Лицензия

Глава 1

Майклу было уже около пятидесяти лет. Довольно приличный возраст по современным меркам. Он сидел за рулем своего автомобиля и смотрел на проходящих по тротуару людей. В основном студенты. Молодые, весёлые, с горящими глазами и верой в будущее. Они радовались яркому летнему солнцу и почти завершившейся сессии. Наивные студентики. Интересно, кто из них уже ощутил на себе прелести этой жизни?

Ну да ладно, это были их проблемы и их внутренние дела. Майкл сейчас думал о другом: сколько ещё заказов брать и не пора ли уже остановиться? У него оставалось одиннадцать убийств. Вскоре их будет уже десять. Хватит ли ему этого запаса, чтобы прожить до старости? «Клиент» появиться минут через тридцать, и мысли Майкла сами собой вернули его в тот день – день получения Лицензии.

Этот день всегда запоминается, наверное, потому, что до сих пор никто не знает, как точно это работает. Когда тебе исполняется двадцать лет, к тебе приходит человек и задаёт всего один вопрос: «Сколько?» Названная тобой цифра даёт тебе право на лишение жизни людей. Максимум пятьдесят. Минимум один. Отказаться нельзя.

Есть ещё вариант, что тебе дадут право на бесконечное число «прерываний жизни», но тогда ты проживешь всего тридцать два года и не днём больше. А потом за тобой придут, где бы ты ни находился и как бы ни прятался. И на вершине горы, и в густой чаще, и в глубокой пещере. Так же, как и в день получения лицензии. Как человека находят – никто не знает, но это работает. Уже много лет.

В тот день Майкл вместе со всей семьёй отмечал свой день рождения. Играла музыка, был накрыт праздничный стол, жарились стейки, распивалось пиво и другие напитки. Но всё ровно атмосфера была напряженная. Все ждали, когда это произойдет. И вот в дверь постучали. Несмотря на шум, этот стук услышали все присутствующие. Майкл посмотрел на отца. Тот кивнул, поддерживая сына. Мать выключила музыку. Именинник пошел открывать дверь. К нему подбежал дядя Адам, папин брат.

- Майкл, ты же помнишь, о чем мы говорили? Ты помнишь нашу тактику? Сделай всё правильно, и ты будешь жить в шоколаде! Не сомневайся! - Адам, отойди от него, не забивай ему голову своими бредовыми теориями, - сказал своё слово отец семейства, дедушка Генри, самый старший и уважаемый из присутствующих. - Это не бред и не байки, папа. Это статистика и точный расчет! Если бы я тогда сказал другое число, то, может быть, и жил бы сейчас по-другому. - Я сказал, отойди от него! – повысил голос дедушка.

Майкл ещё раз взглядом пробежал по присутствующим и решительно зашагал ко входу.

В дверь ещё раз постучали. Юноша открыл замок и потянул дверь на себя. За порогом стояла невысокая пожилая женщина в желтом платье.

- Здравствуйте, мадам. Вы ко мне? - Майкл Вилберг? Если это вы, то я к вам. - Да, это я. - Тогда вы знаете, что я хочу услышать, - и женщина улыбнулась милой доброй улыбкой.

Майкл сотни раз у себя в голове прокручивал этот момент, но не думал что это будет такая милая леди. Он представлял, как к нему приходит суровый мужчина в шляпе и черной одежде, молчит, прожигая взглядом, а он с трепетом говорит число. Но вот какое число?

Один – это для слабаков. Обычно эту цифру называют те, кто не хочет жить в этом мире. Для себя, чтобы не откачивали при попытке самоубийства. Или те, кто точат зуб на конкретного человека. От двух до десяти – скромняги и тихушники. Они никому не хотят причинять вреда и берут немного лицензий, так, на всякий случай. От десяти до тридцати – выбор большинства. Самых обычных, нормальных людей. От тридцати до сорока – перестраховщики. Они понимают, что им столько не нужно, но на всякий случай берут побольше. От сорока до пятидесяти – психопаты и маньяки.

А ещё ходила легенда, в которую как раз и верил дядя Адам, что люди, назвавшие определённую цифру, в процессе жизни зачастую будут сталкиваться с такими же, как они. Это как раз и задаст их ритм и возможность к развитию. Одиночки встретят одиночек, а маньяки — маньяков. За счёт этого в мире и держится равновесие, и поэтому люди до сих пор друг друга не убили.

