришёл, а как она закончилась, отец Арсений послал меня узнать, может заболел брат Варфоломей, или случилось что? А я замешкался, пока в храме прибирался, подсвечники чистил, и освободился только за полночь. Даже подумал, что может не стоит беспокоить брата Варфоломея так поздно? Поди уже спит? Видите, погода какая? Дождь, сырость, а брат Варфоломей слаб здоровьем. Но всё же я вспомнил, как отец Арсений гневается, если его послушания не выполняют как положено. И пошёл. И подумал ещё, что брату Варфоломею помощь может понадобиться! Захожу в келью, а он там висит!

- Дверь в келью открыта была?

- Открыта, мы никогда не запираем, порядок такой. Я конечно стучал, много раз, но брат Варфоломей не отвечал. Подумал, что в келье нет никого, но хотел убедиться, чтобы отцу настоятелю честь по чести доложить, и приоткрыл дверь. Как же так то! Грех то какой! Как же можно самому себя жизни лишить! Ведь теперь его, монаха, ни отпеть, ни похоронить по-человечески нельзя! Выходит, это он батюшку убил? Совесть нечистая до позорной гибели довела? Свят Господь Бог наш! - он перекрестился в инфернальным ужасе.

Сергей не прерывал этот словесный поток, брат Александр был в шоке, он это понимал.

- Ты успел кому-нибудь рассказать?

- Не! Никому! Сразу к Вам побежал!

- Сейчас я Аню вызову, а ты посиди тут, успокойся. Настоятель в монастыре живёт?

- Нет, он рядом, в доме возле монастыря! Позвать его что ли? Я позвоню!

- Ане скажу, она за ним зайдёт.

Сергей протянул брату Александру стакан воды, хотя давно подозревал, что ему привычней вино. Но ничего крепче под рукой не оказалось. Брат Александр сидел с низко опущенной головой и что-то горько бормотал, Сергей прислушиваться не стал.

А уже минут через двадцать Аня деловито вступила в келью брата Варфоломея, в сопровождении отца Арсения, которого то ли успела привести в чувство, то ли он в стрессовой ситуации и сам умел собраться. Потому был сдержан и контролировал свои эмоции.

Толик и Женя осторожно сняли тело и положили на стол.

Аня осмотрела шею и присвистнула:

- А вашего брата Варфоломея то повесили! И речи не может быть, что это самоубийство!

- Вы точно уверены? - настороженно переспросил отец Арсений.

- Если сказала, что повесили, значит повесили! - раздражённо прикрикнула Аня.

- Слава тебе, Господи! - брат Александр рухнул на колени, крестился и плакал от облегчения.

- Спасибо Вам, Аня! - растроганно поблагодарил отец Арсений.

- Чего хорошего то? - проворчала она, - в монастыре второе убийство!

- Завтра помолимся за убиенного брата Варфоломея! Смерть, это не так страшно, все под Богом ходим! - торжественно произнёс настоятель.

- Маньяки! - тихо пробурчал Аня, но на неё смотрели с благодарностью и умилением.

- Когда вы его видели в последний раз? - спросил Сергей.

На удивление, брат Александр быстро пришёл в себя, и даже повеселел.

- А ведь вспомнил я! - поражённо воскликнул он, - за вечерней трапезой вполне здоров был! Как же решили, что он заболел вдруг, внезапно?

- Внезапно можно упасть и шею сломать, - заметила Аня.

- Это так, - согласился Александр, - я видел, как он шёл в свою келью, перед службой мы все идём приготовиться и облачиться.

- Ты тоже в келью пошёл? - спросил Сергей.

- А я нет, сразу в храм направился, распорядиться как надо, перед службой. Там трудники уборкой занимались.

- Кого-то ещё видели по пути?

Брат Александр задумался:

- Во дворе, перед храмом, брата Севастьяна видел, он о чём-то с отцом Георгием и отцом Арсением переговаривался.

- О порядке чтения кафизм, - пояснил стоявший рядом настоятель.

- Больше никого там не было, кроме трудников.

Сергей распорядился:

- Переполох не поднимайте, утром, как обычно, служите литургию, а мы будем забирать монахов на допрос, по одному.

Отец Арсений степенно кивнул. Сергей обратил внимание, что он нисколько не опечален трагической гибелью монаха, особенно после того, как узнал, что того убили. Возможно немного встревожен.

Опустив глаза, увидел чёрного кота, он сидел и смотрел на убитого брата Варфоломея широко раскрытыми глазами, и не скрывал своего потрясения.

- Тропарь! - тихо позвал брал Александр, - идём со мной, не надо тебе здесь! Я тебе молочка припас! А здесь плохо - смерть, убийство. Прогневался, видать, на нас Господь!

Так бормоча, он ласково подхватил кота на руки и понёс с собой.

Сергей про себя злорадно усмехнулся. Каждый играет с оборотнем как с игрушкой, а тот ничего сделать не может. Лучше уж волком быть!

Вскоре подъехала труповозка из морга, тело монаха увезли. Аня поехала с ними, а Толя и Женя отправились в келью Сергея. Все были ошарашены.

Сергей думал не об убийстве, он вспомнил, что в кельях, куда поселили следователей, двери запирались на замок. Странно это, для кого же они были предназначены?

По коридору шли тихо, чтобы не всполошить других монахов, кто-то и так мог проснуться из-за громкого стука брата Александра. Но, так или иначе, любопытства никто не проявил, или крепко спали после своих неустанных молитвенных бдений.

А уже в келье можно было спокойно поговорить.

- Что же выходит, - произнёс Толя, - те трое и правда не виноваты? А иначе этот монастырь можно считать пристанищем для убийц!

Женю передёрнуло, да и Сергею стало не по себе.

- Да нет! Нет! - он замотал головой, - так не бывает! Конечно же, убийца у нас один, максимум двое. И настоятеля убил один и тот же человек! Я всё-таки склоняюсь к тому, что он орудовал один. Слаженности в таких делах быть не может, кто-то всё равно запаникует и сделает ошибку. А наш убийца ошибок не совершает! Воля у него железная.

- Почерк разный, - заметил Женя.

- Почерк один - невероятная дерзость и точный расчёт. Я думаю, Варфоломей что-то вспомнил, или заподозрил, и потому его пришлось устранить. Не до почерка было, пришлось действовать быстро, и у всех на виду, можно сказать.

- А может у него больше нет того самого ножа? - предположил Толя, - утопил где-нибудь в реке, или закопал, ведь орудия убийства мы так и не нашли!

- Скорее всего, - согласился Сергей.

- Отпускать будем святую троицу? - спросил Толя.

- Да, я думаю, нужно отпускать, - немного разочарованно ответил Сергей. В глубине души он всё-таки надеялся, что убийцами окажутся именно они.

- А ведь и правда во благо! - потрясённо проговорил Женя, - получается, если бы они сейчас не сидели, то остались бы под подозрением! И доказать свою невиновность им было бы гораздо сложнее! Разве что если бы опять кого-то не убили.

- Тьфу на тебя! - раздражённо сплюнул Толя.

- Да уж, - пробормотал Сергей, - теперь они чисты как агнцы Божьи. Но, с другой стороны, количество подозреваемых стало меньше, минус эта троица. Ладно, расходимся, завтра у нас тяжёлый день, всех придётся допрашивать. Надеюсь, нам повезёт.

- И я надеюсь, - не слишком оптимистично ответил Толя.

Он и Женя поднялись и вышли из кельи. А Сергей ещё долго не мог уснуть.

Глава 11

Звонкий высокий голос отца Арсения громко провозгласил:

- За ныне почившего убиенного брата Варфоломея Господу помолимся-а!

Монахи потрясённо отшатнулись, и лишь через значительную паузу раздалось разрозненное:

- Аа-минь!

В этот момент, в храм тихо и словно крадучись проскользнули Сергий, Пётр и Михаил.

- Отпустили вас? - радостно спросил увидевший их первым Варсонофий, - выходит поняли, что вы не виноваты? А я знал!

Но и те уже знали, что случилось в монастыре, и не слишком радовались.

- За всё Слава Богу, - перекрестившись, сдержанно ответил Пётр.

Брата Варсонофия отвлекло появление этих троих, и он не обратил внимания на возглас отца Арсения, а сейчас возбуждённо оглядывался и улыбался, но везде натыкался на мрачные лица братьев во Христе. И наконец сообразил, что что-то здесь не так.

- Почему все не рады? - тихо спросил он.

- Брата Варфоломея убили сегодня ночью, - так же тихо ответил один из монахов.

И ноги у Варсонофия подкосились, он с трудом дошёл до скамьи, и опустился на неё.

В этот момент, в храм вошли Сергей и Толя, оглядевшись, остановили взгляд на брате Николае, тот оказался ближе к ним.

Сергей потихоньку похлопал его по плечу и указал на выход. Николай понуро побрёл следом.

А едва они оказались на улице, с тревогой вглядываясь в лицо Сергея спросил:

- Брат Варфоломей убит? Как? Зарезали?

- Повесили, - сдержанно ответил Сергей.

- Повесили? - в глазах монаха мелькнула паника, - а он не сам? Вы уверены?

- Аня прекрасный эксперт, - заявил Сергей, - в определении причины смерти, ей можно доверять с закрытыми глазами.

- Слава тебе, Господи! - брат Николай с облегчением перекрестился, - Слава Богу за эту невоспитанную девушку! При случае, попрошу у неё прощения!

- За что это? -Толя с подозрением взглянул на него.

- За то, что невзлюбил! А ведь заповедал нам Господь любить врагов своих! Мудрость великая в Божьем Слове, и враги нам бывают во спасение!

- Аня вам уж точно не враг, - заметил Сергей.

- Да-да, - поспешил согласиться Николай.

Они зашли в келью, выделенную для допросов, и расположились возле стола. Сергей включил диктофон и приступил к допросу.

- Когда Вы в последний раз видели убитого?

- В трапезной, - ответил брат Николай, - мы там собрались на ужин, перед вечерей. Все, кроме отцов, они отдельно трапезничают, у себя дома. А потом мы, как обычно, разбрелись по кельям, готовиться к службе, брат Варфоломей тоже пошёл. И больше я его не видел.

- Кого Вы ещё видели рядом с ним, или в тот промежуток времени?

- Так его перед службой убили? - ужаснулся Николай, - ах да, он же в храме так и не появился. Видел я брата Димитрия, он в молебный зал пошёл, за нотами для клироса, и брат Андрей с ним вместе. Видел как Матфей с Иоанном вошли в келью Иоанна, они о чём-то разговаривали. Всегда так, вместе спорят, секретничают, правда, не слишком тихо, все их слышат, но сами никого как будто не замечают, и в свой разговор не приглашают. Помню, как мимо Владимир с Афанасием прошли, тоже о чём-то беседовали, а потом зашли каждый в свою келью. До службы минут двадцать оставалось, или того меньше.

Сергей рисовал на листке схему передвижения, надеялся, что это ему поможет.

- А когда Вы шли в храм, видели кого-нибудь в коридоре?

- Иоанн с Матфеем так же вышли вместе из кельи Иоанна, так увлеклись богоспасительной беседой, что меня и не заметили.

- Ещё кого? Вспоминайте!

- Видел во дворе брата Александра, он направлялся в храм.

- А в самом храме?

- Я почти раньше всех пришёл, но там уже находился брат Димитрий. И Матфей с Иоанном к нему присоединились, они на клиросе поют, а ещё Владимир с Варсонофием, они подошли минутой позже. Димитрий сердился, что брат Варфоломей опаздывает и подводит всех, в итоге, начали службу без него. А кто потом подошёл, я уже не смотрел, не оглядывался.

В отсутствии любопытства монахов Сергей имел случай убедиться.

- Есть ещё что сказать? Что-нибудь показалось Вам подозрительным?

- Разве что опоздание Варфоломея, но это как раз не подозрительно, бывает, что он опаздывает, я про него потом забыл.

- Прочитайте протокол, - Сергей протянул ему лист протокола, - здесь напишите - с моих слов написано верно, и подпишитесь.

Брат Николай вскользь пробежал глазами по написанному и быстро подписался.

- Я могу идти?

- Да, иди, - Сергей выключил диктофон и снова перешёл на ты. Отправь сюда Андрея!

Брат Николай кивнул и поспешил удалиться.

- Ты уже сделал какие-нибудь выводы? - с надеждой спросил Толя. У него всегда были по отношению к нему завышенные ожидания, и чаще всего, Сергей их оправдывал.

Но не в этот раз! Земля уходила из-под ног Сергея, он чувствовал себя беспомощно и неуверенно, и подумал, что этот допрос ничего не даст, а только ещё больше всё запутает.

Брат Андрей подтвердил слова Николая. От него они узнали, что у себя в кельях монахи находятся не больше десяти минут, в это время никто по коридору не ходит, а потом начинают спускаться на службу. Сам он видел брата Афанасия, идущего вместе с ним в храм.

Дальше, по очереди, на допрос вызывали Афанасия и Иоанна. Иоанна спросили, о чём они беседовали с Матфеем. Тот подробно изложил содержание их богословской беседы. Прикинув по времени, Сергей решил, что за болтовнёй они никак бы не успели убить брата Варфоломея.

Когда они с Толиком остались одни, Сергей зло швырнул ручку на стол, от бессилия его пробирало бешенство.

И тут раздалось звонкое "мяу!"

- Смотри, он так на тебя смотрит, будто хочет что-то сказать, - кивнул Толя на кота - ты что, Тропарь, видел, как Варфоломея убили?

Кот потянулся и стал облизываться.

Сергей пристально вглядывался в чёрную кошачью морду, и тоже понял, что оборотень не просто так сюда наведался, он определённо хочет что-то сообщить.

Сергей едва сдерживал порыв схватить кота и нестись в свою келью. Однако представил, как это будет выглядеть со стороны?

- Ладно, сейчас допросим Димитрия, и на отдых, - сказал он, - у меня уже голова кружится от этих монахов.

- Обед как раз! - с удовольствием напомнил Толя.

- А где Женя, кстати?

- Аня попросила ей помочь, так она быстрей справится с экспертизой. Посадила его писать.

- Дело нужное, - одобрил Сергей.

