Метод_Маска часть 2: Новая_роль

Глава 1. Тишина перед бурей

Полгода спустя

Саня стоял перед зеркалом в маленькой квартирке на окраине провинциального города. Тридцать седьмое зеркало за полгода. Он считал их. В каждой новой квартире, в каждой новой роли.

За спиной висел паспорт на имя Сергея Владимировича Новикова, учителя литературы в местном ПТУ. Программа защиты свидетелей сработала идеально. Слишком идеально.

На тумбочке зазвонил телефон. Защищенный, только для связи с куратором от полиции. Саня взял трубку.

— Соболев, — раздался голос Громова. — У нас проблема.

— Я больше не Соболев, — машинально ответил Саня. — Я Новиков.

— Твоя бывшая проблема, Соболев. Алиса. Она исчезла.

Саня замер. Впервые за полгода маска дала трещину.

Шесть месяцев в программе защиты свидетелей превратили Саню в тень. Он вставал в шесть утра, вел уроки литературы в ПТУ, вечером пил чай и смотрел телевизор. Ни театра. Ни криминала. Ни жизни.

Громов звонил раз в неделю, докладывал: Куратор вышел из комы, дал показания, сел пожизненно. Партнеров Куратора арестовали. Компромат сработал.

Алису определили в семью в другом городе. Она писала Сане письма (через Громова, конечно). Короткие, сдержанные: «У меня все хорошо. Я поступила в театральный кружок. Вы бы мной гордились».

Саня гордился. И боялся. Потому что тишина перед бурей всегда обманчива.

Когда Громов позвонил с новостью об исчезновении Алисы, Саня понял: буря пришла.

— Когда? — спросил он, уже снимая с вешалки пальто.

— Три дня назад. Ушла из школы и не вернулась. Приемные родители заявили в полицию. Местные ищут, но без толку.

— Почему сразу не сказал?

— Думал, найдется. Обычный подростковый побег. Но сегодня нашли ее рюкзак. В нем была записка: «Скажите Сане. Он поймет».

Саня закрыл глаза. Девочка с глазами оленя звала его. И он не мог не прийти.

— Я выезжаю, — сказал он.

— Ты не можешь, — жестко ответил Громов. — Ты в программе. Тебя убьют, как только увидят.

— Меня убьют, если я не поеду.

Саня положил трубку и посмотрел на свое отражение. Маска учителя литературы сползла. Из зеркала смотрел Артист.

Глава 2. Город, где прячутся тени

Город, где жила Алиса, назывался Зареченск. Типичная провинция: серые пятиэтажки, грязь на дорогах, вечно пьяные мужики у ларьков.

Саня приехал ночным поездом. Шесть часов тряски в плацкарте, чтобы никто не отследил билет. На вокзале его никто не встречал — он сам так захотел.

Первым делом он пошел в школу. Серая трехэтажка с облупившейся краской. Директриса — женщина с лицом, которое помнит еще советские времена, — встретила его настороженно.

— Вы кто? — спросила она.

— Дядя, — соврал Саня легко и естественно. — Двоюродный. Мать просила проведать.

— Алису ищете? — вздохнула директриса. — Все уже перерыли. Ушла девочка. Хорошая была, тихая. Только в последнее время странная какая-то.

— Странная?

— Ну да. Крутилась воз нее одна компания. Взрослые ребята, из ПТУ. Не наши. Я ей говорила: не связывайся. А она только глазами хлопала и молчала.

Саня почувствовал знакомый холодок под лопаткой.

— Где эта компания тусуется?

— На заброшенной стройке за вокзалом. Но вам туда не советую, дядя. Там мусора даже боятся ездить.

Саня усмехнулся. Мусора боятся. Он боялся другого — что не успеет.

Заброшенная стройка встретила его запахом гнили и сырости. Недостроенная коробка девятиэтажки торчала над пустырем, как скелет.