Но вопрос был задан, и нужно было на него отвечать.

Майкл обернулся и посмотрел на семью, стоящую в гостиной, на шумную улицу за спиной у этой леди, полную машин и людей, спешащих, как муравьи, по своим делам, уставившись под ноги или в свои гаджеты. Мир был недружелюбным, о чем он уже успел убедиться за свои двадцать лет жизни, а семья — это было то, чем он дорожил. И тогда он сказал своё слово: «Пятьдесят», — чем сильно удивил многих присутствующих.

Мимо машины прошла группа девушек, наперебой рассказывая о своём преподавателе, какой он красавчик и при этом замечательный учитель, который может на пальцах рассказать даже самые сложные вещи. Мужчина посмотрел на часы. Скоро урок закончится, и его цель выйдет из ворот этого университета и пойдет куда-то по своим делам. Но время ещё было, и воспоминания, как очередная набегающая на морской берег волна, снова накрыли нашего героя.

Со смертью Майкл познакомился ещё в школе, в пятом классе, когда один из учителей расстрелял своих коллег в учительской и двух детей в коридоре. Семь смертей за раз. И ему за это ничего не было. Родственники убитых пытались отомстить, но у них ничего не вышло. А учитель продолжал преподавать в школе, иногда так посматривая на детей, что им становилось не по себе. И никто не знал, сколько ещё лицензий у него оставалось.

А потом, уже гораздо позже, коллега дяди Адама по работе проник к нему в дом и вырезал всю его семью: дядю с его женой и троих детей. Отец с дедом хотели наказать виновного, но к ним в дом пришли «серьёзные люди» и понятно объяснили, что не стоит ничего предпринимать. С точки зрения закона подкопаться было не к чему, все убийства были по лицензии. Да и кровная месть администрацией города старательно пресекалась всеми способами.

После этого случая Майкл и стал заниматься тем, чем он сейчас и занимается – убивать за деньги. Убивать тех, к кому сложно подобраться, или помогать тем, у кого кончились лицензии. Со стороны он был похож на психопата, убивающего случайных людей, но на деле каждая его жертва была назначена заранее. В этот раз один богатый студент заказал своего преподавателя. У студента не было уже лицензии, но было много денег. Волновали ли Майкла моральная сторона вопроса? Раньше — да. Сейчас уже нет. Но правилу «не трогать женщин и детей» он следовал неукоснительно, а остальное как получится.

И вот из ворот учебного заведения вышел высокий мужчина лет тридцати с портфелем в руке и в компании красивой женщины, которая была явно старше него, но при этом выглядела потрясающи. Каштановые волосы, уложенные в строгую прическу, тёмно-серый костюм, подчеркивающий изгибы тела, и аккуратные туфельки на невысоком каблуке. Майкл отвлекся. Это было непрофессионально. Он вышел из машины и неспеша направился к этой паре, сжимая рукой в кармане пиджака нож. Сердце стучало. Адреналин бил в голову, чувства были обострены до предела. Взгляд ещё раз скользнул по людям, находящимся на улице, и Майкл увидел его. Молодой человек в темных очках, стоящий через дорогу, попивающий лимонад через трубочку и явно наблюдающий за разворачивающейся перед ним картиной.

Это был Убийца, человек с неограниченной лицензией. Майкл с ними уже сталкивался. Хотя все считали их отморозками, на самом деле именно они следили за тем, чтобы эти самые отморозки не появлялись. Они вычисляли самых хитрых, талантливо использующих лицензию в своих целях и ликвидировали их. Они устраняли людей, убивших без лицензии, они охотились на таких, как Майкл, убивающих для других. Нужно было менять план. Майкл прошел мимо цели и выбросив в кусты нож, прибавил шаг.

- Мистер! Эй, мистер! Кажется, это вы обронили? Майкл обернулся.

Возле куста, в который он выбросил нож, стояла та прекрасная женщина и крутила в руке его оружие.

- Кажется это ваше, - обратилась она к мужчине протягивая ему автоматический нож, лезвие которого выезжало из рукояти при нажатии на кнопку.

Майкл был немного растерян. Женщина подошла ближе. Она улыбалась, внимательно наблюдая за стоящим перед ней мужчиной. Нужно было уходить, сказать, что этот нож не его, и уходить. Но не хотелось. Эти карие глаза как будто гипнотизировали, заставляя сердце чаще биться, а руки — потеть.