Димитрий ничего нового не сказал, только подтвердил, что был занят подготовкой к службе и своё раздражение на отсутствие Варфоломея. Но они справились без него, служба праздничной не была, обошлись без концертных песнопений.

А когда он ушёл, дверь в келью резко отворилась, вошли Аня с Женей.

- Ну всё, мальчики, я закончила экспертизу, вот отчёт.

Она помпезно положила перед Сергеем свой отчёт. Тот поморщился:

- Аня, давай без фамильярщины! Ну некогда ковыряться в буквах! Что там?

- Старайся для них, старайся! - проворчала Аня, однако присела на предложенный стул, - ну, если без фамильярщины, то дело обстояло примерно так! Убийца проскользнул в келью Варфоломея в промежутке от половины пятого, до пяти. Подкрался сзади, накинул верёвку на шею, задушил и спокойно направился в свою келью. Или быстро направился. Вы уже допросили монахов? Кто-нибудь видел, чтобы он выходил из кельи убитого?

- Нет, - ответил Сергей.

- Так я и думала! Наш убийца не из тех, кто делает ошибки, как мы убедились. Видимо, он знал, когда по коридору можно передвигаться свободно, не рискуя кого-нибудь встретить.

- Николай говорил, что примерно десять минут они все находятся у себя, - подтвердил Сергей. Выходит, на совершение преступления у него было всего десять минут, или того меньше? Ему же надо было успеть облачиться. А насколько это реально? Можно задушить человека за пять минут?

- Зависит от силы убийцы и от слабости жертвы, - ответила Аня. - насколько я помню, Варфоломей был довольно хилым, а у нашего убийцы хватка железная. И всё же, несколько минут он трепыхался, следы сопротивления на теле имеются.

- А если вдвоём? - спросил Женя.

- Не думаю, они бы только мешали друг другу, это заняло бы больше времени. Если ты намекаешь на Иоанна и Матфея, то где там железная хватка? И да, наш преступник по-прежнему среднего роста. А Иоанн, как мы помнил, высокий. Значит убивал бы Матфей. Ну и следы указывают, что убийца был один. Если бы его скрутили двое, то и гематомы на теле были бы другими.

- Уж слишком циничен наш преступник, - проговорил Толя, - убил, потом пошёл на службу, спокойно помолился, а потом вернулся, чтобы завершить инсталляцию? Так я понимаю? Он бы не успел до службы его повесить!

- Верно, повесили его уже мёртвого, - подтвердила Аня, - и после наступления смерти прошло несколько часов.

- А если бы его застали? Тот же Александр мог зайти. Он бы его рядом повесил?

- Не обязательно, - возразила Аня, - тут как раз просто! Сказал бы, что зашёл навестить, и застал уже мёртвым, а экспертиза бы подтвердила. А там, кто его разберёт, снимает он труп, или вешает?

- А может это и есть брат Александр? - предположил Женя, - сделал вид, что пошёл в храм, а сам тихо пробрался в жилое крыло монастыря, убил Варфоломея, потом, якобы, задержался после службы, а сам дождался, когда все уснут, и подвесил труп. И сам же сообщил об убийстве!

Все напряжённо молчали, несколько минут думали. А потом Сергей произнёс:

- Если так, то он превосходный актёр, его потрясение не выглядело наигранным. Он как будто и правда сильно страдал, думая, что монах повесился. А когда узнал, что его убили, то даже повеселел. Такие эмоциональные качели не свойственны хладнокровному и расчётливому убийце. Если только он не претворяется.

- Да все они мастера притворства! - заявила Аня, - что мы знаем об Александре? Даже Севастьян не мог о нём сказать ничего вразумительного! Никто о нём ничего толком не знает! Он уже пятнадцать лет в этом монастыре. И никуда не выезжал? Или выезжал?

- Так, хорошо, - Сергей прервал полёт мыслей, - кто ещё, кроме него?

Аня прыснула:

- А может Варфоломей стал фальшивить, и его придушил кто-то из певчих?

- Аня, не время для шуток! - пожурил Сергей.

- Кстати, о певчих, - серьёзно произнёс Толя, - мне не кажется Матфей таким уж слабым. А Иоанн вполне мог помочь, отвлечь внимание, или постоять на шухере. Раз он сам высокий для убийцы. Вдвоём же проще! А они у всех на виду, постоянно о чём-то болтают, отвлекают от себя внимание. Никто на них и не подумает! А зря, я считаю.

- Вполне рабочая версия, - согласилась Аня, - Матфей и правда может быть сильнее, чем кажется. Под рясами не понятна их физическая подготовка.

Толя решил резюмировать:

- Значит, будем допрашивать снова? Особое внимание Александру и этим двоим? А может всё-таки сходим пообедать? Они же никуда не убегут?

- Разве что опять кого-нибудь не придушат, - ответила Аня, - или пристукнут!

- А может зарубят! - подхватил Женя.

Сергей закатил глаза:

- Всё, идём обедать! А то мы так договоримся! Проверять будем всех!

А потом Сергей и думать забыл про кота. После обеда они вернулись и снова окунулись в работу. Когда Аня дала представление о картине преступления, стало легче формулировать вопросы.

Теперь первым вызвали Севастьяна, отчасти потому, что убийцей его не считали.

- Как долго Вы оставались в церковном дворе перед службой?

Монах немного подумал и ответил:

- Поговорил с отцами и пошёл в храм, в келью возвращаться не стал.

- Видели там Александра?

Севастьян глубже погрузился в воспоминания, и воссоздавал картину событий по кусочкам.

- Вот я захожу в храм, там брат Александр, расставляет богослужебные книги на клиросе. Я отвлёкся и сам погрузился в поиски нужных страниц, делал закладки. На это ушло минут пятнадцать. На Александра не смотрел, даже не думал, что надо. Был ли он постоянно в храме, сказать не могу. Вы его подозреваете?

- Мы всех подозреваем, - жёстко ответил Сергей, - значит, Вы не можете утверждать, что Александр не выходил из храма?

- Боюсь, что нет, - Севастьян покачал головой, - но и обратного не могу утверждать. Кто-то проходил мимо меня, кажется, отец Георгий, а может быть, и нет, - закончил он растерянно.

Сергей вздохнул и задал другой вопрос:

- А почему никто из братьев не удосужился заглянуть к Варфоломею после службы?

- Так отец настоятель брату Александру послушание дал! - Севастьян развёл руками.

- Ну и что, что дал? Без послушание нельзя проявить заботу? А вдруг ему стало плохо, и он в помощи нуждался?

Брат Севастьян потупился как будто от стыда.

- Что такое? - насторожились Сергей.

Монах вздохнул и пояснил:

- Слаб был брат Варфоломей, и раньше бывало, что он на службу не приходил. И сейчас все подумали, что он раздобыл вина, и спит у себя, в келье. Потому никто к нему заходить не хотел, разве что по послушанию. Я заметил, что и брат Александр не слишком торопился, я позже всех вышел из храма, а он всё ещё находился там.

- Понятно, - Сергей криво усмехнулся.

- Разве мы могли его спасти, если бы зашли вовремя? - монах напряжённо вглядывался в лицо следователя.

- Нет, - Сергей понимал, что эта мысль мучила монаха, и решил его успокоить, - нет, не могли, его убили до начала службы.

- Царствие ему Небесное! - монах печально перекрестился, - и ведь правда, был бы жив, поди пришел бы в храм то. Он же не был пьян? - теперь он ждал ответа от Ани.

Та отрицательно покачала головой.

- Подпишите протокол, и позовите отца Георгия, - сказал Сергей.

Он надеялся окончательно выяснить, находился ли Александр в храме перед службой, или отлучался?

Отец Георгий не заставил себя ждать, должно быть , находился поблизости. На заданный вопрос ответил:

- Он отлучался перед службой в уборную.

- Почему туда! Он сам сказал?

- Он разоблачался, в смысле, снимал богослужебное облачение, в нём нельзя.

- До трусов раздевался? Или у него тришки под рясой? - Аня не могла удержаться от ехидства.

Но священник не обратил внимание на её подколки, и ответил серьёзно, на Аню он теперь смотрел с большим уважением, чем прежде:

- До подрясника.

- Как долго отсутствовал?

- Не знаю, время я не засекал, может минут около десяти.

- Уборная у вас где? Если из храма идти?

- Деревянные удобства во дворе, за храмом, просто и незамысловато. Во время службы всякое может случиться, в основной корпус мы не ходим, это долго. И прихожане пользуются этим туалетом.

- То есть, Вы не можете сказать, как долго отсутствовал брат Александр?

- Точно до минуты не скажу, но к началу службы он был на месте. Думаете, убийца, это он?

- Мы проверяем всех, - уклончиво ответил Сергей, - а по-вашему, он мог убить?

Священник впал в смятение.

- Какой у него характер?

- Услужливый, исполнительный, аккуратный.

- У него были конфликты с убитым настоятелем?

- Разве что по мелочам. Он же у нас эконом, отвечает за обеспечение монастыря.

- У вас были денежные растраты?

- Не слышал о таком! А вы спросите у бухгалтера! Она в посёлке живёт, сюда не ходит, пока монастырь закрыт.

- Дайте её контакты, пожалуйста.

Отец Георгий записал номер телефона.

А когда он вышел, Сергей был вынужден признать:

- Боюсь, что это не Александр. Ему бы не хватило времени добежать до кельи Варфоломея, убить его, и незамеченным вернуться обратно.

- Да уж, - хмуро произнёс Толя.

Глава 12

Перед Сергеем сидел брат Матфей, сутулый пухлый парнишка, с незапоминающейся внешностью. Но взгляд его маленьких серых глаз оказался умным и прозорливым. Он прямо смотрел на следователя, и не испытывал страха, или беспокойства.

И Сергею вдруг нестерпимо захотелось выбить его из колеи, даже подумал - не покусала ли его Аня, пока спал?

- И так, брат Матфей, мы, с коллегами, подумали, и пришли к выводу, что именно ты, и твой друг Иоанн убили настоятеля, а потом придушили и повесили Варфоломея.

На лице Матфея появилась сардоническая ухмылка, хладнокровию его можно было позавидовать. Или прекрасный актёр, или не виноват:

- Может поделитесь ходом своих умозаключений? Почему именно мы?

- Да потому что больше некому! - повышенным тоном Сергей пытался скрыть свою неуверенность, парня не удалось напугать, или хотя бы смутить, - как ты оказался в этом монастыре?

Матфей пожал плечами и рассказал:

- Закончил духовную семинарию, а потом встал выбор - ехать служить настоятелем в сибирской глубинке, или поступить в этот монастырь, для дальнейшего духовного окормления, и подумать, как дальше двигаться по духовной стезе? По-светски говоря, подумать о карьере. Конечно, у монахов больше преимуществ, чем у приходских священников, а в деревне можно застрять надолго. Я выбрал монастырь. Тем более, что с девушками мне не везёт, почему бы не постричься в монахи?

Про девушек Сергей отнёсся с пониманием, брат Матфей привлекательностью не отличался, как и мужским темпераментом, который легко мог бы заменить этот недостаток. Выглядел он как тюфяк, и кажется вовремя это понял, и не так уж плохо распорядился своей судьбой.

- А Иоанн что здесь забыл? У него то с внешностью всё в порядке.

- У Иоанна другой путь обращения к Богу, - Матфей пытался увильнуть от ответа, предоставив объяснение самому Иоанну, но не тут то было, Сергей такой возможности ему не дал.

- А именно?

- Вы сами его спросите!

- Я как-нибудь сам решу, кого о чём спрашивать? Отвечай на вопрос! Какие обстоятельства привели в монастырь твоего друга Иоанна?

Матфей взглянул на Сергея как-то затравленно, и тот понял, что не такой уж он непробиваемый, что несомненно порадовало.

- У него в миру мутная история приключилась. Иоанн человек увлекающийся, но непостоянный. И до жизни во Христе увлёкся черной магией, и даже был вхож в сообщество ведьм и колдунов. А там у него случился роман с молодой ведьмой, но он быстро к ней охладел, чего не скажешь о ней. Она то вцепилась в брата Иоанна мёртвой хваткой, но когда поняла, что любовь не вернуть, перешла к проклятья и угрозам. Там на него целый ведьминский ковен проклятья слал! Куда было податься бедному парню, кроме как под кров Всевышнего?

- До монастыря вы были знакомы?

- Нет, и никогда не виделись.

- Какие отношения у тебя были с Фёдоровым Владимиром Даниловичем?

- А кто это?

- Это зверски убитый настоятель.

- А! Отец Владимир? Так сразу не поймёшь. Нормальные отношения, отец настоятель относился к нам хорошо, мы же певчие, он с нами и общался чаще, чем с другими.

- А почему вы не подружились с Афанасием? Он ведь тоже молодой.

- Да ну его! - на лице Матфея появилось неприязненное выражение, неподобающее монаху, даже если он инок, - фанатик бешеный! Не удивлюсь, если у него власяница под подрясником!

- А какие отношения у брата Афанасия были с убитым?

- Уважительные, отец Владимир относился к нему очень хорошо, даже ставил в пример.

- Мог его кто-то приревновать?

Матфей хмыкнул:

- Тогда надо было Афанасия убить, а не отца Владимира.

- И всё же?

У Матфея всё больше развязывался язык, он определённо был не прочь посплетничать, Сергей этим воспользовался.

- Да ну! Какая там ревность! Отца Владимира не то, чтобы не любили, но относились к нему равнодушно, как к временщику, все понимали, что он надолго не задержится, да здесь ни один настоятель долго не служит, все перебираются в Москву, или в другое тёплое место.

- К убитому часто приезжали гости?

Матфей пожал плечами:

- Насколько я помню, ни разу не приезжали! Но сам он постоянно ездил по делам.

- Как часто?

- Да вообще в монастыре долго не находился, неделю побудет, и опять куда-нибудь уезжает.

- А перед тем, как его убили, он куда-нибудь собирался?

- Собирался! Его в Нижний Новгород позвали, на открытие храма. Через пару дней как раз бы и уехал.

- С кем из монахов у настоятеля случались конфликты?

- Таких, чтобы убить, ни с кем, разве что по мелочи.

- С кем по мелочи?