Саня шел медленно, вглядываясь в темноту. Актерская наблюдательность включалась автоматически: вот окурок, вот следы шин, вот пятна, похожие на кровь.

На втором этаже его ждали.

— Стоять, — раздался голос из темноты. — Кто такой?

— Дядя, — снова соврал Саня. — Девочку ищу. Алису.

Из темноты вышли трое. Молодые, лет по двадцать, с тупыми злыми лицами. У одного в руках бита, у другого нож.

— Нет тут твоей девочки, — сказал тот, что с битой. — Вали отсюда.

Саня стоял неподвижно. Он знал этот тип людей. Играть с ними нужно было по-другому.

— Ребята, я не мусор, — сказал он, меняя интонацию на «своего в доску». — Я по бизнесу. Куратор привет передавал.

Имя сработало как пароль. Парни переглянулись.

— Ты от Куратора? — недоверчиво спросил тот, что с ножом. — А Куратор же в тюрьме.

— У Куратора везде руки, — усмехнулся Саня. — Даже оттуда. А вы, я смотрю, девочку не нашли?

— Нашли, — буркнул парень с битой. — Но ее забрали. Вчера. Какие-то люди приехали, серьезные. Сказали: ваша работа закончена, дальше наше.

— Люди? Какие люди?

— Не знаем. На черных джипах. С автоматами. Мы не стали спорить.

Саня кивнул, делая вид, что все понимает. Внутри все оборвалось. Алису забрали не местные отморозки. Ее забрали профессионалы.

— А куда повезли? — спросил он как можно равнодушнее.

— В сторону трассы. Больше не знаем ничего.

Саня развернулся и пошел прочь. Когда он отошел на безопасное расстояние, ноги подкосились. Он прислонился к стене и попытался дышать.

Алиса. Опять. И снова он должен ее найти.

Глава 3. Старые связи

Саня понимал: без помощи ему не справиться. Идти в местную полицию нельзя — там могут быть люди Куратора. Звонить Громову бесполезно — он далеко, а времени нет.

Оставался один человек. Старый, опасный, непредсказуемый.

В кармане Сани лежала визитка, которую он хранил пять лет. На ней было только имя: «Князь».

Князь был легендой криминального мира. Говорили, он отошел от дел, живет где-то в глуши, но до сих пор держит ниточки. Саня когда-то сделал для него одно дело — помог с документами. Князь остался должен.

Саня набрал номер. Длинные гудки. Потом скрипучий голос:

— Кто?

— Князь, это Соболев. Артист.

Пауза. Потом смешок.

— Живой, значит. А я слышал, ты в программе.

— В программе. Но дело есть. Девочку украли. Мою.

— Твою? — Князь усмехнулся. — У тебя же никогда никого не было.

— Теперь есть. Поможешь?

Долгая пауза. Саня слышал, как на том конце кто-то кашляет, переставляет посуду.

— Приезжай, — сказал Князь. — Поговорим.

Князь жил в старом доме в лесу, в пятидесяти километрах от Зареченска. Дом охранялся, но без понтов — просто забор и две камеры.

Сам Князь оказался сухим стариком с цепкими глазами. Он сидел в кресле-качалке, курил вонючие сигареты и смотрел на Саню, как на экспонат.

— Рассказывай, — велел он.

Саня рассказал все. Про Алису, про Куратора, про стройку, про черные джипы.

Князь слушал молча, только иногда покачивал головой.

— Девочка, говоришь, дочка того самого Ветрова? Игоря Борисовича?

— Да.

— А Ветров на Куратора компромат собирал?

— Собирал. И собрал. Куратор сел.

Князь хмыкнул.

— А ты думаешь, Куратор один был? У него, знаешь ли, партнеры. Которые на свободе остались. Которым теперь очень страшно, что у какой-то девчонки есть на них компромат.

Саня похолодел.

— Вы думаете, это они?

— Я не думаю. Я знаю. Люди, которые забрали твою Алису, работают на человека по фамилии Гурвич. Был такой бизнесмен, партнер Куратора. Он, кстати, тоже строительством занимался. И очень не любит, когда кто-то знает, где закопаны его ошибки.