Майкл захлопал по карманам, изображая поиск.

- Кажется, мой. Наверное, он выпал, когда я вынимал руку из кармана. Спасибо. А вы очень внимательная девушка, - проговорил Майкл, протягивая руку чтобы забрать свой нож. - Вы мне льстите, я просто обернулась и увидела, как у вас что-то выпало. А кстати, что это за штучка? - Да так, одна безделушка для разработки мелкой моторики пальцев, - сказал Майкл и сделал несколько финтов одной рукой. - Суставы стали болеть, врач посоветовал. - Значит, врач посоветовал, понятно, - протянула женщина. - Я, кстати, иду в кафе, не хотите составить мне компанию? - И почему бы и нет. Сегодня у меня прекрасный день с самого утра, так почему бы его не продолжить приятным общением. Меня зовут Софи, а вас?

Майкл представился и сделал жест рукой, предлагая пойти, а сам стал рядом. Мельком посмотрел через плечо и увидел Убийцу, всё так же стоящего на другой стороне дороги. Этот человек изящно похлопал в ладоши и сел в припаркованный неподалёку автомобиль.

Прошло три часа. Майкл и Софи сидели в кафе и мило беседовали на разные темы.

- Майкл, вы не такой простой человек, как может показаться сначала. Вы же понимаете, что наша встреча не случайность? - Я уже это понял. - Что вы хотели от Мишеля? - Вашему Мишелю грозит опасность: его жизнь заказал один из его студентов. - А вы кто? Исполнитель? Майкл кивнул. - И что дальше? Вы попытаетесь снова его убить? - Нет, я хочу выйти из этого бизнеса, и наконец пожить для себя. Моя кривая дорога вывела меня не туда. Вместо того чтобы наказывать защищённых негодяев, я скатился до обычных заказных убийств. Грустно это осознавать. Майкл замолчал, собираясь с мыслями.

- Когда я называл число при получении лицензии, я хотел защитить семью, но у меня это так и не получилось сделать. Дядя Адам был прав: нужно было более обдуманно говорить цифру. Оно действительно влияет на жизнь. И вот сейчас я остался один. Да, у меня есть деньги, но толку? Одиночество — прекрасная вещь, но иногда нужен кто-то, кому можно рассказать, какая прекрасная вещь — одиночество. За мной уже следят Убийцы, и я знаю, что от них не скроешься. И ты живешь с осознанием, что жизнь может оборваться в любую минуту: яд в еде, или пуля снайпера, или даже взрыв здания. Но жить же надо. А ради чего? Ради кого? И ты берешь очередное задание думая, что вдруг объект будет проворнее тебя и твоё ничтожное бесцельное существование закончится?

- А покончить с собой? Не самый ли это лучший вариант в этом случае?

- Это слишком просто. Ведь мы же здесь все для чего-то живем? Вы, я, люди за соседними столиками. Не для развлечения же кого-то. Вы же психолог, я ведь правильно понял? Вот ради чего живете вы? - Я? - Софи смутилась, впервые за вечер тень грусти и тяжести прожитых лет легла на её лицо.

- После смерти мужа и детей сейчас я своё будущее вижу в моих студентах. Может, они станут лучше, чем мы, может, они смогут изменить эту порочную систему Лицензий. Не должны люди безнаказанно убивать друг друга. Когда-нибудь я доберусь до истины и узнаю, как весь этот механизм работает, и тогда его можно будет сломать. - Вы думаете, это возможно? - А почему нет? Одному правду узнать тяжело.

Подошел официант и поинтересовался, не принести ли что-нибудь ещё, обрывая разговор.

*** Зазвонил мобильник.

Агент тринадцать сорок семь поднял трубку и услышал очередную инструкцию, произнесенную механическим безэмоциональным голосом: «Возникновение вероятности незапланированного развития событий. Приказ на устранение возможных возбудителей цепной реакции. Объекты находятся в кафе «Орхидея», третий столик. Ликвидировать немедленно».

Агент вздохнул: это был уже третий приказ за день, но делать было нечего, такая работа. Он сейчас сидел в машине как раз напротив кафе, пять минут назад он купил там кофе и сейчас наслаждался вкусом. Его целями были мужчина и женщина, сидящие за столиком у окна и мило беседующие.

«Интересно почему они» - подумал агент, доставая пистолет с прикрепленной к нему оптикой и беря на прицел мужчину.