- Разве что с братом Варфоломеем. Царство ему Небесное! - он перекрестился, - не нравилась ему его болтливость и суетность. Но мне сдаётся, это брат Севастьян надоумил. Тот ещё воспитатель! - он презрительно фыркнул.

- Брат Севастьян наушничал?

- Не то, чтобы наушничал, но отец Владимир прислушивался к его ворчанию. А брат Севастьян постоянно придирался к Варфоломею.

- Как по-твоему, незаслуженно?

Матфей пожал плечами:

- Варфоломей же бывший наркоман, это наложило отпечаток на его поведение. Я думаю, ему надо было дать время. Да теперь то уж что, раз его нет? - парень погрустнел.

- А что ты скажешь про брата Варсонофия? У него были конфликты с убитым настоятелем?

Матфей ухмыльнулся:

- Брат Варсонофий видимо решил, что в святой обители полная лафа! В миру ему было трудно и скучно, а здесь ничего делать не надо! Но тут его настигло разочарование, оказывается, в пост поститься надо! А поесть то он любит! Но, между нами, поговаривают, что он в посёлке к женщине прибился, ради её духовного окормления! - он насмешливо подмигнул, - она ему с голоду помереть не даёт! Но об этом мало кто знает, и настоятель не знал.

- А как же исповедь? - удивлённо спросил Сергей, хотя вполне одобрительно отнёсся к поведению монаха. Даже подумал, что тот не совсем пропащий, может ещё семью создаст, и будет жить нормально. Что ни говори, а монашескую жизнь он полноценной не считал.

- Так Варсонофий у отца Георгия исповедуется! А тот, понятное дело, тайну исповеди хранит! Но я не могу утверждать, что у брата Варсонофия греховные отношения. Возможно, он той женщине просто по хозяйству помогает, по доброте душевной. А она его кормит за это. Одно очевидно, после прогулок в город, брат Варсонофий возвращается сытый, добрый и ленивый. Все и рады, уж очень он злой, когда голодный!

Сергей уже понимал, что Матфей вряд ли виновен в преступлениях, и решил окончательно убедиться. И неожиданно скомандовал:

- А ну ка давай, лёг - отжался!

- Чего? - Матфей растерянно смотрел на него.

- Не слышно сказал? Лёг - отжался, говорю! - Сергей повысил голос.

Матфей неуклюже опустился на пол и попытался отжаться на дрожащих и подламывающихся руках. Но уже на третьем заходе его пухлый живот бессильно шмякнулся на пол.

- Тьфу ты! - не сдержалась Аня, сидевшая до сих пор тихо, - ну и доходяга!

- Да-а, - Сергей тяжко вздохнул, - поднимайся, всё с тобой ясно! Подпиши протокол и можешь идти.

Смущённый и потрёпанный брат Матфей быстро подписал не читая, и поспешил уйти.

- Пустышка! - с досадой проговорил Сергей, - начинай сначала!

А Толя произнёс:

- Значит, теоретически, Иоанн мог быть тем самым адептом тёмных сил, но он не подходит по росту. А Матфей подходит, но физически слишком слаб. Тем более, я его успел проверить, кажется, он говорит правду, жизнь у него прозрачная, никаких тёмных пятен. После учебы поступил в монастырь. Все задокументировано, и в соцсетях куча фотографий. И нигде нет с убитым настоятелем, или с тем же Иоанном. Похоже, они и правда прежде не были знакомы.

- Ну и кто тогда? - в недоумении проговорил Сергей.

Все тупо молчали.

- А может ну их, на сегодняшний день? - предложила Аня, - что-то я устала, голова совсем не варит!

И Сергей поймал себя на том, что проводя это расследование, он слишком сильно устаёт. Ему трудно было вставать с постели по утрам, а уже к обеду, даже не особенно напрягшись, он чувствовал свинцовую усталость.

Монахи, что ли, молятся, чтобы лишить их воли? Вот и Аня призналась! Или один из них? И никаких озарений ума! Всякая светлая мысль словно погружалась в вату, и тонула там безвозвратно. Ни настоящей магической силы, ни опыта у него не было, иначе давно бы понял, кто им противостоит? А это несомненно враг сильный и даровитый, с железной выдержкой и волей! И Сергею было неимоверно досадно осознавать, что он оказался слабым против него.

- Ладно, отбой, - сказал он, - и правда, нам надо отдохнуть и прогуляться, может придёт озарение.

- Дождь так и не прекратился, - Толя с досадой взглянул в сторону узкого окна.

- Атмосфера давит, и не даёт сосредоточиться, - признался Женя, - можно мы сегодня в доме переночуем?

- А если опять кого-нибудь убьют? - тревожился Сергей.

- Всё равно убьют, - отмахнулся Толя, - как показала практика, спасти жертву, или предугадать, кто это может быть, мы не успеваем.

- Ладно, идите, - разрешил Сергей, - я останусь здесь.

- Спасибо, дружище! - искренно поблагодарил Женя, - если что, завтра мы подежурим!

- Идите уже! - отмахнулся Сергей, и первым поднялся с места.

Глава 13

Сергей направился в свою келью. Там у него находился термос с кипятком, и продукты для ночного перекуса. Хотел купить бутылочку пива, как часто делал дома, но передумал. Мало того, что голову сейчас светлой не назовёшь, алкоголь окончательно затуманит мозг. К тому же пить в монастыре, когда все постятся и оплакивают погибших, казалось слишком циничным и кощунственным.

Про кота, с его намёками, он не то, чтобы забыл, но почему-то сомневался, что от него будет польза. Может что-то и заметил, но так ли это важно?

Потому был не слишком вдохновлён, когда тот пробрался в келью.

- Добрый вечер, котяра, - по-дружески поздоровался Сергей, когда оборотень устроился на стуле, и принял человеческий облик.

- Еле дождался, когда освободишься, - недовольно проворчал Самуил.

- Колбаску будешь?

Сергей нарезал в тарелку сыр с колбасой и хлеб, и разлил чай по кружкам, благо к термосу прилагалось две. А ещё, любовно покрошил огурчики и помидоры в салат, но от него Самуил отказался.

- Ну, рассказывай, что тебе приспичило? - миролюбиво спросил Сергей.

- Я вот что вспомнил, - ответил кот, зажёвывая кусок колбасы без хлеба, - как-то я тёрся возле братии, а конкретно, возле Варфоломея и Афанасия. Дожди как раз зарядили. Я лучше в лицах расскажу, чтобы ничего не упустить.

- Давай, - одобрил Сергей.

- Так вот, Варфоломей спрашивает - помнишь, ты в прошлом месяце дождевик купил? Афанасий - какой ещё дождевик?

- Ну тот, целлофановый, ещё показывал, что в него с ног до головы укрыться можно, и не промокнешь!

Афанасий даже побледнел, и нервный тик по щеке прошёл, нехотя так отвечает:

- Ну, что-то помню, да. А зачем тебе?

- Не мне, брату Александру, он теперь в город один по дождю ходит, как бы не простудился. Дал бы ты ему свой дождевик!

Афанасий что-то пробурчал, дескать потерял его где-то, или оставил, но обещал поискать. Варфоломей вызвался ему помочь в поисках, но в тот же день его убили.

- Та-ак! - протянул Сергей, - а ведь ты молодец, котяра! Что же сразу не рассказал?

- Сперва значения не придал, всё как-то навалилось, убийство, суета, переполох. Этот разговор из головы вылетел. А когда вспомнил, пробрался в келью Афанасия, пока его не было, дождевик искал. Подумал, вдруг совпадение? А нет там никакого дождевика! Я в каждую щель залез!

- Ладно, дружище, отдыхай, заслужил!

- Хорошо, а то устал я от кошачьей шкуры, отоспаться бы нормально. Как ночь, я здесь ошиваюсь, наедине со мной монахи не стесняются, много чего рассказывают, да только всё пустое.

- Ничего, все устали, вот прижмём убийцу, тогда и отдохнём полноценно.

Когда Самуил ушёл, Сергей подумал про брата Афанасия. Вспомнил его светлые кудри с рыжиной, рыжую окладистую бороду, которая хоть его и старила, но смотрелась очень органично. Твёрдый взгляд голубых глаз. Сильное жилистое тело. Он был больше похож на воина, чем на смиренного монаха. Жёсткий волевой характер чувствовался во всём. Как же сразу о нём никто не подумал? Мирная профессия агронома ввела в заблуждение? Но теперь Сергей не сомневался, что пойти на убийство мог только он. Больше никто из обитателей монастыря на такое не способен. Но как сказать об этом коллегам? Он же не может сослаться на кота! Да, ерунда, - подумал Сергей, - можно сказать, что сам услышал случайно, но забыл. Аня конечно выскажет своё мнение о такой забывчивости, но он как-нибудь переживёт.

Возникла шальная мысль - что, если написать коллегам, что он знает, кто убийца? Ага, устроить ненужный переполох, и испортить им отдых? Скажет завтра. А ещё, в голову пролезла непрошеная мысль - во всех детективах героя убивают после того, как он сообщает о своих догадках. Глупо, конечно, но ему стало не по себе. Расскажет завтра, в спокойной рабочей обстановке.

Время было позднее, пора отправляться в душ, и в постель.

Сергей взял полотенце, мыло, зубную пасту с щёткой и вышел в коридор. По пути вспомнил, как в миру звали брата Афанасия - Сапрыгин Богдан Васильевич. Тяжёлое, мрачное имя, как казалось теперь, Афанасий куда светлее и легче.

В коридоре стояла тишина, монахи давно разбрелись по кельям и наверняка уже спали.

Сергей думал, что в душе он будет один и спокойно помоется, но здесь оказался он!

Брат Афанасий стоял напротив, и словно приготовился к прыжку.

Сергей оторопел, глядя в безжалостные глаза зверя. Показалось, или они налились жёлтым огнём?

Сергей явственно ощутил, что жизнь его висит на волоске, и почувствовал себя слабым и беспомощным. Почему-то он был абсолютно уверен, что не справится. Железные мышцы брата Афанасия проступали под чёрной тканью подрясника, и сам он казался сделанным из железа.

Почему он здесь, именно сейчас? Случайно ли? Или почувствовал, что Сергей уже всё знает? И ведь именно сегодня он отпустил коллег ночевать в посёлке. Может дело в этом? Афанасий вышел на охоту, когда решил, что с одним следователем разделается без труда?

Все эти мысли вихрем пронеслись в голове. Но углубляться в анализ было некогда, надо перехитрить убийцу.

Сергей постарался расслабиться и по-приятельски спросил:

- А ты чего припозднился? Не спится?

- Не спится, - глухо ответил Афанасий.

Сергей хитро улыбнулся и поинтересовался:

- А правда говорят, что у тебя под подрясником власяница?

Он не ожидал услышать ответ:

- Правда.

- Да ты что! А зачем тебе это? - искренне изумился Сергей.

- Тебе не понять.

Сергей отметил, что вызвав на разговор, он заставил монаха расслабиться, но полной уверенности, что тот не нападёт внезапно, всё же не было.

- Хочешь быть святее Пары Римского? - упрекнул он монаха.

- По-твоему, он святой? - с вызовом спросил Афанасий.

- А ты высокомерничаешь? Никак в гордыню впал?

- Ты меня ещё святости поучи, - беззлобно огрызнулся Афанасий.

- Ладно, проехали, твоё дело, что носить, - примиряюще произнёс Сергей, - многие говорят, что ты был в почёте у отца Владимира. А сам как думаешь, кто мог его убить?

Афанасий равнодушно пожал плечами:

- Не моё это дело, думать о таком. Пусть у вас голова болит.

- Ну как же! Ты ведь давно здесь, лучше нас знаешь, что у кого на уме? - приставал Сергей, - не верю, что нет никаких догадок!

- Я думал, что Варфоломей, да так поди и есть, убил, а потом повесился, как Иуда. Ведь могла ваша девушка ошибиться?

Сергей безнадёжно махнул рукой, показывая, что его домыслы бессмысленны.

Афанасий зашёл в душ, как будто решил спрятаться от назойливых расспросов, а Сергей быстро обмылся под краном, почистил зубы, и поспешил вернуться в келью.

Там он заперся на железный засов. Отметил, что тяжёлая дубовая дверь старинного монастыря выдержит длительную осаду врага, и засов выломать практически невозможно. Сердце бешено колотилось.

Первым порывом было поднять своих парней и арестовать этого зверюгу. Но рассудив трезво понял, что это плохая идея, повода, что ни говори, никакого нет.

Да и арестуют они его, что дальше? Расшевелить посреди ночи участкового, чтобы приготовил камеру, задача нетривиальная. Это в городе они могут арестовывать подозреваемых в любое время дня и ночи, а здесь не город. Тем более, они уже раз ошиблись, кто поверит, что теперь взяли убийцу, и он не подождёт хотя бы до утра?

Сергей так и слышал сонные отговорки, что убийца никуда не денется. Пожалуй, и завтра у них будет мало поводов для ареста.

Сергей даже приуныл, но чувство опасности не отпускало.

Не прост брат Афанасий, ох как непрост! Сергей вдруг явственно почувствовал, как невидимые щупальца проникают ему в голову.

Успокоиться! Ни о чём не думать!

Ещё раз проверил засов на двери, и заблокировал так, чтобы даже самому было трудно открыть.

Лики с икон смотрели с тревогой и беспокойством.

- Господи, спаси и сохрани! - прошептал Сергей и перекрестился.

Свечи горели ровно, и это успокоило.

Он залез в постель и старался уснуть, про себя думая, что давно его никто так не пугал, да пожалуй, что никогда.

Постепенно задремал. И в момент, когда сонное царство стало затягивать в свои обители, в дверь раздался глухой стук. Раз..два..три..

Внутри будто что-то оборвалось, Сергей открыл глаза и не шевелился, пытался осознать, действительно в дверь постучали, или воспалённые нервы сыграли на его воображении?

Обругал себя. Что за тряпка трусливая? Он сильный мужик, следак, не раз вступавший в схватку с отъявленными отморозками! И никогда не боялся!

Но здесь было что-то не то, что-то гораздо опаснее и страшнее.

Стук повторился, когда ему удалось взять себя в руки.

Не одеваясь, подошёл к двери.