— Где она?

— Этого я не знаю. Но знаю, кто может знать. Есть один человек. Бывший мент, теперь работает на Гурвича. Зовут Савельев. Держит бар на трассе, недалеко от города. Если кто и знает, куда повезли девчонку — то он.

Князь достал из кармана ключи от машины.

— Бери мою тачку. Мои люди на нее не сядут, засвечена. А тебе в самый раз. И вот это.

Он протянул пистолет. Тот самый, с клеймом, которое не отследить.

— Вернешь, если жив останешься, — усмехнулся Князь.

Саня взял оружие. Руки не дрожали.

— Спасибо, Князь.

— Не за что. Долг платежом красен. Но учти, Артист: если Гурвич узнает, что я помогал, у нас будут проблемы. Так что вали их быстро и чисто. Как в театре.

Саня кивнул и вышел.

Глава 4. Бар на трассе

Бар назывался «Привал». Ржавая вывеска, грязные окна, несколько фур на стоянке. Место, где останавливаются те, кому некуда спешить.

Саня вошел. Внутри пахло дешевым пивом и жареным луком. За стойкой стоял мужик с лицом, которое видело слишком много драк.

— Савельев? — спросил Саня.

— Допустим. А ты кто?

— Клиент. Разговор есть.

Савельев окинул его взглядом. Опытный. Сразу понял: не мент, не просто пьяница. Опасный.

— Заходи в подсобку, — кивнул он.

В подсобке было тесно. Савельев сел на ящик, Саня остался стоять у двери.

— Слушаю.

— Девочку ищу. Шестнадцать лет. Светлая, глаза большие. Забрали на стройке три дня назад.

Савельев усмехнулся.

— Много вы ищете. И мусора искали, и какие-то левые. А я ничего не знаю.

Саня положил на стол пачку денег. Гонорар за полгода учительства.

— А так?

Савельев посмотрел на деньги. В глазах мелькнула жадность. Но он покачал головой.

— Мало. За такие дела знаешь, что бывает?

— Знаю. Поэтому еще вот это.

Саня положил на стол пистолет. Тот самый, от Князя.

Савельев побледнел.

— Ты охренел?

— Это подарок, — спокойно сказал Саня. — От Князя. Он просил передать: если поможешь, будешь должен ему. А если не поможешь...

Саня не договорил. Савельев и так понял.

— Ладно, — выдохнул он. — Знаю я, куда их повезли. Есть под Москвой база. Старый пионерлагерь, заброшенный. Гурвич его под склад использует. Туда таких, как твоя, свозят. А потом — или за границу, или...

Он не договорил. Саня кивнул.

— Как проехать?

Савельев нацарапал на салфетке адрес.

— Держи. И запомни: ты меня не видел, я тебя не знаю.

Саня забрал салфетку и вышел. На улице уже темнело.

Глава 5. База

Пионерлагерь «Солнечный» встретил Саню тишиной. Ржавые ворота, покосившиеся постройки, вышки без прожекторов. Но Саня знал: тишина обманчива.

Он оставил машину в лесу и пошел пешком. Актерская привычка двигаться бесшумно пригодилась.

На территории горел свет только в одном здании — бывшей столовой. У входа стояли два человека с автоматами.

Саня обошел здание сзади. Окно было заколочено, но доски подгнили. Он вытащил нож и поддел одну.

Внутри пахло сыростью и страхом. Саня двигался по коридору, прижимаясь к стене. Голоса доносились из подвала.

Он спустился по лестнице. Увидел: клетки. Настоящие клетки, как для собак. В одной лежала Алиса. Живая.

Рядом стояли двое. Один — в дорогом костюме, с седыми висками. Гурвич. Второй — амбал с пистолетом.

— Девочка, — говорил Гурвич ласково, — ты же умная. Ты понимаешь, что от тебя нужно. Просто скажи, где папины бумаги. Оригиналы. И ты свободна.