- Кто там? - спросил нарочито громко и грубо.

- Открой, это всё я же, - послышался приглушённый голос брата Афанасия.

- Чего тебе?

- Я кое-что вспомнил!

- Завтра расскажешь, мой рабочий день закончился!

- Не хочешь узнать сейчас?

Сергей не стал отвечать, отошёл от двери и снова лёг в постель. И подумал - вот оно что! Похоже, в душе Афанасий не решился его убивать, слишком продуманный и осторожный. В любой момент туда мог зайти кто-нибудь из монахов и поднять переполох.

То, что Афанасий почувствовал, что его разоблачили, его не удивило, он и сам чувствовал, когда о нём кто-то говорил, а брат Афанасий определённо был особенным!

Сергей бы даже не удивился, если бы узнал, что он тоже оборотень, только не шкодный и безобидный кот, а зверюга посерьёзней. И без труда разорвёт его, стоит только открыть дверь.

И тут его охватило беспокойство. А вдруг он почувствовал и кота? Тогда Самуилу угрожает опасность!

- Ты никак боишься? - насмешливо спросил Афанасий через дверь.

Но Сергей не поддался на провокации и проворчал:

- Иди спать уже!

- Ну, как знаешь, - в голосе послышалась угроза и бессильная ярость.

Афанасий отошёл от двери, или сделал вид, что отошёл. Сергей не собирался проверять. Он набирал номер Самуила, но тот не отвечал. Но и автоответчик с характерным мяуканьем не срабатывал, значит кот уже успел выйти за пределы монастыря и добраться до гостиницы.

Наконец, после пятого звонка, в трубке послышалось сонное:

- Ну чего тебе?

- Самуил, срочно садись в машину и драпай отсюда как можно скорее!

- В смысле? Не понял! - тот ещё не мог как следует проснуться.

Сергей понимал, что Афанасию не составит труда выйти из монастыря, и он наверняка захочет поквитаться с лазутчиком.

- Я сказал - быстрей! Спасай свою шкуру! У тебя времени не больше десяти минут, или того меньше! - Сергей старался приглушить голос, чтобы Афанасий, если он ещё под дверью, не услышал.

- Всё так плохо? - Самуил продолжал проявлять беспечность.

- Кажется, мы имеем дело с крупным оборотнем. Пока он охотится на меня, но я забаррикадировался, а вот ты!

- Блин! Я понял, убегаю!

Самуил отключился.

Сергей не был до конца уверен в своих догадках, но лучше перестраховаться.

Он пытался вспомнить, как прежде Афанасий реагировал на чёрного кота? И сразу перед глазами возникла картина - вот они выходят из храма, на скамейке сидит святая троица, у одного из них на коленях пристроился кот. А неподалёку брат Афанасий, вперил пристальный и недобрый взгляд в оборотня.

Конечно, он всё понял! Но почему Самуил не обнаружил в нём другую личину? И сам себе ответил на этот вопрос. Всё дело в молитвах! Они постоянно молятся и становятся практически неуязвимы.

Но что нужно самому Афанасию в этом монастыре? Хотел ли он за что-то убить только настоятеля, или ему ненавистны все монахи? Определённо ненавистны, и он этого не скрывает.

Что, если он решил убить всех? А Варфоломей лишь оказался первым подходящим кандидатом, и мог его разоблачить?

Ведь и правда, само по себе наличие плаща не веский повод для подозрений, он мог его порвать, выбросить, потерять. В конце концов, его мог забрать убийца! Афанасию бы поверили!

Самуил отзвонился и бодро сообщил, что выехал из города. Молодец, котяра, - с облегчением подумал Сергей, - быстро когти рвёт! А значит, ситуация и правда опасная, и сам Сергей не зря развёл панику.

- Как будешь дома, позвони.

- Ладно. Дорога пустая, а машина у меня хорошая, долечу быстро!

- Как ты мог его просмотреть? - пожурил Сергей.

- Намоленный зверь, удивляться нечему. Отключаюсь, если не позвоню, то значит, ты мне больше не должен, - немного обречённо проговорил Самуил.

- Всё будет хорошо, - ответил Сергей, он и сам в этом уже не сомневался.

Глава 14

Проснувшись утром, Сергей отправил своим сообщение, что к половине девятого сам подтянется на планёрку, пусть ждут его в доме и разогревают завтрак.

Ночью ему отзвонился Самуил, как и обещал. Сообщил, что добрался благополучно, без происшествий. По довольным мурлыкающим интонациям было понятно, как он рад снова оказаться дома.

Знать бы, где твоё уютное логово? - подумал Сергей. Но вслух заявил, что кот сделал своё дело, а теперь пусть отдыхает и дожидается окончания расследования. Только в его скором окончании он уже не был так уверен. Теперь Сергей стыдился своего ночного испуга, и коллегам решил не рассказывать о ночных приключениях, боялся, что засмеют, и правильно сделают.

В жилом корпусе монастыря царила суета, братья собирались на службу. И тут, в конце коридора, промелькнул силуэт брата Александра. На нём был надет целлофановый дождевик, закрывавший его с ног до головы.

- Стой! - крикнул Сергей и ринулся за ним.

Но догнать удалось только на улице, где дождь мерно и уныло поливал разбухшую от влаги землю.

- Стой! - снова крикнул Сергей.

Брат Александр обернулся и растерянно посмотрел на него.

- Что Вам? Идите под крышу, простудитесь!

Сергею и правда неуютно было под холодными каплями дождя. Он огляделся и увидел машину, в которой они приехали. Она всё так же одиноко стояла на дороге, возле входа в монастырь.

Нащупал ключи в кармане.

- Садись! - приказал Александру, сам усаживаясь на переднее сиденье.

Монах не скрывал своего довольства:

- До магазина меня подбросишь, добрый человек?

- Сначала расскажи, где ты взял дождевик?

Улыбка сползла с благостного лица брата Александра.

- Так в гардеробной! На вешалке висел, я и подумал, грех не воспользоваться в такой то дождь! Чай хозяин против не будет.

- То есть, ты знаешь, кто хозяин?

Монах развёл руками:

- Думаете, обидится? Да что Вы, на такое у нас никто не обижается! Как вернусь, непременно повешу обратно!

- А если на нём кровь?

- Да помилуйте, какая кровь? Он же новый совсем!

Сергей и сам видел, что дождевик не мог быть тем самым, скорее всего, его ни разу не надевали после покупки.

- Вспоминай, братья заказывали тебе такие дождевики? Ты же занимаешься обеспечением?

- Занимаюсь, это Вы верно подметили, - серьёзно ответил брат Александр, - но в тот раз не мне, а брату Варфоломею. Я тогда и не присутствовал, только слышал краем уха.

- Хочешь сказать, что бывшему наркоману доверяли деньги на покупки?

- Было у него такое смирение, - кивнул монах, - и он никогда не подводил. Сам просил, чтобы с соблазном бороться. Но денег ему всё равно много не давали!

- Понятно, - глухо произнёс Сергей, - вылезай, может я тебя и подвезу, но не в этот раз.

Брат Александр с сожалением вылез из машины.

А Сергей вернулся в храм. Монахи уже находились там, и Афанасий тоже.

Сергей подошёл к нему и похлопал по плечу. Ничего ни в лице, ни в облике монаха не напоминало того зверя, которого он видел ночью. Это по-прежнему был смиренный и молчаливый служитель Бога. И только внутренним чутьём Сергей почувствовал, как тот напрягся.

- Ну, рассказывай, что хотел сообщить?

На губах Афанасия проскользнула торжествующая усмешка, но быстро спряталась в густой рыжей бороде.

Они отошли в сторону.

- Я слышал, вы дождевиками интересуетесь? - нарочито кротко произнёс Афанасий.

- Где это ты слышал?

- Намедни громко рассуждали, а я как раз мимо шёл, вы меня и не заметили.

Сергей пытался вспомнить, но не смог.

- И что?

- Так вот, я хотел сообщить, что есть у братьев такие дождевики, брату Варфоломею заказывали несколько штук. В том числе, и мне. В огороде может очень пригодиться, вдруг дождь застанет, а до обители далеко. Первоначально я просил купить, а уж потом и другие.

- И где он теперь? - Сергей с прищуром смотрел на него и понимал, что проигрывает, монах оказался на шаг впереди него.

- Так повесил я его в гардеробе, чтоб брат Александр увидел и воспользовался. В добрых делах правая рука не должна знать, что делает левая, тогда и Милость Божья снизойдёт в полной мере! А на улице дождь!

- А другие у кого?

- Один брат Андрей заказал, он, знаете ли, любит иногда природу рисовать. И часто под дождь попадает. А ещё, брат Севастьян и отец Георгий.

И Сергей возликовал! Всё-таки не знаешь ты, что эксперты определили преступника среднего роста. А брат Андрей слишком тщедушный и психически неустойчивый для таких хладнокровных убийств.

Из всех сил он постарался не выдать своих эмоций.

- Ладно, проверим, - развернулся и не оглядываясь вышел из храма. И спиной почувствовал злой пронизывающий взгляд.

Проезжая по городу, в сторону дома, где их поселили, Сергей заметил странное оживление возле гостиницы. Здесь же стояла машина местной полиции.

Свернул посмотреть.

Василий Романович Головин, собственной персоной, с озадаченным лицом слушал взволнованного администратора, женщину яркую и видную, во многом благодаря роскошным рыжеватым волосам.

- Что случилось? - спросил Сергей после короткого приветствия.

- Да чёрт его знает! - обескураженно ответил участковый, - расскажи ещё раз, это мой коллега из Москвы, - попросил он женщину.

Она упрашивать себя не заставила:

- Ночью у нас в гостинице ЧП случилось, окно в номере выбили.

- Ну и что в этом серьёзного? - недоумевал Сергей.

- Видишь ли, там не просто выбили, - вмешался Василий Романович, - окно, двойной стеклопакет, вылетело с такой силой, что можно было бы подумать, что произошёл взрыв. Однако никаких подтверждений тому нет. Выбили его снаружи, вся комната в мелких осколках, но ни камня, ни чего-то ещё, мы не нашли. Мистика какая-то! - ему явно было не по себе.

- Когда это произошло?

- Мы на часы не смотрели, но немного за полночь, - пояснила администратор.

- Этот номер кто-нибудь снимал?

- Вот! Что интересно, посетитель съехал буквально за десять минут до происшествия! - возбуждённо рассказывала администратор, - такой интересный мужчина, молодой, симпатичный, всегда в черном костюме, элегантный и вежливый.

Сергей уже понимал, кем был посетитель?

- Буквально утром он продлил проживание ещё на неделю, и вдруг, посреди ночи сорвался и сдал ключи. А когда дежурная поднималась на этаж, чтобы посмотреть номер, то услышала грохот! Удар был всего один! Она конечно испугалась, и позвонила мне. Я недалеко живу, ещё не спала и прибежала быстро! Мы сразу и не поняли, в каком номере разбили окно? Да и испугались, - смущённо призналась она.

Сергей с подозрением посмотрел на участкового, и он пояснил:

- Ну да, не было меня в городе, ни меня, ни моих коллег, мы ездили в соседний посёлок, по краже разбираться. Когда Женя позвонила, я сказал оставить как есть, утром приедем и разберёмся. Подумаешь, стекло разбили! Не напали же ни на кого!

Сергей его понимал, ради разбитого окна, даже в гостинице, и он бы не полетел сломя голову в другой населённый пункт посреди ночи.

- В номере что-нибудь пропало?

- Да нет, ничего, - администратор растерянно пожала плечами.

Подошла дежурная, низкая пухлая женщина неопределённого возраста.

Сергей её спросил:

- Постоялец убегал, или спокойно уехал?

- Не похоже, чтоб убегал, - ответила дежурная, - спокойный был, даже довольный. Сообщил, что его срочно в город вызвали, посетовал на то, что не пускают в монастырь, а он, вроде как, специально ради него и приехал, а значит и оставаться дальше смысла нет. А сам утром на неделю продлил! Но деньги забирать не стал, может ещё вернётся? Номер у него аккуратный был, чистый, он там мало находился. Уж не знаю, где у нас можно всё время пропадать, в такую погоду? - недоумевала она, - и с женщинами его не видели! А на выходе сумку показал, чтобы я убедилась, что он ничего из номера не вынес, у нас и выносить то нечего. Это для того, чтобы я номер не проверяла, прежде, чем его отпустить. Да я и не сомневалась, что с ним всё в порядке! Тем более, что деньги то он не забрал! Ещё и чаевые оставлял, то деньгами, то коробочку конфет подарит, - она зарделась и опустила глаза.

- А под каким именем записался? Он же паспорт показывал? - полюбопытствовать Сергей.

- А как же! Всё как положено! Имя у него такое необычное, с отчеством и фамилией не сочетается - Котов Самуил Иванович!

- И на каком этаже номер?

- На третьем, в том то и дело! - округлив глаза, сообщила дежурная, - и балконов там никаких нет!

- Поднимемся? - Сергей кивнул в сторону входа. Ему стало любопытно, стоило ли выбитое окно такого беспокойства? Лично он не особенно в это верил.

Участковый согласно кивнул, и все они направились во внутрь гостиницы, ещё раз осматривать номер.

А когда вошли, Сергей первым, и остановился, потрясённый масштабом разрушения. Мелкие брызги стёкол валялись везде, и кое-где воткнулись в мебель, и даже в стены. А рама была выгнута и покорёжена. Невероятно, что такой удар, да ещё и на третьем этаже, где нет балкона, мог нанести человек.

Сергей подошёл к окну. Метрах в трёх от гостиничной стены росла толстая высокая берёза. Листья мешали рассмотреть, есть ли на её стволе какие-то следы? И они наверняка были.

- Думаешь, злоумышленник залез на дерево? - спросил Головин, проследив за взглядом Сергея.

- Не иначе! Или с крыши, - но сам Сергей был убеждён, что в номер прыгнули именно с дерева. Но стоило ли говорить об этом участковому? Однако заметил, что тот проследил за его взглядом, и пристально вглядывается в ствол дерева.

- Шаги, или посторонний шум вы слышали? - спросил Головин.

- Нет, - дежурная покачала головой, - когда поднималась по лестнице, услышала сильный удар, и звон стекла. Но пока я думала, откуда он мог быть, пока звонила Жене, какое-то время прошло. Я сама была ни жива, ни мертва от страха! Вот что я сделаю, если бандиты пролезли?

- Всё правильно сделали, - одобрил участковый.

- Женя прибежала, мы ещё послушали, но везде тишина стояла. Снаружи посмотрели, и поняли, где окно разбито? Тогда вам и позвонили!

- А посетитель точно уехал? - спросил Головин, - он не мог вернуться?

- Нет-нет! - замахал руками дежурная, - я его проводила, и на крыльцо вышла! Скучно было, и воздухом подышать. Его машина быстро скрылась на дороге!

- На улице никого не заметили? - спросил Сергей.

- Никого. Но окно то с другой стороны, поди от туда и шёл!

- Ладно, - сказал Сергей участковому, - думаю, вы тут сами разберётесь, а у меня другие дела.

- Конечно, - кивнул Василий Романович, - всё-таки придется баллистиков вызывать. Может мы чего-то не углядели. Как расследование продвигается?

- Бодро, - ответил Сергей, - вы там камеру для гостей приготовьте, на всякий случай.

- Приготовим, - удовлетворённо кивнул участковый, вера в успех расследования у него не ослабевала.

Сергей снова сел в машину, и немного отъехав, набрал Самуила:

- Ну что, вовремя ты ретировался! Ещё немного, и не пришлось бы мне заморачиваться договором!

- Что случилось? - сдержанно спросил оборотень.

Сергей рассказал и недоумевал:

- Ты что, паспорт свой предъявил? Неужели настоящий?

- Не совсем, - скромно ответил Самуил, - но имя в нём записано честно!

- Так я и подумал! Тут полиция в шоке от удара по стеклу, даже взрыв подозревают! Одним ударом на мелкие осколки!

- Не взрыв, конечно. Кажется, ты был прав, это может быть оборотень, а мне бы точно несдобровать! Получается, ты жизнь мне спас!

- Скажи спасибо моей интуиции!

- Само собой! Тебе с ней определённо повезло.

- Ладно, отдыхай, и оставайся пока на связи, может ещё понадобишься.

Сергей попрощался, и поехал к дому, где его с нетерпением ждали коллеги.

Глава 15

Сомнений больше не было, он напал на след опасного, и наверняка крупного зверя, оборотня. Кто же это? Медведь? Тигр? Кто-то очень сильный, и способный на мощный прыжок. Точно не волк, этот по деревьям лазить не умеет. И скорее всего, не медведь, вряд ли он мог прыгнуть так далеко. И не птица, слишком сильный удар, никакая птица не способна пробить двойной стеклопакет, и даже не поморщиться. Следов крови в комнате не обнаружили.

Значит, кто-то из кошачьих - тигр, барс, пантера.. Зверь матёрый и жестокий.

И как его ловить? Сергей опасался, что монах сбросит с себя человеческую личину, и ускользнёт от правосудия. Мало того, что ускользнёт, так ещё и кого-нибудь убьёт, или покалечит. И удержат ли его наручники?

Зазвонил телефон, снова Головин:

- Мы обследовали берёзу под окном, - сообщил он, - обнаружили следы когтей какого-то крупного зверя. Вот, теперь думаем, откуда у нас в посёлке завелась такая тварь? - в голосе проскальзывали панические ноты, - в наших хоженых, перехоженных лесах отродясь хищников не водилось!

- Может сбежал откуда-нибудь?

- Не иначе, - упавшим голосом ответил участковый, - всё-таки, что-то нечисто с этим постояльцем. Надо бы его проверить.

И у Сергея похолодело внутри. Именно его номер телефона они увидят в журнале звонков! Как же он заранее не подумал о простой конспирации? Но теперь поздно паниковать. Мгновенно собравшись, он решил немного приоткрыть участковому завесу тайны, хотя бы небольшой край.

- С ним всё в порядке, - ответил он, - можешь мне поверить.

-Ты его знаешь? - насторожились Головин.

- Вообще-то, это конфиденциальная информация, но раз такое дело, придётся поделиться. Только теперь она станет конфиденциальной и для тебя!

- Не волнуйся, я профессионал, - заверил участковый.

- Это был мой осведомитель, скрытый агент, и работал по нашему делу. Именно я позвонил ему ночью, и сообщил, что у нас уже есть подозреваемый, потому он может ехать домой. Правда я не думал, что он сразу сорвётся, среди ночи! Оказалось, что к лучшему.

- Ничего себе! - присвистнул Головин, - так может это покушение? Именно на него?

- Вот и сам теперь думаю.

- А вы точно вычислили убийцу?

- Я уверен на сто процентов, но всё равно, требуется проверка. Мотив неясен. А следы когтей могут быть имитацией, или приспособлением, чтобы лазить по деревьям.

- Может быть! - проговорил участковый с долей облегчения. Всё же иметь дело с людьми было привычней и приятней, чем с неведомым животным, - на берёзу так просто не забраться, она скользкая! Ладно, вы работайте, а я придумаю, как вывести из-под следствия твоего информатора.

- Спасибо, коллега! Мои напарники тоже о нём не знают, прошу это учесть.

- Камера для преступников у нас готова, кстати. Мы её теперь всегда держим в режиме круглосуточного гостеприимства.

- Да нет, нельзя его в вашу уютную камеру, - неожиданно ответил Сергей, - слишком опасный. Как только арестуем, повезём сразу в Москву, под усиленным конвоем.

- Может ты и прав, - с плохо скрываемым облегчением проговорил участковый.

Сергей притормозил возле дома, на планёрку он опоздал больше, чем на час.

Аня встречала его у двери, воинственно уперев руки в боки, и пригрозила:

- Только попробуй не выдать что-нибудь стоящее!

- Не кипятись, Аня, стоящего целый короб!

Видя, как он напряжён и взволнован, дальнейшие упрёки и разбирательства решили отложить.

- Да ладно ты, Аня, - миролюбиво произнёс Толя, - подумаешь, немного опоздал. А даже если проспал, ничего страшного не произошло! Или произошло?

Все напряжённо уставились на Сергея. И он покачал головой отрицательно, но не слишком убедительно.

Если раньше он не собирался рассказывать о ночном инциденте, то теперь понял, что просто обязан, даже ценой собственного позора! Гораздо хуже будет, если кто-нибудь из коллег попадёт в ту же ситуацию, и не убережётся, тогда он себе не простит!

- Так-так, садись за стол, а то сырники уже остыли, а омлет засох, пока тебя ждали, - Женя заботливо усадил Сергея за стол, подвинув тарелки.

Все присели рядом и с ожиданием смотрели на него.

Сергей выдохнул и произнёс:

- Я знаю, кто убийца? Это брат Афанасий.

Все с недоумением переглянулись.

- Доказательства будут? - едко спросила Аня, - или опять пальцем в небо?

- Простите меня, дурака, - винился Сергей, - мозги мне видать отшибло, в этом монастыре. Всё как в тумане!

- Я заметила, - кивнула Аня с злорадством.

- А я не заметил! - в пику воскликнул Женя, - мозги как мозги! Я так вообще, как зайду туда, так всё перед глазами плывёт.

- Погодите вы! - раздражённо перебил Толя, и кивнул Сергею, - рассказывай!

- Так вот, - ответил Сергей, - перед тем, как убили Варфоломея, я слышал его разговор с Афанасием. Варфоломей напомнил, что у него есть дождевик, и просил одолжить его брату Александру, чтобы тот не мок под дождём, когда ходит за покупками.

- А что Афанасий? - напряжённо спросила Аня.

- Сказал, что посмотрит, но явно побледнел, это я заметил, когда выглянул посмотреть. Они меня не заметили.

- Ну ты, Серёга, даёшь! - возмутилась Аня, - у тебя точно мозги отшибло! Это же готовое доказательство вины! Надо было его ещё тогда, сразу арестовывать, тогда может и Варфоломей был бы жив! И кстати, в келье Афанасия не было никакого дождевика!

- И заметьте, - подхватил Женя, - он как никто другой подходит под характеристику убийцы, и рост у него соответствует! Это точно он, больше некому!

Все вскочили, готовые поспешить на задержание.

- Сядьте! - прикрикнул Сергей, - я ещё не всё рассказал.

- Та-ак, - протянула Аня, опускаясь на табурет.

- Есть ещё кое-что, - Сергей пытался справиться с волнением, накинувшись на пищу. Все с ожиданием смотрели, как он судорожными движениями пихает в рот сырники, глотает их, почти не пережёвывая.

- Да ты успокойся, - миролюбиво произнёс Толя, - мы же свои, прикроем тебя, если что.

- Не понадобится, - досадливо поморщился Сергей, - я ничего не совершил преступного, или опрометчивого. Но обещайте, что не будете смеяться! - а сам с ожиданием посмотрел на Аню.

Она задумалась, но помалкивала.

- Обещаете? - надавил он.

- А если не пообещаем, не расскажешь? - едко спросила она.

- Это не так чтобы относится к делу, могу и не рассказывать.

Любопытство одержало верх, и Аня торжественно пообещала:

- Клянусь, я заткну себе рот кляпом, если из него вырвется хоть один смешок!

Остальные могли молчать, слова Сергея только больше встревожили.

- Ну так вот, - начал Сергей, пряча глаза, - когда ночью, перед сном, я пошёл в душ, все братья уже спали, кроме Афанасия. Он поджидал меня там. И я испугался до трясучки! Я даже не сомневался, что он собирается меня убить! С огромным трудом взял себя в руки и смог его заболтать. Но потом, когда вернулся в келью, он постучал в дверь. И тут я понял, что в душе, скорее всего, он не рискнул на меня напасть. Гораздо безопасней это сделать прямо в келье, и никто не хватится до утра. Но просчитался, я ему не открыл. А теперь думаю, что стоило рискнуть, я ведь мог с ним справиться! Или нет? И мне стыдно за свою трусость.

Вопреки ожиданию, смеяться никто не думал, даже наоборот, все встревожились.

- Нечему там стыдиться, - заявил Толя, - всё правильно сделал.

- Да, Серёга, - произнесла Аня, - если уж ты пересрался, то это не просто так! Весь отдел безоговорочно доверяет твоей интуиции! И ведь именно вчера ты всех отпустил домой!

Женя подхватил:

- Так может потому он и решился тебя подкараулить. Только непонятно, зачем ему тебя убивать?

- Да мало ли, - ответила Аня, - оттянул время, устранил опасного соперника. А может понял, что именно мы сможем докопаться до правды? Ведь не каждому дано! Если бы удалось устранить Сергея, то всю группу отправили бы домой, а следствие отдали бы другим. А другие не факт, что справятся.

- А может почувствовал, что Серёга его раскусил? - предположил Толя.

Сергей, видя реакцию друзей, успокоился. Его тревожила мысль, что к ночному происшествию могут отнестись с пренебрежением.

- У него было что-то в руках? - деловито спросил Толя.

Сергей сосредоточился и припомнил:

- Полотенце.

- Знаю я их полотенца! - компетентно заявил Женя, - тонкие и длинные, как будто специально созданы, чтобы удобно придушить.

- Так, стоп! - воскликнула Аня, - надеюсь, ты утром спросил, зачем он к тебе заходил?

- А как же! Само собой! Подошёл и спросил! Он же ночью стучал под предлогом, что хочет сообщить мне что-то важное! Вот и мне было интересно, как он будет выкручиваться? А он спокойно поведал, что слышал, как мы обсуждали дождевики. И то, что несколько таких дождевиков они заказывали купить. Один непосредственно для него, чтобы на огороде не мокнуть, если дождь застал. Другой брату Андрею, а ещё - отцу Георгию и брату Севастьяну. Мало того, именно в таком дождевике я и застал утром брата Александра, когда тот собирался выходить в город, за провизией. И он сказал, что увидел его на вешалке, в общей гардеробной, и решил воспользоваться. И Афанасий подтвердил, что оставил дождевик специально для него, проявил, так сказать, заботу.

- Ты же его изъял? - спросила Аня.

И Сергей оторопел.

- Что!? - грозно воскликнула Аня, приподнимаясь с табуретки, - хочешь сказать, что нет?

Сергей прикрыл глаза ладонью.

- Да что же это такое! - запричитала Аня, - с какими идиотами приходится работать!

- Ань, не кипятись, - успокаивал её Женя, - сейчас быстренько догоним и заберём!

- Да толку то! - сокрушала Аня, - смотри, какой дождь! Все отпечатки смоет! Он специально, именно сейчас, подсунул этот дождевик!

- Всё-всё! облажался, признаю! - Сергей поднял руки, - поздно закатывать истерики, давайте думать! На самом деле, я прекрасно видел, что дождевик новый, потому и не стал суетиться.

- Ну и зря, - с нажимом ответила Аня, - конечно это не тот дождевик, в котором убивали настоятеля. Но если убийца Афанасий, в чём я уже не сомневаюсь, то значит, он подсунул чей-то другой. И отпечатки пальцев хозяина мы могли уже найти. И это бы послужило доказательной базой! Похоже, только я здесь ещё мыслю здраво!

- Но если дождевик хоть раз надевали, то на нём ещё могут быть отпечатки пальцев, с обратной стороны, - с надеждой проговорил Женя.

- А если нет?

- Ну, тогда, - он беспомощно развёл руками.

- А когда мы, кстати, говорили о дождевике и бахилах, чтобы Афанасий мог услышать? - озадачил Сергей.

Все задумались.

- Могли, - с сожалением признала Аня, - мы вообще громко разговариваем, и слышать мог кто угодно. А тут ещё акустика! В одном месте шепнёшь, везде отдаётся! Даже в кельях спокойно не поговоришь, я почему-то уверена, что и там нас могут подслушать, кому надо.

- Да, этим к стенке не припрёшь, - согласился Толя.

- А ты видела дождевики у Андрея и Севастьяна? - спросил Женя, - ты же у всех в кельях обшмонала?

- В кельях то обшмонала, но там куча барахла, включая зимнюю одежду, я поленилась лезть, - с досадой призналась Аня, - я же следы крови искала!