— Я уже все отдала в полицию, — тихо ответила Алиса.

— Милая, в полиции у меня свои люди. То, что попало к ним, я уже уничтожил. А вот копии... Копии ты оставила. Где?

Алиса молчала. Гурвич вздохнул.

— Жаль. Я хотел по-хорошему. Придется по-плохому. — Он кивнул амбалу. — Работай.

Амбал достал паяльник. Алиса закрыла глаза.

Саня вышел из тени.

— Руки убрал, — сказал он тихо.

Амбал обернулся. Гурвич удивленно поднял брови.

— О, артист! — усмехнулся он. — А я думал, ты в норе сидишь. Сам пришел. Отлично. Два в одном.

Саня поднял пистолет.

— Отпусти ее.

— Или что? — засмеялся Гурвич. — Ты один, нас двое. И у нас автоматы наверху.

— Автоматы наверху, — согласился Саня. — А вы здесь. Со мной.

Амбал шагнул вперед. Саня выстрелил. Амбал упал.

Гурвич дернулся, но Саня уже наставил на него пистолет.

— Ключи от клетки, — сказал Саня.

Гурвич дрожащей рукой достал ключи. Саня открыл клетку. Алиса вылезла, обняла его.

— Я знала, — прошептала она. — Я знала, что вы придете.

— Бежим, — сказал Саня.

Они побежали вверх по лестнице. Сзади завыла сирена — Гурвич нажал тревогу.

На улице их встретили автоматчики. Саня стрелял, прикрывая Алису. Пули свистели над головой. Они добежали до забора. Саня подсадил Алису.

— Лезь!

— А вы?

— Я за вами.

Она перелезла. Саня рванул следом. Пуля попала в плечо. Он упал по ту сторону забора, но встал. Побежал.

В лесу их ждала машина. Они вскочили, Саня нажал газ. Пули стучали по кузову, но машина уходила все дальше.

— Вы ранены, — сказала Алиса.

— Ерунда, — прохрипел Саня. — Главное, ты жива.

Алиса смотрела на него. В ее глазах блестели слезы.

— Зачем вы вернулись? Вы же были в безопасности.

Саня усмехнулся, сплевывая кровь.

— Актер не может бросить зрителя в первом ряду, девочка. Особенно такого.

Она улыбнулась сквозь слезы.

Глава 6. Возвращение

Они оторвались от погони к утру. Саня знал одно место — старую дачу Князя, которую тот обещал не сдавать. Там можно было переждать.

Саня перевязал рану. Алиса сидела рядом, смотрела на него.

— Что теперь? — спросила она.

— Не знаю, — честно ответил Саня. — Гурвич будет искать. Громов теперь не поможет — его наверняка отстранили. Мы одни.

— Я знаю, где копии, — вдруг сказала Алиса. — Папа оставил не только те, что в сейфе. Есть еще одна. В надежном месте.

— Где?

— В театре. В том, где вы играли. В гримерке. Он спрятал флешку за зеркалом.

Саня смотрел на нее и не верил. Игорь Борисович был гением. Или безумцем.

— Если мы это опубликуем, — медленно сказал Саня, — Гурвич сядет. Но и мы сядем. Я — точно.

— Я знаю, — кивнула Алиса. — Но выбора нет. Если мы не ударим первыми, они убьют нас.

Саня посмотрел на свои руки. Руки, которые сегодня убили человека. Руки, которые спасли девочку.

— Ты права, — сказал он. — Выходим на связь с журналистами. Но сначала — в театр.

Они приехали в театр ночью. Саня знал все ходы, все черные лестницы. Гримерка была заперта, но замок не выдержал удара плечом.

За зеркалом лежала флешка. Маленькая, невзрачная. Саня взял ее в руки.

— Это конец, — сказал он. — Или начало.

Алиса смотрела на него.

— Вы боитесь?

— Я всегда боюсь перед премьерой.

Они вышли из театра. На улице их ждали. Черные джипы, люди с автоматами. Гурвич стоял в центре, улыбаясь.

— Артист, — сказал он. — А я думал, ты умнее. Неужели поверил, что я не догадаюсь про театр?

Саня шагнул вперед, заслоняя Алису.

— Отпусти ее. Она не при чем.

— Она при чем, — усмехнулся Гурвич. — И ты при чем. Вы оба умрете. А флешка сгорит вместе с вами.

Он кивнул своим людям. Те подняли автоматы.

Алиса схватила Саню за руку. Он сжал ее ладонь.

В этот момент раздался вой сирены. Со всех сторон к театру съезжались машины. Не полицейские — другие. Черные, но с другими номерами. Из них выскакивали люди в масках.

Гурвич замер.

— ФСБ? — прошептал он.

Из одной машины вышел человек. Саня узнал его — Князь. Старик усмехался.

— Сюрприз, — сказал Князь. — Думал, я просто так тебе помогал, Артист? Я на Гурвича пять лет охотился. А ты мне его на блюдечке принес.

Гурвич дернулся, но люди в масках уже скрутили его и его банду.

Князь подошел к Сане и Алисе.

— Молодцы, — сказал он. — Флешку давайте. Теперь это государственное дело.

Саня отдал флешку. Алиса смотрела на Князя с ужасом и восхищением.

— Вы все знали? — спросила она.

— Знал, девочка. Ждал, когда Гурвич ошибется. А вы помогли. Спасибо.

Князь повернулся к Сане.

— А ты, артист, свободен. Программу защиты закроем. Теперь ты мне должен, но это не страшно. Живи.

Саня кивнул. Князь уехал. Люди в масках увезли Гурвича. Театр снова опустел.

Алиса смотрела на Саню.

— Что теперь? — спросила она.

Саня посмотрел на небо. Начинался рассвет.

— Не знаю, — сказал он. — Но мы живы. И мы вместе. А это уже немало.

Они пошли по пустой улице. Над городом вставало солнце.

Через месяц.

Саня сидел в той самой гримерке. Театр восстановили, дали ему роль — настоящую, главную. Он играл Гамлета. Критики писали: «Наконец-то в его глазах появилась жизнь».

В дверь постучали. Вошла Алиса. Повзрослевшая, серьезная.

— Я уезжаю, — сказала она.

— Куда?

— В Москву. Меня пригласили в театральное училище. Лучшее в стране.

Саня улыбнулся.

— Я горжусь тобой.

— Я знаю, — она подошла и обняла его. — Я буду писать.

— Пиши.

Она ушла. Саня остался один. Смотрел в зеркало. В отражении он видел человека. Не маску. Живого, уставшего, но настоящего.

Телефон зазвонил. Неизвестный номер.

Саня колебался секунду. Потом взял трубку.

— Слушаю.

Тишина. Потом детский голос. Девочка. Лет семи.

— Дядя Саня? — спросила она. Голос дрожал, но в нем чувствовалась отчаянная смелость. — Мне сказали, вы умеете находить людей, которые потерялись. Я потерялась. Меня забрали у мамы. Я не знаю, где я. Пожалуйста, помогите.

Саня замер. В зеркале он увидел свое лицо — лицо человека, который только что думал, что его война закончена.

— Девочка, — тихо сказал он. — Как тебя зовут?

— Лиза, — ответил голос. И связь прервалась.

Саня смотрел на телефон. Потом на дверь, за которой скрылась Алиса. Потом на сценарий Гамлета, раскрытый на столе.

— Быть или не быть? — прошептал он.

За окном начинался дождь. Где-то в этом городе, в этой стране, маленькая девочка по имени Лиза ждала помощи. А он, актер, который только что вышел на поклон, понял: самый главный спектакль еще впереди.

Он встал, надел пальто, спрятал пистолет во внутренний карман. Выключил свет в гримерке.

Занавес.

Конец второй части