Упрёк чуть не сорвался с губ Толи, но Сергей его перехватил:

- Ладно, все хорошо! И Аня живой человек, может ошибиться. Давайте ка, собираемся, и начинаем работать. Сейчас пройдёмся по обладателям плащей. Женя, ты в хозяйственный магазин, поговори с продавцами, они должны помнить, какой товар продавали в монастырь? Может там ещё что-то всплывёт? Мы с Толей в монастырь. А ты, Аня, покопайся в подноготной этого Афанасия, попробуй установить, откуда он родом, где живут его родственники? Если он убивает не из любви к искусству, то должна быть причина, и нам нужно до неё докопаться!

Глава 16

Хозяйственный магазин Женя обнаружил без труда, благо, в этом посёлке такой был всего один. Конечно, хозяйственные товары сейчас продают во всех торговых точках, но ассортимент у них всё-таки ограниченный.

И целлофановые дождевики заметил сразу.

Нашёл директора, это была крупная молодая женщина с густыми чёрными волосами, даже слишком чёрными для её белесых бровей и ресниц. Женя никогда не понимал пристрастия некоторых блондинок к чёрному цвету волос.

Директор назвалась Таней и улыбалась очень мило и приветливо.

- Мне нужно узнать, не покупал ли монастырь у вас целлофановые дождевики? - Женя сразу приступил к делу.

- Рая! - зычно крикнула директор.

Из подсобки вышла худенькая молодая женщина.

- Тут товарищ из органов интересуется, плащи у нас монахи покупали? Ты помнишь?

- Как же, помню, - бесцветным голосом ответила Рая, - брат Варфоломей заходил, я его хорошо знаю. Обычно у них брат Александр всё покупает, но в тот раз поручили ему. Пять дождевиков брал.

- Пять? Вы ничего не путаете?

- Нет, не путаю, а у меня и записано, сейчас найду.

Она снова скрылась в подсобке, и скоро вынесла потрёпанную общую тетрадь, деловито полистала её и показала Жене:

- Вот, пять плащей, куплены монастырём в один день, полтора месяца назад.

Женя сфотографировал лист. Но потом всё же решил его изъять. Спорить с ним не стали, тетрадь учёта велась для самих работников магазина, им было так привычней учитывать проданный товар.

А Женя поспешил к коллегам.

Они, в тот момент, находились в келье брата Афанасия. Александр уже вернулся, и Афанасий спокойно предъявил свой дождевик. Аня аккуратно его свернула, убрав в пакет.

А когда вышли, Женя кивнул Сергею и показал учётную запись из книги. Все напряжённо переглянулись.

- Идём в наш дом, - кивнул Сергей, - надо поговорить.

В этот раз, в своё временное жилище они направились на машине, не хотелось мокнуть под дождём, который снова зарядил после небольшого просвета.

- Вот почему понадобилось убить Варфоломея! - воскликнула Аня, сидя в машине, - а я то недоумевала - зачем? Если он сам нам рассказал о дождевиках? Но теперь непонятно, кому предназначался пятый?

- Что, если Афанасий попросил купить ему два? - предположил Толя.

- Мы не может тыкать пальцем в небо, - с досадой возразил Сергей, - придётся снова допросить монахов, и узнать, сколько человек нуждалось в дождевиках?

- А может, сначала найдём оставшиеся? - предложила Аня.

- Аня, тебе карты в руки, ищи! - поручил Сергей, - только тщательно ищи, в этот раз. Времени у нас немного, сегодня надо всё выяснить и арестовать убийцу, я не сомневаюсь, что это Афанасий.

- Но доказательств у нас никаких! - напомнил Женя.

- А давайте арестуем, а потом будем искать доказательства! - предложил Толя, - дело серьёзное, и преступник у нас серьёзный, мы не вправе подвергать опасности жизнь монахов.

- Пожалуй, - глухо ответил Сергей, - сейчас же позвоню, вызову конвой из Москвы. Я подумал, что местные могут его не удержать.

- Я тоже подумала, - призналась Аня.

- На свой страх и риск, если это не он, отпустим и извинимся, - Сергей вздохнул.

Они подъехали к дому. А там, Сергей приступил к обзвону, Женя сел за компьютер, искать сведения о брате Афанасии, всё, что сохранила сеть, а Аня с Толей снова поехали в монастырь, Аня искать плащи, а Толя расспрашивать монахов.

Через три часа все снова собрались вместе.

- Рассказывайте, что удалось узнать? - потребовал Сергей.

Первой вызвалась Аня:

- В общем, так, нашла я эти дождевики, - она укоризненно покачала головой и закатила глаза, - эти слуги Божьи понятия не имеют, что хранится у них в кладовках! Отец Георгий еле вспомнил, что у него есть дождевик, я его нашла в упаковке, валялся в тёмном углу. Поди и не вспомнил бы! О том, кому покупали такие же, он сказать не смог. Брат Александр подошёл к нему, спросил - надо? Он пожал плечами, тот и решил, что на всякий случай надо. Я подумала, что видимо пятый дождевик брату Варфоломею заказывали лично, об этом никто мог не знать.

- Может и так, - подхватил Толя, - я тоже об этом подумал, и всех снова расспросил. Как ни крути, но только четыре человека нуждались в дождевиках, остальные сказали, что ничего подобного не заказывали, и им не покупали.

- А вдруг это брат Александр? - опять засомневалась Аня, - он мог лично подойти к Варфоломею и попросить. Его никто и не слышал!

- Нет! - возразил Сергей, - он не заказывал дождевик, иначе зачем Варфоломей обращался к Афанасию, чтобы тот уступил ему свой?

- Точно! - воскликнула Аня, - он наверняка знал, что дождевик Александру не покупал! Ну и всё тогда! Афанасий - единственный подозреваемый! У него был дождевик, и он единственный подходит по всем параметрам убийцы. Не верю я, что дрищавый художник мог такое осилить!

- А может проверим его? Напоследок! - подмигнул Толя.

- Как ты собрался это делать? - недоумевал Женя.

- Так же, как Матфея, например. Наш убийца имеет хорошую физическую подготовку!

- Давайте! - согласился Сергей, - время ещё есть, конвой будет через сорок минут.

Они направились в монастырь.

Немного не доезжая, Аня попросила притормозить. Деловито пошарила под сидением, и извлекла прочную сумку.

- Что ты задумала? - спросил Сергей.

- Готовим операцию как положено, - заявила Аня, и кивнула Толе, - идём со мной.

Он в недоумении вышел из машины. Путь их лежал к разломанной кирпичной постройке.

- Складывай кирпичи в сумку, - распорядилась Аня.

- Зачем?

- Что зачем! - разозлилась Аня, - складывай давай, как мы будем Андрея на дрищавость проверять? Упал-отжался меня не убедит, изобразить, что силы не хватает, можно без труда!

- А! Понял! - Толя догадливо улыбнулся и со всей добросовестностью принялся наполнять сумку кирпичами, благо их было полно, грязные, ломаные, но всё равно тяжеленные.

Когда сумка была убедительно наполнена и обрела приличествующий вес, Аня скомандовала:

- Хватит. А теперь донеси до машины.

Толя взял за ручки, опасливо посмотрел:

- Не оборвутся?

- Давай-давай, выдержат, - заверила Аня.

- Тяжёлая, зараза, - посетовал Толя, однако сумку донёс. Аня тоже пыталась её поднять, но смогла только немного оторвать от земли, и с удовлетворением кивнула.

- Так вот, - сказала она, залезая в машину, - я так поняла, нам некогда будет возиться и придумывать Андрею физические упражнения? Значит, его надо выманить из монастыря, а потом я попрошу донести сумку с оборудованием. А там посмотрим, как он справится? Если как Толя, то арестовываем обоих, а если не потянет сумку, то и говорить не о чём, не он это!

- Молодец, Аня, - одобрил Сергей.

Так они и сделали. Сергей вывел брата Андрея на свежий воздух, а тут подскочила Аня с приготовленной сумкой.

- Брат Андрей, Вы же сейчас в монастырь? Поможете мне донести оборудование? - у неё было такое милое лицо, что коллеги залюбовались.

- Разве Вы не можете попросить своих коллег? - неприязненно глядя на сумку и на неё, ответил монах, - тем более я разговариваю.

- Нет-нет, мы уже закончили, - поспешил ответить Сергей.

- А вы разве не идёте в монастырь? - упирался Андрей.

- У нас ещё дела за его пределами.

- Ну хорошо, - Андрей пожал плечами, он явно чувствовал подвох, да и удивительно было не почувствовать, когда все смотрели на него со странным выражением.

Взялся за сумку и лицо его перекосилось, с первого раза он не смог оторвать её от земли.

- Что же Вы, идёмте! - призывала Аня, направившись к дверям первой.

Андрей взялся за сумку двумя руками, покраснел и поднатужился. Согнувшись, и с трудом перебирая ногами, он медленно шёл за Аней. На него смотрели с понимающими усмешками.

- Да вы что туда, кирпичи наложили? - возмутился монах, посмотрел в сторону парней из опергруппы и потребовал, - помогите мне, или тащите сами!

- Эх, брат Андрей, никакого у Вас смирения! - пожурил Толя, - что, совсем никак?

- Издеваетесь надо мной?

- Ладно, бросай, всё с тобой понятно, - Сергей махнул рукой. Сумка с грохотом упала на мокрый асфальт.

- Что это было? - Андрей требовал объяснения.

- Следственный эксперимент, - сухо ответил Сергей, - можете быть свободны.

Испуганно пятясь, монах поспешил скрыться в святой обители.

- Не тянет, - Аня брезгливо скривилась.

- Тем лучше для него! - подвёл итог Женя.

- А может и Афанасия заодно проверим? - предложила Аня.

- Давай, - согласился Сергей и кивнул Толе, - теперь ты его приведи. Быстрее только, пока он с Андреем не столкнулся.

Толя кивнул и поспешил к дверям монастыря. Афанасия он нашёл почти сразу, и без труда выманил на улицу. А там всё повторилось. Как и следовало ожидать, тяжёлая сумка не доставила трудностей монаху, он легко подхватил её, и даже не заметил, что тяжёлая. Для чистоты эксперимента, Аня дошла с ним до лаборатории. А потом вернулась обратно.

Хмуро сообщила:

- Он вообще не понял, что сумка тяжёлая! Вот это силища! Как бы мы его арестовывали, он нас голыми руками передушит, если захочет! Хорошо, что Серёга усиленный конвой вызвал!

- Этот парень власяницу носит, кстати, - поведал Сергей.

- Да ну! - все поражённо посмотрели на него, - откуда знаешь?

- Сам сказал, когда мы с ним разговаривали наедине.

- Знаешь, Серёга, - сказала Аня, с тревогой глядя на него, - я теперь не сомневаюсь, что он бы тебя убил!

- А раньше сомневалась? - Женя укоризненно посмотрел на неё.

- Ну как, - замялась Аня, - всё-таки не было твёрдых доказательств, может он и правда просто хотел поговорить?

- Доказательством, достаточно твёрдым, был бы его труп? - возмутился Женя, - запомни, Аня, в нашем деле, если чувствуешь, что что-то не так, лучше перестраховаться!

- Всё-всё! Скоро конвой подъедет?

- Минут через десять будут.

Они молча ждали, когда подъедет машина, и только потом, в компании вооружённых автоматами людей, зашли в монастырь.

- Сапрыгин Богдан Васильевич, Вы обвиняетесь в убийстве..

Монахи вышли на улицу, потрясённо провожая брата Афанасия в тяжёлый путь. Он прошёл мимо, и не взглянул ни на кого, всем своим видом выказывая презрение.

Охая и крестясь, они стояли сконфуженные.

- Я всегда знал, что брат Афанасий нас ненавидит, - тихо произнёс Иоанн, - но чтобы так сильно! Может он всех нас собирался убить?

- Господи помилуй! - монахи испуганно перекрестились.

К Сергею стремительно подошёл отец Арсений:

- Вы уверены, что теперь преступник пойман? Это не может быть ошибкой?

- Уверен на девяносто девять процентов!

- Значит, есть всё-таки, тот самый процент, который не исключает ошибку?

- Этот процент я оставил на погрешность, раз мы до сих пор не знаем мотив.

- У него был мотив?

- Думаю, что был.

- И всё-таки, сильна молитва монахов! С Божьей помощью, вам понадобилось не так много времени, чтобы разоблачить преступника! - с экстатическим восторгом воскликнул отец Арсений.

Аня криво посмотрела на него, но промолчала.

- Ну что ж, батюшка, делать нам здесь больше нечего, если понадобится, мы подъедем. А пока, спасибо за гостеприимство, а мы пожалуй домой, и работать дальше.

Священник поклонился с благодарностью и облегчением.

На сборы понадобилось пол часа, в основном, помочь собраться Ане. Но, как оказалось, она уже заранее упаковала всё, в чём не было сиюминутной необходимости, и даже свои личные вещи. Ей уже давно не терпелось убраться отсюда.

Заехали в участок, попрощаться как положено, хотя, наверняка ещё предстояло вернуться, и не один раз, но там никого не оказалось, даже лейтенант был на вызове, а его начальство укатило в соседний посёлок. Ограничились звонком по телефону.

Аня, с довольной улыбкой, водрузилась на водительское сидение, и тронулись в обратный путь.

- Да, непростое дело мы раскрыли! - сказал Толя, с опаской оглядываясь на монастырь, - и правда, там голова работала как-то не так, не в полную силу, мысли всё время рассеивались!

Женя спросил:

- Аня, как тебе удавалось сохранить здравый рассудок?

- Говорила ж, бабушка у меня была молитвенница, - проворчала Аня, - я в этой атмосфере с детства обитала! У меня наоборот в голове просветление! Однако рано успокаиваться, не факт, что Афанасий расколется, ещё придётся побегать, чтоб мотив найти и доказательства собрать.

- Да уж, - вздохнул Женя, - побегать и побегать! Его родня проживает в Сибири, в одном из самых глухих уголков. Боюсь, что этот монастырь нам ещё покажется верхом цивилизации и комфорта!

Аня скисла и замолчала, даже скорость не слишком прибавила, оставаясь в мрачной задумчивости. Но когда они ехали через лес, то вдали заметили остановившуюся машину конвоя. По всем расчётам, она уже должна быть далеко. Аня притормозила.

- Что-то неладное происходит, мальчики, приготовьте ка оружие!

- Неужели сбежал? - с гневом и досадой воскликнул Сергей.

Потихоньку Аня подъезжала к машине конвоя. И вскоре они увидели лежащих на дороге людей. Вокруг было тихо.

Остановились и с опаской вышли из машины.

- Они мертвы? - Женя, оглядываясь по сторонам, подходил к конвоирам. Но оказалось, всё немного лучше. Люди были прикованы наручниками друг к другу и с простреленными ногами, преступник стрелял из автомата, отобранного у одного из них, не с целью убить, а чтобы пресечь погоню, всё отобранное у конвоиров оружие валялось в стороне, возле дороги.

Сергей вызывал скорую, а остальные бросились помогать конвоирам. Двое из них потеряли сознание. Потеря крови могла быть очень большой. Наручники отстегнули и перетягивали раны, задействовав имеющиеся в распоряжении аптечки.

Главный среди конвоиров виновато отводил глаза, а Сергей был так зол, что едва удерживался, чтобы его не ударить.

- Предупреждал, что преступник особо опасен? Просто так что ли вас вызвали? Тоже мне, помощнички! - рычал он, - как получилось, что он вас обманул?

Конвоир докладывал:

- Как в лес заехали, монаху стало плохо. Мы то эти уловки знаем, но тут и правда не походило на симуляцию! У него кровь текла из носа и даже из ушей! Стал задыхаться, синеть. Мы боялись его не довезти. Конечно, подумали, что он нам сделает, смиренный монах? Он постоянно молился и головы не поднимал. Вообще, честно говоря, проскальзывала мысль, что вы ошиблись с определением опасности преступника. Машину остановили и вынесли его на воздух, наручники пришлось отстегнуть. И тут он сразу ожил, взял меня в заложники и выхватил автомат. Как-то у него ловко получилось, мы глазом моргнуть не успели! Сразу стал стрелять по ногам, спасибо, что не на поражение! Одной рукой! Другой держал меня за горло, ну и силища у него, скажу я вам! Потом заставил нас пристегнуться наручниками, мы все, с перебитыми ногами, и без рук, даже до рации не могли добраться, чтобы помощь вызвать. И дорога здесь безлюдная. Если бы вы не подоспели, истекли бы кровью.

- Он в лес побежал? - уточнил Сергей.

- В лес! Ничего, выловим мы вашего монаха, далеко не уйдёт!

Но Сергей уже понимал, что преступника они не поймают, оборотень от них ушёл в свою среду обитания. И если увидят где-нибудь редкую косматую зверюшку, то пожалуй, ещё и заставят её охранять. И Сергей никому не докажет необходимость её подстрелить. Но также он понял, что брат Афанасий не кровожадный. А значит, у него был повод убить настоятеля. А брат Варфоломей, скорее всего, пошёл прицепом, как нежелательный свидетель. Пусть в поимке зверя Сергей был не уверен, но разобраться с мотивом он непременно хотел. Эх, работы и правда ещё предстояло немало!

Глава 17

Несмотря на то, что преступника упустили, проделанной работой опергруппы начальство осталось довольно. Такое сложное дело раскрыли в кратчайшие сроки, на что никто не надеялся. Расследование могло растянуться надолго, даже наверху это понимали, и не торопили результат, или торопили без огонька. Слишком много фигурантов, и место преступления больно щекотливое, следовало проявить аккуратность и точность.

Но теперь личность преступника ни у кого не вызывала сомнения, как и то, что поймать его будет несложно. И только Сергей в этом сильно сомневался. Побег убийцы не был виной опергруппы, напротив, они правильно оценили степень его опасности. Проштрафился конвой, который сейчас зализывал раны в больнице.

А Сергею, и его напарникам, теперь предстояла кропотливая работа по сбору информации, нужно было вычислить, где мог залечь беглый монах? И разобраться в причинах тех зверств, которые он учинил. А они определённо были! Уже все понимали, что брат Афанасий убивал не из любви к искусству, или ненависти к монахам в целом, а по какой-то причине жестоко наказал именно отца Владимира! Варфоломею же просто не повезло. В какой-то степени, брату Афанасию даже были благодарны, что он пощадил конвой, а мог ведь спокойно всех перестрелять. Но видимо, не захотел брать грех на душу за убийство неповинных людей. Богобоязненность помешала! Об этом говорили с усмешками, та же богобоязненность нисколько не помешала зверски расправиться с настоятелем, и придушить несчастного Варфоломея.

Корни преступления, без всякого сомнения, следовало искать в сибирской глуши, откуда был родом брат Афанасий. Полноценной информации, проливающей свет на причину его поступка получить дистанционно не удалось. А это означало, что скоро им предстояла далёкая командировка в Сибирь, на комары. От этого у всех сводило скулы, особенно у Ани, она слегка позеленела и пребывала в хмуром настроении. Да и у Сергея поездка в сибирскую глушь энтузиазма не вызывала. Только он со всей определённостью понимал, насколько она может стать опасной. Если зверь уже на своей территории, то вряд ли они с ним справятся, а вот он с ними вполне. Сергей лишь надеялся, что зверь не выйдет на них на охоту, а предпочтёт укрыться. И тогда у них не будет шанса его найти, что определённо к лучшему.

И всё же, он всерьёз подумывал о том, что следует заказать отливку серебряных пуль. И неплохо бы найти в тётушкиных тетрадях хоть какую-то информацию об оборотнях. Да и можно ли их, на самом деле, убить серебром, или это красивые сказки?

Была надежда на Самуила, он должен вот-вот наведаться за обещанной наградой. И Сергей ждал.

Кот появился только на третий день после их возвращения из командировки. Точнее, на третий вечер.

По возвращению домой с работы, Сергей застал его стоящим всё в той же песочнице. Оборотень рассеянно смотрел по сторонам. Сергей молча кивнул ему, приглашая следовать за собой. Самуил, в тот момент, внимательно следил за голубями, что-то клюющими на земле, неподалёку от него, но жест Сергея не пропустил. И когда дверь в подъезде открылась, под ногами промелькнул чёрный кошачий хвост.

- Что за фокусы? Не мог зайти нормально, как человек?

Кот спокойно бежал следом, и только тогда, когда они оказались в квартире, за закрытыми дверями, снова принял человеческий облик. Отряхнулся и пояснил:

- Это только ты, на месте силы, видишь меня таким. Для остальных я в образе кота. Согласись, что на ходу перекидываться в человека, это плохая идея?

Сергей мучительно припоминал, а в день, когда они заключали договор, заходил ли он в подъезд в облике кота? Если и заходил, то обернулся, когда закрылась подъездная дверь. Самуил всё время шёл следом, и Сергей ни разу не повернул голову, чтобы на него посмотреть. Зато ситуация объясняла, почему Толик его не заметил. Кот мог пригнуть голову в песочнице, и он не обратил на него внимания.

Сергей недовольно спросил:

- Что раньше не заходил, и номер не отвечает? Я жду с нетерпением, надо же поставить точку в нашем договоре!

- Были кое-какие дела, - уклончиво ответил Самуил.

- Ты знаешь, а мы ведь упустили брата Афанасия! Вернее сказать, конвой упустил, усиленный, между прочим! Монах смог их обмануть, спасибо что на смерть не перестрелял!

- Как же так! - испуганно воскликнул Самуил, зрачки его глаз сильно расширились, - а я так на вас надеялся!

- Да не ссы, ему сейчас не до тебя. Он в розыске, сидит где-нибудь в глухой берлоге. Поймаем, рано или поздно!

- На твоём месте, я бы не был так оптимистичен, - уныло произнёс оборотень, - но пожалуй, ты прав, ему и правда не до меня, хоть я дома и чувствую себя в безопасности, и всё же поостерегусь. Бережёного Бог бережёт, - произнёс он уже беспечно.

- Но хоть какой-то шанс его поймать есть?

- Ни единого! - уверенно заявил Самуил.

Сергей задумался. И ведь правда, Афанасий может спокойно уйти по лесам, а когда надоест скрываться под звериной шкурой, выходить на просёлочные дороги и подсаживаться на попутки. В сибирских бесконечных и непроходимых лесах можно укрываться до конца жизни. А это его дом родной! Самуил прав, не достать им оборотня, разве что случайно. Если только рассказать всё коллегам, и они поверят, то их шансы могут возрасти!

- Нет! - твёрдо произнёс кот.

- Что - нет? - опешил Сергей.

- Ты не вправе посвящать посторонних!

- Мои мысли что, на лбу написаны?

- Конечно написаны! Ты бы контролировал свои эмоции, в жизни пригодится!

- Вроде контролирую, - обескураженно пробормотал Сергей, - так почему нет?

- Нет и всё, это закон.

- Что будет, если нарушу?

Самуил равнодушно пожал плечами:

- Наказание. Кому, как ни тебе, это известно?

- Какое наказание? - с нажимом спросил Сергей, - что всё клещами из тебя вытягивать?

Самуил жёстко посмотрел на него и ответил:

- К тебе придут люди, которых не удержат защитные заклинания твоей тётушки, заберут все её архивы, а ты погибнешь в результате несчастного случая. Тем, кому ты успел поведать тайны, сотрут память.

- Но почему? - вознегодовал Сергей.

- Нельзя, значит нельзя. Таков закон! Тебе ли не знать, что закон нужно соблюдать? Если он написан, значит для этого есть причины.

- Да, жёстко, - Сергей сник, - а если мои друзья сами догадаются, что со мной что-то не так?

Самуил беспечно махнул рукой:

- Спишут на банальные экстрасенсорные способности, сейчас это модно. Но мы то с тобой понимает, что до настоящей магии экстрасенсам как до Луны пешком!

- Это точно! - согласился Сергей, и спохватился, - пока не забыл! Что, если я встречусь с оборотнем с глазу на глаз, как его можно убить?

- Если тебе несказанно повезёт, и появится возможность его убить, то не мешкай ни секунды, они будут стоить тебе жизни. Убить можно как любое живое существо, желательно, охотничьим ружьём. Но и твоё табельное подойдёт, только придётся потратить много пуль. Стреляй сразу наповал.

- А серебряные?

Самуил рассмеялся:

- Взрослый человек, а тоже повёлся на сказки!

Сергей укоризненно покачал головой.

Он усадил Самуила на диван, а сам направился в тётушкину комнату, за обещанной тетрадью. А потом пристально наблюдал, как Самуил, с расширенными от возбуждения зрачками, тщательно фотографирует страницы, каждую по несколько раз. Закончив, отправил материал в облако, и стёр на телефоне.

Сергей одобрил такую конспирацию.

- А теперь - договор!

- Да, договор!

Листы договора незаметно возникли в руке у Самуила, и вдруг вспыхнули огнём. Пара секунд, и от них не осталось даже золы.

- Вот и всё! - кот с облегчением улыбнулся, - больше мы ничего друг другу не должны! А посему, я пожалуй откланяюсь.

Он по-кошачьи быстро и плавно переместился к входной двери.

- Постой! - воскликнул Сергей, - если мне понадобится, я могу к тебе обратиться?

- Боюсь, что нет, - Самуил высокомерно взглянул на него, - ни за что и никогда!

- Но ведь и я могу тебе понадобиться?

- Это вряд ли!

Самуил вышел из квартиры с таким видом, будто только что освободился от тяжёлого ярма.

- Ну и ладно, - обиженно пробормотал Сергей, - подкармливал его, подкармливал! Уж лучше бы ты был собакой!

Глава 18

В этот же вечер, когда Сергей намеревался лечь в постель, время уже было позднее, на почту пришло сообщение, звонко просигналив отрывистым звуком.

Сергей так устал за день, что в голове билась только одна мысль - скорее коснуться головой подушки! Он собирался проигнорировать непрошенное послание. Пусть бы оно подождало до утра. Однако, не тут то было! Беспокойные мысли устроили бешеный хоровод в его голове.

Что, если это что-то важное? Что, если кому-то срочно нужна помощь? Что если..? Что если..? Что если..?

Устав с ними бороться, протянул руку к телефону. Это оказалось не простое сообщение, на почту прислали файл от неизвестного адресата.

Зло подумав о том, что это какой-нибудь рекламный спам, Сергей всё-таки его открыл, раз всё равно уже озаботился.

Первые же строки довольно длинного текста заставили его посерьёзнеть и нахмуриться. Он прочитал:

Привет тебе от того, которого ты знаешь под именем брат Афанасий!

К слову сказать, мне никогда не нравилось это имя, не просто не нравилось, а вызывало гнев и отторжение, но ради того, что я задумал и осуществил, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, стоило немного потерпеть.

Я совершил смертный грех, и оставляю вину на личности, которой я был в монастыре, и на этом имени.

- Ничего себе, - хмыкнул Сергей, - ловко выкрутился!

И подумал, что оборотню не привыкать менять личины. Оценил объём текста и понял, что сейчас кажется узнает всё. По какой-то неведомой причине, о которой, возможно, тоже станет известно из написанного, брат Афанасий решил исповедаться перед ним. И с огромным интересом приступил к чтению.

Я мог бы отправить тебе обычное письмо на почту, или даже прямо написать в прокуратуру, изложить причину своих поступков, но всё же подумал, что в моём тексте может оказаться что-нибудь такое, о чём не должны знать непосвящённые. И потому, остановил свой выбор на файле, чтобы ты смог выправить текст по своему усмотрению.

- Разумно! - одобрил Сергей. Он уже и сам рассуждал внутри себя - стоит ли показать этот текст коллегам, или нет? Но монах сам всё предусмотрел.

Начну, пожалуй, издалека, - писал Афанасий, - чтобы ты, и те, кого ты посвятишь в мои откровения, полностью прониклись моими чувствами, и осознали силу моей трагедии, побудившей сотворить такое огромное зло.

Я в полной мере осознаю глубину своего греха, да простит меня Господь! Однако, если повернуть время вспять, то поступил бы в точности так же, ни минуты не сомневаясь, и рука моя не дрогнула бы! А теперь, я уже нахожусь в тайном месте, где вы никогда меня не найдёте, и намерен замаливать свои грехи до тех пор, пока душа моя вновь не обретёт покой и тихую радость. И возможно, Бог даст мне силы и желание молиться за грязные души тех, кого я лишил жизни.

Единственно, прошу прощения у тебя, - читал Сергей, - я был на шаг от того, чтобы и тебя отправить к праотцам. Но ты, кажется, почувствовал мои намерения. И теперь я чрезвычайно рад тому, что душа моя не осквернена напрасным убийством. Хотя и предрекаю, что будут те, кто упрекнёт меня, что не доделал дело до конца, пока была возможность, и ты ещё не заматерел, и не превратился в сильного колдуна. Не сомневаюсь, что впоследствии ты для многих станешь костью в горле. Да-да, я прекрасно понял твою истинную суть, пусть и не сразу. Также, как я понял суть твоего лазутчика кота. И даже подозреваю, что это именно он что-то подглядел, или подслушал, что вызвало твои подозрения на мой счёт.

Так или иначе, закончилось всё благополучно, и на кота я не в обиде. Судя по всему, у него была веская причина тебе помогать. Иначе я не понимаю, что заставило такого мерзавца, как он, так сильно утрудиться? Такие и пальцем не пошевелят, чтобы оказать хоть кому-то даже ничтожную услугу.

Пожалуй, я слишком отвлёкся, и теперь продолжу свой рассказ.

Начну с того, что родился я в таёжном поселении, отвергаемом цивилизацию. Там не было ни дорог, ни интернета, и ничего, что так ценит этот мир.

Люди жили в любви к Богу, осеняя себя двумя перстами, тем, что щедро давала природа.

И лишь раз в году мужики отправлялись по реке на лодках и плотах, чтобы продать излишки, которые у них имелись, благодаря ежедневному тяжёлому труду, и прикупить необходимое для жизни, что невозможно создать в кустарных условиях. Мой отец был среди них священником и главой общины.

В семье, кроме меня, народилось ещё пятеро братьев и сестёр. Старшие уже обзавелись своими семьями и домами. И только я, и моя младшая любимая всеми сестрёнка, оставались в родительском доме, подрастая до своего совершеннолетия.

Беда пришла крадучись и рядясь в благочестивые одежды. Тогда никто её не распознал.

Однажды, в наше поселение добрались миссионеры паломники. Мы приняли их как дорогих гостей, как и всех принимали. А они твёрдо вознамерились привести нас в лоно своей церкви, и проявили к этому большую настойчивость.

Уже через пару лет они увезли за собой, в цивилизацию, половину наших семей. Поселили их в ближайшем посёлке, где находился большой храм. Ничего странного в этом не было, жизнь в тайге тяжёлая, и людям захотелось благ и поддержки государства. Этому немало способствовали болезни некоторых.

Прежде, кого не удавалось выходить травами и молитвами, хоронили с миром и без ропота, ибо на всё воля Божья. Но паломники внесли смуту и заманили светскими врачами и больницами, и некоторым даже удалось помочь. Это и решило судьбу поселения.

Через пять лет даже семьи моих родственников перебрались в новые дома, в посёлке. В конце концов, мой отец собрал оставшихся общинников, они погрузили скарб на лодки, и решили окончательно покинуть спасительную тайгу.

Я тогда был подростком, и немало радовался переменам в своей жизни.

Мы, с сестрой, прежде учившиеся у своих, местных учителей, с радостью отправились в школу. И там узнали, что люди в миру могут жить без веры в Бога, и нисколько не страдают от этого.

И тогда же во мне стали проявляться особенные способности, наверняка ты догадался, о чём идёт речь? Оказалось, что в немалой степени из-за этого наша семья была вынуждена жить в тайге, вдали от людей. Такими оказались многие, кто жил вместе с нами. Но тебе об этом знать не обязательно, тем более, что к делу это не относится.

Так или иначе, школу я закончил с отличием, и был жизнерадостным восторженным подростком, желающим свернуть горы, чтобы сделать этот мир лучше, чем он того достоин.

Родители, подумав, решили отправить меня учиться на биолога, чтобы не нарушать связь с природой. И я, полный сил и надежды на прекрасное будущее, покинул родительский дом.

Учился я легко и радостно, а благодаря доброму нраву обрёл немало друзей. И девушки находили меня привлекательным. К своему стыду, верой в Бога я стал пренебрегать всё больше. И в родительский дом наведывался всё реже, стараясь найти причины остаться в городе даже на каникулах. Тем более, что физическое здоровье и сила позволяли мне находить подработку, и не нуждаться в материальной помощи родителей.

Из дома доходили вести, что отец решил окончательно примкнуть к официальной церкви, и привёл туда всех своих общинников.

Благодаря им, приход стал многочисленным и богатым. И то обстоятельство, что к ним прислали настоятеля из столицы, не обошло моего внимания. Это был небезызвестный вам отец Владимир.

Я искренне радовался, что мои сородичи обрели новую жизнь, и теперь у них всё станет гораздо лучше, чем прежде. А коли сам я уже изрядно отошёл от Бога, то и решил, что не следует компрометировать их своим присутствием. Хотя, конечно же, это была только отговорка, домой меня не тянуло, меня затянула городская жизнь со своими грехами и соблазнами.

Идиллия моя закончилась после четвёртого курса. На Пасху я получил страшную весть. Моя младшая любимая сестрёнка покончила жизнь самоубийством, в далёком таёжном скиту. Она повесилась, не выдержав трудностей и одиночества.

Я не верил своим глазам! Как она там оказалась? Кто догадался отправить в тайгу восемнадцатилетнюю девушку? Она была певуньей и веселушкой и очень любила людей! Моя сестра не могла терпеть одиночество. А ещё, я хорошо знал, что в скиты отправляются жить и молиться только одинокие старухи, обременённые грехами и уставшие от людей.

Но это было ещё не всё! Вскоре меня постигла куда большая утрата.

Когда моя семья собралась в доме отца, чтобы проститься с сестрёнкой, там неожиданно произошёл пожар. По какой-то неведомой причине замки в двери заклинило, а ставни на окнах были закрыты. Это как раз неудивительно, мы приучены закрывать ставни по вечерам. Из дома никто не смог выбраться. Люди сгорели заживо, всего двадцать семь человек, вместе с детьми.

Пожарные не успели вовремя, дом находился на отшибе, и соседи не сразу заметили пожар. Мои родственники, к сожалению, так и не приняли некоторые блага цивилизации, в том числе, у них не было телефонов. И они не смогли сами вызвать помощь.

В одночасье я остался совсем один на этом свете. И только возродившаяся вера в Бога помогла мне не сойти с ума. Только Ему я доверил свою боль!

Друзья и однокурсники конечно же заметили перемену в моём характере, но делиться с ними обстоятельствами, которые этому послужили, я не стал.

Летом же я сорвался и поехал туда, где погибли мои родные. Поселился у своего школьного друга и стал помаленьку разбираться в обстоятельствах трагедии. Официальной причиной пожара послужило замыкание в проводке. И всё же, я чувствовал, что он произошёл не случайно.

Мои дальнейшие изыскания привели меня к церкви. Среди прихожан меня знали только те, кто жил с нами в таёжной общине, я уговорил их не выдавать моего происхождения. А сам втёрся в доверие к служителям. Мои скрытые способности давали мне возможность слышать то, что не слышат другие. Я мог чувствовать оттенки скрываемых эмоций, и даже частично угадывать мысли. Вскоре я уже был убеждён, что тайна гибели моей семьи скрыта именно в церкви.

Всем известно, что прихожане не приучены осуждать служителей, это считается грехом. И всё же, они иногда шептались между собой, и допускали обмолвки. А дальше, делом техники было распутать клубок.

Расследование пошло гораздо легче, когда отца Владимира отправили на повышение, и он уехал, передав приход другому настоятелю.

И тогда я узнал, что мой отец, будучи ревностным служителем Бога, и имеющим монолитную поддержку прихожан, большинство которых вышли с ним из тайги, стал тяготить настоятеля. Он видел в нём угрозу для своей власти и дальнейшей карьеры. Тем более, что отец стал замечать воровство и манипуляции с его стороны, и грозился послать жалобу церковному начальству.

И тогда, отец Владимир нашёл слабое звено в нашей семье, в лице моей сестрёнки. Она пела на клиросе в церкви, и он хорошо знал её весёлый и общительный нрав. Он назначил ей послушание в таёжный скит, где ей точно нечего было делать. Я не знаю, как далеко простирались его планы в том, чтобы погубить мою семью, но этого обстоятельства оказалось достаточно.

Ослушаться настоятеля никто не посмел. Отец хотел отправить с ней мать, но отец Владимир запретил.

Моя бедная сестрёнка должна была жить одна в заснеженной тайге и укрепляться в вере, которой у неё и так было в избытке. Иначе бы она ни за что туда не поехала!

Нашёл я и того, кто поджёг дом моего отца. Почувствовал его среди прихожан, его грязные мыслишки и страх. Познакомился с ним поближе и вошёл в доверие. А когда мы находились одни в его захламлённом затхлом домишке, я прижал его к стенке и заставил во всём признаться.

Оказалось, что отец Владимир заплатил ему, чтобы тот испортил проводку, а потом заклинил замок во время пожара, чтобы никто выбраться не смог.

Настоятель потом лично исповедал этого уголовника и забулдыгу, выдал ему индульгенцию. Но тот недолго прожил после своего признания, в ту же ночь его задрал дикий зверь, случайно оказавшийся возле дома.

Охотники долго искали его по тайге, но так и не нашли.

А мне больше нечего было делать в этом посёлке. Я вернулся в город и продолжил учёбу, попутно думая, как добраться до губителя моей семьи?

И решил не торопиться, и пойти долгим путём. Потому, после окончания университета, я поступил в духовную семинарию, успешно её закончил и стал монахом.

И больше нигде на своём духовном пути я так и не встретил хоть сколько то такого же достойного служителя Бога, каким был мой отец! Они все оказали мелкими, с гадкими тайными грешками, подлыми и властолюбивыми.

И этот монастырь, где я наконец встретился с злодеем, не стал исключением! В нём вы не найдёте святых!

Убийство я продумывал без спешки, специально дожидался, когда у Владимира вновь замаячит в перспективе повышение, тогда и умирать будет вдвойне досадно. Я хотел не просто причинить ему физическую боль, но и моральное страдание из-за погубленной судьбы. Ради карьеры он был готов на всё!

Убил я его таким страшным образом, чтобы сама смерть в святой обители выглядела ужасающе! Как мне кажется, получилось неплохо! Во всяком случае, я остался доволен, вопреки навязываемому мнению, что акт мести не вызывает удовлетворения. Может быть у кого-то не вызывает, но не у меня! Я испытал радость и облегчение.

А потом, искренне попросил прощения у Бога, минуя посредников. И не сомневаюсь, что Он меня простил, и даже благословил избавить церковь от мерзавца, затесавшегося в ряды служителей.

Прежде, чем проститься, я пожалуй выделю пару абзацев ради придушенного мною Варфоломея.

Нет, я не испугался его разоблачения. Если бы жизнь его представляла ценность, я бы смог что-нибудь придумать, и наверняка бы выкрутился с этим плащом, или просто бы сбежал.

Но, брат Варфоломей оказался неменьшим мерзавцем, чем настоятель. Уверен, что смогу вас всех удивить!

На брата Варфоломея я долго не обращал никакого внимания. Как и все наверное, считал его понятным и предсказуемым, пока однажды не заметил странную блаженную улыбку на его лице, когда она была неуместна.

И тогда, я стал к нему приглядываться, буквально ходить по пятам, стараясь делать это незаметно. Брат Варфоломей всё больше вызывал во мне удивление и тревогу.

Как-то раз, я, будучи с ним наедине, заговорил о его прошлой жизни наркомана, и всколыхнул воспоминания. И с удивлением узнал, что ему лично довелось отправить многих на тот свет. И он нисколько не сожалеет об этом, а вспоминает с радостной ностальгией. Особенно, когда речь шла о молоденьких мальчиках и девочках, впервые попробовавших подсунутый наркотик. Я понял, что момент их смерти вызывал у Варфоломея удовольствие не меньшее, чем само употребление, а может даже большее. И при воспоминании об этом, он уже не казался безобидным дурачком, а в лице его проскальзывали черты зверя, или скорее кровожадного беса! И он несомненно скучал по этому занятию! А когда я спросил, многих ли ему удалось погубить, то он не без гордости признался, что не меньше двадцати. Вряд ли бы он так разоткровенничался, но я подсыпал ему в чай одну удивительную травку, способную усыпить бдительность. Только сильные духом способны противостоять её воздействию. Но, где брат Варфоломей, и где сила духа?

И вовсе не борьба с собственными искушениями заставила его залезть в монастырь, а страх перед разоблачением. Он почувствовал, что очень скоро до него доберутся или правоохранительные органы, или родственники тех, кого он погубил. Но здесь до него добрался я!

Прежде, чем покинуть эту несвятую обитель, я решил довести дело до конца.

Возможно, что и среди других монахов есть те, кто заслуживает смерти здесь и сейчас, но мои силы на этом исчерпаны, и я чувствую, что уже выполнил свою миссию, которую несомненно на меня возложил Господь. И смело вверяю их на Суд Божий.

А теперь, облегчив душу признанием, я ухожу. Возможно, что мы ещё когда-нибудь встретимся, только вряд ли это произойдёт скоро.

Сергей взахлёб читал исповедь монаха, и попутно выделял места, которые надо будет подчистить и подкорректировать. Теперь его уже не занимало, найдут они оборотня, чтобы судить человеческим судом, или нет? Тем более, что он и так был уверен, что не найдут. Положа руку на сердце, он уже и сам не осуждал его. Кто знает, как бы он сам поступил в таких обстоятельствах? Оставалось только проверить факты, о которых сообщил Афанасий, чтобы быть уверенным в его честности. Но Сергей почему-то в них не сомневался. Такая проверка будет нужна скорей для отчёта.

До поздней ночи он исправлял и корректировал текст, чтобы его можно было представить коллегам и начальству. А после, со спокойной душой лёг в постель.

На столе всё ещё лежала колода карт. Но Аркан Мир странным образом исчез с открытой верхней позиции. Теперь там лежал малозначительный младший Аркан.